Виды политической лжи

Содержание

ВВЕДЕНИЕ.

На протяжении столетий  проблема лжи волновала  многих мыслителей. Уже античные философы, начиная с Аристотеля и Платона, пытались разобраться не только в сущности лжи и обмана, но и в морально-психологических аспектах этих явлений; а  также найти способы применения этих знаний на практике. Так, занимаясь разоблачением софистов и их уловок в ходе различного рода рассуждениях, Аристотель пришёл к формулировкам основных законов логики. В средние века и Николо Макиавелли, Шарль Монтескье, Артур Шопенгауэр, Денье Дюпра, российские философы Соловьёв и  Бердяев уделяли анализу морально-этических особенностей лжи особое внимание. В современное время психология лжи развивается ещё активней. Один из крупнейших специалистов  в этой области Пол Экман  исследовал различия между понятиями «ложь», «неправда», «обман», «заблуждение» и т.д. Разработал классификацию видов лжи. Появилось большое количество публикаций научно-популярного характера, предоставляющих информацию  о невербальных проявлениях лжи. Яркий представитель этого направления - Аллан Пиз и его книга «Язык телодвижений». Из современных отечественных исследователей можно назвать И. Вагина, В. Знакова, В. Тарасова.

      Можно сделать предположение о том, что тема обмана интересует любого, кто хочет уверенно чувствовать себя в жизни. Каждый из нас знает, что такое ложь и неискренность. Порой, в ходе общения с людьми какое-то шестое чувство подсказывает нам, что человек лукавит. Мы интуитивно улавливаем сигналы, которые возникают когда произносятся заведомо ложные факты. Мы не понимаем, в чём дело, а спустя время, удостоверившись в ненадёжности информации, ругаем себя, почему не доверились своей интуиции. Ведь каким-то образом  мы определили, пусть даже и не точно, неискренность собеседника.  И иметь представление об  этих нюансах необходимо для современного человека.

      Очень трудно представить человека, который бы не солгал ни разу в жизни. Ложь может быть безобидной, может приносить пользу. А может быть основой предательства и причиной смерти. Особенно ярко ложь проявляется при столкновении противоположных интересов, в ходе конкуренции, когда в ход идут разнообразные уловки и хитрости. Ложь становится изощрённее в зависимости от того, что поставлено на карту. Когда речь идёт об отношениях между государствами, ставки необычайно высоки. Ложь, которая присутствует в политике изначально, имеет свои особенности. Они и рассматриваются в этой теоретической работе.

      Актуальность этой работы в том, что каждый человек, так или иначе вовлечённый в политику,  может получить весомые преимущества в жизни, обладая хотя бы минимальными знаниями о психологии лжи.

      Цель исследования: теоретически изучить феномен лжи и особенности её проявления в политике.

   Задачи исследования:

1. Провести анализ литературы, касающейся психологии лжи

2. В рамках теоретического анализа исследовать специфику лжи и её проявления в поведении политиков.

ГЛАВА 1. ЛОЖЬ КАК  ПРЕДМЕТ НАУЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ.

Толковый словарь  русского языка определяет ложь как  неправду, намеренное искажение истины. Толковый словарь Владимира Даля определяет «лгать» как «врать, говорить и писать ложь, неправду, противное истине». Нужно отметить, что Даль не рассматривает понятия «лгать» и «ложь» раздельно. По его толкованию ложь не существует сама по себе и непосредственно связана с процессом обмана.

      Как и многие вопросы современной психологии, психология лжи берёт свое начало в философии. В средние веке, когда церковь оказывала мощное влияние на мировоззрение общества, ложь считалась грехом. Епископ Аврелий Августин отрицал любые формы лжи, считая, что она подрывает доверие между людьми. Вместе с тем философ – богослов Фома Аквинский пытался связать оправданность разных видов лжи с моральным фактором, полагая, что грех лжи отягощается если субъект намерен ложью причинить вред другому, и это называется вредной ложью, грех лжи уменьшается, если она направлена на добро или развлечение, и тогда мы имеем дело с шутливой ложью, или на полезность, и тогда это услужливая ложь, посредством которой субъект стремиться помочь другому человеку или спасти его от вреда. Уже в его работах выделились основные проблемы психологии лжи. Это допустимость лжи как таковой и виды и особенности так называемой «добродетельной» лжи.  В дальнейшем, эту тему продолжили европейские философы эпохи просвещения.

      Кант не допускал право субъекта на ложь даже когда надо писать ответ на вопрос злоумышленника дома ли тот, кого он задумал убить. Французский исследователь Ж. Дюпра считал, что ложь это психо-социологический инструмент, при помощи которого стараются более или менее умышленно посеять в уме другого какое-либо положительное или отрицательное верование, которое сам внушающий считает противным истине. Считая ложь закономерным и нормальным явлением человеческого бытия, Дюпра так же как и современные исследователи, считал, что ложь, в качестве внушающего воздействия может осуществляться не только как словесный акт, но так же и с помощью невербальных средств общения. Ведь известно, что зачастую людей более эффективно, чем словами, вводят в заблуждение с помощью жеста, позы, мимики или косметики, грима, одежды и других средств перевоплощения и маскировки, создавая ложный образ или дополняя таким образом содержание искажаемой информации невербальными компонентами общения.

      Ещё более либерально о допустимости лжи писал Вольтер в 18 веке, считая, что ложь является высшей добродетелью, если она творит добро, причём нужно лгать не робко, время от времени, а смело и всегда. А. Шопенгауэр называл отрицание необходимости лжи «жалкой заплатой на одежде убогой морали». (10,4, 46).

      Как мы видим, на протяжении столетий отношение ко лжи меняется от полного отрицания любых форм обмана до выявления различных её особенностей и разновидностей.  Умышленное умолчание в каких-то ситуациях, например, относительно мнения о другом человеке, может иметь те же последствия, что и ложь, но, в зависимости от обстоятельств, это может называться тактом, дипломатичностью, а может характеризоваться как хитрость и лицемерие. Не достаточно использовать только критерий намеренности (сознательности) введения в заблуждение другого человека, чтобы обязательно говорить о лжи в негативном смысле или, как писал Фома Аквинский о вредной лжи. Дружеский розыгрыш или шутка не предполагают причинить ущерб объекту их предназначения,  хотя по критерию сознательности действия и методам воздействия на объект, во многих случаях они сходны с ложью и обманом. Таким образом, определение лжи и обмана в негативном смысле может включать следующие компоненты: намеренность (сознательность) действия, искажение реальности (действительности, фактов, информации), социально неодобряемую, неблагородную, прежде всего корыстную цель, в результате которой приобретается преимущество одним человеком над другим или над группой лиц, которым наносится ущерб.

   Выделение в качестве критерия оценки социальное одобрение (неодобрение) целей субъекта, прибегающего ко лжи как форме поведения является достаточно уязвимым моментом. (4, 1, 46). Вместе с тем феномен лжи практически всегда рассматривается в контексте социальной среды. Смыслообразующий компонент, конечный результат и цель субъекта, действующего с помощью лжи, оценивается с позиций конкретного социума.       Существует целый ряд видов профессиональной деятельности: дипломатия, политика, врачебная практика, военное искусство, операции спецслужб, в ходе которых субъекты скрывают свои намерения, истинные цели, используют различные уловки и манипулируют объектами воздействия. При этом обман противника на войне – это «военная хитрость», сокрытие информации врачом от пациента это «плацебо» или «святая ложь», тайная операция спецслужб – «оперативная комбинация», сокрытие планов от других правителей или даже от собственного народа или дипломатия.

      Подводя итоги, можно выделить несколько общих черт для всех подходов к понятию «ложь» и отразить их в определении.

      Ложь – это информация любого рода, восприятие которой приводит к искажению действительности в сознании индивида.

ГЛАВА 2. ПСИХОЛОГИЯ ЛЖИ.

2.1. Разновидности лжи.

 Существует несколько подходов к классификации лжи.

Разделение  по способу использования лжи.

1. Умолчание  (сокрытие правды);

2. Искажение  (сообщение ложной информации).

3. Сообщение  правды в виде обмана.

      Умолчание или сокрытие реальной информации.

      Большинство людей не принимает этот вид лжи за непосредственную ложь. Человек не выдаёт искажённую информацию, но и не говорит реальной. Однако стоило бы присмотреться к такому виду обмана. Например, когда врач не сообщает пациенту, что тот смертельно болен, или муж не считает нужным говорить своей жене, что обеденные часы работы он проводит в квартире её подруги. Достаточно часто, освещается только часть информации, а не нужная остаётся за кадром. Кроме того, умолчание всегда легче оправдать в случае раскрытия правды. 0бманщик может сказать, что сам ничего не знал, или забыл, или намеревался открыться позже и т. д. Когда человек, дав присягу, начинает свои показания словами «Если мне не изменяет память...» - он тем самым обеспечивает себе лазейку для оправдания: вдруг позже обнаружится, что он чего-то не рассказал. В этом случае нет необходимости постоянно помнить придуманное, умышленно удерживаясь на грани между искажением и сокрытием истины (что происходит, когда лжец больше не может просто не говорить; вопрос задан - вызов брошен). Сославшись на забывчивость, можно и вообще избежать необходимости помнить выдуманную историю; достаточно лишь помнить о своей плохой памяти. И если правда вдруг выплывет наружу, лжец всегда сможет заявить, что и не собирался никого обманывать, а его  самого подвела память. (9,1, 16).

       Такой метод умолчания принято называть «частичным освещением или избирательной подачей материала». Как пример такой ситуации можно привести такой случай: производитель сока пишет на упаковке своего товара «100% натуральный апельсиновый сок», конечно, покупатель понимает это как констатацию того, что это чистый сок, не разбавленный водой. Однако производитель подразумевает, что это только апельсиновый сок, а не смесь различных соков, но преподносит эту информацию так, что это идёт в их пользу. И уже сзади мелким шрифтом прибавляют сзади «восстановлен из концентрированного сока». (9,1; 115).

       Искажение информации.

      Когда вместо реальной информации преподносят обман, выдавая его за правду, и тем самым, вводя объект в заблуждение. Этот вид лжи характеризуется осознанным и целенаправленным желанием обмануть оппонента для достижения определённой цели.

      Сообщение правды в виде обмана.

       Человек говорит правду так, что у собеседника складывается впечатление, что он лжёт, и истинная информация не принимается. Пол Экман приводит такой пример: « придя домой, застает жену за разговором по телефону, замечает, что она смущена его неожиданным появлением и быстро кладет телефонную трубку. «С кем ты сейчас говорила?» – спрашивает он. «Что за женское любопытство? – слышит муж в ответ с насмешливой интонацией. – Говорила с любовником!»(9,1,21). Муж, чувствуя себя сконфуженным, умолкает или пытается пошутить в ответ, не принимая слов жены всерьез. У него не возникает и тени подозрений, хотя жена на самом деле разговаривала со своим любовником.

 Разделение по мотиву использования лжи.

1. Корыстная ложь.
2. Добродетельная ложь.
3. Особая ложь.

      Корыстная ложь.

      Это ложь, мотивом которой является корыстный эгоистический интерес. Например, для того, чтобы избежать наказания за содеянное, преступник отрицает свою вину в суде. Любое намеренное искажение информации ради получения личной выгоды попадает под это определение.

      Добродетельный обман.

      Добродетельный обман представляет собой вид намеренного обмана, поскольку выражает определенный интерес человека. Однако, в отличие от недобродетельного обмана, используемого для реализации, как правило, эгоистического интереса, «добродетельный обман выражает такие интересы субъекта, которые совместимы с общечеловеческими ценностями, принципами нравственности и справедливости. Это можно интерпретировать в смысле совпадения интересов того, кто обманывает, и того, кто является объектом добродетельного обманного действия». (4, 2, 166).

      Класс явлений добродетельного обмана может быть разбит на две группы. К первой из них могут быть отнесены все случаи, когда объект обмана и объект доброго дела совпадают. Типичным примером этого служит сокрытие от больного той информации об истинном положении его здоровья, которая способна ввергнуть больного в тяжелые психоэмоциональные переживания, депрессию, суицидальное настроение; которая резко снизит его активность в борьбе с заболеванием. Сюда же можно отнести любые другие случаи, где обман совершается ради того, чтобы облегчить положение некоторого другого лица: избавить его от горя, чрезмерных отрицательных эмоций, предохранить от опасного увлечения, от ошибок, неразумных действий, пресечь мысли о самоубийстве, и тому подобное.

      Ко второй группе относятся те случаи, когда объект обмана и объект доброго дела не совпадают. В таких случаях один субъект обманывает другого во имя блага или третьего, где под третьим может выступать любое нечто - от отдельного человека до абстрактной идеи, или же в своих собственных целях, которые или видятся справедливыми большинству.

      Таким образом, мы имеем весьма сложную структуру класса добродетельной лжи, которую можно отобразить с помощью таблицы:

      Несколько иная классификация добродетельного обмана может быть получена, если за ее группирующую основу взять, с одной стороны, все общественно-нормативные ситуации обмана, а с другой - личностно-нравственные ситуации.

Общественно-нормативные ситуации обмана.

      Под общественно-нормативными ситуациями следует понимать все случаи обмана, которые обладают следующими признаками:

-Они поддаются  правовому, нормативному и общественному  регулированию.

-Отказ или  запрет на использование лжи может приводить к ситуациям, более драматичным и неблагоприятным для общества.

-Люди, которые  обманывают с позиции общественно-нормативных  ситуаций, не преследуют своих  личных интересов. 

      Для любого из распространенных случаев общественно-нормативной ситуации обмана существуют как многочисленные прецеденты, которые поддаются анализу, так и заключения, что в данных случаях обман будет более предпочтителен, чем правда. Общество признает существование таких ситуаций, когда использование обмана оправдано, и, в своем большинстве, согласно с этим.

      Личностно-нравственные ситуации обмана

      Под личностно-нравственными ситуациями обмана следует понимать все случаи, в которых объект или умалчивает об истинном положении дел, или искажает информацию, предполагая, что и в том, и в другом случае это будет наилучшим выходом для субъекта, которому предоставляется ложная картина действительности. Основное отличие таких ситуаций от нормативно-общественных заключается в том, что обманщиком движет собственное понимание ситуации, и что он находится вне любого контекста, который бы предписывал обманное действие как вынужденное, оправданное или необходимое.

-Личная убежденность, что в определенном контексте  ситуации лучше обмануть или  умолчать, чем сказать правду.

Поведение лиц, которые в  тех или иных ситуациях склонны  обманывать ради предполагаемого блага, невозможно контролировать и регламентировать. Оно не поддается нормативному и правовому регулированию. Для любого из распространенных случаев личностно-нравственной ситуации обмана не существуют однозначных фактов и заключений, которые утверждали бы, что в данных случаях правда предпочтительнее обмана.

      Особая ложь.

       Очень часто человек, который лжёт, что не считает себя лжецом потому, что верит в то, о чём говорит, следовательно признаки лжи тут абсолютно не выражены. Он делает это подсознательно, не осознавая зачем и почему. Обычно таким образом лгут почти все, но эта ложь ни на что не влияет – она не серьёзна. Она направлена на то, чтобы произвести впечатление на окружающих. Это может быть преувеличение реальных фактов, преподношение реальной истории, произошедшей с другими людьми за свою особенную и т.д. Выдать такого лжеца очень часто может то, что он забудет о сказанном через некоторое время, а значит, начнёт противоречить сам себе. В эту же группу обмана стоит включить так же случаи, когда ложь является симптомом психического заболевания. Например шизофренический бред или патологическая лживость психопата.

2.2Психофизиология лжи.

Несмотря на то, что правда и ложь, без сомнения, категории моральные, их биологическую  природу нельзя упускать из виду. Её тоже нужно принимать в расчёт, чтобы понять человеческой поведение.

      Бодрствующий мозг непрерывно отражает внешний мир. Причём отражает лишь приблизительно. При повторном восприятии одного и того же объекта представление о нём уточняется и всё более полно отражает объект. Логично предположить, что в мозге существует постоянно действующий механизм сличения. Он обнаруживает несоответствия между текущим восприятием и хранящимся в памяти представлением (мысленной моделью объекта). Это несовпадение служит пусковым сигналом к перестройке модели.

      Живому организму выгодно, чтобы его модели в мозге отражали мир как можно точнее. Только в этом случае возможно успешное приспособление к среде и выживание. В случае необходимости перестройка модели должна осуществляться прежде, чем животное попадает в гибельную ситуацию, и искажение реальности будет причиной гибели. Естественный отбор  закрепил это полезное и важное свойство нервной системы.

      Несовпадение факта и его словесного описания, как правило, неприятно человеку. Особенно это бросается в глаза при наблюдении за детьми. Восприятие фальши им физически тягостно – именно поэтому они иногда не могут удержаться, чтобы не уличить взрослых в отклонении от истины. А собственная преднамеренная ложь вызывает у ребёнка реакции вегетативной нервной системы – изменение дыхания, расширение сосудов кожи, усиленное потоотделение. Да и взрослые не теряют этого свойства. «Врёт и не краснеет» - так говорят о закоренелых лжецах.

      Потребность выразить свои представления и мысли – проявление врождённого стремления к общению с себе подобными. Но иногда «обнародование» своих мыслей невыгодно, и человек сознательно оценивает это обстоятельство. Соответствующие «корковые модели» затормаживаются. Параллельно с этим формируются другие выражения – обманные. Они получают речевое выражение, и являются ложью в отличие от добросовестного заблуждения.

       «Говорить правду легко и приятно», - утверждал булгаковский Иешуа. Это действительно так – в подавляющем большинстве случаев. А затормозить истинные модели, создать ложные, а затем высказать их вслух – это дополнительная нагрузка на нейрофизиологические процессы мозга. Об этом упоминает следователь Порфирий из «Преступления и наказания» Ф. М. Достоевского:

   «Он – то, положим, и солжёт, то есть человек – то, и солжёт отлично, наихитрейшим манером, тут бы кажется и триумф, и наслаждайся плодами своего остроумия, а он хлоп! да и в самом интересном – то, в самом скандальнейшем месте упадёт в обморок… Солгал – то он бесподобно, а натуру – то и не сумел рассчитать».

   Стоит  взглянуть на эту проблему  с позиций физиологии, а именно  с точки зрения сигнальных  систем действительности. Рассмотрим пример – человек смотрит на белый лист бумаги и заявляет, что лист бумаги чёрный. Что же происходит при этом в сигнальных системах действительности?

   В первой  сигнальной системе (реакция стимула  непосредственно на раздражители) происходит анализ информации, которая однозначно и непреложно говорит о том, что цвет листа бумаги – белый.

      Во второй сигнальной системе (представление раздражителя) происходит осознанное искажение, находящее выражение в осознанном ответе, что лист чёрный. При назывании белого листа чёрным, возбуждается две области коры – одна, ассоциированная со словом «белый» и другая, ассоциированная со словом «чёрный». При возбуждении области коры, ассоциированной со словом «белый», человек проговаривает слово «чёрный». Очевидно, что возбуждёнными оказываются обе области коры (как та, которая отвечает за слово «белый», как и та, что отвечает за слово «чёрный»). При количественной равнозначности расходования энергии на произнесение, как лжи, так и правды, можно предположить, что одну и ту же единицу энергии можно разделить на несколько областей, снизив её количество для каждой из областей в кратное количеству областей число раз

   Проявляется  типичная картина кортико-висцеральной  теории (снижение тонуса коры  вызывает положительную индукцию подкорки всякий раз, когда используется понятие, связанное с ложью, вызывающее функциональные расстройства и анатомические изменения, во главе которой стоит биологическая смерть организма)(2,1,39).

      Речь идёт не об эмоциональном дисбалансе, а о дисбалансе информационной природы, не связанного с эмоциональной сферой.

       Таким образом, можно предполагать, что используя ложь, человек дезорганизует работу корковых отделов головного мозга с древними подкорковыми, что вызывает изменения в поведении человека, которые будут сигналами о лжи.(2,1,42).

ГЛАВА 3. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ  ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ ЛЖИ В  ПОЛИТИКЕ.   

Проблема лжи  в политике, так же, как и отношение  ко лжи вообще, рассматривается с  позиций дозволенности и оправданности. В обыденном сознании людей давно сформировалось мнение, что политика - это область человеческих отношений, в которой господствует хитрость, лицемерие и обман. Уже Платон в своём трактате о Совершенном Государстве писал, что правители могут прибегать ко лжи и обману ради пользы тех, кто им подвластен. Позже эту мысль ещё чётче сформировал Николо Макиавелли, от которого пошло понятие «макиавеллизм». Оно употребляется для характеристики образа действий человека, принципом поведения которого является использование любых, в том числе и аморальных средств (лжи, клеветы, жестокости и т.п.) для достижения преследуемых им целей. В своем знаменитом трактате «Государь» Макиавелли обосновал допустимость игнорирования в политике законов нравственности во имя великих целей. В арсенал возможных с его точки зрения средств могут входить «хорошо применяемые жестокости», способность политика быть лживым и лицемерным, умение побеждать с помощью хитрости и обмана, умение правителя внушать подданным «любовь и страх», заставить народ силой верить в то, что не отвечает его убеждениям, и так далее. Макиавелли считал, что политик защищает Родину и способы должны быть не гуманными, а предельно эффективными.

 3.1 Особенности проявления лжи во внутренней и внешней политике.

Политические  отношения характеризуются по направлению  активности. Различают внутреннюю и  внешнюю политику.

Под внешней  политикой понимается взаимоотношения  отдельно взятого государства с  остальным миром. Отношения эти  целиком и полностью зависят  от экономики. Следовательно, основным мотивом поведения руководителей страны является экономическая выгода с наименьшими затратами. Для достижения таких целей используется сокрытие информации, дезинформация, промышленный шпионаж и экономические диверсии. Помимо экономического благополучия государство обязано сохранять свой суверенитет, то есть автономность во внутренней политике и сохранность границ. Вдобавок, руководители стремятся нарушить суверенитет соседних государств и либо присоединить их к своему, либо получить влияние и контроль над основными процессами этой страны. Для достижения этих целей политики лгут, скрывая истинную информацию о положении и состоянии своей страны, а так же скрывая свои планы о возможных нападениях для получения преимущества во внезапности.

То, что политика построена на лжи и обмане, русские  поняли в начале 18 века, когда Пётр 1 впервые попытался стать полноправным участником тогдашней европейской  политики. Привыкшие к честному слову  и верности взятым на себя обязательствам, петровские дипломаты были поражены двуличностью и увёртливостью европейских государственных деятелей, поднаторевших за долгие века в искусстве политической интриги. Вот как описывает А. Толстой в романе «Пётр 1» знакомство русского посольства с обычаями королевских дворов того времени: «Таких увертливых людей и лгунов, как при цезарском дворе в Вене, русские не видали отроду… Петра приняли с почётом, но как частного человека. Леопольд любезно называл его братом, но с глазу на глаз, по вечерам, в полумаске. Канцлер в разговорах насчёт Турции во всём соглашался, ничего не отрицал, всё обещал, но когда дело доходило до решения, увёртывался как намыленный». (7, 2, 213).

Во внутренней политике положение дипломата несколько иное. Цели, которые преследует политик в своей стране, ориентированы  на общественность этой страны. Каждый политик стремиться заполучить максимально возможный контроль над рычагами управления этой страной. Для этого используются различные варианты манипулирования общественным мнением, которые носят название политических технологий.

      Получив рычаги управления властью, политик стремится закрепить свои позиции, тем или иным способом устраняя оппозицию.

      В дальнейшем политик осуществляет управление обществом, используя опять же манипуляции разных родов и видов, суть которых заключается в использовании имеющейся информации о положении дел в государстве таким образом, что бы это формировало определённое общественное мнение.

3.2 Ложь как основа  манипуляции общественным сознанием.

      Суть манипуляции заключается в замалчивании, искажении или предоставлении ложной информации, что позволяет допускать огромное значение лжи и обмана в поведении политиков. При демократии власть распределяется на выборах, что делает их объектом манипуляции со стороны политика, стремящегося захватить власть. В таком случае привлечь народ на выборы сложнее, тем более, если это «думские» выборы. Лишь некоторые представители электората могут назвать основные положения баллотирующихся партий, но зато почти все смогут назвать лидера этой партии. Это достигается за счёт того, что во времена разобщенности народа, рациональные аргументы действуют в меньшей степени, чем эмоциональные. Личность лидера в этом смысле играет важнейшую роль. Массовая аудитория любит яркие типажи. Побеждать будет не сложная экономическая программа, в которой некому разбираться, а типаж лидера, его посредством СМИ. Это основной прием в работе над имиджем — акцентировка одних качеств личности и затушевывание других. Основное требование к хорошо разработанному имиджу: он должен быть приемлемым для политика, то есть, имидж должен производить на избирателей впечатление естественности поведения, и лидер с таким имиджем должен вызывать у избирателей чувство доверия. В дополнение фальшивого образа, существует система вербального контакта, позволяющая достичь желаемого воздействия на публику: