Группы советских оккупационных войск в Германии

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Чувашский государственный педагогический

университет им. И. Я. Яковлева»

Историко-филологический Факультет

КАФЕДРА ВСЕОБЩЕЙ ИТОРИИ

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине «История России новейшего времени»

на тему «Группы советских оккупационных войск в Германии»

Работа выполнена

студентом V курса,

заочной формы обучения,

специальности 050401«История»

с дополнительной специальностью

«Юриспруденция»

Кузнецовым

Дмитрием Васильевичем

Научный руководитель –

канд. ист. наук, доцент

Волков П. Н.

Чебоксары

2014

Содержание

1. Оккупационные  войска в Германии

1.  Формирование группы советских оккупационных войск……….…..4
2. Советские войска в послевоенной Германии…………..……………...5
3. Отношение советских войск к немцам……………………….….….…8
4. Группа советских войск в Германии после 1949г………..…………..10

2.Экономика в послевоенной Германии в группах советских оккупантов

2.1. Трудовой фронт…………………………………………………..….....12

2.2   Денежное обращение в советской  зоне оккупации 1945–1948 гг....13

3. Культура и духовная жизнь в послевоенной  Германии

3.1 Развитие культуры и духовной жизни в оккупированной Германии……………………………………………………………….….17

3.2.Религиозные конфессии Восточной Германии в годы советского оккупационного режима, 1945-1949……………………………………..22

3.3. Состояние и развитие церковных конфессий и религиозных объединений Советской зоны оккупации Германии в 1945 1949 гг…...24

Заключение……………………………………………………………..…...….27

Приложение……………………………………………………………………..28

Список использованной литературы…………………………….……………..32

Введение

8 мая 1945 года в пригороде  Берлина Карлсхорсте, штаб-квартире советских войск, была подписана капитуляция Германии. Остатки немецких войск сложили оружие, Вторая мировая война в Европе завершилась. С каким же итогом вышла из нее Германия и как сложилась судьба советских войск оставшихся на территории Германии? В донной курсовой работе

будут рассмотрены вопросы  формирование группы советских оккупационных войск,  уклад жизни войска в послевоенной Германии, какое отношение было  советских войск к немцам на первоначальном этапе.

Рассмотрен вопрос об экономики и политики в послевоенной Германии в группах советских оккупантов, раскрыта тема трудового фронта, освящен вопрос,  каково было денежное обращение в советской  зоне оккупации, рассмотрена германская оккупационная политика, раскрыты вопросы развития культуры и духовной жизни.

  В конце 1945 г. началась четвертая волна миграции, на этот раз межзональная. Из-за социально-экономических и политических мероприятий советских властей, а также послевоенной разрухи Восточную Германию покинуло 900 тыс. жителей и этот процесс продолжался. Всего к 1950 г. в Германию прибыло более 16 млн. беженцев и переселенцев, это привело к демографическому феномену, который так же рассмотрен в работе.

Советские солдаты ассоциировались у населения с пьяными дебошами, грабежами, убийствами и изнасилованиями немецких граждан по мотиву мести за пострадавших родственников и друзей. Если с немецкими преступниками боролись и местная уголовная полиция, и военная полиция союзников, то найти управу на распоясавшихся оккупантов было очень трудно - немногие предстали перед трибуналом, только единицы получили заслуженное наказание.

Эти и другие проблемы послевоенного периода освещены в данном курсовом проекте.

1.Оккупационные  войска в Германии

1.1. Формирование группы советских оккупационных войск

            Группа советских оккупационных войск в Германии была создана после победы СССР и антигитлеровской коалиции в Великой Отечественной войне и безоговорочной капитуляции Германии, на основании Директивы Ставки Верховного Главнокомандования № 11095 от 29 мая 1945 года[1]. В состав группы вошли войска 1-го Белорусского, 2-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов1.

10 июня 1945 года Группа  советских оккупационных войск  приступила к своей деятельности. Маршал Советского СоюзаГеоргий Константинович Жуков стал одновременно её Главнокомандующим и ГлавноначальствующимСоветской военной администрации в Германии.

Директива Ставки Верховного Главнокомандования командующему войсками 1-го Белорусского фронта о переименовании фронта в Группу советских оккупационных войск в Германии, 11095, 29 мая 1945 г., 03.30.

Ставка Верховного Главнокомандования приказывает: 1.Переименовать с 24.00 10 июня 1-й Белорусский фронт в Группу советских оккупационных войск в Германии. Штаб Группы иметь в районе Берлина. 
Командующего войсками 1-го Белорусского фронта маршала Жукова именовать главнокомандующимГруппой советских оккупационных войск в Германии. 
Войска оккупационной Группы дислоцировали  на территорию Германии.

Зона советской оккупации составляла 107 тысяч 500 квадратных километров с населением 18 миллионов 559 тысяч человек.

Первоначально штаб Группы войск размещался в Потсдаме, а в 1946 году был переведен в пригород Берлина — Вюнсдорф, где находился всё время существования Группы. Размещения войск Группы (нескольких сот соединений и частей) решалась, в основном, за счёт использования бывших мест базирования вермахта2.

Численность Группы в результате послевоенной мобилизации составила к 1949 году 2 миллиона 900 тысяч человек, в 1980-е годы — превышала 500 тысяч человек. Со временем ударная наступательная группировка Советской армии ВС СССР, расквартированная на территории ГДР, способная, по замыслам советских военных стратегов, нанести кинжальный танковый удар по войскам НАТО и «прошить» Западную Европу до Ла-Манша, превратилась в государство в государстве: военные городки, объекты инфраструктуры, школы для офицерских детей, пионерские лагеря.

1.2Советские войска в послевоенной Германии

Весна 1945-го. Советские войска на территории Германии, в “логове зверя”, как писали тогда газеты. “Если обратиться к доводам разума, то ожидать немецкой победы уже нельзя, но представить себе немецкое поражение очень уж тяжело, — говорил командир 432-й запасной дивизии генерал-лейтенант Ф.Люббе. — Впрочем, терять немцам уже нечего. Все равно в случае поражения Германия погибнет”.

Война с Россией шла вразрез с традициями немецкой военной науки, утверждал командир пехотной дивизии “Бервальде” генерал-лейтенант В.Рейтель. Потенциальная мощь России была недооценена. Больше всего генерала пугали перспективы поражения Германии. Страна перестанет существовать как самостоятельное государство, будет поделена между победителями, и большинство мужчин “направится в рабство”.Фактически с начала 1945 года Германией правят три человека—Борман, Гиммлер и Геббельс. Гитлер отошел на второй план и находится в крайне тяжелом психическом состоянии, свидетельствует пггурмбанфюрер К.Нейхаус, ведавший в имперском руководстве СС вопросами религиозных культов. Возле Гитлера постоянно вертится некая Кете (Ева) Браун — одна из сотрудниц известного фотографа нацистской партии Г.Гоффмана. Каков характер их отношений, никто не знает. Да и о существовании этой связи известно лишь ограниченному кругу лиц. Вообще же, рассуждал крупнейший знаток поднаготной германской верхушки, в стране за спиной “влюбленного фюрера творится алчная жестокость”, его ближайшие последователи по-прежнему уверены в том, что, если ежечасно внушать военным и гражданским непомерный фанатизм, то можно будет “немецким мясом пробить русское железо”3.

Пропагандистская машина Германии работала на полную мощь. Солдатам и мирным жителям внушали, что у Гитлера есть “новое оружие и новые соединения”, что уже весной германская армия перейдет в контрнаступление и отбросит “большевистскую сволочь за пределы Великогерманской империи”. А главное — внушалась мысль, что русские хотят перестрелять всех немцев. “Представьте себе, — говорил солдатам лейтенант Петтеер из 20-й танковой дивизии, — что будет с нашими семьями, когда русские придут в наши дома. Они всех уничтожат!”Антирусская истерия буквально захлестнула Германию. Восемь миллионов немцев, движимые чувством страха и предписаниями фюрера, покинули восточные районы страны. При этом главари рейха настаивали, чтобы жители уносили с собой все ценное имущество, а оставшееся уничтожали, сжигали, продукты делали негодными к употреблению. “На оставленной врагу немецкой земле не должно быть ни пищи, ни крова, — требовал Гитлер. — Всякий нарушивший мою волю будет караться по законам военного времени как изменник родины”.“Немецкие товарищи, мужчины и женщины! Фюрер мобилизовал все силы нашего народа для борьбы во имя уничтожения мирового большевизма, —говорилось в одном из фашистских воззваний. — Даже будущие тяжелые испытания — ничто по сравнению с сибирским рабством. Наш лозунг—победа или хаос”.Вот содержание листовки, которую распространяли в полосе наступления советских фронтов: “Действительность сталкивает нас с чудовищными зверствами большевиков. Они не люди, которых можно мерить масштабами цивилизации. Это дикие орды с низменнейшими инстинктами и жаждой крови, которых мы, немцы, ни представить, ни объяснить себе не можем. Они не знают никакой пощады и получили от евреев и еврейских комиссаров свободу убийств и разрушений на немецкой земле...4”

А Красная Армия продвигалась стремительно. Немцы не успевали эвакуироваться и уходили в леса и болота, скрываясь от “неминуемой большевистской кары”. В районе Данцига воины 23-й артиллерийской дивизии в одном из сараев обнаружили одиннадцать детей в возрасте от 2,5 до 15 лет и четырех женщин 39—40 лет. Одни с перерезанным горлом, у других вскрыты вены. Те, в ком еще теплилась жизнь, от медицинской помощи отказывались: лучше умереть, чем жить с русскими. Единственный мужчина и, как оказалось, инициатор этой акции Эрвин Шварц показал, что руководствовался указаниями фашистской партии — “борись чем можешь и как можешь против русских войск”. Кроме того, он был уверен, что в округе сразу бы распространился слух, что все это совершили советские солдаты, те самые “орды с жаждой крови и мести”.В районе села Медниц, отмечал в одном из донесений член Военного совета 1-го Украинского фронта генерал-лейтенант К.В. Крайнюков, не успевшие эвакуироваться 58 женщин и подростков перерезали себе вены на руках из страха, что Красная Армия заберет их в сибирскую каторгу. В ряде населенных пунктов были зарегистрированы факты самоповешения. “Немецкое население встречает приход Красной Армии с ужасом и страхом за свое будущее, — резюмировал генерал. — его отношение к нашим войскам на оккупированной территории остается враждебным. Совершаются террористические акты, в тыл фронта засылаются шпионы и диверсанты. Ведется “отстрел” русских офицеров”.В селе Брайтенмарт, сообщал в Москву начальник политического управления 1-го Украинского фронта генерал-майор Ф.В. Яшечкин, жители перед уходом “выбили все стекла в домах, разбили посуду, распороли подушки. Один дом был цел. В нем нашли три трупа красноармейцев. Как выяснилось, в комнате был накрыт стол, стояли три бутылки шнапса, лежали огурцы и сало. В продуктах обнаружен мышьяк и неизвестный яд мгновенного действия”.Советские бойцы и командиры встретились в Польше и Германии с еще одной реальностью — фашистскими лагерями, или, как их еще называли, “фабриками смерти”. К началу апреля войска только 1-го Украинского фронта освободили и приняли на учет 102 000 советских граждан и 23 650 иностранных подданных. Из освобожденных советских граждан было мобилизовано в Красную Армию 54 000 человек, репатриировано на родину 10 300 человек, оставлено на “работе по сбору скота и трофейного имущества” 16 300 человек.

3. . Отношение советских войск к немцам

“Немец — твой враг”, — в течение пяти лет неустанно внушалось советским бойцам и командирам. Неудивительно, что, вступив на территорию Германии, красноармейцы зачастую вели себя как “разнузданные мстители, а не как освободители”. “Наблюдаются случаи исключительно плохого поведения военнослужащих, — докладывал в политуправление 1-го Белорусского фронта начальник политотдела 8-й гвардейской армии генерал-майор M.А. Скосырев. — Они превратились в бандитов, мародерствуют, расстреливают немцев, насилуют женщин”5.

Борьба с “беззаконием” началась после 20 апреля, когда Сталин подписал специальную директиву за номером 11072, предписывающую решительным образом изменить отношение к немцам — как к военнопленным, так и к гражданским. Жестокое обращение с немцами, отмечалось в документе, вызывает у них боязнь и заставляет их упорно сопротивляться.

Из распоряжения командующего войсками 1-го Белорусского фронта Г.К.Жукова: “Требую прекратить самовольное изъятие у немцев их личного имущества, за исключением “неотложных нужд боевых частей”; решительно бороться с “незаконными заготовками продовольствия и мяса”. Коменданты обязаны “собирать брошенное немцами бытовое имущество и выдавать его частям под посылочный фонд только с разрешения военных советов армий, начальников тылов армий и командиров отдельных корпусов”6.

В начале мая член Военного совета 3-й ударной армии генерал-майор

А.И.П итвинов докладывал Жукову, что “в результате проведанной большой работы коренным образом изменилось отношение наших военнослужащих к немцам и вместе с тем изменилось отношение немцев к нашим бойцам”. Население скоро поняло, что русские — нормальные люди, с которыми можно не только общаться, но и восстанавливать разрушенную страну.Действительно, по мере продвижения Красной Армии по территории Германии настроение мирных граждан характеризовалось все большей лояльностью. “При встрече с нашими бойцами и офицерами немцы поднимали руки вверх, плакали и тряслись от страха, однако, убедившись, что бойцы и офицеры с ними делать ничего не собираются, они, как мужчины, так и женщины, начинали проявлять услужливость и любезность”, - докладывал Военному совету 1-го Белорусского фронта начальник политотдела 8-й гвардейской армии. В берлинских пригородах, несмотря на боевые действия, работали даже рестораны, где советским военнослужащим за оккупационные марки продавались спиртные напитки, пиво, закуски. Причем за литр пива, стоимостью в одну марку наши бойцы нередко платили в 10 -20 раз больше, а один офицер отдал за литр пива целых 100 марок.

В ходе боев в Берлине было немало случаев лояльного и сочувственного отношения жителей города к советским военнослужащим. Гражданское население показывало пути обхода засевших в зданиях гитлеровцев, призывало немецких солдат прекратить сопротивление, оказывало медицинскую помощь раненым советским бойцам.От войны устали все, особенно старики, женщины, дети. Жительница Берлина Э. Шульвиц заявила советским офицерам: “Мы все отлично знаем, что война проиграна, и ждали вас, так как знали, чем скорее и успешнее вы будете наступать, тем скорее закончится эта проклятая война”. Комментируя отношение советских войск к мирному немецкому населению, немка Э.Шмеер отметила: “Нам говорили нацисты, что если сюда придут русские, то они не будут нас обливать розовым маслом. Получилось совершенно иначе: побежденному народу, армия которого так много причинила несчастий России, победители дают продовольствия больше, чем нам давало прежнее правительство. Нам это трудно понять. На такой гуманизм, видимо, способны только русские!”

1.4 Группа советских войск в Германии после 1949г.

После упразднения оккупационных функций в 1954 году, Группа советских оккупационных войск в Германии с 24 марта стала именоваться Группой советских войск в Германии (ГСВГ). Правовой основой её пребывания на территории Восточной Германии являлся Договор об отношениях между СССР и ГДР 1955 года7.

Основная задача Группы войск заключалась в том, чтобы обеспечить защиту западных рубежей СССР от внешних угроз и сокрушить любого противника. Группа войск была оснащена самой совершенной и современной боевой техникой и оружием, в том числе ядерным. На середину 1980-х годов ГСВГ имела на вооружении 7700 танков, из которых 5700 состояли на вооружении 11 танковых и 8 мотострелковых дивизий, а ещё 2000 машин находились в отдельных (учебных) танковых полках, в резерве и на ремонтных предприятиях. Из этого количества на середину 1980-х годов танков Т-62 было более 1 тысячи машин. С 1984 по 1988 год Группа имела на вооружении оперативно-тактические ракеты повышенной (до 900 км) дальности «Темп-С» и оперативно-тактический ракетный комплекс «Ока» с дальностью пуска до 400 км.

К 1991 году имущество Группы войск оценивалось в 30 миллиардов западногерманских марок. Группа войск располагала 36290 зданиями и сооружениями в 777 военных городках. Более 21000 объектов были построены на средства Советского Союза.8

Группа советских войск в Германии была знаменитой кузницей кадров: будущие министры обороны СССР, СНГ, начальники Генштаба, главкомы, большинство маршалов, генералов, высший офицерский состав СССР, России и стран СНГ прошли школу обучения и воспитания в Германии. В ГСВГ готовность к войне всегда была постоянной и проверялась круглосуточно.

На протяжении всех этих лет Группа была крупнейшим войсковым объединением советских войск, дислоцированном в непосредственном соприкосновении с вооружёнными силами НАТО. В Группе войск, в каждом её гарнизоне складывался свой особый образ жизни, свои традиции, своя атмосфера, более высокий уровень культуры и благосостояния, чем во внутренних округах.

Всего за время существования Группы войск в ней прошли службу 8,5 миллионов граждан Советского Союза.

Неоднократно ГОСВГ (ГСВГ) оказывалась в ситуации прямого противостояния с бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции, особенно в период Берлинских кризисов 1948—1949, 1953 и 1961 годов. Своей боевой мощью Группа способствовала признанию паритета в военной области, политике разрядки и выступала как фактор сдерживания.

2.Экономикапослевоенной Германии в группах советских оккупантов

2.1. Трудовой фронт

Второго мая берлинский гарнизон капитулировал. Перед советским командованием встала задача: восстановить нормальную жизнь в разрушенном городе.

Через несколько дней заработали военные комендатуры, которые должны были обеспечить введение жесткого оккупационного режима для немецкого населения, наведение строгого военного порядка в среде военнослужащих Красной Армии, сбор и охрану трофейного имущества.

При формировании местных органов власти особое внимание обращалось на то, чтобы они состояли исключительно из “лиц антифашистски настроенных”. Приоритеты отдавались “членам подпольных организаций, германским коммунистам, социал-демократам, беспартийным рабочим, работникам науки и искусства, другим антифашистам”. Учитывали “профессионализм и желание трудиться”9.

К 9 мая 1946 года пущена первая очередь берлинского метро (6 км), налажено водоснабжение, в отдельных районах города появилось электричество. Открылось 25 кинотеатров (показывали в основном советские фильмы), ежедневно их посещало до 25 тысяч берлинцев. К середине месяца были готовы к открытию драматический и камерный театры, огромный концертный зал; вещали радиоточки, 80-тысячным тиражом выходила местная газета; в 20 районах работали отделения городского банка. Каждый житель ежедневно получал (как правило, из армейских складов) по 200—300 г хлеба, 25 г мяса, 50 г сыра, 50 г смальца, 100 г селедки; дети—полтора литра молока. В считанные дни в почти полностью разрушенном городе удалось открыть детские сады и церкви, парикмахерские и аптеки, хлебопекарню и колбасный завод.

“Отдельные немцы воспринимают наши меры как акт величайшего великодушия”, — докладывал в Москву член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант К.Ф.Телегин. Более того, когда они узнали откуда-то о возможном переходе в Трептовский район американцев, то стали настойчиво просить берлинского бургомистра “возбудить ходатайство перед русским командованием оставить район за русскими, которые будут лучше обращаться и лучше кормить, чем американцы”.

Наряду с лояльностью к советской военной администрации нередко проявлялись и “настроения недовольства”. Немцы беспокоились за уцелевшие собственные квартиры, в которые заселяли красноармейцев, не могли понять смысла изъятия радиоприемников, фотоаппаратов. “Но главное, — говорили советским представителям берлинские жители, — увозится оборудование заводов, которое нам потребуется для мирного строительства”.А потому во всем необходим был строгий учет интересов как собственных, так и немецких. Результаты первых недель работы советской военной администрации в Германии в обобщенном виде выразил пастор Эрнст Шлихер: “Мероприятия, проводимые советским командованием, расцениваются немецким народом как справедливые, вытекающие из военных условий”.

2.2   Денежное  обращение в советскойзоне оккупации 1945–1948 гг.

 Вступление в Германию  советской стратегической группировки численностью в 2,5 млн солдат и офицеров вело к необходимости решения массы неотложных задач экономического характера, в том числе организации на занятой территории процесса непрерывного движения денег в качестве средства обращения и платежа. В объявлении высшего органа власти в Германии — Контрольного Совета — отмечалось, что германская сторона должна бесплатно предоставить столько своей валюты, сколько потребуется представителям союзников. Стоимость трофейных денег в СОЗ была оценена в размере 6 млрд рейхсмарок10.

10 июля 1945 г. за подписью  главнокомандующего группы советских оккупационных войск в Германии (далее — ГСОВГ), Маршала Советского Союза Г. К. Жукова появилось постановление, в котором ставилась задача организации работы немецких финансовых и кредитных органов на оккупированной советскими войсками части Германии. Для этого провинциальные управления и управления федеральных земель должны были «организовать провинциальные банки и внутри управлений финансовые отделы», которым вменялось в обязанность руководство городскими и районными финансово-банковскими и кредитными учреждениями. Через военных комендантов городов и районов организовывались финансовые отделы в управлениях, а также городские и районные банки. Формирование финансовых отделов и банков предполагалось закончить к 5 августа 1945 г. При этом существовавшие до прихода Красной Армии банки и другие финансовые, кредитные учреждения и страховые общества не должны были возобновлять свою работу.

Приказом заместителя Главноначальствующего СВАГ генерала армии В. Д. Соколовского от 23 июля 1945 г. сохранялись ставки заработной платы рабочим и служащим учреждений и организаций, предприятий городских и районных управлений, а также частных учреждений и предприятий, существовавшие на момент окончания войны. Тем же приказом предписывалось на сельскохозяйственные и промышленные товары сохранить те цены, которые существовали в Германии до момента вступления туда частей Красной Армии.

Тогда же было предписано проекты бюджетов провинций, федеральных земель, городов и районов представить руководству советской военной администрации с объяснительными записками и необходимыми приложениями уже к 20 августа 1945 г. В этой связи важной задачей объявлялось обеспечение бесперебойного кредитно-расчетного обслуживания хозяйственных, промышленных и торговых предприятий, а также взимание существовавших до прихода Красной Армии налогов и сборов11.

Согласно приказу СВАГ от 20 ноября 1945 г., все расходы на содержание оккупационных советских войск и советских учреждений в СОЗ (за исключением расходов по заработной плате) должны были покрываться из немецкого бюджета. Однако, ввиду банкротства германских банков и расстройства всей финансовой системы, данное положение спустя некоторое время было подвергнуто серьезной корректировке. Этого требовала складывавшаяся ситуация. Достаточно сказать, что за годы войны общий дефицит бюджета составил 240,3 млрд марок, государственный долг вырос до 368,4 млрд марок, а инфляция достигла 500 %. В последний год войны государственный бюджет Германии вообще не составлялся.12

К 1946 г. общая сумма находившихся в обороте денег во всей Германии составляла 60 млрд марок, из которых в СОЗ циркулировала примерно половина. В соответствии с решениями Контрольного Совета от 11 декабря 1947 г., оккупационные расходы были разделены на две категории — внутренние и внешние. К внутренним оккупационным относились расходы, производимые в германской валюте для содержания оккупационных сил (денежное содержание, арендная плата, расходы на питание, обмундирование, отопление, транс порт, и т. д.). К внешним оккупационным были отнесены расходы на содержание оккупационных сил, производимые в иной валюте, нежели германская (жалованье и заработная плата персоналу оккупационных сил, продовольствие, обмундирование, горючее, перевозка оккупационных войск и т. д.). Таким образом, внешние оккупационные расходы, включавшие расходы на содержание аппарата СВАГ, в 1945–1946 гг. покрывались только за счет государственного бюджета СССР.13

Для покрытия части внутренних расходов советские власти предприняли шаги по выпуску военных денег. По соглашению с союзниками, инициативу в этом вопросе взяло на себя правительство США. Работы были возложены на правительственное Бюро гравировки и печатных работ в Вашингтоне. Предусматривалось, что денежные знаки будут эмитиро ваться от лица союзных военных властей. Начало их выпуска в обращение датируется сентябрем 1944 г.

Советская сторона, сыгравшая решающую роль в наступательных операциях 1944–1945 гг., обратилась к союзникам с предложением разрешить самостоятельно печатать и по мере необходимости выпускать в обращение денежные знаки в военных (оккупационных) марках. Вопрос был решен положительно. В том же 1944 г. Советский Союз получил из США клише, бумагу, краски, образцы денежных знаков, что позволило приступить к их изготовлению14. Таким образом, оккупационные власти во всех четырех зонах оккупации Германии начали выпуск билетов в военных марках, объявленных законным платежным средством наряду с остававшимися в обращении и сохранявшими свою покупательную способность рейхсмарками.

Выпуск военных марок в советской зоне оккупации Германии носил репарационный характер. Точно так же, как и использование труда немецких военнопленных в процессе восстановления экономики СССР. Вместе с тем, эмиссия оккупационных денег привнесла и некое организующее начало в финансовую сферу всех зон, и в особенности восточной зоны, экономике которой военными действиями был нанесен наибольший ущерб. В этой связи эмиссию военных денег следует рассматривать как небольшую плату за те колоссальные потери, которые понес СССР в годы Великой Отечественной войны. Несмотря на появление в обращении миллиардов оккупационных марок, экономика Германии оставалась стабильной, что позволяет ряду современных исследователей считать образование восточногерманского государства «весьма выгодным предприятием» с бюджетной точки зрения.

Заместитель Главноначальствующего СВАГ по экономическим вопросам К. И. Коваль полагал, что советская сторона обладала не только более высокой технической квалификацией в валютно-банковских вопросах, но и значительно лучше осознавала политическое

значение общегерманской денежной реформы, которая «единым для всей Германии образом поставила бы денежную систему на здоровую основу». 15  Однако предложение советских представителей, прозвучавшее в ходе заседания Контрольного Совета 11 февраля 1948 г. и заключавшееся в возможности уже тогда приступить к печатанию новых денежных знаков в Берлине под четырехсторонним контролем в соответствии с выработанным порядком, не было поддержано союзниками. Политические установки оказались намного сильнее экономической целесообразности.

3.Культура и духовная  жизнь в послевоенной Германии

3.1 Развитие культуры  и духовной жизни в оккупированной  Германии.

            Культурная и духовная жизнь определялась рядом факторов. Во-первых, в наследие от времени нацистского господства и его преступной политики немцам достались невиданные разрушения и моральное опустошение. В стране шли мучительное отрезвление нации и окончательный отказ от имперских иллюзий. С другой стороны, советская политика в Восточной Германии приводила к крушению симпатий, которые были у немалого количества немцев по отношению к коммунистам в первые послевоенные годы. И в-третьих, крушение Третьего рейха, безоговорочная капитуляция и оккупация (в отличие от военного поражения 1918 г.), — все это выбивало почву из-под ног тех, кто питал иллюзии попытаться пересмотреть когда-нибудь статус Германии военными средствами.16

Немецкая политическая культура первых послевоенных лет была сложным явлением, где сочетались и отказ от нацистской идеологии, и от немецкого национализма кайзеровской эпохи, и от романтических настроений Веймарской республики. Их место заняла полная политическая индифферентность или даже апатия. В западных зонах были сильны федералистские настроения и рано выраженные симпатии к европейскому единству. В советской зоне немцы были фактически избавлены от конфликта с национал-социалистическим прошлым, так как рождавшаяся там новая система во главу угла ставила антифашизм. А из этого должно было следовать, что она не имеет ничего общего с германским прошлым периода 1933-1945 гг.