Легализация доходов в отечественном уголовном законодательстве. Направления деятельности по противодействию легализации доходов

Содержание:

Введение…………………………………………………………………………3

I. Сущность легализации доходов как противоправной преступной деятельности…………………………………………………………………….4

II. Типологии организации деятельности по отмыванию денег……………..9

1)Легализация доходов, полученных от незаконного оборота наркотиков..11

2)Коррупция и легализация доходов. ………………………………………..15

3)Легализация доходов на рынке ценных бумаг…………………………….19

III. Легализация доходов в отечественном уголовном законодательстве. Направления деятельности по противодействию легализации доходов…23

1)Правовой контроль за деятельностью  по легализации доходов в Российском  законодательстве………………………………………………..23

3) Легализация доходов в уголовном законодательстве Российской Федерации. Особенности составов преступлений, предусмотренных статьями 174 – 174.1 Уголовного кодекса.………………………………….25

2) Разработка финансовых мер по борьбе с отмыванием денег. Федеральная служба по финансовому мониторингу……………………………………….28

Заключение…………………………………………………………………….32

Список литературы……………………………………………………………33

Введение.

Для любого из государств, независимо от уровня развития его социально-экономической и правовой систем, проникновение в национальную экономику преступных доходов приводит к установлению контроля со стороны преступных сообществ над отдельными секторами экономики, распространению коррупции, средств и методов недобросовестной конкуренции, переориентации деятельности экономических субъектов в интересах криминальных групп и в результате – к существенной деформации экономической системы в целом.

Развитые страны активно включились в борьбу с отмыванием денег, которая была выделена в качестве отдельного направления в рамках общей концепции мер по противодействию международной организованной преступности, в начале 80-х годов прошлого столетия. В большинстве этих стран создана законодательная база для судебного преследования лиц, виновных в легализации преступных доходов, отработана система мероприятий по конфискации доходов, полученных преступным путем, в том числе регламентированы соответствующие меры противодействия данному виду преступлений и связанный с их реализацией механизм взаимодействия национальных правоохранительных и контролирующих органов.

В России процесс формирования рыночных отношений в значительной степени опередил развитие системы государственного контроля за движением денежных средств, что в сочетании с либерализацией экономических отношений и другими обстоятельствами создало благоприятную среду для получения незаконных доходов и их вливания в легальную экономику, а также инвестирования этих средств в развитие преступной деятельности.

1.Сущность легализации доходов как противоправной деятельности.

В законодательстве Российской Федерации, как и в большинстве иностранных государств, уделяется особое внимание проблеме легализации доходов.  Разнообразие форм собственности, развитая рыночная экономика с множеством форм отправления экономических свобод субъектов экономической деятельности, подталкивают криминальные элементы на использование прогрессивных способов легализации своих доходов в вопросах, связанных с передвижением денежных масс для достижения определенных целей. В связи с этим, ситуация с движением теневых капиталов остаётся напряжённой, а доля доходов от преступной деятельности присутствует в легальной экономике, становясь частью экономической системы общества.

Понятие легализации доходов охватывает множество сфер преступной деятельности, доходы от которых чаще всего используются в дальнейшем коммерческом обороте, в частности для финансирования преступной деятельности, терроризма и организации незаконного предпринимательства. Применительно к законодательству, определение легализации доходов приводится в тексте федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, и финансированию терроризма». В положениях статьи 3 данного федерального закона указывается, что:

«Легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, - придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления».1

Таким образом, отечественное право тесно связывает деятельность, направленную на легализацию доходов с особо опасными и тяжкими видами преступлений, подчёркивая важность правового государственного контроля за проявлениями данного вида криминальной деятельности.

Правовое определение данный термин получил в 80-х годах прошлого века. Так, определение «отмывание преступных доходов» можно найти в ряде международных правовых актов, в таких как Венская конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года, Страсбургская конвенция Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности 1990 года, Директива Совета ЕС от 10 июня 1991 г. 91/308/ЕЕС «О предотвращении использования финансовой системы в целях отмывания денег», и во многих других международных актах.2 В настоящее время наиболее широкое определение «отмывание преступных доходов» содержится в статье 6 Конвенции против транснациональной организованной преступности 3, в соответствии с которой основными направлениями деятельности, которые международные правоведы относят к отмыванию преступных доходов, являются:

1) «конверсия или перевод имущества, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений, в целях сокрытия или утаивания преступного источника этого имущества или в целях оказания помощи любому лицу, участвующему в совершении основного правонарушения, с тем чтобы оно могло уклониться от ответственности за свои деяния;

2) сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, прав на имущество или его принадлежность, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений;

3) приобретение, владение или использование имущества, если в момент его получения известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений;

4) участие, причастность или вступление в сговор с целью совершения любого из преступлений, признанных таковыми по настоящему определению, покушение на его совершение, а также пособничество, подстрекательство, содействие или дача советов при его совершении».

Большинство методов, способов легализации преступных доходов могут быть разделены на определенные этапы стадии. Рассмотрим основные этапы (фазы) легализации доходов, полученных преступным путем с учетом того, что любые стадии есть упрощенный подход к отмыванию доходов, полученных преступным путем, так как операции и сделки, направленные на отмывание преступных доходов, как правило, имеют многоуровневую структуру и предполагают многоходовые комбинации. Наиболее распространенная точка зрения предполагает наличие трех основных этапов:

1)размещение денежных средств или имущества;

2) распределение или оборот денежных средств;

3) интеграция или вливание в оборот.

Размещение денежных средств — процесс, в результате которого денежные средства поступают в финансовую систему того или иного государства. Это может произойти путем размещения денежных средств во вклады, путем приобретения ценных бумаг за наличный расчет, покупка доли бизнеса. Данный этап характеризуется возможностью преждевременно проследить связь между доходом и совершенным преступлением. Это очень важно для установления субъектов совершённых преступлений, объём причинённого ущерба лицам, право которых было нарушено в ходе совершения противоправного деяния.

Расслоение или смешивание денежных средств определяется как процесс, в ходе которого фактическим владельцем или его доверенным лицом совершается значительное количество операций с целью отдалить денежные средства от первоначального источника. Основная цель лица на данной стадии характеризуется сокрытием связи между источником получения денежных средств и самими денежными средствами. Это создаёт значительные сложности в деятельности правоохранительных органов по отслеживанию потоков средств от преступной деятельности.

Если же размещение преступных доходов осуществляется через обычные финансовые организации, то для их маскировки могут использоваться следующие способы:

- дробление денежной наличности (массы) на небольшие суммы, не  вызывающие подозрения и непопадающие  под установленные лимиты контроля, которые постепенно депонируются  от имени различных лиц или  в различных местах;

- смешивание доходов от преступной деятельности с законной выручкой предприятий, деятельность которых связана с большим оборотом наличных средств.4

Вышеупомянутые операции маскируются так, чтобы, в конечном счете, раствориться в совершаемых каждый день законных сделках. Общепринятыми техническими приемами здесь служат различные варианты выдачи «обратных ссуд» и «двойного выставления счетов-фактур». Другие технические приемы наслоения связаны с покупкой дорогостоящих предметов, таких как ценные бумаги, легковые автомобили, самолеты, яхты, которые часто записываются на имя другого человека с целью еще больше отдалить преступника от нелегально полученных средств.5

На практике при построении сложных схем отмывания денег, полученных преступным путем, зачастую используется не один корпоративный субъект, а целая группа. На настоящий момент всё большую актуальность набирает использование юридических образований для отмывания денег. Это даёт основания для введения мер по противодействию легализации денежных средств и активов на уровне таких лиц, а конкретно обеспечить наличие достаточной, точной и актуальной информации о трастах, учрежденных по соглашению сторон, включая информацию о доверителях, доверительных собственниках и бенефициарах, которую могут оперативно получить уполномоченные органы. Особое внимание также стоит уделить вопросу о принятии мер по облегчению доступа к информации о бенефициарной собственности6 и контроле для финансовых учреждений.

Говоря об интеграции, понимается, что денежные средства или имущество возвращаются в легальную экономику. Целевое использование денежных средств, полученных в результате совершения противоправных действий, может повлечь за собой дополнительные трудности для правонарушителя,  и в данном случае необходимость использование таких средств наиболее широким образом обуславливает активные попытки к внедрению их в легальную экономику.

Основные выявленные способы интеграции в ходе легализации доходов от НОН:

1. Сделки с занижением цены.

2. Сделки с завышением цены.

3. Легализация преступных доходов через игорный бизнес.

4. Покупка или продажа объектов недвижимости.

5. Использование банковских счетов иностранной или совместной фирмы.

При выборе страны и конкретного объекта инвестирования решающее значение имеют гарантии сохранения контроля за вложенными средствами. Как правило, это страны и отрасли, в которых преступники пользуются влиянием и могут обеспечить наиболее благоприятные условия для своей дальнейшей деятельности. Часть средств обычно возвращается в страну постоянного расположения преступной организации. Коррупционеры и другие экономические преступники стремится к полному контролю над финансовыми организациями, используемыми в процессе легализации преступных доходов, а также через инвестирование соответствующих средств и над целыми отраслями промышленности и секторами экономики отдельных стран.7 В конкурентной борьбе за установление такого контроля используются, в первую очередь, практически неограниченные и относительно «дешевые» финансовые ресурсы, получаемые в результате преступной деятельности.

Таким образом, механизм легализации доходов включает в себя множество приёмов и задействованных в преступной схеме экономических агентов, имея, помимо этого, специфичную структуру, имеющую сходство в тех или иных частных случаях.

Однако, рассматривая подробнее данное явление, представляется возможным классифицировать типологии организации деятельности по отмыванию денег.

II. Типологии организации деятельности по отмыванию денег.

Одним из наиболее актуальных направлений совершенствования процессов выявления и расследования преступлений, связанных с легализацией доходов от незаконного оборота наркотиков, представляется мониторинг и анализ типологий совершения данного деяния. Вместе с тем, не следует забывать об анализе типологий совершения и предикатного (предшествующего) преступления, характер и механизмы которого во многом обуславливают типологические особенности последующей легализации.

Сущность и качественные характеристики деятельности по легализации доходов позволяют выдвинуть определение типологии организации деятельности по легализации. В сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма используется следующее определение термина «типология»: «это описание условной схемы совершения преступления или подозрительной деятельности, их характерных признаков и методов обнаружения данных признаков».8

Существующие положения федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", правового анализа положений статей 174 и 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, также специфики выдвинутых нормами международного правотворчества трактовок9 понятия легализации доходов, позволяют составить сводное определение типологии организации деятельности по отмыванию денег. Оно может выглядеть следующим образом:

«Типология организации деятельности по отмыванию денег – обособленная в рамках совершённого противоправного деяния классификация показывающая соотношение между противоправным явлением (предикатным преступлением)10 и целенаправленной деятельности по приданию правомерного вида доходам, полученным лицом в результате совершённого преступления».

Различные прикладные исследованания тех или иных финансово-исследовательских коллективов, как международных, так и внутригосударственных (ФАТФ, ЕАГ)11 позволяют выделить наиболее распространённые типологии деятельности по отмыванию денег. К их числу можно отнести такие типологии, как легализация доходов от незаконного оборота наркотиков, риски легализации доходов от киберпреступлений, легализация доходов от преступлений коррупционной направленности, легализация доходов на рынке ценных бумаг, отмывание денег через некоммерческие организации и др. 

Такой подход позволяет объединить вокруг понятия легализации наиболее распространённые преступные методы по получению денежных сумм или иных доходов и рассмотреть некоторые из них в отдельности.

1.Легализация доходов, полученных от незаконного оборота наркотиков.

Наркобизнес приобретает все более ярко выраженный организованный и транснациональный характер. Несмотря на постепенное снижение в официальных показателях доли лиц, употребляющих наркотические средства опиоидной группы тенденция к активному и массовому употреблению высококонцентрированных наркотиков, прежде всего афганского происхождения, в целом сохраняется.

Незаконный оборот наркотиков позволяет преступникам извлекать огромные доходы и накапливать значительные финансовые ресурсы, которые требуют дальнейшей их обработки. Сегодня важно понимать, что наркобизнес это уже не просто множество организованных преступных группировок во главе с лидером, занятых производством наркотиков и жесточайшей конкуренцией между собой.

Наркобизнесом активно реализуются процессы, присущие легальным компаниям (слияние, поглощение, консолидация и т.д.), он действует и развивается, так же как и все бизнес-структуры официального экономического сообщества. В таких условиях неизбежно наступает сращивание криминальной экономики с легальной, что в конечном итоге, может создать реальную угрозу для нанесения ущерба финансовой системе Российской Федерации и ее экономике в целом.

Следует отметить, что мировая полицейская система изымает из незаконного оборота порядка 10-15% наркотиков, остальные наркотики реализовываются. Только 0,5% денежных средств, полученных после продажи наркотиков, конфискуется. Таким образом, можно констатировать, что вся остальная денежная масса поступает и прокручивается в мировой финансовой системе. Аналогично с показателем ВВП появился даже термин (ВКП) – валовой криминальный продукт. По оценкам заместителя генерального секретаря ООН, исполнительного директора Управления ООН по борьбе с наркотиками и преступностью Юрия Федотова, доходы всемирного криминального бизнеса равны приблизительно 3,6% мирового валового продукта.12

По обобщённым данным МВД, ФСБ, СВР и ФСКН России, на территории Российской Федерации действует порядка 1800 высокопрофессиональных организованных преступных сообществ, из которых 1200 созданы на этнической основе, то есть практически 80% из них имеют преступные связи на территориях других стран ближнего и дальнего зарубежья, не менее 30% из этих сообществ занимаются наркобизнесом.

Одним из атрибутов наркобизнеса является его связь с незаконным оборотом оружия. Во-первых, оружие необходимо преступникам в сфере незаконного оборота наркотиков в целях обеспечения собственной безопасности, во-вторых, оружие может выступать средством расчета в сделках между сбытчиками наркотиков, а в-третьих, оружие очень часто доставляется в российские регионы с напряженной политической ситуацией по тем же каналам, что и наркотики. Нередко наркобизнес для расширения своих возможностей и обеспечения дополнительной поддержкой своей деятельности стремится проникнуть в правоохранительные органы и иные органы власти и государственного управления Российской Федерации. Стремление наркобизнеса лоббировать свои интересы способствует сохранению высокого уровня коррупции.

На практике очень часто возникает ситуация когда сбытчик наркотиков, привлекаемый к уголовной ответственности, особо не обеспокоен наказанием в виде лишения свободы. Но как только речь доходит до возможной конфискации доходов, которые были добыты в результате совершения преступления, преступники испытывают серьезные опасения, так как в этом случае риски будут в несколько раз превышать возможную прибыль.

Государству, в узком его смысле, необходимо рассматривать влияние организованных преступных объединений на экономику и политику страны по аналогии с влиянием, оказываемым различными структурами из сферы легального бизнеса.  Включение в Стратегию государственной антинаркотической политики Российской Федерации до 2020 года13 в качестве одной из стратегических целей – подрыв экономических основ наркопреступности, является реальным отражением воспринимаемой угрозы дальнейшего развития финансово-экономической составляющей незаконного оборота наркотиков.

Статистика за 6 месяцев 2014 года14 в сравнении с показателями за аналогичный период 2013 года, также наглядно свидетельствует о влиянии законодательного регулирования на практику противодействия легализации доходов, полученных от незаконного оборота наркотиков. Имеются в виду изменения, которые были внесены в статьи 174 и 174.1 Уголовного кодекса России посредством принятия Федерального закона от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».15

Среди других важных нормативных изменений, Федеральным законом № 134-ФЗ в статьи 174 и 174.1 Уголовного кодекса России был введен дополнительный квалифицирующий признак «особо крупный размер» и приравнен к 6 миллионам рублей, а «крупный размер» был уменьшен до 1.5 миллионов рублей. В новой редакции статьи 174.1 Уголовного кодекса России криминализировано деяние легализации преступных доходов вне зависимости от размера денежных средств или иного имущества, с которыми совершаются финансовые операции и иные сделки. Как было указано выше, в предыдущей редакции статьи 174.1. Уголовного кодекса России уголовная ответственность могла наступить только в случае наличия крупного размера.

На основе анализа некоторой правоприменительной практики, некоторые конкретные примеры из которой были представлены в исследовании и проводимых ранее исследованиях16, выделяются следующие характерные признаки совершения преступления легализации доходов, полученных от незаконного оборота наркотиков:

1. В большинстве случаев лицо, совершающее преступление из  сферы незаконного оборота наркотиков, занимается и последующей легализацией полученного преступного дохода, если не использует извлеченную от совершения преступлений выгоду на собственные нужды.

2. Досрочное погашение кредитов, полученных на легальных основаниях в банке, либо займов в иных финансовых учреждениях (например, в микрофинансовых организациях) лицом, подозреваемым в незаконном обороте наркотиков;

3. Пренебрежение клиентом более выгодными условиями оказания услуг, а также предложение клиентом необычно высокой комиссии или комиссии, заведомо отличающейся от обычно взимаемой комиссии по такому роду услуг;

4. Большой оборот наличных денежных средств, источник образования денежных средств не известен, операции осуществляются на большие суммы, которые не характерны для деятельности владельца счета;

5. Денежные переводы, по сообщениям банков, не связаны с предпринимательской или инвестиционной деятельностью, а также с приобретением прав на недвижимое имущество;

6. Денежные переводы нерезидентов оффшорным компаниям, физическим лицам, открывшим счета в оффшорных банках. Цепочка операций имеет запутанный или необычный характер и не имеет явного экономического смысла;

7. Организации с высокой долей вероятности имеют признаки фиктивности (для образования юридического лица используются подставные лица, в качестве которых выступают молодые люди без достаточных средств к существованию, лица без определенного места жительства, лица, страдающие наркотической или алкогольной зависимостью);

8. Активное использование электронных платежных систем, регистрация большого количества электронных кошельков в различных электронных платежных системах на узкий круг лиц, использование систем онлайн обмена валюты одной электронной платежной системы на валюту другой электронной платежной системы и др.

Обобщая вышеприведённые заключения, стоит заметить, что в различных типологических исследованиях перечисленные признаки могут быть дополнены еще рядом признаков.

В целом, на основании вышеприведённых материалов, эффективное противодействие деятельности по легализации доходов от незаконного оборота наркотиков требует уточнения и обобщения используемых экономических и финансовых инструментов, в том числе, исходя из региональных и международных характеристик.

2.Коррупционная составляющая в деятельности по легализации доходов.

Понятие коррупции в целом охватывает использование государственной должности для получения личной выгоды. Если обобщить, под данное определение коррупции подпадают незаконные поступки и действия, в том числе присвоение чужой собственности, при которой, в частности, принадлежащие государству денежные средства или имущество используется государственным должностным лицом для получения личной выгоды, и злоупотребление служебным положением, при котором коррумпированный чиновник имеет личный интерес в решениях, принимаемых им в качестве государственного должностного лица.

Источниками денежных средств, которые государственный деятель может попробовать легализовать, являются не только взятки, противозаконные «откаты» и иные прямые доходы от коррупции. Данная категория может также включать незаконное присвоение или прямое хищение государственных активов и денежных средств, в том числе у политических партий и союзов, а также налоговое мошенничество. Более того, в некоторых случаях политический деятель может быть непосредственно замешан в других видах противозаконной деятельности, таких как организованная преступность.

Все лица, занимающие государственные должности, имеют, в той или иной степени, возможности для коррупционной деятельности. Однако те политические деятели, которые имеют значительные полномочия или доступ к государственному имуществу и финансовым средствам, принятию политических решений и осуществлению деятельности (включая присуждение контрактов на государственные закупки, другие государственные расходы, использование государственных ресурсов и контроль над процедурами согласования, включая выдачу лицензий и концессий), могут представлять более высокий риск, нежели другие. Их реальная уязвимость в плане коррупции зависит от степени контроля, который они имеют и осуществляют в иерархической структуре. Такие лица также обладают особым статусом внутри государства благодаря осуществляемым ими исполнительным, законодательным, судебным и административным функциям, а также военным или бюрократическим полномочиям.

Помимо всего прочего, стоит обратить внимание на то, что практически во всех резонансных делах о коррупции выявление и расследование преступной деятельности глав правительств происходило только после смены правительства, утраты доверия к определенным коррупционерам или широкого возмущения общественности после обнародования информации о совершенных преступлениях. Пока политические деятели находились у власти, у национальных правоохранительных органов не было реальных возможностей для расследования финансовых преступлений таких деятелей.

Ряд факторов могут обуславливать повышенный риск коррупции в сфере заключения оборонных контрактов. Во-первых, процесс проведения тендеров может быть менее прозрачным по причине того, что предмет закупок или работ связан с вопросами национальной безопасности и поэтому защищен законодательными и нормативными требованиями, кающимися секретности и конфиденциальности. Во-вторых, сам характер законной деятельности по заключению контрактов на оборонные нужды обуславливает очень специальные требования. В отличие от общедоступных товаров и услуг в других секторах, от предприятий оборонной промышленности часто требуется производство или оказание узкоспециализированной продукции, систем или услуг. Это, в свою очередь, может привести к ограниченным мерам контроля над порядком заключения контрактов и необходимости вносить изменения в спецификации, технических условиях в течение срока действия контракта, а также лишает следователей возможности установить, была ли цена контракта завышена или нет. Каждый из перечисленных факторов может увеличить риск коррупции при осуществлении закупок.

Сектор здравоохранения является привлекательной сферой для коррупционеров, поскольку объем мирового фармацевтического рынка оценивается в 750 миллиардов долларов США.17 Коррупция в фармацевтическом секторе и секторе медицинского оборудования может иметь место на всех этапах организационно-коммерческой деятельности, начиная от научных исследований и разработок, и заканчивая реализацией и рекламой. Большое количество этапов производства и реализации медицинской продукции может предоставлять широкие возможности для коррупционной деятельности.

Среди других факторов, могущих повысить риск коррупции в фармацевтическом секторе и секторе медицинского оборудования можно отметить тот факт, что во многих странах, в том числе и в Российской Федерации, учреждения здравоохранения являются государственными учреждениями, и их руководители могут считаться государственными чиновниками. Кроме того, многие продукты, заказываемые здравоохранительными учреждениями в рамках контрактов, могут быть узкоспециальными, вследствие чего (как и в случае с закупками на оборонные нужды) при их закупке используются нестандартные процедуры. Таким образом, сфера здравоохранения является еще одной областью, в которой подотчетные учреждения могут реализовать конкретные специальные меры контроля для противодействия отмывания доходов от коррупции.