Ирина Эланс

Автор который поможет с любыми образовательными и учебными заданиями

Дзен-буддизм

ВСЕРОССИЙСКИЙ ЗАОЧНЫЙ ФИНАНСОВО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ

ИНСТИТУТ

КАФЕДРА ФИЛОСОФИИ

РЕФЕРАТ

по дисциплине «Культурология»

на тему «Дзен-буддизм»

Москва — 2007

Содержание

Введение………………………………………………………………………....3
Дзэн-буддизм…………………………………………………………………....5
Является ли дзэн религией?.................................................................................5
Есть ли в дзэне нигилизм?....................................................................................7
Сатори……………………………………………………………………………7
Коан………………………………………………………………………………8
Препятствия росту ученика в свете дзэн……………………………………...10
Учитель в свете дзэн……………………………………………………………11
Заключение………………………………………………………………………13
Список литературы…………………………………………………………….14

Введение

Не цепляйтесь за прошлое, не ищите будущее; Прошлое минуло,

будущее не пришло. Но смотрите ясно туда, где находится сейчас

предмет, в то же время, однако, ища и живя в покойном, недвижи-

мом состоянии ума.

Будда.

В этом мире есть много религиозных систем, служащих средством к достижению счастья всеми живыми существами. Каждая из этих систем отличается методами практики и формами своего выражения. Все эти системы сходятся в учении о неприемлемости дурных деяний речи, таких, как ложь и злословие, а также дурных физических деяний, таких, как воровство и убийство. Чтобы последователи различных религиозных систем могли достичь согласия, они должны иметь возможность узнать и понять друг друга. Именно с этой целью я предлагаю краткое введение в дзэн-буддизм.

Буддизм с его несколькими формами начинается с рождения принца Сиддхартхи из рода Гаутамы, сына царя Шуддходаны и царицы Махамайи. Мудрецы напророчили царю, что его сын станет либо великим миродержцем, либо великим религиозным учителем. Его отец, царь Шуддходана, решил, что его сын должен стать миродержцем и для этого сосворил вокруг него сказочный мир удовольствий и роскоши. Сиддхартха вырос, женился и у него родился сын, но его не оставляло желание увидеть то, что происходило за стенами дворца. Прогулки за стенами дворца неожиданно поставили его перед реальностью жизни и страданием человечества. Во время первой прогулки Гаутама встретил старого человека, изнурённого тяжёлым трудом и лишениями. Во время второй он увидел человека, больного тяжёлой болезнью. Во время третьей прогулки он столкнулся с похоронной процессией. Он понял, что болезнь, старость и смерть — неизбежный конец самой счастливой и благополучной жизни. Неизбежность человеческих страданий стала фундаментальной проблемой духовных исканий Гаутамы. В четвертый свой выезд за стены дворца Сиддхартха повстречал странствующего монаха и увидел перед собой новую возможность в этой жизни. Он оставляет дворец и вступает на путь великого подвижничества. В течение шести лет он овладевает духовными практиками своего времени. Он обучился сосредоточению мысли и стал на стезю сурового аскетизма, но освобождение по-прежнему ускользало от него. Не будем подробно останавливаться на его пути к постижению истины, а добавим лишь, что в конечном итоге, он достиг просветления и стал Буддой. В Бодх-Гае он указал путь достижения полного просветления и затем поочередно совершил три знаменитых поворота колеса Учения.

В первый период, в Варанаси, Будда повернул колесо Учения, изложив доктрину о Четырех благородных истинах; в средний период, в Гриндхракуте, он повернул колесо Учения во второй раз, изложив доктрину об отсутствии самосущего бытия всех явлений; в последний период, в Вайшали, он повернул в третий раз колесо Учения, изложив доктрину о разграничении явлений, существующих истинно и не истинно.

В процессе своего развития буддизм вылился в форму, которая так сильно отличается от первоначальной, что мы имеем право подчеркнуть его историческое разделение на две школы: хинаяна (малый путь спасения) и махаяна (великий путь спасения). Хинаяна — метод индивидуального освобождения от круговорота бытия. Последователи махаяны стремятся достичь состояния Будды ради спасения других. Фактически махаяна во всем своем разнообразии форм представляет собою не что иное, как видоизмененную форму буддизма и восходит в оригинале к своему индийскому основателю Будде Шакьямуни (как иногда называют Сиддхартху Гаутаму). Когда эта видоизмененная форма буддизма появилась в Китае, а затем в Японии, то она получила в этих странах свое дальнейшее развитие.

Дзэн-буддизм

Среди многочисленных буддистских сект, мы находим один уникальный орден, претендующий на то, что он передает сущность духа буддизма непосредственно от его автора, причем без помощи какого-либо тайного документа или таинственного обряда. Научное название этого пути — «Сердце Будды» («Будда-хридайя»), а более популярное — «дзэн».

История дзэна начинается с приходом Бодхидхармы (Бодайдарума) с запада (из Индии) в 520г. в Китай. Бодхидхарма родился в Канчи, столице Южно-Индийского царства Паллава. Он был брамином по происхождению и третьим сыном короля Симхавармана. Еще в молодости он обратился в буддизм и позднее получил наставления от Праджнятары, которого отец пригласил из древнего центра буддизма Магадхи. Именно Праджнятара велел Бодхидхарме отправиться в Китай. Бодхидхарма подчёркивал важность размышления и личной дисциплины, а не религиозного ритуала.

Является ли дзэн религией?

Это не религия в популярном понимании, т.к. в дзэне нет бога, которому можно было бы поклоняться, нет также никаких церемонных обрядов, ни земли обетованной для отошедших в мир иной, а также в дзэне нет такого понятия, как душа, о благополучии которой должен заботиться кто-то посторонний и бессмертие которой так сильно волнует некоторых людей. Дзэн свободен от всех этих догматических и религиозных затруднений. Но это не значит, что дзэн отрицает существование Бога. Дзэн не имеет дела ни с утверждением, ни с отрицанием. Когда что-либо отрицается, то само отрицание уже включает в себя противоположный элемент. В логике это неизбежно. Дзэн стремится подняться выше логики и найти высшее утверждение, не имеющее антитезы. Поэтому дзэн не отрицает Бога, не утверждает его существования, так что в дзэне нет такого Бога, к которому привыкли европейцы. Дзэн в равной мере не является ни религией, ни философией. Между тем в храмах дзэна можно встретить множество изображений и статуй Будд, но это не более чем куски дерева, камня или металла. Поклонение статуям в свете дзэн — это условности. Дзэн — это дух человека. Дзэн верит во внутреннюю чистоту этого духа и его божественность. Все что не естественно прибавляется или с силой вырывается, вредит целостности духа. Поэтому дзэн решительно против всяких религиозных условностей. То, как дзэн относится к формальному поклонению Богу, видно еще яснее из следующего примера. Когда Дзесю (один из учителей дзэн) увидел, как один монах с почтением отвесил поклон Будде, он ударил его по щеке. «Разве то, что я совершил, не похвально?» — спросил ученик. «Похвально, но лучше обойтись без похвального» — ответил учитель.

Не следует также путать дзэн с той формой медитации, которая присуща другим буддистам. Медитация (дхьяна) в обычном понимании не соответствует практике, имеющей место в дзэне. Человек может размышлять над религиозными и философскими проблемами в процессе практики дзэна, но это носит лишь случайный характер, сущность дзэна совсем не в этом. Его цель — посредством проникновения в истинную природу ума так повлиять на него, чтобы он стал своим собственным господином. И все же дзэн без медитации — не дзэн! Иногда дзэн называют «убийством ума». В действительности в дзэне нет даже такого понятия, как ум, который нужно убивать. Дзэн поистине неуловим в отношении его внешних аспектов. Если мы думаем, что уловили его, то это уже не дзэн. Издали он кажется легкодоступным, но как только мы подходим к нему, он отдаляется от нас еще больше.

Основная идея дзэна — войти в контакт с внутренними процессами нашего существа, причем сделать это самым прямым образом, не прибегая к чему-либо внешнему или неестественному. В связи с этим, все что связано с внешней стороной, отрицается, т.к. единственный авторитет в нем это наша собственная внутренняя природа. Даже рассудочная деятельность не может считаться чем-то конечным или абсолютным. Наоборот, она препятствует уму вступить в прямую связь с самим собой. Миссия интеллекта — служить в качестве посредника, а дзэн не имеет ничего общего с посредничеством, за исключением тех случаев, когда дело касается общения с другими людьми. По этой причине дзэн считает, что все теоретические трактаты и руководства условны и отвлечены и не содержат всей полноты истины. Дзэн стремится ухватить самую суть жизни самым решительным и непосредственным образом. Главная заслуга дзэна заключается в том, что он верит в способности человека, отбросив всякие предвзятости и ограничения, проникнуть в основу самой жизни.

Есть ли в дзэне нигилизм?

Китайский император У из династии Лян, попросил однажды Бодхидхарму поведать ему о святой истине буддизма. Мудрец ответил: «Беспредельная пустота и ничего святого», другой очень известный учитель дзэна, живший в Японии несколько сот лет назад, часто говорил своим ученикам, как можно порвать оковы жизни и смерти: «Жизнь и смерть не существуют». Примеров подобного рода можно привести множество. Тем не менее, дзэн не проповедует философию чистого отрицания. Дзэн не имеет дела ни с отрицанием, ни с утверждением, а с простым фактом, чистым опытом, самой основой нашего существа и мысли: ворона черная, а снег — белый.

Один монах спросил Дзесю: «Что ты скажешь, если я приду к тебе с ничем?» Дзесю сказал: «Брось его на землю». Монах возразил: «Я же сказал, что у меня ничего нет, что же мне тогда остается бросить?» Дзесю ответил: «Если так, то унеси его».

Этим Дзесю ясно показал всю бесплодность философии нигилизма. Чтобы достичь цели, преследуемой дзэном, нужно откинуть даже саму идею об отрицании или утверждении.

Сатори.

Дзэн-буддизм — это образ жизни и взгляд на жизнь, который нельзя свести к какой-либо формальной категории современной мысли. Учение дзэн делало акцент на методе, а не на доктрине. Так по дзэн, истина — непознаваема с помощью рассудочной деятельности и не выразима словом. Дзэн-буддизм отрицает «слово» как средство передачи истины. Целый комплекс весьма своеобразных технических приемов, призванных пробудить интуицию (неожиданные прикосновения, щипки, толчки, удары кулаком или палкой) использовался в процессе коллективных бесед учеников с наставником. Дело в том, что в отличие от других школ буддизма, где пробуждение (просветление) представляется чем-то далеким, достижимым лишь после многих и многих существований, полных терпеливого усилия, в дзэн озарение (сатори) может придти в любой момент. По утверждению Д. Судзуки, «Дзэн может лишиться всей своей литературы, всех монастырей и всего своего убранства, но до тех пор, пока в нем есть сатори, он будет вечно жив». Приведу несколько примеров:

Монах по имени Дзе пришел к Ринзаю и спросил: «В чем сущность буддизма?» Ринзай поднялся со своего соломенного сиденья, схватил монаха, дал ему пощечину, а затем отпустил. Дзе застыл на месте. Монах, находящийся рядом сказал: «О Дзе, почему ты не кланяешься?» И не успел Дзе совершить поклон, как к нему пришло понимание.

Басе шел однажды с Хякудзе, одним из своих учеников. Увидев стаю диких гусей, пролетавших в небе, он сказал: «Что это такое?» Хякудзе ответил: «Это дикие гуси, учитель» — «Куда они летят?» — снова спросил Басе. «Они уже все улетели». Басе повернулся к Хякудзе и ущипнул его за нос и продолжил: «Они действительно улетели?» Это пробудило в Хякудзе состояние сатори. Когда Басе ущипнул Хякудзе за нос, он имел целью пробудить в своем ученике чувство абсолютного настоящего, а не просто обратил внимание на пролетающих гусей. Гуси находятся в пространстве и летят во времени, глядя на них, мы попадаем в область пространственных отношений. Как только мы оказываемся в рамках пространства и времени, мы покидаем абсолютное настоящее и перестаем быть свободной, самостоятельной духовной сущностью, а становимся обычными людьми, связанными законами причин и следствий и мыслящими логическими категориями. Сатори никогда не является следствием такого существования. Вот почему Басе ущипнул Хякудзе за нос. Сама боль не имеет никакого отношения к его сатори как таковому. Это событие предоставило ему возможность сбросить цепи сознания, которые намертво сковывали ум законами пространства и времени и логической умозрительностью. Задача учителя — снять эти цепи с разума ученика. Он делает это обычно посредством отрицаний или противоречий, предлагая посмотреть, «как висит дождь» или «не называть веер веером, а лопату лопатой». Щипание за нос, удар в грудь или дергание за воротник — достаточно необычные методы с точки зрения любой другой духовной практики, однако эффективность этих приемов постоянно и полностью доказывается учителями дзэна.

Помимо понятий сатори, в дзэн существует понятие «кэнсё». Между ними есть незначительная разница: кэнсе — это ощущение озарения, а сатори — осознание озарения.

Коан.

Единственной целью дзэн тренировки является достижение сатори, так как наивысшее состояние, которого может достигнуть буддист, — это его слияние с телом Будды, растворение своего "Я" в окружающем мире, что возможно только посредством сатори. Дзэн имеет определенную цель, которая состоит в том, чтобы «открыть разум сатори» и для того, чтобы вызвать это состояние, перед умственным взором должен предстать коан.

Коан представляет для учащегося головоломку: это загадка такого рода, которую невозможно решить посредством логики или разума. Он требует большего от учащегося — прорыва в новое сознание. Коан традиционно формулировался как диалог между учеником и мастером дзен. Некоторые коаны основаны на вопросах, которые задавались серьезными учениками в древнем Китае. Другие взяты из вопросов, которые ставил учитель, чтобы стимулировать или пробудить понимание ученика. Ответы живо и непосредственно иллюстрируют определённый аспект глубинного понимания мастера. Ответы часто парадоксальны и по видимости нелогичны, они заставляют спрашивающего преодолеть ограничения, свойственные категориям, в которых он до сих пор осмыслял опыт. Например, один монах спросил Чжаочжоу: «Обладает ли собака природой Будды?» Чжаочжоу ответил: «Нет!» Вся проблема заключается здесь в том, что, согласно учению дзэн, любое существо, включая собаку, обладает природой Будды. «Но ведь природа Будды проницает все живые существа. Как же можно сказать, что у собаки ее нет?» Чжаочжоу ответил: «Собаке свойственно проводить различия». В другой раз Чжаочжоу дал утвердительный ответ на тот же вопрос. «Отчего же существо, обладающее природой Будды, родилось в столь неприглядном обличье?» — спросил собеседник Чжаочжоу. «Оно приняло заблуждение за истину», — последовал ответ.

Наставник дзэн Хакуин однажды хлопнул в ладони, затем молча поднял одну руку и спросил: «Как звучит хлопок одной ладони?» Так родился очередной коан.

Размышляя (медитируя) над этим коаном, ученик не должен пускаться в интеллектуальные спекуляции о вопросе, ответе и их связях. Цель коана — привести ученика к видению собственного невежества, побудить его пойти дальше абстрактных рассуждений, искать истину в самом себе.

В дзенской школе Сото ученикам объясняют, что наиболее важный аспект обучения связан с их повседневной жизнью, что они должны научиться разрешать свой личный коан, проблемы повседневности, как они обнаруживают себя перед каждым. Личный коан не имеет окончательного разрешения. Проблема может быть разрешена только изменением себя, изменением точки зрения, вытекающей из изменения личности. Меняется не проблема, а то, как относится к ней человек. Он никогда полностью не покончит коаном, но научится рассматривать проблемы с более высокого уровня. Например, Гаутама начал свой путь в надежде разрешить коан болезни, старости и смерти. Однако даже после того, как он стал Буддой, проблемы остались неизменными. Будда не стал бессмертным или лишённым возраста. Но его понимание возвысилось над его прежней озабоченностью этими проблемами.

Препятствия росту ученика в свете дзэн.

Три основных источника страдания, «Три пламени» буддизма — жадность, ненависть и обман. В одних людях преобладает жадность, в других ненависть, третьи подвластны иллюзии. Каждый может быть соединением этих качеств, с преобладанием одного из них, однако соотношение их в одном человеке переменчиво, зависит от обстоятельств. Одни ситуации вызовут в человеке жадность, другие разбудят тенденции к гневу или иллюзорности.

Жадность — основная проблема большинства людей. В большинстве своем мы хотим «больше» — больше денег, больше еды, больше удовольствия. Буддийские тексты описывают тип, подчинённый жадности, как тщеславных, недовольных, коварных людей, любящих богатую, сладкую пищу и красивую одежду.

Люди, в которых преобладает ненависть, характеризуются раздражительностью, они быстры на гнев. Жизнь для них — непрерывная битва с врагами, нанесение ответных ударов на реальный или воображаемый вред, принесённый другими, защита от возможного нападения. Такие люди недоброжелательны, высокомерны, горды, завистливы, язвительны.

Обман или иллюзорность характеризует общее состояние запутанности, недостатка сознавания, колебания. Те, в ком этот недостаток преобладает, находят трудным принять решение или погрузиться во что-то. Их реакции и мнения основаны на подражании, у них нет собственного мнения. Они делают всё невнимательно и неряшливо. Их характеризует лень, упрямство, запутанность, колебания, спешка и возбудимость.

В случае усиления этих тенденций они порождают то, что на западе называют неврозом или психозом. Однако с точки зрения буддийской психологии даже психоз — лишь временная интенсификация одной из этих тенденций, проходящее состояние, как все психические и физические состояния.

Посредством работы над собой эти препятствия могут быть преодолены. Жадность может быть превращена в милосердие и сострадание, ненависть — в любовь, иллюзорность — в мудрость. Самодисциплина или дисциплина монашеской жизни даст возможность индивидууму контролировать жадность. Буддийское учение, подчёркивающее любовь и уважение к другим, указывает путь преодоления ненависти. Понимание того, что всё есть Будда, преодолевает иллюзию. Гордыня может быть еще одним препятствием для роста. Гордыня может вести к недостатку уважения к учителю и создавать искажения в учении. Учитель дзен постарается дать ученикам увидеть собственную гордыню и самомнение. Один из дзенских патриархов указывает: «Если учение, которое ты слышишь от Учителя дзен, противоречит твоим мнениям, он, наверное, хороший учитель. Если в начале нет столкновения мнений — это дурной знак» (Доген).

Гордость может появиться на любом этапе обучения, даже после первого опыта просветления. Обычно прямой опыт просветления укрепляет ученика в понимании буддизма и его убежденность в ценности учения становится поистине непоколебимым. Однако на этой стадии ученики склонны полагать, что они научились уже всему, что они уже полностью понимают буддизм и не нуждаются в Учителе. Хороший учитель заставит ученика продолжать регулярно исполнять свои обязанности и упражнения в этот момент, чтоб гордыня и самомнение не исказили в нём понимание. Иллюзию, если она возникает на этом этапе, очень трудно рассеять, потому что убеждения ученика теперь опираются на реальный опыт. Но если обучение продолжается, ученик может преодолеть неизбежную гордыню и чувство полноты, то, что некоторые учителя дзен называют «запахом просветления». Ученик должен помнить учение о непостоянстве и то, что учение в буддизме бесконечно.

Учитель в свете дзэн.

Истинный буддийский учитель не только верит в принципы буддизма, но живет в соответствии с идеалом, он должен быть готов принять свою ошибку. Ученики относятся к учителю как к идеалу, которому они следуют, как к живому Будде. Однако подлинные дзенские учителя сознают свои ограничения и никогда не пытаются отделить себя от учеников и подняться на пьедестал. Ученики должны видеть человечность и ограниченность учителя, и все же видеть в нем Будду, несмотря на его погрешности.

Учитель, прежде всего, занимается собственным обучением, и те, кто находят в нем определенные специфические качества, могут следовать за ним. Учитель не старается быть хорошим для других и не заботиться о том, найдутся ли ученики, которые захотят за ним следовать. Своим примером, великим терпением, любовью и терпимостью хороший учитель вдохновляет других, так что ученики употребляют все усилия в обучении. Учитель, который слишком старается учить других, неизбежно создает в учениках чувство вины за то, что они не живут в соответствии с различными внешними установлениями. Учитель сам может быть образцом, с которым ученик может свободно сопоставлять себя в своем положении в обучении. Доген так объясняет необходимость

в учителе: «Если вы не нашли истинного учителя, лучше вообще не изучать буддизм. Хороший учитель не обязательно стар и не обязательно молод; просто это человек, который проясняет истинное учение и несет на себе печать подлинного мастера. Ни знание, ни его изучение не так уж важны; учитель не опирается на свои субъективные мнения и не привязывается к мнениям других: обучение и понимание в нем совершенно уравновешены. Таков истинный учитель».

Ученики часто пытаются оценивать своего учителя, решать, является ли он «мастером дзен». Различение необходимо, потому что есть люди, которые называют себя «учителями», не будучи достаточно подготовленными и квалифицированными. Но когда ученик пытается определить степень совершенства учителя дзен — это не более чем тщеславие и самонадеянность. В действительности ученик задается вопросом «Достаточно ли этот учитель квалифицирован, чтобы учить меня?» «Удовлетворяет ли он моим требованиям?» Буддийское учение утверждает, что все и всё может учить, если только ум человека открыт.

Заключение.

Дзэн, действительно, одно из самых удивительных порождений восточного духа. Поэтому каждый, кто действительно пытается понять буддистскую доктрину, пусть даже до некоторой ограниченной степени — то есть путем простого отказа от различных западных предрассудков — дойдет до определенных глубин под эксцентричным покровом индивидуального саториального опыта или почувствует серьезные трудности, которыми философская и религиозная западная мысль пренебрегает вплоть до сегодняшнего дня.

В истории религии Дзэн уникален во многих отношениях. Его доктрины в теоретическом виде могут показаться спекулятивным мистицизмом, но они представлены таким образом, что только посвященные, посредством долгой тренировки, действительно достигшие прозрения на этом пути, могут понять их подлинный смысл. Для тех, кто не обрел этого проникновения знания, т.е. для тех, кто не испытывает Дзэна в повседневной деятельности жизни, его учение или, скорее, изречения, принимают непонятный и даже загадочный смысл.

Список литературы.

Секида Кацуки «Практика дзэн», изд. «Амрита-Русь», Москва 2004
Наоми Озанец «Медитация», изд. «Гранд», Москва 2001
Дайсэцу Судзуки «Основы дзэн-буддизма», изд. «Эксмо-пресс», Москва 2001

Дзен-буддизм 📙 Реферат → 🆔 78554