Культура как знаковая система. 2

Содержание

Введение ……………………………………………………………………....3

1. Культура и  язык……………………………………………………………..5

2. Культура и  знаки……………………………………………………..…......9

3. Типы знаков  по Ч.С. Пирсу …………………………………………….....13

4. Культура как  механизм для обработки информации…………………....16

5.Культура – динамическая система…………………………………….…..19

Заключение…………………………………………………………….……..21

Список использованной литературы…………………………………….…23

      Введение 

     О культуре можно говорить как о  живом развивающемся организме, имеющем свои закономерности существования, подверженном перепадам расцвета и упадка. Это сложная система ценностей и способов, посредством которых человек выражает и познает себя на долгом пути своего существования в мире, который он посредством культуры превращает из противника в сотрудника по созданию гармонии.

     Наука и культура неотделимы от понятия  знака, поскольку они дают в распоряжение людей нужные им знаки и представляют свои результаты в форме знаковых систем. Как человеческая цивилизация, так и человеческий разум невозможны без знаков и знаковых систем, и интеллект вообще следует отождествлять именно с функционированием знаков.

     Семиотика -  наука о знаках. Семиотика появилась в начале 20 в. и с самого начала представляла собой метанауку, особого рода надстройку над целым рядом наук, оперирующих понятием знака. Интересы семиотики распространяются на человеческую коммуникацию (в том числе при помощи естественного языка), общение животных, информационные и социальные процессы, функционирование и развитие культуры, все виды искусства (включая художественную литературу), метаболизм и многое другое.

     Культура  в рамках семиотики представляется как знаковая система, по существу являясь  посредником между человеком  и окружающим миром, выполняет функцию  отбора и структурирования информации о внешнем мире. Соответственно разные культуры по-разному производят отбор и структурирование информации.

     Актуальность  курсовой работы состоит в том, что  культура и все ее проявления во все времена интересовала ученых и исследователей.

     Цель  курсовой работы – раскрыть аспекты  культуры как знаковой системы. 

     В курсовой работе поставлены следующие  задачи:

     - изучить понятие культуры, как  знаковой системы и обозначить  ее ось;

     - рассмотреть отношение культуры  к знакам и знаковости;

     - показать типологию знаков. 
 

      1. Культура и язык 

      Определения термина культура многочисленны  и разнообразны. Учёные разных эпох предлагали свои интерпретации значения термина культура. И это не удивительно: каждая исторически данная культура порождает определённую модель культуры. Поэтому сравнительное изучение семантики термина "культура" на протяжении веков - обширный материал для типологических построений. Рассмотрим некоторые из определений.

      В самом общем смысле культура - это мир, созданный человеком для того, чтобы преодолеть несовместимость природы и духа.

      В более узком смысле, культура есть опыт творческого воплощения человеческой активности, отбирающий предпочтительные решения и закрепляющий их в памяти традиции. Отсюда вытекают такие важные производные функции культуры как нормативная цензура и самовоспроизводство через воспитание и обучение.  
       Еще более специфический смысл понятия "культура" -  это способность наделения деятельности и ее результатов сверхэмпирической ценностью и смыслом, что предполагает сознательную или бесознательную интерпретацию того целого, частью которого мы являемся.  
      Наконец, культура - это некий символический язык, знаковая система, кодирующая результаты творчества, благодаря чему возможно не только понимание своей культуры, но и относительное постижение, расшифровка чужой культуры и общение с ней.

        Таким образом, можно сделать  вывод, что при любом истолковании  термина прослеживаются некоторые  общие черты. Следует обратить  внимание на две из них.

        Во-первых, культура выступает как  знаковая система. "В частности,  будем ли мы говорить о таких  признаках культуры, как "сделанность" (в антитезе "природности"), "условность" (в антитезе "естественности" и безусловности"), способность конденсировать человеческий опыт (в отличие от природной  первозданности) - во всех случаях мы имеем дело с разными аспектами знаковой сущности культуры". Согласно теории культуры, разработка которой началась в Советском Союзе в 1960-70-х гг., культура — это совокупность знаковых систем, с помощью которых человечество или данный народ поддерживает свою сплоченность, оберегает свои ценности, своеобразие и осуществляет связи с окружающим миром и другими культурами ¹.

     Эти знаковые системы, обычно называемые вторичными моделирующими системами (или языками культуры), включают в себя не только все виды искусства, различную социальную деятельность и модели поведения, господствующие в данном обществе (включая жесты, одежду, манеры, ритуал и т. д.), но также традиционные методы, с помощью которых сообщество поддерживает свою историческую память и самосознание (мифы, история, правовые системы, религиозные верования и т. д.). Каждый продукт культурной деятельности рассматривается как текст, порожденный одной или несколькими системами.

      Во-вторых, культуру можно определить как положительный  термин в оппозиции «культура/некультура». Если культура есть организованная система систем, которая сохраняет и обновляет информацию для общества, тогда «некультура» — это нечто дезорганизованное, деструктуризованное, энтропия, которая стирает память и разрушает ценности. Конкретные культуры имеют свои представления о том, что такое «некультура», — в соответствии с их положением в мире и их мировоззрением. Под «некультурой» может пониматься просто чужая культура («они») во всех расовых или исторических вариантах этого понятия. Это могут быть и такие понятия, как сознательный/бессознательный ум, природа/культура, хаос/космос, мир за пределами знаков/ мир знаков. В каждом таком случае второй термин обладает положительным значением. Нередко

______________________

¹ Войтехович Р., Казарян Л. Семиотика культуры: культурные механизмы, границы, самоидентификации. // “НЛО”, 2002, №5

 «некультура» рассматривается в семиотических теориях как структурный резерв для развития культуры.

   Основа и основная ось понятия культуры - естественный язык. По отношению к естественному языку (который является первичной моделирующей системой) явления культуры определяются как вторичные моделирующие системы.  Кроме того, что язык снабжает “сырым” материалом многие вторичные моделирующие системы, естественный язык — единственное средство, с помощью которого все системы могут быть интерпретированы, закреплены в памяти и введены в сознание индивида и группы. Связь между первичной и вторичными системами может быть определена онтологически (ребенок овладевает языком до овладения другими культурными системами). Вторичные системы строятся по образцу естественного языка или, по крайней мере, могут быть представлены как возникшие таким же образом. Культурные системы и язык называются моделирующими системами; это означает, что они средства, с помощью которых человек познает, объясняет и пытается изменить мир вокруг себя. Они позволяют человеку производить, упорядочивать информацию, обмениваться ею и хранить ее. Понятие моделирования, следовательно, включает как обработку, так и передачу информации. При этом информацией называется не только знание, но и духовные ценности и верования. Понятие «информация» приобретает очень широкое значение.

        Следует выделить дублирующую  естественный язык сущность культуры. Ю. М. Лотман подчеркивает, что  естественные языки занимают  особое положение в системе  человеческих коммуникаций и  предлагает считать только естественные языки собственно семиотическими системами, а вторичные моделирующие системы - явления культуры - семантическими, без собственного упорядоченного семиозиса. Но также необходимо учитывать то, что в реально-историческом функционировании язык и культура неотделимы. Невозможно существование языка вне контекста культуры, как и культуры, не имеющей в центре себя структуры типа естественного языка.

        Основная функция культуры заключается  в структурировании окружающего  мира человека. Но для того, чтобы  выполнять эту роль, культура должна иметь внутри себя структурирующее устройство. Именно естественный язык и является этим устройством. Он наделяет членов коллектива интуитивным чувством структурности, заставляя людей трактовать как структуры явления, структурность которых, в лучшем случае, неочевидна. Достаточно, чтобы участники коммуникации считали его структурой и пользовались как структурой. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2. Культура и знаки 

       В соответствии с положениями о первичной и вторичных моделирующих системах существует возможность классифицировать культуры,  а также сравнивать их по иерархии их вторичных систем, осмыслению пространства и времени, использованию семиозиса в своем функционировании. Некоторые культуры сосредоточивают внимание на своих истоках, другие - на конечных целях. Одни упорядочивают время в циркулярных терминах, другие - в линеарных. В первом случае речь идет о мифическом времени. Во втором - об историческом. Различные культуры неодинаково размещают себя в географическом пространстве, разграничивая «наш мир» и «незнакомый» или «чужой» мир. Эти различные ориентации могут проявить себя в тех или иных текстах, в тех или иных вторичных моделирующих системах, могут быть универсализированы в качестве доминирующей, господствующей идеологии.

      Одну из основных типологических характеристик культуры составляет отношение к знакам и знаковости. Прежде всего, существенно, рассматривается ли отношение  между выражением и содержанием как единственно возможное или произвольное.  Другими словами, культуры по своему отношению к семиозису могут быть разделены на те, которые делают ударение на «выражении», и на те, которые ставят во главу угла «содержание».

      В первом случае принципиальную важность приобретает вопрос, как называется то, или иное явление и, соответственно, неправильное название может отождествляться с иным содержанием. Во втором случае вопрос о названии не имеет принципиального значения. Название предстаёт как дополнительный  и более или менее случайный фактор по отношению к содержанию. Иными словами, различие в том, придается ли большее значение уже известной истине или процессу открытия истины. Первая позиция может быть охарактеризована как ориентированная на текст (подтверждающая уже установленный текст), а вторая - как ориентированная на правильность (стремящаяся к поискам новых текстов).

      Есть  культуры, направленные преимущественно  на выражение, и культуры, направленные преимущественно на содержание. В  условиях культуры, направленной на выражение  и основывающейся на правильном обозначении, в частности, на правильном назывании, весь мир может представать как некоторый текст, состоящий из знаков разного порядка, где содержание обусловлено заранее, а необходимо лишь знать язык, т.е. знать соотношение элементов выражения и содержания; иначе говоря, познание мира приравнивается к филологическому анализу. Между тем в условиях типологически иных культурных моделей – направленных непосредственно на содержание – предполагается известная свобода, как в выборе содержания, так и в связи его с выражением.

      Можно сказать, что культура – совокупность текстов, но с точки зрения  исследователя  точнее говорить о культуре как  о механизме, создающем тексты, а  о текстах как о реализации культуры. Одни культуры представляют себя как совокупность текстов, другие моделируют себя как систему правил, определяющих создание текстов, и эта самооценка является существенной типологической характеристикой культуры.

      Характерно, что культуре преимущественно ориентирующейся  на выражение, свойственно представление  о себе как  о совокупности текстов, тогда как культурам, ориентированным на содержание свойственно преставление о себе как о системе правил. Книга и учебник – соответствующие типам культур идеалы.

      Примечательно, что некоторые элементы культуры могут выступать и как текст  и как правила. Например, табу логично рассматривать как элементы текста, отражающего нравственный опыт коллектива, но с другой стороны они могут рассматриваться  как совокупность магических правил, навязывающих определённое поведение.

      Противоположный пример – культура европейского реализма 19 века. Художественные тексты того времени непосредственно выполняли общественные функции, не требуя обязательного перевода на метаязык теории. Теоретик строил свои построения, следуя за искусством.

      Хотя  в обоих случаях наличие правил является безусловным минимальным условием, создания культуры, степень введённости их в её самооценку будет различной. Это можно сопоставить с обучением языку как системе грамматических правил или же набору употреблений.

      Культура  может противопоставляться как культуре, так и антикультуре. Если в условиях культуры, преимущественно ориентирующейся на содержание и представляющей себя как систему правил, основной оппозицией является «упорядоченное-неупорядочное»( в частных случаях «космос-хаос», «эктропия-энтропия», «культура-природа») , то в системе культуры, ориентирующейся на выражение и мыслящей себя как совокупность нормированных тестов основной оппозицией будет  «правильное-неправилиное». В этом случае культуре противопоставляется система с отрицательным знаком. Когда мир предстаёт как текст, принципиальную важность получает вопрос, как называется то или иное явление – неправильное называние может отождествиться с иным содержанием. Иначе говоря, антикультура строится в этом случае изоморфно культуре, но по её подобию: она также мыслится как знаковая система, имеющая собственное выражение (где связи не нарушены, но заменены на противоположные)».

      Культура, преимущественно направленная на содержание, основной оппозицией которой является «упорядоченное» и «неупорядоченное» всегда мыслит себя как начало активное, которое должно распространяться, а некультуру рассматривает как потенциальную сферу своего распространения. Напротив, у культуры, преимущественно направленной на выражение, может вообще не быть стремления к экспансии. Может оказаться более характерным стремление культуры ограничиться в своих пределах, замкнуться в себе. Некультура воспринимается здесь как культура с противоположным знаком и таким образом по своему существу не может восприниматься как область потенциального распространения.

      Можно сказать, что если в условиях культуры одного типа распространение знания происходит путём его экспансии  в область незнания, то в условиях культуры противоположного типа распространение знания возможно лишь как победа над ложью. Естественно, что понятие науки в современном смысле этого слова связывается именно с культурой первого типа. В условиях культуры второго типа наука не противопоставляет себя столь отчётливо искусству, религии и т. п. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

      3. Типы знаков по  Ч.С. Пирсу  

      До  сих пор весьма распространенна  классификация знаков, предложенная одним из основоположников семиотики  Чарльзом Сандерсом Пирсом (1839–1914). См. подробнее о классификации Пирса. Согласно Пирсу, знак не может быть непосредственно идентифицирован с самим собой. Идентификация знака производится через другой объект, называемый значением этого знака.

      Всего Пирс выделял 10 типов знаков, но наибольшее распространение получило деление знаков «по отношению к объекту», т. е. к значению на 3 типа:

      1. Иконические знаки, или иконы  (icons). В основе иконичности лежит  отношение подобия между знаком  и обозначаемым им объектом. Икона  характеризуется естественным сходством  с объектом (например, портрет, изображающий конкретного человека). 

      2. Индексальные знаки, или индексы  (indexes). В основе индексальности  — реальная связь в пространстве  или во времени между знаком  и обозначаемым им объектом (например, дорожный указатель). Индекс логический оператор, сигнал, крик, указательное местоимение. Привлекает внимание к объекту посредством «слепого» импульса. 

      3. Символические знаки, или символы  (symbols), в их основе — произвольная, чисто конвенциональная связь  между знаком и его объектом. Это может быть договор, традиция или даже простое совпадение (в качестве примера символов обычно приводятся слова естественного языка). 

      На  первый взгляд данная типология кажется  логичной и четкой. Но это обманчивое впечатление. Самыми простыми для идентификации (определения типа) оказываются символические знаки, для которых отличительным признаком является чисто конвенциональная (договорная) связь между знаком и значением. Зато вопрос об индексальных и иконических знаках представляется гораздо более спорным.

      Пирс  отмечал, что индексальный знак –  это такой знак, который привлекает внимание к означаемому им объекту  каким-то безотчетным образом. Однако любые ассоциации возникают у  нас на базе уже имеющегося знания (опыта), наши знания восприняты из общей информационной копилки человечества. Как писал У. Эко, если по разливающемуся по небу свету зари мы узнаем о восходе солнца, то потому, что нас научили распознавать этот знак . Если мы ни имеем представления о пожарной сирене, мы не воспримем ее звук, как сигнал опасности. Люди договорились считать некий звук знаком пожарной угрозы, и мы были поставлены в известность. Таким образом, можно утверждать, что все индексальные знаки могут быть рассмотрены как конвенциональные (договорные) знаки. Следовательно, границы между индексами и символами оказываются размытыми.

      Пирс  определил иконический знак как  знак, обладающий известным натуральным  сходством с объектом, к которому он относится. Известный теоретик семиотики  Ч. Моррис уточнял, что икона –  это такой знак, который несет в себе некоторые свойства представляемого объекта. Он признавал, что портрет человека иконичен только до известной степени, ведь покрытый красками холст совсем не то, что кожа, портрет не двигается и т. д. Понятие иконичности, таким образом, становиться слишком неопределенным, и опять же упирается в предшествующий опыт. Вот иконический знак, но он может быть прочитан только, если мы видели, знаем, что такое «яблоко». Данный иконический знак не обладает ни одним из ключевых свойств, представляемого объекта: не имеет на ощупь округлой формы, не съедобный, не пахнет и т. д.

      И наконец иконические и индексальные знаки имеют свойство «переходить» в символы и обратно. Иными  словами можно прочитать практически любой знак как символ, все зависит опять-таки от опыта (багажа знаний).

      Допустим  художник, работая над изображением, предполагал создать исключительно  иконический знак:

        Человек увидел рисунок и вспомнил, что бурый медведь – символ  России, а так же символ Берлина,  а также может воплощать физическую силу, мощь и одновременно грубость, неуклюжесть и т. д.

      Однако  создатели знаков сами не свободны от ассоциаций, которые могут отнюдь не совпадать с нашими.

      Итак, вывод: типы знаков: иконы, индексы и символы - весьма условны. Но поскольку данные обозначения до сих пор широко используются для идентификации знаков необходимо уметь соотносить знак с тем или иным типом, не забывая прибавлять «вероятнее всего». 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

4. Культура как механизм для обработки информации 

      Культура, в семиотических терминах, есть механизм для обработки и сообщения информации. Культура как память коллектива ставит вопрос о системе семиотических правил, по которым жизненный опыт человечества претворяется в культуру. Необходимы правила перевода непосредственного опыта в текст. Для того чтобы тот или иной исторический факт стал фактом культуры, его следует осознать и отождествить с определённым элементом в языке запоминающего устройства. Далее он должен быть оценен в отношении ко всем иерархическим связям этого языка. Это означает, что он будет записан т. е. станет элементом текста памяти, элементом культуры. Таким образом, внесение факта в коллективную память обнаруживает все признаки перевода с одного языка на другой, в данном случае - на "язык культуры.

      В отличие от естественного языка, в котором единственно возможный код понимается всеми членами лингвистического сообщества одинаково, коды вторичных моделирующих систем различны, понимание их и возможность пользоваться ими зависят от того, в какой мере индивид освоил их в ходе своего развития и образования (если это вообще ему удалось). Шум (как одна из многих возможных помех лингвистическому, психологическому или социальному фактору) может блокировать канал коммуникации или создать ему помехи.

      Столь универсальным является факт несовершенной коммуникации, что он может рассматриваться как часть самой сущности культуры. Весь культурный обмен включает в себя акт перевода: адресат всегда интерпретирует посланное сообщение сквозь призму лишь частично разделяемого с ним кода (или кодов). Факт частичной коммуникации или даже некоммуникации в лоне культуры стимулирует образование растущего числа новых кодов, призванных компенсировать неадекватность существующих. Этот фактор «размножения» кодов — толчок к динамизму культуры.

      Специфическим вопросом культуры  как механизма по организации  хранению информации в сознании  коллектива является долгосрочность. Вопрос этот имеет два аспекта.

      1. Долгосрочность текстов коллективной  памяти.

      2. Долгосрочность кода коллективной  памяти. 

      Долгосрочность  текстов соэдаёт внутри культуры иерархию, которая обычно отождествляется  с иерархией ценностей. Наиболее ценными могут считатся предельно  долговечные тексты, хотя  известны и такие культурные анамалии, в  которых мгновенность – высшая ценность.

      Долгосрочность  кода зависит от константности его  основных структурных моментов и  от внутреннего динамизма – способности  изменятся, сохраняя память о предшествующих состояниях.

      Рассматривая  культуру как долгосрочную память коллектива мы можем выделить три типа её заполнения.

     1.Колличественное увеличение объёма памяти. Заполнение различных ячеек различными текстами.

     2.Перераспределение в структуре ячеек памяти.

     3.Предание забвению некоторых текстов.

     Культура  постоянно исключает из себя определённые тексты. История уничтожения текстов, очищения от них  резервов памяти идёт параллельно с созданием новых текстов. Культура по своей сущности направлена против забывания. Она побеждает его превращая забывание в один из механизмов памяти.

      Существуют  определённые ограничения в объёме коллективной памяти, обусловливающие вытеснение одних текстов другими. Но в некоторых случаях несуществование одних текстов является непременным условием для существования других в силу их семантической несовместимости. Несмотря на видимое сходство, между забыванием как элементом памяти и средством её

разрушения  – глубокая разница. В последнем  случае происходит распад культуры как  единой коллективной личности, обладающей непрерывностью самосознания и накопления опыта. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

5. Культура  – динамическая система

      Культура представляет собой динамическую систему. Динамизм семиотических компонентов культуры связан  с динамизмом социальной жизни человеческого общества. Для человека изменчивость - нормальное условие существования, но именно культура отличает человеческое общество от нечеловеческого, поэтому динамизм не внешнее для культуры свойство, а присущее её внутренней структуре. Другое дело, что процесс этот может не осознаваться как непрерывный и разные его этапы могут восприниматься как разные культуры, противопоставленные друг другу.

      Стимулом  динамизма является потребность  в новизне, «системной перемене». В  чём корень этой потребности? В настоящее  время наиболее вероятный ответ  на этот вопрос представляется в следующем  виде: в определённый момент, именно в тот, с которого мы можем говорить о культуре, человечество связало своё существование с наличием постоянно развивающейся  ненаследственной памятью – оно сделалось получателем информации (в доисторический этап оно было лишь носителем информации, постоянной и генетической).