СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

…Во всех социальных вопросах главный

      фактор  – хотят ли этого  люди.

                                                П.А.Кропоткин. 

     Утопический социализм – это совокупность тех учений, которые выразили (правда еще в незрелой форме) идею о желательности  и возможности установления такого общественного строя, где не будет эксплуатации человека человеком и иных форм социального неравенства и угнетения.

Первые  проблески утопического социализма в Европе развиты вождем Крестьянской войны в Германии  в ХУ1 в. Томасом Мюнцером и продолжены Т.Мором, Т.Кампанеллой, Ж.Мелье, Г.Мабли, Морелли и т.д. Но в своей даже наиболее развитой классической форме западноевропейский утопический социализм – и в этом заключается его коренное отличие от научного коммунизма Марска-Энгельса – так и не смог обосновать закономерность движения общества к новому, подлинно справедливому строю.

Знакомясь с отечественными социалистами-утопистами бросается в глаза тот факт, что историчски они выступили  существенно позже западных социалистов, учения которых явились идейным  истоком социалистических теорий в России. Важнейшей чертой утопического социализма в России конца 40-х годов 19-го века является попытка “навести мосты” [14, с. 31], по образному выражению А.И.Герцена. Деятельность Н.Г.Чернышевского, Н.П.Огарева, Н.А.Добролюбова и А.И.Герцена послужила мощным импульсом для теоретических поисков и революционных начинаний всех других революционеров-социалистов.

      Но  подлинный размах революционной  борьбе, новые стимулы к поискам  в теории, в разработке социалистического  идеала и путей его осуществления в России придали со времени первой  революционной ситуации десятки их талантливых учеников, соратников и последователей. В строй бойцов за народную свободу встают такие блестящие публицисты, как Н.В.Шелгунов, Д.И.Писарев, М.Л.Михайлов, Г.Е Благовестов, такие деятели революционного подполья, как П.Г.Заичевский, А.А.Слепцов, Н.И.Утин,В.А.Обручев. В эти же годы, бежав из сибирской ссылки, вернулся к политической деятельности М.А.Бакунин., вошли в революционное движение П.Л.Лавров, В.В Берви-Флеровский, Н.В.Соколов, сформироовались революционные и социалистические убеждения К.С.Калиновского, И.А.Худякова, П.Н.Ткачева, В.А.Зайцева, П.А.Кропоткина и др.

      Данная  курсовая работа посвящена жизни и деятельности великого человека, ученого и революционера, внесшего значительный вклад в развитие мировой общественной мысли (исторической, философской), в развитие страны вообще и не только России; человека, сочетающего в себе черты мягкого, доброго, сочувствующего, действительно гуманиста и жесткие, своевольные черты собственно революционера – анархиста, создателя теории анархизма. Имя этого человека – Петр Алексеевич Кропоткин.

          Личность Петра Алексеевича Крапоткина  является объектом данного исследования.

      Предметом данной курсовой работы являются воззрения ученого.

     Его работы не слишком известны ныне в  Европе, да и в России ими мало кто интересуется, а программа  обучения философии знакомит скорее с такими личностями, как Фрейд, Прудон, Ницше и другие, а в истории  и вовсе, разве что при изучении движения анархизма в начале ХХ века вскользь упомянуто имя Кропоткина как теоретика вышеназванного течения.

     Можно смело утверждать, что труды этого человека, да и сама его непростая жизнь, заслуживают более пристального внимания. Очень интересны его работы, несущие в первую очередь проблемы нравственности, этики, это необычное сочетание человека – анархиста (представляющегося обычно жестоким тираном, идущим к цели с помощью террора) и человека, в ком сильно развито чувство эмпатии. Этот человек, столько сделавший для развития науки, философии, истории в России, вынужден был скитаться больше половины своей жизни по далеким странам, потому что блестящей карьере,открывавшейся перед ним, он предпочел революционную деятельность.

Глава 1. П. А. КРОПОТКИН − ЧЕЛОВЕК И УЧЕНЫЙ

           1.1 Важнейшие биографические данные

     Петр  Алексеевич Кропоткин был единственным из крупнейших идеологов русского утопического социализма, которому довелось увидеть зарю новой жизни в молодой Советской  России. Хотя он и был анархистом, противником марксистского учения, Кропоткин приветствовал   и стремился помогать новой, рабоче-крестьянской власти.

      П. А. Кропоткин родился  27 ноября (9 декабря) 1842 г. в Москве. Он происходил из старинного княжеского рода, который, по преданию, вел свою историю от Рюриковичей. По линии матери он был внуком героя войны 1812 г. генерала Сулимы, потомка вольнолюбивых запорожских казаков. Отец Кропоткина, Алексей Петрович, - генерал майор в отставке, дворянин, владел имениями в трех губерниях и более чем тысячью крепостных. Мать, Екатерина Николаевна, умерла, когда мальчику было три с половиной года. 

      Два мира формировали характер Петра: с  одной стороны - мир людей труда, крепостных, с другой - мир господ, дворян. Ребенок вырос в семье  отнюдь не самого жестокого крепостника. Но и то, что довелось ему увидеть и пережить, оставило неизгладимый след в душе на всю жизнь. В "Записках революционера" воспроизводится вынесенная из детства щемящая сцена реакции мальчика на униженное состояние крепостного, который подвергся физическому наказанию по приказу отца. Движимый чувством сострадания к подневольному человеку, ребенок бросился к дворовому, чтобы поцеловать его руку. Но тот отстранил мальчика со словами: "...Небось, когда вырастешь, и ты такой же будешь?". И ребенок произнес в ответ, словно клятву: "Нет, нет, никогда!".

      Может быть, уже тогда  в душу маленького человека были брошены  давшие позже обильные всходы зёрна протеста против произвола, унижения человеческого достоинства.

      На  воспитании мальчика сказывалось не только общение с людьми труда. Его личность формировали и демократически настроенные домашние учителя, одним из которых был студент Московского университета Н. П. Смирнов. Заметное влияние на развитие Петра Кропоткина оказал старший брат Александр, с которым его связывали большая дружба и духовная близость.

      На  костюмированном балу в Москве на семилетнего Петра Кропоткина обратил  внимание царь Николай 1. По  личному  желанию царя  был принят в  Пажеский корпус  в Петербурге. Пажеский корпус - это самое привилегированное  учебное заведение в России, где были хорошие преподаватели. Но несмотря на закрытый характер учебного заведения, антикрепостнические настроения проникали и в его стены. Сочинения А. И. Герцена, Н. А. Добролюбова, Н. Г. Чернышевского, которые были для Петра и его брата непререкаемыми авторитетами, формировали у них и у всей молодежи критическое отношение к действительности. Перед П. Кропоткиным открывалась блестящая карьера, тем более что его, как первого ученика выпускного класса, приблизил к себе Александр II (Петр стал личным камер-пажем императора). Ходить за императором на выходах Кропоткину не нравилось, ему хотелось заниматься наукой, литературой, служить человечеству. Еще до реформы 1861 года П.А.Кропоткин понял, что освобождение крестьян должно быть дополнено устранением самодержавия. Однако, допуская, что “Быть может, нельзя иначе переменить правительство как силою народа”, продолжал наивно считать, “что можно, ведя дело постепенно, самому” царю “ограничить свою власть” [10, с. 88]. Круг его интересов уже тогда был весьма широк и разнообразен, хотя первоначально и достаточно хаотичен - философия и этика, литература и искусство, социология и политэкономия, естественные науки и знакомство с запрещенной литературой (статьями журналов "Колокол", "Полярная звезда", работами Н.Г.Чернышевского, Н.В.Шелгунова и др.) и в нем загорает желание отдать все силы и талант делу борьбы с существующим общественным злом - делу, которое не сулило лично для него ничего, кроме невзгод и лишений, поскольку этим выбором он ставил себя в конфронтацию с власть предержащими. Царский Манифест 19 февраля 1861 г. породил у многих либеральные надежды. Кропоткин поразил петербургский высший свет и самого императора неординарностью своего выбора – принимает решение  уехать из Петербурга в Сибирь,  в Амурское казачье войско, несмотря на желание отца видеть его гвардейским офицером.

      Будучи  на службе под началом либерального генерала Б.К.Кугеля, имевшего полную коллекцию  революционных изданий А.И Герцена, Кропоткин серьезно изучил социалистичекую литературу. Физически крепкий, сероглазый, с высоким лбом, каштановыми волосами и правильными чертами лица, молодой офицер расположил к себе окружающих умом, веселостью, добротой и огромной энергией. В Сибири (Иркутск, Чита) он готовит проекты  реформ местного самоуправления,  работает в двух комиссиях - по подготовке проекта реформ тюрем и систем ссылки и по составлению проекта городского самоуправления. Поездки, заседания, изучение литературы для обоснования реформ поглощали все время. Молодой офицер занимался расследованием дел, связанных со злоупотреблением властью должностными лицами, принимал участие в вершении судеб конкретных людей. Но реформаторский потенциал "верхов" скоро ослабел, это остро чувствовалось на местах. Таяли надежды на возможность реформистского способа решения назревших общественных проблем.

      Кропоткин пишет корреспонденции в петербургские  и московские газеты, изучает геологию и этнографию, много путешествует. Но его проекты в Петербурге кладут под сукно, к тому же он постепенно приходит к выводу, что “не менее утопичным становится толчение воды в виде службы” [4, с. 261]., в чем все более его убеждают картины окружающей его нищеты и эксплуатации трудящегося населения Сибири.

      1.2 П.А.Кропоткин – ученый

     В Сибири произошло становление П. А. Кропоткина как путешественника, исследователя природы, натуралиста. Первой пробой сил, испытанием воли было его участие в трудном и опасном сплаве барж по Амуру с целью оказания продовольственной помощи местному населению. Затем молодой ученый получил предложение отправиться в экспедицию в Северную Маньчжурию для разведки кратчайшей дороги к плодородным долинам Амура и самой реке.

     Результатом этой первой научной экспедиции стали  открытие новой вулканической области, нагорья на Большом Хингане, дороги через него и описание прямого пути на Амур. Летом 1865 г. Кропоткин организовал экспедицию с целью определения масштабов ледниковых отложений в Иркутской губернии. В следующем году была осуществлена крайне трудная, но очень результативная в плане научной и практической значимости Олекминско - Витимская экспедиция, за которую Русское географическое общество присудило 22-летнему исследователю золотую медаль. В ходе этой экспедиции П. А.Кропоткиным были завершены трехлетние геологические наблюдения, обнаружены следы ледников на Патомском нагорье, получены данные о том, что Сибирь от Урала до Тихого океана - не равнина, как изображали на карте, а громадное плоскогорье. Из своих экспедиций и путешествий П. А. Кропоткин стремился извлечь максимальную пользу для развития сибирского края. Он проводил тщательное исследование хозяйственного положения уссурийского казачества, ежегодно страдавшего от недорода, разрабатывал необходимые меры по оказанию ему помощи. Но отданное на откуп безразличным чиновникам практическое осуществление этих мер полностью дискредитировало задуманный план. "И так дело шло всюду, начиная от Зимнего дворца до Уссурийского края и Камчатки",писал позже П. А. Кропоткин. Все это заставило его навсегда расстаться с иллюзией, что с помощью административной машины можно сделать что-то полезное для народа.

     В апреле 1867 г. Кропоткин возвращается в Петербург, где поступает на физико-математический факультет Петербургского университета и одновременно на службу в Статистический комитет министерства внутренних дел, которым руководил крупный ученый-географ и путешественник П.П Семенов-Тян-Шанский. “Занятия в унивеситете и научные труды, - писал он впоследствии, поглотили все мое время в течении пяти следующих лет” [7, с. 214]. Его доклады по итогам сибирских экспедиций получили одобрение Русского географического общества, в члены которого Кропоткин был избран в 1868 г. в 1870 г. он теоретически предсказал существование неизветсного архипелага севернее Новой Земли, который и был открыт два года сустя (Земля Франца-Иосифа). Имя П.А.Кропоткина стало известно в научном мире, он - член Русского географического общества, награжден золотой медалью за отчет об Олекминско - Витимской экспедиции. Авторитет молодого ученого был столь велик, что Российское Географическое общество предложило ему пост генерального секретаря, но Кропоткин отказался.

     Весной 1874 г. он был арестован и посажен в Петропавловскую крепость. Значимость П. А. Кропоткина к тому времени в науке была столь велика, что ему, по личному распоряжению царя, были предоставлены перо и бумага, а значит, возможность работать в тюрьме. Здесь он написал свои знаменитые "Исследования о ледниковом периоде", в которых утвердил ледниковую теорию - одну из важнейших в науках о Земле.

      Условия тюремного заключения, напряженный умственный труд подорвали здоровье Кропоткина. Больного, с признаками цинги, его перевели в тюремный госпиталь, откуда летом 1876 г. с помощью друзей он совершил дерзкий побег.

      Итак, свобода после двух мучительных  лет заключения... Но оставаться вРоссии Кропоткину было нельзя, и он покинул родину на долгие 40 лет.

Глава 2 П. А. КРОПОТКИН − АНАРХИСТ

     2.1 П.А.Кропоткин –  анархист

Я все больше и больше проникался любовью  к рабочим массам, и я решил, я дал себе слово отлать

  свою жизнь на  дело освобождения трудящихся.

                                   П.А.Кропоткин. 

     Многие  молодые люди пришли к выводу, что  одних лишь научных занятий недостаточно для того, чтобы приносить пользу обществу. "Какое право имел я на эти высшие радости, когда вокруг меня гнетущая нищета и мучительная борьба за черствый кусок хлеба? Когда все истраченное мною, чтобы жить в мире высоких душевных движений, неизбежно должно быть вырвано изо рта сеющих пшеницу для других и не имеющих достаточно черного хлеба для своих детей?" - так объяснял Кропоткин свое решение. "Разъедающее противоречие" окружающего мира заставило его отказаться от научной деятельности. Социальная справедливость - вот та цель, за которую он решил бороться.

      В 1867 году Кропоткин принимает решение  о выходе в отставку.  Оно было вызвано не только давней мечтой получить университетское образование, но и известным разочарованием в офицерской службе, особенно после зверской расправы над восставшими ссыльными поляками на Кругобайкальской дороге летом 1866 г. Петр и его брат Александр расстались с военной службой. Ни тот, ни другой не участвовали и не согласились бы участвовать в подавлении восстания.

      Здесь, в Сибири, в 1864 г. Кропоткин впервые  познакомился со взглядами П.Ж. Прудона. Годы пребывания в Сибири не только закалили Кропоткина физически и морально, но и сыграли важную роль в формировании его мировоззрения. "... В Сибири, - писал он, - я утратил всякую веру в государственную дисциплину: я был подготовлен к тому, чтобы сделаться анархистом".

      Летом 1872 г. во время отпуска в Швейцарии он усиленно изучаеит социалистическую литературу и сближается с бакунистами в 1 Интернационале. “Я все больше и больше проникался любовью к рабочим массам, - вспоминал Кропоткин впоследствии, - и я решил, я дал себе слово отдать мою жизнь на дело освобождения трудящихся” [7, с. 254].

      По  возвращении в Петербург он сразу  же вступил в народническую революционную  организацию "чайковцев". Вместе с М. А. Натансоном, Н. В. Чайковским, С. Л. Перовской, С. М. Кравчинским и  др., под именем Бородина, он вел революционную агитацию среди рабочих Петербурга. Два года работы в кружке "чайковцев" окончательно определили судьбу Кропоткина.

      В 1873 г. по заданию “чайковцев” составляет программную записку “Должны ли мы заняться рассмотрением идеала будущего строя?”, в которой впервые наиболее полно излагает свои социалистические взгляды, а также пишет в соавторстве ряд агитационных брошюр: “Где лучше? Сказка о четырех братьях и об их приключениях”, “Емельян Иванович Пугачев или бунт 1773 года”, “Счастливая встреча или Любовь к Родине”.

За Кропоткиным устанавливается постоянная слежка, весной 1874 г. он был арестован и посажен в Петропавловскую крепость.

      После смерти М.А.Бакунина Кропоткин стал наиболее авторитетным теоретиком анархизма. Анархическое общество, в представлении Кропоткина – это ассациация равных, для которых нет надобности ни в какой власти, ни в каком насилии. Свободная кооперация, вольные союзы, основанные на взаимной помощи и солидарности, создатут не только новую жизнь, но жизнь красивую и свободную, где всякая тенденция к однообразию и централизации будет устранена, а а частная инициатива будет поощряема.

      2.2 П.А. Кропоткин и Западная Европа

      В 1876 г. русский революционер снова  уехал в Западную Европу, где прожил до 1917 г. В Россию возвращается после Февральской революции.

      За  границей развернулась революционная  и публицистическая деятельность Кропоткина. Как оратор под фамилией Левашова он выступает на различных анархистских собраниях, участвует в конгрессах анархистского Интернационала, в публичных акциях анархистов. Он принимал активное участие в западноевропейском анархистском движении и стал, подобно Бакунину, не только русским революционером, но и "апостолом" анархии в мировом масштабе Дважды – в 1877 и 1878гг. – ему удается избежать ареста в Бельгии и во Франции. В 1879 г. в Женеве он основывает анархистскую газету “Le Revolte» («Бунтовщик»), рассчитанную на рабочего читателя романских стран. «В сущности я выработал здесь основу всего того, что впоследствии написал» - так характеризовал он сам свои статьи в этой газете [7, с. 386].

      Но  рассказ о жизни Кропоткина в  Швейцарии был бы неполным, если бы не было упомянуто еще об одном важном событии. “Я встретился в Женеве с одной русской женщиной, - писал он Робену 1 января1879 г., - молодой, тихой, доброй. Она меня очень полюбила, и я ее тоже”.

     Так в возрасте 36 лет Кропоткин женился  на Софье Григорьевне. Брак этот был  прочным и счастливым, а в 1887 г. у Кропоткиных родилась дочь. Будучи изгнанным в 1881 г. из Швейцарии за революционную деятельность, Кропоткин с супругой переехал в Тонон, расположенный на французском берегу Женевского озера, откуда продолжал руководить делами федерации

Свыше 40 лет провел Кропоткин в изгнании, продолжая исследовательскую, общественную и революционную деятельность.

     Созданная после казни Александра 11 русская монархическая  террористическая организация “Священная дружина”, имевшая заграничную агентуру, - вынесла Кропоткину смертный приговор, котрый не был приведен в исполнение только потому, что Кропоткин , заранее предупрежденный, известил об этом газеты. Не оставляло его без внимания и французское правительство. В конце 1882 г. группы анархистов с целью обострения политической обстановки произвели в Лионе несколько взрывов. Власти Франции и Швейцарии усилили репрессии против лидеров анархистского движения, в том числе и Кропоткина, непричастного к этим акциям. 22 декабря 1882 г. его арестовали, и на процессе 1883 г. в Лионе он был осужден на пять лет и заключен в тюрьму в Клерво. В защиту Кропоткина выступили прогрессивные деятели: философ Г. Спенсер, поэт А Суинберн, писатель В. Гюго и др., подписавшие петицию о его освобождении. Лишь после трех лет заключения, в январе 1886-г., Кропоткин был освобожден, а вскоре переехал в Англию. Свои политические взгляды Кропоткин проводил через основанную им в Лондоне газету «Freedom» "Свобода", свое учение он называл анархическим коммунизмом. Кропоткин входил в заграничные организации русских анархистов, участвовал в издании пропагандистских брошюр для России, был одним из хранителей Фонда помощи русским эмигрантам.

     За  границей Петр Алексеевич Кропоткин  написал свои основные произведения: "Речи бунтовщика" (1885 г.), "В русских и французских тюрьмах" (1887 г.), "Хлеб и воля" (1892 г.), "Взаимная помощь, как фактор эволюции" (1902 г.), "Записки революционера" (1902 г.), "Идеалы и действительность в русской литературе" (1905г.), "Великая французская революция 1789-1793" (1909 г.), "Современная наука и анархия" (1913 г.) и др., развивающих концепцию так называемого анархокоммунизма, отличную от кронцепций П.Прудона, и М.Бакунина, хотя и построенную на общих с ними основаниях.

      Кропоткин, хотя и принимал участие в политической жизни Европы, не играл слишком  значительной роли в тех событиях, которые происходили тогда в Европе. Несмотря на широту его взглядов и на численность его приверженцев, все-таки анархизм был лишь одним - и далеко не самым влиятельным - течением в европейской общественной мысли. Гораздо большим весом обладали либерализм и социал-демократия. Каково было отношение к ним Кропоткина? Анархисты в основной своей массе не понимали прогрессивности завоевания политических свобод, выступали с жестких, непримиримых позиций. На первый взгляд может показаться, что и Кропоткин не являлся исключением. "Была ли монархия или республика, - писал он, - все равно не народ должен был управлять сам собой, а представители... более или менее удачно выбранные" [13, с. 184]. Тем не менее при ближайшем рассмотрении все оказывается намного сложнее. Кропоткин критиковал парламенты как альтернативу анархии. Но, когда парламентаризму грозила опасность справа, он всегда выступал в его защиту и включался в политическую борьбу. В 1887-1889 гг., когда во Франции возникла угроза установления диктатуры генерала Буланже, он написал ряд статей против буланжизма и национал-шовинизма. Наряду со многими передовыми людьми в Европе, в том числе Золя и Жоресом, русский революционер решительно выступил на стороне демократических сил в борьбе, связанной с делом Дрейфуса. В опубликованной в 1898 г. в журнале "Тан нуво" статье "Цезаризм" он указал на преемственность буланжистов и антидрейфусаров: "Цезаризм - вот истинная суть обоих течений. Мы говорили это, когда республике угрожал Буланже, мы говорим это сейчас и, если понадобится, повторим это и в будущем" [11, с. 96]. Кроме либерального и социал-демократического движения в Европе продолжалось и движение угнетенных наций за право на самоопределение.

      Конечно, теоретически, с точки зрения ортодоксального  анархиста, борьба за создание независимого национального государства, как и любого государства вообще, является бессмысленной. Но, мечтая об анархии, Кропоткин готов был с радостью одобрить и поддержать любые перемены в пользу народа. "Национальный гнет давит личность, а всякого угнетателя личности я ненавижу, - писал он участнице анархистского движения М.И.Гольдсмит, - где бы люди ни выступали против гнета личного, государственного, даже религиозного, а тем более, национального, мы должны быть с ними". Что же привело убежденного интернационалиста Кропоткина в лагерь оборонцев во время первой мировой войны? Очевидно, среди причин, повлиявших на это решение, была вера в особую революционную миссию Франции в Европе. Спасти Францию для Кропоткина означало спасти будущую анархистскую революцию. "Даже России в оборонческих писаниях уделял он меньше внимания, чем Франции, - вспоминал анархист Г.Б.Сандомирский, - потому что больше всего и всех на свете любил он Францию, ждал, упорно, непоколебимо, до последней минуты своей ждал, что она подаст сигнал к социальному переустройству мира, а ее блузники шагнут через обломки опрокинутой государственности". Но в выступлениях Кропоткина во время войны слышится не только, вернее не столько, трезвый расчет на революцию во Франции, сколько крик души, острая боль за эту страну, которая стала его второй родиной, хотя он прожил в ней относительно недолго - в основном в тюрьме Клеро, куда, как отмечалось выше, был помещен в 1883 г. "Сказать трудно, - писал он Гольдсмит в самый разгар немецкого наступления на Париж в 1914 г., - до чего Франция, ее поля, ее крестьяне на полях, ее дороги, самый ее ландшафт мне дороги, насколько они мне родные". Кропоткин остро переживал, что по возрасту (в 1914 г. ему было уже 72 года) не мог принять участия в войне.

     Считая, что державы Антанты ведут  справедливую войну, он в отличие от многих социал- демократов и даже буржуазных политиков полностью отказался от критики правительств, даже за военные поражения: "Ругать правительства? Критиковать военные действия? Не берусь. Остается молчать и всем, чем можешь, помогать сражающимся". Кроме того, Кропоткин симпатизировал демократическим порядкам стран Антанты и считал для России желательным "союз с великой демократией Франции, более 100 лет назад провозгласившей Свободу, Равенство и Братство, с английской демократией, сумевшей даже при королевской власти создать такие учреждения, которых Германии не видать еще 40-50 лет... и, наверно, с американской демократией, которая впервые провозгласила права человека”[11, с. 71].

     Таким образом, можно утверждать, что важную роль играли взгляды

П.А.Кропоткина в развитии европейской общественной мысли. Он активно участвовал в политической жизни Европы, даже на международном социалистическом конгрессе в Генте в 1877 г. Кропоткин представлял русское революционное движение, он был избран одним из двух секретарей конгресса, однако из-за преследований полиции не смог принять участие в его работе. После этого в европейской прессе о Кропоткине стали писать как о главе всех русских революционеров. Пусть анархизм был лишь одним, и далеко не самым влиятельным течением в Европе, все-таки учения

     Кропоткина  заняли достойное место в развитии европейской общественной мысли.

Глава 3 ОСНОВЫ «КРОПОТКИНИЗМА» И ЕГО ИСТОРИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

      3.1 Основы «кропоткинизма»  и его исторический  анализ

     В данной главе нами будет уделено особое внимание собственно учению

Кропоткина. Как уже было изложено выше, анархизм – это не единственный

«персонаж»  трудов Петра Алексеевича, с таким  же успехом он размышлял и о  космическом федерализме, и о  взаимопомощи, как факторе эволюции, и об этике, но на них остановимся кратко, так как в большей степени нам интересна историческая сторона этой проблемы, хотя любой из трудов великого мыслителя по-своему весьма занимателен. И, конечно, необходимо разобраться в таком вопросе, как отношение критиков к вышесказанному. Будут рассмотрены взгляды таких деятелей, как И.Гроссман-Рощин, А.Боровой, А.А.Мкртичян и других. Слово “анархия” (по-гречески — безвластие, безначалие) сыздавна употреблялось защитниками „порядка» и собственности для обозначения такого состояния общества, когда народ свергал иго установленных властей и начинал, выражаясь их языком, “потрясать священные основы власти и собственности”… На языке имущих и владеющих классов такое состояние было состоянием хаоса, неурядицы, беспорядка, но история говорит нам другое, а именно, что такие периоды были именно периодами революций, переворотов, когда ломались прогнившие основы старого общества и закладывались основы нового порядка, нового строя, в котором освобожденным рабам жилось впоследствии несколько лучше, чем прежде. В том же смысле порицания и ненависти употреблялось слово "анархисты" во время Великой Французской Революции. Когда в 1792 г. в Париже взяла верх революционная коммуна, выбранная всем парижским народом для низвержения короля и для совершения народной революции, и по всей Франции взяли верх революционеры из народа, и когда эти революционеры стали требовать от своего парламента (Конвента) уничтожения крепостных пpaв без выкупа, налога на богатых, ограничения права владения землей и т. д., тогда имущие классы и их защитники в Конвенте, называвшиеся тогда Жирондистами, стали называть революционеров, выставлявших эти требования — "анархистами", врагами порядка, смутьянами, цель которых — хаос и неурядица. И они стали требовать немедленного ареста и казни всех этих анархистов, не желавших признать права собственности и установленного правительства.

     Нужно сказать, однако, что во время французской  революции кличка "анархисты" прилагалась безразлично ко всем тем, кто стремился уничтожить старый порядок и старые феодальные отношения революционным путем. Не только к тем немногим революционерам, которые действительно отрицали необходимость сильной государственной власти, и не признавали частной собственности, но и к тем, которые, подобно Робеспьеру и Сен-Жюсту, были сторонниками могучей централизованной власти, но хотели помочь народу совершить революцию против богатых. Всех, стоявших тогда на стороне народа и действительно совершавших ломку старого общества революционным путём и требовавших равенства, как основу свободы, называли тогда "анархистами", чтобы представить их врагами всякого порядка и всякого мирного развития общества.  Только в середине столетия, в сороковых годах, Прудон дерзко поднял эту кличку и выставил учение об анархии — учение о безвластии — как освободительное, революционное учение, имеющее великое будущее. В том же положительном и революционном смысле название "анархисты" было принято и в Международном Союзе Рабочих (Интернационале) и тогда же были разработаны основы и принципы безгосударственного вольного коммунизма.

      Поскольку основные труды Кропоткина писались в эмиграции, то и его доктрина была "европоцентричной" в том  смысле, что создавалась в основном на западноевропейском материале и  предназначалась в первую очередь  для западного читателя. Людям, мало знакомым с теорией анархизма, она часто представляется проповедью хаоса, торжеством грубой силы. Но его приверженцы были убеждены, что лишь анархия способна обеспечить подлинный порядок на основе самоорганизации общества снизу.Они представляли будущее общество как добровольную федерацию общин, производственных ассоциаций, артелей. Кропоткин часто приводил в пример железнодорожные компании, которые без участия центральной власти, на основе взаимных договоров организуют движение поездов по всей Европе . Точно так же, без участия правительства, считал он, можно организовать любое дело. Например, “у крестьян одной деревни всегда есть много общих интересов... им по необходимости приходится соединяться друг с другом ради всевозможнейших целей. Но такого соединения государство не любит. Оно дает им школу, попа, полицейского и судью - чего же им больше? Если у них появятся еще какие- нибудь нужды, они должны в установленном порядке обращаться к церкви и к государству” [11, с. 54]. Кропоткин исходил из того, что государство существовало далеко не всегда. Русский мыслитель рассматривал историю как циклическое чередование цивилизаций, которые проходили в своем развитии четыре этапа: род, общину, городскую коммуну и государство. Хронологическими рамками этих периодов применительно к современной европейской цивилизации он считал, соответственно, первобытность, V-Х вв., XI-XV вв. и с XVI в. до современной ему эпохи. Такая периодизация была во многом необычна для тех времен. Во- первых, Россию он включал в современную европейскую цивилизацию, что шло вразрез с идеями многих русских мыслителей, подчеркивавших особую судьбу и культуру русского народа. Во-вторых, теория циклов вообще не была характерна для историографии XIX в. Тогда господствовал позитивизм и преобладала вера в прогресс и прямолинейное, поступательное развитие всего человечества. Впрочем, когда речь шла о современности, сам Кропоткин нередко пользовался понятием "прогресс", а теория исторических циклов, пессимистическая в своей основе, не оказала заметного влияния на его социальную теорию, напротив, преисполненную оптимизма. Первые три этапа каждой цивилизации, согласно Кропоткину, - безгосударственные. Так, не было, по его мнению, государств в средневековой Европе. Но в XV - XVI вв., считал он, королям при поддержке легистов и духовенства удалось захватить власть. Более того, правители сумели убедить своих подданных, что без государства наступит хаос. Однако полностью подчинить себе местную инициативу, завоевать все сферы жизни государству не удается. Кропоткин показал широкую панораму ассоциаций, возникших помимо государства и играющих немалую роль в обществе: кооперативов, артелей, клубов, благотворительных организаций, профсоюзов, добровольных обществ и т.д. Все это, по его мнению, доказывало, что без государства можно и должно обойтись, а также подтверждало силу и жизненность духа взаимопомощи.