О личных преимуществах дворян

  О личных преимуществах  дворян.

  Естественным  следствием благородства должно быть снятие с дворянства всего того, что равняло его с другими. Екатерина II поняла это и потому развила в Грамоте (гл. «А») целую  систему норм о личных правах и  привилегиях.

  В статье 1 заслуги предков перед  государством в древности рассматриваются  в качестве важнейшего критерия принадлежности к дворянству: «Дворянское название есть следствие, истекающее от качества и добродетели начальствовавших в древности мужей, отличивших себя заслугами, чем обращая самую  службу в достоинство, приобрели  потомству своему нарицание благородное».

  В статьях со 2 - 5 речь идет о потомственных  дворянах. Личное дворянство вообще не упоминается: «…благородное дворянское достоинство неотъемлемо, наследственно и потомственно тем честным родам…». Дворянин сообщает дворянское достоинство жене и детям. Кроме того, «Да не лишится дворянин или дворянка дворянского достоинства, буде сами себя не лишили онаго преступлением, основаниям дворянского достоинства противным».

  В статье 6 приводится недостаточно четкий и крайне приблизительный перечень преступлений, который открывал возможность  для различных толкований при  применении закона. Особенно неопределенными  были такие деяния, как воровство  всякого рода, лживые поступки.

  В статье 7 подчеркивается неравноправие  женщины и мужчины. Дворянка лишена права сообщать дворянство не только мужу, но и детям.

  Чем больше привилегий получали дворяне, тем  более развивался у них взгляд на себя как на сословие благородное, которое не должно приравниваться к  другим, тяглым сословиям. Стремясь обеспечить защиту своего дворянского достоинства  и чести, дворяне усилили борьбу за свои личные права и свободы.      

  Особенно  сильно было недовольство дворян тем, что их могли подвергать позорящим  наказаниям и пыткам. При Петре I установилось правило, согласно которому шельмование и публичное на площади  наказание дворянина влекло за собой  лишение его всех титулов и  рангов. Если дворянин был обнажен публично и подвергнут телесному наказанию, или если его подвергли пытке, имея на это достаточные основания, то он уже не мог оставаться дворянином. Однако тогда не было установлено, что дворянин подлежал лишению прав состояния только по суду. В Жалованной грамоте впервые учитываются все требования дворян, и четко формулируется в статьях 8 - 11, что без суда «да не лишится» благородной дворянского достоинства, чести, жизни и имения.

  Статья 12 закрепляет столь важное для дворян право быть судимыми только себе равными. В дореволюционной литературе отмечается, что суд равных для дворян существовал только на бумаге. Никаких изменений в судоустройстве не последовало. Что же касается уездного суда и верхнего земского суда, то они и раньше состояли из выборных дворян. В вышестоящих судах (судебных палатах) заседали назначаемые коронные чиновники, т. е. те же дворяне, только не обязательно «свои», выборные от той местности, где проживал подсудимый-дворянин.

  Важная  привилегия дворян в отношении правосудия закрепляется в статье 13. Для феодального  суда не существовало равенства всех перед законом, дворян судили в особом порядке. Приговор суда по делу любого дворянина обязательно подлежал рассмотрению в Сенате, причем приговор обвинительный вступал в законную силу только после его утверждения  императрицей, которая могла освободить дворянина от наказания независимо от тяжести совершенного им преступления. В Грамоте читаем: «Дело благородного, впадшего в уголовное преступление и по законам достойного лишения дворянского достоинства, или чести, или жизни, да не вершится без внесения в Сенат и конфирмации императорского величества».

  В статье 14 впервые вводится институт давности. Подобная норма общей части  уголовного права устанавливалась  только для дворян (как своеобразная привилегия). На другие сословия она  не распространялась. Характерно, что  срок давности не увязывается с тяжестью совершенных деяний — он одинаков как для малозначительных, так  и для тягчайших преступлений.

  Жалованная  грамота, освободив дворян от телесных наказаний, впервые в российском законодательстве установила важнейшую  их привилегию. В статье 15 речь идет не только о назначении наказания  за совершенные преступления, но также  о применении мер телесного воздействия  за проступки (особенно широко они применялись  в отношении военнослужащих). Кроме  того, дворяне освобождались от применения к ним пытки. При Елизавете  Петровне и до нее дворян пытали, как правило, тайно. При Екатерине II пытка в отношении дворян сохранялась  по политическим преступлениям.

  По  смыслу статьи, суд не мог применить  телесное наказание к дворянину, совершившему преступление. Однако если за совершенное деяние дворянин лишался  дворянского звания, то суд не был  связан выбором меры наказания. Эту  привилегию отменил Павел I, предписав  применять к дворянам телесные наказания.

  Статья 16 предусматривает освобождение от телесных наказаний дворян, служащих нижними чинами в армии. К ним  этот вид наказаний применялся очень  часто, в то время как офицерский состав подобному наказанию не подлежал.

  Как уже отмечалось, официальное подтверждение  основных положений Манифеста 18 февраля 1762 г. последовало только 21 апреля 1785 г. В статье 17 провозглашается, что  вольность и свобода дворянства подтверждаются на вечные времена. Вряд ли сама Екатерина II верила в это, но она любила демагогию и высокопарные декларации. Павел I, соразмеряя законодательство с жизнью, фактически отменил некоторые  свободы и вольности дворянства, ограничил их свободу в отношении военной службы. Соответствующие положения Жалованной грамоты не соблюдались.

  В статье 18 предусматривается право  дворянина продолжать службу либо просить  отставку. Не вполне ясно, мог ли дворянин, получивший это звание от своих предков, вообще не начинать службу. Из смысла статьи следует, что дворянство не освобождалось  от обязанности начинать государственную  службу. Однако независимо от выслуженного срока дворянин мог прекратить ее, попросив отставку.

  Статья 19 подтверждает старинное право  феодалов служить любому сюзерену.

  Из  смысла статьи статьи 20 вытекает, что дворяне должны нести государственную службу до момента отставки. Требование не щадить сил и жизни по призыву самодержавия предусматривало использование на военной и другой государственной службе тех дворян, которые могли принести пользу своими знаниями и опытом, а не тех, которые вообще никогда и нигде не служили. Специально подчеркивается, что дворянские звания всегда приобретались добросовестной службой.

  В статьях 21—23 речь идет о праве дворян распоряжаться своими имениями и  порядке их наследования. Этим правом дворяне пользовались давно, грамота  лишь подтверждает его.

  Смысл статьи 24, имеющей в значительной степени демагогический характер, не совсем ясен. Не понятно, от чьих конкретно  посягательств предусматривается защита дворянских имений: «да не дерзнет никто без суда и приговора в силу законов тех судебных мест, коим суды поручены, самовольно отобрать у благородного имение или оное разорять». Главная опасность для дворянских имений всегда исходила от монархов, которые изымали их в пользу государства за плохое несение военной и другой государственной службы, а также за различные злоупотребления по службе. Особенно часто применял подобные меры Петр I. Статью можно понять таким образом, что впредь самодержавная власть не будет отнимать имения у дворян, если о том не последует решение суда. Однако абсолютных монархов не могли связывать требования законов. Следовательно, содержавшиеся в статье правовые нормы не имели практического значения.

  Статья 25 провозглашает буржуазный принцип, согласно которому только суд может  совершенное деяние признать преступлением. Однако этот принцип действовал только в отношении дворян.

  В статьях 26—32 впервые помещикам-дворянам предоставляются широкие возможности  по приобретению определенного имущества, участию в некоторых видах  производства, а также в торговле. Грамота закрепляет то, что давно  уже сложилось фактически. Дворяне-помещики имели свои мануфактуры, фабрики  и заводы в сельской местности, где  выпускалась определенная продукция, которую необходимо было реализовывать  на рынках. Дворянские имения все более  втягивались в товарно-денежные отношения.

  Екатерина II считала занятие торговлей недопустимым и бесславным делом, не совместимым  с достоинством благородного дворянина. Раньше, когда дворяне-помещики были заняты службой, подобное занятие и  звание дворянина действительно  взаимоисключались. Все, более активно участвуя в хозяйственной деятельности, дворяне неизбежно вовлекались в товарно-денежные отношения, и самодержавие было вынуждено предоставить им определенные права, связанные с этой хозяйственной деятельностью.

  Петр I ограничил право помещиков-дворян на недра в их имениях. С ведома Берг-коллегии производить разработку полезных ископаемых могли и другие лица. Фактически недра земли помещичьей оказались под контролем государства. Екатерина II отменила эти ограничения в манифесте от 28 июня 1782 г., указав, что право собственности распространяется на все произведения земли, как на поверхности, так и в ее недрах. Каждый собственник мог добывать в своих землях металлы и минералы и обрабатывать их. Жалованная грамота закрепляет это право дворян в ст. 33.

  Также Петр I ввел существенные ограничения  прав владельцев на леса, растущие на их землях, разрешив для государственных  нужд рубить во всех лесах всякое дерево, не платя за то ничего владельцу  леса. Некоторые леса и породы деревьев объявлялись заповедными. Только для  нужд государства могли использоваться определенные породы деревьев. Екатерина II указом от 22 сентября 1782 г. отменила прежние  ограничения, предписав предоставить в полную собственность владельцев имений все леса, растущие в дачах  помещиков, хотя бы они были до сего времени объявлены заповедными. Жалованная грамота подтверждает это  право в ст. 34.

  Статьи 35—36 закрепляют освобождение дворян от податей и повинностей, связанных  с военными и другими постоями в жилых домах. Этими привилегиями дворяне фактически пользовались и  ранее, но в грамоте они были более  конкретно сформулированы: «по деревням помещичий дом имеет быть свободен от постоя» и «благородный самолично  изъемлется от личных податей».

  В итоге, если вольность и свобода  по Манифесту 1762 г. Понимались как право не служить, то по Жалованной грамоте 1785г., она выражалась в общей привилегированности, слагавшейся в сословную изъятость дворянства от действия общих законов, в том числе и уголовных. 

  Корпоративные права дворян

  Естественно, что только с освобождением дворян от обязательной службы вопрос о его  местном самоуправлении мог быть поставлен и разрешен законодательством. Этим и занялась Императрица Екатерина  Великая в главах «Б», «В» и  «Г».

  В статьях 37—56 предоставляются большие  права дворянским собраниям и  одновременно на местных должностных  лиц (губернаторов, генерал-губернаторов, государевых наместников) возлагается  тщательный контроль за их деятельностью.

  Екатерина II, опираясь на лично преданных ей наместников из числа высших сановников, проводила в жизнь идею децентрализации  государственного управления. Павел I стремился к централизации управления — он упразднил институт наместников  и предпринимал меры по ограничению  прав местных дворянских корпораций, предоставленных им грамотой. В документе  читаем: «Нашим верноподданным дворянам жалуем дозволение собираться в той  губернии, где жительство имеют, и  составлять дворянское общество в каждом наместничестве и пользоваться нижеписанными правами, выгодами, отличностями и преимуществами». Дворянство собирается в губернии по «позыву и дозволению» генерал-губернатора или губернатора как для вверенных дворянству выборов, так и для выслушивания предложений генерал-губернатора или губернатора, каждые три года в зимнее время.

  Собранию  дворянства в наместничестве дозволялось  избрать губернского предводителя и для этого «…всякие три года представить из уездных дворянских предводителей двух государеву наместнику или правителю, и, которого из сих  генерал-губернатор или губернатор назначит, тому и быть губернским предводителем  дворянства той губернии».

  Уездный предводитель дворянства выбирался  дворянством того уезда чрез каждые три года по балам.

  В Верхний земский суд было необходимо выбрать десять заседателей и  двух заседателей совестного суда дворянством  тех уездов, «кои составляют подсудное  ведомство того верхнего земского суда чрез всякие три года и представляются от онаго правителю или губернатору, когда генерал-губернатора на месте нет; и буде за ними нет явного порока, то государев наместник или в не бытность его правитель наместничества подтверждает дворянской выбор».

  Десять  заседателей (верхнего земского суда и  заседатели совестного суда, уездного суда и нижнего земского суда) выбираются чрез каждые три года дворянством  тех уездов, «кои составляют подсудное  ведомство…» того суда, из дворян на месте живущих, или на тех, кои  в дворянском списке той губернии написаны.

  Уездный или окружной судья и земский  исправник или капитан выбираются дворянством через три года и  представляются от него правителю; «… и буде за ними нет явного порока, то губернатор подтверждает дворянской выбор».     Заседатели уездного суда и дворянские заседатели нижнего земского суда выбираются дворянством через три года и представляются правителю; «…и буде за ними нет явного порока, то губернатор подтверждает дворянской выбор».

  Собранию  дворянства дозволялось представить генерал-губернатору или губернатору о своих общественных нуждах и пользах, делать представления и жалобы чрез депутатов их как Сенату, так и императорскому величеству на основании узаконений.

  Собранию  дворянства в каждом наместничестве разрешалось в губернском городе иметь дом для собраний, а также свои архив, печать, казну, собственного секретаря и стряпчего.

  Провозглашалось: «Да не взыщется на дворянстве вообще личное преступление дворянина».

  В Статье 57 содержится важная гарантия, которую не могли иметь собрания других сословий: «Собрание дворянства, ни в каком случае не подлежит страже». В конце XVIII в. самодержавие доверяло дворянству, считая его своей прочной опорой.

  В статьях 58—61 устанавливается порядок  рассмотрения в верхних земских  судах апелляций на уездные суды, дворянские опеки, нижние земские суды. Предусматривается порядок организации  и деятельности опек для дворянских вдов и малолетних. В формировании этих учреждений также принимали  участие дворянские собрания.

  Статьи 62—64 содержат явное ограничение  прав малоимущего дворянства, а также  дворян, которые никогда не служили  либо служба которых не была достаточно успешной: «Собранию дворянства запрещается избирать для тех должностей, кои по силе учреждений выбором наполняются, дворянина, которого доход с деревень ниже ста рублей составляет, и которой моложе двадцати пяти лет» который сам не владеет деревней (ему разрешалось присутствовать, но голоса не давали).

  Из  статьи 65 не совсем ясно, необходимо ли для исключения из дворянского собрания привлечение дворянина к суду. Возможно, что достаточно дурной славы  среди соседей.

  Статьи 66—71 регламентируют порядок составления  дворянских родословных книг. Законодатель связывает с этим приобретение дворянских привилегий.

  В статьях 72—92 подробно регламентируется порядок оформления дворянских родословных  книг на местах. Для включения в  эти книги, записи в которых являлись юридическим основанием признания  действительности дворянского звания, требовались доказательства — примерный  перечень их приводится в соответствующих  статьях. В ст. 92 цитируется предшествующее законодательство о служилых людях, в частности Указ об отмене местничества 1682 года.

  Таким образом, можно заключить, что в  Грамоте (гл. «Б») дворянство каждой губернии окончательно признано юридическим лицом – «местным обществом» (ст.37). В качестве такового оно формирует органы управления, создает «складочный» капитал, имеет свою печать, представительство в суде и другие необходимые права. Более того, оно является «закрытым» в отношении членства в нем, так в главах «В» и «Г» законодателем установлены жесткие ограничения на вступление в корпорацию благородных. Появление данного документа обусловлено временем. Эпоха дворцовых переворотов принесла Екатерине II достаточно шаткую власть, дворяне требовали закрепления своих прав и привилегий. Так как дворяне были поддержкой Екатерины, она вынуждена была пойти на подписание данного документа. Однако, многие историки считают, что данный шаг Екатерине II дался нелегко. Страна была истощена, народ был недоволен своим бесправным положением, а подписание Жалованной Грамоты еще больше бы ухудшило их жизнь, так как по Грамоте крестьяне становились абсолютно бесправными, дворяне имели полную власть над ними. 

  Таким образом, Жалованная грамота дворянству делало дворян главным сословием в стране

   Принятие христианства.

  До середины X в. господствующей религией оставалось язычество. Так, в договоре Олега  с Византией 911 г. говорится, что он заключен "межи христианы и Русью". И далее "Русь" - язычники противопоставляются грекам "христианам". Но очень скоро ситуация изменилась. Договор Игоря уже не случайно заключен "межю Греки и Русью", ибо в нем упоминаются не только живущие в Византии "хрестеяне Руси, но и среди послов названы те, кто "крещен или некрещен". Христианство приняла, по-видимому, и княгиня Ольга, мать Святослава. Но это был хотя и симптоматичный, но все же личный выбор княгини. Ее внуку Владимиру пришлось решать задачу масштабнее государственного религиозного выбора.

  Языческая религия обожествляла силы природы, поэтому пантеон богов прямо  или косвенно был связан с выполняемыми родом и племенем хозяйственными функциями. С усложнением общественной жизни и социальной структуры  общества, с образованием этнически  неоднородного государства язычество  как религиозная система оказалось  неспособным идеологически обосновать происходящие перемены, объединить общество. Власть и общество приобретали раннефеодальный  характер, тогда как духовные и  нравственные отношения выстраивались  в соответствии с родоплеменными.

  Первоначально Владимир пытался преодолеть это  противоречие в рамках старой религии. Так называемая церковная реформа  Владимира 980 г. имела задачу реорганизации  язычества с целью придания ей более широкого общественно-политического  звучания. Утверждение общерусского культа "дружинного бога" Перуна, первого среди сохраненных по реформе "идолов", должно было упрочить идеи единодержавия, целостности государства, которые противопоставлялись традициям  племенного сепаратизма. Однако киевский князь очень скоро отказался  от реформы, признав несовместимость  старой религии с поставленными  целями: простое выдвижение на первый план тех языческих богов, которые выполняли "приоритетные" социальные функции, не могло повлечь за собой пересмотр всей системы политеистических верований и обрядов. Подобное реформирование не превращало язычество в социальный интегратор и регулятор общественных отношений, в чем сильно нуждалось общество. Язычество было лишено универсализма, который присущ христианству.

  "Повесть  временных лет" содержит обширный  рассказ, посвященный истории  принятия христианства. Сообщается  о прибытии в Киев христианских, мусульманских и иудейских миссионеров,  о посылке Владимиром бояр  для выбора лучшей веры и  о решении князя и его окружения  принять христианство византийского  обряда. Вряд ли это повествование  достоверно. Раннее проникновение  на Русь в качестве альтернативы  язычеству именно христианства  достаточно жестко обусловило  выбор новой религии. Другой  вопрос, что исследователи далеко  не единодушны в том, насколько  было велико византийское влияние.  Высказываются мнения о теснейших  связях с болгарской церковью, которой была свойственна широкая  веротерпимость. Разнообразные версии  принятия христианства, по всей  видимости, отражают интересы  различных христианских общин,  ранее боровшихся за доминирование  на Руси.

  Общепризнанной  датой принятия христианства стал 988 год. Однако новая религия утвердилась  далеко не сразу. Процесс христианизации затянулся. Православной церкви пришлось вести упорную борьбу с дохристианскими  верованиями. Пласты народного языческого сознания были настолько мощны, что  христианство восприняло и приспособило некоторые его черты. Культ богов  сменился культом святых с прежними "языческими функциями". Сила дохристианских верований позволяет говорить о  своеобразном двоеверии как историко-культурном феномене народной жизни средневековой  Руси.

  Утверждение христианства на Руси в качестве государственной  религии событие большого исторического  значения. Древнерусское государство  упрочило свои экономические, политические, династические и культурные связи  с Византией и Западной Европой, преодолело изоляционизм, вызванный  вероисповедальными различиями. Киевская Русь стала христианской державой, интегрирующийся в семью христианских народов и государств.

  Еще большее  значение христианство имело для  утверждения новой общественной системы. Ускорилось изживание местных, племенных различий, что способствовало этнической консолидации. Православные институты оказались в тесной связи с раннефеодальным государством и монархией, придав им характер богоустановленности, сакральности. Страна оказалась приобщена к христианским ценностям, на основе которых стали формироваться принципиально новые отношения, развиваться культурная и духовная жизнь. Вместе с тем христианство было принято в его византийском, будущем православном варианте, что впоследствии привело к возникновению и противоположных тенденций - политическому и культурному отчуждению от латинской Европы, утверждению иной модели исторического развития.

  С принятием  христианства начали выстраиваться  церковь и церковная иерархия, занявшая важное место в древнерусском  обществе. Начальная история церкви плохо известна. Высшей властью, объединяющей всю христианскую Русь, был митрополит Киевский и всея Руси, который, в  свою очередь, назначался и подчинялся константинопольскому патриарху. Вскоре его митрополия стала делиться на епархии, число которых постепенно увеличивалось. Среди них были Новгородская, Ростовская, Черниговская, Переяславская, Полоцкая и др. Митрополиты и епископы с древнейших времен получали от князей различные подарки и земельные владения. Наряду с белым духовенством появляется и черное, монахи, обживающие пустыни и монастыри. Число последних XI - XIII вв., по летописным, достаточно спорным известиям, достигает 70. Характерно, что расположены они главным образом в городах или близ городов, - затянувшийся процесс христианизации побуждал монашество жаться к городским "православным" центрам. Возникает и монастырское землевладение, значительно уступающее еще земельным владениям кафедр епископов. Последние до XIV в. включительно были главными представителями несветских землевладельцев.                                               

  Тесты.

  1. в)

  2. г)

  3. в)

  4. а)  

  Список  литературы.

  1. Белявский  М.Т. Дворянская империя XVIII в.  Основные законодательные акты. Сборник документов. М.,1960.

  2. Хавский П.В. Собрание законодательства о российских дворянах или Жалованная грамота благородному дворянству с включением законов предшествующих и последующих с 1762 по 1823. СПб.,1996

  3. 20. Чистяков О.И., Мартысевич И.Д. История государства и права СССР. Ч.I.,М.,1985.

  4. http://wordweb.ru/andreev/index.htm 

  5. http://etelien.ru/Collection/9/9_00186.htm

  6. Яблочков М. История дворянского сословия в России. СПб.,2005.