Изменения социального развития в России за годы реформ

                                        Введение.

      Социально-экономические реформы, проводимые в России, привели к радикальным переменам в жизни общества. Осуществлена либерализация экономики, внешнеэкономической деятельности, проведен первый этап приватизации, ликвидирована система централизованного планирования и управления. Кардинальные преобразования произошли в социальной структуре общества. У большинства населения формируются принципиально новые ценностные ориентиры, изменился весь комплекс социальных условий жизни россиян.

      Либерализация экономики и устранение  административных ограничений создали  условия для роста экономической активности значительной части населения, развития рынка труда, увеличения масштабов вторичной занятости и самозанятости. Начались процессы перераспределения рабочей силы в пользу высокодоходных предприятий и организаций промышленности, сферы обслуживания, рыночной инфраструктуры. Постепенно формируется система коллективно-договорных отношений между социальными партнерами на всех уровнях. Начали развиваться негосударственные учреждения образования, здравоохранения, других социально-культурных отраслей. У населения появилась возможность реального выбора форм обучения, медицинского обслуживания, отдыха.

      Вместе с тем развитие экономики в условиях переходного периода, связанное со снижением эффективности хозяйства и падение производства, высокой инфляцией на старте экономических реформ, обусловили существенное снижение уровня жизни значительной части населения, реальной заработной платы и пенсий, рост безработицы, вызвали в ряде отраслей экономики и регионов страны острые социальные конфликты. Хронический недостаток бюджетных средств ограничил возможности государства в проведении активной социальной политики.

      Уровень реальных денежных доходов населения в настоящее время примерно на 40 процентов ниже, чем в 1991 году. Возникла массовая бедность, число граждан, имеющих доходы ниже прожиточного минимума, составляет около четверти общей численности населения. Усилилась дифференциация доходов, резко обозначилась нелегальная и нетрудовая основа имущественного и социального расслоения, ослабли стимулы к созидательному труду.

      Из-за объективных трудностей значительная часть предприятий, прежде всего оборонного комплекса, легкой промышленности и сельского хозяйства, а так же предприятий, расположенных в северных и некоторых других районах страны, оказалась в тяжелом финансовом положении. Это привело к росту задолженности по заработной плате, неполной занятости, разрушению социальной инфраструктуры, ранее содержавшейся за счет предприятий. Недостаточные ассигнования обострили проблему финансирования бюджетных учреждений образования, здравоохранения, науки и культуры. Заметно ухудшилось положение дел с защитой социальных и трудовых прав и гарантий граждан.

      В сложившихся экономических  условиях предпринимались меры, направленные на смягчение отрицательных  последствий резкого падения  уровня жизни и на частичную  компенсацию потерь наиболее  нуждающимся группам населения.  Были созданы механизмы защиты  доходов работников бюджетной сферы, социальной поддержки семей с детьми, ветеранов, инвалидов, граждан, потерявших работу. В основном удалось сохранить общедоступность образования, здравоохранения и культурного обслуживания населения. Вместе с тем эта работа проводилась недостаточно эффективно. Компенсационные меры по индексации заработной платы работников социально-культурных отраслей зачастую запаздывали. Многочисленные льготы, компенсации, социальные выплаты и пособия вводились нередко без учета материального положения семей и реальных возможностей людей обеспечить собственное благополучие. В результате в обществе нарастало социальное иждивенчество, ограничивались возможности для оказания помощи тем, кто действительно в ней нуждается.

      В целом ситуацию в социальной  сфере можно охарактеризовать  как неоднозначную и противоречивую. Наряду с определенными положительными  сдвигами, многие негативные явления  приобрели застойный характер, отдельные  социальные проблемы усугубились и стали представлять  серьезную опасность для социально-экономической стабильности общества. 

1.Социально- экономические процессы в России.

1.1. Попытка модернизации  социалистической  системы.

       События, происходящие в последние 15-20 лет в российском обществе, по мнению одних исследователей, носят революционный характер; другие считают, что происходящие изменения хотя и являются радикальными, но все же реформы; третьи говорят о попытках модернизировать общество и т.д.¹ Рассмотрим эти события с позиции теории социальных изменений, взяв за точку отсчета события, начавшиеся в середине 80-х гг. ХХ в., когда Генеральным секретарем ЦК КПСС М.С. Горбачевым был провозглашен курс развития Советского Союза («перестройка»).

      Перестройка предполагала комплекс реформ во всех основных сферах жизнедеятельности советского общества. В экономической сфере внедрялись такие новые формы отношений, как коллективный подрят, аренда, хозрасчет и др.; в политической сфере – демократизация и гласность; в социальной сфере ставились задачи достижения более высокого уровня жизни советских людей.

      Все эти реформы представляли  собой попытку модернизации народнохозяйственного  комплекса страны и достижения  качественно нового уровня развития  общества, соответствующего общемировым стандартам. Однако проводились они в рамках существовавшей тогда социалистической (государственно-монополистической) системы, которая без радикального пересмотра отношений собственности не могла быть реформирована в принципе. Кроме того, сопротивление проводимым реформам оказывала значительная часть партийно-государственной элиты, что, в конечном счете, проявилось во время попытки государственного переворота в августе 1991г. Не вполне готовыми работать в новых условиях оказались и трудящиеся страны. Поэтому перестройка многими исследователями оценивается как «эпоха псевдореформ»². Итогом неудавшихся реформ стал всеобщий кризис социалистической системы и советского общества, который привел к распаду СССР (декабрь 1991 г.) и началу новых радикальных перемен в России.     

1.2.Либерально-демократические  реформы и их  результаты.

      Можно выделить три этапа проводимых  в стране либерально-демократических  реформ.

      Первый этап. Радикальные реформы и изменения, имевшие место в  1991-1993гг., многие исследователи называют буржуазной либерально-демократической революцией, направленной против авторитарно-бюрократического режима. Однако с точки зрения теории социальных изменений эти события не соответствуют определению «социальная революция» по следующим причинам.

      Во-первых, в результате бурных  событий конца 1991г. (подавление путча, распад СССР и др.) не произошло реальной смены правящей политической элиты. Во власти осталась значительная часть прежней партноменклатуры во главе с Б.Н.Ельциным, привлекшая в свои ряды определенное количество экономистов-рыночников.

      Во-вторых, революция, как уже  говорилось выше – это переворот  «снизу», когда народные массы  сметают правящую элиту и участвуют  в создании новой политической  и социальной структуры. В событиях 1991-1993 гг. имели место массовые народные выступления, но они носили локальный и кратковременный характер. Основные же политические решения принимались правящей политической элитой самостоятельно.

      В-третьих, революция, особенно на первой фазе своего развития, стремится решить проблемы большинства. Радикальные реформы начала 90-х гг. в этом плане больше походили на закулисный сговор правящей элиты, направленный на ограбление российских граждан и разворовывание государственной собственности.

      По мнению Т.И.Заславской, говорить  о социальной революции в России  нет оснований. «В действительности имела место эволюция, в основе которой лежало, однако, не постепенное и последовательное развитие, а цепочка сменяющих друг друга кризисов…Радикальные либеральные реформы фактически вылились в ограбление общества горсткой, в общем, случайных людей…».

      Второй этап (середина 90-х – конец 1999гг.) можно охарактеризовать как период адаптации социальных субъектов к новым условиям, а можно сказать, что это был период хаотичной кризисной трансформации российского общества с неопределенной перспективой.

К негативным последствиям данного периода можно  отнести:

• продолжение криминальной приватизации государственной собственности;
• разворовывание бюджетных средств правящей элитой;
• рост теневой экономики и доходов от криминальной деятельности (грабежи, поборы, финансовые махинации и проч.);
• абсолютное и относительное обнищание населения страны. Так, например, по данным Госкомстата России, на конец 1999г. за чертой бедности находилось 30% населения страны. Однако, по оценкам самого населения, выявленным в ходе исследования, доля живущих на уровне прожиточного уровня и ниже составляла 75-80%³;
• постоянная угроза безработицы, ликвидация предприятий, невыплат заработной платы;
• рост преступности и утрата людьми чувств защищенности. По официальным данным, к 2000 г. по сравнению с 1990 г. преступность в стране выросла на 76%. Однако специалисты считают, что эти показатели занижены в несколько раз⁴;
• сращивание правоохранительных организаций с преступными элементами, рост недоверия граждан к милиции;
• массовое ограбление людей посредством различного рода «финансовых пирамид»;
• углубление разрыва в доходах между богатыми и бедными. Так, если децильный коэффициент в 1989г. составил 1 : 4,7, то в 1999г. он достигает уровня 1 : 60-79⁵.

      Положительными последствиями рассматриваемого  этапа являются:

• разгосударствление экономики и высвобождение частной инициативы, способствовавшие созданию социального слоя собственников-предпринимателей;
• развитие рыночных отношений и адаптации граждан России к новым экономическим условиям.

      Кроме того, положительным моментом  является и то, что в условиях  реформ, методом проб и ошибок, получили практическую проверку  многие экономические инициативы⁶.

      На втором этапе в основном  был завершен распад советской  институциональной системы. Однако  новые социальные институты проявили  свою неспособность (или «нежелание»)  заниматься повышением эффективности  российской экономики. Основная часть правящей элиты была озабочена личным обогащением. Криминальный передел собственности приобрел государственные масштабы. Убийства банкиров, предпринимателей, высших государственных чиновников и депутатов всех уровней стали обыденным явлением. Реформы сменились спонтанной кризисной трансформацией общества, которая лишь углубляла всеобщий кризис.

      Начало третьего этапа социальных изменений связано с приходом во власть нового политического лидера страны В.В.Путина. Инициативность и активность нового Президента во внутренней и внешней  политике способствовала укреплению российской государственности, определенной экономической стабильности страны и повышению ее авторитета на международной арене.

      В последние четыре года наблюдается  определенный экономический рост (примерно на 4-6 % в год); доходы населения увеличились  в среднем на ¹/3; значительно укрепил свои позиции российский рубль.

      Однако определенные успехи, по  мнению многих политиков и  экономистов, достигнуты не за  счет роста промышленного производства и улучшения экспорта невоспроизводимого сырья и необычайно высоких цен на нефть. Поэтому 1999-2004гг. по сути, являются годами утерянных возможностей.

      Сам Президент РФ в своем  ежегодном послании Федеральному  Собранию 26 мая 2004г. вынужден был признать, что страна и что 30млн россиян живут за чертой бедности⁷.

      В течение последних 6-8 лет  фактически не меняется социальная  структура общества, лишь увеличивается  разрыв между небольшим слоем  супербогатых граждан (5-7% семей) и  массой бедных слоев (30-35%). Доля среднего класса колеблется в пределах 14-18% от общего числа работающих и каких-либо заметных тенденций к ее увеличению не наблюдается⁸.

      Продолжает ухудшаться демографическая  ситуация. Наряду с низкой рождаемостью растет смертность населения. Так, в 2002г. на 1тыс. населения приходилось 16,3 умерших. Это самый высокий показатель в Европе. За последние четыре года смертность выросла на 20%, при этом почти каждый третий умерший был в трудоспособном возрасте⁹.

      Вышеизложенное позволяет сделать  вывод о том, что намечавшиеся  в начале 90-х гг. реформы по  модернизации российской экономики  в основном не были реализованы.  Страна перешла от распределительной  плановой экономики к рыночной, достигнуто это было  путем ограбления народа и развала экономического потенциала.

2. Основные показатели  социального развития.

2.1. Социальная цена  реформ.

      По оценке ООН, в 1987г. средний  доход населения в СССР, рассчитанный  по паритету покупательной способности,  был равен приблизительно 6000$, т.е. составлял 32% от уровня среднего дохода в США. Такое соотношение оставалось неизменным на протяжении 1980-х гг. В соответствии со статистическими показателями ООН к 1996г. среднедушевые доходы населения в России, рассчитанные по паритету покупательной способности, упал до уровня 4531$, отношение данного показателя к средней величине доходов населения в США снизилось до 17%.

      Уровень реальной заработной  платы в России в 1998г. составил  лишь 50% от уровня 1990г. 

      Обесценение сбережений и снижение текущих доходов населения привели к тому, что в России проблема бедности приобрела с началом реформ особые масштабы и остроту. По сравнению с 1991г. численность населения с доходами ниже прожиточного минимума возросла за период 1992-1994гг. более чем в два раза. Среди беднейших слоев увеличился вес экономически активного населения. Сформировалась устойчивая группа территорий с высокой концентрацией бедного населения.

К основным факторам, обусловившим снижение доходов населения, относятся:

• инфляция;
• безработица;
• задержки заработной платы и социальных выплат;
• дефицит бюджетов всех уровней;
• низкая эффективность системы социальной защиты в целом.

      Занятость в России в 1992-1997гг. сокращалась темпами, существенно  уступавшими темпами снижения ВВП страны. Динамика численности зарегистрированных безработных находилась под влиянием двух основных факторов – объективного (динамика ВВП) и субъективного (правила регистрации безработных и порядок назначения и выплат им пособий по безработице).

      Появление неполностью занятых  обусловлено различными причинами: в сохранении этого явления были заинтересованы как работодатели, так и сами работники. Для работодателей разовые социальные пособия, которые в соответствии с действующим законодательством необходимо выплачивать сокращаемому работнику, обходятся дороже, чем сохранение неполной заработной платы в течение продолжительного времени или, тем более, содержание работника в неоплачиваемом отпуске. Для работников неполная занятость означала среди прочего возможность неофициального приработка при наличии свободного времени и сохранении официального статуса занятости, возможность воспитания женщинами детей при сохранении стажа в случае достаточных заработков других  членов домохозяйства, а так же возможность пользования услугами социальной инфраструктуры предприятия. Вместе с тем, по опросам руководителей предприятий, серьезным препятствием для увольнения частично занятых была острейшая проблема их последующего трудоустройства.

      В конкретных российских условиях медленный рост открытой безработицы, который можно оценить как позитивное явление, сопровождался ухудшением (или, во всяком случае, неулучшением) многих структурных ее характеристик, прежде всего ростом средней продолжительности безработицы.

      Если в СССР дифференциация  доходов была относительно низкой  по мировым стандартам, то существенное снижение средних реальных денежных доходов в 1990-е гг. сопровождалось значительным ростом неравенства при их распределении.

      Пик в росте дифференциации доходов пришелся на 1994г., впоследствии уровень дифференциации доходов стал несколько снижаться, что видимо, было связано с ликвидацией инфляционного источника доходов. Вместе с тем межрегиональная дифференциация доходов продолжает нарастать и в условиях низкой инфляции. Так, показатели среднедушевых денежных доходов в Ямало-Ненецком автономном округе более чем в 12 раз превышает их уровень в Республике Ингушетии.

      Еще одним свидетельством роста неравенства в распределении доходов является динамика коэффициента Джини для денежных доходов, которая указывает на то, что в период с 1990 по 1996г. неравенство в распределении денежных доходов увеличилось на 80%.

       Рост дифференциации доходов неизбежен в условиях экономической реформы, одна из задач которой заключается в установлении  более жесткой взаимозависимости между результативностью труда и доходами. Только в этом случае на рынке труда происходят перемены, в результате которых работники переходят на более эффективные рабочие места, овладевают новыми, перспективными профессиями. Иначе говоря, возникают необходимые стимулы, восстанавливается мотивация к труду, ослабленная в прошлом.

      Кроме того, перераспределение собственности,  происходящее в условиях приватизации, создает для определенных групп населения возможности извлечения доходов от собственности. Вместе с тем отсутствие четкой законодательной регламентации соответствующих процессов приводит к многочисленным злоупотреблениям в процессе первоначального накопления капитала, которые часто служат основным источником неоправданно резкого роста дифференциации дохода, что, в свою очередь, вызывает значительную социальную напряженность

     Специфика российской ситуации состоит в том, что официальные статистические данные об уровне бедности, основанные на размере доходов, можно поставить под вопрос в силу сомнительности статистики о доходах домашних хозяйств. В период с 1990 по 1997г. произошло резкое снижение доли доходов, получены в виде зарплаты и социальных трансфертов (с 89 до 54%), в значительной мере вследствие дестабилизации условий формирования трудовых доходов, вызвано ростом безработицы, частичной занятости и систематическими задержками выплаты заработной платы. Наряду с указанной важной тенденцией в последние годы постоянно возрастала роль неденежных доходов (доходы от личного подсобного хозяйства и т.п.). Одновременно увеличивались масштабы вывода доходов (теневая занятость, занижение размеров оплаты труда, доходы от сдачи в аренду жилья и т.п.).

      Вместе с тем происходит все более значительные изменения в структуре потребительских расходов бедных слоев населения, причем особенно заметно растет доля расходов на услуги (особенно в связи с реформой ЖКХ). В подобной ситуации использование черты бедности, жестко связанной с ценой фиксированной продовольственной корзины, чревато серьезной недооценкой масштабов бедности.

      Значительная часть проблем социальной  сферы современной России, среди  которых отметим, прежде всего, социальный стресс и связанные с ним демографические процессы, рост преступности, перегруженность системы социальных пособий и льгот, экологические и техногенные проблемы, вооруженные конфликты, уходят корнями в социалистический период. Трудности переходного периода, особенно снижение уровня реальной заработной платы и доходов, безусловно, способствовали ухудшению ситуации. Технократичность политики реформ наряду с политическими сложностями, связанными с реформированием социальной сферы, привели к урезанию расходов по социальным статьям де-факто, без обоснования и системы, что лишь усугубило положение наиболее обездоленных слоев населения.

      Проводимые в жизни примерно  с 2000г. реформы социальной сферы  предполагают следующее:

• переход от всеобщей поддержки к адресной поддержке малоимущих;
• разделение социальных программ на программы социального страхования и программы социальной помощи;
• привлечение частных компаний к предоставлению социальных услуг.

2.2. Кризис 1998г. как  поворотная точка  в экономической  истории               постсоветской России.

      Отказ от реформирования расходной части бюджета, с одной стороны, и мягкая фискальная политика, с другой стороны, вели к наращиванию государственного долга, особенно возросшему в середине 1990-х гг., что ставило экономическую ситуацию в стране в тесную зависимость от конъюнктуры мировых сырьевых и финансовых рынков и поведения внешних кредиторов. В полной мере это проявилось во время кризиса 1998г., когда в условиях нарастания мирового финансового кризиса и падения цен на нефть правительству не удалось сохранить доверие иностранных инвесторов¹⁰. Массовое бегство капиталов с российского рынка на фоне лавинообразного роста стоимости доступных России заимствований¹¹ вынудили правительство С. Кириенко пойти одновременно на дефолт и резкую девальвацию рубля. Дефолт означал отказ от продолжения выплат по внутреннему долгу – номинированные в рублях ценные бумаги (ГКО-ОФЗ) со сроками погашения до 31 декабря 1999г. переформировались в новые ценные бумаги, причем курсовой риск должны были нести сами инвесторы; объявлялся 90-дневный мораторий на возврат банками кредитов нерезидентам, на выплату страховых платежей по кредитам, обеспеченным залогом ценных бумаг. Наконец, денежные власти перешли к плавающему курсу рубля. За 1998г. ВВП упал на 6%, инфляция составила 84%, реальные располагаемые доходы населения сократились на треть. Банковская система и финансовые рынки вступили в полосу затяжного кризиса.

      Вместе с тем удалось избежать  раскручивания спирали, ведущей  к гиперинфляции. Дефолт и обесценение  внутреннего долга, обесценение в реальном выражении социальных обязательств государства (зарплат и пенсий) облегчили тяжесть бюджетной проблемы. Скачок цен обернулся повышением номинальных доходов бюджета (прежде всего через НДС). Одновременно очевидность краха объективно снизила возможности лоббистских объединений. В этих условиях правительству Е.М.Примакова удалось провести жесткую бюджетную политику и добиться утверждения Государственной думой чрезвычайно жесткого (с минимальным дефицитом) проекта бюджета на 1999г. На данном этапе бюджетная стабильность явилась результатом не сокращения бюджетных обязательств государства¹², а обесценения этих обязательств.

      Глубокая девальвация рубля устранила  переоцененность национальной валюты, угнетавшую торговый и платежный  балансы, снижавшую относительную конкурентоспособность российских производителей, как на внутреннем, так и на мировом рынках. Это сняло важнейшую провоцирующую кризисы проблему – разрыв между валютными (прежде всего краткосрочными) обязательствами частного и государственного секторов и совокупными возможностями их выполнения (валовые внешние резервы и сальдо бюджета).

      Девальвация рубля повысила конкурентоспособность  российских товаров на внутреннем  рынке и дала толчок импортозамещающему росту на базе имеющихся мощностей, прежде всего в отраслях легкой и пищевой промышленности. Увеличение экспорта в условиях улучшившейся в конце 1999г. конъюнктуры рынка энергоресурсов и расширения возможностей экспортных отраслей стимулировало вторую волну роста (осень 1999г.- лето 2000г.).

      Повысившийся спрос на продукцию  отечественных производителей дал  толчок к развитию сельскохозяйственного  производства. С 1999г. начинается  активный рост в этом секторе  экономики. Вплоть до 2001г. импорт  сельхозпродукции, резко сократившийся  после кризиса, практически не увеличивался. В то же время доля сельхозпродукции в российском экспорте оставалась высокой, прежде всего благодаря расширению присутствия на зерновых рынках ЕЭС, а также продаже продукции отраслей первичной переработки.

      Наиболее тяжелыми оказались последствия кризиса 1998г. для банковской системы. Капитал банковской системы сократился примерно в четыре раза¹³. При этом в наибольшей степени пострадали банки, строившие политику на развитии розничных операций, поскольку дефолт привел к резкому сокращению ликвидных активов (в которых превалировали ГКО-ОФЗ) и сделал банки неспособными выполнять свои обязательства перед клиентами. Подорванным оказалось доверие банкам со стороны иностранных партнеров: 90-дневный мораторий позволил отложить начало переговоров о реструктуризации задолженности по кредитам нерезидентов и вывести значительную часть активов во вновь созданные бридж-банки.

     В  результате банковская система  в основном восстановила свои  активы и докризисный капитал  только к концу 2000¹⁴. Вместе с тем уровень доверия в финансовом секторе (между заемщиком и кредитором, между банками и государством, между резидентами и нерезидентами) остается чрезвычайно низким, что повышает трансакционные издержки и сдерживает расширение кредитования реального сектора экономики.

      В 1999г. ВВП увеличился на 5.2%, а в 2000г.- на 8.3%; инвестиции возросли соответственно на 5 и 17,5%. К концу 2000г. показатели уровня жизни почти достигли докризисного уровня. 
 
 
 

              3.Современный этап развития России.

      По разному можно оценивать  влияние политики реформ (технократический  монетаристский подход) и конкретно  «реформационной составляющей»  как фактора сокращения ВВП,  однако несомненно, что процесс  трансформации российской экономики  оказался более болезненным и продолжительным, чем предполагалось в начале преобразований¹⁵. Задача обеспечения выхода экономики на траекторию стабильного развития, роста основанного на инновациях и сопровождающегося повышением благосостояния граждан, остается нерешенной.

      В центре дискуссий о стратегии социально-экономического развития встала проблема обеспечения экономического роста высокими темпами при одновременной структурной трансформации российской экономики. В 2001-2002гг. обозначилось наличие четырех подходов к разрешению этой проблемы.

      Во-первых, этатистическая (или дирижистская) модель, в соответствии с которой  государство является основным  хозяйственным субъектом, и только оно может взять на себя ответственность за инвестиционный процесс, предполагает максимальную концентрацию финансовых ресурсов в руках государства (прежде всего ренты и экспортной выручки) и перераспределение их в направлении национальных приоритетов. Не менее важен в этой модели протекционизм как способ защиты отечественного производителя от конкуренции более сильных иностранных фирм. Эта модель предполагает проведение активной промышленной политики в традиционном (отраслевом) смысле.

      Во-вторых, ставка делается на  повышение роли конгломератов  крупнейших фирм – финансово-промышленных групп (ФПГ) или интегрированных компаний (бизнес-групп – ИБГ). Эта модель исходит из того, что такие образования обеспечивают концентрацию ресурсов (финансовых, интеллектуальных), а также обеспечивают снижение трансакционных издержек благодаря соединению в себе финансовых, производственных и исследовательских организаций.