Квалификация убийств

36

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ             

ГЛАВА 1. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УБИЙСТВ             

1.1.  История правового регулирования ответственности за преступления против личности             

1.2. Понятие и признаки убийства             

ГЛАВА 2. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УБИЙСТВА С ОТЯГЧАЮЩИМИ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМИ             

2.1. Объективная сторона             

2.2. Субъективная сторона рассматриваемого вида преступления             

ЗАКЛЮЧЕНИЕ             

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ             

ВВЕДЕНИЕ

Среди приоритетов современного общества на первое место ставится жизнь - это закреплено в международных документах. Из всех преступлений против личности наибольшей опасностью обладает умышленное убийство. Оно посягает на жизнь человека – благо, которое принадлежит человеку от рождения и дается ему только один раз.

Право на жизнь зафиксировано в ст. 20 Конституции РФ. Еще раньше, Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 года в ст. 3 зафиксировала, что каждый человек имеет право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность. И каждый человек обладает этим правом, без какого бы то ни было различия, как-то: в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения.

И задача государства заключается в том, что для охраны права человека на жизнь оно обязано использовать все имеющиеся у него средства, включая и уголовно-правовую охрану жизни. Но убийства относятся к числу тех преступлений, которые вызывают часто большие трудности при расследовании и юридической квалификации.

Многочисленные вопросы, возникающие при квалификации убийств, являются следствием многообразия различных ситуаций совершения этих посягательств и сложности признаков, которые приходится учитывать. Все это вызывает необходимость проведения более тщательного анализа убийства в целом и его отдельных признаков. Обращение  к проблеме уголовно-правовой оценки убийств человека обусловлено двумя обстоятельствами. Во-первых, данный вид преступления в последние годы получает все большее распространение. Основным мотивом его совершения служат корыстные побуждения, наиболее часто – получение наживы. Во-вторых, существуют ряд признаков квалификации убийств, которые вызывают сомнение, а также  отсутствие единого подхода по применению некоторых квалифицирующих признаков рассматриваемого состава со стороны ученых, практиков и по сей день не выработано, более того, наблюдается нестабильность следственной и судебной практики. В судебной практике возникают трудности при квалификации убийств по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, что объясняется многообразием ситуаций совершения таких преступлений[1]. Спорными остаются и многие вопросы, касающиеся применения иных уголовно-правовых норм, содержащих признак жестокости преступного поведения. Данными фактами обусловлена актуальность данной темы.

Целью настоящей курсовой работы является исследование квалификации убийств посредством анализа юридического состава преступлений против жизни для определения основных предложений совершенствования действующего уголовного законодательства.

Для достижения поставленной цели были определены следующие задачи:

1. Привести сравнительный анализ юридических аспектов развития российского уголовного законодательства об ответственности за убийства;

2. Изучить понятие и признаки убийства;

3. Рассмотреть понятие объективной и субъективной стороны убийства;

4. Выявить особенности квалификации умышленных преступлений против жизни;

5. Проанализировать проблемы квалификации преступлений против жизни.

Специально проблемы квалификации убийств в научной литературе анализировались в работах по уголовному праву и криминологии Э.Ф.Побегайло, Л.А.Андреевой, Ю. М. Антоняна, С.В.Бородина, Волошиной, Г.Н. Доронина, В. Н. Кудрявцева, Ю.А.Красикова, В.В.Ераксина, Л.Л.Кругликова, В.Ф.Кириченко, С.К. Питерцева, И. П. Портнова, А.А.Пионтковского, М. Р. Табакова, Г. И. Чечеля и др.

Предметом исследования в данной работе являются нормы отечественного действующего российского уголовного права, усиливающие уголовную ответственность за жестокое и особо жестокое преступное поведение (прежде всего за убийство с особой жестокостью), а также судебная практика по делам данной категории.

В подготовке работы использованы материалы Верховного Суда РФ, научные статьи, монографии, учебная литература. На базе действующего уголовного законодательства (гл. 16 УК РФ, ст. 105 УК РФ[2]) проведен комплексный анализ признаков юри­дического состава убийства.

Структурно работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников.

ГЛАВА 1. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УБИЙСТВ

1.1.  История правового регулирования ответственности за преступления против личности

Убийство  с  точки  зрения  Русской  Правды,  уставов  и грамот  князей,  церковных  канонов  -  не  только  тягчайшее  преступление,  но и смертный  грех.  Чтобы  не отвечать убийством на убийство,  ст. 2,  65 отменяют  смертную казнь и  заменяют  ее  «потоком  и разграблением»  - то  есть изгнанием  из  верви   (изгойство)  при   полной  конфискации имущества.  Церковь  при  этом  налагала  епитимью.  Виновного можно было обратить в рабство[3].

В Краткой Правде под самим преступлением понимается только убийство или ущерб здоровью, личности и собственности. За убийства людей независимо от социального происхождения в пользу ближайших родственников убитого взимается 40 гривен. В Правде Русской существует пережиток «народного суда» - кровной мести. Кровная месть - родовой обычай, но в  Правде он ограничен раннегосударственным законодательством.[4] Право мести предоставлялось только ближайшим родственникам. Однако месть могла быть заменена  денежным  эквивалентом  (40 гривен),  причем без различия  социального положения «русин  здесь приравнивался  к  изгою».  Правда ограничивает судебный и  следственный  процесс  - в  государстве еще  не сформированы   соответствующие   институты.   Поэтому   к  праву мести  за  нанесенную  обиду  (телесные  увечья)  допущены только  ближние  родственники.  Еще  одной  причиной ограничения  было избежание  самосуда (ст.  2). В  других случаях   (имущественные   преступления)   следственный  процесс  сложнее,  т. е.  допускается свод  (древний судебный обычай  установления  личности  преступника,   в  дальнейшем  законодательстве   свод  получил   развитие).  Правда Русская еще  не  знала  системы доказательств.  В статьях фигурирует   только   свидетель,   знающий  обстоятельства преступления  -  «видок».  В  суде рассматривались  и клятвы (присяги  -   «роты»).  После   досудебного  следственного процесса ст. 14  говорит об  изводе -  суде 12  мужей. Суд по  Правде Русской различает ответственность  в зависимости  от  субъективной  стороны преступления  против личности (ст. 2 - 9). Соответственно   пониманию   преступления   как    «обиды»   строится  в   Русской  Правде   и  система преступлений.  Русская Правда  знает  лишь  два  рода  преступлений  -  против   личности  и имущественные.  В  ней  нет   ни  государственных,   ни  должностных, ни  иных  родов  преступлений.  Это  не  означало,  конечно,  что выступления   против    княжеской   власти    проходили безнаказанно. В отличие от предыдущей редакции законодательство знает соучастие в преступлении – соучастники наказывались одинаково, независимо от меры вины (ст.41-43)[5]. Новым в законодательстве является срок давности преступления, возможно, различалось и  отсутствие события преступления (ст.  18). В  «Суде Ярослава  Владимировича» получили  развитие  статьи, конкретизирующие   субъективную   сторону   преступления.  Различия между  умыслом  и  неосторожностью  еще нет,  но различаются  прямой  и  косвенный  умысел  при   ответственности  за бытовое убийство (ст. 67, 84, 85) и убийство в  разбое. При этом  подозрение  в  убийстве  можно было  оспорить, предоставив семь  свидетелей, в  то время  как в  других случаях требовалось трое (ст. 17)[6].                               

Убийство  с  точки  зрения  Русской  Правды,  уставов  и грамот  князей,  церковных  канонов  -  не  только  тягчайшее  преступление,  но  смертный  грех.  Чтобы  не отвечать убийством на убийство,  ст. 2,  65 отменяют  смертную казнь и  заменяют  ее  «потоком  и разграблением»  - то  есть изгнанием  из  верви   (изгойство)  при   полной  конфискации имущества.  Церковь  при  этом  налагала  епитимью.  Виновного можно было обратить в рабство.  В русской Правде уже существует представление о превышении пределов необходимой обороны, если вора убьют после его задержания, спустя некоторое время, когда непосредственная опасность в его действиях уже отпала.

              К смягчающим обстоятельствам закон относил -  состояние опьянения преступника, к отягчающим - корыстный умысел. Тяжёлым преступлением против личности было нанесение увечий (усечение руки, ноги) и других телесных повреждений. От них следует отличать оскорбление действием (удар чашей, рогом, мечом в ножнах), которое наказывалось ещё строже, чем лёгкие телесные повреждения, побои.

Система наказаний по Русской Правде достаточно проста. Смертная казнь не упоминается в кодексе, хотя на практике она, несомненно, имела место.

              Высшей мерой наказания  по Русской Правде остаётся «поток и разграбление», назначаемое только в трёх случаях: за убийство в разбое, поджог и конокрадство. Наказание включало конфискацию имущества и выдачу преступника (вместе с семьёй) «головой», т.е. в рабство.

              Следующим по тяжести видом наказания была «вира» - штраф, который назначался только за убийство. Вира поступала в княжескую казну. Родственникам потерпевшего уплачивалось «головничество», равное вире. Вира могла быть одинарная (за убийство простого свободного человека) или двойная.

              Существовал особый вид виры - «дикая» или «повальная», которая налагалась на всю общину. Для применения этого наказания необходимо, чтобы совершённое убийство было простым, неразбойным; община либо не выдаёт своего подозреваемого в убийстве члена, либо не может «отвести от себя след», подозрения; община только, в том случае платит за своего члена, если он ранее участвовал в вирных платежах за своих соседей. Институт «дикой» виры выполнял полицейскую функцию, связывая всех членов общины круговой порукой.

              За нанесение увечий, тяжких телесных повреждений назначались «полувиры» (20 гривен). Все остальные преступления (как против личности, так и имущественные) наказывались штрафом - «продажей», размер которой дифференцировался в зависимости от тяжести преступления. Продажа поступала в казну, потерпевший получал «урок» - денежное возмещение за причинённый ему ущерб.

              В Русской Правде ещё сохранялись древнейшие элементы обычая, связанные с принципами талиона («око за око, зуб за зуб»), в случаях с кровной местью. Но главной целью наказания становится возмещение ущерба (материального и морального).

              В первом общероссийском Судебнике 1497 года нашли применение нормы Русской Правды, обычного права, судебной практики и литовского законодательства.

              Если Русская Правда была сводом обычных норм и судебных прецедентов и своеобразным пособием для поиска нравственной и юридической истины «правды», то Судебник стал, прежде всего «инструкцией» для организации судебного процесса «суда»[7].

              В судебнике 1550 г. была выражена социальная направленность наказания,  усиливаются черты розыскного процесса. Закрепляется сословный принцип наказаний и одновременно с этим расширяется круг субъектов преступлений - в него включаются холопы. Значительно определеннее устанавливаются в законе субъективные признаки преступления, разрабатываются формы вины.[8]

              В группе преступлений против личности выделяются квалифицированные виды убийства «государский убийца», «разбойный убийца».[9]

              Закон выделяет отдельные стадии преступного деяния: умысел (который сам по себе уже может быть наказуемым), покушение на преступление и совершение преступления. Закон знает понятие рецидива (совпадающие в Уложении с понятием «лихой человек») и крайней необходимости, которая является ненаказуемой только при соблюдении соразмерности её реальной опасности со стороны преступника. Нарушение соразмерности означало превышение пределов необходимой обороны и наказывалось[10].

Уголовное законодательство России, регламентировавшее ответственность за убийство, с развитием общественных отношений становилось более совершенным. Уже в середине XVII в. были выделены квалифицированные виды убийства. По Соборному Уложению 1649 года убийство, разделялось на простое и квалифицированное (убийство родителей детьми, убийство господина рабом)[11].

Наиболее распространёнными формами правовых актов с 1706-1725 гг. были: регламенты, манифесты, именные указы, указы, уставы (Воинский, Морской, Вексельный ).[12]

На формирование кодифицированного уголовного законодательства середины XIX в., в части уголовной ответственности за убийство, большое влияние оказало законодательство Франции[13].

В 1845 году было принято Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. В нём сохранялся сословный подход к квалификации наказания и определению санкций в соответствии с установленными привилегиями.

Закон предусматривал случаи, когда ответственность за убийство и иные преступления исключалась: когда совершивший деяние действовал во исполнение закона или приказа, с дозволения власти или осуществляя профессиональные обязанности, в состоянии крайней необходимости или необходимой обороны. Закон разделял умысел на предумышленный и случайный, умышленные преступления - на совершённые хладнокровно или в состоянии аффекта.

В Уложении 1903 г. чётко различались общая и особенная части. В общей чести давались понятия преступления, умысла, неосторожности, приготовления, покушения, соучастия.[14]

Новое Уложение в отличие от старого не делило умысел на заранее обдуманный и внезапно возникший. Неосторожность подразделялась на преступную небрежность (преступник не предвидел последствий, хотя мог и должен был их предвидеть) и преступную самонадеянность (предвидел наступление последствий, но легкомысленно предполагал их предотвратить). Приготовление к преступлению (приобретение или приспособление средств для приведения в исполнение преступного умысла) наказывалось лишь в случаях, указанных законом. Добровольный отказ исключал наказание. Покушение на преступление (действие, которым начинается исполнение преступного умысла, но не доведённого до конца по обстоятельствам, не зависящим от воли виновного) наказывалось в случаях, предусмотренных законом (при покушении на тяжкое преступление во всех случаях).

При применении необходимой обороны, превышением её пределов признавались чрезмерность или несвоевременность защиты.

Разработанная в Уложениях 1885 и 1903 гг. система уголовного права просуществовала с незначительными изменениями вплоть до революционных потрясений 1917 года. Тогда, после июльских событий Временное правительство принимает постановление «О наказаниях за публичные призывы к убийству, грабежам, разбоям и другим тяжким преступлениям». Уголовное законодательство России начала XX в. отказалось от деления умышленного убийства на предумышленное и непредумышленное, предоставив тем самым суду возможность при назначении меры наказания принимать во внимание обдуманность действий виновного. В 1922 году был принят Уголовный кодекс РСФСР, а с 1926 года действовал новый Уголовный Кодекс который не внес существенных изменений.

Уголовно-правовые нормы периода становления советского уголовного законодательства, предусматривавшие ответственность за убийство, сохранили преемственность дореволюционного российского законодательства начала XX в.. В апреле 1935 года постановлением ЦИК и СНК СССР устанавливается уголовная ответственность за убийство с двенадцатилетнего возраста, за все остальные преступления ответственность устанавливалась с 14-летнего возраста.

В декабре 1958 года принимаются новые Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик,  также законы об уголовной ответственности за государственные и воинские преступления. В октябре 1960 года Верховный Совет РСФСР принял новый Уголовный кодекс[15], разработанный с учётом Основ уголовного законодательства, до этого времени действовал Уголовный кодекс 1926 года. По сравнению с первыми советскими кодифицированными уголовно-правовыми актами УК РСФСР 1960 г. внес серьезные изменения в характеристику обстоятельств, отягчающих ответственность за умышленное убийство. Уголовный кодекс РСФСР 1960 года утратил силу только в мае 1996 года, когда был принят новый Уголовный кодекс 1996 года.

В Уголовном Кодексе 1996 года[16] квалификация убийств варьируется с учетом  степени  общественной  опасности:  от смертной  казни,  пожизненного  лишения   свободы  либо лишения  свободы от  восьми до  двадцати лет  (ч. 2  ст. 105  УК) до двух лет лишения (ограничения) свободы (ч. 1 ст. 108 УК).          

Действующий УК РФ впервые в истории российского уголовного законодательства дает легальное определение убийства. Однако его нельзя признать полным, так как в нем не указывается на противоправность причинения смерти другому человеку. Нельзя понимать под убийством лишение жизни человека в состоянии необходимой обороны (ст. 37 УК РФ) либо при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК РФ). Не является убийством в уголовно-правовом смысле причинение смерти другому лицу, совершенное невменяемым лицом или лицом, не достигшим возраста, с которого наступает уголовная ответственность. Убийство   -  наиболее   тяжкое  преступление   против  личности, однако  степень  его  тяжести зависит  от целого  ряда обстоятельств, либо сопутствующих  ему,  либо  послуживших  поводом   его  совершения.  С учетом  степени  общественной  опасности  варьируется  и наказание:  от смертной  казни,  пожизненного  лишения   свободы  либо лишения  свободы от  восьми до  двадцати лет  (ч. 2  ст. 105  УК) до двух лет лишения (ограничения) свободы (ч. 1 ст. 108 УК).          

Высокая  степень  общественной   опасности  убийства   при  наличии отягчающих  обстоятельств  (ч. 2  ст. 105  УК) влечет  для осужденного   ряд  дополнительных   негативных   правовых   последствий, касающихся  назначения   вида   исправительного   учреждения,  условий  досрочного освобождения,  исчисления  сроков судимости.  В случаях,  прямо  указанных в  законе,  убийство,  сопряженное  с другим преступлением   либо  послужившее  способом   совершения  (сокрытия) другого  преступления, всегда  влечет  квалификацию  по  двум статьям Уголовного кодекса.

21 ноября 2003 года Государственной Думой Федерального Собрания РФ был принят внесенный Президентом РФ Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации». После одобрения Советом Федерации Федерального Собрания РФ 26 ноября 2003 года и подписания Президентом РФ 8 декабря 2003 года, изменения в Уголовный Кодекс РФ были опубликованы 16 декабря 2003 года в "Российской газете" и вступили в силу[17]. Синхронно был принят Федеральный закон "О приведении Уголовно-процессуального кодекса РФ и других законодательных актов в соответствие с Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ", которым поправки внесены не только в УПК РФ, но также в Уголовно-исполнительный кодекс РФ, Кодекс РФ об административных правонарушениях, Закон РФ "О милиции", Федеральный закон "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", Федеральный закон "Об исполнительном производстве", Федеральный закон "О введении в действие Уголовного кодекса РФ".

Фактически, по нашему мнению, следует говорить не о поправках в УК, а о новой редакции Уголовного кодекса Российской Федерации - настолько существенны внесенные в кодекс изменения и дополнения. В уголовный закон внесен ряд корректив принципиального характера.

Подводя итог сказанному отметим, что уголовное право России по своей природе ближе к континентальной системе права, к которой относятся, в том числе, и правовые системы Франции, Германии, Испании. Этим объясняется сходство отдельных квалифицирующих признаков убийства, усиливающих уголовную ответственность (убийство с особой жестокостью; общеопасным способом; лица, находящегося в беспомощном состоянии; из корыстных побуждений и др.). Вместе с тем система российского уголовного права имеет и свои особенности. В отличие от уголовного законодательства Франции, Германии и Испании действующий Уголовный кодекс Российской Федерации отказался от понятия неосторожного убийства, отнеся к убийству лишь умышленное лишение жизни человека. По этому же пути пошел законодатель Республики Беларусь и Латвийской Республики.

1.2. Понятие и признаки убийства

Уголовным кодексом Российской Федерации под убийством   понимается   только умышленное причинение  смерти другому  человеку.

Первым признаком убийства является насильственный характер смерти, который выражается в том, что смерть потерпевшему причиняется путем принудительного воздействия на него.

Второй признак убийства – противоправность. Она выражается в том, что убийство преследуется по закону, как деяние, предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации. Именно по этому признаку мы можем ограничить убийство от правомерного лишения жизни. При этом под правомерным лишением жизни следует понимать случаи причинения смерти в состоянии необходимой обороны, а также при приведении в исполнение смертного приговора. Хотя недавнее постановление Конституционного суда определило, что применение смертной казни как наказания, является неконституционным и впредь применяться судами не должно.

Третий признак убийства заключается в том, что убийство – это всегда предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть. По этому признаку убийство отличается от случайного причинения смерти. Убийство всегда выражается в противоправном лишении жизни другого человека. Просьба об убийстве со стороны другого лица, например, безнадежно больного, испытывающего невыносимые физические страдания человека, не исключает ответственности за это преступление. Согласно ст. 45 Основ законодательства РФ «Об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 года, медицинскому персоналу запрещается осуществление эвтаназии – удовлетворения просьбы больного об ускорении его смерти каким-либо действиями или средствами, в том числе прекращением искусственных мер по поддержанию жизни. Лицо, которое сознательно осуществляет эвтаназию, несет ответственность за совершение убийства.

При случайном причинении смерти мы имеем дело с казусом, несчастным случаем, когда человек не предполагал и не должен был предполагать, что его деяние повлечет за собой причинение смерти.

Так, Д. был осужден за неосторожное убийство М. Преступление было совершено при следующих обстоятельствах. Д. встретил на улице своего зятя М., который находился в состоянии алкогольного опьянения, и попытался отвести его домой. Однако М. стал сопротивляться, споткнулся, стал падать, и потянул за собой Д., который, падая, попал коленом в область груди и живота М., причинив ему тяжкие телесные повреждения, от которых М. умер. В данном случае причинение смерти явилось результатом целой цепи случайных событий[18]. Из обстоятельств дела видно, что Д. не предвидел такого развития событий. Более того, он не мог и не должен был этого предвидеть. Следовательно, мы имеем дело с казусом. Поэтому приговор в отношении Д. был отменен, а уголовное дело прекращено.

Наконец, четвертым признаком убийства является лишение жизни другого человека. На основании вышеперечисленных признаков можно сформулировать следующее определение убийства.

Таким образом, убийство – это противоправное умышленное лишение жизни другого человека. Данное определение поддерживается наибольшей частью ученых-криминалистов.

Но в юридической литературе встречаются попытки дать иное определение убийства. Так, М.Д. Шаргородский определял убийство только как «умышленное лишение жизни другого человека»[19]. Он считал, что неосторожное лишение жизни целесообразно убийством не называть, применяя этот термин только в отношении умышленных деяний. Эта точка зрения не была поддержана учеными. Н.И. Загородников писал, что «глагол убить часто применяется при любом насильственном причинении смерти, при этом имеется в виду как преступное, злонамеренное, так и неосторожное и даже случайное причинение смерти»[20]. Он указывал, что признание неосторожного причинения смерти не убийством, а иным преступлением может быть воспринято, как попытка снизить общественную опасность и отрицательную оценку неосторожного убийства. Кроме того, недостатком этого определения является и отсутствие в нем признака убийства как «противоправность», без которого убийство нельзя отличить от случаев правомерного лишения жизни. Сам же Н.И. Загородников к приведенному выше определению убийства добавлял: «… когда причинение смерти является основанием уголовной ответственности»[21]. Эту позицию критиковал С.В. Бородин, который заметил, что «основанием уголовной ответственности при убийстве является нечто иное, как убийство… поэтому вряд ли можно внести существенное уточнение в определение понятия убийства, указав, что при убийстве основанием уголовной ответственности является убийство».[22]

М.Д. Шаргородский длительное время обосновывал необходимость отказа от термина «неосторожное убийство», новый Уголовный кодекс Российской Федерации воспринял эту точку зрения, поэтому вместо этого термина используется понятие «причинение смерти по неосторожности»[23].

Начальный момент жизни человека отдельные авторы связывают с отделением плода от утробы матери и первым вздохом новорожденного. Если с этими авторами согласиться, то получается, что убийство ребенка во время родов надо рассматривать как аборт. Поэтому более верным будет начальным моментом жизни считать появление головы ребенка из утробы матери (т.е. начало родов). Прекращение жизни связывается с необратимыми процессами распада нервных клеток центральной нервной системы, клиническая смерть такого результата не дает[24].

Отягчающие обстоятельства убийства подразделяются в основном на две группы:  обстоятельства, характеризующие  субъективные  свойства убийства  и личность  виновного,  и обстоятельства,  характеризующие объективные  свойства  убийства. 

Действующий в РФ Уголовный Кодекс предусматривает деление убийств на:

- простое убийство, т.е. убийство, совершенное без каких-либо отягчающих или смягчающих обстоятельств, которые влияют на квалификацию преступления (ч. 1 ст. 105 УК РФ);

- квалифицированное убийство, т.е. убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах, влияющих на квалификацию преступления (ч. 2 ст. 105 УК РФ);

- привилегированное убийство, т.е. убийство, совершенное при смягчающих обстоятельствах, влияющих на квалификацию преступления (ст. 106, 107, 108 УК РФ);

- неосторожное причинение смерти, т.е. причинение смерти, совершенное с преступной легкомысленностью или преступной небрежностью (ст. 109 УК РФ). Такой подход в полной мере соответствует традиции русского дореволюционного уголовного права. Следовательно, убийство – это противоправное умышленное лишение жизни другого человека.

В ч.2 ст.105 предусмотрены квалифицированные виды убийства, всего 13 пунктов.[25] Этот список исчерпывающий и его надо знать. Квалифицированные виды убийств:

а) убийство двух и более лиц. Таким убийством следует считать действия виновного, где убийство лиц охватывалось единством умысла, во-первых, и, во-вторых, убийство, как правило, совершается одновременно и в одном месте. Преступника может ожидать неудача: убийство одного и покушение на жизнь другого создает совокупность преступления, эти деяния нужно квалифицировать.

б) убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга. Близкие - это все лица, которые дороги потерпевшему.

в) убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряжённое с похищением человека либо захватом заложника.

г) убийство женщины заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности. Срок беременности значения не имеет.

д) убийство, совершенное с особой жестокостью по отношению к потерпевшему или его близким.

е) убийство совершенное общеопасным способом. Этот пункт подразумевает применение при убийстве такого способа, который опасен не только для потерпевшего, но и для других, напр., стрельба в мать, держащую на руках ребенка. Для этого необходимо определить реальную угрозу. Важным моментом является также то, что если в результате применения общеопасного способа всё-таки причиняется вред другим лицам, то совершенное квалифицируется по совокупности.

ж) убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. Убийство группой лиц подразумевает такое убийство, когда все члены группы принимают непосредственное участие в убийстве потерпевшего.

з) убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством и бандитизмом.

и) из хулиганских побуждений.

к) с целью сокрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера.

л) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды либо кровной мести.

м) в целях использования органов или тканей потерпевшего.[26]

В связи с тем, что в принятом Федеральном законе №162 от 8 декабря 2003 года статья 16 УК РФ «Неоднократность преступлений» признана утратившей силу. Как отмечает Комитет Совета Федерации по правовым и судебным вопросам, данное законодательное решение «представляется весьма удачным, поскольку позволит уйти от несправедливости при квалификации и назначении наказания лицам, которые совершили оконченное и неконченое преступление»[27]. При этом совокупностью преступлений признается просто совершение двух или более преступлений. Таким образом, законодатель отошел от различия понятий «неоднократность преступлений» и «совокупность преступлений», признав совокупностью преступлений совершение двух или более любых преступлений, поэтому в ст.105 УК РФ также внесены изменения, пункт «н» ч.2 ст.105 исключена как квалифицирующий признак. По нашему мнению, это позволит уйти от несправедливости при квалификации и назначении наказания лицам, которые совершили оконченное и неоконченное преступление. Соответственно неоднократность преступлений перестала быть обстоятельством, отягчающим наказание.