Личность ученого и этика науки

     1.ЛИЧНОСТЬ УЧЁНОГО И ЭТИКА НАУКИ

     1.1 Значение личности в науке

     Если  результаты науки, как отмечалось ранее, безличны, то какое значение может иметь личность ученого? По крайней мере то, что без своего создателя наука вообще невозможна.

     Внешне  деятельность учёного спокойна и  незаметна: он что-то исследует в  лаборатории, пишет в тиши кабинета, публикует результаты, которые потом  входят в учебники и жизнь других людей. Однако сама современная наука  началась с трагедии, когда за свои научные убеждения был сожжен на костре Джордано Бруно, а год его смерти (1600) стал отправной точкой развития науки Нового времени. В XVII в. Г. Галилею пришлось отречься от своих взглядов перед судом инквизиции.

     Наш век повседневного признания  науки был отмечен «обезьяньим  процессом» в США, когда школьного учителя судили за преподавание теории эволюции Ч. Дарвина, а в СССР учёные преследовались только за то, что занимались научными исследованиями. Выдающемуся русскому ученому Н.Н.Вавилову, погибшему отстаивая правоту генетики, принадлежат слова снова возвращающие нас ко временам, когда наука завоёвывала себе право на существование: «На костёр пойдём, а от своих убеждений не откажемся».

     Итак, от учёных требуется мужество в отстаивании  своих взглядов, интеллектуальная честность перед собой и другими и иные качества, которыми обладает только развитая личность, не говоря о высоком интеллектуальном потенциале и желании посветить себя научным изысканиям.

     1.2 Мотивы занятия наукой

     Что же всё-таки заставляет человека становиться  учёным? Аристотель, пожалуй, первым рассмотревший этот вопрос подробно, назвал в качестве главного стимула познания мира удивление перед ним. По И.Канту, исследователь-это человек, выслушивающий свидетелей, и данное определение, быть может, лучше подходит к современной науке, возникшей из цивилизизационной воли к власти над природой, дополняемой интеллектуальным интересом.

     Выдающийся  современный ученый, основатель теории стресса Г.Селье в своей книги «От мечты к открытию» пишет: «Природа хитроумно устроила так, что большинство полезных вещей вызывает у нас субъективное чувство приятности. И это касается не только питания и размножения, но и познания. Открытие в области фундаментальных исследований, например, доставляет радость вне зависимости от его возможного практического применения. Но любое приобретенное таким образом знание рано или поздно становится  полезным тем, что увеличивает нашу власть над Природой» ¹. В подтверждении он приводит слова одной из зачинательниц исследования радиоактивности в нашем веке Марии Склодовской-Кюри: «Но как раз в этом дрянном старом сарае протекли лучшее и счастливейшие годы нашей жизни, всецело посвященные работе. Нередко я готовила какую-нибудь пищу тут же, чтобы не прерывать ход особо важной операции. Иногда весь день я перемешивала  кипящую массу железным прутом длиной почти в мой рост. Вечером я валилась с ног от усталости». Стремление к поиску и открытию нового - существеннейшая черта подлинной личности.

     А.Пуанкаре отмечал эстетическую причину познания, «учёный изучает природу  не потому, что это полезно; он исследует её потому, что это доставляет ему наслаждение, а это доставляет ему наслаждение потому, что природа прекрасна. Я имею в виду ту глубокую красоту, которая кроется в гармонии частей и которая постигается только чистым разумом… красота интеллектуальная дает удовлетворение сама по себе, и, быть может, больше ради неё, чем ради будущего блага рода человеческого, учёный обрекает себя на долгие и тяжкие труды»².

     Радость открытия в идеале должна перевешивать возможные невзгоды и искушения, которых хватает и в настоящее время. «Учёному нужна менее эффективная, но более устойчивая разновидность мужества, с тем чтобы выбрать деятельность, которая наверняка лишит его многих радостей, в том числе в семейной жизни и в достижении благосостояния. Молодым начинающим врачом он должен стремиться  к низкооплачиваемой работе в лаборатории, а не к более привлекательной работе в медицинских учреждениях. По мере роста профессионального уровня ему нужна немала смелость, чтобы отказаться от предложения занять высокооплачиваемую и влиятельную административную должность. Еще большее мужество потребуется для продолжения оригинальной научно-исследовательской работы, не получающей ни моральной, ни материально поддержки»³. Последнее часто случается, потому что, чем более оригинальный ученый, тем более он одинок в своих взглядах, даже если его деятельность приносит ему признание. Результат работы крупного ученого - революция в науке (это верно и с точки зрения современной терминологии, принятой методологии науки), а революция совершается через преодоление сопротивления и рутины.

     В заключение Г. Селье сформулировал мотивы деятельности ученого:

     -бескорыстная  любовь к Природе и Правде;

     -восхищение  красотой закономерности;

     -простое  любопытство;

     -желание  приносить пользу;

     -потребность  в одобрении;

     -ореол  успеха; преклонение перед героями  и желание подрожать им;

     -боязнь  скуки;

     1.3. Качества, необходимые ученому

     Мотивы  и требования к научной работе определяют качества, необходимые ученому. Прежде всего, как считает Г. Селье, это способность к творческой работе – «самой облагораживающей и приносящей удовлетворение деятельности, к которой только способен человеческий мозг». Именно эта способность сохраняет контакт самого фантастического полета мысли с окружающим миром и различать значимые для человечества ценности характерна для оригинальности  и независимости творческого мышления. Гений способен не только уноситься в неизведанное, но и возвращаться назад на землю… Считается, что одной из характернейших черт исклюю

чительной одаренности является редкое сочетание яркого воображения с щепетильным вниманием к деталям при объективной проверке идей»⁴.

     В научном творчестве большое значение имеет сочетание сознательных и  бессознательных моментов. Сама научная деятельность, несомненно, рациональна, но получение результатов невозможно без интуиции. Великие открытия часто совершались  во время прогулки, сна казались совершенно случайными ( вспомним легенду от открытии И. Ньютоном закона всемирного тяготения). « Огромное преимущество сознательных видов активности, - писал Г. Селье, - состоит в том, что они поддаются целенаправленному регулированию со стороны воли и интеллекта. Но главной слабостью сознательного разума является то, что каждый данный момент времени он может иметь дело только с одной задачей. К сожалению, инстинкт – это нечто слишком неопределенное, а логика – нечто слишком медлительное для исследования природных явлений»⁵.

     Сознание  является дополнительным к бессознательному  инструментом, контролирующим разум. Гений «наводит мосты» между институтом и интеллектом, чувством и логикой. Гармония всех сторон творческой личности – важнейшая ее черта в целом.

     Возвращаясь к платоновской аналогии между физическими  и духовными родами, Г. Селье пишет о «поразительном сходстве между механизмами научного творчества  и процессом воспроизводства потомства»⁶. Принципы организации научной работы, по Селье, заставляют вспомнить сократовский метод познания истины посредствам спора. « Возможно, наиболее плодотворным внешним стимулом к творческому мышлению является прямой контакт с другими учеными. В этом случае предпочтительна форма неофициальной дискуссии, причем лучше всего ограничиться очень небольшой группой людей, состоящей из двух – четырех специалистов, которые симпатизируют друг другу и интересуется  той же проблематикой»⁷.

     Незавершенность и критичность науки приводит, по мнению Г. Селье, к необходимости такого качества у ученого, как «постоянная неудовлетворенность имеющимся состоянием дел. Ни одному  невозмутимому и самодовольному человеку не удавалось достичь реального прогресса в науке»⁸.

     В целом  же качества, необходимые  ученому, по мнению Г.Селье, следующие:

     - энтузиазм и настойчивость: преданность  цели; устойчивость к неудачам, однообразию и успеху; мужество, здоровье, энергия;

     - оригинальность: независимость мышления, воображение, интуиция, одаренность;

     - интеллект: логика, память, способность к концепции внимания, абстрагированию;

     - этика: честность перед самим  собой;

     - контакт с природой: наблюдательность, технические навыки;

     - контакт с людьми: понимание себя  и других, совместимость с окружающими  людьми, способность организовать  группы, убеждать других и прислушиваться  к их аргументам;

     - постоянная неудовлетворенность  собой.

     Эти качества присутствуют у разных по складу характера ученых, которые  также делятся на несколько типов.

     1.4. Типы личности ученых

     Г. Селье предлагает классификацию типов ученых.

     1. « Делатель».

     - собиратель фактов. Его интересует  только получение новых фактов. Это хороший, добросовестный наблюдатель, лишенный воображения;

     - усовершенствователь. Постоянно пытается улучшить аппаратуру и методы исследования, настолько увлекаясь их совершенствованием, что не доходит до их применения по назначению.

     2. « Думатель».

     - «книжный червь». Ненасытный читатель, порой обладающий энциклопедическими познаниями, но не стремящийся к экспериментальной работе;

     - классификатор. Любитель собирать  факты какой-либо области исследований  и классифицировать их;

     - аналитик. Ученый, любящий разлагать  объекты на составные компоненты, но не интересующийся синтезом нового;

     - синтезатор. Высший тип ученого,  поскольку анализ и классификация  служат только предпосылкам для  синтеза.

     3. « Чувственность».

     - крупный босс. Прирожденный лидер  и игрок по натуре, жаждущий  успеха ради успеха. Превосходный  политик и организатор, занимающий в конце концов начальственную должность, но не очень стремящийся к непосредственной научной работе;

     - хлопотун. Испытывает настолько  сильное желание все сделать  побыстрее, что у него не  остается времени подумать о  том, что же именно надо делать. Эти вечно спешащие люди не любят природу, а только насилуют ее, овладевая ее телом, но не душой;

     - «рыбья кровь». Демонстративно невозмутимый  скептик, который во всем сомневается,  но не очень стремится создавать;

     -высушенная  лабораторная дама. Как правило,  технический сотрудник, незаменимый при выполнении скрупулезной работы, но слишком властный и неудовлетворенный;

     - самолюбователь. Эгоцентрист, пребывающий  в постоянном восторге от собственных талантов;

     - агрессивный спорщик. Его интересует  только собственная правота;

     - «первостатейная акула». Человек,  который старается приписать  себе чужую работу и постоянно  преувеличивает свое значение  за счет других;

     - святой. Альтруист, который занимается  наукой ради принесения пользы  человечеству и готов пожертвовать всем для науки;

     -святоша.  Притворяющийся святым.

     -добрячок. Готов пожертвовать интересами  науки и своими собственными  ради семьи и детей.

     У ученых всех типов есть недостатки, которые мешают успешно заниматься наукой. Идеальных ученых Г. Селье разделяет на две группы:

     - « Фауст – идеальный учитель  и руководитель». Его главные  характеристики: воодушевление от  возможностей исследования, а не  от собственных возможностей; уважение  к интересам других; удивительная  способность  к выделению наиболее  значимых фактов; острая наблюдательность; отсутствие ослепляющего предубеждения к людям и научным данным; железная самодисциплина; редкая оригинальность и воображение, соединенные со скрупулезным вниманием к деталям как в технике лабораторной работы, так и при логическом осмыслении результатов. Его не ломаем неудача, не развращает успех.

     -«  Фамулус – идеальный ученик  и сотрудник». Его ум не так  развит, как у его духовного  наставника, и совсем не обязательно  он превосходит последнего своим  юношеским задором. Но его тело  значительно лучше выдерживает  трудности лабораторных работ, его взгляд острее, движения более уверены; он может часами стоять у лабораторного стола, не испытывая усталости, и, что важнее всего, у него впереди достаточно много времени, чтобы сделать свои мечты реальностью».

     1.5. Наука и ценности 

     Мы  отмечали в качестве одной из характеристик  науки ее внеморальность. Но это не значит, что ценности не имеют никакого значения в естествознании. Сама наука представляет собой определенную ценность. Культурные ценности, господствующие в данном обществе, служат одним из оснований и ограничений развития науки. Скажем, в Китае была запрещена вивисекция, и это привело к тому, что ни анатомия как отрасль науки, ни хирургия как область практической медицины не достигли должного уровня, но зато получили распространение диагностика по пульсу, иглоукалывание и т.п. В настоящее время на Западе модно движение за запрет вивисекции. Это, конечно, не может не отразиться на науке и технике.

     И в пределах одной культуры меняющиеся общественные ценности влияют на развитие науки. Небулярная гипотеза происхождения Солнечной системы П. Лапласа и И. Канта подходила к относительно спокойному XVIII в.Новые представления о Большом взрыве и расширяющейся Вселенной больше соответствует ритмам XX в. Конечно, философские и социальные ценности прошлого также помогают выдвинуть научную гипотезу и сформулировать сегодняшнюю научную проблему (атом Демокрита, Космос в  понимании древних греков и т. д.), хотя окончательный приговор выносит опыт.

     Вопрос  о соотношении научных принципов  и социальных ценностей стоит  в современной науке особенно остро. Возросшая мощь науки в  сочетании с её традиционной целью обеспечения господства над природой приводит к тому, что наука становится всё более агрессивной, особенно экспериментальная. Про многие опыты над животными можно сказать ,что это изучение через уничтожение. Так продолжается до сих пор в возрастающем масштабе.

     Агрессивность современной науки и в том, что около 40% учёных так или иначе связаны с решением задач, имеющих отношение к военной сфере. Направление развития науки во многом определяется целями, которые ставит перед наукой общество и государство.

     Подтверждением  тезиса о роли ценностей в научном  познании служат неудачные попытки методологии неопозитивистского толка разграничить теоретический и эмпирический уровни исследования и свести первый ко второму. Оказалось, что это невозможно, поскольку использование приборов неразрывно связано с существующим теоретическим уровнем знания; имеется также ряд других принципиальных причин.

     1.6 Наука и этика

     По  своим результатам наука свободна от моральной оценки. Например, принципы притяжения и отталкивания совершенно равнозначны в нравственном смысле, и учёный не относится к положительно заряженным частицам лучше, чем к отрицательно заряженным. Закон природы выводится вне зависимости от каких-либо эстетических соображений, в отличие от закона юридического.

     Сущность  науки внеморальна, но это не значит, что этика не имеет к науке отношение. Она может воздействовать на ход исследований. «Тот факт, что человека нельзя подвергать экспериментам без его желания и согласия (именно поэтому исследователь может производить опасные опыты только над самим собой), следует, правда, не из сущности науки, но из принципа гуманности и прав человека»,-писал К.Ясперс.

     В процессе развития современной науки и её технических возможностей появляются всё новые проблемы, требующие этического рассмотрения. На этапе возникновения науки в Новое время наиболее важны были мировоззренческие задачи-  желание доказать пользу и ценность науки; затем- собственно познавательные, и, наконец, технические. Сейчас, в эпоху экологического кризиса, в котором обвиняют науку, последняя должна подтверждать своё реноме. Моральный кризис науки проявляется в той точке, в которой она становится всесильной.

     Наука, несомненно, благо: она даёт истинное знание, а истина-благо. Если само по себе научное знание этически нейтрально, его применение включает этические соображения. Наука может содействовать процессу принятия решений благодаря определению  последствий возможного выбора. Кроме того, ученые, наряду  с другими людьми, могут участвовать в выборе и принятии решений.

     Современная наука выполнила многие пророчества, содержащиеся в фантастическом произведении Ф.Бэкона «Новая Атлантида», обеспечивая могущество человека над силами природы. Но учёные Новой Атлантиды делали ещё и то, что не известно современной науке: «на наших совещаниях мы решаем, какие из наших изобретений и открытий должны быть обнародованы, а какие нет». Ф.Бэкон, по-видимому, понимал, что не все достижения науки и техники служат благу народа. Э то убеждение, подкрепленное отрицательными моментами 400-летнего развития науки, особенно актуально в наши дни, когда становится ясно, что техническая реализация научных достижений увеличивает риск непредвиденных последствий. Результатом ценностной переориентации должна быть большая осторожность науки, как фундаментальной, так прикладной, в её исследованиях и реконструкциях. В связи с этим поворотом симптоматичным выглядят призывы генетиков запретить проведение некоторых опасных по своим возможным последствиям экспериментов.

     Сейчас  кажутся странными рассуждения  древнегреческих философов о  том, что раб- это говорящее орудие, к которому неприменимы обычные представления о человеческом достоинстве. Но мы совершенно спокойно рассуждаем о том, что к живым существам неприменимы представления о справедливости и долге. Не исключено, что нашим потомкам эти представления покажутся столь же нелепыми, как и представления древних греков о рабах.

     Современные социобиологические исследования позволяют  заключить, что этика не есть выбор  некоторых абсолютных положений, сформулированных раз и навсегда. Напротив, выясняется, что нравственные максимы имеют эволюционный характер, и сама этика как наука развивается. Это значит, что в нашу переломную эпоху, когда действительность изменяется с головокружительной быстротой, соревнуясь с прогрессом науки и техники, могут произойти не менее ощутимые изменения в этике. Экспансия науки на новые сферы действительности, более интенсивное воздействие на природную среду созданной на научной основе техники и рост, вследствие этого, ответственности за состояние мира порождают новые регуляторы научной деятельности. Появляются биоэтика, компьютерная этика, инженерная этика, экологическая этика, глобальная этика и т.п.

     Отныне  учёный должен брать на себя все  большую ответственность за окружающий мир. Проводить данные исследования или не проводить, сообщать об их результатах  или нет - эти этические дилеммы все острее встают  по мере научно-технического прогресса. В конечном счёте новые этические проблемы вращаются вокруг вопросов о том, выше ли ценность человека, чем животных (биоэтика), рода, чем индивида (медицинская этика), планеты, чем человека (глобальная этика), человека, чем созданной им техники (инженерная и компьютерная этика).

     1.7 Биоэтика

     Весь  круг вопросов, касающихся этических  аспектов отношения к живым существам, может быть назван биоэтикой. Название это новое, но многие из затрагиваемых ею проблем обсуждались еще в древнем мире: юридические проблемы - можно ли по отношению к живым существам соблюдать правовые обстоятельства в условиях, когда животные не могут заключать с нами договоров, т.е. могут ли живые существа равноправны с человеком в юридическом смысле; ценностные проблемы – могут ли живые существа рассматриваться как равноценные людям. В Древней Греции велась полемика по этим вопросам, а среди мнений встречались не только противоположные, но и промежуточные. Живые существа признавались равноправными, но не равноценными, или равноценными, но не равноправными.

     Современные исследования в области этологии неопровержимо доказывают, что животных нельзя считать механизмами, как полагал Декарт. Они чувствуют, как люди, и это не может не иметь значение для экспериментов, которые проводятся в научных целях. Значит, все эксперименты, в которых животным причиняется боль, безнравственны? Но ведь большинство лекарств апробированы в экспериментах над животными.

     Единственное  рациональное основание экспериментами над животными – идущие от Аристотеля через Фому Аквинского представление о том, что человек высшее по сравнению с другими земными видами существо.

     Появление новой науки – биоэтики, помимо традиционных, вызвано новыми проблемами, связанными, скажем, с истреблением не только отдельных представителей, но и целых видов растений и животных.

     По  определению К. Вокса, биоэтика исследует новые проблемы, присущие техническому прогрессу, и осуществляет поиск нравственных ценностей, которые могли бы стать руководством для принятия решений в ситуациях, где происходит взаимодействии человека и технологии.

     Основная  задача биоэтики – выработка системы  нравственного регулирования научной  деятельности биологов, медиков, представителей других дисциплин, вторгающихся в среду. Итак, биоэтика ценна в трех смыслах. Одно из её направлений имеет объективное значение: анализ этических дилемм, которые влечет за собой развитие новых научных направлений, и оно будет совершенствоваться в любом случае. Второе имеет отношение к набору вариантов нравственного выбора ученых. Наконец, биоэтика может рассматриваться как модель науки будущего, соединяющей нравственность и объективное знание.

     1.8. Проблемы ответственности ученых

     Одним из важнейших является вопрос об ответственности. Кто ответственен за негативные последствия данного научного открытия и его внедрения в практику? Это далеко не праздный вопрос, когда дело доходит до распределения ответственности за аварию в Чернобыле. Можно построить иерархию ответственности; виновными могут быть признаны многие, но в разной степени: человек, не подозревавший о данном сооружении или оружии, разработавший его.

     Проблема  ответственности связана с пониманием того, за что человек отвечает. Ученый, расщепивший атом урана, конечно мог не знать, что его открытие приведет к созданию атомной бомбы, и в этом смысле он менее ответственен, чем разработчик атомного оружия. С другой стороны, непонимание вследствие недостатка информации не служит смягчающим обстоятельством, если человек мог бы узнать, но не захотел этого сделать. Лучший критерий- совесть, которую Фома Аквинский называл присутствием Бога в человеке. Если совесть неспокойна, значит, что-то сделано не так.

     Ответственность за научные результаты не снимается, если ученый не может предугадать  всех последствий, и это необходимо, чтобы стимулировать его поиски адекватного прогноза. Тем более не снимается ответственность за применение, которому ученый может потенциально воспрепятствовать о своих открытиях. С другой стороны, научная информация, доступная государству, должна сообщаться населению.

     1.9. Нужны ли нравственные кодексы  ученых?

     Кодекс  – это конкретизация основных нравственных правил на основе имеющегося в данной области знания и практики опыта. Может ли он принести вред? Может при своей абсолютизации и догмации, когда забывается, что главной нравственной инстанцией является совесть, а не писанные правила. Но несмотря на этот риск кодексы, регулирующие поведение в определенной профессиональной сфере, как и клятва Гипократа.

     В античные времена существовала парадигма  «знание ради знания», потому что  вместо техники работали рабы и не надо было знание применять на практике. В наше время науку стали называть непосредственной производительной силой. Но непосредственное вторжение науки в действительность оборачивается экологическими и нравственными проблемами, которые следует решать до внедрения научных достижений, а не после. Поэтому между научным открытием и его практическим применением должно быть время для оценки.  Да и вообще не все научные достижения надо внедрять, что понимал еще и Бэкон, который в «Новой Атлантиде» выделил научные открытия, о которых даже не сообщается. Тем более сложно обстоит дело сейчас, когда человечество стало по словам Вернадского, геологической силой на нашей планете. Нравственность не мешает науке, а ориентирует ее определенным образом и оказывается, что именно такая ориентация обеспечивает истинное знание, которое находится в единстве с добром и красотой.