Возникновение и развитие кредитной кооперации в дореволюционной России

Оглавление

Введение………………………………………………………………………….3

Глава 1. Община в дореволюционной России ……………………………..5

1.1.  Структуры и управление общиной в новых условиях..............................5

1.2. Функции общины…………………………………………………….…….11

1.3.  Принципы общинной жизни....................................................................15

Глава 2.   Возникновение и развитие кредитной кооперации в дореволюционной России…..........................................................................23

2.1. Социально-экономические предпосылки зарождения кредитной кооперации в России …………………………………………………………..23

2.2. Основные периоды развития кредитной кооперации в дореволюционной России………………………………………………………………………….…31

2.3. Кооперация на фоне реформ Столыпина………………………………...36

Заключение……………………………………………………………………..40

Список используемой литературы…………………………………………...42

Введение

Крестьянская община в России насчитывает многовековую историю. Она является преемницей первобытной родовой общины. Именно она стала той формой организации крестьянства в нашей стране, которая веками обеспечивала выживание, как большей части населения, так и всего государства. История общины это во многом отражение истории страны в целом. Именно поэтому её изучение так важно для осмысления всего российского исторического процесса.

В сельской общине все более отчетливо устанавливалось противостояние двух типов общинников — традиционного крестьянина, приверженного обычаям отцов и дедов, общине с ее коллективизмом и социальной защищенностью, и нового крестьянина, желающего жить и хозяйствовать на свой страх и риск.

Степень разработанности проблемы. Общинное начало не является специфическим российским явлением. Этот родовой признак в том или ином выражении свойственен крестьянству вообще. Община — явление всемирного масштаба, зародившееся на заре человеческой истории и продолжающее существовать во многих странах и в настоящее время. Однако в России община приобрела устойчивый и ярко выраженный характер. Россия была "заповедником" общинных форм, и ни у одного народа мы не имеем такого богатого материала об общинном землевладении, о "живой истории" общины, как в России.

Что касается роли Столыпинской аграрной реформы в эволюции российской крестьянской общины, то она достаточно всесторонне исследована, хотя, как и община в целом, имеет противоречивые и даже диаметрально противоположные оценки и до сих пор остается объектом жарких споров. В научной литературе одним и тем же фактам и цифрам, оценки часто даются в зависимости от симпатий и антипатий авторов. Реформа замерла на такой стадии, что исследователи самых различных взглядов могут использовать ее результаты в свою пользу. Значительно менее исследован последний этап в истории русской общины, приходящийся на советское время и охватывающий примерно 12-15 лет, прошедших от революции до завершения "в основном" сплошной коллективизации.

Идея кооперации, т.е.  сотрудничества, очень древняя. Зарождение ее совпадает с началом человеческого общества. На первых ступенях развития культуры люди, в силу окружающих условий, вынуждены были объединяться в группы для более успешной борьбы за существование. Но как ни широко было применение идеи кооперации на заре человеческой истории, она не имела корней в сознании людей. Ею пользовались как вспомогательным средством для достижения хозяйственных целей и совершенно не подозревали, что она может стать постоянной экономической системой. Понятно, что исчезновение препятствий, должно было повлечь за собой пренебрежение этой идеей. Действительно, по мере развития цивилизации и хозяйственной  жизни, когда успела установиться известная безопасность и появилась возможность приобретать предметы потребления в обмен на денежные знаки, действовать объединенными усилиями больше не представлялось необходимым, за исключением редких случаев: нашествия врагов, общественного бедствия и т.д.

Актуальность темы курсовой работы, рассмотрение возникновения и развития кооперации в России, также история происхождения этапов в дореволюционной России.

Целью курсовой работы является рассмотрение общины и кооперации в дореволюционной России. Для достижения поставленной цели были обозначены следующие задачи.

1. Рассмотрение крестьянской общины в дореволюционной России.
2. Изучение возникновения и развития кредитной кооперации в дореволюционной России.

ГЛАВА 1. Община в дореволюционной России

1.1.   Структуры и управление общиной в новых условиях

Великие реформы 1860-х гг. внесли много нового в положение владельческих крестьян: они не только освободили их от помещичьей власти, но и поставили их отношения с коронными властями на твердое юридическое основание. С помещичьими крестьянами в 1861 г. произошло то же самое, что и с государственными крестьянами в 1837—1843 гг., после реформы казенной деревни: в их жизнь пришел писаный закон, основанный преимущественно на обычном праве. Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, четыре положения, предназначенные для отдельных местностей со специфическими условиями жизни, и ряд частных законов, регулирующих порядок освобождения и устройства бывших помещичьих крестьян на новых принципах, несли в их жизнь усиление законности. При этом общинный строй жизни не только не был поколеблен новым законодательством, но еще более утвердился, так как реформаторы хотели, чтобы община помимо своих традиционных функций выполняла в отношении контроля над крестьянами и обязанности отстраненного от дел помещика. Законы 1861 г. утвердили единое для всех владельческих крестьян общинное устройство. А последовавшие реформы удельной (1863) и государственной (1866) деревень распространили его на другие категории крестьян. С этого времени все крестьяне находились в равных правовых условиях, и их жизнь регулировалась одними законами, исходившими от государства.

В основу нового и единого для всех крестьян общественного порядка было положено устройство казенных крестьян по реформе 1837—1843 гг., в который правительство, опираясь на двадцатилетний опыт управления государственной деревней, внесло существенные изменения.1

Община была преобразована в сельское общество, которое официально стало рассматриваться как исключительно хозяйственная единица. Несколько сельских обществ, находившихся друг от друга на расстоянии не далее 13 км и составлявших один церковный приход, объединялись в низшую административную единицу — волость. Вследствие того что крестьяне каждого селения освобождались и получали землю по особому договору с помещиком, коронной администрацией или удельным ведомством, правительство отказалось от принудительного и чисто формального объединения бывших сельских общин в сельские общества, как это было во время реформы казенной деревни 1837 г. Большинство простых общин получило статус сельского общества, а там, где это по разным причинам сделать было невозможно, допускалось де-факто существование внутри сельского общества деревенских, или селенных, общин с той же структурой и теми же функциями, как и в сельских обществах. В 1899 г. существование таких общин, так же как и деревенских, или селенных, сходов, было санкционировано законом, и с тех пор они официально получили статус юридического лица.

Самое существенное изменение, которое принесла реформа, состояло в том, что значение формальной структуры сельской общины повысилось, а неформальной — понизилось. Согласно новому законодательству, выборные, хотя и не нуждались в утверждении администрацией, считались сельским начальством со всеми вытекающими из этого последствиями. Закон четко определил их обязанности, усилил их подчиненность коронной администрации и их ответственность перед ней за все, что происходило в общине: за плохое с официальной точки зрения выполнение служебного долга выборные могли подвергаться штрафу, непродолжительному аресту и суду, а за неправильные, по мнению властей, решения схода, которые обязательно записывались в специальную книгу, они несли уголовную ответственность. Досрочное отрешение от должности старосты стало прерогативой администрации. Срок службы старост был установлен в 2 года. Администрация делегировала выборным более значительную власть, чем они имели прежде. Староста получил право без санкции схода наказывать крестьян за некоторые проступки денежным штрафом и двухдневным арестом. Это способствовало росту бюрократизации общины.

В сельских сходах по-прежнему принимали участие все дворохозяева, пользовавшиеся долей общинной земли; собирались сходы, как прежде, по мере надобности, но их деятельность была определена законом. Требование единогласия было оставлено: решение считалось правомочным, если в сходе участвовало не менее двух третей дворохозяев и если за него проголосовало по важным делам две трети присутствовавших, по второстепенным делам — простое большинство. Общинная полиция выбиралась крестьянами, но контролировалась не только ими, но и коронной полицией. Для всех крестьян был создан выборный сословный волостной суд, который официально считался судом первой инстанции.

Таким образом, реформы 1860-х гг., в основном сохранив традиционное общинное устройство крестьян, внесли в него и много нового, особенно для бывших помещичьих крестьян. Они превратили некогда неформальную самодеятельную организацию из института обычного права в институт государственного права, в административную ячейку государственного управления, дали ей статус крестьянской сословной корпорации с правом юридического лица, регламентировали ее деятельность юридически и поставили под контроль администрации. С 1889 г. этот контроль еще более усилился, во-первых, вследствие введения специальной коронной должности земского участкового начальника, которому поручалась опека над общинами, находившимися на территории его участка, и, во-вторых, ввиду необходимости утверждения решений сходов по важным делам коронной властью.

Однако сам по себе закон не мог в одночасье радикально трансформировать сельскую общину из общности в общество. Это требовало времени, но именно этот процесс лежал в основе всех изменений в пореформенной деревне. Подчеркну, что изменения были процессом: происходило медленное вытеснение традиционного новым, новое сосуществовало или боролось со старым, в одних общинах прогресс был сильным, в других — заметным, в третьих — едва присутствовал. Именно поэтому в источниках встречаются различные оценки темпов происходивших социальных перемен.

Изменения в общинной демократии происходили в направлении, намеченном реформой. Обнаружилась тенденция к превращению выборных в чиновников. Некоторые эксперты по крестьянским делам, например Г.И. Успенский, уже в конце 1870-х гг. утверждали, что староста и сборщик податей превратились в «лица официальные, имеющие дело с начальством, да и выбираются они для начальства больше чем для крестьян. Выбрать же своего человека, который бы соблюдал общие интересы так же точно, как и свои собственные, оказывается невозможным».

Действительно, имелись объективные предпосылки для отрыва выборных от крестьян. Во-первых, выборные подчинялись коронной администрации, а последняя обрушила на них карательные меры за плохое исполнение обязанностей. Выборные поневоле должны были усиливать давление на крестьян, что не могло не создавать напряженности между ними и крестьянами. Во - вторых, наметилась тенденция к закреплению выборных должностей за определенными лицами на длительный срок. Если до отмены крепостного права староста обычно переизбирался ежегодно, по закону после 1861 г. должен был служить 2 года, то в 1880 г. в 34 губерниях средний срок службы 85.1 тыс. старост составил 2.4 года, из них 67% служили первый срок, 27% — второй, а 6% — третий и более срок; средний срок службы волостных старшин и писарей был еще больше — 3.2 года, из них 49% служили два и более срока.2

Однако на общинном уровне выборные не стали чиновниками. Общественное мнение, отсутствие у них значительных привилегий, постоянная связь с избирателями и материальная зависимость от них помешали этому. Выборные высших категорий получали жалованье, назначаемое общиной.

По свидетельству современников, повышение служебной ответственности выборных перед администрацией, увеличение их обязанностей при не большом жалованье привели к уклонению крестьян от занятия выборных должностей в общине. Зажиточные крестьяне стали прибегать к разным уловкам, чтобы избежать службы, например они, нередко нанимали заместителей, которые за плату выполняли их общественные обязанности. Администрация боролась с этим, запрещая отказываться от общественной должности лицам, не служившим по выборам полный срок.

Ввиду увеличения числа общественных должностей и малочисленности зажиточных крестьян на важные общественные должности стали избирать также середняков (бедняков в принципе не выбирали, так как они не имели достаточно имущества для покрытия растраты общественных денег, если такое случалось). Приход середняков, составлявших две трети крестьянства, на важнейшие общественные должности служил гарантией против отрыва выборных от общины. Однако, с другой стороны, выборные из середняков чаще попадали в одностороннюю зависимость от зажиточных крестьян.

Вариантов взаимоотношения общины, выборных и мироедов (так назывались крестьяне, угнетавшие и эксплуатировавшие однообщинников) было множество — от полного подчинения общины вместе со старостой мироедам до полной не зависимости от них, от большого влияния старосты до роли марионетки в их руках. Именно поэтому крестьяне называли мироедов и «благодетелями», и «кровопийцами».

Таким образом, расчет властей на превращение выборных от крестьян в чиновников в значительной мере оправдался применительно к волостным выборным, которые фактически стали малозависимыми от крестьян должностными лицами. Один только факт, что крестьяне перед волостным старшиной снимали шапку, как перед барином или чиновником, говорит об этом. Вполне оправдались надежды правительства на изменение порядка принятия решений на сходах. Первые 20—25 лет после реформы крестьяне стремились к единогласию.

Но затем под влиянием усилившихся противоречий в общине достижение общего согласия, так называемого консенсуса, стало невозможным и решения принимались простым или квалифицированным большинством (две трети против одной трети) голосов. Традиционные взгляды изменились до такой степени, что крестьяне перестали считать, что большинство всегда право. Меньшинство стало жаловаться властям на большинство в тех случаях, когда для принятия решения закон требовал квалифицированного большинства в две трети, а оно принималось простым большинством. И власти шли навстречу меньшинству и отменяли незаконные решения, принятые большинством, — так закон вытеснял обычай.

Сходы и до отмены крепостного права часто были ареной жарких споров. Но в пореформенное время по мере роста внутренних противоречий в общине сходы превращались в «настоящие парламенты» с партиями единомышленников, с «настоящей парламентской борьбой, так как парламентские приемы, подвохи, подходы отлично разработаны деревней».

В первые десятилетия после эмансипации положение крестьян было порой столь тяжелым, что они с сожалением вспоминали крепостные порядки.  Лишь с конца XIX в. наметилось улучшение положения крестьян в связи с понижением выкупных платежей и повышением доходности крестьянских хозяйств.

Таким образом, новые правовые условия жизни сельской общины, с одной стороны, и объективные условия ее существования, с другой — способствовали ее преобразованию в общественную корпорацию.

1.2.  Функции  общины

К середине XIX в. сельская община достигла своего наивысшего развития, чему способствовали не только сами крестьяне, но и коронная, удельная администрация и помещики. Чтобы представить многообразную деятельность общины, рассмотрим ее функции в том виде, как они осуществлялись в первой половине XIX в.

1. Регулятивная: поддержание  внутриобщинной дисциплины, обычно  правовых норм жизни и нравственности; санкционирование браков, разводов  и семейных разделов; контроль  за сексуальной моралью, за правильностью  раздела и наследования имущества; разрешение внутрисемейных конфликтов  по апелляции крестьян и т. п. — словом, управление теми аспектами  жизни крестьян, которые не подпадали  под действие закона. Вся эта  деятельность осуществлялась в  форме неофициального социального  контроля, через сходы и выбранных  на них должностных лиц по  обычаю.

2. Производственная: распределение  пашни и угодий между хозяйствами, регулирование их использования; организация производства; регулирование труда и отдыха по обычаю. Большая роль общины в организации производства была связана со следующими обстоятельствами — коллективностью землевладения, чересполосицей и круговой порукой в несении финансовых обязательств перед государством и помещиком. Не отдельное крестьянское хозяйство, а община выступала субъектом землевладения, крестьянам принадлежало только право временного пользования землей. Государство или помещик передавали в пользование общины землю, которая распределялась общиной между отдельными хозяйствами. Крестьянину, уклонившемуся от общего порядка, грозила потеря урожая, который вытоптал бы скот односельчан, запускаемый на поля после жатвы; он не смог бы проехать на свои поля, не повредив посевов соседей и т. п. Наличный земельный фонд общины был достаточно стабильным, в то время как население возрастало, и состав семей под влиянием рождаемости и смертности изменялся. Отсюда периодически возникала потребность в переделе земли между хозяйствами для поддержания между ними равенства в землепользовании. Переделы бывали коренные и частные. По коренному переделу хозяйство получало участки в других местах и иных размеров, чем прежде. В результате частного передела за хозяйством оставалось ядро старого надела, но к нему добавлялось или, наоборот, от него отнималось некоторое количество земли. Практически не подлежала переделу только усадебная (дворовая) земля; выход усадьбы из переделов произошел постепенно и свидетельствовал о стремлении крестьян закрепить за собой в наследственное пользование землю, наиболее ухоженную и плодородную.

В передельных общинах все хозяйства имели равные права на землю. Если бы все они были одинаково платежеспособны, то земля распределялась бы между ними в соответствии с числом семейных пар или ревизских душ (лиц мужского пола, зафиксированных ревизией). Но платежеспособность была различной, ввиду этого земля распределялась пропорционально той доле налогов и повинностей — платежей, которая падала на данное хозяйство, а эта доля определялась общиной. Другими словами, доля платежей должна была соответствовать возможностям хозяйства, а доля земли — доле платежей. Для этого община определяла, сколько платежей приходится на единицу площади земли. После того как община завершала распределение земли и платежей, отдельные хозяйства могли вступать в частные поземельные отношения между собой: сдавать часть земли в аренду, обмениваться участками. В тех общинах, где усадебная земля перешла в наследственное пользование, разрешалось ее продавать. Все поземельные сделки заключались только между ее членами и с согласия общины. Поземельные сделки не подрывали коллективного характера общинного землевладения, они помогали найти оптимальное распределение земли и платежей между крестьянами, что было нелегко сделать, особенно в больших общинах.

Принятый порядок распределения земли удовлетворял двум непременным требованиям, выдвигаемым крестьянами, — равенство всех в праве на общинную землю и равенство всех в обязанности платить налоги и повинности.

3.Финансово-податная: распределение и взимание общегосударственных и местных налогов и повинностей; организация крестьян на исполнение натуральных повинностей по требованию коронной администрации и помещиков — по обычаю и закону. В этой сфере роль общины была очень значительна ввиду того, что обложение прямыми налогами, государственными, владельческими и всякими другими повинностями с начала XVIII в. строилось на общинно-подушном принципе и на основе круговой ответственности — один за всех и все за одного. Это означало, что коронная администрация устанавливала величину годового налога не отдельному человеку или хозяйству, а каждой общине в целом, исходя из числа душ мужского пола, числившихся в ней по последней переписи (ревизии), что за исправную уплату этой суммы несли ответственность выборные (один за всех) и вся община (все за одного). Если крестьяне кроме государственных налогов платили оброк или исполняли барщину, то администрация казенного имения или помещик назначали годовой оброк или определяли количество барщинных дней в целом на всю общину. Этот суммарный оклад повинностей затем раскладывался самой общиной между всеми хозяйствами соответственно их платежеспособности. Все хозяйства в отношении платежа не только государственных налогов, но также всех вообще повинностей по закону были связаны круговой порукой. Поэтому распределение и сбор налогов являлись очень важной и деликатной процедурой, в которой, как и при распределении земли, принимали участие все главы хозяйств. По обычаю община имела право на самообложение, величина которого не контролировалась помещиками и коронной администрацией, что позволяло крестьянам собирать необходимые для общественных нужд деньги.

4. Правотворческая и судебная: расследование и суд по гражданским делам между крестьянами и уголовным преступлениям (кроме наиболее серьезных, таких как убийство, грабеж, святотатство и др.), совершенным на территории общины, — по обычаю, нормы которого в значительной мере являлись результатом правотворчества крестьянства; расследование по распоряжению коронной администрации дел, подлежащих коронному суду, в порядке первичного рассмотрения с передачей его результатов в более высокую инстанцию. Суд вершили выборные лица, совет стариков или сход. По закону, в случае не обнаружения преступников, крестьяне несли круговую ответственность за правонарушения, совершенные на территории общины. Деятельность в сфере права регулировалась законом и обычным правом, крестьяне стремились расширить прерогативы обычного права и, наоборот, сузить компетенцию закона.

5. Полицейская: поддержание общественного порядка; контроль за выходом из общины и припиской к ней, за временными миграциями; пресечение антиобщественного поведения; наказание с санкции схода крестьян за мелкие преступления, проступки, недоимки и т. п.; принятие мер при пожарах, наводнениях и других чрезвычайных происшествиях; задержание бродяг и дезертиров, наблюдение за исполнением паспортного режима; изгнание из общины за «дурное» или «развратное» поведение воров, лиц, подозреваемых в колдовстве, соблазнителей и т. п. (в этом случае сход обращался к коронным властям с соответствующим ходатайством, которое, как правило, удовлетворялось). Вся полицейская деятельность общины осуществлялась на основе писаного закона и точных инструкций.

6. Представительская: представительство и защита интересов отдельных крестьян и общины в целом перед помещиком, государственными, церковными и другими учреждениями; подача жалоб и прошений о своих нуждах в государственные институты; в случае необходимости — организация борьбы за свои интересы; поддержание отношений с местными коронными и церковными властями и учреждениями — по обычаю и закону.

7. Социальная защита: помощь бедным и пострадавшим от разного рода несчастий, призрение сирот, больных и одиноких в соответствии с нормами обычного права — по обычаю, содержание общественных хлебных складов, больниц, богаделен и других подобных заведений — по закону.

8. Культурно-воспитательная и рекреативная: проведение праздников; организация отдыха; содержание школ и библиотек; воспитание подрастающего поколения — по обычаю.

9. Религиозная: выборы священника (до начала XIX в.); попечение о состоянии церкви и причта; надзор за посещением церкви; проведение религиозных праздников и календарных земледельческих обрядов; организация коллективных молебнов в случае засухи, падежа скота и других происшествий — по обычаю.

1.3.  Принципы  общинной жизни.

Изменения в структуре и функциях общины, а также в правовых основаниях крестьянской жизни сопровождались изменениями эталонных норм поведения.

Рассмотрим, в чем эти перемены выразились.

1. Принцип «кто не работает, тот не ест» сохранялся в  полной силе, а вот принцип  «кто работает, тот ест» потерял  свою прежнюю безусловность. Под  влиянием естественного прироста населения в России появлялся избыток рабочей силы, который к 1900 г., по некоторым оценкам, достиг огромных размеров — 23 млн. человек, или 52% общего числа работников — людей рабочего возраста обоего пола. Это не были безработные крестьяне, но они выполняли работу, с которой могли справиться и без них.3

Работа и соответственно получаемый деревней доход распределялись между всеми, чего было недостаточно для поддержания достойного, даже по очень скромным крестьянским меркам, образа жизни всего сельского населения, несмотря на повышение урожайности. Продовольственные потребности крестьян в хлебе, который был главным продуктом их питания, удовлетворялись на рубеже XIX—XX вв. в целом на 80—90% ввиду недопотребления его низшими слоями деревни. Недостаточное питание приводило к тому, что калорийность потребления у низших слоев деревни оказывалась ниже той нормы, которая была необходима для ведения трудовой деятельности в полную силу. Возможно, вследствие недостаточного питания происходило ухудшение здоровья, если об этом судить по проценту забракованных при призыве в армию новобранцев из крестьян.

2. По поводу принципа  умеренности труда и запрещения  работы в праздники меньшинство  пришло в столкновение с большинством. С одной стороны, устранение давления  со стороны помещиков и коронной  администрации в казенной деревне  и рост аграрного перенаселения  толкали крестьян к увеличению  числа праздничных дней: в середине XIX в. их было около 95, в начале XX в.

Но, с другой стороны, появлялись крестьяне, которые хотели трудиться в праздники и поэтому тяготились запретом работать в эти дни. При крепостном праве в праздники никто не работал, и помещики, которые хотели, чтобы крестьяне их уважали, в эти дни устраивали в своих имениях для них угощение и развлечения. Теперь некоторые крестьяне стали нарушать запрет, что приводило к конфликтам с миром: у нарушителей ломали инвентарь, их штрафовали, общественное мнение их осуждало.

3. В связи с растущим  перенаселением деревни община  стала не в состоянии гарантировать  землю и достойное существование, все труднее ей было обеспечить  простое выживание крестьянства. В поисках выхода крестьяне  повышали доходность хозяйства, занимались неземледельческими  промыслами в деревне и за  ее пределами, апеллировали к  царю, от которого ожидали решения  о передаче помещичьей земли  в их владение, наконец, поддерживали  политические партии, которые проповедовали  насильственную экспроприацию этой  земли.

4. Традиция помощи нуждающимся  со стороны общины не умерла  до 1917 г., но, как мы видели, со временем  она слабела, причем не столько  потому, что у крестьян стало  меньше возможностей помогать, сколько  потому, что постепенно утверждался  принцип — каждый должен полагаться  только на себя. Эволюция толоки  очень показательна: безвозмездная  по мощь в дореформенное время, помощь со скрытой формой оплаты  труда в виде богатого угощения  в последней трети XIX в., замена  толоки наймом в начале XX в. Это  яркое свидетельство трансформации  отношений общинного типа в  отношения общественного типа.

5. Приоритет интересов  общины над интересами отдельных  семей и личностей сохранялся. Но вместе с тем появлялись  люди, которые принимали во внимание  в первую очередь свои интересы. Это приводило к конфликтам, и  не всегда победа была на  стороне общины: ей приходилось  более, чем прежде, считаться с интересами отдельных хозяйств, так как от некоторых богатых и влиятельных крестьян зависела вся деревня. С отменой круговой поруки в 1899 —1903 гг. отдельные хозяйства получили возможность еще меньше обращать внимание на коллективные интересы, что стимулировало развитие индивидуализма.

6. Консенсус в общине  был постепенно подорван. От единогласия пришлось отказаться, так как практически ни одно решение не могло быть принято единодушно. В конце XIX в. в деревне возник конфликт поколений, который постепенно нарастал. После революции 1905 г. в деревню из города пришло так называемое хулиганство. В его основе лежало нигилистическое отношение к власти, будь то отцовская, общинная или государственная, к традициям и авторитетам. В хулиганских действиях отличалась деревенская молодежь из бедных и средних семей, занимавшаяся отходничеством. Одни исследователи находят параллель между хулиганством и революционными выступлениями крестьян, другие видят в хулиганстве проявление конфликта поколений.

7. Моральный кодекс общины, обычаи и законы стали нарушаться  на много чаще, чем прежде, о  чем говорит более чем двукратное  увеличение преступности с 1861 —1870 по 1911—1913 гг.

Увеличилось число проступков, совершаемых внутри деревни. У многих крестьян наблюдалась эрозия чувства справедливости при распределении земли. Когда в 1906 г. закон раз решил выходить из общины и укреплять землю в частную собственность, то среди первых «укрепленцев» было много крестьян, поспешивших выделиться, чтобы сохранить за собой излишек земли, который у них оказался ввиду того, что давно не было передела. Традиционная мораль попала под сильное давление неблагоприятных объективных обстоятельств, чем воспользовались крестьяне, занимавшиеся предпринимательством, для которых общинные принципы становились помехой в их деятельности.