Земская реформа в России в источниках личного происхождения

Федеральное агентство  по образованию

Калужский государственный  университет

Им. К. Э. Циолковского

Курсовая работа

«Земская реформа  в России в источниках личного  происхождения»

Студентки 4 –го  курса, з/о

Исторического факультета

Шумаева В. С.

Преподаватель:

Свиридова Т. А.

Калуга 2011 г.

Оглавление

Введение. 3

Глава I. Земская реформа 1864 года. 7

1. 1. Дискуссии представителей различных  школ и идейно-политических направлений  о месте и роли местного  самоуправления в жизни общества. 7

1. 2. Причины преобразований в сфере местного управления…………..14 
1.  3 Подготовка реформы местного управления. 21

1. 4. Земская реформа 1 января 1861 года и ее последствия. 29

Заключение 35

Библиография…………………………………………………………………..37

Введение.

Актуальность  темы. Построение гражданского общества в РФ сопровождается интенсивным развитием институтов местного самоуправления. Однако при этом не всегда учитывается богатый исторический опыт (история местного самоуправления в нашей стране насчитывает более тысячи лет). В этой ситуации весьма перспективным представляется анализ генезиса и эволюции органов местного самоуправления. С нашей точки зрения, решению ряда проблем органов местного самоуправления и совершенствованию законодательства в этой области будет способствовать исследование исторического опыта организации и деятельности аналогичного института дореволюционного прошлого.

Историография вопроса.

К изучению Земской реформы, проведённой в 1864 году Александром II, обращался ряд исследователей. 
Первую попытку критики закона о земских учреждениях со стороны дворянской либеральной оппозиции сделал буржуазный общественный деятель А.А. Головачёв в своих полемических очерках «Десять лет реформ. 1861-1871гг». Он упрекал правительство в отсутствии осознанных общих начал государственных преобразований, в силу чего реформы 60-70-х годов оказались оторванными друг от друга и не связанными общей идеей. А.А. Головачёв отказывался признать в земских учреждениях органы действительного самоуправления, считая их лишь особой ветвью «центрального управления для заведования известной отраслью хозяйства, распорядиться которой самостоятельно они не могут»¹. Противоположную точку зрения высказал академик В.П. Безобразов в работе «Земские учреждения и самоуправление»². Единственный путь к процветанию земства он видел в объединение его с государственным управлением. «Самостоятельность местных учреждений и отсутствие у земств всякой власти даже в границах их компетенции» В.П. Безобразов считал «главными пороками земств».³

Дальнейшее развитие теория местного самоуправления получила в конце XIX-начале XX века в работах буржуазных профессоров русского права А.Д. Градовского⁴. И  А.Д. Градовский, и А.А. Головачёв примыкали к сторонникам так называемой «государственной» теории самоуправления, которая отрицала какое бы то ни было противопоставление государственных и местных дел и рассматривал земские учреждения как государственные органы, ведавшие определенными предметами местного хозяйства по назначению правительства. Оценивая органы самоуправления как государственные учреждения, А.Д. Градовский настаивал на предоставлении земским учреждениям самостоятельности и исполнительной власти в пределах дарованных им прав.

Четырёхтомная монография Б.Б. Веселовского⁵ «История земства за 40 лет» (т. I – IV, СПб., 1909-1911) в сравнении с указанными работами была значительным шагом вперёд в оценке роли земства, поскольку автор доказывал, что деятельность земских органов местного управления направляли в своих интересах господствовавшие в земстве помещики. В его книгах собран огромный фактический и статистический материал, позволяющий судить о действительном объёме земской деятельности. В основу труда Б.Б. Веселовского была положена либеральная идея о прогрессивности земства, с преуспеванием которого автор связывал тогда успехи хозяйства и культуры в государстве.

Все эти работы, несмотря на различный подход к вопросу  о местном самоуправлении и различия в исходных позициях, несмотря на всё  многообразие оттенков во взглядах, являются буржуазными по своему содержанию. Авторов привлекала, главным образом, общая теория самоуправления, либо же хозяйственная деятельность земства; они не объясняли его социальную сущность.

В дореволюционных работах, посвящённых этой теме, общественно-политической стороне рассматриваемого вопроса  уделено мало внимания, а процесс  подготовки земской реформы почти  вообще не получил освещения.

Большой вклад в изучение реформ Александра II внесли советские  историки Зайончковский П.А. «Кризис самодержавия на рубеже 1870-1880-х годов». «Российское самодержавие в конце XIX столетия» ⁶ и Гармиза В.В. Последний в своей работе «Подготовка земской реформы 1864 года»⁷.

В настоящее время вопросы, касающиеся местного самоуправления, также вызывают интерес у ученых. Так, проблемам самоуправления посвящены  работы Абрамовой В. Ф.⁸, , Г.В. Марченко⁹, В.В. Меньшикова и др¹⁰.

Говоря о выборах в  органы местного самоуправления, необходимо назвать прежде всего труды Л.Е. Лаптевой¹¹ и А.Ю. Шутова¹². Значительный вклад в изучение системы городского представительства XIX-XX вв. внесли работы Пичета В.¹³ и Л.Ф. Писарьковой¹⁴.

Источники

Из опубликованных источников особенное значение для исследования имеют «Материалы по земскому общественному  устройству» (тт. I - II, 1885-1886 гг.) и «Историческая  записка о ходе работ по составлению  и применению положения о земских  учреждениях»¹⁵.

 Материалы по земскому  общественному устройству содержат  документацию работ комиссии  П.А. Валуева за 1862-1863 годы¹⁶. Разумеется, они ограничиваются только официальной стороной дела и не вскрывают глубоких общественных противоречий пореформенного периода, отразившихся и на работе комиссии. «Историческая записка» существенно дополняет материалы. В ней в систематизированном виде представлена не только деятельность комиссии П.А. Валуева по разработке земской реформы, но и работа соединённого присутствия и общего собрания государственного совета. Это придаёт особую ценность исторической записке, т.к. журналы государственного совета в архиве не сохранились.

Исходя из степени изученности  темы в работе поставлена цель –  изучить земскую реформу в  освещении источников личного происхождения.

Эта цель реализуется через  решение следующих задач:

1. проанализировать литературу по проблеме исследования;
2. рассмотреть причины преобразований в сфере местного управления;
3. изучить Земскую реформу местного управления 1864 года и ее последствия.

Глава I. Земская реформа 1864 года.

1. 1. Дискуссии представителей  различных школ и идейно-политических  направлений о месте и роли  местного самоуправления в жизни  общества.

В числе великих реформ, проведенных в России в царствование Государя Императора Александра Николаевича  в 60-70 гг. XIX в. важное место занимает земская реформа. По сути своей она  положила начало местному самоуправлению в России.

Особое внимание российских ученых к данной проблематике стало проявляться с середины ХIХ в., когда  общественная потребность в социальном институте самоуправления стала очевидной, и на повестку дня были поставлены вопросы о формах его практического воплощения в жизнь. Именно в этот период определились основные теоретические и практические проблемы, которые потребовали своего концептуального осмысления: как выделить дела, присущие по своей природе муниципальному управлению и дела, которые передаются государством органам местного самоуправления. Данные проблемы и стали ключевыми в научных дискуссиях представителей различных школ и идейно-политических направлений о месте и роли местного самоуправления в жизни общества.

Славянофилы видели в качестве основы развития местного самоуправления в России славянскую общину, как союз людей, основанный на «нравственном начале», управляемый «внутренним законом... обычаем общественным» (Аксаков К.С.). По их мнению, для достижения социального идеала необходимо распространить принципы общинной жизни в качестве «истинной формы организации христиан» (Хомяков А.С.) на все сферы общества. Следует отметить, что для этого периода была характерной нечеткость самого понятия «местное самоуправление» ¹⁷. В одних случаях его смешивали с децентрализацией, в других – с выборным началом. Например, в работе А.В. Лохвицкого термин «самоуправление» почти не употреблялся и заменялся понятием «децентрализация»¹⁸.

Большое влияние на российских исследователей этого вопроса оказал германский вариант общественно-хозяйственной  теории. Согласно ей, самоуправление есть заведование собственными делами общины, а не государственного управления. Поскольку такие дела по своему характеру  строго хозяйственные, то государству  они должны быть безразличны. Таким  образом, обосновывалась полная самостоятельность  общин, и предполагалось сведение правительственного надзора над местным самоуправлением  к минимуму. Подобной точки зрения придерживались В.Н. Лешков, А.И.Васильчиков¹⁹, которые доказывали особую самостоятельную систему прав земских учреждений, отличную от системы права государственного, гражданского и частного. По мнению Васильчикова, необходимо четко разграничивать понятия «народного представительства» и «местного самоуправления». Он подчеркивал, что последнее вполне может существовать без «центральных собраний», которые, в свою очередь, становятся бюрократическими организациями, если отвергают местное самоуправление

В рамках российского либерального направления различные трактовки  местного самоуправления были представлены в работах Б. Н. Чичерина, М.М. Ковалевского, С.А. Муромцева, Н.М. Коркунова²⁰. Все они в той или иной степени обращались к анализу проблем становления местного самоуправления в России через призму его роли в укреплении и реализации либеральных идей на российской почве, хотя и представляли собой различные научные школы. Например, Б.Н. Чичерин, представил своеобразную трактовку общественно-хозяйственной концепции самоуправления, в которой обосновывал разделение компетенции общин на дела государственные и местные, т.е. на «препорученные» и «собственные»²¹. Н.М. Коркунов, излагая взгляды наиболее известного теоретика в этой области немецкого правоведа Р. Гнейста, обратил внимание на проблему необходимости формального и материального различия органов местного самоуправления.

В.П.Безобразов, А.Д. Градовский, Лазаревский И.И. и другие сторонники государственной теории²² видели в местном самоуправлении часть государства. По сути, самоуправление сводилось к возложению на местное сообщество (или, точнее, на выборные органы) задач государственного управления. С этой точки зрения, всякое управление публичного характера представлялось как дело государственное, а главный смысл местного самоуправления - не в обособлении от государства, а в службе его интересам и целям. Сторонники этого направления доказывали, что возникновение органов самоуправления как общественных институтов и для защиты общественных интересов вовсе не противопоставляет их государственным институтам. Напротив, именно поэтому они должны быть введены в общую систему государственного управления. Вместе с тем, следует отметить, что многие сторонники этого направления (например, Н.И. Лазаревский) не замыкались в рамках единой государственной концепции, а внимательно и конструктивно рассматривали положения теории «свободной общины», «общественной» и хозяйственной теории самоуправления.

Еще далее развили эту  позицию сторонники теории «самоуправляющихся единиц, как юридических лиц». В  соответствии с ней органы самоуправления должны выполнять функции государственного управления, но при этом они являются не органами государства, а самоуправляющихся  территориальных единиц, которым  государство делегировало часть  своих прав в «полное обладание» и которые находятся с государством в особых юридических отношениях. М. И. Свешников акцент делал на признаках управленческого аппарата самоуправления, которые отличают его от бюрократического государственного аппарата. Главное - это выборность, подотчетность и ответственность аппарата перед самоуправляющейся единицей²³.

Работы В.Ф. Матвеева²⁴ интересны для нас не только тем, что в них проводится сравнительный анализ наиболее известных теорий самоуправления того времени, но и их критическим осмыслением таких, например, вопросов, как проблемы выборности должностных лиц местного самоуправления, форм и способов служебного подчинения данных лиц. Опыт функционирования земского и городского самоуправления нашел отражение в работах видных земских деятелей и либеральных историков А., Головачева, Б.Б. Веселовского, П.П. Гронского, И.П. Белоконского, А. Кизеветтера, С. Маслова и др²⁵.

Важное место концепциям местного самоуправления отводилось в  идеологиях русского либерального и  революционного народничества. Представителей всех разнообразных его течений объединяло одно – вера в то, что наличие крестьянской общины в России позволяет говорить об особом русском варианте общественного развития. Как утверждал А. Герцен: «Русский народ жил только общинной жизнью, свои права и обязанности он понимает лишь по отношению к общине. Вне ее он не признает обязанностей и видит только насилие». По мнению народников, общинный строй должен был послужить основой переустройства России, пути и способы которого, каждое направление представляло по своему. Однако все они рассчитывали на оживляющую и творческую роль общины, позволяющей избежать обнажившихся противоречий западного капиталистического общества, его пролетаризации и социальных конфликтов. Например, П.Л. Лавров, представляя программу будущего социалистического переустройства России, в качестве важнейшей задачи выдвигал следующую: «Развить нашу общину в смысле общинной обработки земли и общинного пользования ее продуктами, сделать из мирской сходки основной политический элемент русского общественного строя, поглотить в общинной собственности частную, дать крестьянству то образование и то понимание его общественных потребностей, без которого оно никогда не сумеет воспользоваться своими легальными правами…». Подобные концепции были представлены и в идеологии анархизма, связывавшей будущее России с «квазиабсолютной автономией» и «общинным самоуправлением».

Особый интерес вызывает работа И. Дитятина, в которой рассматривается  устройство городов, наличие в них  учреждений просвещения, здравоохранения, приютов, богаделен.²⁶

Важное место концепциям местного самоуправления отводилось в  идеологиях русского народничества.²⁷ К консервативному направлению принадлежали два неославянофильских проекта по совершенствованию системы местного самоуправления в стране, разработанные Д.Н.Губаревым и С.Ф.Шараповым.

В советское время историки практически несколько десятилетий  не затрагивали проблемы местного самоуправления, так как основное внимание уделяли  Советам.

В 40-е гг. XX века вышло исследование Н.М. Дружинина, посвященное реформе П. Д. Киселева²⁸. В ней подробно показан ход реформ и становление системы управления государственными крестьянами в XIX веке, в том числе и в Кавказской области.

Интерес к самоуправлению стал проявляться с середины XX века в работах Б.Г. Литвака,  Н. Я. Эйдельмана,  Л.Г. Захаровой, В. Г.  Чернухи²⁹.

В работе П. Г. Рыдзюнского  проанализирована проблема городского гражданства в дореформенной  России. Н. П. Ерошкин  в своей работе рассматривал процесс становления  местного самоуправления в России³⁰.

Современные исследователи  вновь обращаются к западному  опыту. Работа ростовских исследователей В. Г. Игнатова и В. И. Бутова  представляют собой попытку сравнительного анализа  российской и западной систем самоуправления.³¹

К числу работ, так сказать, «нового взгляда» на сущность местного самоуправления следует отнести работы Г.Г. Герасименко, Л.В.Гильченко, Л.Г. Гладышева, И.А. Емельянова, З.М. Зотовой, и др.³²

В 1996 г. в свет выходит  монография В.Ф.Абрамова «Российское  земство: экономика, финансы и культура»³³. Работы историка права Е.Е. Некрасова, дали современным исследователям систематизированную основу для работы по проблемам местного самоуправления в условиях современного методологического плюрализма³⁴.

     В конце  90-х годов историография вопроса  пополнилась тремя новыми исследованиями  по проблеме самоуправления - монографиями  Л. А.Жуковой и А.Ю.Шутова и учебным пособием В.В. Еремяна и М.В.Федорова.³⁵ Значительным историографическим исследованием можно назвать издание книги Л.Е. Лаптевой «Региональное и местное управление в России (вторая половина XIX в.)»³⁶.

Также  следует  выделить  первое в  мировой  историографии,  обобщающее, фундаментальное исследование социальной истории  России периода Российской империи, труд Б.Н. Миронова.³⁷

В работе  Ю.С. Кукушкина  и Н.С. Тимофеева показано крестьянское самоуправление до и после крестьянской реформы 1861 года.³⁸

В 2005 г. был издан коллективный труд «Земское самоуправление в России, 1864-1918» в 2 книгах, который посвящен историческому опыту развития самоуправления в России³⁹.

Таким образом, Как видно из историографического обзора оценка земской реформы, проведённой правительством Александра II, довольно неоднозначна. 

1. 2. Причины преобразований в сфере местного управления. 
                 Ход Крымской войны наглядно продемонстрировал преимущества капиталистической экономики. В стране усиливалось недовольство общества политикой николаевского правительства. В этих условиях противники перемен вынуждены были умолкнуть и затаиться. Быть или не быть реформам определяют, безусловно, объективные исторические закономерности, экономические и социальные факторы развития стран. Однако, когда и каким именно реформам быть, зависит от людей.  
   Получив прекрасное образование и уроки государственного управления в николаевской системе, Александр II слыл сторонником жёсткого курса. Однако «император при этом не казался ни догматиком, ни, тем более, бездушным деспотом»⁴⁰.

Александр знал о предыдущих попытках Зимнего Дворца реформировать  существующие в стране порядки. То, что Александр II решился на перемены, говорит об осознании им того, что  угрожало России. 
Этому домашнему человеку, который «любил выдумывать новые виды военных реформ»⁴¹, суждено было войти в историю как одному из авторов коренных преобразований русской жизни. Решимость императора не допустить скатывания страны на второстепенные позиции на континенте, желание выполнить давние планы Зимнего Дворца, «непоколебимая уверенность в своей правоте»⁴², «удачное» стечение обстоятельств привели к тому, что именно Александр II стал, по выражению А.И. Герцена, «Царём-освободителем»⁴³. 19 февраля 1861 года, в шестую годовщину своего восшествия на престол, Александр II подписал манифест об отмене крепостного права в России. Но реформа не излечила полностью всех болезней, она лишь добавила к традиционным вопросам новые: необходимо было производить изменения в области суда, финансов, военного дела, образования и, конечно, местного управления.

Вопрос о причинах, вызвавших  создание земских учреждений, не ставится как отдельная проблема. Общее  признание в русской буржуазной науке получила мысль о том, что  земская реформа была естественным следствием отмены крепостного права. Высказывалась и другая мысль, признававшая основной причиной введения земства  осознание необходимости коренного  переустройства совершенно неудовлетворительной системы управления земскими повинностями.

Разумеется, признание непригодности  дореформенных местных учреждений и управления земскими повинностями нельзя считать причиной переустройства их на началах самоуправления. Оно  было распространено уже в начале Крымской войны, между тем земская  реформа начала проводиться в 1864 году.

В процессе разработки закона вопросу о земских повинностях  уделялось меньше всего внимания. Земская реформа выходила далеко за пределы управления земскими повинностями; она затрагивала вопросы экономической  жизни, общественных и политических отношений, культуры, быта. Объяснять  земскую реформу только признанием неудовлетворительности управления земскими повинностями — значит искусственно сужать роль земства, давать идеалистическое  объяснение явлениям экономического и  социального характера.

То, что земство не оказалось  «мертворожденным детищем самодержавия, а пустило корни, приобрело значение известной общественной силы»⁴⁴, сумело развернуть буржуазную хозяйственно-культурную деятельность, показывает, что реформа эта была назревшей исторической необходимостью.

Устройство земского самоуправления определялось потребностями капиталистического развития страны, развития земледелия, промышленности, торговли, путей сообщения, ростом населения. 
Чиновничья администрация, чуждая местным потребностям и интересам, уже не могла в новых условиях растущего буржуазного хозяйства сколько-нибудь удовлетворительно их обеспечить. При наличии сравнительно развитой промышленности, сельского хозяйства и торговли уже нельзя было мириться с отсутствием или непригодностью путей сообщения, систематическими неурожаями, падежами скота, почти сплошной неграмотностью населения. 

Между тем меры для развития торговли и промышленности могли  принимать только правительственные  учреждения. Открытие ярмарок, учреждение фабрик и заводов, устройство пристаней  и верфей всецело зависело от разрешения губернатора и губернского правления, а в некоторых случаях допускалось  только с утверждения центральной  власти. Эта система бюрократической опеки совершенно подавляла частную инициативу и вызывала постоянные жалобы на формальности и проволочки при возбуждении ходатайств о заведении торговых или промышленных предприятий.

Успех всех мероприятий по развитию торговли и промышленности зависел всецело от губернских властей. Но правительственные чиновники  не торопились разрешать вопросы, связанные  с торговлей и промыслами. Создавалось  противоречие между капиталистическим  развитием и тормозящим его бюрократическим  аппаратом царского самодержавия. Передача местного хозяйственного управления из рук бюрократии в руки общественных сил казалась естественным выходом.

Особенно большим препятствием дальнейшему капиталистическому развитию было негодное состояние путей сообщения. Нередко дороги проводились без  всякого учета экономических  потребностей местности, что приносило  прямые убытки купцам и промышленникам. 
Неурожаи были постоянным бедствием в царской России. Царские чиновники, разумеется, не проявляли заботы о каком-либо внедрении агрономической культуры в крестьянские хозяйства. Бедствия от неурожаев и голода, от падежей скота и плохих дорог дополнялись еще одним постоянным злом — многочисленными и опустошительными пожарами. Для борьбы с пожарами в селениях особенно необходим был противопожарный инвентарь, соответствующие инструкции, организация страхования от огня, нужно было распространение кирпичного и черепичного производства на местах.

В тяжелом состоянии находилось и медицинское дело. Население  фактически не пользовалось медицинской  помощью. «До земства, - писал С.Н. Корженевский в своей работе «Земская медицина в Тверской губернии» (М., 1898), - амбулаторного лечения не было. Не было в сущности и коечного лечения…больницы были не лечебными заведениями, а  казематами, куда может загнать человека лишь крайняя нужда и безысходность, да и то при условии, что с него взять ничего нельзя, а следовательно  нельзя взять и платы за лечение»⁴⁵.Больницы приказов общественного призрения были организованы так скверно, что жители избегали пользоваться ими. «Нередко в одном терапевтическом отделении «лечились» и заразные, и хирургические, и душевно больные. Естественно, что больницы, как правило, пустовали».⁴⁶ 

В ещё худшем состоянии  находились госпитали. «Русские солдаты, - писал академик Е.В. Тарле, - нисколько  не боявшиеся самых кровопролитных сражений, боялись госпиталей».⁴⁷

Растущая промышленность требовала многочисленных кадров рабочей  силы. Государству нужна была многомиллионная  армия, которой не угрожали бы повальные  эпидемии. Запущенность медицинского дела была вопиющей, но царская бюрократия не была способна что-либо изменить в  этом отношении.

Весьма важным препятствием капиталистическому развитию страны была неграмотность широких масс населения. Крымская война показала важность решения данного вопроса. Новобранцы из крестьян из-за отсутствия элементарного образования плохо осваивали солдатское дело. Сколь - нибудь значительный подъём сельского хозяйства был немыслим без знакомства с данными агрономии и ветеринарии, без умения пользоваться сельскохозяйственными машинами, применять усовершенствованные способы обработки полей, выращивать лучшие породы скота и т. д. Нельзя было успешно развивать промышленность, внедрять новые машины при отсутствии элементарных технических знаний.

Распространение образования  становилось очень важной потребностью капиталистического развития, тем более  необходимой после отмены крепостного  права, когда крестьянство получило возможность заводить торговые и  промышленные предприятия, заключать  всякого рода сделки, предъявлять  иски и т. д.

Если при крепостном праве  бывали случаи, когда отдельные помещики-филантропы заводили школы для своих крестьян, то после отмены крепостного права  и этих школ не стало. Лишь в немногих селениях государственных и удельных крестьян существовали сельские школы. Высочайшие повеления и указы  царского правительства об улучшении  дела начального народного образования  оказывались безуспешными.  
Более всего упреков и нареканий вызывала организация управления земскими повинностями. «Десятилетний опыт показал, что недостатки управления земскими повинностями на деле так велики и ведут к столь неблагоприятным результатам, что нельзя медлить с совершенным преобразованием этой части администрации»⁴⁸.

Комиссия министерства внутренних дел признавала, что «успех местного хозяйственного управления невозможен, пока оно находится в руках  лиц, не заинтересованных непосредственно  в пользах земства, и пока те сословия, на обязанности которых лежит  исполнение повинностей, не будут отстранены от участия в руководстве ими»⁴⁹.

Таким образом, дореформенное  уездное и губернское хозяйство  и управление находилось в 40-60-х годах  ХIХ века в совершенно расстроенном состоянии.

Личный состав чиновников, на которых лежало управление, был  ниже всякой критики. Середонин писал, что «губернаторам было явно не под  силу справляться с задачами им поставленными  при тех средствах, которыми правительство  могло их снабдить»⁵⁰.

Крестьянская реформа  устраняла главное препятствие, стоявшее на пути капитализма, - крепостное право. Но оставалось другое препятствие, с которым капитализм не мог мириться и устранение которого было исторической необходимостью, - сословное, бюрократическое  уездное и губернское управление. До тех пор, пока оно целиком оставалось в руках царских чиновников и  безвластных представителей дворянского  сословия, ни о каком подъеме местного хозяйства не могло быть и речи. Передача его выборным представителям всех сословий являлась насущной потребностью капиталистического развития.

Потребность в создании органов  местного самоуправления вполне назрела, как выше показано, еще до отмены крепостного права. Но при его  сохранении осуществление земской  реформы было невозможно. Все государственные, центральные и местные учреждения покоились на основе крепостного  права и были проникнуты сословным, крепостническим духом.  
С отменой крепостного права разрушался фундамент старого здания царской администрации. 20 миллионов крепостных получали известные гражданские права, могли вступать в буржуазные отношения, приобретали непосредственный интерес к местным хозяйственным делам. Естественно, что они должны были получить хотя бы некоторое право голоса в этих делах. Вместе с тем прежние обязанности помещиков по организации быта местного населения после отмены крепостного права отпали. Дальнейшее существование сословных учреждений местного управления теряло всякий смысл.