Невменяемость. 3

Содержание.

Введение

Справедливее помиловать десять виновных, чем казнить одного невиновного.

Плевако Ф.Н.

Нормы уголовного права действуют на всех граждан, которые попали в поле их действия. Они распространяются на каждое физическое вменяемое лицо, которое достигло возраста уголовной ответственности.

Так же уголовный закон действует по принципу индивидуализации наказания, т.е. наказание, применяемое к лицу, должно соответствовать степени и характеру общественной опасности преступления, личности виновного и обстоятельствам, при которых было совершено данное преступление.

К сожалению, в наши дни увеличивается количество лиц с психическими расстройствами, которые совершают противоправные действия.

О том, что наше уголовное законодательство основано на принципе гуманизма, свидетельствует существование в уголовном законе правовой нормы о невменяемости, а с 1997 года - и нормы об ограниченной вменяемости.

Такие категории в уголовном праве как вменяемость, ограниченной вменяемости и невменяемости тесно взаимосвязаны с психологией и судебной психиатрией. При решении проблем, связанных с определением вменяемости и невменяемости не обойтись без участия специалиста.

В уголовном праве в основе понятия « вменяемость » находится определенный нормами уголовного закона уровень воли личности преступника, т. е. свободно принятое решение лица совершить преступление. Свобода воли лица во время совершения общественно опасного деяния, которое предусмотрено уголовным кодексом РФ показывает способность этого лица быть виновным, т.е. быть вменяемым.

Тема курсовой работы актуальна в наше время, ведь без анализа понятий вменяемости и невменяемости не будет в полной мере осуществляться принцип гуманизма и индивидуализации наказания.

Задачи, которые были поставлены при написании данной работы:

1. Изучить общие характеристики и особенности проблематики вменяемости и невменяемости в уголовном праве РФ.
2. Проанализировать изученный материал, рассмотреть данную проблематику с нескольких позиций.

Целью данной работы будет являться систематизация знаний по данной теме.

1. Невменяемость.

1.1 Понятие невменяемости и ее сущность.

Понятие невменяемости есть производным от понятия вменяемости1, так как оно выступает как его антипод. Лицо, которое находится в состоянии невменяемости, не подлежит уголовной ответственности и наказанию за совершенное общественно опасное действие, поскольку она не является субъектом преступления.

В статье 21 УК РФ2 дается законодательное определение понятия невменяемости, из которого вытекает, что неподсудной признается такое лицо, которое во время совершения общественно опасного действия, предусмотренное УК, "не могла сознавать свои действия (бездеятельность) или руководить ими вследствие хронического психического заболевания, временного разлада психической деятельности, слабоумия или другого болезненного состояния психики".

Приведенную в законе совокупность признаков, которые характеризуют невменяемость, называют формулой невменяемости. Причем к этой формуле включенные как медицинские, так и юридические признаки (критерии). В науке криминального права такая формула достала название смешанной формулы невменяемости. Соединив в этой формуле медицинский и юридический признаки, законодатель таким образом ввел понятие невменяемости в четкие, сурово очерченные законом рамки. Закрепленные в законе признака есть одинаково обязательными как для экспертов, так и для юристов при решении вопроса о невменяемости конкретного лица.

Согласно ст. 21 невменяемость (как, кстати, и вменяемость) определяется только относительно времени совершения лицом общественно опасного действия и только в связи с ним. Недопустимо за пределами такого действия ставить вопросы о невменяемости или вменяемости лица.

1.2 Критерии невменяемости.

В УК понятие невменяемости трактуется с помощью двух критериев3: медицинского (биологического) и юридического (психологического).

Медицинский критерий очерчивает все возможные психические заболевания, которые существенным образом влияют на сознание и волю человека. Существует четыре вида психических заболеваний: а) хроническая психическая болезнь; б) временный разлад психической деятельности; в) слабоумие; г) другое болезненное состояние психики.

Хроническая психическая болезнь - довольно распространенный вид заболевания психики. К этим заболеваниям принадлежат: шизофрения, эпилепсия, паранойя, прогрессивный паралич, маниакально-депрессивный психоз и др. Все эти болезни являются прогрессирующими, трудноизлечимыми или вообще неизлечимыми. Хотя и при этих заболеваниях возможные так называемые светлые промежутки.

Временным разладом психической деятельности признается острое, непродолжительное психическое заболевание, которое происходит в виде нападений. Это заболевание внезапно возникает (часто как следствие тяжелых душевных травм) и при благоприятных обстоятельствах внезапно минует. К таким заболеваниям принадлежат разного рода патологические аффекты, алкогольные психозы, белая горячка и др.

Слабоумие (олигофрения) - тягчайшее психическое заболевание (психическое увечье). Оно является постоянным, прирожденным видом нарушения психики, которая поражает умственные способности человека. Существуют три формы слабоумия: идиотия (наиболее глубокая степень умственного недоразвития), имбицильность (менее глубокий), дебильность (легчайший форма). Таким образом, эти заболевания различаются между собой разной тяжестью выражения болезни.

Под другим болезненным состоянием психики понимают такие болезненные разлады психики, которая их не охватывают раньше названные три вида психических заболеваний. К ним принадлежат трудные формы психостении, явления абстиненции при наркомании (наркотическое голодание) и др. Это не психические заболевания в чистом виде, но за своими психопатическими нарушениями они могут быть приравнены к ним.

Для наличия медицинского критерия невменяемости довольно установить, что на время совершения общественно опасного действия лицо страдало хотя бы на одно из указанных заболеваний. Другие возможные психические состояния, которые отрицательно влияют на поведение лица, например физиологический аффект, не исключают вменяемости. В определенных случаях они могут рассматриваться лишь как обстоятельства, которые смягчают ответственность (например, состояние сильного душевного волнения при умышленном убийстве - ст. 116).

Установление медицинского критерия еще не дает оснований для вывода о невменяемости лица на время совершения общественно опасного действия, предусмотренное криминальным законом. Наличие медицинского критерия является лишь основанием для установления критерия юридического, который окончательно определяет состояние невменяемости.

Юридический критерий невменяемости выражается в неспособности лица во время совершения общественно опасного действия сознавать свои действия (бездеятельность) или руководить ими именно вследствие наличия психического заболевания, т.е. критерия медицинского.

Юридический критерий невменяемости выражен двумя признаками: 1) интеллектуальной - лицо не могло сознавать свои действия (бездеятельность); 2) волевой - лицо не могло руководить ими. Под "своими действиями" (бездеятельностью) имеют на внимании не любое поведение психически больного, а только те его общественно опасные действия (бездеятельность), что предусмотренные определенной статьей УК.

Интеллектуальный признак критерия невменяемости находит свое проявление, во-первых, в том, что лицо не способно сознавать фактическую сторону, т.е. не понимает настоящего содержания своего поведения (не понимает, что совершает убийство, производит поджог дома и др.), а потому не может понимать и его общественную опасность. Так, душевнобольной иметь во время купания своего малолетнего ребенка вводила ей в тело обычные швейные иглы, думая, что таким образом она вылечит ее от тяжелого недуга. В конце концов это привело к смерти ребенка, а в ее теле было найдено свыше сорока игл.

Во-вторых, интеллектуальный признак находит свое проявление еще и в том, что лицо не способно сознавать того, что ее действие имеет общественно опасный характер. В ряде случаев это не исключает того, что лицо при этом понимает фактическую сторону своего поведения. Так, больной, который страдает на олигофрению, произвел поджог в вечернее время сарай соседа для того, чтобы просветить улицу, где развлекалась молодежь. Здесь он понимал фактическую сторону своих действий, однако вследствие психического заболевания не сознавал их общественной опасности.

Волевой признак критерия невменяемости свидетельствует о такой степени разрушения психической болезнью волевой сферы человека, когда она не может руководить своими действиями (бездеятельностью).

Известно, что волевая сфера человека всегда органически связана со сферой сознания. Поэтому во всех случаях, когда лицо не сознает своих действий (бездеятельности), она не может и руководить ими.

Однако возможные и другие ситуации, когда лицо сознает фактическую сторону своего действия, может сознавать общественную опасность своих действий и их следствий, тем не менее не может руководить своим поведением. Такое состояние наблюдается у клептоманов, наркоманов в состоянии абстиненции и др. Эти больные могут целиком сохранять способность сознавать фактическую сторону действия, которое совершается, и даже понимать его общественную опасность, однако они теряют способность руководить своими поступками. Указанные особенности интеллектуального и волевого признаков обусловили то, что в уголовном законе они разделены между собой союзом "или". Таким образом законодатель подчеркнул не только их относительную самостоятельность, но, главное, он закрепил их равное значение при определении невменяемости лица.

Итак, юридический критерий содержит в себе признака, которые определяют тяжесть заболевания, глубину впечатления психики, степень влияния психического заболевания на способность сознавать характер совершенного действия, его следствия и руководить своими поступками. Это свидетельствует о неразрывной связи медицинского и юридического критериев, что и обусловило необходимость закрепить смешанную формулу невменяемости.

В литературе отмечается, что юридический критерий невменяемости играет двойную роль: 1) определяет настоящее содержание невменяемости, так как только он разрешает определить, или сознавало лицо в момент совершения общественно опасного действия свои действия (бездеятельность) и или могла она в этот момент руководить ими; 2) устанавливает границе действия медицинских критериев и таким образом проводит границу между вменяемостью и невменяемостью.

Итак, лицо может быть признано неподсудной только тогда, когда установленная одна из признаков юридического критерия на основании хотя бы одной из признаков медицинского критерия.

4. Согласно  закону лицо, которое признано  неподсудным, не подлежит уголовной  ответственности независимо от  тяжести содеянного ею общественно  опасного действия. К такому лицу, могут быть применены меры  принуждения медицинского характера, предусмотренные ст. 994. Такие мероприятия не являются криминальным наказанием, однако, в отличие от обычного психиатрического лечения, являются принудительными и направленные как на лечение больного, так и на охрану общества и государства от возможного повторения им новых общественно опасных действий.

5. Как  уже было сказано, невменяемость  лица характеризует ее психическое  состояние на время совершения  общественно опасного действия, предусмотренное криминальным законом.

Однако на практике имеют место случаи, когда лицо во время совершения преступления было вменяемым, но после его совершения к постановлению приговора заболело психической болезнью, которая лишает его возможности сознавать свои действия (бездеятельность) или руководить ими.

Применение наказания к такому лицу, во-первых, противоречило бы принципу гуманизма, а во-вторых, не могло бы обеспечить достижения цели наказания.

Согласно закону к такому лицу по решению суда могут быть применены меры принуждения медицинского характера, а после выздоровления она (в отличие от лица, признанного неподсудной) может подлежать наказанию на общих началах (ст. 975).

2. Критерии невменяемости.

2.1 Медицинский критерий  невменяемости.

Уголовный кодекс РФ в действующей редакции сохранил формулировку медицинского критерия невменяемости, состоящего из четырех видов психических расстройств: хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия, иного болезненного состояния психики. Указывая на четыре группы психических расстройств, законодатель, очевидно, имел намерение показать, что степень и характер психических расстройств могут быть различными.

Вместе с тем едва ли данную формулировку медицинского критерия невменяемости можно назвать удачной. По нашему мнению, дифференциация психических расстройств по группам не способствует ни совершенствованию нормы уголовного закона, ни созданию для экспертов каких-либо чётких критериев при определении медицинского критерия невменяемости. В литературе уже были высказаны взгляды о том, что перечень всех видов расстройств в ст. 21 УК РФ является "архитектурным излишеством", и о том, что "в ст. 20, 21 и 22 УК следует использовать единый термин "психическое расстройство".

Разделение психических расстройств на четыре группы излишне, необходимости в этом нет. Действующее законодательство (к примеру. Закон РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании"6. Гражданский кодекс РФ) содержит понятие "психическое расстройство", не разделяя его на группы.

Полагаем, что следует согласиться с предложением С.И. Шишкова, изложенном в его последних работах, посвященных проблемам невменяемости, о введении в текст уголовного закона формулировки "психическое расстройство" взамен существующего перечня7.

Есть предложение о выделении следующих "двух признаков медицинского критерия невменяемости: 1) слабоумие (врожденное или приобретенное) и 2) болезненное состояние психики". В качестве обоснования данного предложения называется достаточность данных признаков для обобщающего понимания сути психиатрической оценки всего ряда заболеваний. Под первым признаком понимаются любые случаи состояний "стойкого и глубокого снижения психической деятельности, сопровождающихся поражением интеллектуальной сферы", а под вторым признаком - психоз как "любое болезненное состояние психики, при котором психическая деятельность больного отличается полным несоответствием окружающей действительности, либо отражение реальности грубо искажено". Полагаем, что и такое выделение обобщающих признаков медицинского критерия не будет способствовать выделению четких клинических критериев отграничения их друг от друга, оно выглядит также условно и излишне, как существующие сегодня в уголовном законе признаки расстройств. Строго говоря, для принятия решения о невменяемости вообще не имеет значение, к какому типу относится психическое расстройство лица - к хроническому, временному, слабоумию, либо иному болезненному состоянию психики.

Неправильным было бы изложение медицинского критерия невменяемости по аналогии с нормой ст.22 Уголовного кодекса, в которой в настоящее время содержится термин "психические расстройства, не исключающие вменяемости". Тогда в смысле ст.21 УК РФ рассматриваемый критерий назывался бы так: "психические расстройства, исключающие вменяемости". Однако, психические расстройства не могут сами по себе исключать вменяемость. Последняя может исключаться лишь при совокупности и медицинского, и юридического критериев8.

Изучение показало, что взгляды одних и тех же авторов, взятых в динамике, бывают прямо противоположными. К примеру, Г.В. Назаренко своё дипломное исследование посвятил обоснованию необходимости исключения перечня различных форм психических расстройств в медицинском критерии невменяемости с изложением доводов в пользу этого9. Однако им же позже отстаивается противоположная точка зрения о том, что "...упрощение медицинского критерия способно на практике привести к отрицательным результатам. Стирание границ между хроническими, временными и иными расстройствами психики дает возможность экскульпировать более широкий круг лиц за счёт недифференцированного подхода к расстройствам психической деятельности в экспертной практике. Кроме того, отсутствие чётких медицинских критериев, которые могут служить ориентирами для судебной практики, лишает суд возможности дать квалифицированную оценку экспертному заключению и вынести обоснованное определение о невменяемости"10.

Вместе с тем, результаты анкетирования практических работников по этому вопросу не позволили выявить чёткую позицию правоприменителя -серьёзного перевеса не получила ни та, ни противоположная позиция. При этом, немногим более половины прокурорских работников - 53,2% - полагают необходимым использовать термин "психическое расстройство"; среди работников психиатрических учреждений сторонников такого решения вопроса меньшинство - их 44,1% от общего количества опрошенных.

Кроме этого, считаем, что и само отнесение психической болезни к тому или иному виду достаточно условно. Оно может интересовать экспертов для обрисовки клинической характеристики заболевания, но для юристов совершенно не играет никакой роли. "Распределение" болезней по указанным в ст.21 УК РФ видам психических расстройств (хроническое, временное, слабоумие, иное) абсолютно не влияет на решение вопроса о признании лица невменяемым, и такое разделение представляется лишенным смысловой нагрузки.

Несомненно, в определении медицинского критерия невменяемости обязательно должен подразумеваться болезненный характер расстройства психики, так как только они могут образовывать медицинский критерий невменяемости. Все неболезненные расстройства психики (ими Ю.С. Богомягков называет глубокую степень физиологического опьянения, психофизическое недоразвитие несовершеннолетних, физиологический аффект, состояние нервно-психических перегрузок, возникающих в ситуации "человек-машина", глухонемота и другие физическое недостатки и некоторые другие состояния, если они не повлекли патологических изменений в психике11) не могут быть отнесены к медицинскому критерию невменяемости, однако обязательно должны быть учтены при назначении наказания. С.Н. Шишков, подчеркивая болезненный характер расстройства психики, в своих более ранних работах о невменяемости предлагал в качестве наименования медицинского критерия невменяемости использовать термины "психическая болезнь или иное болезненное состояние"12. Как указывалось, свое мнение об этом высказывал ещё В.Х. Кандинский, утверждая, что "неболезненные расстройства душевной деятельности не должны у нас исключать вменяемость, исключают ее только душевные расстройства болезненные"13.

По мнению авторов, "медицинский критерий устанавливается судебно-психиатрической экспертизой". Так как этим занимаются психиатры, то и критерий должен называться психиатрическим14. Однако полагаем, что в данном вопросе как раз важна суть данного критерия, а не его название.

Поскольку наличие одного из предусмотренных уголовным законом психических заболеваний является лишь одной стороной невменяемости, отражающей лишь один из критериев невменяемости - медицинский, лицо может быть признано вменяемым и при наличии психического расстройства, если при этом оно не утратило способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Следовательно, медицинский критерий вменяемости, помимо полного психического здоровья, могут дополнять также и хроническое психическое расстройство, и временное психическое расстройство, и слабоумие, и любое иное болезненное состояние психики. На это прямо указывает B.C. Трахтеров, отмечая, что вменяемость может присутствовать при наличии любого из видов психических расстройств, перечисленных в законе15.

В связи с этим, налицо антиномия, состоящая в том, что медицинский критерий в его нынешнем понимании и может, и не может быть признаком, отличающим вменяемость от невменяемости, что представляется некоторым авторам как нарушение положений формальной логики16. Поэтому, отграничение невменяемости от вменяемости по медицинскому критерию не всегда бывает возможным. Процесс отграничения данных категорий всегда должен опираться на рассмотрение каждого из критериев.

По этой же причине нельзя признать обоснованной точку зрения, высказанную Д.В. Сирожидиновым. Последний автор предлагает считать в качестве медицинского критерия ограниченной вменяемости психические аномалии, не достигшие психотического уровня. Отличие же медицинского критерия ограниченной вменяемости и медицинского критерия невменяемости, по его мнению, должно заключаться в том, что "в первом случае характер психического заболевания полностью исключает у такого лица возможность самоконтроля при совершении общественно опасного деяния, тогда как во втором случае такая возможность самоконтроля все же остается ввиду недостижения заболеванием психотического уровня, а, следовательно, ответ на вопрос о вменяемости субъекта является предрешенным, т.е. уголовно-правовая оценка его действий (бездействия) должна быть дана как вменяемому лицу"17.

С точки зрения автор, считая решение вопроса о вменяемости-невменяемости предрешенным характером психического заболевания, неправомерно ставит решение данного вопроса в зависимость только от психического заболевания, по характеру которого можно судить либо о вменяемости (ограниченной вменяемости), либо о невменяемости. Как было обосновано выше, медицинский критерий не всегда может служить четким мерилом невменяемости.

Относительно медицинского критерия невменяемости имеется мнение, что "...формулировка медицинского критерия невменяемости не может быть признана успешной, поскольку отнесение психической болезни к тому или иному признаку медицинского критерия в ряде случаев достаточно условно"18. Предложение автора в данном вопросе сводится к тому, чтобы признаки медицинского критерия невменяемости и ограниченной вменяемости были бы идентичными по форме, отличаясь по содержанию19.

Автор предлагает в качестве медицинского критерия ограниченной вменяемости считать неболезненные психические расстройства и легкие, либо умеренные формы слабоумия. Заметим, что и те, и другие все же являются психическими расстройствами. По-видимому, автор это имеет в виду, отмечая необходимость идентичности медицинских критериев ограниченной вменяемости и невменяемости. Данное положение оспаривает В.А. Якушин, называя в качестве медицинского критерия ограниченной вменяемости не только психические расстройства, но и "физиологический дефект или иные существенные обстоятельства, влияющие на нормальное протекание интеллектуальных и волевых процессов личности, ... не исключающие вменяемость", причем предлагает именно их, а не установленный юридический факт - ограниченную вменяемость - учитывать при назначении наказания20. Несогласие с мнением последнего автора аргументировалось при изложении вопросов ограниченной вменяемости.

2.2 Юридический (психологический) критерий невменяемости.

Отмечая важность юридического критерия невменяемости, Н.С. Таганцев писал, что "только благодаря этому критерию на суде может установиться взаимное понимание врачей и юристов"21.

В.П. Сербский указывал, что "душевное расстройство имеет значение для судьи не как болезнь, а как явление, исключающее ответственность. Не потому человек становится невменяемым, что он болен, а потому, что болезнь лишает его свободы суждения и свободы выбора того или другого образа действия".

Психологами верно отмечается ошибочность подхода, согласно которому решающая роль в определении невменяемости отводится медицинскому критерию по схеме "диагноз - вывод о вменяемости-невменяемости"22. Как правило, при этом минуется рассмотрение психологического критерия. Полагаем, что вполне обоснованы опасения в том, что выявленной медицинской симптоматики (которая, зачастую проводится на день обследования, а не ретроспективно) недостаточно, чтобы судить о вменяемости - невменяемости на момент деяния.

Говоря о недостатках проведения судебной экспертизы, О.Д. Ситковская отмечает, что все заключения экспертов схематичны, что свидетельствует о том, что методика проведения экспертиз отработана и достаточно однообразна. Типичная схема заключения включает в себя анамнез, неврологический и психический статус подэкспертного, перечень некоторых черт его характера, оценку уровня интеллекта и исходит преимущественно из наблюдения при контакте. Основное внимание уделяется обоснованию наличия или отсутствия психического заболевания, а не оценке способности сознавать фактическую сторону и социальную значимость своих действий и руководить ими в конкретной ситуации23. С данной критикой, свидетельствующей о недостатках в проведении экспертизы психического состояния лица, совершившего общественно опасное деяние, автор настоящего исследования, как практикующий следователь, имеющий опыт назначения подобных экспертиз по уголовным делам, вполне согласен. Следует отметить, что само проведение экспертизы занимает, как правило, не более десятка минут, и состоит в ответах подэкспертного на поставленные экспертами вопросы. Конечно, на вооружении экспертов имеется (по крайней мере, должна иметься, иначе возникает вопрос о допустимости данного впоследствии заключения экспертизы как доказательства в уголовном процессе) полная медицинская документация, характеризующий материал на исследуемое лицо и необходимые для проведения экспертизы материалы дела. Однако исходя из данной методики сомнительно, что за этот непродолжительный период времени вообще возможно изучить психическое состояние лица в конкретный момент прошлого, которое иногда отдалено от времени проведения экспертизы на месяцы и даже годы.

К недостаткам предварительного следствия следует отнести то, что следователи зачастую в отношении обвиняемых назначают проведение судебных психиатрических экспертиз, полагая, что для исследования вменяемости субъекта вполне достаточно знаний психиатров. В результате исследования лиц проводятся не всегда полно, а заключения таких экспертиз акцентируют внимание на установление наличия или отсутствия психической болезни, что явно недостаточно24.

Выход из данной ситуации видится в необходимости применения психологических знаний при определении невменяемости, которые особенно нужны при определении психологического критерия невменяемости.

С учётом изложенного, вполне справедливо отмечается: "Не медицинская дихотомия - норма-патология, а психологическая - способность-неспособность к осознанно-волевому поведению в конкретном случае играет решающую роль в содержательной характеристике вменяемости-невменяемости"25.

Согласно материалам дела, С. совершил общественно опасные деяния, запрещенные уголовным законом и содержащие признаки преступлений, предусмотренных ст. 105 ч. 2 п. "а" УК РФ, - убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам; ст. 105 ч. 2 п. п. "а", "в", "к" УК РФ - умышленное причинение смерти двум и более лицам, заведомо находившимся в беспомощном состоянии, с целью скрыть другое преступление; ст. 158 ч. 2 п. "в" УК РФ - кражу чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину, при обстоятельствах, указанных в постановлении.

По заключению стационарной судебной психиатрической экспертизы, проведенной в ГНЦССП имени профессора Сербского 19 июня 2006 года, С. после совершения преступлений обнаруживает признаки временного психического расстройства в форме "депрессивного эпизода средней степени" и по своему психическому состоянию в настоящее время не может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими и нуждается в направлении на принудительное лечение в психиатрический стационар специализированного типа до выхода из указанного болезненного состояния с последующим направлением на экспертизу для решения диагностических и экспертных вопросов. С учетом заключения экспертов судом вынесено указанное выше постановление.

Ст. 21 УК РФ установлено, что не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости.

Суд обоснованно, со ссылкой на заключение судебно-психиатрической экспертизы, признал, что С. в настоящее время обнаруживает признаки временного психического расстройства в форме "депрессивного эпизода средней степени" и по своему психическому состоянию не может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими и нуждается в направлении на принудительное лечение в психиатрический стационар специализированного типа до выхода из указанного болезненного состояния с последующим направлением на экспертизу для решения диагностических и экспертных вопросов.