Криминологическая классификация и типология личности преступника

СОДЕРЖАНИЕ

Введение 3

Глава 1. История отечественных теорий о личности преступника

1.1 Личность преступника  в дореволюционной России 3

1.2 Учение о личности  преступника в советский период 3

1.3 Современные исследования  личности преступника 3

Глава 2.   Личность преступника - как социальное лицо человека совершившего преступление

2.1Понятие и криминологические признаки преступника 

2.2 Структура личности преступника 

2.3 Отличительные свойства личности преступника 3

Глава 3. Криминологическая классификация и типология личности преступника

3.1 Типология личности преступника 3

3.2 Механизм формирования преступного поведения 3

3.3 Значение и основные направления изучения личности преступника в практической деятельности органов внутренних дел 

Заключение 

Список литературы 

Введение

Важнейшей задачей государства в обеспечении конституционных прав и свобод человека является борьба с преступностью. Ее решение особенно значимо в современный период, когда проводимые социальные преобразования в России наряду с прогрессивными реформами сопровождаются проблемами переходного периода, в том числе высоким уровнем преступности.

Неблагоприятные тенденции и изменение характера преступности определяют необходимость разработки эффективных мер и средств борьбы с ней, совершенствования законодательной базы и опирающейся на нее практики деятельности правоохранительных органов государства.

Повышение эффективности правоохранительной деятельности возможно на основе развития научных знаний, включая всестороннее и глубокое изучение с позиций психологической науки субъекта преступного поведения. В его изучении базисной категорией выступает категория личности, использование которой позволяет системно раскрыть социальное качество человека, виновно совершившего уголовно наказуемое деяние, включая особенности его психического склада, выражающие внутренние предпосылки этого деяния, факторы их формирования и пути исправления.

Личность преступника входит в проблематику криминологии, юридических наук уголовного профиля и юридической психологии. В соответствии с задачами этих наук и задачами правоохранительной деятельности выделяется ряд важных аспектов изучения лица, совершившего преступление, и его личности. Это лицо может изучаться как субъект уголовного процесса и уголовно-исполнительных правоотношений, посткриминального и постпенитенциарного поведения, как объект справительного и профилактического воздействия.

Особую важность представляет изучение преступника как субъекта антиобщественного деяния. Научное раскрытие его личности в этом плане связано с решением ряда важных практических задач.

Особое значение имеют психологические знания о личностных предпосылках преступного поведения, методах их выявления и параметрах оценки, о закономерностях их устранения (исправления) и мерах по предупреждению формирования. Необходимость развития таких научных знаний и потребность практики в основанных на них рекомендациях по повышению эффективности борьбы с преступностью в современных условиях и определяют актуальность темы исследования.

Степень разработанности проблемы. Вопросы личности преступника рассматриваются в работах Н.Х.Айнетдиновой, И.И.Алгазина, Ю.М.Антоняна, И.С.Арсанукаева, М.М.Землянухиной, Н.А.Карповой, С.Д.Крамара, О.А.Кулешова, И.А.Петина и других ученых. В исследованиях раскрываются социальные характеристики и психологические особенности личности преступников, представляющих различные криминологические типы, анализируется мотивация преступного поведения, выявляются связи отдельных психологических свойств личности преступников с характером их противозаконного поведения, изучаются интегративные свойства личности (направленность, воля, характер и др.) и структуры свойств, раскрывается взаимодействие субъективных факторов и внешних условий в механизме преступного поведения.

В то же время накопленные психологические знания о личности преступника требуют систематизации и дальнейшего углубления на основе современной методологии психологической науки и теорий криминологии и уголовного права.

Объектом данной работы является исследование личности именно преступника. При этом мне бы хотелось рассмотреть этот вопрос с криминологической точки зрения.

Предметом исследования выступает целостная совокупность (система) психологических свойств личности преступника, выступающих существенными в детерминации преступного поведения при определенных внешних и иных условиях, виды и содержание этих свойств, их типологии.

Целью данной работы является всесторонний анализ уголовно-криминологической характеристики личности преступника.

Достижению указанной цели способствует формирование и разрешение следующих задач:

• рассмотреть историю отечественных теорий о структуре и личности преступника;
• классифицировать и рассмотреть типологию личности преступника с криминологической точки зрения;
• выявить значение и основные направления изучения личности преступника в практической деятельности органов внутренних дел.

Научная новизна исследования заключается в том, что в результате проведенного изучения важнейшей социально-правовой проблемы личности преступника получено качественно новое, системное, существенно углубленное и конкретизированное научное знание прогностического и преобразующего на-значения.

Представленное исследование состоит из трех глав, которые в соответствии с поставленными задачами разделены на пункты, введения, заключения и списка использованной литературы.

Глава 1. История отечественных теорий о личности преступника

1.1 Личность преступника  в дореволюционной России

С появлением преступности в человеческом обществе появляется и личность человека, называемого преступником.

Интерес к лицу, преступившему закон, существовал всегда. Однако глубоких, всесторонних, целенаправленных исследований личности преступника не было. В трудах ученых, начиная с древних времён и до середины XIX века, можно найти попытки рассмотрения различных аспектов того, что сейчас мы называем «личность преступника». В античные времена произошёл переход от бытийного, от онтологического понимания мира к личностному.

Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.Г. Чернышевский связывали преступность с явлениями социального, экономического характера.

Классики марксизма - ленинизма исходили из концепции развития и смены общественно-экономических формаций, закономерностей социального развития, обуславливающих общественное сознание и социальное поведение.

Герцен (1812 - 1870) указывал, что преступления вызываются условиями жизни людей и, прежде всего, их экономическим положением. "Причины преступности, - писал он, - заложены в антагонистическом характере общества, в его делении на богатых и бедных, всесильных и бесправных"1.

Герцен так же, как и Радищев, считал, что главное в борьбе с преступлениями не наказание, а их предупреждение, опирающееся на социальные преобразования.

Ряд исследователей преступности в царской России (Тарновский, Фойницкий, Гернет) высказали много идей о борьбе с преступностью, трактуя ее причины с позиций личностных характеристик преступников. Значительное число работ в то время в России было посвящено статистическому анализу преступности.

Направлением, которое перешло на новые методологические позиции в изучении преступности, было левое крыло социологической школы уголовного права России (М.Н. Гернет, М.М. Исаев, Н.Н. Полянский и др.).

Представители этого направления, показав методологическую ограниченность теории факторов, ее неспособность вскрыть действительные причины преступности, сделали вывод о том, что только на основе диалектического метода можно дать адекватное теоретическое описание преступности. Криминалисты-социологи левого крыла не только ясно осознавали, что преступность есть определенное состояние социального организма, но и старались в своих исследованиях раскрыть внутреннюю связь, существующую между эмпирическими закономерностями преступности и социально-экономическим устройством общества.

Определенный «взрыв» среди отечественных криминологов в70-х гг. вызвали публикации профессора И.С. Ноя из Саратова, который писал: «Независимо от среды человек может не стать ни преступником, ни героем, если родится с иной программой поведения»2.

В.П. Емельянов сделал следующий вывод: «Только определенный состав экономических, идеологических, социальных, биологических факторов дает реакцию, называемую преступлением...причина преступности – это синтез различных явлений социального и биологического свойства...»3. Ной и Емельянов имели активных сторонников из числа известных отечественных генетиков – В.К.Эфроимсона, Б.Л.Астаурова, Д.Н.Беляева. Позднее, после активных дискуссий, в том числе с академиком Дубининым, Беляев писал, что «наличие генетической программы и врожденных потенций не означает, что эти потенции автоматически сформируются в реально осязаемое свойство психики или форму поведения человека. Для этого необходимы еще соответствующие условия среды, жизненные условия, под влиянием которых природные потенции человека либо разовьются, либо, наоборот, погаснут. Оценивая значение генетической программы для формирования самого поведения, надо иметь, конечно, в виду, что нет специальных генов, однозначно определяющих, например, альтруизм, эгоизм или антисоциальноеповедение...».

Вообще вопрос крайне сложен. У первого осужденного в Европе с генетической аномалией XYY Даниеля Югона отмечался целый ряд заслуживающих внимания моментов: Даниель в возрасте четырех лет перенес энцефалит и страдал нервными припадками, родился с деформацией ступни, что повлекло нарушение двигательных функций, и был предметом насмешек братьев, сестер, товарищей; в пубертатном возрасте получил глубокую травму, которая не изгладилась из его памяти и была даже причиной попытки самоубийства; не имел возможности приобрести профессиональные навыки и получить определенную постоянную работу, работал с 15 лет и с этого же времени употреблял спиртные напитки. Вопрос о непреодолимости влияния хромосомных аномалий утопает в этом клубке различных неблагоприятных факторов, на него не удается получить ясного и доказательного ответа, на что указывал Жан Гравен в 1968 г.

Наряду с антропологическим в криминологии всегда существовали преобладал другой подход, жестко отрицающий биологизацию преступного поведения. В начале XX века А.А. Пионтковский писал, что нельзя объяснять изменчивое социальное явление – преступление постоянными свойствами природы человека, в том числе «преступного человека»4. По мнению А.А.Герцензона, криминологу вообще незачем погружаться в глубинную сущность личности, искать биологические истоки поведения5.

Ф.М. Решетников отмечал, что трактовка преступления как «симптома» биологических или психологических недостатков преступника означает игнорирование действительной природы преступления как социального явления, порожденного социальнымиже причинами6.

В.Н.Кудрявцев, И.И.Карпец вместе с Н.П.Дубининым написали книгу «Генетика, поведение, ответственность», издававшуюся дважды в России, а также за рубежом. В ней они доказывали социальную обусловленность преступности. В период кризисных состояний общества преступность резко растет: в России в 1876-890 гг. число уголовных дел возрастало на 4% ежегодно ,а в среднем на 57%. Ранее – лишь на 1% в год в среднем. Везде росла преступность с нарастанием капиталистического способа производства: в 1882-898 гг. в Германии преступность росла в двое быстрее населения, во Франции в 1831-1880 гг. в семь раз быстрее населения росло число обвиняемых7.

За конкретными преступниками эти авторы видели особо неблагоприятные условия социального формирования и жизнедеятельности.

Ю. М. Антонян последователен в своем внимании к психофизиологическим, психологическим характеристикам преступников. В работе «Жестокость» он приходит к выводу о вечном характере жестокости и практически присоединяется к цитируемому выводу Ф.Ницше: «Люди, теперь жестокие, должны рассматриваться как сохранившиеся ступени прежних культур: горный хребет человечества обнаруживает здесь более скрытые наслоения, которые в других случаях остаются скрытыми. У отсталых людей мозг благодаря всевозможным случайностям в ходе наследования не получил достаточно тонкого и многостороннего развития. Они показывают нам, чем мы все были, и пугают нас; но сами они столь же мало ответственны, как кусок гранита зато, что он – гранит».

По мнению английского криминолога Э.Гловера, преступность – один из результатов конфликта между примитивными инстинктами, которыми наделен каждый человек, и альтруистическим кодексом, устанавливаемым обществом. Как отмечает С.М. Иншаков, представители клинического направления практически отрицали кару как превентивное сдерживающее средство. Они попытались превратить криминологию в своеобразную антикриминогенную медицину, а тюрьму в клинику.

Выдающихся юристов того времени - профессоров уголовного права, какого направления они бы ни придерживались (классического, социологического, антропологического), объединяет общность взглядов на основные причины преступления и задачи наказания, стремление выработать радикальные с их точки зрения меры, обеспечивающие более или менее эффективную борьбу с преступностью (например, работы Н.С. Таганцева, И.Я. Фойницкого, М.Л. Чубинского и др.).

Таким образом, можно сделать вывод, что российская юридическая наука в прошлом мало внимания уделяла личности преступника. В основном она касалась определения возраста наступления ответственности, осознания умысла и тому подобное.

1.2 Учение о личности  преступника в советский период

Изучение преступности продолжалось и в первые годы существования советского государства. Анализ состояния преступности, ее причин, личности преступника проводился органами юстиции, МВД, работниками государственного аппарата, научными сотрудниками, общественностью и студентами.

Первые шаги в деле изучения личности правонарушителя сделал Петроградский криминологический кабинет, образованный в 1918 году по инициативе Петроградского Совета, в 1922 году аналогичный кабинет образован в Саратове.

Работа Саратовского губернского кабинета криминальной антропологии и судебно-психиатрической экспертизы велась в трех направлениях:

• изучение преступника и преступности;
• изыскание наиболее рациональных методов перевоспитания преступников;
• производство экспертиз для судебных органов уголовного розыска и для администрации исправительного дома.

Обследование преступников велось по криминально-диагностической карточке, которая включала социологическое, психологическое, физическое и медицинское обследования. Особое внимание обращалось на нервную систему и психопатические аномалии. Целью социологического обследования было выявить социальный облик преступника.

Возникновение Московского криминологического кабинета связно с проведенным в апреле 1923 года обследованием арестных домов Москвы. Материалы обследования оказались настолько интересными и ценными, что напрашивался вывод о необходимости организации постоянного изучения личности преступника и преступности. В связи с этим в 1923 году при Административном отделе московского Совета был создан кабинет по изучению личности преступника и преступности. Социологическое обследование предполагало "выяснить сложный социологический процесс создания антисоциальной личности, внезапного катастрофического ее образования или, наоборот, постепенного разрастания в ней антисоциальных навыков".

Выяснялись условия детства правонарушителей, причины повторного совершения преступлений. Заключение социолога давало материал для правильного выбора меры наказания для обвиняемого.

В отечественной криминологии 20-30-х гг. XX в. исследователи в основном опирались на идеи о преступности как о социальном явлении, порожденном классовым неравенством (А.А. Герцензон, М.Ю. Козловский, П.И. Стучка, А.С. Шляпочников и др.).

С целью объединения криминологических исследований постановлением СНК РСФСР от 25 марта 1925 года был создан Государственный институт по изучению преступности и преступника, сотрудники которого участвовали в экспертизе Уголовного кодекса РСФСР 1926 года. По существу, он стал первым в стране центром изучения преступности, в составе института действовали четыре секции: социально-экономическая, пенитенциарная, биопсихологическая и криминалистическая. В 1931 году институт был реорганизован в Институт уголовной и исправительно-трудовой политики.

К числу наиболее серьезных теоретических исследований этого периода в первую очередь относятся труды М.Н. Гернета, А.А. Герцензона, Д.П. Родина, В.И. Куфаева, Е.И. Тарновского, В.И. Халфина, А.С. Шляпочникова и др.

М.Н. Гернет - автор ряда монографических работ: "Моральная статистика" (1922), "Преступность и самоубийство во время войны и после нее" (1927), "Преступность за границей и в СССР" (1931).В.И. Куфаев написал книгу "Юные правонарушители", выдержавшую три издания (1924, 1925, 1929). Е.И. Тарновский известен как автор глубоких статей: "Движение преступности в РСФСР за 1922-1923 гг." (1924), "Основные черты современной преступности" (1925) и др.А. А. Герцензону принадлежал ряд работ: "Изучение Московской преступности" (отчет за 1926 год). Им опубликован первый советский курс уголовной статистики, выдержавший четыре издания (1935-1948). В.И. Халфин написал работу "Размеры преступности в РСФСР" и др.

Государственный институт по изучению преступности и преступника в 1931 году по идеологическим соображениям был ликвидирован. В ЦСУ закрыли отдел моральной статистики. Официальная позиция состояла в том, что преступность в СССР вызвана двумя причинами: пережитками прошлого в сознании людей и капиталистическим окружением. Изучение каких-либо иных факторов объявлялось ненужным и вредным. Многие сотрудники были репрессированы. На долгие годы (с 1930 по конец 50-х годов) криминологические исследования были, по существу, преданы забвению.

В конце 50-х годов с развенчанием периода культа личности положение дел с проведением криминологических исследований изменилось к лучшему. Заметно оживилась деятельность по изучению преступности и её причин кафедр уголовно-правового цикла юридических факультетов университетов и институтов.

После длительного перерыва исследования личности преступника в нашей стране возобновились в начале 60-х годов. Одним из первых этим стал заниматься А.Б. Сахаров. Анализ личности преступника осуществила в своей монографической работе Н.С. Лейкина. Эти труды сохранили и сейчас свою актуальность, хотя они были написаны в то время, когда криминология еще только возрождалась. Н.С. Лейкина и А.Б. Сахаров рассматривали личность преступника еще во многом на уровне субъекта преступления в рамках уголовного права, но им же уже был виден иной подход к этой проблеме.

Начало этому положила монография А.Б. Сахарова "О личности преступника и причинах преступности в СССР", вышедшая в начале 60-х годов XX в. Хотя понятие личность преступника он рассматривал в уголовно-правовом смысле, однако перечень проблем, поставленный им (социальная сущность личности преступника, антиобщественная позиция личности, ее влияние на положение индивида в обществе, причины антиобщественного поведения), свидетельствовал о том, что речь шла уже не о субъекте преступления, а о личности преступника в криминологическом понимании. Анализ работы А.Б. Сахарова позволяет увидеть некую типологию и выделить привычного и случайного преступника. Эта концепция личности преступника еще во многом связана с учением о субъекте преступления, но в ней впервые после многолетнего перерыва осуществился переход к личности преступника с сущностных позиций, проводился её анализ с применением знаний психологической науки, учения И.П. Павлова о высшей нервной деятельности, поставлен вопрос о необходимости типологии.

В самом начале 60-х годов, были опубликованы первые теоретические труды по проблемам криминологии: С.С. Остроумова "Преступность и ее причины в дореволюционной России" (1960), А.А. Герцензона "Предмет и метод советской криминологии" (1962), Г.М. Миньковского, В.К. Звирбуля "Предупреждение преступлений" (1962) и др. В дальнейшем к наиболее крупным теоретическим трудам относятся работы А.А. Герцензона "Введение в советскую криминологию" (1965), В.Н. Кудрявцева "Причинность в криминологии" (1968), И.И. Карпеца "Проблема преступности" (1969), Н.Ф. Кузнецовой "Преступление и преступность" (1969), А.М. Яковлева "Преступность и социальная психология" (1970), М.И. Ковалева "Основы криминологии" (1970), В.К. Звирбуля "Деятельность прокуратуры по предупреждению преступлений" (1971), Г.А. Аванесова "Теория и методология криминологического прогнозирования" (1972), А.С. Шляпочникова "Советская криминология на современном этапе" (1973) и др.

Глубокое объяснительное значение имеют исследования личности преступника, проводимые Ю.М. Антоняном. Он избрал монографический метод изучения проблемы, что позволило ему углублённо изучать небольшое число преступников, являющихся типичными представителями искомых групп, с помощью психологических методов.

По его мнению, преступник как социальный тип личности отличается от нормотипического человека тем, что он общественно опасен. В личностной структуре преступника он выделял элементы, являющиеся психологическими предпосылками преступного поведения. Следует отметить некоторое противоречие в его подходе к пониманию личности преступника. С одной стороны, под такой личностью он склонен видеть лицо, совершившее преступление. С другой - говорит о необходимости изучения генезиса личности со стадии процесса её формирования, то есть понимает личность преступника и в более широком смысле: как личность, обладающую большей степенью вероятности совершения преступления.

Задачам расширения психологических знаний о личностных предпосылках преступного поведения, методах их выявления и параметрах оценки, о закономерностях устранения и мерах по предупреждению его формирования служит исследование криминогенной сущности личности преступника А.Н. Пастушени8. Исследовав психологический аспект этих проблем, он пришёл к выводу о том, что личность индивида, совершающего преступление, имеет специфическую качественную особенность психического склада, которая выражает её криминогенную сущность.

Под сущностью криминогенной потенции личности он понимает совокупность её криминогенных склонностей. Указанная особенность психического склада выступает внутренней предпосылкой антиобщественного поведения липа при определённых условиях или воздействиях на него и выражается в совокупности психических свойств, которые являются существенными в детерминации такого поведения.

В рамках антропологии преступления касается вопросов личности преступника и Л.В. Кондратюк. Основа его подходов заключается в признании духовности основной специфической чертой человека, отличающей его от животного мира.

Трагедию человеческой экзистенции он видит в том, что присущая личности духовность не является совершенной в реальных проявлениях воли и сознания. Анализ работы Л.В. Кондратюка приводит к выводам о том, что личности преступника в различной степени и объёме присущи деструктивные свойства, содержащие в себе агрессию, захват или обман. Он, не соглашаясь со сложившимся теоретическим постулатом, усматривающим в насилии, обмане, незаконном захвате лишь способ совершения преступлений, представляет их мотивационной структурой личности преступника. Главным в мотивации может выступать один из элементов рассматриваемого набора, но в той или иной мере присутствуют все.

Подводя итог изложенного можно сделать вывод, что советские криминологи считали, что их предшественники лишь задумывались над сущностью преступности, ее происхождением, причинами, но преимущество отдавали изучению личности преступника, а преступность рассматривали в основном как субъективно-личностный феномен.

1.3 Современные исследования  личности преступника

Современный этап характеризуется более углубленным исследованием разнообразных проблем преступности, в частности, проблем личности преступника, проблем причин преступности. Много внимания сейчас наша наука уделяет проблемам прогнозирования преступности.

В последние годы происходит интенсивное развитие социально-психологических исследований в криминологии, направленных на углубленное изучение свойств и признаков лиц, совершающих преступления, причин и механизмов индивидуального преступного поведения (М.Ю. Антонян, М.И. Еникеев, Г.Х. Ефремова, М.М. Коченов, В.В. Гульдан, Е.Г. Самовичев, А.Р. Ратинов, А.М. Яковлев и др.).

Благодаря этим исследованиям в настоящее время имеется возможность использовать в практике борьбы с преступностью научно обоснованные и достоверные данные о природе, мотивах и причинах совершения тяжких насильственных преступлений против личности и других правонарушений.

Большую роль в координации криминологических исследований, объединении усилий ученых страны в разработке теоретических положений и практических рекомендаций для улучшения борьбы с преступностью играет Российская криминологическая ассоциация, созданная в 1991 году.

Помимо криминологов, упомянутых выше, значительный вклад в развитие криминологии внесли: С.Б. Алимов, С.П. Бузынова, В.Г. Демин, Г.И. Забрянский, Н.П. Косоплечев, И.П. Кондрашков, И.М. Мацкевич, В.В. Панкратов, В.Д. Пахомов, Э.И. Петров, Г.М. Резник, В.А. Серебрякова, А.П. Сыров и другие научные сотрудники криминологических секторов Института государства и права РАН, Института проблем укрепления законности и правопорядка, НИИ МВД Российской Федерации и др.

Признанием заслуг в области создания теоретических основ криминологии и организации борьбы с преступностью явилось присуждение в 1984 году Государственной премии СССР И.И. Карпецу, В.Н. Кудрявцеву, Н.Ф. Кузнецовой, А.Б. Сахарову, A. M. Яковлеву.

В конце XX века стали высказываться гипотезы о "космическом программировании" поведения каждого человека на Земле. Э.Р. Мулдашев пишет вслед за рядом восточных ученых, Николаем Рерихом, Еленой Блаватской о существовании физического мира и тонкого мира, а также о том, что все души являются частью всеобщего информационного поля: "Существуют также торсионные поля, т.е. поля кручения. Проявлением торсионных полей в физическом мире является инерция. Проявлением торсионных полей в тонком мире является душа - энергетический сгусток в виде полей кручения. В пределах этого закрученного пространства (души) содержится информация о функционировании человеческого тела (астральное тело) и о процессе мышления (ментальное тело). Процесс мышления вызывает закручивание пространства: добрые мысли закручивают пространство в одном направлении, злые мысли - в противоположном направлении".

Так все - таки, следует ли криминологу в таком случае ограничиваться только изучением того, что формируется в человеке, живущем в обществе, то есть исследованием личности преступника? Или надо учитывать более глубокую природу человека и того, что в нем заложено? Человек совершает преступление, будучи таким, каков он есть. И, конечно, при формировании личности значимы его "материальные задатки", то, каков у человека генотип, красив человек или он уродлив от рождения и т.п. У людей в зависимости от этих факторов бывает разная среда общения, разные жизненные пути. Одни люди импульсивны, другие тщательно взвешивают свои поступки. Не ввяжется в коллективную драку физически слабый человек, и не удавалось встретить удачливого мошенника с низким уровнем интеллектуального развития. В детерминации преступности несомненно участвуют и биологические, и социальные особенности человека, и иные, если они есть.