Конфликт России и Польши

Содержание

Введение 3

Блок 1. Анализ конфликта с точки зрения политической культурологи 4

1.1. Доминанты  формирования и специфика политических  субкультур, представленных в данном  конфликте 4

1.2. Преобладающие  типы политической культуры участвующих  в конфликте 4

Блок 2. Анализ конфликта с точки зрения политической конфликтологии 6

2.1. Структура  конфликта 6

2.2. Динамика  конфликта 7

2.3. Функции,  наиболее отчетливо проявившиеся  в ходе его развертывания 7

2.4. Характеристика  конфликта с использованием классификаций  принятых в политической конфликтологии 8

Блок 3. Анализ конфликта с точки зрения исследования мира 9

3.1. Ближайшие  причины и главные факторы,  обусловившие конфликт 9

3.2. Прямое  и структурное насилие в ходе  развертывания конфликта 10

3.3. Характеристика  конфликта с использованием классификаций,  принятых в исследованиях мира 11

Заключение 12

Список использованной литературы 13

Введение

История отношений соседних стран – Польши и России –  наполнена сложными и деликатными  вопросами. Для налаживания плодотворного  межкультурного диалога с долгосрочными  положительными последствиями необходимо приготовить хорошую почву. Сломать  лед помогает диалог между современными текстами культуры, в частности и  теми, которые пользуются массовым читательским спросом.

Отношения между Москвою  и Варшавою в межвоенные годы были пронизаны острой конфронтационностью, что не могло не повлиять на характер складывавшейся историографии данной проблемы. Особенностью развития межвоенной историографии польско-советских  отношений было то, что фактически изучались текущие злободневные исторические события.

Уже во время польско-советской  войны 1919-1920 гг. в Польше были изданы работы, авторы которых делали обзор  первых шагов в становлении отношений  между советской Россией и  Польшей и пытались обосновать претензии  Польши на земли на востоке, которые  не являлись этнически польскими. В  польской историографии в 20-30-е гг. ХХ в. Уже сформировалась и основная концепция истории советско-польских отношений межвоенного времени  – концепция "двух врагов". Это  была непосредственная реакция польской историографии на ситуацию, которая  сложилась для Польши в связи  с проведением СССР и Германией  рапалльской политики.

В СССР под влиянием событий  войны 1919-1920 гг. сложилось представление  о Польше как о наиболее опасном  соседе, с которым целиком возможна новая война. Отсюда особенный акцент в работах советских историков  на разоблачение агрессивного характера  польской внешней Политики.

Целью настоящей работы является – изучение сущности возникновения и протекания конфликта между Россией и Польше.

Для достижения поставленной цели были решены следующие задачи:

1. Провести анализ конфликта с точки зрения политической культурологи;
2. Провести анализ конфликта с точки зрения политической конфликтологии и исследований мира.

Блок 1. Анализ конфликта  с точки зрения политической культурологи

1.1. Доминанты формирования и специфика политических субкультур, представленных в данном конфликте

Собственно, начало русско-польского противостояния (геополитического, военного, идеологического) напрямую связано  с генезисом Московской Руси.

Создание централизованного  русского государства отозвалось на его западных границах польско-литовской  Унией 1569 года и формированием шляхетской республики во главе с выборным королем.

Еще в XIII-XIV веках  Литва отвоевала у Золотой  Орды большую часть древнерусского государства, и после заключения в 1386 году польско-литовской унии началась быстрая полонизация древнерусских  земель. При этом войны с Литвой и «ляхами» для Московского царства изначально были войнами не только за единство «русской земли», но и за интересы «всех православных христиан» — то есть юная Московия видела в Польше своего двойника-антагониста в славянском мире.

При этом Россия после воцарения династии Романовых  на протяжении XVII века постепенно отвоевывала  восточнославянские земли, пока не лишила Речь Посполитую остатков государственности. В итоге Польша стала частью российской политики и предметом осмысления для русской геополитической  мысли.

Между тем, сам  образ Польши в «традиционной» русской  политической мысли менялся.

Так, после трех разделов Польши и до восстания 1830-1831 годов она рассматривалась как  составная часть славянского  мира (пусть и «иноверная», католическая).

В свою очередь, сложившиеся в качестве самостоятельного направления мысли в 1920-е годы русские евразийцы, стремились определить систему геополитических приоритетов, исходя из логики «месторазвития» континента России-Евразии, и, постулируя несовместимость «евразийского национализма» с экспансивным характером устремлений романо-германских народов, оценивали Польшу как часть чужеродного «романо-германского мира», выводя ее за пределы «евразийской ойкумены». При этом, подчеркивая геополитическую «самодостаточность» «континента Евразии» и выступая против экспансии за пределы естественных границ, евразийцы отказывались от идеи «покорения Польши» как проявления отвергаемой ими панславистской идеологии.

Обретя в  результате распада Российской империи  и поражения Германии в Первой мировой войне политическую независимость  и будучи консолидированной выдающимся национальным лидером Юзефом Пилсудским, Польша вернулась «на круги своя» в области внешней политики и геополитической стратегии.

1.2. Преобладающие  типы политической культуры участвующих  в конфликте

Преобладающий типы политической культуры Польши - господствующая – религиозно-политическая.

Время первых веков государственности  Польши — это время сближения с латинской культурой Запада и его непосредственного влияния. Польское общество одновременно с сохранением памяти о собственных традициях самоосознанием себя как этноса заимствует опыт христианизации всех звеньев жизни. Культура, религия в ее христианско-католическом варианте и государство становятся неразрывными. Характер принятия христианства Польшей значительной степени обусловлен политическими обстоятельствами, в частности экспансией ближайшего и самого влиятельного соседа — Германии. Немецкая политико-религиозная экспансия заставляет Мешко искать союзников в лице чешских правителей и стать вровень в политическом и дипломатическом отношении со Священной Римской империей. Союз с Чехией был подкреплен браком с чешской княжной Дубрава, сопровождавшийся крещением самого Мешко I и его ближайшего окружения. Историки полагают, что, возможно, сам акт крещения имел место не в Польше, а в Баварии.

В России же, на момент формирования конфликта политическая культура имела  вид социально-классовой культуры.

Блок 2. Анализ конфликта с точки зрения политической конфликтологии

2.1. Структура конфликта

2.2. Динамика конфликта

2.3. Функции, наиболее  отчетливо проявившиеся в ходе  его развертывания

Функции Русско-польского  конфликта носит деструктивный  характер, т.е. условия, мешающие достижению целей.

Функции данного  конфликта привели:

• к осложнениям межгосударственных, международных отношений;
• уменьшение степени сотрудничества в будущем, нарушение системы коммуникаций;
• представление народов России и Польши о другой стороне как о враге, о своих целях как о положительных, а о целях другой стороны как об отрицательных;
• сворачивание взаимодействия между Польшей и Россией, а так же странами которым данный конфликт интересен и выгоден;
• увеличение враждебности между Польшей и Россией по мере уменьшения общения, рост взаимной неприязни и ненависти;
• смещение акцентов: придание большего значения победе в конфликте, чем решению проблемы;
• возможность подготовки к новому витку конфликта, чему может способствовать разрешение Польской стороны установить на своей территории ракет-перехватчиков США.

2.4. Характеристика  конфликта с использованием классификаций  принятых в политической конфликтологии

Блок 3. Анализ конфликта  с точки зрения исследования мира

3.1. Ближайшие причины  и главные факторы, обусловившие  конфликт

Россия и  Польша – страны, для которых  отношения друг с другом – важнейшая  сторона всей истории. Однако этим взаимоотношениям свойственна одна странная особенность  – они очень несимметричны. Так  или иначе, это свойство сводится к констатации: Россия для Польши значит несопоставимо больше, чем  Польша для России. Такая ситуация сложилась издавна и воспринимается как самоочевидная в обеих  странах. Но есть и другая асимметрия, замечаемая реже, – поляки в этих отношениях всегда активнее. Это проявляется  и на международном уровне, это  же можно заметить в любой сфере  контактов, в том числе и на всевозможных круглых столах представителей двух народов. И дело не столько в  инициативе, организации и проведении мероприятий, сколько в том, что  тон, проблематику и нормы политкорректности  польско-русских контактов задаёт именно польская сторона. Сам дискурс  наших отношений традиционно  формируют поляки, русские же лишь участвуют в нём.

Более глубокая и действительно важная причина такого характера польско-русских отношений кроется в исторической памяти и идентичности наших народов. Именно в историческом самосознании Россия для Польши означает гораздо большее, чем Польша для России. Собственно, для русской идентичности Польша не очень-то и важна: её может и не быть, она лишь некоторая историческая помеха для государственного развития, и то скорее из учебников истории – такая же как, например, Швеция. Ну, сейчас вот тоже вроде как мешает – отношениям РФ с Евросоюзом. Однако русскому человеку не надо думать о Польше, чтобы быть русским – русские вообще редко о ней что-либо думают. Это, кстати, понимают и многие поляки: «Россия нас не замечает», – банальное утверждение для польских рассуждений об отношениях с Россией. Для поляков же Россия – важнейшее другое, через образ которого строится всё самоопределение и всё восприятие истории. Сама польская идентичность ставит поляков в активное отношение к России и всему русскому.

Когда говорят о польском самосознании в его отношении к России, традиционно характеризуют его только с одной стороны – как страх. Страх «перед агрессором». И это чувство, несомненно, так или иначе свойственно полякам. Однако страх по природе своей пассивен и не он определяет направленность польского самосознания к России. Есть и другая сторона, о которой в России почти не говорят, но которая имеет для польской культуры, польской идентичности гораздо большее значение: это мессианизм. Польский культурный комплекс мессианизма в отношении всего пространства на восток от Польши.

Подчинение  России западнорусских земель (польских Кресов) по результатам разделов Речи Посполитой и вхождение в 1815 г. в  состав Империи этнографически польских территорий поставило поляков в  новое положение. Если раньше «Восток» воспринимался не просто как культурно  низший, но и как принципиально  более слабый (вследствие самой своей  «восточной» специфики), то теперь Польша сама оказалась в подчинении у  «восточного деспота». Цивилизаторская  роль в отношении Востока оказалась  менее актуальной, чем задача противостояния ему – военного, политического  и культурного. Однако такое положение  так же было осмыслено в мессианских  категориях, и именно благодаря этому  противостоянию России Польша стала  осознавать своё особое значение для  всей Европы, свою ответственность  перед нею.

XIX век в значительной  мере переключил польское внимание  с цивилизаторской миссии на  Востоке на идею противостояния  России как священной борьбе  по защите Европы от «орд  с Востока». Эпоха романтизма  добавила польской мысли и  идеи об особом национально-освободительном  мессианстве поляков. Эту идеологию  сформировала польская «Великая  эмиграция» после провала Ноябрьского  восстания 1831 г., главным образом  в Париже. Главный её автор  – Адам Мицкевич – видел  в поляках духовного предводителя и спасителя всего света, чья миссия – дать миру национальную свободу. Но для этого поляки, как «Христос народов», должны стать мучениками: их борьба за независимость с её поражением, их противостояние России делает из них народ-мученик за свободу народов Европы, «за нашу и вашу свободу!»[15].

Годы советского доминирования, особенно поздние, были временем постепенного освоения поляками неолиберальной идеологии «защиты  прав человека» и «распространения демократии». Это же стало официально принятой линией восточной политики независимой Польши. Такой «либеральный»  мессианизм был дополнен разработанной  ещё в 1970-х гг. польской эмиграцией в Париже т.н. доктриной Гедройца-Мерошевского, предполагающей отказ Польши от притязаний на территории Украины и Белоруссии, но основное внимание уделяющей «утверждению независимости» этих государств и той  же самой борьбе за освобождение от российского господства всех входящих в Россию народов, распространению  «западных ценностей» и расширению демократии, которую предполагал  межвоенный прометеизм.

При этом важно  отметить, что сама Россия (как концептуальный «Восток») не может быть «страной западного  сообщества»: она онтологически  враждебна западным ценностям. Её попытки  установления демократии – неизбежное для Востока подражание, которое  обязательно сводится к искажению  и принципиальной порче образца, остающегося недосягаемым. Поэтому  борьба за западные ценности на Востоке  сводится к борьбе с российским влиянием, а не к борьбе за победу этих ценностей  в самой России. Впрочем, оказывать  цивилизаторское воздействие и  на неё – так же цивилизационный  долг Польши, так как подчиняет  восточные стихии варварства европейскому порядку, тем самым их укрощая.

Для российской политики всегда будет оставаться проблемой,  кто России выгоднее в качестве партнёра в Польше. С одной стороны есть те, которые хотят «мирного взаимодействия», но чей оптимизм в отношении России основан на надежде, что со временем она лишится «своей российской сущности». Они проводят политику активного ценностного воздействия на Россию, давления на неё, под которое по мере возможности организуют всё евро-атлантическое сообщество. С другой стороны есть те, кто готов воспринимать Россию «такой, какая она есть», но делают из этого вывод о необходимости вечного противостояния с ней и жёсткого ограничения её контактов с Европой. В любом случае надо понимать, что между этими двумя польскими позициями нет никакого расхождения в исходном образе России: радикальном отказе ей в европейском статусе и восприятии её как «Востока» со всеми теми атрибутами, которые привычны для него в европейской культуре.  И кто бы ни был у власти в Варшаве, Россия для Польши всегда была и будет важнейшим Другим, на задачи взаимоотношения с которым так или иначе направлена вся польская политика – и восточная, и западная. 

3.2. Прямое и структурное  насилие в ходе развертывания  конфликта

Прямое насилие - предполагает непосредственное воздействие субъекта на объект.

На протяжении всей истории  конфликта между Польшей и  Росстей присутсвовало такое прямое насилие как: убийства (жертвы воин), телесные повреждения, задержание, до и в ходе революции - Ссылка в сибирские регионы военнопленных эпохи русско-польских войн. Общая численность данной группы польского населения достигала 1,5 тысячи человек, расстрел военными НКВД арестованных Поляков.

Структурное насилие —  создание невыносимых условий проживающих русских в Польше, лишение их прав на голосование, неформальное гнобление, ущемление их потребностей и интересов.

Шантаж со стороны Польши в возможности нарушений переговоров  и интересов России.

3.3. Характеристика  конфликта с использованием классификаций,  принятых в исследованиях мира

Характеризовать конфликт между  Россией и Польшей можно как  неготивный мир. Польша никак не хочет  налаживать отношения с Российской стороной, придумывая новые почвы  для конфликта, используя при  этом различные взгляды других мировых участников.

В настоящее время Россия и Польша живут в отсутствие войны, отсутствие вооруженных конфликтов между государствами или внутри государств.

Однако Польша не упускает возможность  насолить России «не своими руками» (установки США, газовый конфликт), от чего отношения между странами принять мирный оборот не могут.

На мой взгляд, дружба между Россией и Польшей вряд ли возможна. Соперничество между нашими странами восходит к временам, когда Россия и Польша боролись за главенство в славянском мире. Россия в этом соперничестве в итоге победила, а Польша просто перестала существовать. Учитывая известный польский гонор, вряд ли поляки смогут это забыть.

Как итог: дружбы между русскими и поляками быть не может.

Вопрос надо ставить так: возможны ли между двумя странами прагматичные отношения? Совершенно очевидно, что для выстраивания прагматичных, взаимовыгодных отношений необходимо желание обеих сторон. Если же проанализировать взаимоотношения России и Польши, то выясняется очень интересная деталь: Если дело касалось России, то Польша очень и очень часто действовала в ущерб себе, только чтобы насолить России. Никаким прагматизмом в политике это объяснить нельзя. То есть, опять на поверхность выплывает известный польский гонор. Далее, для выстраивания нормальных взаимоотношений и преодоления взаимных обид необходимо спокойное, без эмоций, и непредвзятое исследование спорных вопросов. И вот тут с польской стороны опять таки наблюдается эксплуатация исторических мифов, вроде расстрела польских офицеров в Катыни, а также попытки перевести чисто экономические споры в разряд политических, как то вопрос о запрете ввоза польского мяса. Сюда же можно отнести и заявления о предстоящем сносе памятников в Польше наподобие того, как это сделали в Эстонии. Также, как показывают последние события, Польша, в пику России, готова пойти на ухудшение отношений даже со странами Европы, блокируя заключение нового энергетического договора и планируя разместить у себя американские ракеты.

По поводу Катыни давно уже доказано, что расстреляли их немцы, а вся шумиха вокруг этого дела - это идет еще со времен немецкой пропагандистской фальшивки. Россия также могла бы многое предъявить полякам: это и польские разбои времен Смутного времени, и, особенно, уничтожение нескольких десятков тысяч русских военнопленных в концлагерях после поражения Красной Армии при наступлении на Польшу в 1920 году. По сравнению с последним польским преступлением,кстати , Катынь просто меркнет. И в этом вопросе поляки проявляют странную "забывчивость". Никаких претензий Россия не предъявляет. Напротив, Путин неоднократно подчеркивал, что надо оставить прошлое в прошлом и строить нормальные отношения в настоящем.

Так что, при оценке сегодняшних взаимоотношений, видно, что польская сторона не горит желанием выстраивать нормальные отношения, а эксплуатирует исторические мифы и вытаскивает на свет старые обиды, да к тому же не в состоянии умерить свой польский гонор, который делает поляков откровенно смешными.

Как итог: прагматичных, взаимовыгодных взаимоотношений с поляками в ближайшее время не предвидится.

Заключение

Подводя итоги  настоящей работе, можно сделать  вывод, что  в отношениях между Польшей и Россией будет сохранен статус-кво или даже произойдет небольшое ухудшение. Уже сейчас слышно, что в Польше обыгрывается тема очередной гибели на русской земле «цвета польской нации», как это было в Катыни. Об этом напрямую заявил помощник покойного президента Качиньского. Понятно, что такие высказывания и такие настроения могут привести только к росту недоверия к России и проявлению негативных чувств в отношении русских. По крайней мере люди в Польше уже так говорят, а значит, на улучшение отношений рассчитывать не придется.

В последние месяцы 2011 года, польско-российские отношения стали налаживаться, к большому облегчению Евросоюза, раздираемого странами, выступающими за компромисс с Россией (Германия, Франция, Италия), и сторонниками более жесткой линии в отношении Москвы (Польша, Прибалтика), которую они подозревали в возрождении имперских амбиций. Однако уже в 2012 году Польша монипулиует своей территорией угрожая впустить третьи страны в газовые отношения с Россией.

Сложно сказать, как долго  продлится конфликт в российско-польских отношениях. Тем не менее, не смотря на многолетний конфликт, мне хотелось бы что бы что бы  страны соседи стали бы относиться друг к другу более дружелюбно, так как от подобных политических конфликтов страдает в первую очередь человечество.

Список использованной литературы

1. Валлерстайн И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире.  СПб.: «Университетская книга», 2001. – 254с.
2. Гаджиев К.С. Введение в геополитику. М.: Логос, 2001.-451с.
3. Грегорович С. Варшава-Москва-Берлин: межвоенное двадцатилетие. Независимая газета. 2005. 24 января. - С. 15
4. Данилевский Н. Я. Россия и Европа. М.:Книга, 1991. - С. 391-395
5. Дугин А. Г. Основы геополитики. — М., 2000. — С. 297-300
6. Зубов А. Третий русский национализм. Знамя. 1993. № 1
7. Катков М. Об отношениях России к папе и его притязаниях в польском вопросе. Москва. 2002. № 6. – С.13
8. Международный опыт исследований мира. Учебное пособие. / Под ред. И.Е.
9. Политология. Краткая хрестоматия. / Сост. Б.А. Исаев. СПб.: Питер, 2008. – 329с.
10. Политология: учебник. / А.Ю. Мельвиль и др. М.: МГИМО, 2008. Гл. 12 
11. Рудковской. Томск: ТГПУ, 2008.-455с.
12. Савицкий П. Утверждения евразийцев // Континент Евразия. М., 1997. - С. 96
13. Цымбурский В. Л. Остров Россия. — М., 2007. — С. 5-10.