История развития проблемы памяти в психологии

Институт психологии и педагоги

Факультет практической психологии

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Курсовая работа по «Общей психологии»

на тему: «История развития проблемы памяти в психологии».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Студенкти 1 курса

Группы МВПсп104Б

Рудаковой Елены Юрьевны

 

 

 

 

 

 

 

 

Защищена «___»________2005 г.     Оценка_____________

 

 

 

г.Москва

2005 г.

Содержание:

 

Введение.          Стр. 3

 

Глава 1. Теория памяти в  ассоциативной психологии.  Стр. 4-8

 

Глава 2. Теория памяти в  бихевиоризме.     Стр. 8-11

 

Глава 3. Теория памяти в  гештальт-психологии.   Стр.11-14

 

Глава 4.Социологическое  направление психологии памяти. Стр. 14-20

 

Глава 5. Деятельностная концепция памяти.    Стр. 20-24

 

Заключение.         Стр. 25-26

 

Список литературы.        Стр. 27

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение:

Целью данной курсовой работы является отображение и анализ различных теорий памяти с точки зрения представителей различных психологический направлений.

Предметом исследования является теория памяти, выдвигаемая  представителями ассоциативной  психологии, бихевиоризма, гештальт-психологии, социологического направления, а также деятельностная концепция памяти.

Задачей исследования явился изучение и анализ существующих теорий в области психологии памяти.

Памятью называется запоминание, сохранение и воспроизведение индивидом его опыта, память включает в себя навыки, созданные обучением, образные воспоминания и механизмы узнавания.

Актуальность данной работы заключается в том, что  память считается одним из основных познавательных процессов, но можно  сказать и более, она основа всякого познания. Она включена во все многообрание жизни и деятельность человека. Поэтому формы ее, ее виды чрезвычайно многообразны.

Психология памяти имеет богатую  историю. Обширный анализ развития понимания  процессов памяти свидетельствует о попытках определить их сущность. Решающий сдвиг в изучении процессов памяти связан с реализацией принципа единства деятельности и психики.

Память не представляет собой способность человека –  напротив, в явлениях памяти выступает  вся личность.

Совершенствование памяти зависит от общего развития и духовного роста человека.

Многие представители  российской и зарубежной психологии занимались изучением и опытным  исследованием памяти, и их позиция  нашла свое отражение в данной работе.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1. Теория памяти в ассоциативной психологии.

 

Одной из самых старых психологических теорий памяти является так называемая ассоцианистическая теория. Ее центральное понятие –  ассоциация – обозначает связь, соединение, и выступает в качестве объяснительнного принципа всех психических образований.

Этот принцип сводится к следующему: если определенные психические  образования возникли в сознании одновременно или непосредственно  друг за другом, то между ними образуется ассоциативная связь, и повторное  появление какого-либо из элементов этой связи вызывает в сознании представление всех остальных ее элементов.

Одним из ярчайших представителей ассоцианизма является Герман Эббингауз (1850-1909). Немецкий психолог, который, отталкиваясь от работ Г.Фехнера, первым попытался распространить объективный экспериментальный метод и на исследование высших психологических функций, а в частности памяти.

В своем классическом исследовании «О памяти» Эббингауз  разработал основные приемы ее эксперементального исследования. Стремясь изучать память в ее чистом виде, он использовал в качестве материала для запоминания бессмысленные слоги, в силу чего, установленные им закономерности оказались справедливыми в отношении механической, а не характерной для человека смысловой памяти.

В своем исследовани «О памяти» Эббингауз определяет, что если бы какие-либо душевные образования когда-нибудь заполняли сознание одновременно или в близкой последовательности, то впоследствии повторение одних членов этого прежнего переживания вызывает представления и остальных членов, хотя первоначальные причины их  отсутствовали. Душа человека расширяет и обогащает всегда то, что ей непосредственно дано, на основе прежних своих переживаний. При помощи представлений она постоянно восстанавливает те более обширные связи и более значительные единства, в которых она некогда переживала то, что в настоящий момент  дано ей частями и полно пробелов. Она немногое воспринимает из того, что каждый раз претендует на ее внимание; но то, что проникает в нее, благодаря удачно сложившимся условиям, она облекает и пропитывает собственным прошлым. Другими словами, вступающие в сознание образования сами обусловливают это дополнение их прошедшим, и именно в этом и заключается то действие, которое они оказывают. Общая способность души к этой работе называется памятью.

Если какие-нибудь психические  содержания, существовавшие когда-либо у человека и возрождающиеся как  представления, сопровождаются вместе с тем или сознанием того, что  они некогда уже переживались, а может быть и представлениями о тех или других побочных обстоятельствах, то такой процесс называется воспоминанием. Поскольку не целесообразно ограничивать исследование одним только этим специальным случаем, далеко не всегда осуществляющимся в действительной жизни, наука создала термин «воспроизведение», означающий в самых общих чертах процесс возрождения пережитых некогда содержаний сознания в виде представлений. Между воспроизведением и памятью, существует приблизительно такое же отношение, какое существует между работой и энергией; первое выражение обозначает процесс, наблюдаемый в действительности, а второе обозначает возможность его наступления, которую следует представлять себе существующей и в случае отсутствия процесса.

Напрашивается мысль  – объяснять воспроизведение  душевных образований, пережитых некогда вместе, тем, что эти образования вступили в тесную связь между собой и теперь настолько между собой внутренне связаны, что одно из них всегда влечет за собой другое. Эта мысленная связь называется ассоциацией. Душевные образования называются ассоциированными, если они когда-либо раньше были пережиты вместе, и существует более или менее основательное допущение, что при существующих условиях они могут вызывать друг друга. Однако, термин «ассоциация» употребляется очень часто в перенесном смысле. Она обозначает не только предполагаемую внутреннюю причину воспроизведения, но и само это воспроизведение, действительное вступление в сознание представлений вследствие мысленной внутренней связи, и в этом значении он вытеснил термин «воспроизведение». Поэтому закономерность процесса воспроизведения, как правило, называется законом ассоциации.

Ассоцианисты определили внешние условия, необходимые для  возниковения «одновременных впечатлений». Все многообразие условий было сведено  к следующим трем типам:

• Пространственно-временной смежности соответствующих объектов;
• Их подобию;
• Их различию и противоположности;

В соответствии с этими  принципами выделялись три типа ассоциаций:

• по смежности;
• по сходству;
• по контрасту;

В основе этих типов ассоциаций лежат сформулированные еще Аристотелем три принципа «сцепления» представлений. Под эти три принципа ассоцианисты подводили все многообразие связей, в том числе и причинно-следственные: поскольку причина и следствие связаны определенным временным отношением («этого по причине этого  - это всегда после этого»), то причинно-следственные ассоциации они включали в категорию ассоциаций по смежности.

Понятие ассоциации легло  в основу так называемого ассоциативного эксперимента: испытуемому предъявляли  слово-раздражитель и предлагали ответить на него как можно быстрее первым словом, которое придет ему в голову под воздействием слова-раздражителя.

В 1923 году несколько студентов  Института психологии в числе  которых был А.Н. Леонтьев под  руководством А.Р. Лурия начали экспериментальное исследование с использованием ассоциативного метода. Испытуемый должен был придумывать ассоциацию на каждое слово, которое ему называл экспериментатор, одновремено нажимая пальцем на кнопку прибора. Регистрировался латентный период реакции – время, в течение которого испытуемый искал соответствующую словестную реакцию и характер двигательной реакции – степень нажима, форма кривой и т.д. Оказалось, что если слово, на которое испытуемый должен реагировать, не вызывало у него никаких эмоций, то латентный период и нажим ровен. Но, если называлось слово, эмоционально окрашенное, словесная реакция  задерживалась, и нажим становился неупорядоченным.

Содержание понятия  ассоциации в дальнейшем существенно  переосмыслилось и углубилось, но само это понятие прочно закрепилось в психологии памяти.

Запоминание – это  действительно связывание нового с  уже имеющимся в опыте. Однако если бы для образования цепей  ассоциаций было достаточно одной только пространственно-временной смежности  явлений, то тогда в одной и той же ситуации у различных людей должны были бы возникать одинаковые цепи связей. В тоже время наблюдения показывают, что у одного и того же человека одно и то же слово может в разное время вызывать совершенно различные ассоциации.

Так, в опытах Г. Мюнстерберга четырем испытуемым в качестве «исходных пунктов» ассоциаций предъявлялись одни и те же слова четыре раза с интервалами по три месяца. Автор не нашел в ассоциациях своих испытуемых никакого постоянства.

У.Джеймс приводит примеры  разнообразия и неожиданности ассоциативных связей. Ребенок, в первый раз увидевший снег, называет его «сахаром», и «белыми бабочками»; яйцо в скорлупе  - «красивый картофель», апельсин – «мячик».

Таким образом, связи  образуются избирательные, и на вопрос о том, чем регулируется этот процесс, ассоцианизм ответа не дает, ограничиваясь лишь констатацией фактов, которые свое научное обоснование получили гораздо позже.

Представителями ассоциативной  психологии были сделаны первые попытки  экспериментального изучения памяти (Эббингауз Г., Мюллер Г., Пильцеккер А.).

Гланым предметом исследования в этих работах было изучение устойчивости, прочности и силы ассоциаций. Процесс  запечатления, запоминания изучался как функция фактора смежности. Свою задачу авторы видели в том, чтобы абстрагироваться от конкретной деятельности человека и изучать фактор смежности в как можно более «чистом» виде. Именно с этим связаны попытки Эббингауза и других ученых искать закономерности в запоминании бессмысленного материала.

Важным вкладом в науку была разработка Эббингаузом и его последователями методов количественного изучения процессов заучивания и забывания (существование и исчезновение ассоциации). Некоторые из них не потеряли своего значения и в настоящее время. В ряде исследований получены ценные факты и закономерности, характеризующие влияние на запоминание повторений, количества и качества заучиваемого материала, способов его предъявлений и других факторов.

На основании исследований были сделаны выводы, что если какие-нибудь душевные образования, запечатленные в душе опытом жизни или намеренным заучивание, предоставить на некоторое время самим себе и  затем снова вызвать, насколько это еще возможно, в сознании, то оказывается, что за это время в них произошли двоякого рода изменения.

Во-первых, некоторые отдельные  члены запечатленных связей постепенно изменились; воспроизведенные представления  не соответствуют вполне первоначальным переживания, место которых они, тем не менее, занимают.

Во-вторых, образовавшиеся между ними ассоциативные связи ослабели; взаимное воспроизведение членов не происходит с прежней быстротой и уверенностью, а оно оказывается спутанным или совсем прекращается. Все когда-либо созданные ассоциации постепенно исчезают.

 Это означает, что вызванные  в сознании члены ассоциативной связи с течением времени вызвают все более и более скудные и полные пробелов представления об остальных членах этой связи; с течением времени требуется большая затрата труда, чтобы поднять эту связь на определенную духовную высоту, чтобы она могла быть, безошибочно воспроизведена. Этот процесс протекает таки образом, что отдельные члены становятся все более и более определенными: сначала чрезвычайно быстро, затем медленнее и, наконец, очень медленно. Но никогда, процесс не прекращается совершенно, а развивается, вполне правильно, до полного разрушения ассоциационной связи.

Развитие этого процесса легко  проследить с помощью метода экономии: устанавливается, какой минимум  повторений необходим в различные  позднейшие времена, для того, чтобы  снова выучить заученные когда-либо вещи. Если выразить часы, сэкономленные при последующем заучивании, в процентах часов, потребовавшихся для первого зауивания тех же рядов, то получается:

После	1/3	1	9	24	2х24	6х24	31х24	часов
Было сбережено	58	44	36	34	28	25	21	%

Ассоционная связь, созданная  процессом заучивания, сначала круто  падает с достигнутой высоты, а  затем продолжает падать медленно: по истечении одного часа необходимо уже более половины первоначальной работы для вопроизведения ряда, а  по истечении одного месяца эта работа возрастает лишь до 4/5.

В случае рядов более  длинных для первого запоминания, которых требуется сравнительно больше работы, процесс забывания, как  бы в возмещение за этот труд происходит с меньшей скоростью.

Значительно медленнее процесс забывания происходит в случае запоминания вещей осмысленных; смысл, в значительной мере облегчает первое запоминание, и впоследствии гораздо сильнее связывает между собой члены,  чем это могут сделать различные ассоциационные связи.

Возможность не только измерить память, но и описать общие законы, по которым строится запоминание и сохранение, была одним из серьезных достижений ассоциативной психологии, и эти работы явились основными в развитии психологии как точной экспериментальной науки. Однако дальнейшие исследования памяти были не простым продолжением этих работ, а их переносом на новые области и введением в исследование новые форм памяти.

 

Глава 2. Теория памяти в  бихевиоризме.

 

В 90-е годы XIX века, когда психологические исследования были перенесены с человека на животных, возник вопрос, нельзя ли так изменить память и образование навыков у животных, как была изменена память, процессы заучивания и воспроизведения у человека. Были предложены методы исследования выработки и сохранения навыков, т.е. методы объективного изучения памяти у животных. Была разработана серия методик исследования, формирования и закрепления навыков в лабиринтах, построены кривые образования навыка, изучены факторы, благодаря которым образуется навык.

В течение тридцати – сорока лет исследования научения у животных стали основным содержанием американской психологической науки, получившей название психологии поведения, или, бихевиоризм. Далее эти исследования были распространены на человека и, таким образом, метод был провозглашен общим принципом исследования.

С точки зрения бихевиоризма психология должна изучать доступное  внешнему наблюдения. Эти положения  были сформулированы Джоном Бродесом Уотсоном (1878-1958), американским психологом, основоположником бихевиоризма.

Концепция Уотсона, созданная  на основе исследований животных, явилась  реакцией на методы интроспективной  психологии. Уотсон предпринял попытку  перестроить психологию, которая  должна стать одной из естественных наук, пользующихся точными экспериментальными методами. Считая сознание недоступным объективному исследованию, Уотсон выступил с программой разработки новой психологии, предметом которой провозглашалось не сознание, а поведение. Подлинным предметом психологии (человека) является поведение человека от рождения до смерти. Всю психическую деятельность Уотсон трактует как поведение, которое он отождествлял с внешне наблюдаемыми и скрытыми двигательными реакциями на стимул. Основная задача бихевиориста, по его мнению, заключается в накоплении наблюдений над поведением человека с таким расчетом, чтобы в каждом данном случае – при данном стимуле или ситуации – бихевиорист мог сказать наперед, какова будет реакция, или, если дана реакция, какой ситуацией она была вызвана.

Пытаясь представить  организм в качестве «самоформирующейся машины», Уотсон делает акцент на изучение процессов научения или формирования в течение жизни новых реакций. Даже мышление он стремился представить как скрытую моторную активность, выступающую заместителем действия.

По мнению Уотсона память – это общий термин для выражения факта, что после некоего периода неупражнения в известных навыкх функция не исчезает, а сохраняется как часть организации индивида, хотя она может вследствие неупражнения претерпевать большие или меньшие нарушения. Если после такого периода вновь дается старый стимул или старая ситуация то:

1. либо старая реакция возникает определенно и резко;
2. либо она возникает, но с нежелательными добавлениями (ошибками);
3. либо возникает (если она вообще возникает) со столь большими неправильностями, что организация мало заметна – возобновленное  заучивание так же трудно, как первоначальное;

Это определение памяти пригодно для внешних навыков  или функций, но не для сложной  видимой и скрытой деятельности, для чисто скрытых навыков.

Американский исследователь Э.Толмен изучавший проблему научения, разрабатываемую им экспериментально на животных, выдвинул представление о том, что организм учится устанавливать смысловые связи между стимулами «что ведет к чему», причем то, что выучено, обнаруживается в исполнительной деятельности только частично. В конечном итоге в результате научения организм образует «когнитивную карту» всех знаков ситуации лабиринта и затем ориентирует свое поведение в нем с помощью это карты. Под когнитивной картой подразумевалось субъективное представление о пространственной организации внешнего мира, о пространственных отношениях между объектами, об их положении в среде. Они служат основой ориентации в пространстве, позволяющей двигаться в нем и достигать цели. Когнитивные карты есть не только у взрослых людей, обладающих речью и интроспекцией, но и у очень маленьких детей.

Важное место в исследованиях  бихевиористов заняла проблема «латентного  обучения». Это научение, которое  не проявляется до тех пор, пока не вводится пища. Утверждалось, что пока животные не получили никакой пищи в лабиринте, они продолжали тратить свое время для хождения по нему и продолжали заходить у тапики. Однако как только они узнавали, что будут получать пищу, по их поведению обнаруживалось, что в течение этих предыдущих неподкрепляемых проб, в процессе которых было много заходов в тупики, они обучались. У них образовалась «карта», и позднее, когда был соответствующи мотив, они смогли использовать ее.

Занимаясь изучением  формирования когнитивных карт, Э.Толмен подошел к очень важной и существенно проблеме: каковы условия, способствующие возникновению узких карт, ограниченных отдельными участками пути, и каковы условия, которые приводят к образованию широких карт, и не только у крыс, но и у человека. Автор пришел к заключению, что образование узких карт, ограниченных определенным участком, в отличие от широких, по-видимому, связано со следующими причинами:

1. Повреждение мозга;
2. Неудачное расположене раздражителей, предъявляемых из внешней среды;
3. Слишком большое количество повторений первоначально выученного пути;
4. Наличие избыточной мотивации или условий, вызывающих слишком сильную фрустрацию.

Как следствие Э.Толмен призывает людей постараться  не избегать сверхэмоциональности и  избыточной мотивации с целью  возможности формирования широких когнитивных карт.

В исследовании произвольной памяти у бихевиористов в качестве центральной проблемы выступает  заучивание наизусть. Она главным  образом сливается с проблемой  словестного обучения и словестного  поведения. В ряде исследований получили подтверждение и дальнейшее развитие известные положения о влиянии повторений на успешность заучивания, о зависимости его от объема и характера материала, от положения элемента в ряду.

Новую интерпретацию  роли осмысленности материала для запоминания дали опыты Дж. Миллера, которые показали, как увеличивается успешность воспроизведения по мере приближения словесного ряда к статистической структуре языка.

На этих и других фактах основывалась гипотеза объединения, в  соответствии с которой, успешность заучивания, увеличение объема запоминания достигается группированием материала и введением новых символов («объединением»).

 

Глава 3. Теория памяти в гештальт-психологии.

 

Представители гештальт-психологии (В.Келер, К. Коффка, М.Вертгеймер, К.Левин и др.) подвергли критике положение ассоцианизма о смежности элементов во времени и пространстве как условий возникновения и закрепления связи (ассоциации) в мозгу.

Такие связи, с их точки  зрения, не являются простой функцией смежности. В основе образования ассоциаций лежит закон целостности. Целое не сводится к простой сумме элементов; целостное образование – гештальт первично по отношению к входящим в него элементам.

В этой связи существенное значение в структурной теории памяти приобрело понятие организации запоминаемого материала.

В.Келер в работе «О природе ассоциаций» писал, что  организация является действительно  определяющим условием ассоциирования; смежность во времени (и пространстве) имеет значение для ассоциирования постольку, поскольку облегчает организацию. Организованное, структурированное поле восприятия определяет силу принципа изоморфизма и структуру следов в мозгу, т.е. законы организации приложимы одинаково к восприятию и обучению.

Доказательство этих положений Келер видел в факте лучше запоминаемости близких, сходных объектов, чем разнородных.

Большую успешность в  запоминамии смыслового и связанного материала по сравнению с бессмысленными слогами и несвязвнными элементами, гештальт-психологи также относила за счет хорошей и плохой организации.

Ассоциативная теория объясняла  успешность запоминания смыслового материала частотой употребления слов в их взаимных связях в течение  жизни человека, тогда как слоги  представляют по отногшению к прошлому опыту нейтральный материал. Келер видел причину преимущества в запоминании слов перед бессмысленными слогами в том, что слова являются материалом, организованным уже хотя бы по своему смысловому значению. Ряд бессмысленных слогов не представляет структурированного целого, в силу этого его невозможно запомнить без специальной организации. Поэтому в запоминании бессвязанного материала Келер особенно подчеркивал значение намерения  – активной направленности на организацию материала и считал, что вне намерения запоминание такого материала невозможно.

Исследования К.Левина, выполненные на материале бессмысленных  слогов, показали, что они запоминаются с большим трудом именно потому, что между ними с трудом образуется структура, и что в запоминании  частей не удается установить структурное  соответствие.

Факты зависимости успешности запоминания от структуры материала  были получены в опытах ученицы В. Келера Г.фон Рестор. В этих опытах организация материала изменялась таким образом: в предъявленный  для запоминания ряд однородных пар элементов были включены пары элементов, отличающиемя от остальных.

В исследовании фон Ресторф  были использованы пять видов материала: слоги, геометрические фигуры, числа, буквы, цвета. Эти виды материала были организованы в ряды, каждый из которых включал  четыре однородные и четыре разнородные пары. Например: четыре пары слогов, одну пару геометрических фигур, одну пару букв, одну пару цветов, одну пар чисел или четыре пары букв и по одной паре каждого из других видов материала. В эксперименте использовались все возможные сочетания указанных разновидностей материала. Стимульный материал предъявлялся испытуемому два или три раза, затем, после небольшого перерыва, во время которого испытуемый был занят нейтральной деятельностью, оценивалось сохранение по примеру парных ассоциаций. Полученные данные представлены следующим образом:

 

Тип пары	слоги		фигуры		числа		Буквы		цвета		всего
	О	Р	О	Р	О	Р	О	Р	О	Р	О	Р
Абсолютные величины	36	61	29	65	23	55	52	65	49	82	189	328
Проценты	41	69	33	74	26	63	59	74	56	93	43	75

 

О – однородные стимулы;

Р – разнородные (изолированные  пары рядов);

Результаты опытов показали, что  включенные в ряд элементы запоминались лучше тех, которые были сходны и  служили фоном для первых. Этот факт, названный «эффект Ресторф», был интерпретирован в соответствии с теорией гештальта: числа, включенные в ряд слогов, запоминались лучше, чем слоги, в силу того, что они образуют целостную фигуру на фоне остальных элементов ряда.

Гештальт-психология, выдвинула структуру  материала в качестве ведущего условия  запоминания, поэтому для усвоения неорганизованного, бесмысленного материала, вынуждена была вводить дополнительные исходное условие – намерение субъекта.

Особо подчеркивалась невозможность  намеренного запоминания бессвязного  материала. Однако опыты многих исследователей показали, что бессмысленные слоги могут запоминаться ненамеренно, если субъект осуществляет с ними определенную деятельность.

В духе гештальт-пихологии  вопросы памяти рассматривались  в исследованиях немецкого психолога  Курта Левина (1890-1947), в связи с проблемой мотивации. Причины психических процессов, в том числе и памяти, Левин видит в психических энергиях, обусловливаемых волей, намерениями, потребностями. Все это создает определенные напряженные системы, структуры, которыми и определяется появление и течение психических процессов.