Духовная службы и роль русско-православной церкви в годы русско-турецкой войны

Содержание

Введение……………………………………………………………………………...3

1. Попечительская деятельность Православной Церкви на Гродненщине в период русско-турецкой войны 1877-1878 гг……………………………….5
2. Церковь в период войны за освобождение Болгарии………………………9
3. Духовная службы и роль русско-православной церкви в годы русско-турецкой войны ……………………………………………………………..12

Заключение………………………………………………………………………….17

Список литературы…………………………………………………………………18

Введение

Актуальность темы исследования. Русские воины шли в бой с неприятелем, воодушевляясь любовью к Богу, к своему народу и Отечеству. Богослужения и религиозно-нравственные беседы были необходимы, чтобы, с одной стороны, внушить солдату понятие о величии и святости его призвания и деятельности как защитника веры, царя и Отечества, а с другой - чтобы умирить его душевные томления, нравственно его успокоить и тем удержать от дурных поступков. Кто же лучше может объяснить смысл слова Божия и достигнуть желаемых результатов, как не тот, кто с молодых лет готовился посвятить себя этому делу, кто был призван к тому священным саном? Священник мог глубоко заглянуть в душу солдата, избрав для этого удобный, подходящий случай, и образумить и наставить заблуждающегося. Поэтому и были введены в русской армии штаты православного духовенства, а также представителей других религий.

Главной задачей священника в военное время, кроме совершения богослужений и треб, было влияние на свою паству личным примером, твердостью духа в сложнейших ситуациях, стойкостью в исполнении воинского долга. Полковой священник принимает на себя особенную чрезвычайную миссию во время сражения русского воинства с неприятелем. Священник должен запастись самоотвержением, чтобы, стоя в пылу битвы, быть способным поддерживать в армии надежду на помощь Божию и свои собственные силы, вдохнуть в нее патриотический героизм к Царю и Отечеству. Русско-турецкая война не была исключением. Все это подтверждает актуальность темы исследования.

Целью работы является изучение положения русской православной церкви  и выявление ее роли в ходе русско-турецкой войны.

Достижение данной цели обусловило постановку следующих задач:

- определение иерархии  и роли военного духовенства  в годы русско-турецкой войны;

- анализ роли русской  православной церкви на отдельных  направлениях в годы русско-турецкой войны (Болгарское и Гродненское).

Предметом исследования является русская православная церковь в годы русско-турецкой войны.

В качестве источников при написании работа использовались исторические документы, касающиеся периода русско-турецкой войны1.

Теоретические основы исследования составили учебные материалы по курсу истории отечества2, а также аналитические работы авторов по тем или иным аспектам темы исследования3.

Структуру работы составляют: введение, в котором поставлены основные цели и задачи работы; основная часть, представленная тремя разделами, в которых наиболее полно рассмотрены вопросы темы исследования; заключение, содержащее основные выводы по работе; список литературы, на основе которой была написана данная работа.

1. Попечительская деятельность Православной Церкви на Гродненщине в период русско-турецкой войны 1877-1878 гг.

Православная Церковь всегда сочувственно относилась к национально-освободительной борьбе южных славян против турецкого владычества. В годы обострения ближневосточного кризиса большую помощь повстанцам оказывали славянские комитеты - единственные легальные организации, собиравшие пожертвования и пересылавшие их к месту назначения.

Суммы, собранные для них по различным, в том числе и церковным каналам, были достаточно значительными. Благословляла Церковь и направление добровольцев на Балканы, пополнявших ряды сражающихся южных славян. Объявление войны Турции 12 апреля 1877 года народы России восприняли как шаг справедливый, призванный освободить братские славянские народы из-под власти султана.

В числе первых протянули руку помощи страждущим южным славянам местные православные братства. Инициатором этого благородного порыва верующих в Северо-Западном крае стало Виленское Свято-Духовое братство. Им в пользу славян за короткий промежуток времени было собрано 5 133 руб.41 коп.

Эти средства получили следующее назначение: 1) отослано Сербскому митрополиту Михаилу 1200 руб.; 2) обществу попечения о раненых и больных воинах - 1 000 руб.; 3) Санкт-Петер-бургскому отделу Славянского благотворительного комитета - 1 100 руб.; 4) чрез тот же комитет в пользу черногорцев - 1 000 руб.; 5) выдано в пособие русским добровольцам в Сербии - 669 руб.;6) на пересылку по почте денег и тюков с медикаментами - 14 руб.10 коп4.

Когда же Россия вступила в войну с Турцией, братчики на своем общем собрании 24 апреля 1877 года постановили: "Отчислить из своих средств 1.000 руб. и препро-водить оные в распоряжение местного управления общества Красного Креста".

Среди наиболее крупных пожертвователей из числа братчиков были - архиепископ Литовский и Виленский Макарий, епископ Евгений, архимандрит Августин, протоиерей Виктор Гамалицкий, Иоанн Борзаковский, Иоанн Котович, Андрей Курганович, Иоанн Швербович, граф Д.А.Толстой, а также такие видные деятели, как П.П.Альбединский, К.П.Кауфман, П.Н.Батюшков, И.П.Корнилов, А.Ф.Ратч, М.О.Коялович, Ю.Ф.Крачковский, И.П.Трутнев и др5.

Видя усилия общественности по оказанию помощи южным славянам, и на государственном уровне стали принимать меры в указанном направлении. Так, 28 января 1877 года Виленский губернатор выслал на имя архиепископа Макария следующий циркуляр: "Состоящее под Высочайшим покровительством императрицы "Общество попечения о раненых и больных воинах" признало необходимым учредить, если обстоятельства того потребуют, в Виленской губернии два госпиталя - в Вильне на 300 человек и в м.Сморгонях Ошмянского уезда - на 25 чел. Специальное определение по этому вопросу поступило в мае 1877 года и от Святейшего Синода, выславшего в распоряжение главного правления "Общества Красного Креста" на санитарные нужды армии 100 тысяч руб. Синод также предписал всему духовенству приглашать к пожертвованиям на попечительские цели мирян, а также церкви и монастыри.

На основании этого определения Литовская консистория распорядилась, чтобы "благочинные все поступающие денежные и вещественные пожертвования от церквей, монастырей и лично от священно- и церковнослужителей отсылали тотчас же в местные губернские (Виленское, Ковенское и Гродненское) управления "Общества Красного Креста" (кружечный сбор, установленный в 1876 году на эти же цели, также сохранялся).

В период с 1 августа по 1 сентября 1877 года на счета "Общества попечения" поступило 3 122 руб.34 коп. Некоторое уменьшение суммы сборов перекрывалось поставками полотна, бинтов, корпии, а также продуктов питания. 16 сентября 1877 года, "в связи с наступлением холодного времени и ввиду потребности для раненых и больных воинов теплых и удобных помещений", Священный Синод циркулярно и через "Церковный вестник" пригласил всех епархиальных епископов и настоятелей ставропигиальных монастырей сделать распоряжения, "чтобы все мужские монастыри наши и в особенности расположенные по линиям железных дорог или вблизи оных немедленно передали в распоряжение местных органов "Красного Креста" для устройства госпиталей или приютов для выздоравливающих больных и раненых воинов все свободные или могущие освободиться в монастырских зданиях помещения и по мере средств содействовали к приготовлению и поддержанию сих помещений согласно новому временному их назначению"6.  
      Принимались меры и к обеспечению раненых и больных воинов от влияния холода и сырости во время их перевозки. Так, Литовская консистория, заслушав отношение Виленского губернатора на имя архиепископа Макария, приняла решение "придти на помощь жертвам настоящей войны посильным приношением денег для закупки для больных и раненых воинов теплой одежды или же самой одежды в натуре, но лишь не бывшей до того в употреблении, с тем, чтобы деньги через отцов благочинных присылаемы были к господину начальнику губернии, а вещи в натуре передаваемы местным уездным исправникам".

В своих обращениях к прихожанам священники Гродненщины разъясняли цели и задачи "Общества Красного Креста": "Братья христиане! Добрые люди уже не раз и не два жертвовали на наших воинов. И все-таки и теперь делать это не отказываются, ибо наша святая вера заповедует нам любить друг друга как самого себя… Примите все это во внимание, согрейте все это у сердец ваших и во имя всего этого не откажитесь принести посильную помощь раненым воинам кто чем может… Нас это не разорит, а между тем попечительному христолюбивому "Обществу Красного Креста" принесет какую-нибудь помощь" (из проповеди священника Хоробровичской церкви отца Григория).

Не перечесть и других дел гродненского духовенства в те годы. Прочувственными словами провожали и встречали они воинов местных гарнизонов, принимавших участие в войне на Балканах. Лучшие из этих речей публиковались в "Литовских епархиальных ведомостях". Священник Никодим Бабулевич такой чести был удостоен трижды. Прекрасно выразил чувства всего духовенства и верующих края архиепископ Литовский Макарий в своей речи по случаю встречи в Вильно 29 августа 1878 года воинов лейб-гвардии гусарского императорского полка, первым возвратившимся домой из Турции: "Христолюбивые воины! Сердечными молитвами и пламенными благожеланиями напутствовали мы вас на поля брани. С живейшей радостью и торжеством встречаем теперь вас возвращающихся в недра отечества… Слава и честь вам, доблестные витязи! Вы совершили истинно благое и самое заветное наше желание - пособить нашим несчастным братьям по вере и крови, освободить их из-под тяжкого ярма, улучшить их участь". Выступивший вслед за архиепископом Макарием командующий войсками округа генерал П.П.Альбединский от имени лейб-гусар сердечно поблагодарил жителей края за их попечение о воинах и небесные молитвы7.

Таким образом, мы видим, что одним из направлений деятельности русской православной церкви в период русско-турецкой войны была благотворительная деятельность.

2. Церковь в период войны за освобождение Болгарии

Западные политики видят в Турции оплот своих интересов на Балканах и ее поддерживают. Русский народ, Русская армия проливают свою кровь за то, чтобы освободить своих единоверцев от угрозы истребления, а некая активная часть русского общества, променяв родной народ и родную веру на лжеименное знание, прямо встает на защиту турок, подвергшихся мнимой русской агрессии. Потерявши веру, они теряют совесть, честь, разум.

Влияние раскольничьей его части усилилось со времени великих реформ Императора Александра II. Реформа, которую претерпела в 1860-е годы русская армия («Милютинская», по имени военного министра), содержала и новшества, которые наносили армии значительный вред.

Чего стоило армии и России уничтожение кадетских корпусов и учреждение военных гимназий без строевой подготовки, с «гувернерами» — по сути это были невоенные заведения. Позже пришлось восстанавливать кадетские корпуса, как более соответствующие целям образования и воспитания командного состава, но урон уже был нанесен огромный.

Положение о Действующей армии 1868 года подчинило во время войны армию с ее Главнокомандующим военному министерству и ее министру, лишило командование армией какой-либо самостоятельности. Об Императоре в Положении вообще не упоминалось.

Система управления войсковыми соединениями была изломана созданием неких «отрядов» при формальном сохранении классической субординации полк — бригада — дивизия — корпус. Уже во время войны многое пришлось возвращать на свои места. Но главный урон был нанесен в сфере духовной8.

 Военный министр Д.А.Милютин  высказался в том смысле, что  «Православие не учит думать». Как следствие игнорировалось  основное — вера народа и  основного контингента армии, для  которых Православие было не «государственной религией», а основой жизни и воинского служения. Игнорировались и сами традиции русской армии, как христолюбивого воинства. В армию была допущена возможность ее раскола.

Подвиг Российской армии тем выше, что он был совершен в столь трагическое время. Это была победа не только над угнетателями Болгарии, но и над своими отпавшими духовно соотечественниками антипатриотами. Бог был тогда за наших воинов. Болгарский город Плевен, Плевна, как говорят в России, — свидетель этой трудной победы.

О том, что русская армия в ту войну имела таких замечательных воинов, как поручик Леонид Михайлович Чичагов — будущий митрополит Серафим, ныне прославленный в лике святых как священномученик, довольно хорошо известно. Но была еще удивительная судьба одного из героев боев под Плевной. Конон Вуколов Семерников родился в 1842 году в станице Кочетовской Донской области в бедной казачьей семье от благочестивых родителей.

За свою доблесть Конон Семерников дважды был представлен к награждению Георгиевским крестом («Солдатский Георгий»), но, на удивление всем, оба раза категорически отказался от награды, просил передать ее кому-либо из особо отличившихся воинов, находившихся в его подчинении.

Позже за примерную сверхсрочную службу получил 1000 рублей наградных и годичный отпуск с правом по его окончании выбора между продолжением воинской службы и службой гражданской. Отправился в паломничество по русским монастырям с целью поклониться святыням и покаяться9.

В 1881 году пришел на Афон, здесь пожелал остаться и принять иночество. Определен священноначалием в пустынь Святых Петра и Андрея при Иверском монастыре и здесь пострижен с именем Константин.

В 1887 году по решению освященного собора Иверского монастыря назначен настоятелем русской Свято-Златоустовской обители. Ему было дано послушание привести обитель в надлежащий порядок, сохранить то, что ныне называют «памятниками старины», улучшить монастырское хозяйство.

Все это о. Константином и его братией было с Божией помощью исполнено. Келейная обитель Св. Иоанна Златоуста — небольшой общежительный монастырь, 26 насельников (1900 г.) — все русские монахи, пребывавшие в подвиге молитвы и в безмолвии, а также в непрестанном труде.

В начале войны с Турцией был одним из самых авторитетных и уважаемых наместников афонских монастырей. О. Макарий задался целью спасти святыни, находящиеся в храмах Болгарии, и сами болгарские храмы и монастыри от неизбежного разграбления и уничтожения турецкими войсками. О. Макарий на свой страх и риск добился переговоров с султаном о гарантиях неприкосновенности храмов во время боевых действий в Болгарии.

Султан поставил условием выкуп — крупную сумму денег (полтора миллиона золотых рублей). Не видя другого выхода, архимандрит Макарий изыскал возможность быстро получить требуемые деньги и внес их, получив обязательство султана сохранить в неприкосновенности во время войны ВСЕ православные церкви и монастыри в Болгарии, Сербии и Румынии.

Когда же под Плевной начались неудачи, монастырь положил на себя «канон» — правило сорок лет совершать «молебные пения великим святым». Вскоре последовало падение Плевны, перелом в войне и ее скорое и славное для России окончание.

Таким образом, мы видим, что русские священники участвовали в военных действиях и помогали солдатам, либо становились священниками после войны.

3. Духовная службы и роль русско-православной церкви в годы русско-турецкой войны

В 1840 году, согласно высочайше утвержденному предложению Святейшего Синода, начальствующему над военным духовенством отдельного Кавказского корпуса духовному лицу присваивалось звание обер-священника. В частях корпуса служили 47 армейских священников, что требовало оперативности в управлении и координации их деятельности. С переименованием корпуса в Кавказскую армию в штате ее Главного штаба предусматривалась должность обер-священника Кавказской армии (с 1858 года - главный священник Кавказской армии).

Административное положение протопресвитера военного и морского ведомств было вполне аналогично положению епархиальных Преосвященных с некоторыми лишь исключениями. При протопресвитере учреждалось особое духовное правление, состоящее из присутствия и канцелярии, определяющихся штатами (9 марта 1892 года). Правление это руководствовалось уставом духовных консисторий.

И к началу русско-турецкой войны сформировалась структура духовной службы в русской армии. Схематично это выглядело следующим образом:

Протопресвитер военного и морского духовенства

Главные священники округов

Главные священники армий

Дивизионные, бригадные, гарнизонные благочинные

Полковые, госпитальные и тюремные священники10

Таким образом, институт военного духовенства обретал всеболее четкую структуру, свою иерархию, обусловленную спецификой деятельности, а военные священники стали носителями славных традиций русской армии и Русской Православной Церкви.

При штабах военных округов и армий, как уже было сказано, существовали главные священники. Обычно это были штатные протоиереи, приравненные в правах к полковникам.

Местные вспомогательные органы управления военным духовенством возглавлялись благочинными, которые служили посредниками в отношениях между высшей военно-духовной властью и подчиненным военным духовенством. Это последнее состояло из полковых священников и священников других армейский частей и учреждений с пополненным по штатам причтом. В обязанности дивизионных благочинных вменялось:

- наблюдение за церквами и  духовенством войск, входящих в  состав дивизий;

- посещение подведомственных ему  церквей не менее одного раза  в год; 
- проверка церковного имущества по описям, приходно-расходных книг и всех церковных документов;

- наблюдение за преподаванием  Закона Божия и успехами учащихся  в полковых школах;

- разборка взаимных споров и  жалоб членов причта, жалоб военных  и светских лиц на полковых  священно- и церковнослужителей;

- при необходимости - внушения и  замечания виновным подведомственным  ему священно- и церковнослужителям, а также их женам и детям;

- предварительный просмотр подготовленных  полковыми священниками поучений, предназначенных к произнесению  в церквах при полковых праздниках и других торжественных для полка случаях.

Дивизионные, бригадные и гарнизонные благочинные не назначались, а избирались на собраниях духовенства гарнизонов.

Русская Православная Церковь, понимая, что исход войны, любого сражения зависит в основном от воли Божией, вменяла в обязанность военным священникам непрестанную молитву о даровании победы русскому оружию.

Убежденный, что молитва, привлекая к себе помощь Божию, укрепляет человека и сильно поднимает его дух, А. В. Суворов ни одной битвы не начинал и не оканчивал без молитвы. Перед битвой, помолясь Богу и "благословив всех, он кратко, но сильно напоминал всем обязанности перед Богом, Царем и Отечеством". Особенной торжественностью отличалось богослужение после победы. "Каждую победу, каждую удачу приписывал он Подателю всех благ и тотчас спешил в церковь, где на клиросе пел с певчими и читал Апостол"11.

В своем дневнике 29 ноября 1877 года граф Д. А. Милютин приводит такой эпизод из русско-турецкой войны: "Подъезжая к Плевне, Государь был встречен Великим князем - Главнокомандующим - со всей его свитой. Оба брата обнялись сердечно: Государь надел на Великого князя ленту Георгиевского ордена, тут же объявил о наградах генералам Непокойчицкому, Тотлебену, князю Имеретинскому, Левицкому, князю Масальскому и послал Георгиевские кресты главным начальствующим лицам гренадерского корпуса, которому досталась главная роль во вчерашнем бое.

Тут же, на высоте, в виду Плевны, отслужено было молебствие. Погода поправилась, даже выглянуло солнце. К молебствию подошли некоторые из ближайших частей войск. Они провели более суток в поле, почти без пищи; несмотря на то, шли бодро и имели воинственный вид.

В случаях необходимости, когда того требовали обстоятельства, полковые священники находились и среди сражающихся. Примеров тому из истории русской армии можно привести великое множество. Нельзя не упомянуть в связи с этим об эпизоде во время штурма Измаила, характеризующем полковых священников и их значение в боевой обстановке. На 4-ю и 5-ю колонны, состоявшие из казаков, турками была совершена молниеносная атака.

Казаки попятились назад, не выдерживая натиска противника. А. В. Суворов на помощь им прислал подразделения пехоты и кавалерии. Один из батальонов Полоцкого полка, двинувшись в штыки на турок, потерял своего командира, солдаты заколебались, пришли в замешательство... это видит полковой священник, воспламеняется мужеством, высоко поднимает крест с изображением Искупителя, обещает им верную победу и, указывая путь к ней, бросается на сабли турок. Воспламененному этим мужеством солдату уже ничто не может противиться, неудержимо стремятся они вперед, и все падает под их штыками"12.

"К рассвету весь вал был  в наших руках и войска, перегруппировавшись, начали еще более трудное дело - уничтожение турецких войск  внутри города, так как последние, ожесточившись, отдавали каждый клочок земли только ценою смерти. Из всех защитников Измаила было убито 30 860 человек и взято в плен 9000 ".

На другой день было торжественное молебствие, которое служил герой-священник Полоцкого полка. Салютом из взятых орудий и благодарными речами А. В. Суворова к своим чудо-богатырям закончилось это торжество. Так пала последняя твердыня турок на Дунае. Путь к Балканам был открыт.

Еще примеры. Иеромонах Иоанникий (Добротворский) с первых дней осады Севастополя постоянно был в траншеях, ежедневно обходил батареи с крестом в руках, вдохновляя солдат на подвиги. В ночь со 2 на 3 марта 1855 года в составе одного из батальонов Камчатского полка он участвовал в ожесточенном бою, ободряя своим словом и примером солдат, напутствовал умирающих, утешал и перевязывал раненых. Среди трупов вражеских солдат пастырь усмотрел офицера, притворившегося мертвым, которого пленил и сдал военному начальству.

Военные пастыри были верны доблестным традициям армейского и флотского духовенства и в последующих войнах и кампаниях. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов отличился священник 160-го пехотного Абхазского полка 40-й пехотной дивизии Феодор Матвеевич Михайлов. Во всех сражениях, в которых принимал участие полк, отец Феодор находился в передовых цепях.

Своей необычайной храбростью священник Феодор Михайлов был известен всему отряду, действовавшему на кавказско-турецкой границе. После каждого сражения между солдатами полков отряда велись разговоры об этом удивительно бесстрашном старичке. За отличие в боях с турками при блокаде города Эрзерума он был произведен в сан протоиерея, кроме того, был награжден орденами святой Анны II степени с мечами, святого Владимира IV степени с мечами и золотым наперсным крестом на Георгиевской ленте. Различных медалей и крестов отец Феодор имел так много, что по своей скромности стеснялся ходить по городу в полной форме.

Мужество при выполнении пастырского долга в ходе русско-турецкой войны проявил также протоиерей Доримедонт Петрович Поповицкий, священник 13-го лейб-гренадерского Эриванского полка (старейшего полка в Русской армии), который был ранен в грудь в момент напутствия умирающего воина на поле брани.

В Ахалтекинской экспедиции 1881-1882 годов "за мужественное поведение в боях по ходатайству генерал-адъютанта М. Д. Скобелева золотым крестом на Георгиевской ленте были награждены священники Михаил Жигунов и Димитрий Гачечиладзе".

К концу ХIX столетия за воинские подвиги были награждены сто одиннадцать духовных лиц.

Заключение

Проведенное исследование позволило сделать следующие выводы:

1. Деятельность военного духовенства была многогранной. Так, в ряду мер, принятых в армии, в том числе и в войсках Петербургского военного округа, для утверждения православной веры и нравственности среди нижних чинов, нельзя не отметить устройство военных кладбищ и погребение нижних чинов с должными воинскими почестями.
2. В бою место нахождения полкового священника должно было быть на передовом перевязочном пункте, где скапливались раненые, нуждавшиеся в моральной поддержке и медицинской помощи.
3. В случаях необходимости, когда того требовали обстоятельства, полковые священники находились и среди сражающихся. Примеров тому из истории русской армии можно привести великое множество.
4. В. В. Сахаров отмечал: "Военное духовенство всегда находилось и находится на высоте своего призвания, безупречно исполняя свои обязанности, о чем свидетельствуют единогласные отзывы начальников отдельных воинских частей. Мало того, военное духовенство нередко показывало примеры мужества, рыцарской храбрости во время боевых действий, а главное, словом увещания, речью от чистого сердца и добрым личным поведением научало солдатика безропотно переносить все тяжести доходной службы, а на войне храбро сражаться и побежденного врага щадить"13.
5. В целом деятельность церкви во время военных действий велась по нескольким направлениям: церковь занималась благотворительной деятельность, священники принимали участие в сражениях и совершали боевые подвиги; священники осуществляли свои непосредственные обязанности, связанные с осуществлением культа и многое другое.

Список литературы

1. Грюнберг П.  Н. Военные мемуары графа А. Х. Бенкендорфа: Источниковедческий аспект //  Дис. ... канд. ист. Наук. - М.,  2003. – 20 с.
2. Журов Н. Д. Военное духовенство в России / Н. Д. Журов. – М.: Дело, 2009. – 233 с.
3. Котков В. Полковой священник - главный организатор духовного, нравственного и патриотического воспитания военнослужащих русской армии / В. Котков // Журнал московской патриархии. – 1999. - N8. – С. 13-16.
4. Кузина В. Л. Русская православная церковь в период военный действий / В. Л. Кузина. – СПб.: Нева, 2002. – 214 с.
5. Лаврова М. Д.  История России / М. Д. Лаврова. – М.: Статут, 2008. – 417 с.
6. Мадянова К. Д История русской православной церкви / К. Д. Мадянова. – М.: Норма, 2001. – 463 с.
7. Сычов Е. Д. История Отечества / Е. Д. Сычов. – М.: Просвещение, 2007. – 471 с.
8. Хрестоматия по русско-турецкой войне: сборник документов / Сост. А. Д. Пыжин. – СПб.: Питер, 2008. – 478 с.
9. Черепица В. Н. Русская православная церковь на Балканах / В. Н. Черепица. – М.: Старт, 2002. – 123 с.

1 Хрестоматия по русско-турецкой войне: сборник документов / Сост. А. Д. Пыжин. – СПб.: Питер, 2008. – 478 с.

2 Сычов Е. Д. История Отечества / Е. Д. Сычов. – М.: Просвещение, 2007. – 471 с.; Лаврова М. Д.  История России / М. Д. Лаврова. – М.: Статут, 2008. – 417 с.

3 Мадянова К. Д История русской православной церкви / К. Д. Мадянова. – М.: Норма, 2001. – 463 с.; Кузина В. Л. Русская православная церковь в период военный действий / В. Л. Кузина. – СПб.: Нева, 2002. – 214 с.; Журов Н. Д. Военное духовенство в России / Н. Д. Журов. – М.: Дело, 2009. – 233 с.; Грюнберг П.  Н. Военные мемуары графа А. Х. Бенкендорфа : Источниковедческий аспект //  Дис. ... канд. ист. Наук. - М.,  2003. – 20 с.; Черепица В. Н. Русская православная церковь на Балканах / В. Н. Черепица. – М.: Старт, 2002. – 123 с.; Котков В. Полковой священник -- главный организатор духовного, нравственного и патриотического воспитания военнослужащих русской армии / В. Котков // Журнал московской патриархии. – 1999. - N8. – С. 13-16.

4 Мадянова К. Д История русской православной церкви / К. Д. Мадянова. – М.: Норма, 2001. – С. 214.

5 Кузина В. Л. Русская православная церковь в период военный действий / В. Л. Кузина. – СПб.: Нева, 2002. – С. 131.

6 Хрестоматия по русско-турецкой войне: сборник документов / Сост. А. Д. Пыжин. – СПб.: Питер, 2008. – С. 211.