Заговоры в славянской традиции

МИНИСТЕРСТВО КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное бюджетное  образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Санкт-Петербургский государственный  университет культуры и искусств»

ФАКУЛЬТЕТ ИСКУССТВ.

КАФЕДРА НАРОДНОГО ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТВОРЧЕСТВА

 

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине Устное народное творчество

на тему: традиция заговоров у славянских народов.

Выполнил студент	2  курса       23240    группы  Бугрова Екатерина
	(подпись, дата)
Направление подготовки (специальность)	( Шифр ) Народное художественное творчество
Профиль подготовки (специализация )	(шифр) Фольклорная арт - терапия
Форма обучения	Очная, бюджет
Научный руководитель	кандидат искусствоведения, старший  научный сотрудник РИИИ    Глазунова Наиля Нигматовна (ученая степень, ученое  звание, должность, ФИО)
	(подпись, дата)

Санкт - Петербург

2012

Содержание:

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Введение.

 

Человек на всех этапах своего развития тесно связан с окружающей его действительностью, которая  формирует, воспитывает, развивает самого человека. Еще на раннем этапе своего развития человек понимал силу природы. В сознании человека складывалось представление о мире. Он населялся персонифицированными силами стихий, демонами, духами предков, находящихся в постоянном взаимодействии с самим человеком. Это, естественно, находило отражение в народном творчестве, фольклоре различных народов.

Народное творчество, наполненное осознанием человека силы слова и действия,  помогало «договариваться» со сверхъестественными силами, задабривать демонов и домовых, отпугивать  русалок и леших, обеспечивать хороший урожай, а так же счастливые отношения в семье и социуме. Но для получения залога о хорошем урожае, благополучной охоте, улучшения жизни, защиты от болезней и т.п. необходимо выполнение определенных действий и произнесение определенных слов - заговоров.

Основные исследования по этой теме посвящены структурированию самих заговоров, их типизации. Очень  много записей самих заговоров, собранных в фольклорных экспедициях. Самыми крупными исследователями являются Грушко Е. А., Померанцева Э. В., Юдин А. В., Степанова Н. И., Астахова А.М и многие другие.

Областью нашего исследования являются заговоры, распространенные на территории России, их локальные особенности, средства выразительности и структура. Исходя из этого цель исследования - определить общее в народных заговорах, выявить их различия, а так же определить сферу влияния заговоров, их силу и значение  в традиционной культуре. Исходя из поставленной цели можно выделить 4 задачи:

 

1. исследование истории заговоров, их развития.
2. выделить и рассмотреть структуру и средства выразительности заговоров
3. рассмотреть действия, сопровождающие заговоры.
4. определить сферу распространения заговоров в традиционной и современной культуре.

 

Объектом исследования являются заговоры различных этнических групп, проживающих на территории России и за ее пределами, а так же девичьи гадания.

 

Структура курсовой работы: курсовая работа состоит из пяти глав, введения и заключения, а так же двух текстовых приложений и приложений мультимедийных (презентации, музыкальных записей заговоров).

 

Методологически работа ориентирована на структурно – типологическое направление фольклористики, этнолингвистический анализ, а так же опирается на предыдущие исследования ученых фольклористов, в частности Майкова Л.Н.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1. История исследования и развития заговоров.

По мифологическим представлениям человека мир имеет трехчастную структуру. Он строится на так называемых бинарных оппозициях «свой - чужой», «хороший - плохой», «верх - низ». Кроме того, окружающий мир настроен враждебно – в лесах обитают демоны, великаны, оборотни, реки населены душами утонувших, водяными и русалками, в доме обитает домовой, а в бане – баенник и т.п.[2]. Для того чтобы эти силы не нарушали привычный уклад жизни человека, нужны определенные речевые формулы, с помощью которых с духами можно «договориться» или пригрозить им. Эти формулы называются заговорами.

Опираясь на мнение фольклориста Елеонской Е., К, заговором  именуется «определённая словесная формула, произносимая с целью того или иного воздействия на других людей или на окружающий мир - с целью достижения определённого состояния либо напротив, избавления от оного, осуществления определённого намерения либо предотвращения нежелательного явления.» [13] В народе заговор может именоваться и другими словами: «слово», «шептание», «наговор», «приговор», «осторожка», «оберег», «замовление», «примовление» и т.д.

 

Заговоры, по мнению абсолютного  большинства исследователей, являются наиболее архаичной составляющей традиционной славянской культуры. Практика применения заговоров уходит своими корнями в глубокую древность [1] и в большей или меньшей степени сохраняется до наших дней. Того же мнения придерживался фольклорист Познанский «ярко выраженная формализованность, заданность структуры, сравнительно небольшое количество основных образов и их простота - все эти качества заговоров были отмечены еще первыми исследователями и послужили основой для выдвижения тезиса об "архаической исконности" заговоров, уходящей корнями в "седую древность"». [23]

Первые упоминания о  заговорах содержатся уже в летописях, где рассказывается о клятвах, произносившихся  при заключении договоров. Документы XII-XV столетий содержат упоминания не только о самих заговорах, но и бабах-чародейках и шептуньях, занимавшихся "вязанием узлов" (наузов), использовавшихся в качестве оберегов.[22] Дальнейшее развитие заговоров прослеживается всязи с генениями церкви на «шептунов», судебные дела XVII-XVIII веков, так как знахарство жестоко преследовалось церковью и государством. Особенно суровой борьба с заговорами была в XVII веке, когда запрещались даже традиционные и народные обычаи и праздничные увеселения. Уличенных в колдовстве и знахарстве подвергали пыткам и сжигали в обложенных соломой срубах или отправляли в ссылку. [23]

Постепенно заговоры все меньше интересовали церковь, хотя и никогда не вызывали ее одобрения, гонение на «шептунов» и «колдунов» постепенно уменьшались. Сильным толчком к исследованию заговоров послужили сборники «Великорусские  заклинания» (1869), подготовленный Л. Майковым, «Русская народно-бытовая медицина» Г.Попова (1903), «Заговоры, обереги, спасительные молитвы и пр.» Н.Виноградова, а так же  «Материалы по этнографии русского населения Архангельской губернии» (1878) П.С. Ефименко, которые свидетельствуют о повсеместном бытовании заговоров в XIX начала XX веков среди народа.

 

Хотя упоминания о самих текстах заговоров  известны давно, первые публикации, связанные  с исследованием этого жанра, появились в середине XIX века. В 1841 году вышла в свет книга И.Сахарова "Сказания русского народа". Одна из частей труда И.Сахарова была озаглавлена "Русское народное чернокнижие", в этой части автор книги рассматривал вопросы, связанные со знахарством, кудесничеством, которое опиралось в своем существовании на лекарство и заговоры.

 

Работы В.И.Даля «О повериях, суевериях русского народа», Ф.И.Буслаева «Исторические очерки русской народной словесности», А.Н.Афанасьева  «Поэтические воззрения славян на природу» стали основой собственно научного изучения заговоров. Ученые - собиратели в своих работах затрагивали проблемы происхождения заговора, его историческую жизнь и развитие данного жанра, а так же их степень распространения и мета бытования.

Теория А. Потебни, трактующая заговор "как словесное изображение пожелания через сравнение", развитая в работе «Объяснение малорусских и сродных песен», оказала воздействие на дальнейшее исследование заговора.

 

Огромный вклад  в изучение заговора внесла монография Н.Ф.Познанского «Заговоры. Опыт исследования происхождения и развития заговорных формул». Можно сказать, в книге Н. Познанского подведены весьма внушительные итоги работы русских и европейских ученых в области исследования заговора как жанра устного народного.

После 1917 года изучению и собиранию заговоров в России уделялось значительно меньше внимания.

В советское время изучению заговоров были посвящены работы А.М.Астаховой, П.Г. Богатырева, Н.И.Савушкиной, З.И.Власовой, В.Н. Топорова и другие. В трудах этих ученых особое внимание уделяется изучению поэтики заговора, его структуры, изменению этого жанра, композиции, образов. В настоящее время интерес к заговорам не уменьшается. В науке накопилось много нерешенных вопросов, связанных с исследованием данных текстов. Возрастает интерес и к собиранию заговоров: по всем регионам России выходит в свет большое количество сборников (П.С. Ефименко, Л.Б. Мартыненко и И.В. Уваровой, Г.И. Попова, Н.И. Савушкиной и др.).

 

Развитие же самих заговоров шло весьма мягко и плавно. Можно смело предположить, что заговоры существуют с давних времен, органично вплетенные в традиционную культуру. Если взять за основу летописные источники 12 - 15 веков нашего времени, то можно обратить внимание, что заговоры являются значительной частью языческой, дохристианской культуры, они уже тесно сплетены с народными повериями. Уже на этом этапе они занимают весьма значительный пласт. [5] Заговоры распространены среди всех сословий, всех возрастных и социальных групп. С «крещением» населения в традиционную культуру стали постепенно проникать новые веяния, убеждения, росла сила молитвы. Естественно, это повлияло на народные заговоры, которые впитывали в себя новые формулы, интонации, слова и имена, а так же изменяли структуру под воздействием религиозного фактора.[27]

 

Таким образом, можно говорить о том, что заговоры всегда интересовали ученых – фольклористов, их изучению посвящено множество работ. Заговоры являются частью традиционной культуры с весьма раннего этапа развития человеческого общества, составляя часть обрядовых действий, воздействуя на сверхъестественные силы природы. Они распространены во всех слоях общества и несут в себе веру в возможность человека воздействовать на окружающую его действительность. Заговоры – это «живая» традиция, они изменяются под воздействием внешних факторов, времени и общества, имеют широкий ареал распространения.

 

 

 

 

 

 

2. Структура заговоров.

 

Заговоры весьма распространенное явление и в наши дни. По композиции, дошедшие до нас заговоры представляют собой довольно пестрое явление. Можно предположить, что наиболее древним видом построения заговоров является их двухчастная форма. В первой части дается описание заговорного обряда, а во второй приводится сама заговорная формула, заканчивающаяся «закрепкой». [22]

Так, характерен заговор  на хороший рост растений. Он начинается с описания самого заговорного действа:

«Встану я, раб  божий (имярек), благословясь, пойду  помолясь из избы в двери, из дверей в вороты, в чистое поле, прямо  на восток и скажу...»

 

И далее после слова «скажу» идет уже сама заговорная формула:

«Гой еси  солнце жаркое, не пали и не пожигай  ты овощь и хлеб мой (имярек), а  жги и пали куколь и полынь-траву».

 

И заканчивается эта  заговорная формула «закрепкой»:

«Будьте мои  слова крепки и лепки».[25]

 

Однако такие двухчастные  композиции в имеющихся публикациях  встречаются нечасто. С течением времени, в связи с отмиранием заговорного обряда, сокращается, а  затем и совсем отмирает первая часть  заговора, содержащая описание обряда. Существует огромное множество видов заговоров: от болезней и хворей, детские заговоры на сон, любовные заговоры и приговоры, промысловые, лечебные, заговоры на покойников, домоводческие и хозяйственные и т.д. (см. приложение 1.) Не смотря на такое многообразие во всех заговорах можно выделить еще одну общую, весьма строгую структуру:

 

• «Задел», во время произнесения которого человек входит в состояние изменённого сознания и деперсонализации

Пример задела:

«Язык — проветчик, зубы — межа, глаза — вода, лоб — бор, веди меня (имя), сударушка — царица Мара-Моренушка, на двор, бери клюкву, мели муку, пеки хлеб, корми меня, будь отныне и до веку моя».

 

• Открытие заговора, формулы типа:

 

«Встану я (имя), благословясь, умоюсь водою, росою, утруся платком тканым, пойду перекрестяся, из избы в двери, из ворот в ворота, на восток»

то есть — действие либо представляется мысленно, либо реально совершается им и последовательно «проговаривается».

 

• Выражения желания — иногда пространно, иногда кратко.

 

• Уподобления символа, то есть сравнения желаемого явления с каким-либо явлением в природе, обращения к стихиям — солнцу, месяцу, звездам, заре, ветрам, огню, грому, дождю, воде — с просьбой о помощи.
• Закрепление заговора или «ключ»

«…будьте слова моя крепки и лепки довеку,

 будь ты, мой приговор, крепче камня и железа»

 

 «замыкаю свои слова  замками, бросаю ключи под бел горючь камень алатырь; а как у замков смычи крепки, так мои слова метки»…

 

«Слово каменное, замок железный. Кто тот замок изгложет, слова мои переможет. Так быть сему!» [25]

• Благодарность [24]

 

В зачинах многих заговоров  мы обнаруживаем влияние христианской религии. Такие заговоры, как правило, начинаются словами:

«Господи боже, благослови Христос!»

«Во имя отца и сына и святого духа, аминь» и т.п.

«Закрепка», которой заканчивается  заговорная формула, по мнению заговаривающих, служит для закрепления сказанного, повышения магической действенности заговора. «Закрепки» нередко строятся на принципе сравнения. И они также иногда испытывают влияние христианской религии.

 «Все мои  слова, будьте благословенны, сильны и крепки, крепчае и жесточае и железа и булату, и вострого ножа, и ногтей орлиных, и всех моих сильных и крепких слов. Казанская богородица печать свою приложила златым своим  перстнем. Всегда отныне и довеку.

 Замок камень. Аминь, аминь, аминь!». [10]

 

Такие заговоры часто  называют «неканоническими молитвами». Если заговор относится именно к  таким «молитвам», то меняется и  струкрура самого заговора:

 

• Молитвенное вступление.
• Основная часть.
• Закрепка
• Зааминивание.

 

«Господи, как люди не забывают Тебя, 
и как, Господи, ты не забываешь меня 
и весь род человеческий, 
так чтоб и я, раб Твой (имя), 
ничего не забывал, 
из памяти своей не потерял того, 
чего есть, что было и что будет. 
Во имя Отца и Сына и Святого Духа. 
Аминь» [21.].

 

Если нет зааминивания и закрепки, заговор повторяется полностью 3 раза. В таких заговорах – молитвах нет, как правило, описания обряда, но наиболушую силу придает в них именно зааминивание.

Применение заговоров  характерно не только для славянской традиционной культуры, но и практически для всех архаических культур. О том, сколь высокое значение придавалось заговорам у древних можно судить по тому, что ведический корпус включает в себя, наряду с «Ригведой» («ведой гимнов»), «Яджурведой» («ведой жертвенных формул») и «Самаведой» («ведой напевов») ещё и «Атхарваведу» - «веду атхарванов» или, буквально, «веду заговоров». Она включает в себя заговоры главным образом повседневного, бытового характера. Например, против пожара в доме:

Это сток для  вод,

Жилище для  моря.

Посреди пруда наш дом -

Отврати (свои) лица!

Заговоры широко представлены и в традиционной культуре ближайших  соседей славян – балтов. Отрывок  литовского лечебного заговора:

Святая земля,

Земля, земля, землица!

Змея, змея, змея,

Отдай здоровье (имя) [20]

Известны заговоры и германо-скандинавской традиционной культуре. Вот, например, заговор от вывиха:

Фоль и Вотан  ехали в лесу.

Тогда у кобылы Бальдра была вывихнута нога.

Тогда заклинала  её Синтгунт, Сунна её сестра,

Тогда заклинала  её Фрейя, Фола её сестра,

Тогда заклинал её Вотан так хорошо, как он умел

И от вывиха кости, и от вывиха крови,

И от вывиха сустава:

Кость к кости, кровь к крови,

Сустав к  суставу да приклеятся [5]

Заметим, что многие исследователи  указывают на то, что часть мифологических песен «Старшей Эдды» также имеет ярко выраженные черты сугубо заговорного текста (либо являются «выросшими» из заговорного текста). Например, «Речи Сигрдривы» имеют такие строки:

Будь невредимым, день! Будьте невредимыми, дня сыны!

Будь невредимой, ночь с сестрою!

Негневными глазами взгляните на нас сюда

И дайте сидящим победу

Невредимые  асы, невредимые асиньи,

Да будет  невредимой многополезная земля![5]

В кельтском эпосе  также сохранились тексты, имеющие  отчётливые черты заговора:

Заклинаю ирландскую землю,

Омытую морем обильным,

Обильны горы великие,

Велики леса могучие.. [5]

 

Итак, заговор является характерной составляющей любой архаической культуры. В тоже время, говоря о славянском фольклоре, следует отметить, что многие тексты заговоров наполнены наряду с героями славянской демонологии и христианскими персонажами и христианской терминологией, что связано с постепенным проникновением и распространением религии в народные массы. К тому же определённое количество заговоров, записанных этнографами, в самом деле, является продуктом в большей мере христианского мышления, то есть достаточно поздним образованием. Но и ранние и поздние заговоры имеют общую структуру, в которой стойко прослеживаются 3 составляющие: вступление, просьба и закрепление результата (закрепка или зааминивание), что характерно не только для славянской культуры, а для заговорной традиции в целом.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3.Лингвистический анализ заговоров.

 

Заговоры – это часть традиционной культуры, несущая в себе не только систему восприятия жизни народа, но и поэтику, ритмику  и богатство языка. С религиозно-магической точки зрения заговор является частью вербальных (речевых, словесных) магических практик [28]. Часть заговоров имеет сугубо бытовое, «приземлено - практическое» предназначение, и в этом их отличие от обрядовых песен, большей частью относящихся к ритуальной культуре с духовным предназначением. Вместе с тем известны заговоры, используемые в не бытовых целях, а именно, в ходе ритуальных (обрядовых) действий – как обрядов, так и праздников. [11]

 

В основе создания заговоров лежит принцип сравнения тех или иных явлений, образов или предметов. Необычно широкое употребление сравнений составляет их жанровую стилистическую специфику. Нередки случаи, когда в заговоре применяется не одно, а несколько сравнений. Так, в одной «присушке» заговаривающий молодец хочет, чтобы присушиваемая им девушка так сильно тосковала по нему, как тоскует «мать по дитяти, корова по теленке, кошка по котятам, утка по утятам и т. д.». Иногда сравнения в заговорах переходят в гиперболы [15].

Так, в одном заклинании заговаривающий пастух говорит:

«И как стекаются  реки к окиану морю с тонучих гор, с дремучих лесов, со мхов и болот, и поточин, и с пахотных земель, и с лесных покосов, так бы приходил мой милой живот, крестьянский скот, сам с лесу домой».[19]

 

Второй отличительной  особенностью стиля заговоров является довольно частое употребление в них «сквозных эпитетов», которые служат средством усиления, подчеркивания, и выделения основной мысли. Так, в заговоре, назначение которого «присушить» девушку, сквозным эпитетом является прилагательное «сухой»[15]:

«... у того у белого камня стоит сухое  дерево, у того сухого дерева стоит  сухой мужик, сечет сухое дерево и кладет на огонь. Коль скоро и  круто разгоралось сухое дерево, так бы скоро и круто разгоралось сердце у рабы божией (такой-то) по рабе божием (таком-то)» [25].

 

Для поэтического стиля  заговоров характерно широкое употребление всевозможных повторов, которые в значительной мере обусловлены стремлением к максимальной детализации и конкретизации [15]. Примером может служить заговор от змеиного ужаления:

«Ты, змея Ирина, ты, змея Катерина, ты, змея полевая, ты, змея луговая, ты, змея болотная, ты, змея подколодная, собирайтесь у круг и говорите удруг, вынимайте нечистый яд от суставов, от полусуставов, от жил, от полужил, от полупожилков, от тридевять суставов, от тридевять

полусуставов, от черной шерсти, от белого тела, от чистой крови, от чистого сердца, от буйной головы».[25]

 

В приведенном примере  слова «сустав», «полусустав» и «полужилия» употреблены дважды, слово «змея» — шесть раз и предлог «от» — тринадцать. Эти повторы значительно усиливают выразительность заговора. С особенностями синтаксиса, и, прежде всего, широким употреблением повторов, в заговорах связано своеобразие их ритмики.

 Ритм в заговорной прозе основан на чередовании определенных интонационно сходных речевых отрезков, чаще всего лишенных какой-либо соизмеримости (и по числу слогов, и по расстановке ударений). Но иногда в заговорах можно отметить и определенную соизмеримость нескольких рядом стоящих речевых отрезков, и даже рифму. Приведем пример из одной любовной «отсушки» [20]:

«На море на окиане, уста не растворяются, на острове на Буяне сердце не сокрушается, стоит столб; на том столбе стоит дубовая гробница: Так бы и у (имярек) сердце бы не сокрушалося, в ней лежит красная девица, кровь не разгоралася, тоска-чаровница; сама бы не убивалася, кровь у нее не разгорается, в тоску не вдавалася. ноженьки не поднимаются, Аминь, глаза не раскрываются»[25]

 

Произносились заговоры вначале «зычным голосом», а потом, особенно лечебные заговоры — «шепотом» (шептания), с выполнением некоторых «магических действий». Широко используется практика произнесения лечебных заговоров с использованием техники «горлового пения». В северной традиции используется техника «пропевания» заговоров. Поэтому маг, колдун рунической традиции должен обладать развитым слухом, сильным и звучным голосом и даром «убеждения». Последнее не совсем относится к понятию ораторского искусства, а скорее к явлению природного магнетизма, обаяния, харизмы, заговариваемый должен верить в непререкаемый авторитет колдуна перед «высшими силами». Традиция наложения проклятий предполагает некую «жуткую» тональность в голосе, специфическое окружение, элементы одежды и окружения, а так же «страшный вид» выделяющий такого ведуна среди прочих. «Жуткий» звук – это, как привило, что-то похожее на хриплый и неблагозвучный вой, вызывающий у услышавшего чувство сильного дискомфорта и эмоциональной подавленности [21].

 

Таким образом, своеобразная ритмика, специфическое произношение заговоров заметно выделяет их из обыденной разговорной речи, подчеркивает интонационную необычность и тем самым увеличивает веру в силу их магического воздействия. Из сказанного очевидно, что жанр заговора отличается ярким своеобразием, как в своем назначении, так и в содержании и художественной форме. Заговоры, как и другие виды старинного фольклора, играли большую роль в жизни древнего человека. Вера в могущество слова была не только помощником в бытовых вопросах, но и зачастую обладала эффектом «плацебо» для тяжелобольных. В заговорах воплотился уникальный опыт многих поколений людей, которые пытались посредством слова воздействовать на здоровье и эмоционально-психологический мир человека, внушить ему уверенность в своих силах, защитить себя и своих близких от враждебных внешних сил, создать угрозу для недоброжелателей. При помощи слова очищали дом, защищали домашний скот от болезни и хищных зверей, налаживали отношения жены с мужем и т.д.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

4. Сопроводительные действия в заговорах.

 

Сила заговора содержится в словах, произносимых человеком  или же колдуном, но помимо вербальной силы необходимы (для улучшения результата наговора) и определенные действия. Эти действия могут сопровождать как весь заговор, так и являться только символической составляющей, по сути, не использующейся. Заговоры мы будем рассматривать как комплекс: ритуал + предмет + слово [29]. Предыдущие исследования на основе полевого материала позволяют предположить, что ритуал и предмет являются первичным и более устойчивым элементом традиционной формы, а слово как бы прикладывается к действию, сопровождая ритуал, и без него не существует, тогда как ритуал может совершаться и без вербальных форм.[16]

 

Главная цель заговора, отличающая его от других видов фольклора, - достижение определенного результата, то есть некоторого изменения существующего положения вещей. Для этих перемен часто выполнялось действие по аналогии, например в заговоре:

"Бабушка  Соломонида мыла и парила, и заговоры заговаривала из жилы в жилу, во единую жилу;

 чтобы не  брали и ни уроки, и ни  призоры, и никакие оговоры;

 ни своя  дума не брала, и ни свои  не брали:

 и не ушная, и  не языцная, и не подъязыцная,

 пятная и не подпятная,

 подошвенная и подподошвенная. Аминь”.[25]

 

Этот заговор произносится во время мытья в бане, обливая  заговариваемого водой, начиная  с головы, знахарь ходит вокруг него, при этом важно, чтобы заговариваемый стоял на возвышении (перевернутый таз или камень). Вода должна уносить болезни и невзгоды.

 

Представители традиционной культуры делят самих колдунов на «светлых»  и «темных», при этом их разделение весьма условно, потому как и те их возможности одинаковы. «Белых»  называют знахарями, они занимаются заговорами болезней, помогают с охотой, промыслами и в семейной обрядности, часто выполняя функции повитухи, а так же собирают лечебные травы и коренья. Знахарей в каждой деревне гораздо больше, чем колдунов

«Темных» называют колдунами, к  ним обращаются за помощью в любовных делах (присушки и отсушки), а так же чтобы сделать заговоры на врагов, недоброжелателей, они  занимаются проклятиями, наносят вред людям и скоту и т.п. Колдунами считаются либо одинокие, необщительные люди, либо хорошие знатоки трав, кузнецы, мельники и др. Иногда ведьмами называют овдовевших женщин, ведущих уединенный образ жизни [7].