Исковая давность. 20

3

Содержание

Введение…………………………………………………………………………………             

1. Понятие и сфера действия исковой давности……………………………………

2. Начало течения исковой давности………………………………………………...

3. Последствия истечения исковой давности……………………………………….

4. Право на опровержение и исковая давность……………………………………..

5. Исковая давность и преимущественное право покупки доли……………………

Заключение…………………………………………………………………………….

Список использованных источников…………………………………………………...
Введение

Под исковой давностью понимается срок, в течение которого лицо, право которого нарушено, может требовать принудительного осуществления или защиты своего права.

Необходимость ограничения указанных возможностей определенными временными пределами объясняется рядом причин. Во-первых, исковая давность облегчает установление судами обстоятельств дела и тем самым способствует вынесению обоснованных судебных актов. Во-вторых, она содействует стабилизации гражданского оборота, устранению неопределенности в отношениях его участников, которая неизбежно возникала из-за того, что нарушителя гражданского права бесконечно долго держали под угрозой применения мер государственного принуждения. В-третьих, длительное неприменение мер по защите нарушенного права обычно свидетельствует о том, что потерпевший либо не слишком заинтересован в осуществлении своего права, либо не уверен в обоснованности своих требований. В-четвертых, исковая давность служит укреплению договорной дисциплины, стимулирует активность участников гражданского оборота в осуществлении принадлежащих им прав, а также усиливает взаимный контроль за исполнением обязательств.

Цель курсовой работы – изучение исковой давности.

Для достижения поставленной цели необходимо решение ряда задач:

1)     Ознакомиться с понятием исковая давность;

2)     Изучить сферу действия исковой давности;

3)     Последствия истечения исковой давности;

4)     Исковая давность и преимущественное право покупки доли.

1. Понятие и сфера действия исковой давности

Согласно статье 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить. Установление срока является волевым действием, в то время как истечение срока не зависит от чьей-либо воли и потому с точки зрения классификации юридических фактов относится к категории событий.

Сроки классифицируются по различным критериям. В зависимости от правовых последствий они подразделяются на правообразующие, правоизменяющие и правопрекращающие. В зависимости от возможности их изменения по соглашению сторон сроки подразделяются на императивные и диспозитивные. Важное значение имеет подразделение сроков на сроки осуществления гражданских прав и сроки защиты гражданских прав. В числе первых следует в первую очередь выделить пресекательные сроки, истечение которых влечет прекращение самого субъективного права, среди вторых - сроки исковой давности, истечение которых, не прекращая существования самого субъективного права, прекращают возможность получения его защиты от суда.

Сроки исковой давности следует отличать от сроков существования субъективных гражданских прав, или так называемых пресекательных сроков. С истечением пресекательного срока прекращается само субъективное право, поэтому на него не распространяются правила о начале течения, перерыве, приостановлении и восстановлении сроков исковой давности. Примером пресекательного срока является срок предъявления бенефициаром требования по банковской гарантии (п. 2 ст. 374 ГК РФ).

Исковая давность в качестве института материального или процессуального права применяется сегодня практически во всех известных правовых системах. В российской правовой системе, относящейся к числу континентальных, исковая давность является институтом гражданского материального права, в то время как в системе англосаксонского права исковая давность представляет собой институт процессуального права. Институт исковой давности всегда был объектом самого пристального внимания как со стороны ученых-правоведов, так и практикующих юристов. Например, большой теоретический и практический интерес продолжают вызывать вопросы о сфере действия исковой давности, о последствиях истечения срока исковой давности и их применении и др.

Общий срок исковой давности составляет три года (ст. 196 ГК РФ). Статья 197 ГК РФ предусматривает, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком. Как общий, так и специальные сроки исковой давности не могут быть изменены соглашением сторон (ст. 198 ГК РФ). Соглашения об изменении сроков исковой давности и порядка ее исчисления являются ничтожными сделками.

Примерами специальных сроков исковой давности являются годичный срок по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности (ст. 181 ГК РФ), трехмесячный срок по требованию участника общей долевой собственности о защите нарушенного права преимущественной покупки доли путем перевода на него прав и обязанностей покупателя (ст. 250 ГК РФ) и т.д.

Ответам на некоторые вопросы, связанные с исковой давностью, посвящено совместное постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 г. N 15 и Пленума ВАС РФ от 15 ноября 2001 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (БВС РФ, 2002, N 1. Далее - постановление N 15/18). Вопросы применения института исковой давности затрагивались также в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 6 и Пленума ВАС РФ N 8 от 1 июля 1996 г. "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 6/8).

Прежде чем обратиться к рассмотрению вопросов, возникающих в связи с применением института исковой давности, следует упомянуть о возможных целях установления в законодательстве этого правового института. Заметим здесь же, что российский законодатель, как, впрочем, и зарубежный, никогда не затруднял себя достаточно четким объяснением этих целей. Необходимость установления в законодательстве института исковой давности может объясняться несколькими причинами.

Во-первых, с истечением с момента нарушения права длительного срока установление истины становится затруднительным, так как утрачиваются или становятся менее достоверными доказательства (физическое состояние документов может ухудшиться либо они могут оказаться утрачены, из памяти свидетелей полностью или частично стирается информация о существенных фактах и т.п.).

Во-вторых, существование определенного положения в течение достаточно длительного времени создает презумпцию наличия правового основания для такого положения, поэтому законодатель устанавливает определенный срок, за пределами которого такая презумпция не должна подлежать судебному опровержению путем предоставления истцу защиты нарушенного права. Можно сказать, что истечение предусмотренного законом срока "освящает" существующее положение дел, которое в силу этого факта получает гарантию его незыблемости в виде возможности применения исковой давности к требованиям, могущим поколебать устоявшиеся отношения.

В-третьих, установление в законодательстве норм об исковой давности необходимо для придания устойчивости и определенности отношениям, складывающимся в гражданском обороте. Такая цель не вызывает сомнений с точки зрения ее соответствия основным началам и смыслу гражданского законодательства, однако следует учитывать, что средства достижения этой цели не должны нарушать такой основополагающий принцип гражданского законодательства, как принцип свободы усмотрения при осуществлении гражданских прав (ст. 1, 9 ГК РФ).

Что представляет собой исковая давность по российскому гражданскому законодательству? Для ответа на этот вопрос обратимся к нормам Гражданского кодекса. Согласно его статье 195, в которой дается определение исследуемого понятия, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Нетрудно видеть, что понятие исковой давности тесно связано с понятием права на иск. Различают право на иск в процессуальном смысле как право обратиться в суд за защитой нарушенного субъективного права и право на иск в материальном смысле как право получить от суда защиту нарушенного субъективного права. Истечение срока исковой давности в совокупности с заявлением стороны в споре о применении исковой давности погашает только право на иск в материальном смысле, что является основанием для отказа в иске. Что касается права на иск в процессуальном смысле, а также самого субъективного права, то эти права с истечением исковой давности не погашаются.

Из текста статьи 195 ГК РФ, во-первых, очевидна тесная связь материально-правового института исковой давности с гражданским процессуальным правом, поскольку защита нарушенного права "по иску" предполагает возбуждение искового производства в суде в результате обращения потерпевшего за судебной защитой в установленном законом порядке. По общему правилу вопрос об исковой давности и последствиях ее истечения возникает лишь в случае, когда потерпевший (истец) обращается к органам судебной власти за защитой его нарушенного субъективного права, желая с помощью государства принудить правонарушителя (ответчика) к надлежащему поведению. Возможность же защитить нарушенное право посредством допустимой самозащиты (ст. 14 ГК РФ) не подвержена действию исковой давности, хотя здесь же следует заметить, что далеко не все нарушенные права могут быть защищены самим потерпевшим.

Во-вторых, следует обратить внимание на то, что установленным в статье 195 определением исковой давности охватывается срок для защиты в порядке искового производства лишь нарушенного права, при этом, как отмечается в пункте 1 постановления N 15/18, под правом лица, подлежащим защите, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Между тем посредством предъявления исковых требований в суде возможна защита не только нарушенного субъективного права, но и не нарушенного, а лишь оспариваемого субъективного права, а также охраняемого законом интереса.

Статья 195 ограничивает возможность получения судебной защиты лишь нарушенного гражданского субъективного права, но не какого-либо иного объекта (оспоренного субъективного права или правового интереса). Кроме того, расширительное толкование статьи 195 противоречило бы и принципу свободы усмотрения при осуществлении субъектами гражданских правоотношений своих прав (п. 1 ст. 9 ГК РФ), а также правилу пункта 2 ст. 9 ГК РФ - неосуществление права (включая право на судебную защиту нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса) может повлечь его прекращение лишь в случаях, предусмотренных законом.

Возможность судебной защиты не только нарушенных, но и оспоренных (оспариваемых) гражданских прав предусматривают пункт 1 ст. 11 ГК РФ, статьи 2, 3, 13, 33 и др. ГПК РФ, статьи 2, 4, 22 и др. АПК РФ. Заметим, что статья 12 ГК РФ называется "Способы защиты гражданских прав", откуда следует, что речь в ней идет о способах защиты именно гражданских прав (нарушенных, оспоренных или поставленных под угрозу нарушения). О защите охраняемых законом интересов в статье 12 не упоминается, нет в Гражданском кодексе и специальной нормы, устанавливающей способы защиты таких интересов. Однако в упомянутых выше нормах процессуальных кодексов, а также в статьях 13, 177 ГК РФ наряду с судебной защитой прав прямо предусмотрена и возможность судебной защиты правовых интересов. Некоторые способы гражданско-правовой защиты, на которых мы остановимся ниже, по своему характеру и целям являются способами защиты именно правовых интересов, а не нарушенных субъективных прав.

Распространение действия норм об исковой давности на защиту оспоренных прав и правовых интересов, т.е. расширительное толкование статьи 195 ГК РФ, недопустимо как потому, что для такого толкования и, соответственно, отступления от буквального смысла этой нормы нет достаточных оснований, так и потому, что институт исковой давности, несомненно, является ограничением установленного в пункте 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации права каждого на судебную защиту его прав, а такие ограничения, согласно пункту 3 ст. 55 Конституции, могут устанавливаться только федеральным законом и лишь в той мере, в какой это необходимо, в частности, для защиты прав и законных интересов других лиц.

Какого рода исковые требования следует рассматривать в качестве требований о защите оспариваемого права или правового интереса? Представляется, что субъективное право становится в полном смысле слова оспариваемым в смысле пункта 1 ст. 11 ГК РФ и упомянутых выше норм Гражданского и Арбитражного процессуальных кодексов Российской Федерации лишь с того момента, когда в суде возбуждено производство по иску, удовлетворение которого исключает само существование такого субъективного права либо возможность его осуществления в полном объеме. В этом случае обращение за судебной защитой оспариваемого права производится путем предъявления встречного иска.

Вряд ли под оспариванием субъективного права можно понимать простое отрицание обязанным лицом корреспондирующей такому праву обязанности, если сами право и обязанность как мера соответственно возможного и должного поведения возникнут лишь в будущем. Например, до истечения срока аренды арендатор предупреждает арендодателя, что по истечении срока аренды не возвратит ему арендуемое имущество. Такое предупреждение само по себе вряд ли можно считать действительным оспариванием права или созданием угрозы его нарушения. Понятно, что нарушения права здесь тем более нет, поскольку само право требовать возврата имущества у арендодателя еще не возникло.

Лишь совершение соответствующего сделанному предупреждению действия или проявление бездействия (в данном случае - удержание арендованного имущества по прекращении договора аренды) может нарушить право или создать угрозу его нарушения. В то же время в приведенном примере нельзя полностью исключить заинтересованности арендодателя в предъявлении иска о признании его права на получение имущества по истечении срока аренды. Защищаемый правовой интерес истца здесь может состоять в расчете на превентивное значение положительного решения, которое сможет предостеречь арендатора от неисполнения одной из его основных обязанностей по договору аренды.

Иногда участники гражданского оборота могут быть заинтересованы во внесении определенности в отношения между ними и в тех случаях, когда субъективное право не нарушено и ни в каком смысле не оспаривается. Рассмотрим эту ситуацию на примере требований, связанных с недействительностью сделки, поскольку этот вопрос, особенно в связи с некоторыми аспектами постановлений N 6/8 и N 15/18, на которых мы остановимся ниже, имеет важное практическое значение.

Начнем с требований, связанных с ничтожностью сделки, для совершения которой не требовалось передачи имущества и исполнение которой не было начато ни одной из сторон. Хотя среди перечисленных в статье 12 ГК РФ способов защиты гражданских прав отсутствует такой способ, как признание ничтожной сделки недействительной, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 32 постановления N 6/8 указал, что Гражданский кодекс не исключает возможность предъявления требований о признании недействительной ничтожной сделки, поэтому такие требования могут быть предъявлены в суд в сроки, установленные пунктом 1 ст. 181 ГК РФ, и подлежат рассмотрению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица. Здесь прежде всего следует обратить внимание, что само по себе совершение ничтожной сделки, исполнение которой не начато ни одной из сторон, не влечет никаких юридических последствий (п. 1 ст. 167 ГК РФ), поэтому совершением такой сделки ничье субъективное право нарушено быть не может.

Наступление такого последствия возможно лишь вследствие исполнения ничтожной сделки, и в этом случае нарушенное право защищается путем предъявления требования о возврате полученного по такой сделке (п. 2 ст. 167 ГК РФ). Соответственно, никаких гражданско-правовых последствий не влечет и решение суда, вынесенное по иску о признании ничтожной сделки недействительной, хотя свойственные судебному решению гражданско-процессуальные последствия в этом случае наступают. Собственно говоря, ничего нового в гражданско-правовые отношения сторон решение суда не может привнести уже потому, что ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом.

Решение суда по иску о признании ничтожной сделки недействительной вносит лишь окончательную определенность в отношения сторон и тем самым удовлетворяет интерес истца в такой определенности. Поэтому, не являясь требованием о защите нарушенного права, требование о признании ничтожной сделки недействительной не может быть подвержено действию исковой давности. Собственно говоря, в определенной мере это следует и из пункта 32 постановления N 6/8, поскольку содержащийся в нем тезис о применении к такому требованию срока, установленного в пункте 1 ст. 181 ГК РФ, означает, что применительно к ничтожной сделке, исполнение которой не начато, срок по требованию о признании ее недействительной не начинает течь, т.е. на такое требование, взятое в отдельности, действие исковой давности не распространяется.

Но и применение исковой давности к требованию о признании ничтожной сделки недействительной в случае, если исполнение сделки было начато, не основано на законе. Как упоминалось выше, само совершение ничтожной сделки, если для этого не требовалось передачи имущества, не может нарушить субъективное право - следовательно, нет и требования, к которому могла бы применяться исковая давность; здесь же следует заметить, что иные, по сравнению с установленными в статье 196 ГК РФ, сроки исковой давности, а также иной, по сравнению с пунктом 1 ст. 200 ГК РФ, момент начала течения срока исковой давности могут устанавливаться только законом. Как известно, в Гражданском кодексе нет упоминания о таком требовании, как признание ничтожной сделки недействительной, поэтому в Кодексе нет и не могло быть установлено специальных правил о размере срока исковой давности и моменте начала его течения по такому требованию.

Поэтому даже формальная попытка применить к такому требованию исковую давность не приводит к успеху, так как, во-первых, нет никаких оснований для применения иного, по сравнению с установленным в статье 196 ГК РФ, срока исковой давности, а во-вторых, и это самое главное, нет оснований для применения отличного от определенного в пункте 1 ст. 200 ГК РФ момента начала течения срока исковой давности. Поскольку пункт 1 ст. 200 ГК РФ связывает начало течения срока исковой давности с моментом нарушения субъективного права, то без нарушения субъективного права исковая давность не может начать свое течение; как было показано выше, совершение ничтожной сделки (в отличие от ее исполнения) не влечет и не может повлечь нарушение чьих-либо субъективных прав. Таким образом, к требованию о признании ничтожной сделки недействительной, в отличие от требования о применении последствий ее недействительности (п. 2 ст. 167 ГК РФ), исковая давность неприменима.

Перейдем к срокам исковой давности по требованиям, которые могут быть предъявлены в связи с совершением оспоримой сделки. Согласно пункту 2 ст. 181 ГК РФ иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение года со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Прежде всего необходимо обратить внимание, что слово "иск" употребляется в пункте 2 ст. 181 ГК РФ в единственном числе, т.е. требование о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности рассматривается в этой норме как состоящее из двух элементов единое требование. В статье 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав также предусмотрено именно такое единое требование. Может ли каждая из составляющих этого требования в отдельности рассматриваться в качестве самостоятельного способа защиты гражданских прав?

Для ответа на этот вопрос рассмотрим каждую из этих составляющих в отдельности. На требование о признании оспоримой сделки недействительной как на возможное самостоятельное требование указывается в пункте 2 ст. 166 ГК РФ. Из пункта 3 ст. 167 ГК РФ также вытекает, что это требование может быть предъявлено самостоятельно и не требует обязательного дополнения его требованием о применении последствий недействительности сделки.

Что касается требования о применении последствий недействительности оспоримой сделки, то его предъявление неизбежно требует предшествующего или одновременного предъявления требования о признании оспоримой сделки недействительной. До удовлетворения этого требования сделка считается действительной (п. 1 ст. 166 ГК РФ), что исключает возможность применения последствий ее недействительности.

Отсюда можно сделать вывод, что для целей применения института исковой давности требование о признании оспоримой сделки недействительной является отличным от того единого двухэлементного требования, о котором идет речь в пункте 2 ст. 181 ГК РФ и которое по своим целям тождественно требованию о применении последствий недействительности оспоримой сделки. Следовательно, к требованию о признании оспоримой сделки недействительной как к требованию, для которого не установлен специальный срок исковой давности, должен применяться общий трехлетний срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ), а также общее правило пункта 1 ст. 200 ГК РФ о начале течения этого срока. В то же время к требованию о применении последствий недействительности оспоримой сделки должен применяться установленный в пункте 2 ст. 181 ГК РФ годичный срок исковой давности.

Однако здесь же следует заметить, что по изложенным выше соображениям о применении срока исковой давности к требованию о признании оспоримой сделки недействительной речь может идти только в том случае, если такое требование предъявляется для защиты нарушенного совершением (а не исполнением) такой сделки субъективного права. Если же такое требование предъявляется лишь для защиты правового интереса, исковая давность к таким требованиям неприменима.

Так, совершение оспоримой сделки, направленной на возникновение прав и обязанностей (например, заключение подлежащего исполнению договора) либо на их увеличение по объему или размеру, не может рассматриваться как влекущее нарушение субъективного права. Иск обязанной по такой оспоримой сделке стороны направлен на защиту ее правового интереса в аннулировании возникшей в результате совершения этой сделки обязанности, а не на защиту нарушенного субъективного права. Если же в некоторых случаях можно говорить о том, что какое-то субъективное право при совершении подобной оспоримой сделки все же нарушается и оно может быть защищено путем предъявления требования о признании такой сделки недействительной, то таковым может оказаться лишь абсолютное личное неимущественное право (например, при совершении сделки под влиянием насилия или угрозы нарушается соответственно право на физическую или психическую неприкосновенность личности), к требованию о защите которого исковая давность неприменима в силу статьи 208 ГК РФ.

Однако если совершение оспоримой сделки влечет прекращение или умаление по объему либо размеру уже существующих субъективных прав (например, к таким сделкам, по общему правилу пункта 3 ст. 453 ГК РФ, относится соглашение об изменении или прекращении договора), то здесь можно говорить о нарушении в результате совершения такой сделки субъективного права, поэтому к требованию о признании такой сделки оспоримой должен применяться общий срок исковой давности.

Другим примером требований, которые в силу своей направленности на защиту охраняемого законом интереса (а не на защиту нарушенного права) не подвержены действию исковой давности, является требование о признании ничтожной сделки действительной (п. 2 ст. 171, п. 2 ст. 172 ГК РФ). Этим требованием защищается интерес недееспособных и малолетних в получении имущественной выгоды в результате совершения такой сделки.

Завершая рассмотрение вопроса о сфере действия исковой давности, еще раз обратим внимание, что по буквальному смыслу статьи 195 ГК РФ исковая давность распространяется лишь на требования о защите нарушенного права, а расширительное толкование этой нормы представляется недопустимым. Поэтому в мотивировочной части решения суда об отказе в иске на основании истечения исковой давности и заявления ответчика о ее применении должно быть, в частности, указано, на защиту какого нарушенного субъективного права истца было направлено требование, к которому суд счел возможным применить исковую давность.

2. Начало течения исковой давности

Необходимым условием для применения исковой давности к требованиям о защите нарушенного права является истечение срока исковой давности. Решение вопроса об истечении этого срока начинается с определения момента начала его течения. По общему правилу пункта 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила могут быть установлены только законом.

Некоторые из таких изъятий установлены в самой статье 200 ГК РФ. В частности, по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании такого срока (ч. 1 п. 2). Этому правилу корреспондирует правило пункта 1 ст. 314 ГК РФ, которое устанавливает, что если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода.

Если же срок исполнения обязательства не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для исполнения предъявленного требования, исчисление исковой давности начинается по окончании такого льготного срока (ч. 2 п. 2 ст. 200 ГК РФ). Согласно части 1 п. 2 ст. 314 ГК РФ обязательство с неопределенным сроком исполнения должно быть исполнено в разумный срок после его возникновения. Общее правило о льготном сроке сформулировано в части 2 п. 2 ст. 314 ГК РФ, где установлено, что обязательство с неопределенным сроком исполнения, не исполненное в разумный срок, а также обязательство, срок исполнения которого определен моментом востребования, должник обязан исполнить в семидневный срок со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если иной льготный срок не вытекает из закона, обычаев делового оборота либо условий или существа обязательства.

Еще одним примером изъятия из общего правила пункта 1 ст. 200 ГК РФ о моменте начала течения срока исковой давности является статья 181 ГК РФ, согласно которой иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня начала ее исполнения (п. 1), а иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение года со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2).

Специальные правила о моменте начала течения срока исковой давности установлены также в статье 725 ГК РФ для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда. По требованиям, вытекающим из перевозки груза, момент начала течения срока исковой давности определяется соответствующими транспортными уставами и кодексами (ст. 797 ГК РФ).

Как отмечалось, по общему правилу пункта 1 ст. 200 ГК РФ начало течения исковой давности определяется моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Вопрос о том, когда истец должен был узнать о правонарушении, решается судом с учетом обстоятельств конкретного дела и исходя из предположения о заинтересованности каждого участника гражданского оборота в проявлении разумной заботливости в отношении своей имущественной сферы. При определении момента начала течения срока исковой давности при рассмотрении требований юридических лиц должны приниматься во внимание особенности этого вида субъектов гражданских правоотношений.

Так, в пункте 13 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 г. N 15 и Пленума ВАС РФ от 15 ноября 2001 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" обращается внимание на то, что при определении по правилам пункта 1 ст. 200 ГК РФ момента начала течения срока исковой давности по требованиям юридического лица довод его вновь назначенного или избранного руководителя о том, что он узнал о нарушенном праве возглавляемого им юридического лица лишь со времени своего назначения или избрания, не может служить основанием для изменения начального момента течения срока исковой давности, поскольку в данном случае речь идет о защите прав юридического лица, а не прав руководителя как физического лица.

Всегда вызывал дискуссии вопрос о том, является ли необходимым условием начала течения срока исковой давности наличие у истца сведений о личности правонарушителя, необходимых для предъявления иска, либо наличие у него возможности или обязанности получения таких сведений. Этот вопрос до настоящего времени не получил освещения со стороны высших судебных инстанций. Между тем с введением в действие первой части Гражданского кодекса потребность в правильном решении затронутого вопроса существенно возросла, поэтому остановимся на нем более подробно.