Жизненный мир человека и социальная работа

Содержание

Введение…………………………………………………………………………..2

Глава 1.Структура жизненного мира человека…………………………...…..10

          1.1 Человек и его жизненные  миры……………………………..………10

          1. 2 Смыслообразующие факторы социальной работы …………...…..19

          1.3Роль биологического и географического факторов в формировании социальной жизни…………………………………………………………..…..29

Глава 2. Социальная жизнь……………………………………..………………32

           2.1  Исторические типы социальной жизни……………………………32

           2.2  Объект и предмет социальной работы ……………………………35

           2.3    Мотивация социального действия: потребности, интересы, ценностные ориентации…………………………………………………...……41

Заключение………………………………………………………………...…….46

Список  литературы………………………………………………………….…..47 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

          Актуальность темы исследования Перед современным исследователем жизненный мир человека предстаёт в виде смыслового универсума, определяющего специфику актуальных форм жизнедеятельности и, так или иначе, образующего в своей конкретике направления эвристической активности. На этом основана необходимость критического осмысления тех жизненных обстоятельств, которые являются необходимой предпосылкой обретения всякого достоверного знания. Эту функцию традиционно выполняет философия путём рефлексии над содержанием и познавательными возможностями человеческого разума. Культурфилософская рефлексия помогает решению важных задач: она определяет жизненные приоритеты человека, обозначая тем самым предметную область культурологических интересов, и разрабатывает теоретический инструментарий для согласования интеллектуального аппарата с характером решаемой научной проблемы. Познавательные приоритеты отечественной философии культуры обусловлены теми мировоззренческими переменами, которые произошли в российском самосознании последних десятилетий. Они связаны с напряжённой интеллектуальной работой по созданию новой антропологической перспективы, в который был бы учтён опыт драматических событий, выпавших на долю человечества в XX веке. Современное состояние науки характеризуется конфликтом двух познавательных стратегий, отражающих глубинные ориентации нынешней культуры. Речь идёт о типах мировоззрения, которые всякий раз предопределяют методологию научного поиска и по отношению к которым наука фактически выполняет инструментальную функцию. Эти фундаментальные признаки нашего отношения к действительности точнее всего можно выразить в понятиях натурализма и гуманизма, обозначающих содержание исследовательских приоритетов и задающих тон парадигматического единодушия в научном сообществе. Природа и человек - вот те предметы, которые создали поле мировоззренческого противостояния, сопровождающего развитие науки в последние четыре столетия. Открытие жизненного мира в качестве самостоятельной области философских исследований позволило осознать, что за объективным содержанием проблемы, как правило, скрывается факт её исторической обусловленности. Любая теоретическая позиция выражает некоторую точку зрения, определяемую в той или иной степени суммой конкретных социокультурных обстоятельств, за которыми в свою очередь стоят насущные потребности эпохи. Так обстояло дело с античным натурализмом, со средневековым спиритуализмом, с ренессансным пантеизмом и современным интересом к антропологической проблематике.

Тождество бытия и блага, провозглашённое  классическим рационализмом, лишало какого-либо смысла всё, что не соответствовало  целям рационального познания. Огромные пласты действительности, связанные  с фундаментальными человеческими  потребностями, оказывались за пределами философских размышлений. Потребовалась кантовская революция для того, чтобы придать принципу совершенства познания сугубо регулятивную функцию и наделить существенными полномочиями в деле освоения действительности суждения оценочного типа. Следствием перехода теоретического разума от поиска абсолютной истины к обоснованию правил человеческой деятельности стало возникновение философии ценностей. Идеалы не исчезли, они превратились в продукты целесообразной деятельности человека и включились в процесс преобразования мира. Реальная человеческая жизнь, отражённая в оценочных суждениях, обретала свою внутреннюю значимость в актах предпочтения, преследующих специфические гуманитарные цели: нравственные, эстетические, религиозные.

На протяжении всего XX века в философии настойчиво осуществлялся поиск новых категориальных средств осмысления действительности. Особенно остро потребность в  разработке такого инструментария стала  ощущаться в преддверии социальных катаклизмов, потрясших Европу в  середине XX в.Неудовлетворённость чисто  дефинитивными ресурсами философии  стала общим местом в таких  различных по своим мировоззренческим  интенциям философских позициях, как марксизм, ницшеанство, прагматизм, неокантианство, феноменология. Россия не оставалась в стороне от этого  процесса. Отечественные мыслители  внесли важнейший вклад в формировании гуманистического потенциала философии  культуры.Уже широкое распространение  получила мысль о закате эпохи  «чистой» философии как исключительно  рационального предприятия, коренящегося в универсальных закономерностях  деятельности рассудка. Сегодня непродуктивно  культивировать абстрактные философские  схемы в ущерб постижению жизни  культуры, полноты человеческих взаимодействий, смыслов и ценностей, которыми наделяются человеческие поступки и факты действительности, взятые в антропологической перспективе. Поэтому весьма своевременным является изучение неинституционализированных проявлений человеческих потребностей в познании, творчестве, нравственной жизни. Религиозная вера, трактуемая широко как религиозность, имеющая  антропологические инварианты, становится полнокровной частью человеческой жизни, входит в горизонт духовных поисков  человека, обеспечивает сакральное пространство человеческого бытия. Такая вера неразрывно связана с культурой  религиозного чувства, выходящей за конфессиональные рамки и отражающей способность человека к благоговейному переживанию реальности.

Не удивительно, что философская рефлексия всё  больше смещается к проблемам  жизненного мира человека. Жизненный  мир имплицитно обладает смысловыми структурами, схемами регламентации, системами оценок и предпочтений, наличие которых позволяет рассматривать  его как организованную реальность, доступную теоретическому описанию. Условия бытия в жизненном мире представляют собой своеобразную логику человеческой жизни, находящую своё выражение в суждениях о ценностной мере и целесообразной организации мира предметов, в самом факте наличия в этом мире значений, формирующихся внутри смысловых структур повседневности. Необходимость изучения экзистенциального содержания жизненного мира, связанного со смысловым структурированием «микроуниверсума» человека, и обусловливает актуальность темы данной диссертационной работы.

Степень разработанности проблемы В том, что жизненный мир долгое время не изучался специально, хотя и осознавался в качестве составного элемента человеческого опыта, прослеживается историческая логика формирования наук о культуре. Внимание исследователей прежних веков концентрировалось в первую очередь вокруг феноменов «высокой» культуры, несущих на себе явный отпечаток творческого гения. Так, И.И.Винкельманом было по сути заново открыто искусство античной Греции, а М. де Саутуолой - живопись каменного века. В обоих случаях под «культурой» подразумевалась способность к трансценденции, преодолению того, что с несколько пренебрежительным оттенком именовалось «повседневной жизнью». жизненный мир долгое время не взывал интереса со стороны специальной философской рефлексии, оставаясь во многом «terra incognita» для мыслителей XVIII - XIX вв.

Ситуация  принципиально изменилась к концу XIX в. в связи с тенденциями  распространения исторического  мировоззрения в Германии. Этому  интенсивно способствовало умонастроение, вызванное романтическим движением  в Англии, Франции, Германии, Италии, других европейских странах, а также  в США. Влияние романтического метода не ограничивалось литературой и  искусством, а проникло во все сферы  интеллектуальной жизни XIX в. В Германии этого периода позиции романтизма были настолько сильны, что они оказали прямое воздействие на формирование философских идей (в наиболее ощутимой степени оно заметно в трудах Ф.Шеллинга и А.Шопенгауэра, кроме того было связано с диалектическими находками Г.Гегеля и К.Маркса). Йенская школа романтиков (Фр.Шлегель, Авг.Шлегель, Фр.Шлейермахер, Новалис) разработала концепцию исторического перспективизма, смысл которой заключался в выдвижении на первый план категории «возможного». Романтики развили «перспективистскую» точку зрения в качестве позиции интеллектуального скепсиса по отношению к любым «неопровержимым» фактам истории. При этом факт рассматривался лишь как одна из реализованных потенций идеального мира. Всякое событие мыслилось ими в единстве с его альтернативой, что способствовало возникновению релятивистской позиции, преодолеваемой путём абсолютизации продуктивной способности воображения. Романтический эстетизм получил обоснование в концепции «романтической иронии» Фр.Шлегеля, проектировавшей непреодолимую дистанцию между креативной способностью субъекта и способами её объективации.

Таким образом первоначальный интерес  к жизненному миру был инициирован  в форме реабилитации парадоксального. Своеобразной формой органицизма, созвучной  исканиям романтиков были также натурфилософские представления И.В.Гёте, сыгравшие  важную роль в формировании виталистской ориентации философии культуры во второй половине XIX в. В отечественной литературе по романтизму эти вопросы затрагивались  Н.Я.Берковским, В.В.Вансловым, А.Н.Веселовским, И.Ф.Волковым, Р.М.Габитовой, П.П.Гайденко, Ю.Н.Давыдовым, А.С.Дмитриевым, В.Жирмунским, А.Лебедевым, А.В.Михайловым, А.Ф.Лосевым, С.В.Тураевым, У.Р.Фохтом. В XIX в. особое внимание этим тенденциям уделял А.И.Герцен. Глубокие идеи были высказаны в трудах Р.Гайма («Романтическая школа») и Й.Хёйзинги («Homo ludens»).

Особую  роль в становлении историцистского  мировоззрения сыграл В.Дильтей  своим проектом «критики исторического  разума», в котором место мышления заняло понятие «жизнь» со всеми  его смысловыми импликациями. Тем  самым В.Дильтей стал одним из первых представителей «философии жизни», в рамках которой сформировались и первые концептуальные модели жизненного мира. «Философия жизни» стала знаковым явлением культурфилософии в целом, так как в той или иной степени  затронула всех исследователей, связанных  с её ключевой проблематикой. Наиболее весомые философские концепции  жизни принадлежат, наряду с В.Дильтеем, А.Бергсону, О.Шпенглеру, Г.Зиммелю.

Для профессиональной рефлексии жизненный мир человека открыл Ф.Ницше («Рождение трагедии из духа музыки», «К генеологии морали»), который радикально переориентировал культурфилософскую проблематику со сферы  умозрительных идеалов на реалии повседневной жизни. Ф.Ницше впервые  связал феноменологию культуры с  физиологией человеческих инстинктов, став по сути основоположником «философии жизни» и разработав новую парадигму  в науках антропологического цикла.

Важной  предпосылкой культурфилософских исследований жизненного мира стала разработка специфического метода гуманитарных наук (Geisteswissenschaften), осуществлённая представителями Баденской  школы неокантианства В.Виндельбандом  и Г.Риккертом. Предложенный ими

«идиографический» метод (от греч. idios - особенный) в противоположность «номотетическому» (от греч. nomothetike -искусство создания законов) позволял изучать своеобразные и неповторимые события исторической жизни. Наряду с В.Дильтеем они одними из первых поставили вопрос о специфичности актов понимания духовных явлений (феноменов культуры). Над проблемой понимания работал Ф.Шлейермахер, заложивший основы теории интерпретации и ставший основоположником герменевтики. В дальнейшем в герменевтическом ключе эта проблема исследовалась М.Хайдеггером, Г.Мишем, Й.Вахом, Э.Ротхакером, О.Больновым, Г.Гадамером, Ю.Хабермасом, К.Апелем, П.Рикёром.

Принципиально важные идеи относительно семиотической  специфики явлений жизненного мира высказал основоположник символической  антропологии Э.Кассирер. К теории символа  Э.Кассирера восходит широкий спектр концепций от экзистенциализма и  психоанализа («архетипы» К.Г.Юнга), до символических теорий мифа (У.Урбан, С.Лангер, Э.Каунт, К.Хюбнер) и структурной  лингвистики (Л.Вайсгербер, А.Ричардс, Ф.Уилрайт). В дальнейшем в рамках этого направления были обозначены подступы к проблеме реконструкции  «символического универсума» жизненного мира П.Бергером и Т.Лукманом.

Влияние марксизма (репрезентирующим свойством  обладают идеи, изложенные К.Марксом  в «Философско-экономических рукописях 1844 года») на актуализацию интереса к  изучению жизненного мира прослеживается в двух направлениях. Во-первых, этому  влиянию напрямую обязана своим  происхождением социология знания в  обоих своих аутентичных вариантах: как в версии М.Шелера, так и  в версии К.Мангейма. Как в первом, так и во втором случае структуры  и содержание мыслительной деятельности, определяющие конфигурацию культуры, имплицитно обусловлены архитектоникой жизненного мира. Развёрнутую картину  этой зависимости дают П.Бергер и  Т.Лукман в «Социальном конструировании  реальности». Различные ракурсы  рассмотрения связей жизненного мира с процедурами конструирования

научных знаний содержатся также в работах  Д.Блура, Б.Барнса, Ю.Хабермаса, Л.Флека, Р.Мертона, В.Старка, Т.Куна, Дж.Холтона, Дж.Лоу, Д.Френча, К.Кнорр-Цетины, У.Дана, Б.Латура, С.Уолгара, М.Малкея.

Второй  вектор влияния марксизма связан с именами А.Лефевра и 
Д.Лукача Авторство концепта «жизненный мир» (Lebenswelt) принадлежит Э.Гуссерлю. Первоначально он использовался Э.Гуссерлем в контексте философии математики, а в последствие был распространён на всю область его теоретико-методологических исследований. В поздней работе «Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология» (1937) Э.Гуссерль первым среди профессиональных методологов науки поставил вопрос о смысловых предпосылках новоевропейского естествознания, поместив его в антропологическое измерение культуры. Охватывая в своём исходном значении лишь смысловые импликации (горизонт) научного знания, понятие жизненного мира в дальнейшем приобрело вид стратегической линии культурфилософских исследований.

М.Шелер  построил своеобразную феноменологию  жизненного мира как «ordo amorls», конституированного космологически фундированными актами любви и ненависти. М.Шелер разрабатывал идею обусловленности жизненного мира человека иерархической структурой смыслового универсума, в котором  высшие позиции занимают религиозные  ценности в силу их фундаментальной  космологической феноменальности. В русле экзистенциально- антропологической традиции наиболее важные исследования жизненного мира принадлежат Х.Ортеге-и-Гассету, М.Хайдеггеру и Ж.-П.Сартру.

Детальную разработку проблематики жизненного мира проводил А.Щюц, осуществивший синтез идей М.Вебера и Э.Гуссерля на основе созданной им социальной феноменологии. На формирование его предметных и  методологических приоритетов в  этой области определённое влияние  оказала антропологическая традиция, идущая от У.Джеймса, Ч.Кули и У.Томаса. Аналогичную мировоззренческую  программу реализовала Чикагская  школа социологии, на основе которой  возник символический интеракционизм Дж.Мида и Г.Блумера - своеобразное социально-психологическое  направление в исследованиях  смысловых структур жизненного мира.

В работах  А.Щюца (прежде всего, «Структуры жизненного мира» -дополнена и издана Т.Лукманом) жизненный мир отождествлялся с  повседневностью, что в дальнейшем стало своеобразной нормой в интерпретативной социологии. К последователям А.Щюца, унаследовавшим его интерес к  изучению структур жизненного мира, принадлежат  П.Бергер и Т.Лукман (феноменологическая социология знания), Г.Гарфинкель (этнометодология), А.Сикурел, Э.Гоффман (концепция «социальной  драматургии»). В социально-феноменологическом ключе эту традицию исследовали  и развивали Л.Г.Ионин, И.А.Бутенко, Н.М.Смирнова, Е.Д.Руткевич, А.В.Худенко, Л.Д.Гудков, А.А.Магомедова, Д.Ю.Меркулова, Х.Абельс, И.Вайс, Б.Вальденфельс.

Большую роль в актуализации современного интереса к теме повседневной жизни сыграли  труды представителей школы «Анналов»: М.Блока, Л.Февра, Ж.Ле Гоффа, Ж.Дюби. Огромным авторитетом обладают труды по истории  культуры Ф.Броделя. В Германии аналогичную  работу проделал Н.Элиас, в России - М.М.Бахтин. Сходной исследовательской  направленностью отличаются работы, в которых прослеживается соотношение  институциональных и неинститиуциональных элементов в культуре, изучаются  периферийные компоненты культурной динамики. Среди их авторов - Р.Геника, Л.М.Баткин, Э.А.Орлова, М.Бессонова, О.Бихали-Мерин, Г.К.Вагнер, Л.М.Гаспаров, А.Я.Гуревич, В.А.Даркевич, Ю.К.Колосовская, Ю.М.Лотман, Е.М.Матусовская, М.Б.Мейлах, М.Н.Никогосян, В.Н.Прокофьева, З.Ю.Серая, А.Лебедев, М.Е.Сергеенко, А.Л.Ястребицкая, В.Е.Гусев, Ю.Герчук, А.С.Каргин, Ю.М.Куликов, Ю.Н.Кругликов, Т.В.Кузнецова, А.И.Мазаев, А.Г.Найман, В.С.Цукерман и др.

К изучению различных аспектов повседневности на теоретическом уровне обращались также Т.И.Ойзерман, Л.П.Буева, Н.Н.Козлова, В.Г.Федотова, В.Е.Давидович, Е.В.Золотухина-Аболина, Б.Я.Пукшанский, Ю.Е.Милютин, С.С.Гусев, Б.В.Марков, Б.А.Грушин, Е.И.Кукушкина, Л.Б.Логунова, Н.И.Мартишина, С.Ф.Денисов, Э.В.Бурмакин, Е.В.Шевцов, Е.П.Рыбаков, А.Ф.Грязнов, Г.С.Кнабе, В.П.Филатов, А.Я.Гуревич, Т.Б.Романовская, Н.Т.Абрамова, И.А.Бескова, Л.А.Микешина, Л.И.Насонова, Г.Л.Тульчинский, В.П.Филатов, И.И.Дубинин, Л.Г.Гуслякова, Д.В.Вичева, В.А.Штофф, Б.А.Черняк, К.Т.Талипов, И.Т.Касавин, С.П.Щавелев и др.

В плане  раскрытия эстетического потенциала жизненного мира интерес представляют работы В.Е.Борейко, С.Б.Веселовой, Г.П.Дьяконова, А.Я.Кожурина, Л.Летягина, Л.Е.Трушиной, выполненные в русле «эстетики  ландшафта». Природный аспект жизненного мира исследуется также К.М.Долговым, Н.Г.Лосевой, Т.Б.Любимовой, Н.Б.Маньковской, в аспекте социокультурной роли спорта - М.Я.Сарафом. Удельный вес исследований жизненного мира в рамках эстетической теории начинает стремительно расти  с 1970-х гг.

Современные зарубежные исследования жизненного мира сосредоточены вокруг проблем экологической  эстетики, семиотики предметной среды  и теории социальной коммуникации. Экологический аспект жизненного мира актуализируется в ситуации обострённой  «постмодернистской чувствительности»  и заинтересованности исследователей эстетическими качествами природной  среды в рамках «эстетики ландшафта»: интерес к этому аспекту преобладает  в работах Г.Бёме (жизненный мир - «атмосфера») , И.Сепанмаа (жизненный  мир - environment), А.Хеллер (жизненный мир -посредник между природой и культурой, формирующий интегральные потребности  человека). Сквозь призму предметной среды (Warenasthetik) жизненный мир рассматривают  В.Ф.Хауг, Ж.Бодрийяр и Ф.Флюссер. Жизненный  мир в контексте теории коммуникативного действия исследует Ю.Хабермас.

Представленный  концептуальный обзор свидетельствует  о широте современных трактовок  проблематики жизненного мира. Следует, однако, признать, что на протяжении долгого времени преимущественное внимание уделялось его феноменологическим и социально-антропологическим аспектам. При этом в тени исследовательских  интересов оставался модальный  характер реалий жизненного мира, заключающийся  в необходимой связи самоосуществления  человека с окружающей его социальной средой и семиозисом экологического пространства.

Объектом  исследования в работе является жизненный мир как смысловой универсум культуры

Предметом исследования выступает модальность самоосуществления человека в жизненном мире в единстве с его социокультурной.

Цель  исследования состоит в выявлении сущностных признаков самоосуществления человека в жизненном мире, способа репрезентации смыслового пространства культуры в реалиях повседневной жизни в, а также в прояснении посредством реалий жизненного мира модального характера связей между культурой, обществом и природой. Ракурс рассмотрения проблемы определяется спецификой культурфилософской рефлексии и её методологическим потенциалом.

Реализация  поставленной цели предполагает последовательное решение следующих задач:

- раскрытие понятия жизненного мира как смыслового универсума 
культуры, репрезентирующего своим содержанием символику природных и 
общественных связей;

- прояснение  генезиса и этапов эволюции  концепции жизненного мира в 
рамках методологии науки, философской антропологии и философии культуры;

-исследование  социокультурного контекста и  интерактивной специфики коммуникативной  динамики жизненного мира;

-выявление  деятельностного вектора существования  человека в жизненном мире, связей  повседневной жизни с творчеством;

теоретическая значимость исследования определяется представлением жизненного мира в качестве модуса культуры, конституирующего символические структуры жизненно-практического опыта в единстве его ментальных, социальных и физических компонентов и выступающего в качестве важнейшего индикатора самочувствия человека в его природном и социальном окружении. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 Глава 1.Структура жизненного мира человека

          1.1 Человек и его  жизненные миры

Жизненный мир - это не понятие в классическом смысле, так как мы не можем дать ему строгое определение. Определения жизненного мира, как правило, описательны, размыты. Такие слова-понятия относятся к концептам (включают в себя множество разных значений, изменяющихся в зависимости от ситуации, в которой они употребляются). По Гуссерлю, жизненный мир - это мир, в котором мы живём; единственный, конкретный, действительный окружающий мир, почва и горизонт теоретической и внетеоретической практики. Концепт жизненного мира тесно связан с понятиями целостности, интерсубъективности, телесности,опыта Другого и телеологии разума. Жизненный мир - это духовное образование в нашей исторической жизни, представление человека о мире. Так или иначе мы всегда соотносим (связываем) себя каким-либо образом с миром (мирами). Даже говоря, что мир существует независимо от нас, мы устанавливаем связь с ним, присутствуем в этом мире. Человек не может выйти из самого себя и посмотреть на мир со стороны. Он всегда включён в мир, в сознание, с помощью которого он рассматривает мир и получает информацию о нём. Но это не означает, что ничего, кроме сознания, нет. Невозможность отделить, что относится к сознанию, а что нет, приводит к ряду проблем. Сознание всегда организует мир, мир есть форма организации сознания. Следовательно, может быть сколь угодно много миров. Но человек не может разграничить эти миры (внутренние и внешние). Именно потому, что наше сознание так организовано, мы относимся к тому или иному, направляем наше внимание на то или иное.

Жизненный мир целостен. В любом значении и ситуации «мир» фиксирует одну черту - целостность, которая может быть организована по-разному. Если целостность распадается, это означает для человека крайне тяжёлое состояние, когда он воспринимает себя не как единое целое, а как состоящее из нескольких частей. Человек не может адекватно себя вести, в соответствии с ситуацией, - он стремится создать для себя новый мир, в котором пытается восстановить целостность, начинает строить объяснительные схемы. Мир, организуемый нами в некую целостность, обязательно содержит в себе нечто другое (Бог, государство, Они), которое всегда задействуется. Это другое выполняет определённую функцию - на него мы можем переложить ответственность, оно выступает неким стимулом, источником наших преобразований. Данная схема (Мы - не Мы, Наши - не Наши, Свои - Чужие) работает всю жизнь, меняются только компоненты внутри. Если есть Мы, то всегда предполагается не Мы [1].

Жизненный мир структурен: первоначальная сфера и интерсубъектная сфера, выходящая за рамки моего понятийного мира, образуют единый жизненный мир, общий для всех людей. Эти предельные состояния жизненного мира находятся не только в отношении противоречия, но и в отношении взаимодополнительности. Следовательно, жизненный мир можно понимать и как один-единственный, то есть имеющий одну всеобщую структуру, и как совокупность «конкретных жизненных миров». Всегда существует структурированность мира: Ближнее - Дальнее, Очевидное - Неочевидное, Знакомое - Незнакомое, Освоенное - Неосвоенное, Моё - Чужое. Причём элементы, которые мир включает в себя, - разнородные. Таким образом, человек в своём собственном мире может оказаться в состоянии раздвоенности, разлома. Мир станет для него незнакомым, непонятным, чужим. Но человек не способен долго находиться в таком состоянии, он должен найти смысл, который придаёт целостность, организует. Осмыслить что-либо - значит придать смысл, упорядочить, понять. И это понятное будет выступать для человека в качестве жизненного мира, того первичного, исходного, с чего он начинает и через что смотрит на всё другое. Градации миров происходят на фоне (в горизонте) того, что мы называем словом «всё». В онтогенезе - Мы и не Мы (Другие), потом Я и Мир, Мы и Природа, Мы и Космос, Мы и Общество и тому подобные миры, которые структурируются нашим сознанием.

Жизненный мир обладает априорными структурными характеристиками - инвариантами пространство-временности, каузальности, вещности, интерсубъективности и т. д., в которых запечатлён любой конкретно-исторический опыт. Жизненный мир - условие кристаллизации всех научных, религиозных, философских установок. Тем не менее сам жизненный мир не выступает объектом мышления, не становится предметом внимания, не ухватывается, не «тематизируется» ни естественной человеческой исследовательской установкой, ни установкой объективистской науки, вследствие чего наука и упускает из виду человека. Жизненный мир относителен, субъективен, релятивен, изменчив, текуч, динамичен; он переживается в субъективном опыте индивида и дан индивиду в образе и контексте практики - в виде целей; он индивидуален, так как соотносится с эмпирическим опытом конкретного человека.

Мир - это мир интенциональных объектов, то, что нас окружает, то, на что мы обратили внимание в данный момент. Направленность сознания подвижна (в разное время сосредоточиваемся на разных вещах). Сознание - местообразование всех возможных смысловых оформленностей жизненного мира. Н. В. Мотрошилова отмечает, что «когда мы читаем у Гуссерля слова об изначальности "естественного", "действительного" мира, мы должны вспоминать о гуссерлевских формулах (кстати, выдвигаемых в борьбе против эмпиризма), трактующих действительность, действительное таким образом, что данные термины по праву охватывают и чисто природный мир, и обработанные людьми вещи природы, и объективированное идеальное, и самих людей, и их переживания, их ценности, социальные формы жизни и взаимодействия, нормы, принципы общения [курсив - Н. М.]» [7, c. 148-149].

Охватить  многомерные процессы формирования человеческим сознанием его предметных целостностей (вещей, тел, личностей, природы, мира, истории) Гуссерль стремится с  помощью понятия «конституирование». При этом особое внимание он уделяет конституированию личности - связям личности, установкам, имеющим внутреннее единство и принадлежащих к бесконечному горизонту истории, единству побуждений, мотиваций, способностей, решений, эмоций.

Как же осуществляется конституирование интерсубъективности  и историко-социальных миров? Мир  личности - это всегда духовный мир, мир для меня есть мир для нас, универсально-исторический мир. Гуссерль анализирует конституирование Другого на основе изначального опыта моей субъективности. Основной модус опыта в отношении Другого - вчувствование, сопереживание, мысленное вживание в жизнь других людей, конституирование единения Я и Ты. Феноменология теряет характер эгологии, ибо Другой изначально преддан мне как часть окружающего мира, моё сознание априорно интерсубъективно [2, с. 474]. Интерсубъективный мир строго центрирован: он располагается концентрическими кругами вокруг центральной монады, моего Я. Ближе всего ко мне мой жизненный мир, мир людей и предметов непосредственно окружающих меня в течение всей моей жизни. Это моя семья, мой дом, моё окружение: друзья, приятели, знакомые, мой город с ландшафтами и людьми, моя страна и т. д. Это мир моих личных убеждений, интересов, вкусов, дел и привычек. Миры науки, культуры, мифа, религии и т. п. - все они имеют свои корни в жизненном мире, все они вырастают из него. Жизненные миры могут быть индивидуальными и коллективными, многообразными, альтернативными картинами мира.

В формировании идеи жизненного мира важную роль играет понятие горизонта, внутри которого всегда находится всё существующее. В соответствии с этим можно говорить о различных экзистенциальных мирах, существование которых обусловлено разными установками одного Я. Горизонт - это грань воспринимаемого предмета в зависимости от подвижных, изменяющихся интенций сознания. Внутренний горизонт отсылает к восприятию одного непосредственно данного предмета, а внешний указывает на связь с сопутствующими предметами. Внешний и внутренний горизонты необходимо пересекаются. «Горизонтность» - решающий способ конституирования мира, начиная от сопутствующих горизонтов, которые являются вместе с вещами и единствами вещей, до конституирования «горизонта горизонтов», то есть мира как такового.