Западная философия ХХ века. 2

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ РФ 
 

Ростовский  институт (филиал) 
 

Государственного  образовательного учреждения высшего профессионального  образования 
 
 
 

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ  ТОРГОВО-

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ» 
 
 
 
 

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА 
 

По  дисциплине: ФИЛОСОФИЯ» 

Тема  №8. Западная философия  ХХ века. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Выполнила: Крюкова О.П.

2ТЭТН, СО

Проверила: доц.Веселая Т.В. 
 
 
 
 
 
 
 

Ростов-на-Дону

2010 г. 

План 

1. Экзистенциализм – философия существования.

     Экзистенциализм (от позднелатинского exsistentia - существование), или философия существования, иррационалистическое направление современной буржуазной философии, возникшее накануне 1-й мировой войны 1914-1918г. в России , после 1-й мировой войны в Германии и в период 2-й мировой войны 1939-1945г. во Франции. В 40-50-х гг. экзистенциализм получил распространение и в других европейских странах; в 60-е гг. также и в США. Представители этого направления в Италии - Э. Кастелли, Н. Аббаньяно, Э. Пачи; в Испании к нему был близок Х. Ортега-и-Гасет; в США идеи экзистенциализма популяризируют У. Лоури, У. Баррет, Дж. Эди. К Э. близки религиозно-философского направления: французский персонализм (Э. Мунье, М. Недонсель, Ж. Лакруа) и диалектическая теология (К. Барт, П. Тиллих, Р. Бультман). Своими предшественниками экзистенциалисты считают Б. Паскаля, С. Кьеркегора, М. де Унамуно, Ф. М. Достоевского и Ф. Ницше. На экзистенциализм оказали влияние философия жизни и феноменология Э. Гуссерля. Расходясь с традицией рационалистической философии и науки, трактующей опосредование как основной принцип мышления, экзистенциализм стремится постигнуть бытие как некую непосредственную нерасчленённую целостность субъекта и объекта. Выделив в качестве изначального и подлинного бытия само переживание, экзистенциализм понимает его как переживание субъектом своего "бытия-в-мире". Бытие толкуется как данное непосредственно, как человеческое существование, или экзистенция. Для описания её структуры многие представители экзистенциализма (Хайдеггер, Сартр, Мерло-Понти) прибегают к феноменологическому методу Гуссерля, выделяя в качестве структуры сознания его направленность на другое - интенциональность. Экзистенция "открыта", она направлена на другое, становящееся её центром притяжения. По Хайдеггеру и Сартру, экзистенция есть бытие, направленное к ничто и сознающее свою конечность. Поэтому у Хайдеггера описание структуры экзистенции сводится к описанию ряда модусов человеческого существования: заботы, страха, решимости, совести и др., которые определяются через смерть и суть различные способы соприкосновения с ничто, движения к нему, убегания от него и т.д. Поэтому именно в "пограничной ситуации" (Ясперс), в моменты глубочайших потрясений, человек прозревает экзистенцию как корень своего существа.                                                                                                                                                                                                                                                Определяя экзистенцию через её конечность, экзистенциализм толкует последнюю как временность, точкой отсчёта которой является смерть. В отличие от физического времени - чистого количества, бесконечного ряда протекающих моментов, экзистенциальное время качественно, конечно и неповторимо, оно выступает как судьба (Хайдеггер, Ясперс) и неразрывно с тем, что составляет существо экзистенции: рождение, любовь, раскаяние, смерть и т.д. Экзистенциалисты подчёркивают в феномене времени определяющее значение будущего и рассматривают его в связи с такими экзистенциалами, как "решимость", "проект", "надежда", отмечая тем самым личностно-исторический (а не безлично-космический) характер времени и утверждая его связь с человеческой деятельностью, исканием, напряжением, ожиданием.

     Историчность  человеческого существования выражается, согласно экзистенциализму, в том, что оно всегда находит себя в определённой ситуации, в которую оно "заброшено" и с которой вынуждено считаться. Принадлежность к определённому народу, сословию, наличие у индивида тех или иных биологических, психологических и других качеств, всё это - эмпирическое выражение изначально ситуационного характера экзистенции, того, что она есть "бытие-в-мире". Временность, историчность и ситуационность экзистенции - модусы её конечности.

     Другим  важнейшим определением экзистенции является                                                                           трансцендирование, т. е. выход за свои пределы. В зависимости от понимания трансцендентного и самого акта трансцендирования различается форма философствования у представителей экзистенциализма. Если у Ясперса, Марселя, позднего Хайдеггера, признающих реальность трансцендентного, преобладает момент символический и даже мифо-поэтический (у Хайдеггера), поскольку трансцендентное невозможно познать, а можно лишь "намекнуть" на него, то учение Сартра и Камю, ставящих своей задачей раскрыть иллюзорность трансценденции, носит критический характер.                                                                                                  

     Экзистенциализм отвергает как рационалистическую просветительскую традицию, сводящую свободу к познанию необходимости, так и гуманистически-натуралистическую, для которой свобода состоит в раскрытии природных задатков человека, раскрепощении его "сущностных" сил. Свобода, согласно экзистенциализму - это сама экзистенция, экзистенция и есть свобода. Поскольку же структура экзистенции выражается в "направленности-на", в трансцендировании, то понимание свободы различными представителями экзистенциализма определяется их трактовкой трансценденции. Для Марселя и Ясперса это означает, что свободу можно обрести лишь в боге. Поскольку, по Сартру, быть свободным значит быть самим собой, постольку "человек обречён быть свободным". Свобода предстаёт в экзистенциализме как тяжёлое бремя, которое должен нести человек, поскольку он личность. Он может отказаться от своей свободы, перестать быть самим собой, стать "как все", но только ценой отказа от себя как личности. Мир, в который при этом погружается человек, носит у Хайдеггера название "man": это безличный мир, в котором всё анонимно, в котором нет субъектов действия, а есть лишь объекты действия, в котором все "другие" и человек даже по отношению к самому себе является "другим"; это мир, в котором никто ничего не решает, а потому и не несёт ни за что ответственности. У Бердяева этот мир носит название "мира объективации", признаки которого: "...1) отчуждённость объекта от субъекта; 2) поглощенность неповторимо-индивидуального, личного общим, безлично-универсальным; 3) господство необходимости, детерминации извне, подавление и закрытие свободы; 4) приспособление к массивности мира и истории, к среднему человеку, социализация человека и его мнений, уничтожающая оригинальность.

     Общение индивидов, осуществляемое в сфере  объективации, не является подлинным, оно лишь подчёркивает одиночество  каждого. Согласно Камю, перед лицом  ничто, которое делает бессмысленной, абсурдной человеческую жизнь, прорыв одного индивида к другому, подлинное  общение между ними невозможно. И  Сартр, и Камю видят фальшь и ханжество  во всех формах общения индивидов, освященных традиционной религией и нравственностью: в любви, дружбе и пр. Характерная для Сартра жажда разоблачения искажённых, превращенных форм сознания ("дурной веры") оборачивается, в сущности, требованием принять реальность сознания, разобщённого с другими и с самим собой. Единственный способ подлинного общения, который признаёт Камю, - это единение индивидов в бунте против "абсурдного", мира, против конечности, смертности, несовершенства, бессмысленности человеческого бытия. Экстаз может объединить человека с другим, но это, в сущности, экстаз разрушения, мятежа, рожденного отчаянием "абсурдного" человека.

    Иное  решение проблемы общения даёт Марсель. Согласно ему, разобщённость индивидов  порождается тем, что предметное бытие принимается за единственно  возможное бытие. Но подлинное бытие - трансценденция - является не предметным, а личностным, потому истинное отношение к бытию - это диалог. Бытие, по Марселю, не "Оно", а "Ты". Поэтому прообразом отношения человека к бытию является личное отношение к др. человеку, осуществляемое перед лицом бога. Трансцендирование есть акт, посредством которого человек выходит за пределы своего замкнутого, эгоистического "Я". Любовь есть трансцендирование, прорыв к другому, будь то личность человеческая или божественная; а поскольку такой прорыв с помощью рассудка понять нельзя, то Марсель относит его к сфере "таинства".

    Прорывом  объективированного мира, мира "man", является, согласно экзистенциализму не только подлинное человеческое общение, но и сфера художественно-философского творчества. Однако истинная коммуникация, как и творчество, несут в себе трагический надлом: мир объективности непрестанно грозит разрушить экзистенциальную коммуникацию. Сознание этого приводит Ясперса к утверждению, что всё в мире, в конечном счёте, терпит крушение уже в силу самой конечности экзистенции, и потому человек должен научиться жить и любить с постоянным сознанием хрупкости и конечности всего, что он любит, незащищенности самой любви. Но глубоко скрытая боль, причиняемая этим сознанием, придаёт его привязанности особую чистоту и одухотворённость. У Бердяева сознание хрупкости всякого подлинного бытия оформляется в эсхатологическое учение.

     В экзистенциализме преобладает настроение неудовлетворённости, искания, отрицания  и преодоления достигнутого. Трагическая  интонация и общая пессимистическая окраска экзистенциализма являются свидетельством кризисного состояния  современного буржуазного общества, господствующих в нём крайних  форм отчуждения; поэтому философия  экзистенциализма может быть названа  философией кризиса.

2.Фрейдизм  как философское  мировоззрение.

      Среди психологов XX века доктору Зигмунду Фрейду принадлежит особое место. Его  главный труд "Толкование сновидений" увидел свет в 1899 г. С тех пор в психологии восходили, сменяя друг друга, различные научные авторитеты. Но ни один из них не вызывает поныне такой неугасающий интерес, как Фрейд и его учение. Объясняется это тем, что его работы, изменившие облик психологии в XX столетии, осветили коренные вопросы устройства внутреннего мира личности, ее побуждений и переживаний, конфликтов между ее вожделениями и чувством долга, причин душевных надломов, иллюзорных представлений человека о самом себе и окружающих.

Известно, что главным регулятором человеческого  поведения служит сознание. Фрейд  открыл, что за покровом сознания скрыт  глубинный "пласт" не осознаваемых личностью могущественных стремлений, влечений, желаний. Будучи лечащим врачом, он столкнулся с тем, что эти неосознаваемые переживания и мотивы могут серьезно отягощать жизнь и даже становиться  причиной нервно-психических заболеваний. Это направило его на поиски средств  избавления своих пациентов от конфликтов между тем, что говорит их сознание, и потаенными, слепыми, бессознательными побуждениями. Так родился фрейдовский метод исцеления души, названный психоанализом.

     Психоанализ — не столь вид психотерапевтической и клинической практики. Одновременно он является философским учением  о человеке, социальной философией. Общая теория послужила фундаментом  для применения психоанализа в различных  областях знания: в этнографии, религиоведении, социальной психологии и социологии. Уже в ранних работах Фрейда содержатся его основные философские идеи, осуществляется выход за пределы специальных  проблем психотерапии и медицинской  психологии, тогда как поздние  произведения по-прежнему опираются  на опыт общения с пациентами и  ориентированы на более глубокое осмысление этого опыта. Многие исследователи  утверждают, что психоаналитическое учение Фрейда основывается на фактах клинического наблюдения за истерическими  больными и рассмотрении основателем  психоанализа собственных сновидений. Истоки психоанализа лежат, по их убеждению, в психиатрических, физиологических  концепциях конца XIX века. Что касается философских идей, то они не оказали  никакого влияния на Фрейда, ибо  он не только с предубеждением относился  к абстрактным размышлениям философов, но и фактически никогда не обращался  к философским трактатам. Другие исследователи считают, что некоторые  философские идеи вполне могли оказать  воздействие на становление различных  психоаналитических концепций.

      Среди философов, размышления которых  о человеке дали толчок к формированию учения Фрейда, называются имена Аристотеля, Платона, Шопенгауэра, Ницше и других. Разумеется, выдвижение Фрейдом психоаналитических идей сопровождалось переосмыслением  распространенных в конце XIX века методов  лечения истерических больных. Однако, было бы неверным соотносить истоки возникновения психоаналитического учения Фрейда с его врачебной практикой, с теми идеями и теориями, которые были им почерпнуты из неврологии, физиологии и иных естественнонаучных дисциплин. Несомненно, этот источник та основа, на которую прежде всего обращают внимание, однако он не определяет и не ограничивает ценности работ. Теоретики психоаналитической ориентации долгое время рассматривали Фрейда как ученого, впервые открывшего сферу бессознательного и, тем самым, совершившего переворота науке. Не уменьшая роли Фрейда, можно сказать, что для некоторых учений, возникших в рамках древнеиндийской философии, было характерным признание существование "неразумной души", "неразумной жизни", протекающей таким образом, что человеку становятся "неподвластны чувства". В философии XVII-ХVIII столетий на передний план осмысления выдвинулись вопросы, связанные с пониманием природы психики, определением роли и места сознания в человеческой жизни. Одним из основных был вопрос о том, следует ли рассматривать человеческую психику как наделенную исключительно сознанием, можно ли допустить наличие в ней чего-то такого,  что не обладает свойствами сознательности, или же часть процессов, происходящих автоматически, бессознательно и спонтанно, следует вынести за пределы психической жизни человека. У Р. Декарта этот вопрос решался однозначно: он провозгласил тождество сознательного и психического, считая, что в психике человека нет и не может быть ничего, кроме сознательно протекающих процессов. Однако, в одной из работ он не только осуществляет классификацию страстей, но и пишет о борьбе, происходящей между "низшей" частью души, названной им "чувствующей", и "высшей" ее частью - "разумной", хотя и считает, что части души не имеют принципиальных различий и, поэтому, душа фактически одна. При этом между двумя частями души нет никакой борьбы, поскольку разум является предопределяющим.

      Против  абсолютизации власти разумного  начала в человеке выступил Б. Спиноза, выдвинувший положение, согласно которому влечение или желание есть сама сущность человека. Эти представления о  соотношении разума и страстей, сознания и влечений человека нашли свое отражение  в работах ряда философов, высказывавших  сомнение по поводу тех или иных положений картезианской философии. Одним из таких философов был  К. Юм, который выступил против принятых представлений, что любое разумное существо сообразует свои помыслы с  разумом. В рассуждениях Спинозы  и Юма много сходного с тем, что позднее было выражено в психоаналитическом учении Фрейда. Это, прежде всего, положение  о том, что в жизнедеятельности  человека предопределяющую роль играют его бессознательные желания  или влечения, нежели сознание, разум. Кроме того, спинозовская трактовка желаний и влечений человека в качестве его самой сокровенной, основополагающей сути целиком и полностью разделяются основателем психоанализа. Важное место в философии XVII-XVIII веков занимал вопрос о взаимосвязях между сознательными и бессознательными восприятиями, идеями и суждениями, который относится к философскому пониманию природы человеческого познания. Декарт признавал наличие у человека "неясных" и "темных" восприятий, возникающих в силу двойственного происхождения восприятий как таковых. В свою очередь Спиноза различал "ясные" и "смутные" идеи. Фрейд исходит из того, что допущение бессознательного необходимо в силу существования таких актов сознания, для объяснения которых требуется признание наличия других актов, не являющихся сознательными, ибо у данных сознания имеется множество пробелов. Только в этом случае, считает он, не нарушается психическая непрерывность и становится понятным существо познавательного процесса с его сознательными актами. Некоторые идеи Фрейда перекликаются с идеями, выдвинутыми Фихте, например, идеи, утверждающие бессознательное в качестве первоосновы человеческого бытия, исходного материала, из которого происходит сознание  или теоретическое положение, согласно которому переход от бессознательного к сознанию сопровождается у человека ограничением свободы, связанным с наложением различного рода запретов во имя сохранения и поддержания жизни. Для Фрейда бессознательное уходит своими корнями в природную данность человеческого существа, но не имеет, по сути дела, никакого отношения к конструированию объективной реальности.

      Размышления о проблеме бессознательного заняли важное место во многих философских  работах XIX века. Одним из философов, отстаивающих иррационалистическую линию  в философской мысли, был Шопенгауэр. Аналогичных взглядов придерживается и Ницше. Философия Шопенгауэра  и Ницше оказала большое влияние  на формирование психоанализа. Многие идеи этих философов в значительной степени предопределили различные  психоаналитические концепции. Конечно, между психоанализом Фрейда и  философией Шопенгауэра и Ницше  нет абсолютного тождества. Для  Фрейда бессознательное - это прежде всего и главным образом нечто психологическое, подлежащее осмыслению лишь в связи с человеком. Однако, рассуждения Шопенгауэра и Ницше о приоритете бессознательного над сознанием и рассмотрении бессознательного в качестве важного, определяющего элемента человеческой жизни были близки Фрейду, который поставил всю эту проблему в центр своего психоаналитического учения. Следует упомянуть о немецком философе и о психологе Т. Липсе, который заявил, что бессознательные процессы представляют собой особую сферу психического, требующую изучения. В период, предшествующий зарождению психоанализа, Фрейд неоднократно обращался к работам Липсе и, несмотря на то, что он пытался доказать, что использованное им понятие бессознательного не совпадает с той его трактовкой, какая имела место у Липсе, ибо последний акцентировал внимание на описательном аспекте данной проблематики, в то время как в психоанализе исследуются динамические стороны бессознательного, идеи этого немецкого философа оказали заметное влияние на Фрейда. Таким образом, еще до Фрейда многие философы обращались к проблеме бессознательного и их идеи, несомненно, оказали влияние на становление психоаналитического учения Фрейда. Если мы рассматриваем психоанализ как систему научных знаний о мировоззрении, психологии и философии, то фрейдизм это общее название различных школ и направлений, стремящихся применить психологическое учение З. Фрейда для объяснения явлений, относящихся к человеку, обществу и культуре.

      Среди последователей З. Фрейда можно назвать  А. Адлера и К. Юнга. В конце 30-х  годов возник неофрейдизм соединивший  психоанализ Фрейда с социологическими теориями. Подвергнув критике ряд  положений классического психоанализа в толковании внутрипсихических процессов, но оставив важнейшие его концепции (иррациональные мотивы человеческой деятельности, изначально присущие каждому индивиду), представители неофрейдизма перенесли центр тяжести на исследование межличностных отношений. Это сделано в стремлении ответить на вопросы о человеческом существовании, о том, как человек должен жить и что должен делать. Причиной неврозов у человека они считают тревогу, зарождающуюся еще у ребенка при столкновении с исходно враждебным ему миром и усиливающуюся при недостатке любви и внимания. Позже такой причиной становится невозможность для индивида достичь гармонии с социальной структурой современного общества, которое формирует у человека чувство одиночества, оторванности от окружающих, отчуждение. Именно общество рассматривается как источник всеобщего отчуждения и признается враждебным коренным тенденциям развития личности и трансформации ее жизненных ценностей и идеалов. Через исцеление индивида может и должно произойти исцеление всего общества. К числу наиболее известных представителей неофрейдизма относятся К. Хорни, Э. Фром, В. Райх, Г. Маркузе. Идеи неофрейдизма, несмотря на свои психологические концепции, имели огромное влияние на общественную жизнь, этику, культуру. Фрейд не рассматривает психические процессы как нечто произвольное, ничем не детерминированное. Хотя он не отвергает случайности как таковую, полагая, что бытие человека в мире нередко зависит от случая, при том, что в самом мире действуют довольно строгие и устойчивые закономерности, он и не абсолютизирует роль случайности в развитии мира. Фрейд признает закономерности, действующие в реальном мире и стоящие за каждой случайностью. Другое дело сфера психической реальности, внутренний мир человека. Здесь по убеждению Фрейда, нет места для случайности, связанной с желаниями отдельного человеческого существа. В психоаналитической философии, следовательно, отстаивается точка зрения, согласно которой человеческая деятельность подчиняется определенным закономерностям, а психические процессы имеют свою детерминацию, выявление и понимание сути которой должно стать объектом пристального внимания исследователей. 
 
 
 

3.Основные  идеи неотомизма.

     Течение современной католической философии, базирующееся на учении Фомы Аквинского. Получил статус официальной философской  доктрины Ватикана после опубликования  в 1878 г. энциклики папы Льва 13-го. После 2-го Ватиканского собора (1962-1965) отчетливо обозначилась переориентация неотомизма. Неотомизм ориентируется на рассмотрение и обоснование положений "вечной философии" через призму человеческого существования. Центральным для неотомизма является принцип гармонии разума и веры. Защищаемая ими доктрина обладает универсальными возможностями, подниматься над полярностью материализма и идеализма, сциентизма и антисциентизма. Сторонники неотомизма утверждают предустановленное свыше непротиворечия единства данных веры и разума, взаимосвязь теологии откровения, рационального богословия и метафизики. философское умозрение, в интерпретации неотомизма, призвано ориентироваться на собственные критерии рациональности и направляться в конечном итоге "светом веры".

     Онтология неотомизма имеет выход в сферу  теории ценностей. Теоретики неотомизма утверждают, что в основе всего  существующего лежит тотальность  чистого божественного бытия. Божественное бытие трактуется как невыразимое  при помощи категорий и фиксируемое  лишь специфическими надкатегориальными определениями - трансценденталиями, к числу которых относятся основной его "лики"- единство, истина, благо и красота. Метафизика неотомизма содержит подробное рассмотрение соотношение Бога и сотворенного бытия. В сфере сотворенного бытия существованию предшествует сущность, и даруемая свыше.

     Фома  Аквинский полагал, что в разуме творца присутствуют сущностные образцы - формы вещей. Неотомисты говорят о том, что Бог, созидающий мир из ничего, строит его сообразно с определенными сущностными образцами. Многообразие сотворенного бытия интерпретируется в неотомизме при помощи идеи я_гилеморфизмая  : каждое конкретное образование - субстанция рассматривается как состоящие из материи и духовной формы. Материя предстает в теории неотомизма пассивным началом, возможностью, требующей для своей актуализации наличия формы. Неотомизм провозглашает наличие Бога и его творения: творец противоположен миру, но его создание позволяет в некоторой степе- ни судить о нем самом. Принцип аналогия бытия служит опорой традиционных доказательств бытия Бога.

     В неотомизме различаются онтологическая и логическая истины. Если первая - продукт  соответствия вещи интеллектуальному  замыслу Бога, то вторая связана  с познавательной деятельностью  человека, наделенным свойством объективности. Согласно гносеологии неотомизма каждый материальный объект можно представлять как формальный объект, интересующий познающего субъекта. Познание характеризуется  как процесс дематериального содержания, полученного субъектом при отображении реальности.

     Представители неотомизма ведут дискуссию о  механизме опосредования в процессе познания. Приверженцы умеренного-опосредованного реализма активно ассимилировали методологический инструментарий и категориальный аппарат кантианства, феноменологии, экзистенциональной герменевтики. Эта версия гносеологии неотомизма доминирует сегодня. Целостность человеческого знания представляется в гносеологии неотомизма как обладающая иерархическим строением и не противоречащая откровению веры. Теология видится сторонникам неотомизма примером единства познавательного и практического отношения к миру. К практическому познанию они относят также мораль, искусство, гуманитарные дисциплины. Над ними возвышается религиозная этика, эстетика, философия истории и иные отрасли философского знания. Человек понимается в антропологии неотомизма как сложная субстанция, состоящая из двух простых - души и тела. Душа - формообразующий по отношению к телу принцип - предстаёт основой личности. Личность в неотомизме имеет универсальной целью и смыслом всего существования созерцания божественного блага. Стремясь к благу, личность, согласно доктрине неотомизма, обретает совокупность интеллектуальных, моральных и теологических добродетелей.

     Источник  культуросозидающей деятельности человека, его непрестанного самопревосхождения - трасценденции - выводится из устремленности к божественному Абсолюту. Диалог церкви ("града божьего") и общества понимается как средство внесения высших религиозно-нравственных ценностей в культуру современности. Философия неотомизма придаёт фундаментальную ценность "мирской" истории, наличия в ней имманентной цели, связанной с совершенствованием человека, культуры. Неотомизм большое значение придаёт евангелизации и экуменическому сближению религий как средству смягчения трагических противоречий современности.

     Религиозная вера и рациональное познание, утверждают неотомисты, не противоречат друг другу, не исключают одно другое, а при правильном употреблении друг друга дополняют. Это не антиподы, а два источника одного потока, два пути, ведущие к одной и той же цели. Источник веры в конечном счете - божественное откровение.       Официальная догматическая формула, выражающая неотомистскую концепцию взаимоотношения философии и религии гласит: "философия - служанка веры".

     Тактика неотомистов по отношению к новейшим научным достижениям отличается от их позиции в отношении развития философской мысли. По отношению к естественнонаучным открытиям проявляется ныне терпимость и даже готовность к их ассимиляции натурфилософской системой неотомизма. Гонение на научное познание, в соответствии с формулой Экклезианства "многознание приносит скорбь" и прямое придание ученых анафеме осталось в прошлом. Неотомисты заявляют, что они пекутся о "правильном истолковании науки" ; в тоже время они стараются частично обновить, приспособить к науке свои догмы; направить поток новейших достижений наук о природе в русло богословских интерпретаций.

     В наше время нельзя обращаться к ученым, упорствуя в своём непризнании  выводов науки. Неотомисты теперь признают, что если бы философия закрыла глаза на необратимые успехи науки, она, по утверждению Жильсона, была бы не в состоянии вступить в диалог с ними, лишила бы себя средств самозащиты в случаи нападения на неё извне. Приходится теологам искать примирение с наукой, в условиях подъёма научного миропонимания. Отсюда стремление неотомистов "ассимилировать общие выводы наук применительно к преподаванию теологии.

     2-ой  Ватиканский собор состоялся в период с 1962-1965 г. проведя 168 заседаний. Непосредственно философские вопросы не бы- ли предметом обсуждения на Соборе. Папа Иоанн ХХ, созвав церковный собор, ставил целью осуществление "аджорнаменто", т.е. перестройку католической церкви применительно к новым историческим условиям. Важным документом, предназначенным для церковного обновления, является "Пастырская конституция об отношении церкви к современному миру". В результате компромисса, смягчения и устранения первоначальных более радикальных формулировок "Конституция" была принята. Суть обновленного подхода к вопросу о науке и разуме, их роли в современном мире можно кратко сформулировать следующим образом. С одной стороны, признается, что благодаря науке и технике в современном мире осуществляются коренные преобразования. Религиозные философы занимаются проблемами естествознания, ушли от традиционного цензорского тона по отношению к науке. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Список  использованных источников.