Гипатия Александрийская. 2

СОДЕРЖАНИЕ

Вступление

Жизнь и научная деятельность Гипатии

Смерть Гипатии

Вывод

Источники информации

ВСТУПЛЕНИЕ

В нашем мире традиционно считается, что острый ум и способность мыслить  логически –качество особей мужского пола. В доказательство приведут целую  вереницу мужских имён различных  деятелей .

Гипатия (Hypatia) (ок. 370–415), античный математик, астроном и философ, первая среди великих женщин-ученых. Ей  приписывают авторство трех трактатов по геометрии и алгебре и одного по астрономии, которые до нас не дошли; перечень ее сочинений приведен в византийской энциклопедии 10 в. – словаре Свиды (Suda lexicon). Среди ее математических сочинений, вероятно, были комментарии к Арифметике Диофанта Александрийского (3 в.) иКоническим сечениям Аполлония Пергского (2 в. до н.э.). Полагают, что третья книга Альмагеста Клавдия Птолемея (2 в.) была прокомментирована Теоном Александрийским совместно с Гипатией. Утверждается также, что она изобрела или усовершенствовала некоторые научные инструменты: прибор для получения дистиллированной воды, прибор для измерения плотности воды, астролябию и планисферу (плоскую подвижную карту неба).

Гипатии приписывают  слова: «Лучше думать и делать ошибки, чем не думать вообще. Самое страшное – это преподносить суеверие как  истину». 

ЖИЗНЬ И НАУЧНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ГИПАТИИ  АЛЕКСАНДРИЙСКОЙ

Время сохранило немного  сведений об этой удивительной женщине. Её жизнь прошла в Александрии  Египетской и была безраздельно посвящена  науке. По неточным данным, родилась Гипатия  в 370г.н.э. Её отец - Теон, принадлежавший к Александрийской школе учёных, обучал дочь точным наукам и философии. Образование предназначалось брату  Гипатии, но девочка, отличавшаяся глубоким ясным умом, оказалась способней  и усидчивей. С детства она была окружена книгами. Папирусные свитки и кодексы из пергамента находились повсюду: и на полках и на рабочем столике отца. А главное, они жили на территории Мусейона, научного центра и высшей школы, которой гордился Египет. Рядом с их комнатами размещалось крупнейшее книгохранилище мира - Александрийская библиотека. Основанная и собранная наследниками Александра Македонского, она во времена Цезаря, когда город подвергся разграблению, потерпела непоправимый ущерб [1].

Гипатия успешно постигала  геометрию, астрономию, философию. Её глубокий ясный ум не знал отдыха. Брат ее под руководством отца тоже успешно постигал математику, но отставал от Гипатии. Девочка отличалась удивительной сообразительностью и, что было особенно редкостным, обнаруживала незаурядные способности к механике. Она подолгу смотрела, как работают ремесленники. Подражая Теону, мастерила несложные инструменты, нужные для астрономических наблюдений.Учась доказывать теоремы, Гипатия исписывала горы табличек. Мусейон славился не только математиками. Здесь процветала школа неоплатоников. Гипатия изучала труды Платона, Аристотеля. Глубокое понимание философии, снискало уважение профессоров. Звёздными ночами Гипатия вместе с братом вела астрономические наблюдения.

За книгами древних философов  Гипатия провела многие годы. Широта интересов, удивительная работоспособность, острота ума, глубокое понимание  Платона и Аристотеля снискали ей уважение профессоров Мусейона. Она  была еще очень молода, когда у  нее появились первые ученики. Вместо обычной одежды молодой девушки  она стала носить темный плащ философа. Молва о ее необыкновенных познаниях  распространялась все шире и шире. Александрия, жемчужина Египта, издавна  славилась своими учеными. Теперь Гипатия  становилась ее новой гордостью [2].

Огромная библиотека, общество утонченных и знающих людей, превосходные аудитории, восторженные ученики - все, казалось, способствовало безмятежным занятиям наукой. Но настоящего покоя не было и под платанами Мусейона. Шли  годы, наполненные тревогой и ожиданием  несчастий. Римская империя рушилась. Внутренние распри раздирали государство, обескровленное непомерными поборами, бесконечными войнами, произволом правителей. Смятение царило не только в пограничных  областях, где хозяйничали орды варваров, смятение царило в умах и душах.

В ту пору епископом  Александрии был некто Феофил. Отличаясь особой нетерпимостью, он настойчиво требовал у императора уничтожить Серапеум. Этот день yа всю жизнь остался в памяти Гипатии как кошмарный сон, в реальность которого трудно поверить.

Тщетно Гипатия кричала и  рвалась туда, где сражались и  гибли друзья. По приказу Теона  ее надежно держали крепкие руки рабов.

Храм Сераписа был разгромлен. Myсейона больше не существовало. Александрийская  библиотека была почти полностьк  уничтожена. Это свершилось в 391 году, на шестой год правления епископа Феофила.

Все сокровища по приказу Феофила  были свезены к нему во дворец. Пал  прекрасный Серапеум, пал Мусейон, погибли  сокровища мудрости. 
После гибели Серапеума многие учёные покинули Александрию. Но Теон и Гипатия остались, продолжая нести свет знаний. Ревнители христианской веры еще сбивали ломами последние рельефы с фронтонов, а по аллеям Серапеума ветер гнад клочки драгоценных рукописей, когда Teoн нанял небольшой дом в тихом квартале. На плоской крыше он установил инструменты, необходимые для наблюдения звезд. Вскоре Теон объявил, что открывает частную школу и будет обучать всех желающих механике и астрономи [1].

Гипатия не снимала траура по погибшим друзьям, не появлялась на людях, не выходила к столу. Теон, осунувшийся и как-то сразу постаревший, не произносил слов утешения. Но однажды он сказал "Завтра, дочь, мы возобновляем занятия, Утром  к тебе придут ученики"

Школа Теона и Гипатии продолжала работать. Все свободное от занятий  время Гипатия сидела над книгами  или изучала звездное небо. Она  достигла совершенства в трудном  искусстве наблюдать звезды. Гипатия  не только развивала идеи великого астронома и математика Клавдия  Птолемея. Многолетние наблюдения позволили  ей внести в его труд ряд поправок. Она составила более точные астрономические  таблицы. Дочь превзошла отца в астрономии. Слава Гипатии затмила славу  Теона.

С годами слава о ее школе широко распространилась. Быть учеником Гипатии  считалось большой честью. В Александрию  ехали юноши из разных стран.

Гипатия поражала своей разносторонностью. Ее широко прославило преподавание философии  и математики. Однако с не меньшим  блеском читала она о Гомере или. о греческих трагиках. По общему мнению, Гипатия превзошла всех современных  ей философов. Недаром ученики стекались  к ней отовсюду. Она примыкала  к философской школе неоплатоников, но ее строгий мир чисел и геометрических фигур, мир, подчиненный законам  механики, был далек от мечтаний и мистических озарений других философов этой школы [3].

Превосходно знала Гипатия и  книги христианских писателей. Один из ее любимых учеников, Синезий, епископ  Птолемаиды, не решался выпустить  в свет свой богословский труд без  одобрения Гипатии.

Ей принадлежал обширный комментарий  к сочинениям Диофанта по геометрии. Следуя за Аполлонием Пергским. она  посвятила специальную работу коническим сечениям. В школе Гипатии занимались выходцы из разных стран. Рядом с  христианами сидели язычники. Бывших ее учеников можно было встретить  и на епископской кафедре и  при дворе в Константинополе. Слушать Гипатию было одно наслаждение. Часто на ее лекции сходилось много  народу. Посещать дом Гипатии вошло  в моду. Вокруг нее собирался весь цвет ученой Александрии, Сам префект  нередко бывал ее гостем.

Познания Гипатии, рассудительность и скромность внушали уважение. Она  всегда держалась с достоинством. Даже перед правителями появлялась в своем темном плаще философа. Ей охотно внимали магистраты. Свое влияние она никогда не употребляла  во зло. Гипатию считали воплощением  мудрости и к голосу ее прислушивались не только, когда речь шла о научных  вопросах [4].

В 400г.н.э. Гипатию пригласили читать лекции в Александрийскую  школу на кафедру философии. Кроме  философии Гипатия преподавала  математику и астрономию. По воспоминаниям  Сократа Схоласта, она быстро приобрела  славу, превзошла современных последователей Платона. Гипатия держалась на лекциях  достойно и скромно, поражая не только своей учёностью, но и красотой. Её слава и влияние на политическую жизнь города не могли не вызывать тайной злобы завистников. Гипатия  имела влияние на главу города - префекта Ореста.

В то время епископом  Александрии стал Кирилл, родственник  Феофила. Жестокий и властный, он не щадил никого, кто стоял на его  пути. Гипатия с тревогой наблюдала  за политической жизнью города. Время  не способствовало занятием наукой. В 409г.н.э. императоры Гонорий и Феодосий издали закон. Математикам предписывалось покаяться и отречься от заблуждений перед епископом. Тех, кто продолжит занятия наукой ждали суровые гонения. Неумолимо надвигалась эпоха мракобесия. От указа этого Гипатия не пострадала. У должностных лиц Александрии хватило, к счастью, ума не причислять ее к тем математикам, которых во имя торжества веры и государственного спокойствия следовало ловить и наказывать. Даже Феофил терпел Гипатию. Ему льстило, что в его городе существует школа, равной которой нет ни в Риме, ни в Константинополе. Ученые-александрийцы не прочь были похвастаться: что, мол, Афины по сравнению с их родным городом? Слава Афин закатилась, ныне они могут гордиться лишь душистым аттическим медом, в Александрии же блистает Гипатия! Весь Египет питается ее посевом, когда в Афинах царит мерзость запустения [2].

Однажды на рассвете сам Кирилл направился во главе вооруженной толпы в  иудейскую часть города. Святой отец намерен раз и навсегда очистить город от врагов христианской веры! Люди Кирилла опустошали синагоги, захватывали меняльные конторы, ювелирные мастерские, склады, вламывались  в лавки, грабили дома. Особенно неистовствовали  парабаланы. Все иудейское население, десятки тысяч людей, было изгнано  из Александрии. Кирилл торжествовал победу. Его казна ломилась от награбленных сокровищ. .Возмущённый префект Орест отправил жалобу императору. Но предусмотрительный Кирилл подкупил влиятельных людей при дворе награбленными сокровищами. Его раздражала непокорность Ореста, упорно добивающегося контроля светской власти над церковной. Двуличный Кирилл публично предлагал Оресту мировую. На деле он пытался отстранить префекта от реальной власти. 
Считается, что Гипатия отговаривала Ореста вступать в союз с коварным Кириллом. Её влияние на политическую жизнь Александрии было огромным. Столкновение Кирилла и Гипатии было неизбежным. Слабовольный, сомневающийся Орест казался Кириллу лёгким противником.

Гипатия. Её глубокий ясный  ум, красота, огромный авторитет среди  высокопоставленных христиан всё больше раздражали Кирилла. Эта женщина, чья  скромность и добродетель могли  послужить примером для враждующих христиан, невольно стала опасным  врагом епископа.

Умирая, отец взял с нее слово, что  во имя науки она никогда не будет вмешиваться в распри правителей и не даст вовлечь себя в междоусобицу. Миссия ее в другом: она должна всеми  силами оберегать немногие оставшиеся ростки знаний, чтобы их окончательно не вытоптали орды неграмотных варваров или безумствующих монахов. Одно неосторожное выступление, и школу ее разгромят [1].

Долгие годы Гипатия держалась, не читала лекций, которые навлекли бы на нее обвинения в неправомыслии. Среди разгула страстей она сохраняла  невозмутимость. В дни, когда искусные подстрекатели устраивали на улицах столкновения, а благоразумные люди не высовывали из дому и носа, она  не отменяла лекций. Платона она  разъясняла под шум уличных беспорядков. В ночи поджогов ее видели у астрономических  инструментов. Она привыкла не прерывать  занятий, когда под портиком среди  слушателей замечала соглядатаев Феофила. Она всегда помнила завет отца и в самые тяжелые минуты утешала  себя мыслью, что делает нужное дело и среди торжествующего безумия  лелеет хрупкие ростки разума. Гипатия знала, что её не оставят в покое.

Все эти годы Гипатия продолжала преподавать, не вмешивалась в распри, держала в узде и уста и сердце. Она научилась молчанию. Но ее все  чаще мучила мысль, что это тоже пособничество  преступлению. Она пыталась себя оправдать: что одна она, женщина, может сделать  в век величайших потрясений, когда  рушится империя, когда в движение пришли целые народы, когда десятки  тысяч варваров, как набегающие волны, захлестывают пограничные области, когда все перемешалось - племена, вероисповедания, обычаи, идеи.

Она жила для науки: открывала юношам глубины философии и посвящала  их в тайны математики. Она сопротивлялась наступавшему варварству, сохраняя и  распространяя знания, накопленные  светлейшими умами человечества. Гипатия свято  соблюдала завет  отца и смолчала даже тогда, когда  Кирилл изгнал из Алексаядрии тысячи ее коренных жителей. 
Ее все чаще охватывало чувство неудовлетворенности и тревоги. Прошло больше двадцати лет с тех пор, когда, пытаясь защитить сокровища Александрийской библиотеки, сражались и гибли ее друзья, молодые ученые. Отец ее удержал, она осталась в живых. Неустанным трудом она добилась того, чего не достигла ни одна женщина. Современники считали ее первой среди философов. Руководимая ею школа была известна далеко за пределами Александрии. Приобщаться мудрости приезжали к ней из многих стран. Но благословенной внутренней гармонией, о которой как о величайшем благе говорили любимые ею философы, Гипатия похвастаться не могла [3].

Гипатии однажды рассказали, что  неподалеку от Александрии среди  развалин какого-то храма монахи обнаружили целую библиотеку греческих и  римских писателей. Кирилл, находившийся там проездом, осмотрел ее. Среди  рукописей было много ценного, в  том числе труды Платона и  Аристотеля. Монахи во главе с настоятелем  требовали предать всю эту  языческую мерзость сожжению. Епископ, не желая терять доверие "черных людей", составлявших его опору, дал  согласие. В костер полетели бесценные  свитки. А несколько дней спустя, выступая в Александрии с проповедью, Кирилл среди прочего разглагольствовал  и о Платоновых идеях! Гипатия  не скрывала возмущения.

Кирилл, не в пример своему предшественнику-дяде, мужиковатому и неотесанному, был  широко образован. В молодости он слушал философию у Гипатии и  изучал греческих мыслителей: Он считал себя знатоком богословия и брался разрешать любые вопросы. Опровергая доводы противников, Кирилл был не прочь блеснуть ученостью. У него была отличная память. Он цитировал наизусть пространные библейские тексты.

Она, Гипатия, слишком долго молчала. Но всему есть предел. Правда, и теперь она не нарушит слова, данного  отцу, не станет преодолевать нерешительность  Ореста или восстанавливать магистратов  против Кирилла. Она не выйдет за границы  научного спора и всего лишь покажет, как епископ александрийский  извращает идеи великих философов. У нее нет ни власти Ореста, ни послушных его воле легионов. Она  может выступить против Кирилла  только с одним оружием - оружием истины [2].

О предстоящей лекции она объявила заранее. Слушателей собралось намного  больше обычного. Гипатия отказалась от выигрышных ораторских приемов, говорила подчеркнуто сухо и деловито. Она  сопоставляла тексты, только тексты. Вот  подлинные мысли Платона, а вот  так их истолковывает епископ  Кирилл...

Когда Кириллу докладывали о  выступлении Гипатии, он все больше и больше мрачнел, Гипатия, вероятно, разжигала вражду к нему Ореста? Нет, префекта на лекции не было. Да и  говорила она только о правильном и ложном истолковании Платона.

Перед тем как отпустить всех, Кирилл как бы невзначай бросил: "А известно ли вам, что помириться со мной Оресту мешает именно Гипатия? Ведь она неспроста побывала у  него во дворце". И хотя люди из ближайшего окружения епископа превосходно  знали, что это неправда, тем не менее по городу тотчас же поползли слухи, будто в упрямстве Ореста виновата одна Гипатия [4].

Еще было время одуматься. Ночи стояли беспокойные. Надрывно лаял пес. Напуганный привратник жаловался: вокруг дома, что-то высматривая, постоянно бродят неизвестные. Наутро служанки подняли крик. Они  наткнулись на привратника. Он лежал  связанный, избитый, с кляпом во рту. Сторожевая собака была задушена. Но в  доме ничего не украли. Только на плоской крыше, где находились приборы для наблюдения звезд, великолепная армилла, гордость Гипатии, была разломана на куски.

Несколько дней спустя в ее библиотеке внезапно начался пожар. Кто-то подбросил  туда и зажег пропитанное маслом тряпье.

Однажды Кирилл проезжал мимо дома Гипатии. У подъезда он увидел много рабов  с носилками и нарядные колесницы. Опять слушать Гипатию собрались  богатейшие и влиятельнейшие люди Александрии [3].

СМЕРТЬ ГИПАТИИ

Вечером Кириллу докладывали об очередной лекции Гипатии. Соглядатай был из образованных и отличался  хорошей памятью. Хотя лекция Гипатии  и была посвящена Платону, она  тем не менее опять коснулась, среди прочего, и богословских взглядов самого Кирилла. Она подчеркнула, что  они расходятся с прежними постановлениями  церковных соборов и встречают  вполне обоснованную критику со стороны  антиохийских богословов. Среди слушателей было много тех, кто благодаря  своим сокровищам и поместьям  играл в христианской общине Александрии  очень важную роль. Они внимали  речам Гипатии с большим одобрением.

Кирилл нахмурился. Гипатия не желала считаться с предостережениями. Ее не образумили ни сломанные инструменты, ни пожар в библиотеке [1].

 Внезапно лицо Кирилла просветлело. В холодных глазах засверкали злые огоньки. История сохранила для нас имя некоего Петра, подстрекавшего епископа к подлому убийству Гипатии. Чтец Петр, предводитель парабалан и нитрийских монахов, воскликнул: "Доколь же, отче, мы будем терпеть Гипатию? Неужели позволим ей и впредь распространять среди христиан ядовитые плоды ее учений?" "Смоковницу, не приносящую доброго плода, - ответил Кирилл евангельскими словами, - срубают и бросают в огонь".  
Гипатия возвращалась домой в носилках. На одной из улиц, поблизости от церкви Кесарион, стоящей у моря, дорогу ей вдруг преградили монахи. В мгновение ока по чьему-то сигналу на улицу высыпала толпа нитрийских пустынников и парабалан. Ими распоряжался чтец. Петр. Гипатию подстерегли. Засада. Бесполезно кричать и звать на помощь. Она окружена стеной неумолимых врагов. В руках у них камни, палки, куски черепицы, острые раковины, подобранные на берегу

Ее стащили с носилок, швырнули на землю, поволокли к церкви. Там - в священнейшем для каждого христианина  месте! - монахи, сорвав с нее одежды, принялись ее бить. Гипатию били нещадно, били с исступлением, били остервенелые фанатики, били, когда  она давно уже была мертвой,

Останки ее выволокли из церкви и  потащили на площадь, где заранее был разожжен огромный костер [2].

Страшная весть повергла Ореста в смятение. Гипатию убили и  бросили в огонь! Случилось это в марте 415 г.н.э. во время поста.

Убийство Гипатии осталось безнаказанным. И хотя многие в Александрии прекрасно  знали, что Кирилл истинный вдохновитель этого злодейства, положение его  не пошатнулось. Он, напротив, наслаждался  ощущением силы.

Вскоре после трагической  смерти Гипатии, зачахла и разбежалась  Александрийская школа. Судьба была беспощадна и к самой Гипатии и к ее книгам. Ни одна из написанных Гипатией работ не дошла до нас. Единственное письмо и то оказалось подложным. Да и о жизни ее сохранились лишь отрывочные и случайные известия. Поэтому составить сколько-нибудь подробную биографию Гипатии нельзя. Попытки осмыслить и связать воедино все известные свидетельства неизбежно требуют большей или меньшей доли домысла.

Слава Гипатии была слишком громкой, и не так-то просто было изобразить эту замечательную женщину исчадием ада. Церковь предпочла иной путь. Гипатию сделали чуть ли не христианской мученицей.

В "Житии святого Кирилла Александрийского" все выглядит уже так: "В Александрии проживала одна девица, по имени Гипатия, дочь философа Теона. Она была женщина верующая и добродетельная и, отличаясь христианской мудростью, проводила дни свои в чистоте и непорочности, соблюдая девство. С юности она была научена своим отцом Теоном философии и настолько преуспела в любомудрии, что превосходила всех философов, живших в те времена. Она и замуж не пожелала выйти отчасти из желания беспрепятственно упражняться в любомудрии и изучении книг, но в особенности она хранила свое девство по любви ко Христу".Убили ее "ненавидевшие мир мятежники". Нитрийских монахов в городе тогда не было. Узнав о происшедшем, они "исполнились скорби и жалости к неповинным жертвам мятежа" и, придя в Александрию, чтобы защитить Кирилла, забросали камнями колесницу префекта [1].

Гипатию убили дважды: одни монахи растерзали ее в церкви, другие принялись  последовательно и упорно уничтожать созданные ею книги. Гипатию обрекли на вечное молчание. 
И все же история сохранила память о Гипатии. Известно, что ей принадлежат следующие работы: комментарии к «Коникам» Аполлония Пергского, комментарий к 13-й книге «Арифметики» Диофанта, редакция комментариев Теона к «Началам» Евклида и др. Некоторые из них Гипатия написала в соавторстве со своим отцом Теоном. Она изобрела или усовершенствовала дистиллятор, ареометр, астролябию, планисферу.

ВЫВОД

Образ благородной  Гипатии вдохновлял великих писателей. Французкий писатель Леконт де Лиль называет Гипатию символом погибшей эллинской  культуры, последним воплощением  «духа Платона и тела Афродиты». Трагическая судьба Гипатии вдохновила Вольтера, а также украинского  писателя Олеся Бердника. В честь  Гипатии назван лунный кратер. В 2009 году режиссёр Алехандро Аменабар снял фильм «Агора», повествующий о судьбе Гипатии и гибели Александрийской  библиотеки. 
Для современных женщин жизнь Гипатии может послужить образцом бесстрашного целеустремлённого аскетизма, могучего дисциплинированного ума, солнечной красоты и благородства.

ИСТОЧНИКИ ИНФОРМАЦИИ

1. . Штекли А. «Гипатия, дочь Теона» —М., 1971.
2. Гипатия Александрийская[Електронний ресурс] // Великие люди прошлого. – Офіц. веб-сайт. – Режим доступу : http://grandisplay.ru/uchenye/80-gipatiya-aleksandrijskaya.html
3. Гипатия Александрийская [Електронний ресурс] // Российская астрономическая сеть – Офіц. веб-сайт. – Режим доступу:

http://www.astronet.ru/db/msg/1174125

4. Гипатия [Електронний ресурс] //Энциклопедия кругосвет – Офіц. веб-сайт. – Режим доступу: http://www.krugosvet.ru/enc/nauka_i_tehnika/matematika/GIPATIYA.html