Заключение под стражу как мера пресечения

                                 ВВЕДЕНИЕ

Выбор данной темы обусловлен тем, что:

Во-первых: данная мера пресечения выбирается только в отношении обвиняемого лица (в исключительных случаях - подозреваемого);

Во-вторых: особый порядок  применения данной меры пресечения;

В-третьих: заключение под  стражу является наиболее суровой мерой  пресечения, так как оно связано  с лишением человека свободы еще  до окончательного решения вопроса  о его виновности;

В-четвертых: имеются причины  для назначения данной меры пресечения;

В-пятых: актуальность работы подтверждается неутешительной статистикой  применения данной меры пресечения.

Основные проблемы данной темы:

- проблема соблюдения  прав человека и гражданина  при заключении под стражу  лица, которому еще не предъявлено  обвинение;

- нарушение презумпции  невиновности при назначении меры пресечения;

- обусловленность выбора  именно этой меры пресечения  в отношении лица, а не иной;

- Европейским судом по  правам человека Российская Федерация  была признана виновной в нарушении  ряда статей Конвенции о защите  прав человека и основных свобод  и была вынуждена выплачивать  немалые суммы лицам, ранее  содержавшимся под стражей. При  назначении данной меры пресечения  органы дознания, предварительного  следствия, прокуратура, суды  часто не учитывают, что данная  мера пресечения является самой  суровой и в соответствии с  законом (часть 1 статьи 108 УПК  РФ) может и должна применяться лишь при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. ¹

Необходимо разобраться  в проблеме ослабления прокурорского  надзора и такого факта, как «предвзятое  отношение судьи к участникам процесса», ведь может именно это  мешает изменить сложившуюся ситуацию в стране. На протяжении многих лет  существует данная проблема, потому что  судебный порядок для нашего государства  является новым, в отличие от зарубежных стран. В связи с вышесказанным  можно сказать, что данная тема достаточно не разработана именно на практике применения. В теории все прописано, но возникают проблемы с применением данной меры пресечения.

Задачи практического  исследования – изучение уголовных  дел и анализа проблематики избрания данной меры пресечения.

Предмет практического исследования - производство по уголовным делам.

1. Мера пресечения – заключение под стражу. Понятие, история возникновения.

В настоящее время самой  строгой превентивной мерой уголовно-процессуального  принуждения является заключение под  стражу. Прежде чем перейти к рассмотрению сущности данной меры, необходимо определиться со значением терминов, употребляемых  по отношению к данной уголовно-процессуальной категории. Исторически так сложилось, что досудебное превентивное лишение  свободы в связи с совершением  преступления имело и имеет различные  наименования. В частности, использовались следующие названия: "взятие под  стражу" - 1864г.; "заключение под  стражу" - 1923 г и практически  до наших дней; "содержание под  стражей" - 1864г.; "арест" - 1924г. , 1977г, 1960г.; "предварительное заключение под стражу" - 1969г.²

Первые конкретные положения  о заключении под стражу содержались  в Наказе Екатерины II от 30 июня 1767 г. В этом документе приводился примерный перечень улик для заключения человека в тюрьму. Этот перечень был полностью заимствован из трактата Ц. Беккариа «О преступлениях и наказаниях» 1764 г. Екатерина II в Наказе пыталась реализовать две правовые идеи: не заключать обвиняемых под стражу без сообщения им сути обвинения и без их допроса; ввести судебный порядок рассмотрения жалоб на незаконное заключение под стражу, однако, эти правила так и не прижились в русском дореформенном процессе.

В 1832 г. в России основным источником был Свод Законов Российской Империи. В нем содержались нормы  уголовного судопроизводства и называлась «О судопроизводстве по преступлениям». В соответствии со Сводом Законов «заключение под стражу» применялось против тех лиц, которые обвинялись в тяжких преступлениях: «в смертоубийстве, разбое, воровстве, по которым определяется лишение всех прав состояния, или торговая казнь». В ХV Своде Законов предусматривалось, что при приводе обвиняемого полиция обязана была немедленно допросить его и, «сообразно с важностью обвинения и силою улик, а также и с званием его, постановить, должно ли, на время дальнейшего следствия и суда содержать его в тюрьме или в домашнем аресте, или же только под надзором полиции, или отдать на поруки». Далее, Устав уголовного судопроизводства 1864 г., называл заключение под стражу «взятием под стражу», однако в Уставе была предпринята попытка детализировать порядок применения данной меры пресечения (были названы основания ее избрания, конкретизированы условия ее применения, установлены атрибуты постановления о «взятии под стражу», предусматривалась возможность его обжалования в суд). Устав не ограничивал сроки заключения под стражу, они были длительными, В 1917 г. произошла Октябрьская революция, которая привела к кардинальным изменениям государственного и общественного строя в России, всей его правовой основы. Пришедшие к власти большевики провозгласили лозунг полного упразднения законов свергнутых правительств, установив диктатуру революционной законности и целесообразности. Первые нормативные акты:

- Постановление НКЮ РСФСР  от 15 декабря 1917 г. «О мерах  заключения задержанных и об  учреждении при тюрьмах следственных  комитетов, проверки правильности  и законности ареста», еще носило  либеральный характер, в котором  устанавливалось, что до создания  постоянных судебно-следственных  учреждений учреждаются временные  следственные комитеты, на обязанность  которых возлагалась «немедленная  проверка законности содержания  всех арестованных лиц».

- 5 сентября 1918 г. Постановление  «О красном терроре», которым  устанавливается террор, объявленный  «прямой необходимостью» для  борьбы с классовыми

- 8 ноября 1918 г. Постановление  «О точном соблюдении законов», в котором предписывалось применение  в отношении лиц, совершивших  преступления, «экстренных мер, не  предусмотренных законодательством  или отступающих от него».

- 22 марта 1918 г. «О создании  местных чрезвычайных комиссий  по борьбе с контрреволюцией  и спекуляцией» предоставила  исключительное право всех арестов  по указанным преступлениям местным  ЧК.

Далее был принят УПК РСФСР 1922 г. В нем, относительно заключения под стражу, была предпринята попытка сузить пределы усмотрения правоприменителя при его применении. В частности, в ст. 161 УПК РСФСР 1922 г. устанавливалось, что заключение под стражу могло быть назначено лишь по делам о преступных деяниях, за которые назначается наказание в виде лишения свободы и, «притом лишь при наличии опасения, что обвиняемый скроется от следствия и суда, или же при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, находясь на свободе, будет препятствовать раскрытию истины». Ст. 148 УПК РСФСР 1922 г. говорит о том, что любая мера пресечения (в том числе и заключение под стражу) могла приниматься «лишь после привлечения подозреваемого лица к делу в качестве обвиняемого», кроме того, она могла быть изменена или отменена после первого его допроса. В отношении же подозреваемого заключение под стражу могло избираться лишь в исключительных случаях.

УПК РСФСР 1923 г. сокращает  сферу применения меры пресечения, в виде заключения под стражу (за преступления, наказание за которые  превышают один год лишения свободы). Основы уголовного судопроизводства Союза  ССР и союзных республик 1924 г. отказались от терминов «арест», «заключение  под стражу» и ввели вместо них термин «лишение свободы», тем  самым приблизив данную меру пресечения к лишению свободы как мере социальной защиты (так именовались  меры наказания). В годы правления И. Сталина применение заключения под стражу в основном регулировалось инструкциями и приказами НКВД. Аресты стали носить массовый характер. В середине 50-х годов в СССР начинается реформирование уголовно-процессуального законодательства, направленное на устранение последствий культа личности, произвола и беззакония органов НКВД, производивших массовые аресты, принимаются меры, направленные на усиление гарантий законности, в том числе и при применении заключения под стражу. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г. сохранили правило, в соответствии с которым заключение под стражу в качестве меры пресечения могло применяться лишь по делам о преступлениях, за которое законом предусматривалось наказание в виде лишения свободы, но, вместе с тем, определили, что к лицам, обвиняемым в совершении наиболее тяжких преступлений, перечень которых устанавливался законом, заключение под стражу могло применяться по мотивам одной лишь опасности преступления.

На практике по мотивам  опасности преступления заключение под стражу применялось в 90% случаев.

В последующем в статьи 96, 97 УПК РСФСР, регулировавшие заключение под стражу в качестве меры пресечения, были внесены изменения и дополнения 13 законодательными актами, большая  их часть дополняла перечень преступлений, предусмотренный ч. 2 ст. 96 УПК РСФСР, новыми преступлениями (к 1990 г. он состоял  уже из 90 преступлений). а 1977 г. «О внесении дополнений и изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» внес в ч. 1 ст. 96 УПК РСФСР серьезные изменения, существенно ограничившее применение заключения под стражу, а именно: оно допускалось по делам о преступлениях, за которое законом предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года.

В конце ХХ в. Страна взяла курс на построение правового государства, демократизацию уголовного судопроизводства.

УПК РФ существенно изменил  порядок применения заключения под  стражу, наиболее важная новелла УПК  РФ в этой части – установление судебного порядка применения заключения под стражу.

Заключение под стражу представляет собой физическую изоляцию подозреваемого, обвиняемого от общества, содержание его в буквальном смысле этого слова под стражей в специально для этого предназначенных учреждениях.³

2. Основания  избрания данной меры пресечения.

Дознаватель (ст. 41 УПК), следователь (ст. 38 УПК) в пределах своих полномочий вправе ходатайствовать перед судом  об избрании обвиняемому (здесь и  далее, если иное специально не оговорено, и подозреваемому) меры пресечения в виде заключения под стражу при  наличии достаточных оснований  полагать, что он:

1) скроется от дознания, предварительного следствия и  суда;

2) может продолжать заниматься  преступной деятельностью;

3) может угрожать свидетелю  или иным участникам уголовного  судопроизводства, уничтожить доказательства  либо иным путем воспрепятствовать  производству по делу (ст. 97 УПК).При решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определения ее вида при наличии оснований учитываются также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства (ст. 99 УПК).

О взвешенности подхода судов  к ограничению права на свободу  можно судить, проанализировав нижеприведенные  кассационные определения.

Постановлением Владимирского  областного суда от 20.06.2006 мера пресечения в отношении К. с заключения под  стражу была изменена на залог в  размере 1000000 руб.

СК ВС РФ 14.09.2006 в удовлетворении кассационного представления государственного обвинителя об отмене постановления суда первой инстанции отказано по следующим основаниям.

Кузин в течение длительного  времени (9 мес.) содержался под стражей, страдает гипертонией, дальнейшее содержание его под стражей может повлиять на здоровье подсудимого, который имеет  постоянное место жительства, не судим. Утверждения о том, что он может  оказать давление на свидетелей, воспрепятствовать  производству по делу, не основаны на материалах дела (Определение СК ВС РФ от 14.09.2006 N 86-О06-22).

Е. обвинялся в совершении в 1997 году преступлений, предусмотренных  ч. ч. 4, 5 ст. 33, ч. 3 ст. 158, ч. 3 ст. 174, ст. 175, ч. 2 ст. 210, ч. 2 ст. 291, ч. 2 ст. 292, ч. 1 ст. 306, ч. 2 ст. 326, ч. 2 ст. 327 УК.

Постановлением Иркутского областного суда от 30.09.2003 мера пресечения в отношении Е. с заключения под  стражу изменена на залог в размере 200000 руб.

СК ВС РФ 03.04.2003 отказано в удовлетворении кассационного представления государственного обвинителя об отмене постановления суда первой инстанции по следующим основаниям.

Е. под стражей с августа 1999 г., имеет постоянное место жительства, у него на иждивении двое малолетних детей, характеризуется положительно, уголовное дело в отношении его  в ближайшее время рассмотрено  быть не может.

Кроме того, действия Е. не были направлены против жизни и здоровья граждан, а тяжесть им содеянного сама по себе не может являться основанием для содержания подсудимого под  стражей (Определение СК ВС РФ от 03.04.2003 N 66-О02-104вт).

Постановлением Мурманского  областного суда от 28.06.2006 мера пресечения в отношении Ф. с заключения под  стражу изменена на подписку о невыезде.

СК ВС РФ 05.10.2006 в удовлетворении кассационного представления государственного обвинителя об отмене постановления отказала по следующим основаниям.

Суд первой инстанции, изменяя  меру пресечения, в своем постановлении  обоснованно указал, что оно предопределено изменением части оснований, в связи  с которыми Ф. был заключен под  стражу, в суд поступили письма из УБОП УВД Мурманской области о  том, что Ф. способствует раскрытию  других преступлений. Ф. трудоустроился, имеет несовершеннолетних детей (Определение  СК ВС РФ от 05.10.2006 N 34-О06-27).

В силу прямого действия конституционного принципа презумпции невиновности (ч. 1 ст. 49 Конституции РФ) в уголовном процессе (ст. 14 УПК) избрание меры пресечения по мотивам одной лишь тяжести содеянного недопустимо. Данное основание 14.03.2001 было исключено еще из УПК РСФСР. К сожалению, несмотря на это во многих судебных документах по-прежнему часто встречается выражение: "с учетом тяжести содеянного обвиняемым оснований для отказа в удовлетворении ходатайства о заключении обвиняемого под стражу не усматривается". Если в постановлении судьи об аресте вышеперечисленные в законе основания для избрания меры пресечения не раскрыты, в нем содержится лишь намек на предполагаемую тяжесть содеянного, то это - прямое свидетельство отсутствия достаточных оснований к заключению подозреваемого, обвиняемого под стражу. Иное толкование содержания правоприменительного акта противоречит принципу презумпции невиновности, практике Европейского суда по правам человека, практике Верховного Суда РФ.

В силу ч. 1 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. В силу презумпции свободы личности при оспаривании права на нее судья обязан начать свою профессиональную деятельность по материалу о заключении под стражу с предположения о том, что лицо, подвергшееся ее лишению, должно быть освобождено.

Органами предварительного расследования П. обвинялся в  организации преступного сообщества по 124 эпизодам мошенничества (ч. 1 ст. 210, ч. 4 ст. 159 УК).

Волгоградский областной  суд Постановлением от 20.02.2007 по ходатайству  стороны защиты изменил в отношении  П. меру пресечения с заключения под  стражу на подписку о невыезде и  надлежащем поведении.

В кассационном представлении  государственный обвинитель поставил вопрос об отмене данного решения, мотивируя  это тем, что П. обвиняется в совершении особо тяжкого и целого ряда тяжких преступлений.

Оставив постановление суда первой инстанции без изменения, СК ВС РФ в кассационном Определении от 22.05.2007 указала, что законность и обоснованность применения меры пресечения определяется наличием выявленных правовых оснований для ее применения. При этом вопрос о заключении под стражу не может решаться исходя из каких-либо формальных условий, суд должен основываться на самостоятельной оценке существенных для такого решения обстоятельств, приводимых как стороной обвинения, так и стороной защиты.

П. после предъявления ему  обвинения, находясь под подпиской  о невыезде, от явки к следователю  никогда не уклонялся.

Предварительное расследование  в отношении П. окончено, сбор доказательств  его вины завершен. Показания потерпевших  и свидетелей зафиксированы в  протоколах допросов. При таких обстоятельствах  доводы автора кассационного представления  о том, что П. может также и  воспрепятствовать установлению истины, не основаны на материалах уголовного дела.

В материалах дела нет данных и о том, что П. может заниматься преступной деятельностью, так как  в связи с возбуждением уголовного дела деятельность организации НП "Волжский союз", под прикрытием которой  совершались действия, квалифицируемые  как мошенничество, прекращена.

П. не судим, имеет постоянные места жительства и работы, семью, на его иждивении находятся несовершеннолетние дети.

Суд, исходя из презумпции невиновности, обоснованно пришел к выводу о  том, что тяжесть предъявленного П. обвинения сама по себе, без учета  обстоятельств, указанных в ст. 97 УПК, не может служить основанием для избрания меры пресечения (Определение СК ВС РФ от 22.05.2007 N 16-О07-19).

Термины "при наличии  достаточных оснований полагать", "скроется от предварительного расследования", "может заниматься преступной деятельностью", "может угрожать свидетелю" - категории  оценочные. Поскольку в соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК решения судов должны быть мотивированными, их содержание в обязательном порядке подлежит раскрытию в процессуальных документах.

В качестве оснований для  избрания меры пресечения в законе установлены категории вероятностного характера: "достаточно полагать", что обвиняемый "может" продолжать заниматься преступной деятельностью (п. 2 ч. 1 ст. 97 УПК), "может" угрожать участникам уголовного судопроизводства или иным путем воспрепятствовать  производству по уголовному делу (п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК).

Мера пресечения подлежит применению уже только при наличии  самой возможности предусмотренных  ч. 1 ст. 97 УПК последствий. Из содержания п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК следует, что избрание меры пресечения всегда следует считать своевременным, законным и обоснованным, если таковая предотвратила саму возможность угрозы потерпевшему, а не пресекает уже высказанные, тем более осуществленные, угрозы. Более того, ст. 97 УПК предписывает органам предварительного расследования, прокурору и судье предвидеть возможные последствия несвоевременного применения мер пресечения к лицу, обвиняемому в совершении преступления, особенно склонному к продолжению преступной деятельности. О том, что лицо может продолжить свою преступную деятельность, свидетельствует, например, наличие у него антиобщественных установок, количество ранее совершенных противоправных деяний. Вывод о том, что подозреваемый (обвиняемый) скроется от следствия и суда, будет угрожать свидетелям и потерпевшим, нетрудно сделать, проанализировав характер его преступных проявлений.

О том, что лицо продолжит  свою преступную деятельность, может  свидетельствовать количество его  предыдущих противоправных деяний.

Вывод о том, что обвиняемый скроется от следствия и суда, будет  угрожать свидетелям и потерпевшим, можно сделать, проанализировав  характер его преступных проявлений, последующее поведение.

Уголовное дело в отношении  содержащегося под стражей К., обвинявшегося в совершении преступлений, предусмотренных п. п. "в", "д" ч. 2 ст. 131, п. "д" ч. 2 ст. 132, ст. 119 УК, находилось в производстве Томского областного суда с 08.04.2005.

Определением от 24.07.2006 мера пресечения в отношении его изменена на залог в сумме 200000 руб.

СК ВС РФ 13.10.2006 определение суда первой инстанции отменено, материалы направлены на новое судебное разбирательство.

Суд кассационной инстанции  указал, что "судьей не учтены основания, по которым мера пресечения в отношении  К. ранее изменялась с подписки о  невыезде на заключение под стражу, а также характер предъявленного К. обвинения" (Определение СК ВС РФ от 13.10.2006 N 88-О06-44).

28.12.2006 Томский областной  суд, вновь рассмотрев вопрос  о мере пресечения, сохранил в  отношении К. меру пресечения  в виде залога.

Государственный обвинитель в кассационном представлении, потерпевшая, ее представитель - адвокат в кассационных жалобах повторно поставили вопрос о заключении К. под стражу, мотивируя  это тем, что подсудимый вину не признает, в содеянном не раскаивается.

СК ВС РФ в кассационном Определении от 22.03.2007 с позицией суда первой инстанции согласилась и указала на то, что подсудимый от явки в суд не уклоняется, данных о том, что воздействует на потерпевшую, свидетелей, иным образом препятствует судебному разбирательству, нет (Определение СК ВС РФ от 22.03.2007 N 88-О07-9).

Суд обоснованно заключил подсудимую под стражу, так как  она реально могла препятствовать установлению истины по делу.

В отношении Ш., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ, была избрана мера пресечения подписка о невыезде.

Постановлением судьи  Ставропольского краевого суда от 26.05.2006 она заключена под стражу.

В кассационной жалобе защитник Ш. поставил вопрос об отмене данного  постановления, мотивируя это тем, что его подзащитная проживала  с несовершеннолетней дочерью и  престарелой матерью - инвалидом  второй группы, ее брак расторгнут, муж  проживает за пределами края, что  лишило ребенка и мать опеки.

СК ВС РФ 12.06.2006 оставила жалобу без удовлетворения, поскольку установлена возможность вмешательства Ш. в формирование документов, предоставляемых инспекцией ФНС (Определение СК ВС РФ от 12.06.2006 N 19-О06-36).

Анализ постановлений  о заключении подозреваемых, обвиняемых под стражу (2002 - 2008 гг.) свидетельствует, что судебная практика применения положений  ст. 108 УПК хотя и сформировалась, однако встречаются и вопиющие нарушения  уголовно-процессуального закона.

Президиум ВС РФ рассмотрел результаты обобщения судебной практики о применении судами законодательства о заключении под стражу подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений в порядке, предусмотренном статьей 108 УПК.

В ходе обобщения установлено, что судами не в полной мере выполняются  требования уголовно-процессуального  законодательства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и  учитываются разъяснения, содержащиеся в Постановлениях Пленума ВС РФ от 05.03.2004 N 1 "О применении судами норм УПК", от 10.10.2003 N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ", от 14.02.2000 N 7 "О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних".

Судами не всегда с достаточной  полнотой исследовались основания, подтверждающие необходимость применения такой меры пресечения, как заключение под стражу, в отношении лиц, подозреваемых  или обвиняемых в совершении преступлений. Удовлетворяя такие ходатайства, судьи в постановлениях лишь формально перечисляли указанные в статье 97 УПК основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных, исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться, продолжать заниматься преступной деятельностью и т.д.

Более того, при отсутствии исключительных обстоятельств удовлетворялись  ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в  отношении подозреваемых или  обвиняемых в совершении преступлений небольшой тяжести, а также несовершеннолетних, подозреваемых или обвиняемых в  совершении преступлений средней тяжести.

заключение стража пресечение

При избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу отдельные суды не выполняли требования статьи 99 УПК, согласно которым кроме  тяжести совершенного преступления должны учитываться сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, возраст  и состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства. При решении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении несовершеннолетнего недостаточно исследовались условия его проживания и воспитания, взаимоотношения с родителями, а в отношении подозреваемых или обвиняемых женщин судами не всегда исследовался вопрос о наличии у них на иждивении несовершеннолетних детей.

В отдельных случаях судами не выполнялось требование статьи 423 УПК об обязательном обсуждении при  решении вопроса об избрании меры пресечения в отношении несовершеннолетнего  подозреваемого, обвиняемого, возможности  отдачи его под присмотр родителей, опекунов, попечителей или других заслуживающих доверия лиц, а  также должностных лиц специализированного  детского учреждения, в котором он находится. Судами не принималось во внимание, что для несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления этот вопрос имеет особое значение, поскольку дает возможность избежать изоляции от общества.

Не всегда при избрании в отношении несовершеннолетних, подозреваемых или обвиняемых в  совершении преступлений средней тяжести, такой меры пресечения, как заключение под стражу, судами учитывались положения  ч. 6 ст. 88 УК, устанавливающие ограничения при назначении осужденным несовершеннолетним наказания в виде лишения свободы. В результате необоснованно под стражей содержались ранее не судимые несовершеннолетние в возрасте до шестнадцати лет, подозреваемые или обвиняемые в совершении преступлений средней тяжести, которым не может быть назначено наказание в виде лишения свободы.

Крайне редко суды при  отказе в удовлетворении ходатайств о заключении под стражу женщин или  несовершеннолетних, подозреваемых  или обвиняемых в совершении преступлений средней тяжести, избирали при наличии  к тому оснований предусмотренные  законом иные меры пресечения (присмотр за несовершеннолетним, домашний арест  и др.).

Были выявлены случаи грубого  нарушения прав отдельных категорий  граждан. Вопреки требованиям ч. 2 ст. 108 УПК судами удовлетворялись ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу несовершеннолетних, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений небольшой тяжести. В 2005 г. такие ходатайства были удовлетворены в отношении 24 несовершеннолетних, в первом полугодии 2006 года - в отношении 10 несовершеннолетних. Указанные нарушения были допущены судами в 20 субъектах Российской Федерации. При этом суды Республики Татарстан, Нижегородской, Самарской, Пермской и Кемеровской областей повторили нарушения в текущем году.

При рассмотрении кассационных жалоб и представлений на постановления  судей об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу или  об отказе в этом не всегда с достаточной  полнотой исследовались доводы жалоб  на такие решения. Не в полной мере использовалось предусмотренное процессуальным законом право непосредственного исследования материалов, послуживших основанием для решения судьи об избрании в отношении женщин и несовершеннолетних, подозреваемых или обвиняемых в совершении названных категорий преступлений, меры пресечения в виде заключения под стражу, а также дополнительных материалов, представленных сторонами в подтверждение или опровержение доводов, приведенных в кассационной жалобе (представлении).

Президиум Верховного Суда РФ постановляет:

1. Судьям обеспечить строгое  соблюдение законодательства об  избрании меры пресечения в  виде заключения под стражу  в отношении подозреваемых или  обвиняемых в совершении преступлений. Не допускать формального подхода  к разрешению соответствующих  ходатайств, поскольку заключение  под стражу является самой  строгой мерой пресечения, ограничивающей  права, свободы и личную неприкосновенность  человека и гражданина.

2. Повысить уровень требовательности  к представляемым с ходатайствами  материалам, касающимся сведений  о личности подозреваемых, обвиняемых  лиц, в отношении которых заявлено  ходатайство о заключении под  стражу. При этом необходимо иметь  в виду, что продление срока  содержания под стражей в соответствии  с ч. 7 ст. 108 УПК допускается лишь при условии признания судьей задержания законным и обоснованным.