Федеральное агентство образования

Югорский  государственный университет

Юридический факультет

Кафедра уголовно – правовых дисциплин 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Курсовая  работа

По дисциплине: «Уголовное право Российской Федерации»

Тема: «Виды  соучастников преступления» 
 
 
 
 
 
 
 
 

Выполнила студентка 2 курса

Группы 7172

Юридический факультет

Специальность: «Юриспруденция»

Руководитель: Оценка…………………

Дата  защиты…...............

Подпись……………………. 
 
 
 

Ханты-Мансийск.,2009г. 
 

Оглавление 

Введение.……………………………………………………………………………………...3

• Общие понятия  и признаки соучастия по уголовному праву……………………5

1.1 Критерии  выделения видов соучастия и  видов соучастников………………………..11

1.2 Виды  соучастия…………………………………………………………………………..18

Глава 2 Виды соучастников преступления по уголовному праву Российской Федерации

2.1 Исполнитель……………………………………………………………………………..20

2.2 Организатор……………………………………………………………………………...23

2.3 Подстрекатель……………………………………………………………………………27

2.4 Пособник………………………………………………………………………………….29 

Особенности ответственности соучастников преступления

3.1 Основания  и пределы ответственности соучастников…………………………………32

3.2 Особые вопросы  ответственности соучастников………………………………………36 

Заключение……………………………………………………………………………………38

Список  литературы……………………………………………………………………………40 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Вопросы групповой преступности давно завлекали  внимание ученых-правоведов. Но особенный  энтузиазм к проблемам деятельности преступных групп проявился в  последнее десятилетие, что, непременно, имеет под собой объективно имеющиеся социально-политические и экономические причины. Групповая преступность в настоящее время занимает значимый удельный вес в общем числе совершаемых преступлений. Приблизительно каждое третье преступление совершается группой лиц, а определенные трудности в уголовно-правовой оценке схожих преступлений диктуют необходимость дальнейшего тщательного исследования указанной трудности.

       Нехорошие последствия конфигураций, происходящих в социально-экономической,  духовной и других сферах жизни  общества, вызвали, кроме общего роста преступности, изменение её качественных характеристик. В структуре преступности доминирующее положение заняли преступления, совершаемые в соучастии, причем прослеживается отчетливая тенденция к усложнению способов совершения преступлений и увеличению сплоченности преступных групп. Выявление всех участников преступной группы, конкретизация их роли в совершенных и подготавливаемых преступлениях - сложный процесс.

     Своеобразие преступной групповой деятельности, её динамизм изменчивость, требуют адекватных средств борьбы с этим явлением, которые, к сожалению, правоохранительными органами не постоянно предпринимаются. И неувязка не лишь в недостаточном материально-техническом, финансовом, слабом методическом обеспечении их деятельности.

     Актуальность работы определяется тем фактом, что анализ законодательства, практики его внедрения и специальной литературы указывает, что, несмотря на более совершенное развитие, которое институт соучастия в преступлении получил в Уголовном кодексе РФ 1996 года, он продолжает оставаться одним из самых сложных в теории уголовного права и в правоприменительной практике.

     Цель  работы заключается в исследовании видов соучастников преступления. Для  достижения указанной цели в работе ставятся ряд задач:

     - разглядеть понятие и общую характеристику соучастия;

     - охарактеризовать виды соучастников  преступления;

     - проанализировать основания и  пределы ответственности соучастников, а также особые вопросы ответственности  соучастников.

     Проблемам соучастия посвящены работы А. Арутюнова, Д. Безбородова, Ф.Г. Бурчака, Р.Р. Галиакбарова, В. Качалова, А.В. Покаместов и многих других авторов. Существенное внимание уделено учеными криминологическим и криминалистическим аспектам борьбы с групповой преступностью (работы В.И. Батищева, В.М. Быкова, Ю.М. Антоняна и остальных авторов). 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     Нормы о соучастии сосредоточены в  главе 7 УК РФ (ст. 32--36). В ст. 32 дается научно-практическое определение самого понятия соучастия в преступлении. В нем сформулированы основные признаки соучастия, которые отражают принятую в России концепцию, выработанную русскими учеными-правоведами (Таганцев и др.) еще во второй половине XIX столетия. Это определение звучит так: «Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления». (ст.32 УК РФ)

     Существует  несколько взглядов на саму юридическую  природу института соучастия. Основные позиции, которые их разделяют, можно свести к двум основополагающим:

     1) признания акцессорного (несамостоятельного, придаточного) характера соучастия;

     2) признание соучастия как самостоятельной  формы преступной деятельности.

     В пределах каждой из этих конструкций  существует целый ряд оттенков и течений, но все авторы сходятся в том, что основным вопросом института соучастия является вопрос о том, следует ли при конструировании этого института исходить из признания его акцессорного характера или из признания соучастия как самостоятельной формы преступного действия и поэтому данным вопросом следует заниматься до решения конкретных проблем. Основополагающим принципом отечественного уголовного права является индивидуальная ответственность лица за совершенное деяние, содержащее состав преступления. Применительно к институту соучастия это означает, что основания ответственности каждого соучастника лежат не в действиях исполнителя, а в действиях совершенным им лично. Устанавливая в Общей части наказуемость действий организаторов, подстрекателей и пособников, законодатель тем самым, при наличии определенных объективных и субъективных условий, приравнивает эти действия к действиям исполнителей. Таким образом, российское уголовное право стоит на позициях самостоятельной ответственности соучастников. Акцессорная теория признавалась советскими учеными, по политическим мотивам , буржуазной. Считается также, что эта теория не исключает ответственности за чужую вину, так как не придает деятельности всех соучастников, кроме исполнителя, самостоятельного значения.

     Однако, как уже говорилось ранее, рассматриваемые  теории имеют множество оттенков. Так, М. И. Ковалев, построивший свою работу «Соучастие в преступлении»  на концепции акцессорности соучастия, пишет: «Собственно говоря, то, что  мы называем акцессорной природой соучастия, не составляет чего-то органически целого. Буржуазной науке известны многие виды акцессорности:

     а) строгая акцессорность, когда и  наказание и освобождение от наказания  подчинено исполнителю преступления;

     б) логическая акцессорность, которая предполагает, что наказание за соучастие должно быть определено лишь в пределах санкции, установленное законом за главное деяние;

     в) акцессорность по наказанию, то есть требование, чтобы степень наказуемости соучастников определялась по степени  наказуемости исполнителя;

     г) акцессорность по степени завершенности  деяния;

     д) лимитированная акцессорность, сущность которой сводится к тому, что наказуемость соучастия должна быть связана с  совершением противоправного деяния не более, чем при помощи какой-либо формы вины» ¹

       Основными выводами принципа  акцессорности соучастия являются  то, что соучастник может нести  ответственность за свои действия  лишь при наличии наказуемого  действия исполнителя, и то, что  наказуемость соучастника определяется  той статьей Уголовного кодекса, которая предусматривает действия исполнителя. Первое по сути дела означает, что акцессорная теория в ее крайнем выражении оставляла за пределами наказуемости ряд действий организаторов, подстрекателей и пособников. Поэтому, чтобы в какой-то мере смягчить это положение, впоследствии она была дополнена учением о посредственном исполнении преступления.

     Сам М. И. Ковалев считает, что «советское уголовное право стоит на признании  логической акцессорности, которая  более всего соответствует подлинной природе соучастия в преступлении» ² При этом он делает следующий вывод: состав преступления выполняется непосредственным исполнителем, остальными же соучастниками сам состав преступления не выполняется, и их действия лежат за пределами состава. Именно эти выводы сторонников акцессорной природы соучастия считаются неприемлемыми.

     Однако  не все в теории акцессорности  соучастия отвергается большинством отечественных ученых. Ф. Г. Бурчак считает, что «можно говорить об акцессорности  соучастия, если под ней понимать зависимость организатора, подстрекателя и пособника от степени осуществления исполнителем преступного намерения»³. Подстрекателя нельзя привлечь за подстрекательство к законченному убийству, если исполнитель не пошел дальше приготовления к нему. В этом плане и организатор, и подстрекатель, и пособник зависят от фактически выполненного исполнителем в объеме вменения. Так, если понимать под акцессорностью положение о том, что действия соучастников находят свое выражение в преступном деянии, предусмотренном нормой Особенной части, лишь через волевое деяние исполнителя, то это положение не должно вызывать никаких возражений и вряд ли может быть оспорено.

     Из  законодательного определения соучастия, следуя принятому в теории уголовного права методу разделения объективного и субъективного, выделяют две группы признаков соучастия:

     - объективные;

     - субъективные.

     Соучастие прежде всего предполагает участие  нескольких (двух и более) лиц в  совершении преступления. При этом необходимо иметь в виду, что эти  лица должны обладать признаками субъекта преступления: возрастом (статья 20 УК) и вменяемостью (статья 21 УК). В теории уголовного права, делая акцент на количественной характеристике этого признака, его относят традиционно к числу объективных признаков соучастия в преступлении.

     Другим  объективным признаком соучастия  является «совместность участия» двух или более лиц в совершении преступления.

     С позиций уголовного закона (ст. 14 и  ст. ст. 32, 33 УК) участие лица в преступлении может означать только образ преступного поведения, выражающегося в двух его внешних, то есть объективирующихся вовне, формах (действии или бездействии). В то же время и совместность участия в теории уголовного права обоснованно рассматривается в качестве своеобразного причиняющего фактора. Этими моментами объясняется, почему деяние лица, причинная связь и последствие в рамках учения о составе преступления относятся к объективной его стороне, несмотря на присутствие в деянии (действии или бездействии) лица субъективных признаков осознанности и вменяемости. Из сказанного также следует, что принципиальная характеристика деяния соучастника независимо от его видовой принадлежности аналогична деянию индивидуально действующего лица (за изъятием особенностей в образе преступного поведения и в способе воздействия на объект охраны, имеющих место при соучастии в преступлении). Однако эти и другие особенности поведения соучастников преступления не препятствуют рассмотрению признака «совместности участия» целиком в плоскости объективной, то есть как объективного признака соучастия.

     Иногда  в теории уголовного права выделяется также третий объективный признак  соучастия: участие двух и более  лиц в совершении «одного и  того же преступления». Параметрами (признаками) единства преступления называются: единство объекта преступления, единство формы вины, единство посягательства в его первооснове. ⁴

     При характеристике объективной стороны  соучастия в преступлении неизбежно  возникает вопрос о причинной  связи. Поскольку между преступной деятельностью соучастника и  наступившим преступным результатом лежит сознательная и волевая деятельность исполнителя, вопрос о причинной связи в сфере действия института соучастия приобретает свои особенности. Причинная зависимость между деянием каждого соучастника и общим для соучастия преступным результатом характерный показатель совместности совершения преступления. Правильно квалифицировать слитые воедино общественно опасные действия двух и более лиц, установить пределы ответственности каждого соучастника невозможно без определения границ соучастия, без выяснения тех объективных и субъективных пределов, где кончается совместная преступная деятельность. Причинность позволяет ограничить ответственность соучастников пределами фактически причиняемых ими общественно опасных последствий. Наступивший преступный результат может в различной степени обусловливаться действиями каждого из соучастников. На это прямо указывает уголовный закон, устанавливая, что ответственность соучастников определяется степенью фактического участия в совершении преступления (часть 1 статьи 34 УК РФ).

     Общепринята считается точка зрения, указывающая, что при совместном совершении преступления усилия двух и более лиц сливаются  в единое действующее начало, и, следовательно, здесь не может быть одного причинителя  преступного результата. Деяния любого из соучастников, взятые в отдельности, не влекут наступления общего вреда, а возникающий при соучастии преступный результат не поддается расчленению на самостоятельные доли по количеству соучастников, он является общим и неделимым в виду совместности его причинения.

     Еще больше затруднений вызывает вопрос о причинной связи в делах, где имеет место соучастие  с распределением ролей. Проще всего  обстоит дело с пособником. Его  действия в соответствии с вышесказанным  создают условия, облегчающие деятельность исполнителя и приводящие вместе с действиями последнего к одному последствию. Однако подстрекатель и интеллектуальный пособник непосредственно действий, причиняющих результат или содействующих причинению результата, не выполняют. Их деятельность сводится к воздействию на психику исполнителя. Отсюда возникает вопрос: существует ли вообще причинная связь между действиями интеллектуального соучастника и наступившим результатом? Ведь исполнитель, обладая сознанием и волей, не является простым орудием в руках интеллектуального соучастника, которое может быть приравнено к силам неживой природы или к действиям невменяемого лица.

     Отечественное уголовное право исходит из того, что лицо, создающее в других мотивы, обусловливающие их волю, их решение и, наконец, их поведение, тем самым причинно связано с этим поведением, а через него и с последствиями, явившимися результатом этого поведения. Тем самым он включается в общую цепь причинности, развиваемую далее исполнителем. В отличие от подстрекателя интеллектуальный пособник не создает у исполнителя решимости совершить преступление. Его функция уже: он укрепляет возникшую, у исполнителя, решимость совершить преступление, либо усиливая мотивы, влекущие к нему, либо ослабляя противодействующие мотивы. Тем самым интеллектуальный пособник облегчает непосредственный переход от принятого решения к действию. Отсюда вполне ясна причинная связь между деятельностью интеллектуального пособника и действиями исполнителя, а следовательно, и его причинная связь с наступившем в результате этих действий последствием.

     Однако  тремя названными объективными признаками не исчерпывается содержание понятия  «соучастие в преступлении». Не менее  важное значение для отграничения этой формы проявления преступного поведения  от смежных форм индивидуально совершаемых преступлений (прикосновенности к преступлению, так называемого посредственного исполнения преступления, простого стечения нескольких лиц при совершении преступления) имеют субъективные признаки соучастия в преступлении.

     По  прямому указанию закона (ст. 32 УК) соучастие  в преступлении - умышленное совместное участие двух или более лиц  в совершении преступления. Умышленное совместное участие, исходя из содержания умысла в ст. 25 УК, означает:

     - осознание каждым соучастником общественно опасного характера своего собственного поведения и общественно опасного характера поведения других соучастников (по меньшей мере одного из них) плюс осознание объективной взаимосвязи своего поведения с поведением других соучастников (по меньшей мере одного);

     - предвидение преступного результата  от соединенных усилий;

     - желание или сознательное допущение  того, что этот результат будет  достигнут именно путем сложения  усилий всех соучастников или,  по меньшей мере, усилий двух  из них. 

     Из  этого следует, что первые два положения составляют своеобразие интеллектуального элемента умысла при соучастии в преступлении. В теории уголовного права и практике применения норм о соучастии в преступлении он получил наименование взаимной осведомленности соучастников (по меньшей мере двух из них) о преступном характере их поведения и взаимосвязанности последнего. Третье же положение отражает специфику волевого элемента умысла при соучастии. В теории и практике уголовного права он получил наименование согласованности волеизъявлений соучастников (по меньшей мере двух из них) в отношении общего для них преступного результата. При этом согласованностью волеизъявлений охватывается также и само сложение усилий, и их координация в направлении достижения общего и единого для всех (по меньшей мере двух) соучастников преступного результата.

     Названные два субъективных признака соучастия  в преступлении, то есть взаимная осведомленность  и согласованность в указанном  понимании, непосредственно и однозначно вытекают из закона (ст. 25, 32 УК РФ)  и предопределяются своеобразием причиняющего фактора при каждой конкретной форме проявления такой преступной деятельности. Это в полной мере согласуется с взаимоотношением философских категорий объективного и субъективного, а также с взаимоотношением уголовно-правовых понятий деяния и виновного отношений к нему (ст. 14,25,32 УК РФ). 
 
 

1. Критерии  выделения видов  соучастия и видов  соучастников

     Разграничение соучастия в широком смысле, как  родового понятия, охватывающего все  случаи совместного участия двух и более или большего числа лиц в совершении преступления, и соучастия в узком смысле, как специального института Общей части, призванного урегулировать вопрос об уголовной ответственности лиц, которые, совершая действия, прямо не предусмотренные статьями Особенной части, обусловливают наступление преступного результата, неразрывно связано с делением соучастия на формы.

     Необходимо  четко определить, что является объектом классификации и, исходя из этого, установить тот признак, который позволит четко размежевать отдельные разновидности соучастия как родового понятия, то есть определить основание деления.

     Любая, в том числе и общественно  опасная, совместная деятельность может  характеризоваться различными признаками. По каждому из этих признаков (независимо от того относятся ли они к объективной или к субъективной сфере человеческого) можно провести, придерживаясь законов логики, более или менее четкое деление. Можно также подразделить и совместную общественно опасную деятельность нескольких лиц, образующую соучастие. Однако для того, чтобы деление являлось классификацией по формам, необходимо в основание такого деления положить коренной, наиболее существенный признак. П. Ф. Тельнов в своей работе пишет: «Форма соучастия - это его внешняя сторона, раскрывающая способ взаимодействия виновных, показывающая, каким образом умышленные деяния двух или более лиц сливаются в единое преступление»⁵

     В уголовном законодательстве России не было, и пока нет исчерпывающего решения вопроса о формах (видах) соучастия в преступлении. Не используется в нем и само понятие «форма соучастия», как и понятие «вид соучастия».

     В специальной и учебной литературе о соучастии в преступлении варианты классификации соучастия в преступлении весьма многообразны, что обусловлено  в основном различием в критериях деления соучастия в преступлении на формы или виды. Нередко то, что в одном месте обозначается понятием «форма соучастия», в другом месте обозначается как «вид соучастия» в преступлении.

     Все суждения юристов по данному вопросу можно свести к двум основным точкам зрения. Сторонники одной из них предлагают различать соучастие без предварительного соглашения и соучастие с предварительным соглашением. В понимании последней формы они расходятся: одни включают в нее организованную группу и преступное сообщество (Пионтковский), другие считают эти разновидности самостоятельными формами соучастия (Трайнин, Гришаев, Кригер). Приверженцы второй точки зрения признают формами соучастия совиновничество, соучастие в тесном смысле слова (или соучастие с исполнением различных ролей) и преступное сообщество (Бурчак, Ковалев).

     Специалисты, высказывающиеся за первый прием  подразделения форм соучастия, называют несколько различающиеся критерии классификации (степень субъективной связи, согласованности, сплоченности), но в конечном итоге приходят к сходному решению: все они различают формы совместных деяний главным образом по субъективным элементам, по наличию или отсутствию предварительного соглашения между виновными. Подразделение форм соучастия на совиновничество, соучастие в тесном смысле слова и преступное сообщество проводится главным образом по объективным элементам преступлений. Оно опирается на выявленные практикой типичные внешние особенности различных случаев соучастия и позволяет отразить их в классификации преступлений.

     А. Н. Трайнин выделял следующие  три формы соучастия: без предварительного сговора (простое соучастие), с предварительным  соглашением и соучастие особого  рода. В основу приведенной классификации  автор положил характер и степень субъективной связанности соучастия, а назначение таковой он усматривал в установлении различной социальной опасности каждой из форм соучастия. Потом он дополнил данную им классификацию четвертой формой - организованной группой⁶.

     На  аналогичной позиции стоят П. И. Гришаев и Г. А. Кригер. По их мнению, классификация соучастия на формы имеет своей целью показать степень соорганизованности преступников и соразмерить опасность отдельных случаев совместной преступной деятельности в целом. Эти ученые, как и А. Н. Трайнин, называют четыре формы соучастия: соучастие без предварительного сговора, соучастие с предварительным сговором, организованную группу и соучастие особого рода преступную организацию. Кроме того, они подразделяют соучастие на виды, кладя в основу этого деления характер преступной деятельности соучастников. По этому критерию все случаи соучастия П. И. Гришаев и Г. А. Кригер подразделяют на два: простое соучастие (соисполнительство) и сложное соучастие (соучастие с распределением ролей)⁷.

     А. А. Пионтковский соучастие как родовое понятие подразделяет на соучастие без предварительного соглашения и соучастие с предварительным соглашением, которое в свою очередь может быть простым соучастием, организованной группой и преступной организацией или бандой. В свою очередь, все эти формы соучастия, по А. А. Пионтковскому, могут иметь место не только при соучастии в тесном смысле слова, но и при совиновничестве.⁸

     Похожее подразделение соучастия дает М. И. Ковалев. Подчеркивая, что соучастие  имеет внутреннюю и внешнюю стороны, он считает нужным проводить классификацию на основании этих различных сторон, образующих основу соучастия. При этом ту классификацию, которая основана на внутренней связи между участниками преступления, М. И. Ковалев относит к видам соучастия, а классификацию, вытекающую из учета различного характера деятельности отдельных соучастников преступления к формам. исходя из этих критериев, М. И. Ковалев различает два вида соучастия: соучастие без предварительного соглашения и соучастие с предварительным соглашением. Этот последний вид он считает нужным разделить еще на два вида: простое соучастие с предварительным соглашением и соучастие с предварительным соглашением носящее характер преступной организации. Формами же соучастия, по М. И. Ковалеву, должны считаться два различных характера преступной деятельности: совиновничество и соучастие в тесном смысле слова.⁹.

     Ф. Г. Бурчак, считая наиболее общим признаком, по которому следует проводить деление  соучастия на формы, является конструкция  состава преступления каждого из соучастников, предопределенная законом, выделяет следующие три формы: соисполнительство, соучастие в тесном смысле слова (с распределением ролей) и соучастие особого рода, непосредственно предусмотренное в Особенной части Уголовного кодекса.¹⁰

     Уголовный кодекс 1996 года называет четыре разновидности  соучастия :

     «Совершение преступления группой лиц, группой  лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией).

     1. Преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.

     2. Преступление признается совершенным  группой лиц по предварительному  сговору, если в нем участвовали  лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

     3. Преступление признается совершенным  организованной группой, если  оно совершено устойчивой группой  лиц, заранее объединившихся для  совершения одного или нескольких  преступлений.

     4. Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях …».(статья 35 УК РФ).

     Согласно  ч.1 ст. 35 преступление признается совершенным  группой лиц, если в его совершении участвовали два или более  исполнителя без предварительного соглашения. Такое соучастие может  выразиться, например, в причинении телесных повреждений или совершении убийства в коллективной драке, в изнасиловании и т. д. В этих случаях обычно происходит присоединение соучастников к исполнителю, уже начавшему выполнять объективную сторону преступления. Другие соучастники также "успевают" полностью или частично выполнить объективную сторону совершаемого преступления.

     В соответствии с ч. 2 ст. 35 преступление признается совершенным группой  лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее  договорившиеся о совместном совершении преступления. Обычно такой сговор происходит относительно места, времени или способа совершения преступления. Эта форма соучастия может сочетаться как с соисполнительством, так и с соучастием в тесном смысле, то есть с разделением ролей, однако в последнем случае должно быть не менее двух соисполнителей. Такая форма соучастия повышает опасность совершенного преступления и учитывается законодателем в качестве отягчающего (квалифицирующего) обстоятельства. Например, при краже (п. "а" ч. 2 ст. 158), мошенничестве (п. "а" ч. 2 ст. 159), присвоении или растрате (п. "а" ч. 2 ст. 160), грабеже (п. "а" ч. 2 ст. 161), разбое (п. "а" ч. 2 ст. 162), вымогательстве (п. "а" ч. 2 ст. 163).