Культура России в XVII-XVIII вв. Обмирщение

Северо-Восточный федеральный  университет им.М.К.Аммосова

Исторический факультет

Кафедра

Специальность 030403 «Архивоведение»

 

 

 

 

 

 

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине «История России»

на тему: «Культура России в XVII-XVIII вв. Обмирщение»

 

 

 

 

 

 

 

Выполнила

студентка гр.ИО-08-3

                                                                                        Винокурова Анисья

Проверила

Дьячкова А.Н.

 

 

 

Якутск – 2012

СОДЕРЖАНИЕ

 

ВВЕДЕНИЕ	3
Глава 1. Особенности  развития литературы в  XVII – XVIII вв.	5
Глава 2. Основные тенденции развития архитектуры  в период «обмирщения» культуры	12
Глава 3. Отличительные  черты живописи в  XVII – XVIII вв.	19
ЗАКЛЮЧЕНИЕ	22
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ	23

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

    Русская культура - это, по выражению  Д.С.  Лихачева,  громадное разнообразие  возможностей,  идущее  от  множества   истоков-учителей.   "Век разума  и просвещения" - так говорили  о своем времени великие мыслители  XVIII столетия, провозвестники новых  революционных идей. В историю  мировой культуры XVIII век вошел  как эпоха больших идейных  и общественно-исторических сдвигов,  острейшей борьбы с феодально-монархическими  устоями и религиозным догматизмом.  Распространение материалистического  мировоззрения и утверждение  духа свободолюбия нашли яркое  отражение в философии, науке,  литературе, в просветительской  деятельности крупнейших философов,  ученых, писателей этого времени  - Дидро и Гольбаха, Вольтера и  Руссо, Лессинга, Гёте и Шиллера,  Ломоносова и Радищева.

 В новый период вступает  и русская культура, пережившая  на рубеже XVII и XVIII столетии знаменательный  перелом. После долгого времени  насильственной культурной изоляции, обусловленной трехвековым монгольским  завоеванием, а также влиянием  православной церкви, старавшейся  оградить Русь от всего "еретического", "западного" (в том числе  образованности, нравов, форм культурного  быта), русское искусство вступает  на путь общеевропейского развития  и постепенно освобождается от  оков средневековой схоластики. Это был первый век развития  светской культуры, век решительной  победы нового, рационалистического  мировоззрения над суровыми, аскетическими,  догмами религиозной морали. "Мирское"  искусство приобретает право  на общественное признание и  начинает играть все более  важную роль в системе гражданского  образования, в формировании новых  устоев общественной жизни страны. И вместе с тем русская культура XVIII века не отвергала своего  прошлого.

Целью моей курсовой работы является характеристика культуры истории  России в период обмирщения ( XVII-XVIII вв.).

Задачи:

1. Раскрыть особенности развития литературы в  XVII – XVIII вв.
2. Охарактеризовать основные тенденции развития архитектуры в указанный период
3. Указать отличительные черты живописи в  XVII – XVIII вв.

Работа состоит из  введения, трех глав, заключения и списка  использованной литературы. Были в  основном использованы труды  Анисимова  В.Е., Вайгачева С.А. и интернет-ресурсы.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 1. Особенности  развития литературы в  XVII – XVIII вв.

 

XVII в. стал также временем начавшейся секуляризации культуры. Этим переменам способствовало значительное распространение грамотности, появление первых школ и, наконец, первого высшего учебного заведения в России — Славяно-греко-латинской академии.

Начинается распространение  научных и технических знаний, пришедших в Россию из Европы. Постепенно было подорвано господство церковной  догмы, что открыло новые возможности  для развития художественной культуры в нашей стране. Эти и другие исторические события нашли свое разностороннее отражение в культуре России XVII в.

Самые выразительные новшества  прослеживаются в литературе. Если литературные герои предшествующего  времени пребывали в неустанной молитве, их действия предопределяла божественная воля, то теперь героями становятся предприимчивые и энергичные люди, ищущие приложения сил и способностей в полезных для себя начинаниях. Герои литературы XVII в. начинают освобождаться  от оков рода, их судьба персонифицируется. Вместе с тем литература совершала  только первые шаги в преодолении  средневековых традиций и еще  не обрела им альтернативы.

Смутное время вновь обострило  интерес к вопросу о характере  власти в политической системе. Среди  известнейших авторов XVII в. — хорват Юрий Крижанич (ок. 1618–1683), европейски образованный мыслитель, сторонник  неограниченной монархии, а также  один из первых теоретиков идеи славянского  единства (его можно назвать предшественником и теоретиком панславизма). Так, он считал, что роль славянства в мировом  историческом процессе постоянно растет, хотя оно подвергается угнетению  и оскорблению со стороны чужеземцев, особенно турок и немцев. Особую роль в будущем подъеме славянства он отводил России, которая, превратившись  благодаря передовым реформам в ведущую мировую державу, освободит порабощенные славянские и другие народы и поведет их вперед.

Неоднозначность событий  этого времени привела к тому, что литература впервые начинает задумываться о противоречивости человеческого  характера. Если раньше герои книг были либо абсолютно добрыми, либо абсолютно  злыми, теперь писатели открывают в  человеке свободную волю, показывают его возможности менять самого себя в зависимости от обстоятельств. Именно такими предстают перед нами герои Хронографа 1617 г. — Иван Грозный, Борис Годунов, Василий Шуйский, Кузьма Минин. Как отмечал академик Д.С. Лихачев, в том проявлялась  тенденция открытия характера человека: героями литературы становятся не только святые подвижники и князья, как  раньше, но и простые люди — купцы, крестьяне, небогатые дворяне, которые  описывались в легко узнаваемых ситуациях.

Новые веяния коснулись и  такого консервативного жанра литературы, как жития, который стал использоваться для бытового повествования. Примером может служить «Повесть об Ульянии  Осоргиной», в которой присутствуют не только типичные для жития черты (святость помыслов и поступков героини), но и большое внимание уделяется  описанию повседневных занятий Ульянии  и ее близких. Из-за обилия домашних дел и нездоровья она редко  посещает церковь, однако это не умоляет  ее благочестия. Автор внушает читателю мысль, что человек может обрести святость, оставаясь в миру в семье.

Распространение грамотности  в XVII в. вовлекло в круг читателей  новые слои населения: провинциальных дворян, служилых и посадских людей. С изменением социального состава  читающей публики появились новые  требования к литературе. Особый интерес  в ней вызывает занимательное  чтение, потребность в котором  удовлетворяли переводные рыцарские  романы и оригинальные авантюрные повести. К концу XVII в. русская читающая публика  знала до десятка произведений, пришедших  в Россию разными путями из-за границы. Среди них наиболее популярными были «Повесть о Бове Королевиче» и «Повесть о Петре Златых Ключей». Сохраняя некоторые черты рыцарского романа, на русской почве эти произведения настолько сблизились со сказкой, что позднее перешли в фольклор.

Новые черты литературной и реальной жизни отчетливее проявились в бытовых повестях, герои которых, отвергая заветы старины, покидая родительский кров, стремились жить по своей воле. Таков герой «Повести о Горе-Злосчастии»  и особенно «Повести о Фроле Скобееве»  — типичной плутовской новеллы, описывающей  жизненные перипетии обедневшего  дворянина, всеми правдами и неправдами стремящегося проникнуть в верхи  общества.

Полный социальных конфликтов XVII в. породил новый литературный жанр — демократическую сатиру, тесно связанную с народным творчеством  и народной смеховой культурой. Она  создавалась в среде посадского населения, подьячих, низшего духовенства, недовольных притеснениями феодалов, государства и церкви. Так появились  многочисленные пародии: на судопроизводство («Повесть о Шемякиной суде», «Повесть о Ерше Ершовиче»), на житийные произведения («Слово о бражнике»). Осуждению подвергались падение нравов в городской среде, среди духовенства, государственная  монополия на виноторговлю. Правда, религиозное учение никакой критике  не подвергалось.

Яркой чертой литературной жизни стало рождение стихосложения. До этого Россия знала поэзию лишь в народном творчестве, в былинах, но это не было рифмованным стихом. Рифмованная поэзия возникла под  влиянием польского силлабического стихосложения (для него характерно равное количество слогов в строке, пауза в середине строки, а также  концевая рифма, стоящая под единственным строго обязательным ударением). Ее основоположником стал Симеон Полоцкий (1629–1680), белорус, получивший прекрасное образование  в Киево-Могилянской академии. С именем Симеона Полоцкого связано появление в литературе новых жанров — поэзии и драматургии. Он был первым в стране придворным поэтом-одописцем, сочинявшим тяжеловесные стихи. В его сочинениях господствуют панегирические тона, воспевающие самодержавие и царя Алексея Михайловича. Его же перу принадлежат оригинальные пьесы на русском языке «О Навуходоносоре царе» и «Комедия притча о блудном сыне». В новую форму автор вложил традиционное содержание: младший сын в отличие от старшего, проявлявшего покорность родительской воле, не пожелал «в отчинной стране юность погубити» и отправился странствовать, превратился в блудного сына, испившего много горя. Он возвращается в отчий дом, убежденный в необходимости слушаться старших.

Полоцкий известен не только как поэт и драматург, но и как  публицист. Он сторонник самодержавия. Только оно, по его мнению, способно успешно решать внешнеполитические задачи и «умоляти» мятежи. Самодержец, однако, должен подбирать себе помощников, руководствуясь не их породой, а рационалистическим принципом: знанием, авторитетом, заслугами.

Свою задачу он видел в  том, чтобы создать новороссийскую словесность, и во многом он эту миссию выполнил. Его произведения отличаются орнаментальностью, пышностью, отражают идею «пестроты мира», переменчивости бытия. У Симеона ощущается тяга к сенсационности, стремление удивить, поразить читателя как формой изложения, так и необычностью, экзотичностью  сообщаемых сведений. Таков «Вертоград многоцветный» — своеобразная энциклопедия, в которой собрано несколько  тысяч рифмованных текстов, содержащих данные, почерпнутые из различных  областей знаний: истории, зоологии, ботаники, географии и т.д. При этом достоверные  сведения перемежаются мифологизированными  представлениями автора.

Народно-обличительную литературу представляет «Житие протопопа Аввакума, им самим написанное». Аввакум —  талантливый писатель-полемист, основоположник автобиографического жанра в  России. Если герои житийной литературы наделены всяческими добродетелями и выступают безукоризненными подвижниками, то в «Житии» Аввакум Петрович выглядит реальной личностью с достоинствами и недостатками. «Житие» — остросюжетное сочинение, его автор на примере собственной жизни, полной страданий и драматических коллизий, повествует о фанатической преданности идеям древнего благочестия. Во всех поступках вождя старообрядчества четко прослеживается его неприятие новизны, науки и всего, что шло из Западной Европы. Язык «Жития» прост, динамичен, рассчитан на широкую аудиторию, которую автор намерен склонить на свою сторону. Аввакум содействовал обогащению литературного языка элементами живой народной речи.

Содержание так называемых бытовых повестей XVII в. обнаруживает две тенденции: с одной стороны, герои пытаются вырваться из оков церковности; с другой — попытки  героя выйти из рамок житейской  мудрости «Домостроя» заканчиваются  полным крахом. Патриархальные устои  хотя и высмеиваются, но герои не могут их преодолеть.

Темой «Повести о Горе-Злочастии» является судьба молодца, не внявшего родительским советам и поплатившегося за это нищетой. Мытарства героя  заканчиваются тем, что он оказывается  в монастырской келье. В отличие  от предшествующего времени келья  уже не умиляет героя, жизнь в  ней равнозначна самоубийству. В  повести раскрыт образ человека, его внутренний мир и трагические  переживания.

В «Повести о Савве Грудцыне»  фигурируют реальные исторические личности и определенная географическая среда, чем создается видимость подлинности  рассказанной истории. Герои повести  — богатые купцы Грудцыны-Усовы, торговавшие по городам Волги  и Камы. В основу сюжета положены похождения купеческого сына Саввы  Грудцына, отправленного отцом по торговым делам в Соль Камскую: беспутный  сын продал душу дьяволу, затем попал  в солдаты, участвовал в Смоленском походе, освободился от дьявола с помощью иконы Казанской Богоматери и оказался в монастыре, где и закончил свою жизнь.

Примечательны сатирические произведения с пародиями на неправый суд, беспутную жизнь монахов, бесправие  простого человека и т. д. Повесть  «Шемякин суд» рассказывает о разбирательстве  в суде конфликта между двумя  братьями, один из которых был богатым, а другой бедным. Богач дал своему брату лошадь и сани, чтобы тот  вывез из леса дрова, но пожалел дать сбрую. Бедняк привязал сани за хвост  лошади, хвост оборвался, и богач  через суд затребовал от брата  возвращения лошади с хвостом. Бедняк во время суда многозначительно показывал  из-за пазухи судье Шемяке сверток, давая понять, что его ожидает  богатый посул. Это и определило поведение Шемяки — он решил дело в пользу бедняка. На поверку оказалось, что в платок был завернут простой  камень. Выражение «Шемякин суд» стало  нарицательным для характеристики продажности и беспринципности  судей.

«Повесть о Ерше Ершовиче»  тоже пародирует судебные порядки, предусмотренные  Уложением 1649 г. Герои повести —  рыбы Ростовского озера: здесь и  рыбы-господа Осетр, Белуга и Белая  рыбица, сын боярский Лещ, приставы Окунь и Налим, свидетель Сельдь, судья Сом усатый, подьячий Вьюн и прочие представители рыбного  царства. Выиграть процесс мелкой рыбешке  Ершу у боярского сына Леща оказалось  не под силу. Ерша суд признал  виновным. Повесть заканчивается  словами: «Плюнул Ерш судьям в  глаза и скочил в хворост: только того Ерша и видели».

Повесть «Калязинская челобитная»  высмеивает быт монахов Калязинского монастыря, прославившегося распутной  жизнью. Монастырская братия озабочена  не молитвами, а наличием в достатке пива и вина. Мечта монахов состояла в том, чтобы иметь такого архимандрита, «который бы с нами горазд лежа вино да пиво пить, а в церковь не ходить, а нас бы не томить».

Как считают историки литературы, произведения Симеона Полоцкого  и его учеников положили начало стилю  барокко в русской литературе. В Европе XVII в. этот стиль пришел на смену Возрождению. С барокко европейское искусство как бы вернулось к средневековой духовности, но на основе гуманистического опыта Ренессанса. Формальными признаками барокко являются особая живописность, обилие деталей, затрудняющих восприятие целого, декоративность, причудливость. На Руси же барокко стало удивительно органичным стилем. С одной стороны, мистика, темы Страшного суда, мученичества, возрожденные в европейском барокко, были близки русскому искусству. С другой стороны, возрожденческие элементы барокко влились в ту гуманистическую струю русской культуры, которая фиксируется как Предвозрождение.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 2. Основные тенденции развития архитектуры  в период «обмирщения» культуры

 

Общий отход от церковно-схоластического  мировоззрения коснулся и зодчества. Усиление светских мотивов в значительной мере было связано с расширением  среды, в которой формировались  эстетические представления. Вкусы  посадских людей и крестьянства, их видение мира и понимание красоты  наиболее полно внедрялись в архитектурное  творчество, далеко уводя от освещенных церковной традицией образцов.

Наиболее выразительные  его черты состояли в сближении  культового стиля с гражданским, в замене суровых и аскетических сооружений зданиями с украшениями, придававшими им живописность и праздничную  торжественность. Широко применялись  новые виды строительного материала: многоцветные изразцы, фигурный кирпич, белокаменные детали.

Основным строительным материалом оставалось дерево, из которого сооружались  как избы крестьян и посадских, так  и палаты и дворцы бояр и царей. Новое в архитектуре состояло в том, что в XVII в. увеличилось  число зданий, воздвигаемых из кирпича. Если раньше монументальные сооружения имели только культовое и военное  назначение, то теперь возводимые здания использовались для жилья, правительственных  учреждений и торгово-промышленных предприятий.

К выдающимся памятникам деревянного  зодчества XVII в. относится затейливый и роскошный царский дворец в  Коломенском, называвшийся современниками восьмым чудом света. Комплекс представлял  сочетание больших и малых  срубов-клетей и включал соединенные  между собой переходами хоромы царя, царицы, царевичей и царевен, а  также разнообразные разные служебные постройки. Дворец венчали разной формы покрытия, окрашенные в яркие цвета: шатровые, бочечные и кубовые. Снаружи его украшала позолоченная резьба.

В деревянном культовом зодчестве  преобладали шатровые храмы, но наряду с ними получили распространение  ярусные церкви: на четверике устанавливалось  несколько последовательно уменьшавшихся  восьмериков   (Вознесенская   церковь в Торжке, 1653). Строгие  пропорции придавали даже небольшому храму монументальность.

Несмотря на попытку Никона изолировать церковное зодчество  от общих тенденций развития русского искусства, новые явления проникали  и в кирпичную храмовую архитектуру. Никон сразу же после вступления на патриаршество в 1652 г. запретил строительство  шатровых храмов. Он хотел вернуть  культовой архитектуре черты  суровой монументальности предшествующих веков и образцом для подражания считал Успенский собор в Кремле. Сам Никон намеревался воплотить  традиции зодчества в храмах, строившихся  по его заказу, но в конечном счете  и он поддался воздействию нового.

Первым по заказу Никона на одном из островов Валдайского  озера был построен Валдайский Иверский монастырь. Огромные оконные проемы в пятиглавом соборе свидетельствовали  об отступлении от канонов зодчества XVI в. Отступления прослеживаются и  во внутреннем убранстве храма —  при его отделке использовались многоцветные изразцы. Не удалось Никону возродить традиции зодчества XVI в. и при сооружении Новоиерусалимского монастыря. Воскресенский собор  монастыря должен был воспроизвести  храм Гроба Господня в Иерусалиме, куда был послан ученый-монах Арсений  Суханов для проведения необходимых  изысканий. Но в соответствии со вкусами XVII в. собор был снаружи и внутри украшен многоцветными изразцами. Строительство собора завершилось  в 1685 г.

Идея превосходства духовной власти над светской выражена также  в грандиозном сооружении ростовского  митрополита Ионы, известном под  названием Ростовского кремля (1670— 1683). Ансамбль, включавший жилые покои  митрополита, хоромы митрополии, множество  хозяйственных построек и пятиглавую церковь Воскресения, сочетал жилой  комплекс с храмовым. Все постройки окружали внушительные стены с башнями, имитировавшие мощную городскую крепость.

В XVII в. завершается оформление множества монастырских ансамблей, начало которым было положено в предшествующих столетиях: Иосифо-Волоколамский, Троице-Сергиев, Кирилло-Белозерский и др. Организующим центром каждого из них были соборы, возвышавшиеся над всем комплексом. Сооружались огромные трапезные  с большими залами без опор. Значительные по размерам оконные проемы, украшенные затейливыми наличниками, изразцы  на внутренних стенах, роскошные порталы  придавали трапезным вполне светский облик. Трапезная Троице-Сергиева монастыря  украшена лепным растительным орнаментом. От грандиозных стен с башнями  и бойницами, надвратных построек у  въезда в храмы и монастыри  веяло торжественностью и монументальностью.

К выразительным элементам  храмового зодчества второй половины XVII в. относились многоярусные колокольни. Легки и изящны шестиярусная башня  Новодевичьего монастыря в Москве и девятиярусная башня Иосифо-Волоколамского монастыря.

В конце XVII в. в храмовом зодчестве  возникает новый стиль, получивший название «нарышкинского» (московского) барокко. Его использовали при сооружении небольших церквей в усадьбах русских вельмож. Особенностью храмов нарышкинского стиля являются элегантность и строгая симметричность всего  сооружения. Ярким памятником этого  направления является церковь Покрова  Богородицы в Филях, отличающаяся необыкновенным изяществом и безукоризненными пропорциями. Вместо многоцветных изразцов в ней  использованы только два контрастных  цвета — красный и белый. Внутреннее убранство церкви отличается пышностью  и богатством: многоярусный иконостас, ложа для владельца церкви, резные обрамления арок и т. д.

Гражданское строительство в XVII в. не отличалось многообразием типов сооружений. Торгово-промышленные здания представлены гостиными дворами в Китай-городе в Москве (1661—1665) и в Архангельске (1668—1684), а также Хамовным двором в Москве (1658—1661). Гостиный двор в Архангельске, построенный под наблюдением Дмитрия Старцева, вытянулся вдоль Северной Двины на 400 м, его окружали высокие каменные стены с боевыми башнями. Внутри Гостиного двора размещалось более 200 торговых помещений.

Гражданское зодчество находилось в поисках новых путей оформления зданий общественного назначения. В  основу были положены жилые постройки, которым были приданы более монументальные формы. Примером может служить Сухарева башня архитектора Михаила Чоглокова, воздвигнутая для стрелецкого Сухарева полка, проявившего верность Петру  во время его конфликта с Софьей. Над массивным первым ярусом, по традиции являвшимся под к летом, расположились два яруса палатного  строения, увенчанного башней с государственным  гербом наверху. Ко второму ярусу  вела широкая парадная лестница. К  общественным постройкам в Москве, сооруженным тоже в конце столетия, относятся здания Земского приказа  в Кремле (1683), а также Монетного  двора.

До наших дней сохранилось  немало жилых зданий XVII в. Они строились  не только в Москве, но и в других городах: Калуге, Гороховце, Устюге Великом, Ярославле, Пскове и т. д. Прообразом для них служили деревянные пятистенные  дома, состоявшие из двух комнат с сенями посередине. Снаружи здания украшались наличниками, карнизами, порталами. Первый этаж предназначался для хозяйственных  надобностей, второй был жилым.

Замечательным образцом деревянного  зодчества был несохранившийся  дворец царя Алексея Михайловича  в Коломенском, который представлял  собой живописную композицию прихотливо сгруппированных больших и малых  срубов-клетей, связанных переходами, высокими кровлями и шатрами. Сказочное  великолепие дворца усиливалось  золоченой резьбой и яркой  раскраской. В каменном строительстве  нужно отметить реставрацию стен и башен Московского Кремля, шатер, возведенный над Спасской башней, Теремный дворец Московского Кремля, Сухареву башню.

Число каменных гражданских  построек возрастает во второй половине XVII в. Бояре, богатые купцы и дворяне  все чаще строили в городах  и в своих усадьбах каменные жилые  палаты. Наиболее характерен тип, повторяющий  планировку деревянных хором, состоящий  из двух квадратных в плане помещений  с продолговатыми сенями между ними. Нижний этаж занимали хозяйственные  и складские помещения. Фасады украшались плоскими лопатками или колонками, окна обрамляли богатые наличники. Большое внимание уделялось убранству  крыльца. Таковы, например, палаты Коробовых  в Калуге.

В храмовом строительстве  тоже постепенно намечаются новые черты, связанные с обмирщением русской  культуры. Они заметны в деревянном зодчестве, в котором наряду с  клетскими храмами (прямоугольный  сруб — клеть, покрытый двускатной кровлей, на которой возвышается  маковка с крестом), распространенными  по всей России, используются и запрещенные  шатровые храмы, ярусные церкви. В  поисках сложного и богатого силуэта  зодчие со второй половины XVII в. используют принцип многоглавия, великолепным воплощением которого является церковь  Преображения в Кижах, представляющая собой поразительный по красоте  двадцати-двухглавый храм.

Те же тенденции проявляются  и в каменном храмовом зодчестве. Новый стиль, типичный для XVII в., сложился к середине столетия и представлял  собой полную противоположность  архитектуре предыдущего столетия. Новому стилю была присуща затейливость и асимметричность конструкции. Обычно это был пятиглавый бесстолпный  храм, основной куб которого окружен  приделами, папертями, лестницами и  крыльцами с обязательными деталями отделки: бочонкообразными колонками, арками с висячей гирькой, наборными  кирпичными наличниками окон. Фасады церквей становятся полихромными, яркая  раскраска деталей, цветные изразцы придают постройкам праздничную нарядность. В этих храмах очень ярко выразилось то светское начало, которое современники назвали «узорочьем» (церковь Рождества Богородицы в Путинках, церковь Троицы в Никитниках).

Хотя шатровое строительство  было запрещено (судя по всему, оно казалось недостаточно каноничным, а при той  борьбе, которую вела церковь против светских элементов, этого было достаточно, чтобы запретить), шатры оставались одной из наиболее излюбленных архитектурных  форм, поэтому их продолжали широко применять, но не в качестве завершения церкви, а для венчания колокоден  и крылец. Высокая, стройная, столпообразная колокольня, завершенная шатром, —  одна из самых распространенных архитектурных  тем второй половины XVII в.

В конце XVII в. в архитектуре  появляется новый стиль, получивший название московского, или нарышкинского, барокко. Это название не объясняет  сущности явления. Связь ряда построек с заказами семьи Нарышкиных является случайной. Также неправомерно называть это архитектурное направление  «барокко», поскольку сходство московской архитектуры конца XVII века с западноевропейским стилем барокко является чисто внешним. Цикличность и ярусность, симметрия  и равновесие масс, известные по отдельности и ранее, сложились  в этом стиле в определенную систему  — вполне самобытную, но, учитывая примененные  ордерные детали, наиболее близкую  во внешнем оформлении стилю европейского барокко.

Наиболее полно и ярко новое направление проявилось в  строительстве небольших церквей  в подмосковных усадьбах знати. Это  ярусные постройки. Нижний ярус обычно квадратный, реже прямоугольный в  плане, на нем стоит восьмерик, а  выше — второй более узкий восьмерик. Завершается вся композиция барабаном  с главой. Очень часто все это  расположено на подклете и имеет  вокруг открытые галереи. В верхнем  маленьком восьмерике располагается  колокольня. Очень своеобразно декоративное убранство этих храмов. По сравнению с памятниками предшествующей поры, перегруженными тяжеловесной и пестрой декорацией, они легки и изящны, на гладком фоне красных кирпичных стен четко и ясно рисуются белые колонки, оформляющие грани объемов. Весь декор сосредоточен на обрамлении окон и дверей: они, как правило, имеют по сторонам небольшие колонки, стоящие на кронштейнах и поддерживающие вычурный разорванный фронтончик. Вместо тяжелых кокошников над карнизами проходят полосы резных декоративных элементов, которые часто называются «петушиными гребешками».

Наиболее яркий памятник нарышкинского (московского) барокко  — церковь Покрова в Филях, изумительно тонко прорисованные  детали которой в сочетании с  безукоризненными пропорциями придают  ей легкий, ажурный характер, а ярусная  композиция создает эффект вертикального  движения, который раньше был выражен  в шатровых и столпообразных храмах.