Тема:  Эволюция семейного права России (IX-XVIII вв.) 

Содержание 
 

Введение

Глава I. Заключение брака

1.1.Условия для  заключения брака

1.2. Порядок заключения  брака

Глава II. Регулирование семейных отношений

2.1 Взаимоотношения  супругов в браке

2.2 Отношения  между родителями и детьми

Глава III. Прекращение  брака

3.1 Прекращение  брака в связи со смертью  одного из супругов

3.2 Развод

Заключение

Литертура 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение

  Изучение истории семьи играет важную роль в духовной жизни общества. Семья в историческом ракурсе имеет непреходящее значение. У нее есть специфические законы существования и развития, комплекс прав и обязанностей. Общественные процессы преломляются в семье своеобразно, но обязательно находят в ней отражение. Своеобразие проявляется в том, что экономические и политические задачи государства никогда впрямую не влияют на семейные отношения, но проходят сложный извилистый путь и часто могут принимать несколько искаженные формы. Семья и ее проблемы, ни в какой период истории нашего государства, не ставились в качестве наиважнейших вопросов. Проблемы семейного права тесно соприкасаются с проблемами культуры, нравственности русского общества. Многие традиции в наше время оказались забытыми, часть же имеет продолжение, но не незнание их истоков лишает общество духовной преемственности. Проблемы семейного права непосредственно связаны историей русской православной церкви, интерес к которой сейчас резко возрос.

   Актуальность рассматриваемой темы определяется следующим обстоятельством. Сегодня мы имеем бурно развивающуюся сферу брачно-семейных отношений. Распространяются добрачные связи, увеличивается число неполных семей, в основном - матерей с детьми. Эти явления, которые иногда рассматриваются как признак кризиса семьи, правильнее трактовать как становление нового ее типа, отвечающего как общим условиям жизни современного индустриального общества, так и специфическим условиям социально-экономического и демографического развития России.

   Жесткая структура авторитарной семьи прошлого с подчиненным положением женщины и непререкаемым авторитетом мужа-хозяина уступает место новым, более человечным и демократичным брачно-семейным отношениям. В то же время устранение былой нерасторжимости брака сделало семейный союз менее прочным, больше подверженным внешним воздействиям, требующим иного к себе отношения. Изменяясь, семья сталкивается со многими новыми проблемами, но институт семьи и ценности семьи, по-видимому, сохраняют свое значение. Кризис же семьи, если он и существует, касается скорее, патриархальной семьи, которая постепенно уступает место семье современного типа. Процесс этой трансформации объективно обусловлен и не может быть обращен вспять.

   Чтобы лучше понимать вышеописанные процессы, представляется интересным проследить развитие брачно-семейных отношений на определенных периодах (IX-XIV и XV-XVIII вв.). Также рассмотреть генезис исконно патриархальной семьи на протяжении рассматриваемого периода. Это – цель данной работы. Ее достижение предполагает решение определенных задач. Среди них - анализ правовых документов и конкретных юридических прецедентов указанных эпох.

Глава I. Заключение брака

1.1. Условия для заключения  брака

     Для заключения брака надо было соблюсти возраст, который был принят Собором 1551 г. Кормчая книга разрешала брак в двенадцать лет для девушки и в пятнадцать лет для юноши. Это первое условие для брака не согласовывалось с обычаями — в России традицией было женить детей в восемь — десять лет. Мотивы поведения родителей были разными: материальная выгода выдать дочь замуж в определенную семью, желание породниться с друзьями и др. А главной причиной было стремление управлять судьбой детей. Необходимость соблюдать брачный возраст не находила сочувствия у подданных. Однако церковная политика была направлена на строгое соблюдение закона. В 1551 году Стоглавый собор подтвердил норму о брачном возрасте:

     Но  и Стоглав не прекратил нарушений  правила о брачном возрасте — венчания происходили при попустительстве приходских священников, которые не меньше прихожан были подвержены языческим традициям, не говоря уже о том, что они иногда вынужденно венчали малолетних, чтобы угодить приходу, получая к тому ж денежное вознаграждение за соучастие в выгодной сделке.

     В начале XVIII в. Петр I установил новый  брачный возраст: для юноши —  двадцать лет, для девушки — семнадцать лет. Указ Петра затронул компетенцию  церковной власти и по сути дела, отменил византийскую норму права. Вряд ли этот поступок государя вызвал одобрение у руководителей русской  церкви, скорее, наоборот. Действовал Петр I сообразно с государственными интересами. Ранний брак связывал молодых людей, а Петр I хотел изменить привычный  образ жизни, создать такую ситуацию, при которой экономически выгоднее было не сидеть у себя в имении и  проживать не самим нажитые деньги, а пробовать свои силы в военном, дипломатическом деле и др. Многочисленные военные походы в его царствование требовали участия в них грамотных, хорошо обученных военнослужащих. Для выполнения этих задач нужны были свободные, необремененные женами и детьми молодые люди, заинтересованные сделать карьеру с самоотверженностью, соответствующей их возрасту и энергии. Повышение брачного возраста давало возможность законодательно регулировать эти процессы. Однако введенная Петром I норма закона не применялась даже в период его царствования. Новшества Петра I вызывали недовольство у подданных, так как ломали многовековые традиции народа, стиль русской жизни, казались кощунственными и неправомерными. Поэтому многие указы Петра I остались на бумаге. В еще большой мере это касалось столь малоподвижной, столь консервативной области права, какой являются брачно-семейные отношения, которые строились на обычае.

     Снижение  брачного возраста наметилось в период правления Екатерины II. Согласно Указу 1774 г. брачный возраст определялся для юношей девушек пятнадцатью и тринадцатью годами соответственно.

     Существовал и максимальный брачный возраст, записанный в Кормчей: «Вдова шестидесятилетняя  а аще паки восхочет сожительствовати мужу, да не удостоится приобщением  Святыни…». Русское законодательство самостоятельных законов на этот счет не создавало и всегда считало шестьдесят лет максимальным возрастом для вступления в брак, при решении дел такого рода ссылаясь на Кормчую книгу.

     Вторым  условием для заключения брака было отсутствие запрещенных степеней родства, свойства, а также духовного родства, которые устанавливались исключительно  по Кормчей книге. В ней было записано об этом, как об одном из условий  для брака. Священник должен был  знать, как определить степени, запрещенные  к браку. Кровное родство не разрешалось  до седьмой степени включительно; его было проще всего установить. Более сложным был вопрос об определении  степени свойства. Свойство возникало  посредством брака, в результате которого муж и его родственники считались в свойстве с родственниками жены и наоборот. Оно запрещалось до шестой степени включительно. Трудность установления степени свойства состояла в том, что многие родственники могли не поддерживать каких-либо контактов между собой и не знать о браках их дальней родни.

     Существовало  еще одно условие препятствия  к браку — духовное родство. Духовное родство возникало путем крещения, когда один был крестным отцом  или матерью, а другой крестником. Духовное родство запрещалось до седьмой степени включительно, но только по нисходящей линии. Еще одним видом препятствия к браку было усыновление.

     Таким образом, существовала сложная система, запрещавшая браки в определенных степенях родства, свойства, духовного  родства и усыновления. Русская  церковь по этим вопросам признавала действующим византийское законодательство и не создавала самостоятельных  документов. Различные законодательные  акты, грамоты митрополитов и патриархов повторяли о необходимости помнить  характер родственной или свойственной близости между будущими супругами.

     Следующим условием заключения брака было разрешение вступать в брак не более трех раз, четвертый брак признавался недействительным: Вслед за Кормчей книгой ограничение количества браков было повторено Стоглавом. В этой норме совершенно не учитывались причины расторжения или прекращения предыдущих трех браков, а также возраст женщины и мужчины. Третий брак также не одобрялся, налагал на виновника церковную епитимью. Однако это не мешало священникам венчать и пятые браки, причем с молитвами, что вообще было запрещено в аналогичных случаях. В 1572 году церковный собор признал законным четвертый брак Иоанна IV.

     Еще одним условием для брака было вероисповедание жениха и невесты. Священное писание разрешало  брак лиц, если один из супругов не исповедует христианство: «… если какой брат имеет  жену неверующую, и она согласна с ним жить, то он не должен оставлять  ее; и жена, которая имеет мужа неверующего, и он согласен жить с  нею, не должна оставлять его. Ибо  неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим». Кормчая книга запрещала брак лиц разных религий. В России до начала XVIII в. были запрещены браки лиц разных исповеданий, поскольку церковь руководствовалась Кормчей книгой. Но при Петре I произошли важные изменения в этом вопросе. Указ 1721 года разрешал шведским пленникам жениться на русских без перемены веры. Но с них брали «сказку», что они не будут принуждать своих жен менять веру, а детей обязывали крестить в православной вере. Однако в дальнейшем браки с иноверцами продолжали оставаться проблемой и от них требовали либо принятия православия, либо получения особого разрешения Синода на каждый такой брак.

     Последним каноническим условием для заключения брака было согласие родителей жениха и невесты на брак. Законодательно согласие на брак жениха и невесты  и родителей было уравнено.

     Петр I сделал попытку решить вопрос женитьбы введением присяги для родителей  при венчании. Указ Петра I, разосланный  по всем епархиям, должен был исполняться  «неотложно».

     Формально присяга просуществовала до 1775 года. Согласие на брак должны были давать и  помещики при бракосочетании принадлежащих  им крестьян. Указ Петра требовал помещиков приводить к присяге с целью удостоверения, что они не принуждают своих крепостных к браку.

     Кроме канонических условий для вступления в брак действовали условия, введенные светским законодательством. Таким условием являлось состояние здоровья жениха и невесты. В Кормчей книге нет запрещения венчаться, если жених и невеста больны душевной болезнью.

     Указом  от 6 апреля 1722 г. «О свидетельствовании дураков» Петр I в целях предотвращения появления неполноценного потомства в качестве обязательного условия для вступления в брак закрепляет медицинское освидетельствование, подтверждающее наличие у брачующихся «здравого рассудка».

     В XVIII в. возникло новое условие для  заключения брака, созданное светским законодательством, — согласие на брак военнослужащих должны были давать их полковые командиры. Сначала новая  норма относилась только к гардемаринам, а потом была распространена на всех военнослужащих. Нельзя забывать и  о том, что полковые командиры  были одними из тех, кто давал согласие на брак, к тому же согласие родителей  на супружество сына военнослужащего  не отменялось.

     И, наконец, последним условием для  вступления в брак, введенным светским законодательством, было изучение математики. По указам Петра I, дворянские дети, дети дьячих и подьячих в возрасте от десяти до пятнадцати лет должны были учиться. При завершении обучения молодым  людям выдавались «свидетельствованные письма», без коих «жениться их не допускать и венечных памятей  не давать». Следить за наличием у  молодых людей «свидетельствованных писем» обязаны были архиереи, которые  в случае невыполнения предписаний  подвергались штрафу.

     Таким образом, для заключения брака нужно  было соблюсти значительное количество условий. Неудивительно поэтому, что  одно, а чаще несколько условий, нарушали. Законодатель не стремился облегчить  заключение брака. Не было сделано ни одной попытки отменить какое-либо условие или смягчить его действие. Церковная власть стояла на страже выполнения норм канонического и  светского права: священнослужители обязывали следить за законностью заключаемых браков. Для проверки соблюдения всех условий вступления в брак венчанию предшествовала длительная процедура, составные которой образовывали порядок заключения брака.

1.2. Порядок заключения  брака

     Первой  стадией заключения брака было обручение. Кормчая книга приравнивала обручение к венчанию: «Жену, иному обрученную, берящий в брачное сожитие, при жизни еще обрученника, да подлежит вине прелюбодеяния».

     В 1702 году Петр I смело упразднил обручение. Отмена обручения означала пренебрежение  святостью канонов византийской церкви. Обручение осталось в качестве старинного обряда, не влекшего за собой  имущественной ответственности. По указу был установлен срок до венчания — шесть недель. Время это предназначалось  для того, чтобы будущие супруги  познакомились.

     При подготовке к венчанию решался вопрос о приданом, которое давали невесте  ее родители. На протяжении длительного  времени приданое оформлялось посредством  рядных или сговорных записей.

     Приданое  могло состоять из любого имущества, которым владел и распоряжался дающий его. Однако на отдельные виды собственности  имелись ограничения на предмет  дачи их в приданое. Так, нельзя было отдать в приданое старинную княжескую  вотчину — великий князь отписывал  ее на себя, а в приданое давал  из «государевой казны». Выслуженные  вотчины, если они были даны на имя  всей семьи, разрешалось передавать в приданое: «А которого боярина  такие же вотчины Государскаго данья… а та вотчина по царской грамоте  пожалована, и кому какова грамота  будеи дана, ему и его жене и  его детям и его роду, по тому и быти…» Со второго десятилетия XVII в. разрешалось выходить замуж с прожиточным поместьем.

     В 1714 году Петр I продолжил политику ограничения  родительской власти в вопросе состава  приданого. Разрешив отдавать недвижимое имение только одному, старшему, ребенку  в семье, указ ущемлял право родителей  самим определять содержание приданого. Только с отменой в 1731 году этого  ограничения государство перестало вмешиваться в содержание приданого и предоставило решение этого вопроса родительской воле. Кроме того, взамен вотчины и поместья было введено понятие недвижимого имения, которое стали давать в приданое.

     При заключении брака жених должен был  оформить на себя приданое жены. В XVI в. оформление приданого на женихов  проходило без участия государственных  органов. Затем государство потребовало  уплаты пошлины за совершенную сделку.

     Особый  порядок существовал в праве  распоряжения вотчиной жены. Совершая сделку такого рода, жена должна была подписаться  на документе, в противном случае вотчина подлежала возврату родственникам  жены после смерти последней. Закон, правда, не предусматривал такого случая, когда жена могла быть подвергнута  принуждению со стороны мужа.

     Если  муж совершал преступление, за которое  ему назначали наказание в  виде конфискации имущества, то в  состав его имущества нельзя было включать приданое жены. После прекращения  брака вдове возвращали ее приданое поместье. Если же муж выменял его, то жена получала из собственности  мужа точный объем своего земельного надела.

     Итак, при подготовке к венчанию невесте  давали приданое. Законодатель не ограничивал  круг лиц, имеющих право наделить невесту приданым, учитывая особенности  каждой ситуации. Чаще всего приданое давали родители. При отсутствии родителей  их роль выполняли братья, родственники, свойственники невесты. Рядная могла  быть написана от имени невесты, если она не в первый раз вступала в брак. Кроме того, в исключительных случаях эту роль брал на себя государь.

     С 1714 года приданое жены становится ее независимой  собственностью, которой она пользуется без участия мужа. Поэтому размер и содержание приданого отныне имели  значение только для жены. Новый  закон не решил и не мог решить двух главных проблем, вытекающих из права наделения приданым дочерей. Закон никогда не устанавливал, как  и не ограничивал, размера приданого. В данном вопросе главный смысл  состоял в соглашении заинтересованных сторон. Поэтому размер приданого  не мог быть оспорен дочерью даже после смерти отца.

     Другая  проблема заключалась и том, что, получив приданое, жена тем не менее продолжала подвергаться принуждению со стороны мужа в праве распоряжения своей собственностью. Действия мужа не носили правового характера, а строились на власти главы семьи. Закон эти действия не поощрял, и собственница недвижимости находилась под юридической защитой государственной власти.

     После окончания срока обручения начиналась подготовка к обряду венчания. Всю  процедуру подготовки и само венчание обязан был провести священник того прихода, в котором жили жених и невеста. Приходский священник, получив от родителей уведомление о том, что их дети хотят вступить в брак, должен был провести так называемый обыск. Процедура обыска состояла, во-первых, в том, что священник оповещал своих прихожан о предстоящем браке во время воскресной или праздничной службы, которая собирала наибольшее число людей, в другие дни занятых неотложными делами. Этот ритуал носил название оглашения. Цель оглашения — поставить в известность прихожан о предстоящем венчании как важном событии в жизни прихода.

     Итак, священник ждал от любого прихожанина  сведении о женихе и невесте, как-то препятствующих их браку: нахождение в браке, близкое родство или свойство, данные о возрасте и проч. После проведения обыска, который не выявлял обстоятельств, препятствующих браку, священник назначал венчание.

     Для венчания требовалась венечная память — своеобразное изобретение русской православной церкви, не имевшее аналогов в греческом законодательстве. Время возникновения венечной памяти, по всей видимости — начало XVI столетия. Венечная память, или венечные знамена, представляет собой документ, который выдавался священнику на определенное венчание, поэтому нельзя было выдать венечную память, когда свадьбы еще не намечались. В венечную память записывали имена жениха и невесты, сведения о проведенном священником обыске. Венчать без венечной памяти строго запрещалось: в таком случае священник платил штраф. Венечная память стоила денег, а сумма денег, собранная за выдачу венечных памятей, называлась венечным сбором, или венечной пошлиной.

     При заключении брака делалась запись в  метрическую книгу. Эти книги возникли по постановлению церковного собора 1666—1667 гг. До этого времени дата венчания записывалась в венечную память.

     В 1721 году Петр I издал указ о заведении метрических книг во всех церквах. По указу епархиальные архиереи обязаны были присылать в Синод ежегодно ведомости о числе родившихся, умерших и бракосочетавшихся в епархии.

     Мы  видим, что в течение нескольких веков церковь не только принимала  главное участие в заключении брака, но и стояла на страже точного  соблюдения норм брачного права —  доказательства тому все памятники  церковного права, относящиеся к  вопросам семейных отношений. Одновременно происходил процесс государственного вмешательства в компетенцию  церкви по брачно-семейным делам. Взамен независимого института патриаршества  был создан в XVIII столетии Синод, в  чье ведение были отданы почти  все вопросы семейного права, в том числе условия и порядок  заключения брака. Предоставленными ему  полномочиями по созданию новых норм семейного права Синод пользовался  крайне осторожно, в основном повторяя старое законодательство и призывая к его соблюдению.

Глава II. Регулирование семейных отношений

2.1 Взаимоотношения  супругов в браке

     Таинство  венчания знаменовало собой создание освященного церковью пожизненного семейного союза. В духе христианского учения действовали важные принципы супружества: единая фамилия, общее местожительство, социальный статус. На этих трех постулатах должна была существовать семья. В 1714 году было введено новое правило, согласно которому наследница недвижимого имения могла вступить в свои права только тогда, когда ее настоящий или будущий муж возьмет ее родовую фамилию — в противном случае оно переходило в собственность государства. Указ просуществовал только семнадцать лет, но он никак не менял принцип супружества. Два других принципа супружества подверглись значительным изменениям и даже искажениям, далеко уходящим от христианского постулата. Супруги должны были жить вместе — неважно, у мужа или жены. Среди зависимого населения местожительство супругов определялось по принадлежности крепостного своему владельцу. Совместное проживание было распространено и на солдатских жен, которые, живя у помещиков, могли их покинуть и отправиться жить по месту службы мужа. Супруги продолжали жить вместе и тогда, когда мужа ссылали за преступление. Одним из первых исключений из этого правила было то, что в случае ссылки жены муж не должен был следовать за нею в место отбывания наказания. Государственная власть нарушила принцип единого проживания супругов, руководствуясь, по-видимому, теми соображениями, что роль мужчины в феодальном обществе была неизмеримо выше роли женщины. Это было первое исключение. За ним последовали новые, резко изменившие принцип совместного проживания супругов.

     Не  соблюдая принцип совместного проживания, законодатель считал, что супруги  по-прежнему находятся в браке. Создавалась  двойственная ситуация, при которой муж и жена так долго жили врозь, что начинали ощущать себя свободными от брачных обязательств. Такое положение приводило к заключению бигамических браков (двоебрачию). Несмотря на то, что церковь признавала их недействительными и наказывала виновных, пресечь это явление было трудно, так как церковь, должна была вести борьбу с государственными указами. Во всех остальных случаях принцип совместного проживания супругов действовал и лишь контроль за его соблюдением возлагался на Синод. Нововведения светского законодательства, однако, приводили к тому, что подданные попросту игнорировали постановления Синода о необходимости соблюдать единое местожительство для супругов. Последний, не обладая реальной властью, не мог остановить этот процесс.

     Претерпел искажения и третий принцип супружества  — единый социальный статус супругов. Общим правилом было то, что социальный статус жены определяется по мужу. Так, и в Судебнике Иоанна IV 1550 года и в Соборном Уложении устанавливалось, что штраф за бесчестье жены уплачивался  вдвое против штрафа за бесчестье  мужа, т. е. исходным был размер штрафа для мужа: «А будет кто ни буди обесчестит непригожим словом чью жену…  по суду и по сыску правити за их бесчестья: жене против мужия окладу вдвое…»

     В 1724 году в Инструкции магистратам  вдовам посадских было запрещено  выходить замуж за человека иного  сословия: брак мог состояться только в том случае, если вдова продаст  принадлежащие ей дворы и завод  в посад, заплатив все недоимки. Единый социальный статус супругов, определяемый по мужу, действовал и для дворян. В 1722 году в Табели о рангах было записано: «Все замужния жены поступают  в рангах, по чинам мужей их, и  когда, они тому противно поступят, то имеют штраф заплатить такой  же, как бы должен платить муж  ея был за свое преступление». Так что жена – не дворянка, выйдя замуж за дворянина, становилась дворянкой. Из этого логично следовало, что дворянка, выйдя замуж за не дворянина, теряла свой социальный статус. Екатерина II отменила настоящее правило, и дворянка в каждом случае сохраняла за собой дворянское происхождение, правда, не передавая его ни мужу, ни детям, которые не могли быть наследниками в ее недвижимых имениях. Это нововведение изменило принцип единого социального статуса супругов.

     Таким образом, за исключением некоторых  отступлений, супруги носили единую фамилию, жили вместе и имели единый социальный статус.

     Известно, что жена самостоятельно приобретала  собственность. До нас дошла купчая 1508—1509 гг., совершенная Анной Семеновой, женой Гаврилова, с ее братьями на покупку села Полосино в Переяславском уезде.

     С середины XVI в. начинается процесс лишения  супруги прав по владению и распоряжению земельной собственностью. Приданое жены оформляется на мужа, и он пользуется и распоряжается им почти без всякого участия жены (за исключением особо оговоренных в законе случаев). До начала XVIII столетия супруга была лишена самостоятельных прав и находилась в прямой материальной зависимости от мужа. В XVIII в. имел место новый этап в имущественных отношениях супругов — жена приобрела полные права на приданое. Нововведение сопровождалось изданием указа 1715 года, разрешившего писать купчие и закладные на недвижимое имение лицам женского пола.

     Провозглашаемое указом разрешение болезненно воспринималось заинтересованной или обиженной  стороной, т. е. мужьями, которых лишили их привилегии. Так, в 1738 году Сенат  по поручению императрицы Анны Иоанновны  разбирал дело о продаже мужем  недвижимого имения жены без ее ведома и разрешения. По ходу следствия  было установлено нарушение закона со стороны Вотчинной коллегии. Потребовалось  вмешательство Сената, чтобы владелице  вернули ее собственность.

     Подобное  сопротивление закону вызывало ответную реакцию государственной власти, которая прямым вмешательством в  деятельность различных коллегий проводила  в жизнь свои указы. С целью  укрепить правовую обеспеченность жены издается указ «О недействительности купчих, от жен мужьями данных». Сам указ возник по конкретному делу, в ходе расследования которого Сенат пришел к заключению, что между супругами, не должны заключаться сделки купли-продажи.

     Итак, в XVIII в. прослеживается яркая тенденция  защитить имущественные интересы жены изданием ряда указов, специально ограничивающих сделки всех видов между супругами. Новые указы, к сожалению, не способствовали мирному решению семейных конфликтов, а напротив, вызывали озлобление мужей и желание любым способом обойти закон.

     Что касается долговых обязательств, то супруги  всегда несли индивидуальную ответственность  за них. Здесь законодатель никогда  не обязывал супругов отвечать вместе, кроме случаев, когда они оба  участвовали в преступлении, за которое  предполагалась имущественная ответственность, либо вместе делали долги. Об этом было записано в Соборном Уложении.