Инновации и информатизация с позиции общества

Инновации и информатизация с позиции общества

8

Введение

Приоритетным направлением развития современной России является переход к инновационной экономике  и социально ориентированной  политике государства. На данном этапе  Россия, по распространенному мнению, является «сырьевым придатком» для  многих стран как Европы, так и  Азии. Отсутствие эффективной научно-технологической  базы выводит Россию за рамки мировой  конкурентной среды и вынуждает  заниматься поставками различного сырья (нефть, газ, лес и т.д.) за границу, а готовый продукт покупать у  тех же европейских и азиатских  стран. На этом фоне всплывают соответствующие  экономические, социальные, геополитические  и др. проблемы.

Венчурные фонды как институт развития инновационной экономики

Каким образом государство  может из «сырьевого придатка» превратиться в реального производителя и  поставщика качественной и инновационной  продукции, развив научно-технологический  фундамент, конкурировать с субъектами мирового рынка и, способствовать росту  материального благополучия общества?

Одним из инструментов достижения инновационного преимущества является институт венчурного («venture» - англ., «рискованное предприятие или начинание») инвестирования, частным случаем которого являются венчурные фонды.

Венчурные фонды - это имущественный  комплекс, состоящий из средств профессиональных фирм, государства, а также частных  лиц, которые инвестируют и совместно  управляют новыми частными компаниями или развивающимися компаниями, демонстрирующими высокий потенциал роста. В связи  с чем, венчурные фонды, как правило, создаются в форме закрытых паевых инвестиционных фондов (ЗПИФ), что исключает  возможность преждевременного изъятия  средств из фонда и ориентирует  участников фонда на длительный срок инвестирования.

Субъектами венчурного инвестирования могут быть: частные и институциональные  инвесторы, инвестиционные фонды, страховые  компании, пенсионные фонды, международные  организации, государство.

Объектами инвестирования могут  быть инновационные проекты в  различных отраслях экономики: телекоммуникации, нано-технологии, строительство, медицина, биотехнологии, энергетика и т.д., из которых «приоритетом пользуются такие  сферы, как пищевая (27 %) и телекоммуникации (25 %).Следующий блок включает в себя медицину и фармацевтику (9 %), стройматериалы и потребительские товары и услуги (по 8 %)».

Необходимо еще раз  подчеркнуть, что венчурные фонды - инструмент инвестирования с повышенным риском. Т.е. из десяти объектов инвестирования девять могут быть убыточными. Но доход  десятого объекта может скомпенсировать  все расходы и убытки.

Актуализация развития венчурных  фондов в России связана с историческими  предпосылками и реальными примерами  внедрения венчурных инвестиций в экономике разных стран.

История развития венчурных  фондов началась в США, где они  появились уже в 50-60 годах 20 века, когда США финансировало государственные  средства в растущий малый бизнес, при условии одновременного привлечения  средств со стороны частных инвесторов в соотношении 2:1 или 3:1. Многие достижения современного общества были бы невозможны без венчурного капитала. Microsoft, Xerox, Canon, IBM, Hewlett&Packard - все это примеры  удачных рисковых вложений, которые  ныне являются локомотивом нового информационного  общества и экономики.

Для России венчурное инвестирование - инструмент сравнительно новый. Первые венчурные фонды были сформированы под эгидой Европейского Банка Реконструкции  и Развития в середине 90-х годов  в целях содействия развитию российских регионов.

На сегодняшний день, как  пишет Вешняков: «Венчурное инвестирование занимает значительное место в экономике  индустриально развитых стран, доказав  свою эффективность как альтернативная форма финансирования малого и среднего бизнеса».

На наш взгляд, венчурные  фонды как инструменты, ориентирующиеся  на инвестирование в новые технологии, могут способствовать развитию инновационной  экономики страны. Стимулируя развитие венчурных фондов государство, тем  самым, может решать приоритетные задачи. В нашем случае это развитие наукоемких отраслей производства, развитие регионов а также развитие малого бизнеса, являющегося одним из необходимых условий формирования среднего класса

Основным источником инвестиций в венчурные фонды являются институциональные  инвесторы (крупные банки, корпорации, фонды), способные адекватно оценить  степень риска в конкретный проект, а также ориентироваться на длительные сроки инвестирования. Подключение  капитала крупных корпораций могло  бы дать дополнительный толчок к развитию компаний, нуждающихся в венчурном  капитале.

Так, например, в 2000 году в  России был сформирован Венчурный  инвестиционный фонд (ВИФ). ВИФ - это  государственный фонд с капиталом  в 10 млн. долларов. Идея этого фонда  следующая: любой венчурный фонд может получить у него 1 млн. долларов при условии, что это составило  бы 10% от общего их капитала. Планировалось  создать 10 фондов по 10 млн.долларов каждый.

В 2006 была создана Российская венчурная компания (РВК). «РВК создается  для инвестирования в венчурные  фонды. …Это будет фонд фондов. Таких  закрытых паевых фондов за счет капитала РВК планируется создать 10-15 с  долей государства 49%. Они, в свою очередь, профинансируют от 100 до 200 российских "старт-апов"».

Инновации и социальная сфера  жизни современного общества

С точки зрения современного состояния мироустройства и социокультурных  аспектов глобализации важность и значимость инноваций во всех сферах жизни общества трудно переоценить. Сам термин, который  со все возрастающей частотностью встречается  на различных носителях информации и в различных областях научного знания, имеет достаточно длительную историю своего развития. Эволюционируя, он приобрел множество истолкований и собственных производных. Но, в  данный момент, трудно говорить, что  сложилась четкая традиция употребления и использования термина «инновация». Итак, сделаем краткий экскурс  в прошедшие столетия.

Впервые слово инновация  было использовано французами в 1297 году и вплоть до ХХ века упоминается  исключительно в лингвистике, процессуальном праве и ботанике как узкий  специальный термин. В научных  исследованиях понятие «инновация»  появилось в ХIX веке, и получило широкое использование в этнографических  исследованиях.

Оно связывалось в основном с процессом диффузии как процессом  введения элементов одной культуры в другую. Наряду с этим при возрастании  интереса к термину инновация  весь двадцатый век происходит процесс  преодоления неопределенности и  многозначности его употребления. Достаточно развернутый и исчерпывающий  анализ «инновации» дает нам научная  работа Ю.А. Карповой. Автор предлагает остановиться на двух аспектах: первый, понятие «инновация» обозначает некий результат (новшество, крупное  новшество, внедренное новшество) и, второй, оно обозначает и процесс внедрения  новшества (введение новшества, акт  инновации и т.п.)12.

Другими словами, «инновация»  может быть и продуктом деятельности социальных групп и самой деятельностью  субъекта. Как справедливо замечет  Ю.М. Плотинский, необходимо учитывать  также, что специфика инноваций  в различных сферах жизни общества существенно затрудняет формулировку единого, удобного для всех случаев  определения13 Близкой к социологии является определение «инновации», принятое в социальной культурологии. Так, инновация понимается как изобретение  новых идей, образов, принципов действия, политических и социальных программ, выработка новых форм деятельности, организации общества или его  институтов, появление нового стиля  мышления или чувствования.

Носителями новаторства  могут выступать пророки, мудрецы, правители, деятели культуры, ученые или новаторские группы, стремящиеся  повысить свой статус, выделиться в  данном обществе, часто являющиеся в нем "авангардом", "диссидентами" или "маргиналами". Среди носителей  новаторства часто оказываются  выходцы из других стран, а также  представители активных слоев общества, не находящие себе достойного места  в существующей общественной системе.

Обобщая опыт ученых можно  сказать, что термин инновация зачастую рассматривается в дихотомии  с традицией. Другими словами, инновация - это явление (или факт) культуры, который противостоит традиции. Таким  образом, любое изобретение человечества, изменившее жизнь многих обществ  можно причислить к «инновационному  продукту». И таких «продуктов»  было не мало - использование огня, изобретение  колеса, изобретение книгопечатания и т.п. Все эти и многие другие достижения и приобретения человечества дали ему возможность переходить от одного типа развития к другому. Соответственно, одно это уже наталкивает  исследователя на мысль, что изменяются все элементы общества и инновации  пронизывают все его структуры.

Если перейти от элементов  и структур к «живым» носителям (индивиду, социальной группе, социальной общности и обществам), то встает вопрос о деятеле или агенте социальных изменений. И здесь, казалось бы, очевиден ответ - те, кто инициирует инновации, те и идентифицируются как инноваторы. Вот тут и возникает сложность  изучения, так как априори все  субъекты инновационных процессов  потенциально могут стать инноваторами.

Таким образом, можно различить  два уровня исследовательского интереса: во-первых, формирование социологической  концепции инновации на различных  этапах и, во-вторых, анализ существующих тенденций и практик использования  термина «инновация». Предварительный  обзор дает нам основания утверждать, что собственно социологическая  концепция инновации включает в  себя результаты усилий многих ученых, которые являются представителями  экономики, социальной культурологии, психологии и ряда других наук.

Выделение же специальной  науки инноватики приблизило время  уточнения ключевых понятий и  определений, подчеркнула динамизм и стремительный характер общественного  развития информационной эпохи.

Затрагивая вопросы широкого использования термина «инновация»  в различных областях научного знания, можно утверждать, что на данный момент наибольшей популярностью пользуются принципы системного подхода, реализуемые  на практике в ходе построения инновационной  системы России. Кроме того, интенсивно развивается и популяризируется субъектный подход к инновации, когда  деятель способен изменять и внешний  и внутренний мир. И, наконец, на фоне вышеназванного, пик популярности в  настоящее время переживает сфера  интересов инновационного менеджмента, фиксируемая не просто как учебная  дисциплина, но и как новая парадигма  управления обществом и его структурами.

Все эти три направления  исследования феномена инновации неизбежно  взаимосвязаны между собой, одновременно с этим наблюдается стремление сохранить  свое право на содержательное наполнение термина «инновация». Сложившуюся  ситуацию можно пояснить рядом причин:

1) Возрастание интереса  к использованию термина «инновация»  в различных областях научного  знания, опирающихся на свой предмет,  метод и теорию;

2) Закрепление в массовом  сознании представлений об инновации  как технологическом новшестве,  либо как особой характеристикой  изобретателя вследствие процессов  НТР и НТП; 

3) Длительность феномена  накопления инноваций, и, следовательно,  их оценки в социокультурном  смысле;

4) Трудность прогнозирования  эффектов внедрения инноваций  во все сферы общественной  жизни (позитивные и негативные  последствия);

В общем и целом можно  утверждать, что успех инноваций  зависит от степени их распространения  и воздействия во всех сферах жизни  общества, точнее, от стадии инновационного развития. Именно на этом пути наука  может и должна стать направляющим консультантом и равноправным участником происходящих процессов.

Проблемы становления  информационного общества в России

Под влиянием взрывного развития всех видов информационных технологий осуществляется переход человечества в информационное общество. Информационная эра проявляет свои качества в  переводе в информационную плоскость  всего того, что ранее понималось как явление прямого действительного  действия. Возрастающая роль информации и информационных систем - исторический факт, лежащий в основе концепций  информационного общества (Е.Масуда, Д.Белл, А.Тоффлер и др.).

Существенное отличие  строящегося «информационного общества»  от предыдущих эпох выражается в следующем:

· Информационные технологии поднимают на неведомую ранее  высоту значение знания и информационных потоков;

· Технологиями обработки  информации и коммуникацией обусловлено (и даже вызвано) ядро трансформаций, которые переживает современный  мир;

· Генерирование, обработка  и передача информации становятся фундаментальными источниками производительности и  власти.

Роль информационных факторов в мировой политике неуклонно  возрастает. Информация превратилась в глобальный, в принципе, неистощимый  ресурс человечества. Российский политолог  Л. Радзиховский призывал понимать геополитику  сегодня в духе 21 века: как местонахождение  в мировом информационном пространстве, поскольку жизненное пространство в 21 веке - информационное пространство.

За последнее десятилетие  все развитые страны приняли свои концепции и руководящие документы, сформулировали стратегию и тактику  относительно наступления новой  информационной эры развития мира. Ориентировочным для всех государств документом является Окинавская хартия «Глобальное информационное общество».

Начиная с середины 90-х  гг. 20 века Россия разрабатывает собственные  концепции, доктрины, планы в области  информационных ресурсов общества. В 1995 г. была создана «Концепция построения и развития российского информационного  пространства и государственных  информационных ресурсов», принят Федеральный  закон «Об информации, информатизации и защите информации»; в 1998 г. принята  «Концепция формирования информационного  общества в России»; в 2000 г. появилась  «Доктрина информационной безопасности», а также Федеральная целевая  программа «Электронная Россия».

По мнению П.А. Цыганкова, воздействие СМИ является одним  из вызовов безопасности для России в современном глобализирующемся  мире и ведет к разрыву между  ожиданиями граждан и возможностями  государств. Сегодня возможности  масс-медиа выходят далеко за рамки  государственных границ. Предлагая  нечто вроде «лучшего из миров», новейшие и все более соблазнительные  развлечения, частные и транснациональные  электронные СМИ объективно, а  иногда и целенаправленно отвлекают  людей от негативных последствий  глобализации, от национальных гражданских  задач, противопоставляя «подавляющее воздействие государства на личность»  «освободительным» процессам «планетарной культуры», разрушая лояльность людей  по отношению к «своему» государству.

Повсюду происходит массмедийное конструирование событий. В глобальном масштабе такое конструирование  служит многим задачам, в том числе  беспрецедентной до недавнего времени  задаче легитимации (или оправданию) внешнего вмешательства в дела других стран. «Глобальные медиа во все  большей степени становятся инструментом мобилизации, которая может осуществляться поверх границ национальных государств».

Своей интенсивной работой  массмедиа обеспечивают информационные войны (ИВ) за власть. Понятие ИВ применяется  для выражения проблемы информационно-технологической  угрозы или войны информационных технологий, т.е. использования информационных систем (компьютеров, телекоммуникационных сетей, баз данных) в военных целях. В настоящее время почти все  конфликтные ситуации, локальные  войны оказываются сюжетами информационных войн и информационного произвола.

Следует различать информационную войну (борьбу) в широком (во всех сферах) и узком смысле (в какой-либо сфере, политической, например). Основные сферы  ведения информационного противоборства - политическая, дипломатическая, финансово-экономическая, военная. Информационная революция, как  и глобализация, в современном  мире выступает, таким образом, определяющим геополитическим процессом, а геополитическое  информационное противоборство (ГИП) является современной формой борьбы между  государствами. При ГИП одно государство проводит систему мер с целью нарушения информационной безопасности другого государства при одновременной защите от аналогичных действий со стороны противодействующего государства.

Следует выделить два вида информационной борьбы: информационно-техническую  и информационно-психологическую. Для  защиты от негативных воздействий социальных объектов в ходе глобальной ГИП необходимо создание системы информационно-психологического обеспечения как составной части  национальной безопасности России. Данная система должна обеспечить защиту психики  политической элиты и населения  России от негативного информационно-психологического воздействия.

Политическое руководство  России пока еще уделяет недостаточное  внимание росту значения СМИ, особенно телевидения в современной мировой  политике. Проблема обеспечения информационной безопасности в России длительное время  не только не выдвигалась, но фактически игнорировалась. При этом считалось, что путем тотальной секретности  и различными ограничениями можно  обеспечить информационную безопасность страны.

Только сейчас Российское государство начинает серьезно и  ответственно подходить к проблеме определения и отстаивания жизненно важных интересов, реальных и потенциальных  угроз в информационной сфере. Сущность стратегии России заключается в  необходимости активного ведения  информационного противоборства для  защиты своих национальных интересов (прежде всего экономических) на основе многовекового национального опыта.

Заключение

Таким образом, сферы интересов  существенно варьируются: частному капиталу интересен прирост стоимости  акций компаний, в которые вложен капитал. Основные задачи государства  при этом - развитие инновационной  составляющей экономики, реализация научного потенциала, привлечение иностранного капитала, социально-экономическое  развитие как страны в целом, так  и отдельных регионов в частности.

Задача России при проведении при проведении глобального стратегического  противоборства в его цивилизационном  аспекте - превращать русскую самобытность (с ее духовностью, терпимостью и  многоукладностью) в универсальную  модель мировой культуры, в альтернативное атлантизму глобальное мировоззрение.

Список литературы

1. Кастельс М. Информационная  эпоха: экономика, общество и  культура. - М., 2007.

2. Радзиховский Л. Израиль  и Палестина // Российская газета. 2008.

3. Цыганков П.А. Теория  международных отношений. - М., 2007.

4. Иванов В.Н., Назаров М.М.  Массовая коммуникация в условиях  глобализации //М.: Социс. - 2008. -. № 10.

5. Ерасов, Б.С. Социальная  культурология: Пособие для вузов. / Б.С. Ерасов - М.: Аспект Пресс, 2008.

6. Карпова, Ю.А. Введение  в социологию инноватики: Учебное  пособие. / Ю.А. Карпова - СПб.: Питер, 2004.

7. Плотинский Ю.М. Модели  социальных процессов: Учебное  пособие для высших учебных  заведений / Ю.М. Плотинский - М.: Логос, 2008.

Реферат «Инновационная политика» 

 Инновационная политика  Научно-технический прогресс, признанный  во всем мире в качестве  важнейшего фактора экономического  развития, все чаще и в западной, и в отечественной литературе  связывается с понятием инновационного  процесса. Это, как справедливо  отметил американский экономист  Джеймс Брайт, единственный в  своем роде процесс, объединяющий  науку, технику, экономику, предпринимательство  и управление. Он состоит в  получении новшества и простирается  от зарождения идеи до ее  коммерческой реализации, охватывая  таким образом весь комплекс  отношений: производства, обмена, потребления.

 Существует множество  форм управления инновациями  на самых разных уровнях: от  подразделений корпораций до  государства, в целом призванного  в современных условиях осуществлять  специальную экономическую политику. Как и практически всякая иная  политика, она неодинакова в разных  странах, хотя и подчинена одной  и той же цели: стимулированию  инновационной активности и развитию  научно-технического потенциала.

 Место и роль инновационной  политики в структуре государственного  регулирования экономики определяются  особенностями инновационного процесса  как объекта управления. Он в  большей степени, чем другие  элементы НТП, связан с товарно-денежными  отношениями, опосредующими все  стадии его реализации. Это обстоятельство  вполне убедительно проявляется  в условиях регулируемой рыночной  экономики капиталистических стран.  Основная масса инновационных  процессов реализуется здесь  частными компаниями разного  уровня и масштаба, и такие  процессы выступают, понятно,  не как самостоятельная цель, а как средство лучшего решения  производственных и коммерческих  задач компании, добивающейся высокой  прибыльности.

 В этих обстоятельствах  инновация изначально нацелена  на практический коммерческий  результат. Сама идея, дающая ей  толчок, имеет меркантильное содержание: это уже не результат "чистой  науки", полученный университетским  ученым в свободном, ничем не  ограниченном творческом поиске. В практической направленности  инновационной идеи и состоит  ее притягательная сила для  капиталистических компаний.

 Приступая к разработке  и осуществлению этой идеи, компании, разумеется, должны начать с авансирования  денежного капитала. Существеннейшая  специфика такого рода вложений  состоит в том, что она связана  с резко повышенной угрозой  их потери: инновации носят рисковый  характер. Вероятность успеха воплощения  новой идеи в новом продукте  достигает только 8,7%; из каждых 12 оригинальных идей только одна  доходит до последней стадии  массового производства и массовых  продаж. Американский специалист  в области инноваций Твисс  отмечает, что коммерческий успех  достигается лишь в 10% начатых  проектов, следовательно, уровень  неудачи можно оценить в 90%. Иными словами, отдача от вложения  капитала в инновационный процесс  имеет крайне мало общего с  гарантированными выплатами ссудного  процента на капитал в банке  или дивиденда на акции. И  потому, что такая отдача может  при удачной реализации инновационного  процесса оказаться сказочно  большой, и потому, что может  при неудаче отсутствовать вовсе,  более того, погибнет и вложенный  капитал.

 Какие же побудительные  силы заставляют предпринимателей  идти на столь значительный  риск? Силы эти для любой экономической  системы (малая инновационная  фирма; крупная корпорация; группа промышленных компаний; "объединения" промышленных фирм, университетов, правительственных лабораторий в разных комбинациях и т.д.) могут быть подразделены на внутренние и внешние либо на имеющие объективную и субъективную природу. Так, к числу внутренних побудительных мотивов инновационной активности можно отнести необходимость замены устаревшего оборудования (объективная причина) или стремление группы талантливых инженеров реализовать свой творческий потенциал (субъективная причина) . Набор внутренних побудительных мотивов инновационной активности индивидуален для каждой отдельной компании и в некоторых случаях играет решающую роль в том, чтобы предпринять решение об инновационном процессе. Так, для только что созданной малой фирмы рождение и освоение новшества может быть единственной возможностью завоевать место на рынке. Однако, зачастую внутренние причины оказываются недостаточно весомыми. Многим компаниям свойствен довольно устойчивый консерватизм в инновационной политике. Так, крупные монополии, добившиеся преобладания на рынке, обычно не имеют внутренних побудительных мотивов к риску, связанному с инновациями. Тут решающим стимулом могут выступить причины внешнего характера, в частности, обусловленные соответствующими мерами экономической политики государства.

 Государственная инновационная  политика в промышленно развитых  странах направлена на создание  благоприятного экономического  климата для осуществления инновационных  процессов и является, очевидно, связующим звеном между сферой "чистой" (академической) науки  и задачами производства. В целом  роль государства в области  поддержки инноваций можно свести, никак не претендуя на полноту  перечисления, к следующим моментам: государство способствует развитию  науки, в том числе прикладной, и подготовке научных и инженерных  кадров (основной источник инновационных  идей) ; в рамках большинства правительственных  ведомств существуют разнообразные  программы, направленные на повышение  инновационной активности бизнеса;  государственные заказы, преимущественно  в форме контрактов, на проведение  НИОКР обеспечивают начальный  спрос на многие новшества,  которые затем находят широкое  применение в экономике страны; фискальные и прочие элементы  государственного регулирования  формируют стимулирующее воздействие  внешней среды, которые обусловливают  эффективность и необходимость  инновационных решений отдельных  фирм; государство выступает в  роли посредника в деле организации  эффективного взаимодействия академической  и прикладной науки, стимулирует  кооперацию в области НИОКР  промышленных корпораций и университетов.

 Меры воздействия государства  в области инноваций можно  подразделить на прямые и косвенные.  Соотношение их определяется  экономической ситуацией в стране  и избранной в связи с этим  концепцией государственного регулирования  - с упором на рынок или на  централизованное воздействие. Как  правило, в период экономического  спада характерно преобладание "кейнсианского"  подхода к государственной экономической  политике, предполагающего чрезвычайно  активное вмешательство государства  в экономическую жизнь общества; в период подъема экономики  берет верх философия консерватизма,  отдающего предпочтение игре  рыночных сил.

 В настоящее время  экономисты по степени активности  вмешательства государства в  экономику выделяют три группы  стран: в первой возобладала  концепция необходимости активного  вмешательства государства в  управление экономикой (Япония и  Франция) ; вторая характеризуется  преобладающим упором на рыночные  отношения (США, Великобритания) ; третья придерживается "промежуточного" варианта в экономической, в  том числе и инновационной, политике: государственное регулирование сочетается с низкой степенью централизации государственного аппарата, используются косвенные методы воздействия при развитой системе согласования интересов правительства и бизнеса.

 Прямые методы государственного  регулирования инновационных процессов  осуществляются преимущественно  в двух формах: административно-ведомственной  и программно-целевой.

 Административно-ведомственная  форма проявляется в виде прямого  дотационного финансирования, осуществляемого  в соответствии со специальными  законами, принимаемыми с целью  непосредственного содействия инновациям. Так, в США в 1980 г. был принят  закон Стивенсона-Вайдлера "О  технологических нововведениях", предусматривающий ряд мер стимулирования  промышленных инноваций; создания  для их изучения и стимулирования  специальных организаций в рамках  аппарата исполнительной власти; оказание содействия в обмене  научным и техническим персоналом  между университетами, промышленностью  и федеральными лабораториями;  поощрение частных лиц и корпораций, вносящих большой вклад в развитие  науки и техники. Ярким примером  дотационного государственного  финансирования может служить  открытие в США в 1985 г. института  промышленной технологии при  Мичиганском университете. На организацию  этого института местными и  федеральными властями было выделено 17 млн. долл. Основная его задача - разработка и опытная эксплуатация  гибких интегрированных производственных  систем и других средств автоматизации  производства. Всего из 133 млрд. долл., расходуемых в США на НИОКР  в 1988 г. б на долю федерального  правительства приходилась почти  половина - 49,3%.