Актуальные вопросы принципы aut dederе aut judicare (работа комиссии международного права)

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Государственное бюджетное образовательное  учреждение высшего профессионального образования

«Забайкальский  государственный университет»

Юридический факультет

Кафедра государственного и муниципального права

КУРСОВАЯ РАБОТА

ПО ДИСЦИПЛИНЕ «Международное право»

НА ТЕМУ "Актуальные вопросы принципы aut dederе aut judicare (работа комиссии международного права)"

Выполнил: студент  группы

Юв-10-04

Замятина Надежда Александровна

 Проверил:      

Чита 2012

Содержание:

Введение

Во всем мире все большее значение приобретает  институт выдачи. Преступность затрагивает  как отношения между гражданами и юридическими лицами, так и межгосударственные отношения. Международное сотрудничество в области борьбы с преступностью осуществляется в общих рамках правовой помощи государств, необходимость которой давно уже признана и является частью их международного сотрудничества в области международного уголовного права.

Международное сотрудничество в борьбе с преступностью  было связано не в последнюю очередь с потребностями обеспечения выдачи преступников. Проблема выдачи является одной из самых сложных в международной борьбе с преступностью, так как непосредственно затрагивает суверенитет заинтересованных государств. Процедура выдачи сложна, громоздка и длительна по времени, поскольку затрагивает интересы нескольких государств и многих ведомств внутри каждого из них. Она способствует обеспечению неотвратимости наказания и позволяет вести ее на международном уровне, несмотря на территориальные разграничения юрисдикции разных стран.

Несколько многосторонних договоров, касающихся преступлений, вызвавших всеобщее осуждение международного сообщества, привели к практике принуждения сторон или выдавать лиц, находящихся на их территории, для суда другой стороне, или судить на своей территории по своим законам. Этот общепринятый принцип не являющейся частью обычного права, содержится в ряде международных конвенций: например, в Конвенция о случаях геноцида от 9 декабря 1948 года, ст. 7; четырех Женевских Конвенциях от 12 августа 1949 года (Конвенция об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях; Конвенция об улучшении раненых, больных и потерпевших кораблекрушение из состава вооруженных сил на море; Конвенция относительно обращения с военнопленными и Женевской Конвенции о защите гражданского населения во время войны) и протоколе от 8 июня 1977 года, касающиеся защиты жертв международных вооруженных конфликтов, ст. 88; Конвенции против пыток от 10 декабря 1984 г., ст. 7; Единой Конвенция о наркотических средствах от 30 марта 1961 г., ст. 36; и Конвенция о психотропных веществах от 21 февраля 1971 года.

Этот  принцип является центральным в борьбе с международным терроризмом. В частности, обязательство выдать или предать суду в последние десятилетия включалось во все так называемые секторальные конвенции по борьбе против терроризма начиная с Конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных судов, подписанной в Гааге 16 декабря 1970 года, статья 7 которой гласит: "Договаривающееся Государство, на территории которого оказывается предполагаемый преступник, если оно не выдает его, обязано, без каких-либо исключений и независимо от того, совершено ли преступление на его территории, передать дело своим компетентным органам для целей уголовного преследования".

На своей  пятьдесят шестой сессии (2004 год) Комиссия международного права ООН постановила включить тему "Обязательство выдавать или осуществлять судебное преследование (aut dedere aut judicare)" в свою долгосрочную программу работы. В ходе своей пятьдесят седьмой сессии Комиссия на 2865-м заседании, состоявшемся 4 августа 2005 года, постановила включить эту тему в свою текущую программу работы и назначить г-на Здзислава Галицкого Специальным докладчиком по данной теме. В пункте 5 своей резолюции 60/22 от 23 ноября 2005 года Генеральная Ассамблея ООН одобрила решение Комиссии включить эту тему в программу работы.

Глава I. Обязательство выдавать или осуществлять судебное преследование  в международном праве

1.1. Понятие принципа "aut dedere aut judicare"

Основополагающим  принципом института выдачи является принцип неотвратимости наказания ("aut dedere aut judicare"), устанавливающий, что государство, на территории которого оказывается преступник, должно либо выдать его, либо передать дело соответствующим органам для уголовного преследования.

Формула "либо выдать, либо предать суду" (по-латински: "aut dedere aut judicare") обыкновенно используется для обозначения альтернативного обязательства в отношении обращения с предполагаемым правонарушителем, "… которое содержится в ряде многосторонних договоров, касающихся международного сотрудничества при пересечении некоторых видов преступного поведения".

Выражение "aut dedere aut judicare" представляет собой современный вариант формулы, использованной Гроцием в своей книге "О праве войны и мира" в такой формулировке: "Государство, в котором находится тот, кто уличен в преступлении, должно или само, по требованию другого государства, наказать преступника, или предоставить это соответствующему государству". Однако в современном мире более либеральная формула обязательства, альтернативного выдаче ("предать суду/преследовать"/judicare вместо "наказать/покарать"/punire), представляется уместной, если иметь также в виду, что Гроций утверждал, что общее обязательство выдать или покарать существует в отношении всех правонарушений, посредством которых вред наносится другому государству.

Современная теория, по-видимому, не заходит столь  далеко, если учесть, что предполагаемый правонарушитель может быть признан невиновным. Кроме того, она не затрагивает вопроса о том, проистекает ли обсуждаемое обязательство исключительно из соответствующих договоров, или же оно также отражает общее обязательство по международному обычному праву, по крайней мере в отношении конкретных международных правонарушений.

Существуют также некоторые  другие формулы, которые применялись  в доктрине для описания рассматриваемого обязательства, такие, как, например, "judicare aut dedere" или "aut dedere aut prosequi", или даже "aut dedere, aut judicare, aut tergiversari". На правоприменительном уровне присутствует также вариант принудительного исполнения решений иностранных уголовных судов согласно принципу aut dedere aut poenam persequi.

Комиссия международного права, которая включила норму aut dedere aut judicare в Проект кодекса преступлений против мира и безопасности человечества 1996 года (Проект кодекса преступлений 1996 года), одновременно разъяснила принцип и его существо следующим образом: «Обязательство в отношении выдачи или судебного преследования возлагается на государство местонахождения, на территории которого присутствует предполагаемый правонарушитель. Государство местонахождения обязано принять меры к обеспечению того, чтобы такое лицо было подвергнуто судебному преследованию либо национальными властями этого государства, либо другого государства, которое заявляет о своем желании осуществлять судебное преследование по этому делу, обращаясь с просьбой о выдаче. Государство местонахождения обладает уникальными возможностями для обеспечения осуществления настоящего Кодекса в силу факта присутствия на его территории предполагаемого правонарушителя. Поэтому государство местонахождения обязано принять необходимые и разумные шаги к поимке предполагаемого правонарушителя и обеспечению его судебного преследования компетентными судебными органами. Обязательство в отношении выдачи или судебного преследования касается государства, в котором находится «лицо, предположительно совершившее преступление». Эта формулировка используется для обозначения лица, устанавливаемого не на основании голословных утверждений, а на базе соответствующей фактической информации»

Признавая важность соответствующего принципа для эффективного функционирования института выдачи Институт международного права на своей сессии в Кембридже в 1983 году принял резолюцию «Новые проблемы экстрадиции», содержащую часть VI под названием “Aut judicare aut dedere”, в пункте 1 которой говорилось следующее: «Норма aut judicare aut dedere должна быть усилена и расширена, и она должна устанавливать детальные методы оказания правовой помощи».

В доктрине подчеркивалось, что для определения эффективности  системы на основе обязательства выдавать или осуществлять судебное преследование необходимо решить три следующие проблемы: «во-первых, статус и сфера применения этого принципа согласно международному праву; во-вторых, иерархия вариантов, закрепленных в этой норме, при условии, что государство, к которому обращена просьба о выдаче, имеет выбор; в-третьих, практические трудности в осуществлении judicare».

Таким образом, принцип "aut dedere aut judicare" означает, что лицо, совершившее преступление, должно понести наказание в стране, где оно было задержано, или в стране совершения преступления, либо в стране, в наибольшей степени пострадавшей от преступления.

1.2 Анализ положений, касающихся обязательства "aut dedere aut judicare", в соответствующих конвенциях

и других международных  договорах

В число  международных актов, касающихся обязательства "aut dedere aut judicare" входят как договоры по конкретным вопросам, определяющие конкретные правонарушения и требующие их криминализации и преследования или выдачи правонарушителей, так и процедурные конвенции, касающиеся выдачи и других вопросов правового сотрудничества между государствами.

Все международные  конвенции, которые могут быть актуальны для работы Комиссии международного права над темой «Обязательство выдавать или осуществлять судебное преследование (aut dedere aut judicare)» подразделяются на четыре категории:

a) Международная конвенция по борьбе с подделкой денежных знаков 1929 года («Конвенция о фальшивомонетчестве») и другие конвенции, повторяющие ту же модель;

b) Женевские конвенции 1949 года и Дополнительный протокол 1977 года к ним;

c) региональные конвенции о выдаче;

d) Конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов 1970 года и другие конвенции, повторяющие ту же модель.

1.2.1 Международная конвенция по борьбе с подделкой денежных знаков ("Конвенция о фальшивомонетчестве")

Конвенция о фальшивомонетчестве  была принята на Международной конференции, проводившейся 9–20 апреля 1929 года в Женеве под эгидой Лиги Наций.

Международная конвенция по борьбе с подделкой  денежных знаков содержит два положения  о сочетании выдачи с судебным преследованием, послужившие прототипом для группы заключенных впоследствии договоров о пресечении международных  преступлений. Воспринятый в Конвенции  о фальшивомонетчестве механизм был охарактеризован как необходимое  воплощение основополагающего принципа, по которому «подделка денежных знаков нигде не должна оставаться безнаказанной".

Предусмотренный в Конвенции  о фальшивомонетчестве механизм проводит различие между лицами, состоящими и не состоящими в гражданстве соответствующего государства. Он также признаёт, что государства практикуют разные подходы к осуществлению экстерриториальной юрисдикции, и поэтому не обязывает государства настаивать на юрисдикции в каждом случае, когда просьба о выдаче отклоняется.

В статье 8 Конвенции разбирается  вопрос о гражданах, совершивших преступление за границей: «В странах, не признающих принципа выдачи своих граждан, собственные уроженцы, возвратившиеся на территорию своей страны после того, как они совершили за границей действия, предусмотренные в статье 3, должны понести наказание в том же порядке, как если бы действие было совершено на их территории, и притом даже в тех случаях, когда виновный приобрел гражданство после совершения правонарушения.

Это постановление не применяется, если в подобном случае иностранец не может быть выдан».

Статья 9 регулирует положение  иностранцев, которые находятся  на территории третьего государства: «Иностранцы, совершившие за границей действия, предусмотренные в статье 3, и находящиеся на территории страны, внутреннее законодательство которой допускает в качестве общего правила принцип привлечения к ответственности за правонарушения, совершённые за границей, должны понести наказание в том же порядке, как если бы действие было совершено на территории этой страны.

Обязательство привлечения  к ответственности обусловливается  тем, что выдача была потребована и что страна, к которой обращено требование, не может выдать обвиняемого по причине, не связанной с данным делом».

Статья 10 предусматривает  применимый режим выдачи за правонарушения, указанные в статье 3. Проводится различие между государствами, ставящими и не ставящими выдачу в зависимость от существования договора. В первом пункте говорится о первой категории государств и предусматривается, что соответствующие преступления «включаются автоматически как основание для выдачи во все договоры о выдаче, заключенные или имеющие быть заключенными между различными Высокими Договаривающимися Сторонами». Согласно второму пункту, те государства, которые не ставят выдачу в зависимость от существования договора или от условия взаимности, обязуются признавать эти преступления как основание для выдачи между ними. В третьем пункте уточняется, что «выдача последует согласно праву страны, к которой обращено требование».

Кроме того, в Конвенции  о фальшивомонетчестве имеется  два положения, которые оговаривают, что при ее применении действуют внутреннее уголовное законодательство и административный порядок участвующих государств.

Механизм наказания правонарушителей, прототипом которого послужила, судя по всему, Конвенция о фальшивомонетчестве, предусмотрен в следующих конвенциях (они перечисляются в хронологическом порядке):

a) Конвенция по борьбе с нелегальной торговлей сильнодействующими средствами 1936 года;

b) Конвенция о предупреждении терроризма и наказании за него 1937 года;

c) Конвенция о борьбе с торговлей людьми и с эксплуатацией проституции третьими лицами 1950 года;

d) Единая конвенция о наркотических средствах 1961 года;

e) Конвенция о психотропных веществах 1971 года.

Составные элементы механизма, воспринятого в этих конвенциях, таковы:

a) криминализация соответствующего правонарушения, которое государства-участники обязуются сделать наказуемым по их отечественным законам;

b) положения о судебном преследовании и выдаче, в которых учитывается расхождение между государствами во мнениях относительно выдачи своих граждан и осуществления экстерриториальной юрисдикции, причем за последней признаётся разрешительный, а не обязательный характер;

c) преимущество выдачи перед судебным преследованием;

d) такой режим выдачи, при котором государства обязуются в определенных обстоятельствах считать правонарушение влекущим выдачу;

e) положение, лимитирующее вмешательство конвенции в применяемый государствами подход к вопросу об уголовной юрисдикции как к международно-правовому вопросу;

f) клаузула о ненанесении ущерба уголовному законодательству и административному порядку каждого государства.

Все вышеупомянутые конвенции  обязывают государства-участники  сделать те или иные преступления наказуемыми по своему отечественному законодательству.

1.2.2 Женевские конвенции 1949 года

Четыре Женевских конвенции  были приняты на Дипломатической  конференции по выработке международных  конвенций о защите жертв войны, которая была созвана Федеральным советом Швейцарии и состоялась 21 апреля – 12 августа 1949 года в Женеве. В своей работе Дипломатическая конференция опиралась на проекты текстов, принятые в Стокгольме на XVII Международной конференции Красного Креста.

Одна из статей, общих  для всех четырех Женевских конвенций 1949 года, предусматривает одинаковый механизм судебного преследования лиц, обвиняемых в серьезных нарушениях Конвенций. Основополагающий принцип этого механизма – установление универсальной юрисдикции применительно к серьезным нарушениям Конвенций, при которой обязательство принимать меры в отношении предполагаемого преступника не обусловливается какими-либо юрисдикционными соображениями государств. Еще одна особенность состоит в том, что этот механизм предусматривает обязательство осуществлять судебное преследование, а в порядке альтернативы – выдачу обвиняемого.

При этом обязательство разыскивать  предполагаемого преступника и  осуществлять его судебное преследование  представляется существующим независимо от того, поступает ли от другой стороны просьба о выдаче

Согласно первому пункту общей статьи, стороны «берут на себя обязательство ввести в действие законодательство, необходимое для обеспечения эффективных уголовных наказаний для лиц, совершивших или приказавших совершить те или иные серьезные нарушения» Конвенций.

Во втором пункте общей  статьи указывается: «Каждая Высокая Договаривающаяся Сторона обязуется разыскивать лиц, обвиняемых в том, что они совершили или приказали совершить то или иное из упомянутых серьезных нарушений и, каково бы ни было их гражданство, предавать их своему суду. Она сможет также, если она этого пожелает, передавать их в соответствии с положениями своего законодательства для суда другой заинтересованной Высокой Договаривающейся Стороне в том случае, если эта Договаривающаяся Сторона имеет доказательства, дающие основание для обвинения этих лиц».

В четвертом пункте общей статьи предусматривается, что «при всех обстоятельствах обвиняемые лица будут пользоваться гарантиями надлежащей судебной процедуры и правом на защиту» и что эти гарантии «не должны быть менее благоприятными, чем те, которые предусмотрены в статье 105 и последующих статьях» Женевской конвенции об обращении с военнопленными.

1.2.3. Региональные конвенции о выдаче

В нескольких региональных конвенциях о выдаче содержатся положения, в которых вариант выдачи сочетается с вариантом судебного преследования. Притом что наиболее влиятельными представляются конвенции, заключенные в межамериканском и европейском контекстах, положения такого рода можно встретить и в других региональных конвенциях.

Межамериканская конвенция о выдаче.

Кодекс  Бустаманте был принят на шестой Международной конференции американских государств 1928 года на основе проекта, составленного в 1927 году рио-де-жанейрской Международной комиссией юристов118, которая, в свою очередь, опиралась на подготовительный труд, проделанный Антонио Санчесом де Бустаманте-и-Сирвеном. В основу составленного в 1927 году проекта кодекса был положен принцип территориальности при осуществлении уголовной юрисдикции.

Посвященные вопросам выдачи конвенции, заключенные  в межамериканском контексте, являются, видимо, первыми, где появились положения, в которых вариант выдачи сочетается с вариантом судебного преследования. В разделе III («О выдаче») книги IV («Международный процесс») Конвенции о международном частном праве 1928 года, которая также известна под названием «Кодекс Бустаманте», приводится два положения следующего содержания:

Статья 344

Для того чтобы сделать действительной международную  судебную компетенцию в уголовных делах, каждое из Договаривающихся Государств будет удовлетворять ходатайства, возбужденные любым другим Договаривающимся Государством, о выдаче лиц, осужденных или преследуемых за преступные деяния, коль скоро такие ходатайства будут заявлены согласно настоящему третьему разделу или согласно постановлениям международных договоров или конвенций, дающих перечень уголовных правонарушений, по которым может последовать выдача.

Статья 345

Договаривающиеся  Государства не обязаны выдавать своих граждан. Нация, отказывающаяся выдать одного из своих граждан, обязана его судить.

Сходным образом согласно Конвенции о  выдаче 1933 года, принятой на седьмой Международной конференции американских государств, государства-участники обязались при некоторых условиях передавать любому государству, которое может обратиться с требованием, обвиняемых или осужденных лиц, которые могут находиться на их территории (ст. 1). Статья 2 гласит:

«Когда  лицо, чья выдача запрашивается, является гражданином страны, к которой обращено требование, осуществление или неосуществление его передачи определяется законодательством или обстоятельствами дела, трактуемыми передающим государством. Если передача обвиняемого не осуществляется, последнее государство обязано подвергнуть его судебному преследованию за преступление, в котором он обвиняется, если такое преступление отвечает условиям, указанным в абзаце «b» предыдущей статьи [т. е. если деяние, в связи с которым запрашивается выдача, составляет преступление и является наказуемым по законам запрашивающего и передающего государства, а также влечет наказание в виде не менее чем тюремного заключения на срок один год]. Вынесенный приговор доводится до сведения запрашивающего государства».

Сходным образом Межамериканская  конвенция о выдаче 1981 года обязывает  государства-участники «передавать  другим государствам-участникам, запрашивающим  их выдачу, лиц, которые подвергаются в судебном порядке уголовному преследованию, являются подсудимыми или осужденными либо приговорены к лишению свободы» (ст. 1). В статье 2 указывается, что для того, чтобы было дано согласие на выдачу, соответствующее преступление должно быть совершено на территории запрашивающего государства, а если оно совершено не там, то такое согласие будет зависеть от подсудности преступления этому государству.

Европейская конвенция  о выдаче 1957 года.

Европейская конвенция о  выдаче, принятая в рамках Совета Европы, содержит положение, сочетающее вариант выдачи с вариантом судебного преследования, причем, как указывается ниже, это положение частично послужило моделью для соответствующего положения, вошедшего в Конвенцию о борьбе с незаконным захватом воздушных судов.

В статье 1 Европейской конвенции  о выдаче, озаглавленной «Обязательство в отношении выдачи», предусматривается:

«Договаривающиеся Стороны  обязуются выдавать друг другу при условии соблюдения положений и условий, изложенных в настоящей Конвенции, всех лиц, в отношении которых компетентные органы запрашивающей Стороны осуществляют судопроизводство в связи с каким-либо преступлением или которые разыскиваются указанными органами для приведения в исполнение приговора или постановления об аресте».

Исходя из Конвенции, выдача осуществляется в отношении преступлений, наказуемых в соответствии с законодательством запрашивающей Стороны и запрашиваемой Стороны лишением свободы или в соответствии с постановлением об аресте на максимальный срок по крайней мере в один год или более серьезным наказанием. В последующих положениях Европейской конвенции о выдаче сформулированы исключения из этих правил, а также условия для выдачи. Сюда относятся: неосуществление выдачи за политические преступления либо в случае, если просьба о выдаче сделана с целью судебного преследования или наказания лица в связи с его расой, религией, национальностью или политическими убеждениями или же когда положению этого лица может быть нанесен ущерб по любой из этих причин (ст. 3), возможность отказа в выдаче, когда преступление совершено полностью или частично на территории запрашиваемого государства (ст. 7) или когда компетентные органы такого государства ведут в отношении такого лица судебное преследование или вынесли окончательное решение в связи с преступлением, по поводу которого запрашивается выдача (стт. 8 и 9), возможность отказа в выдаче, когда соответствующее преступление наказуемо смертной казнью в соответствии с законом запрашивающей стороны, а по закону запрашиваемой стороны за такое преступление смертная казнь не предусматривается или обычно не приводится в исполнение, если только запрашивающая сторона не предоставит достаточных гарантий о том, что смертный приговор не будет приведен в исполнение (ст. 11), и др.

1.2.4. Конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов

Наиболее общепринятой современной  версией договорных положений, где вариант выдачи сочетается с вариантом судебного преследования, является особенный тип норм, получивший название «гаагской формулы». Этот тип встречается в конвенциях, направленных на пресечение конкретных преступлений, – прежде всего в области борьбы с терроризмом, но также и во многих других сферах (включая такие проблемы, как пытки, наемничество, обеспечение безопасности персонала Организации Объединенных Наций, транснациональная преступность, коррупция, насильственные исчезновения и т. д.).

Единодушно признаётся, что  механизм наказания преступников, предусмотренный Конвенцией о борьбе с незаконным захватом воздушных судов, послужил моделью для большинства современных конвенций о пресечении конкретных преступлений.

Выделяют два варианта формулы Гаагской конвенции:

а) альтернативное обязательство передать дело для  целей уголовного преследования применительно к иностранцу зависит от того, приняло ли государство решение санкционировать осуществление эстратерриториальной юрисдикции;

b) обязательство передать дело для цели уголовного преследования возникает только в случае отказа удовлетворить просьбу о выдаче.

Данная  Конвенция гласит: "Договаривающееся Государство, на территории которого оказывается предполагаемый преступник, если оно не выдает его, обязано, без каких-либо исключений и независимо от того, совершено ли преступление на его территории, передать дело своим компетентным органам для целей уголовного преследования. Эти органы принимают решение таким же образом, как и в случае любого обычного преступления серьезного характера в соответствии с законодательством этого государства".

В статье 8 излагается режим  выдачи за соответствующее преступление. Согласно пункту 1, преступление считается включенным в качестве преступления, влекущего выдачу, в любой договор о выдаче, заключенный между договаривающимися государствами, и договаривающиеся государства обязуются включать такое преступление в качестве преступления, влекущего выдачу, в любой договор о выдаче, заключаемый между ними. В пункте 2 говорится, что если договаривающееся государство, которое обусловливает выдачу наличием договора, получает просьбу о выдаче от другого договаривающегося государства, с которым оно не имеет договора о выдаче, то оно может по своему усмотрению рассматривать Конвенцию в отношении такого преступления в качестве юридического основания для выдачи, учитывая при этом другие условия, предусматриваемые его законодательством. Договаривающиеся государства, не обусловливающие выдачу наличием договора, рассматривают в отношениях между собой такое преступление в качестве преступления, влекущего выдачу, в соответствии с условиями, предусмотренными законодательством запрашиваемого государства (п. 3). Согласно пункту 4, преступление рассматривается для целей выдачи, как если бы оно было совершено не только в месте его совершения, но также и на территории государств, которые обязаны установить свою юрисдикцию в соответствии с пунктом 1 статьи 4.

Положение, в котором применена так называемая «гаагская формула», присутствует в следующих конвенциях (перечисляются в хронологическом порядке): Конвенция о предупреждении и наказании за совершение актов терроризма, принимающих форму преступлений против лиц и сопутствующего им вымогательства, когда эти акты имеют международную значительность (Организация американских государств (ОАГ)) (1971 г.), Конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации (1971 г.), Конвенция о предотвращении и наказании преступлении против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов(1973 г.), Европейская конвенция о пресечении терроризма(1977 г.), Международная конвенция о борьбе с захватом заложников(1979 г.), Конвенция о физической защите ядерного материала (1980 г.), Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (1984 г.), Межамериканская конвенция о предупреждении пыток и наказании за них (1985 г.), Региональная конвенция Ассоциации регионального сотрудничества стран Южной Азии (СААРК) о пресечении терроризма (1987 г.), Протокол о борьбе с незаконными актами насилия в аэропортах, обслуживающих международную гражданскую авиацию, дополняющий Конвенцию о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации (1988 г.), Конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства (1988 г.), Конвенция Организации Объединенных Наций о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ (1988 г.), Международная конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наемников (1989 г.), Межамериканская конвенция о насильственном исчезновении лиц (1994 г.), Конвенция о безопасности персонала Организации Объединенных Наций и связанного с ней персонала (1994 г.), Межамериканская конвенция против коррупции (1996 г.), Межамериканская конвенция о борьбе с незаконным производством и оборотом огнестрельного оружия, боеприпасов, средств взрывания и других связанных с ними элементов (1997 г.), Конвенция Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) о борьбе с дачей взяток иностранным государственным должностным лицам при осуществлении международных деловых операций (1997 г.), Международная конвенция о борьбе с бомбовым терроризмом (1997 г.), Конвенция о защите окружающей среды посредством уголовного законодательства (Совет Европы) (1998 г.), Конвенция об уголовной ответственности за коррупцию (Совет Европы) (1999 г.), Второй протокол к Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 года (1999 г.), Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма (1999 г.), Факультативный протокол к Конвенции о правах ребенка, касающийся торговли детьми, детской проституции и детской порнографии (2000 г.), Конвенция Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности (2000 г.) и Протоколы к ней, Конвенция о киберпреступности (Совет Европы) (2001 г.), Конвенция Африканского союза о предупреждении коррупции и борьбе с ней (2003 г.), Конвенция Организации Объединенных Наций против коррупции (2003 г.), Международная конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма (2005 г.), Конвенция Совета Европы о предупреждении терроризма (2005 г.), Факультативный протокол к Конвенции о безопасности персонала Организации Объединенных Наций и связанного с ней персонала (2005 г.), Международная конвенция для защиты всех лиц от насильственных исчезновений (2006 г.) и Конвенция Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) о противодействии терроризму (2007 г.).