Оценка заключения эксперта

Содержание

Введение

Глава 1 Процессуальная оценка заключения эксперта

1. Процессуальный порядок назначения и проведения экспертизы
2. Допустимость объектов исследования

Глава 2 Материальная оценка заключения эксперта

1. Достоверность заключения эксперта
2. Материалы исследования

2.3 Полнота и обоснованность заключения эксперта

2.4 Доказательственное значение

Заключение

Список использованных источников

Введение

Заключение  эксперта не имеет никакой заранее установленной силы и оценивается по общим правилам (ст. 71 УПК). В законе прямо сказано, что заключение эксперта не является обязательным для лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда, однако несогласие их с заключением должно быть мотивировано (ст. 80 УПК).

Тем не менее, хотя заключение эксперта и не имеет каких-либо преимуществ перед другими доказательствами, оно обладает, по сравнению с ними, весьма существенной спецификой, поскольку представляет собой вывод, умозаключение, сделанное на основе исследования, проведенного с использованием специальных познаний. Поэтому его оценка часто представляет для лиц, не обладающих такими познаниями, немалую сложность. По этой же причине судебные ошибки чаще всего допускаются при использовании именно этого вида доказательств.

На практике довольно распространено чрезмерное доверие к заключению эксперта, завышенная оценка его доказательственного значения. Считается, что коль скоро оно основано на точных научных расчетах, то не может быть и каких-либо сомнений в его достоверности. Хотя прямо такая мысль в приговорах и других документах не высказывается, тенденция к этому на практике довольно сильна.

Между тем заключение эксперта, как и  любое другое доказательство, может оказаться сомнительным или даже неправильным по разным причинам. Эксперту могут быть представлены неверные исходные данные или неподлинные объекты. Может оказаться недостаточно надежной примененная им методика и, наконец, эксперт, как и все люди, тоже не застрахован от ошибок, которые, хотя и редко, но все же встречаются в экспертной практике. Поэтому экспертное заключение, как и любое другое доказательство, должно подвергаться тщательной, всесторонней проверке и критической оценке.

Глава 1 Процессуальная оценка заключения эксперта

1.1 Процессуальный порядок назначения  и проведения экспертизы

Прежде всего должно быть проверено, соблюден ли процессуальный порядок  назначения   и проведения экспертизы, предусмотренная законом процедура. На предварительном следствии эта процедура включает в себя ознакомление обвиняемого (в некоторых случаях - подозреваемого) с постановлением о назначении экспертизы (ст. 184 УПК) и разъяснение ему его прав, которыми он обладает при производстве экспертизы (ст. 185 УПК). После окончания экспертизы обвиняемый должен быть ознакомлен с заключением эксперта (или его сообщением о невозможности дачи заключения), при этом он опять приобретает ряд прав (ст. 193 УПК). На практике эти требования закона не всегда соблюдаются, особенно когда экспертиза проводится до привлечения лица в качестве обвиняемого. Следователи нередко знакомят обвиняемого с материалами экспертизы при выполнении ст. 201 УПК. В свою очередь суды не всегда реагируют на эти нарушения, полагая, что в конечном счете обвиняемый в этой стадии с материалами экспертизы ознакомлен и свои права, хоть и с опозданием, но реализовал.

На  судебном разбирательстве при производстве экспертизы должна быть соблюдена процедура  постановки вопросов перед экспертом, предусмотренная ст. 288 УПК. Согласно этой статье, после того, как исследованы все обстоятельства, относящиеся к предмету экспертизы, председательствующий предлагает всем участникам судебного разбирательства представить в письменном виде вопросы эксперту. Представленные вопросы должны быть оглашены, и по ним заслушано мнение участников судебного разбирательства и заключение прокурора. После этого суд должен удалиться в совещательную комнату (ст. 261 УПК) и вынести' определение, в котором в окончательном виде формулируются вопросы эксперту.

Отклонение или изменение вопросов эксперту, предложенных участниками судебного разбирательства, суд обязан мотивировать.

Суд обязан вручить определения с вопросами, предложенными участниками судебного разбирательства, эксперту. Иначе это повлечет за собой постановку перед экспертом  неправильно сформулированных,  неграмотных вопросов либо вопросов, не относящихся к делу или выходящих за пределы компетенции эксперта. Выводы эксперта по таким вопросам не имеют доказательственного значения.

Несоблюдение  установленного процессуальным законом  порядка проведения экспертизы в судебном заседании может послужить одним из оснований отмены приговора. Так, судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменив приговор по делу по обвинению Протопопова, указала, в частности: «Как на одно из доказательств, подтверждающих совершение Протопоповым преступления в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, суд сослался на заключение судебно-психологической экспертизы о том, что Протопопов находился в состоянии длительного психологического стресса. Однако сама эта экспертиза была назначена и проведена с нарушением ст. 288 УПК. Согласно требованиям этой статьи при решении вопроса о назначении экспертизы, в целях обеспечения прав и интересов участвующих в деле сторон, председательствующий должен был "забросить у сторон вопросы в письменном виде, огласить и обсудить их и после этого сформулировать необходимые вопросы для эксперта. Получив письменное заключение эксперта, суд должен был обеспечить его участие в судебном заседании. После оглашения экспертом заключения, которое приобщается к делу вместе с вопросами, ему могли быть заданы вопросы по существу данных им ответов. Все эти требования судом соблюдены не были. При таких обстоятельствах считать приговор в отношении Протопопова законным и обоснованным нет основания» (Бюллетень Верховного Суда РФ, 1992, № 9, С. 8).

При оценке допустимости заключения эксперта помимо соблюдения процессуального порядка и процессуальной формы экспертизы должно быть проверено  также, не подлежит ли эксперт отводу, т.е. достаточно ли он компетентен и не заинтересован ли он в исходе дела. Это в основном относится лишь к так называемым частным экспертам, данные о специальности и компетентности которых должен выяснять сам следователь (ст. 184 УПК). Если экспертиза проводится в экспертном учреждении, то непосредственно эксперта определяет руководитель этого учреждения (структурного подразделения), который хорошо осведомлен о специализации своих работников, и где все эксперты проходят в установленном порядке аттестацию по своей специальности. Поэтому практически основанием для отвода таких экспертов может служить лишь выявившаяся их личная заинтересованность в исходе дела.

Если при  оценке заключения эксперта выяснится, что он подлежал отводу, заключение лишается всякого доказательственного значения, и по тем же вопросам должна быть проведена новая экспертиза, поручаемая другому эксперту или экспертам. Оценивая допустимость заключения, необходимо проверить правильность его оформления, наличие всех необходимых реквизитов, указанных в законе (ст. 191 УПК).

Если экспертиза была комплексной, в заключении должно быть указано, какой эксперт какие исследования проводил и каждая часть исследования подписывается только теми экспертами, которые ее осуществили.

1.2 Допустимость  объектов исследования

Важное значение для оценки заключения эксперта имеет  допустимость объектов, исследовавшихся  экспертом. Если они будут признаны недопустимыми, то. автоматически теряет это свойство и само заключение. Поэтому всегда должна быть проверена процессуальная доброкачественность объектов, экспертного исследования. Для этого нужно, прежде всего, установить, был ли законным способ их получения. Так, вещественные доказательства могут быть изъяты в ходе какого-то следственного действия (осмотра, обыска, выемки, освидетельствования) либо представлены кем-нибудь из участников процесса или посторонними лицами. Документы могут быть, кроме того, истребованы от учреждений, предприятий, организаций и должностных лиц.

Должен быть соблюден также процессуальный порядок получения следователем (судом) этих объектов. Особенно это относится к получению вещественных доказательств в ходе следственных действий. Если при этом были допущены существенные нарушения, ставящие под сомнение достоверность результатов следственного действия или ущемляющие права граждан, то вещественные доказательства могут быть признаны недопустимыми. А это, в свою очередь влечет недопустимость и заключения эксперта по исследованию этих объектов. Показательно в этом отношении дело Лушникова, осужденного по ч. 4 ст. 224 УК. Приговор по этому делу был отменен Судебной коллегией Верховного Суда РФ, которая указала в своем определении следующее. На предварительном следствии и в суде Лушников виновным себя не признал и утверждал, что во время обыска из кармана его дубленки были изъяты остатки просыпавшегося табака и разный мусор. Изъятое не взвешивалось и не опечатывалось. На экспертизу работники милиции направили другое вещество, у него гашиша не могло быть. Как видно из дела, обыск на квартире Лушникова был проведен до возбуждения дела, без санкции прокурора и в ночное время; обнаруженное вещество изъято, хранилось и сдано на экспертизу с нарушением порядка, установленного УПК. До возбуждения уголовного дела была назначена и проведена химическая экспертиза, согласно заключению которой представленный на исследование образец содержит в своем составе гашиш. Поскольку указанные следственные действия проведены без возбуждения уголовного дела, т.е. в нарушение установленного уголовно-процессуальным законом порядка, полученные в результате их данные не могут являться доказательствами. Поэтому коллегия отменила приговор и все последующие судебные решения и дело, в соответствии с п. 2 ст. 349 УПК, производством прекратила за недоказанностью участия осужденного в совершении преступления (Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1989, № 1, С. 9-10).

На допустимость объекта экспертного исследования влияет не только соблюдение правил его получения, но и надлежащее его хранение уже после изъятия. Оно должно исключать возможность подмены объекта, так как сомнение в подлинности объекта экспертного исследования также может повлечь недопустимость заключения эксперта.

Однако надлежащее хранение объекта экспертного исследования весьма важно еще и в другом отношении. В ходе некоторых экспертных исследований устанавливается так называемый факт контактного взаимодействия (ФКВ) нескольких объектов (установить ссылку). Чаще всего такой вопрос решается в отношении комплектов одежды преступника и жертвы (по делам об изнасилованиях, убийствах и др.).

Если на исследуемых  комплектах обнаруживаются многочисленные взаимопереходящие волокна-наслоения, образующие неповторимую совокупность, то с учетом их локализации, механизма переноса и других факторов эксперт может дать категорический вывод о том, что данные комплекты находились в непосредственном контакте. Например, на одежде обвиняемого были обнаружены волокна, однородные почти со всеми компонентами вещей потерпевшего, на них, в свою очередь, обнаружены волокна, однородные с некоторыми предметами одежды обвиняемого. Такая совокупность взаимопереходящих волокон-наслоений, с учетом их локализации и механизма переноса,  обоснованно признана экспертами уникальной и неповторимой и дан категорический вывод об имевшем место ФКВ.

Такого рода выводы бывают довольно сильной уликой. Однако она действует только при  условии, что комплекты одежды не могли находиться в контакте вне  события преступления. Если такая  возможность не исключается (например, обвиняемый и потерпевший были знакомы ранее), то ФКВ сильно обесценивается либо вообще его значимость может быть сведена к нулю. Такой контакт вполне возможен и при хранении объектов уже после их изъятия. Поэтому должны быть четкие гарантии их раздельного хранения.

В судебном разбирательстве соблюдение правил хранения комплектов одежды может подвергается проверке. Например, по делу Савина, осужденного за изнасилование малолетней О. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, оставив приговор в силе, указала, в частности: «Как видно из акта криминалистической экспертизы, одежда^ осужденного и потерпевшей была упакована в разные пакеты w опечатана, что опровергает доводы адвокатов о нарушении органами следствия ст. 141 УПК РСФСР» (Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1989, ст. 9, С. 4).

В тех случаях, когда факт раздельного хранения такого рода объектов вызывает сомнение, заключение эксперта может быть также  подвергнуто сомнению и даже полностью  лишено всякого доказательственного  значения. Показательно в этом отношении дело У., осужденного Верховным судом Татарстана за изнасилование и убийство малолетней С. Президиум Верховного Суда РСФСР, отменив приговор, указал в своем постановлении, что согласно заключению криминалистической экспертизы, на одежде У. и потерпевшей имеются микроволокна-наложения, одинаковые по родовым признакам. Однако У. утверждал, что во время проведения очной ставки с отцом С. он видел, что его одежда лежала вместе с одеждой потерпевшей. Эти показания ничем не опровергнуты. Из материалов дела усматривается, что одежда С. изъята с места происшествия 3 октября, а одежда У. - во время обыска у него 7 октября, и только 11 октября был составлен протокол об отдельной упаковке одежды У. и С. Где и как хранилась указанная одежда, почему она не была упакована во время изъятия, по делу не проверялось, и могли ли от совместного хранения частицы одной одежды оказаться на другой, не выяснялось. При таких условиях заключение эксперта не может иметь какого-либо доказательственного значения.

Глава 2 Достоверность заключения эксперта

1. Достоверность заключения эксперта

Следующим элементом  оценки заключения эксперта является определение его достоверности. После того как заключение признано допустимым, нужно установить, насколько оно соответствует действительности. Это очень сложный момент оценки. Здесь нет таких четких формальных критериев, как при оценке допустимости.

При проверке достоверности  заключения, прежде всего должно быть проверено, насколько обоснованы выводы эксперта, достаточно ли они аргументированы, подтверждены проведенными исследованиями.

Сначала нужно проанализировать само заключение эксперта (связъ его с другими доказательствами по делу), его содержание и структуру, внутреннюю логику. Такой анализ должен включать в себя следующее.

Во-первых, насколько надежна  примененная экспертом методика. Как правило, эксперты (в основном) проводят исследования по заранее разработанным методикам, официально апробированным и утвержденным. Надежность их обычно достаточно высока и проверена временем. Однако, в судебной практике бывают случаи, когда научная обоснованность экспертной методики ставится под сомнение кем-нибудь из участников процесса и становится предметом активного обсуждения в судебном заседании. Это касается недавно созданных методик, не получивших еще всеобщего признания. В последнее время в связи с отменой в стране единой и общеобязательной идеологии появились различные альтернативные школы (подходы) в судебной психологии и психиатрии, бывшие ранее у нас фактически под запретом, но широко распространенные за рубежом. В связи с этим вполне возможна непривычная ситуация, когда в суде два эксперта с различными методологическими установками обосновывают прямо противоположные выводы. В таких ситуациях оценка обоснованности заключения эксперта сводится по существу к определению обоснованности примененной экспертом методики.

Однако пока что на практике чаще всего ставится под сомнение не научная обоснованность экспертной методики, а правомерность ее применения в данном конкретном случае. Например, по делу о столкновении автомобиля с прицепом и трактора с прицепом повторная автотехническая экспертиза была назначена в связи с тем, что при ответе на вопрос, на каком расстоянии от места столкновения находился автомобиль в момент начала реакции водителя, экспертом была использована формула определения расстояния для случаев, когда наезд произошел   в  конце  торможения.   В  данном   же  случае   наезд-столкновение имел место в процессе торможения, в связи с чем эта формула неприменима.

В практике встречаются  также случаи использования экспертами устаревших или не рекомендованных методик, неправильного выбора коэффициентов или иных табличных данных, что необходимо учитывать при оценке достоверности заключения эксперта. Например, по делу о столкновении автомобилей в заключении эксперта-автотехника коэффициент торможения для автомобиля с грузоподъемностью свыше 4,5 т на сухом асфальтовом покрытии был взят равным 1,5, в то время как по таблице ВНИИСЭ он равен 2,0. В связи с этим была назначена повторная экспертиза, которая не подтвердила вывод первичной.

В последнее время все  большее число экспертных исследований проводится с использованием компьютерных технологий. В зависимости от степени формализации исследования роль математических методов может быть различной - от вспомогательных, применяемых наряду с традиционными, до основных, когда практически все расчеты осуществляются на ЭВМ (в автотехнической экспертизе). В таких случаях правильность вывода зависит от надежности примененной, программы для ЭВМ. При оценке этого нужно иметь в виду, что по установленному в экспертных учреждениях порядку каждая программа, прежде чем она допускается к использованию в экспертной практике, должна пройти установленную процедуру апробации и утверждения. Причем данные об этом отражаются в заключении. Поэтому имеется возможность проверки надежности программы по формальным признакам - кем она создана, когда и каким органом одобрена и рекомендована к применению и т. п. Программа, не отвечающая установленным формальным требованиям, может быть поставлена под сомнение, а это, в свою очередь, может послужить основанием для оспаривания экспертного заключения.

2.2 Материалы исследования

При оценке обоснованности заключения эксперта нужно учитывать достаточность представленного эксперту исследовательского материала. На практике эксперты не всегда используют свое право заявить ходатайство о предоставлении дополнительных материалов и иногда дают заключение на основе недостаточной совокупности таких материалов, что может привести к экспертной ошибке. Примером может служить заключение судебно-психиатрической экспертизы по делу Ш., на основании которого он был признан невменяемым. Определение областного суда об освобождении Ш. от уголовной ответственности было отменено Коллегией по уголовным делам Верховного Суда РСФСР ввиду того, что было признано необоснованным указанное заключение. Ссылки экспертов на якобы перенесенные Ш. тяжелые заболевания и нахождение на излечении в психиатрической больнице документально не подтверждены и включены в акт экспертизы со слов обследуемого. Судебная коллегия указала, что эти данные необходимо проверить следственным путем, поскольку они имеют первостепенное значение для решения вопроса о психической неполноценности Ш. и его вменяемости. Коллегия предложила также при новом расследовании собрать подробные данные о поведении Ш. на работе и в быту и с их учетом провести повторную судебно-психиатри-ческую экспертизу. В определении Коллегии отмечено, что свой вывод о том, что заключение судебно-психиатрической экспертизы является правильным, суд обосновал впечатлениями о поведении Ш. в судебном заседании и общими рассуждениями о нелогичности его поведения в момент совершения преступления, в то время как по смыслу закона, оценивая выводы эксперта, он должен был проверить достоверность и достаточность тех материалов, которые исследовались экспертами-психиатрами и легли в основу их заключения.

Существенным  моментом, влияющим на обоснованность заключения эксперта, является правильность представленных эксперту исходных данных , которые эксперт получает от следователя или суда. Особенно характерно это для автотехнической экспертизы, в частности, при решении вопроса, имел ли водитель техническую возможность предотвращения наезда. Такой вывод эксперта целиком зависит от того, какие данные (о скорости движения транспортных средств и пешеходов) представлены эксперту, и если такие данные в суде изменились (например, выяснится, что потерпевший не переходил, а перебегал улицу), то и вывод эксперта может смениться на противоположный. Естественно, что заключения эксперта в таких экспертизах зависят от правильности представленных ему исходных данных. Если эти данные не соответствуют действительности, то и заключение эксперта будет недостоверным, даже если никаких ошибок в расчетах им допущено не будет. Поэтому оценка достоверности таких заключений фактически сводится к оценке правильности исходных данных.

Оценка правильности исходных данных не входит в компетенцию эксперта. Эти данные устанавливаются не экспертным, а следственным путем, обычно посредством производства различных следственных действий (допросов, осмотров, экспериментов). Однако эксперт может обратить внимание следствия или суда на техническую несостоятельность чьих-либо показаний (например, что такая скорость технически недостижима для данной модели транспортного средства). В целом же отбор требуемых эксперту исходных данных образует исключительную прерогативу следствия и суда.

Нередко следователи  представляют эксперту все материалы дела (иногда и с противоречивыми показаниями), откуда эксперт и отбирает те данные, которые представляются ему более правдоподобными. В таких случаях заключение может быть оспорено или признано недостоверным уже по тому основанию, что эксперту не были официально представлены исходные данные (т.е. не были указаны в постановлении или определении о назначении экспертизы).

Если в материалах дела имеются противоречивые сведения об этих данных, то эксперту может быть представлено несколько вариантов для расчета (так называемый условно-альтернативный вывод типа: если потерпевший двигался с такой-то скоростью, то водитель имел техническую возможность предотвращения наезда, а если с такой-то, то не имел). Такой дополнительный вариант может быть задан эксперту по инициативе суда или по ходатайству участников процесса, а по итогам судебного разбирательства суд примет какой-то из них, в зависимости от того, какие исходные данные признает достоверными. Если же никакому варианту отдать предпочтение невозможно, т.е. если, остаются неустранимые сомнения, то они толкуются в пользу обвиняемого, и должен приниматься вариант, наиболее благоприятный для обвиняемого.

Глава 3 Определение полноты и обоснованности заключения эксперта

3.1 Полнота  заключения эксперта

Экспертные  ошибки допускаются иногда потому, что эксперт недостаточно полно провел исследование. В ряде случаев заключение ставится под сомнение потому, что эксперт не применил всех современных методов. По этому основанию может быть назначена повторная экспертиза. В постановлении (определении) о назначении экспертизы (особенно повторной) следователь и суд вправе предложить эксперту применить определенные методы исследования. Так, довольно часто суды ставят под сомнение выводы амбулаторной судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы и назначают стационарную. Указание следователя или суда о применении определенного метода (способа) исследования является для эксперта обязательными, и он должен их выполнить или, при наличии к тому оснований, обосновать невозможность их применения).

Далее, при оценке обоснованности заключения эксперта необходимо проверить, насколько вывод эксперта подтверждается проведенными им исследованиями. Это, пожалуй, наиболее сложный момент оценки, так как лицам, не обладающим соответствующими специальными познаниями, весьма затруднительно оценить те данные, которыми оперировал эксперт (например, достаточна ли выявленная экспертом совокупность идентификационных признаков почерка). Тем не менее, какие-то возможности для такой оценки имеются. Вот несколько примеров.

По  делу об убийстве Р. на месте происшествия (на окраине села) была обнаружена дорожка следов резиновых сапог с отобразившимся рисунком подошвы типа «елочка». Изъятые у подозреваемого А. сапоги были направлены на экспертизу, которая дала категорическое заключение, что след оставлен не этими сапогами. Свой вывод эксперт обосновал, в частности, тем, что на сапогах и на слепке было обнаружено разное количество выступов и углублений. Следователь поставил этот вывод под сомнение и назначил повторную экспертизу. В постановлении о ее назначении указывалось, что установленные экспертом признаки не соответствуют действительности: фактически на левом сапоге имеется 16 углублений, соответственно на слепке - 16 выступов. Повторная экспертиза не подтвердила вывод первичной.

По  делу Г. эксперт дал категорический вывод о том, что след, обнаруженный на оконной занавеске, оставлен не обувью подозреваемого. В исследовательской  части заключения было указано, что  на занавеске имеется рисунок следа в форме ромбиков, а на подошве туфель Г. рисунок представляет собой квадратики. Следователь назначил повторную экспертизу, указав в постановлении, что ткань. занавески имеет подвижную основу и способна сокращаться или увеличиваться, меняя форму и размеры. При повторном исследовании следы на ткани исследовались под натяжением и был получен другой вывод.

Иногда эксперты при построении вывода не учитывают  обстоятельств, имеющих существенное значение, хотя они указаны в постановлении (определении) о назначении экспертизы. Такие недостатки вполне могут быть выявлены при оценке экспертного заключения. Так, по упоминавшемуся делу об убийстве Р., эксперт мотивировал свой вывод еще и тем, что на слепке отсутствуют дефекты подошвенной части, имеющиеся на левом сапоге подозреваемого. Однако эксперт не учел, что отсутствие дефектов на слепке вполне может быть объяснено тем, что дефекты на подошве могли образоваться после совершения преступления, т.е. в течение месяца, когда А. продолжал носить на работу данную обувь.

Помимо обоснованности в оценку достоверности заключения эксперта входит определение его правильности. Как известно, сомнение в правильности заключения эксперта, наряду с его необоснованностью, является основанием назначения повторной экспертизы (ст. 81 УПК).

Правильность  заключения эксперта, в отличие от обоснованности, оценивается путем сопоставления заключения с другими собранными по делу доказательствами. Возможна ситуация, когда заключение по своему содержанию не вызывает каких-либо сомнений или нареканий, однако противоречит другим материалам дела. В таких случаях назначается повторная экспертиза. В результате либо выявляются какие-то недочеты первого исследования, не замеченные ранее, либо подтверждается и получает дополнительное обоснование первоначальный вывод. Основанием назначения повторной экспертизы может быть и несогласие с заключением обвиняемого, особенно когда оно им активно оспаривается (показания обвиняемого - тоже материалы дела).

Обычно  неустраненные противоречия заключения эксперта с другими материалами дела или между заключениями различных экспертов рассматриваются вышестоящими судами как неисследованность обстоятельств дела и нередко влекут за собой отмену приговора. Так, по делу Васильева, осужденного Самарским областным судом по п. «б» ст. 102, ст. 207 УК, в основу приговора были положены противоречивые заключения экспертов. По заключению физико-технической экспертизы изъятым в ходе следствия ножом могли быть причинены обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения при условии вхождения его в тело на глубину не более 6 см. В противном случае этим ножом ранения не могли быть нанесены. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, потерпевшему причинено ранение грудной и брюшной полости с повреждением внутренних органов, раневой канал которого составил 14 см. Очевидно, что по делу требовалось провести повторные экспертизы, чего не было сделано. Поэтому приговор был отменен (Бюллетень Верховного Суда РФ, 1992, № 9, С. 11-12).

3.2 Доказательственное значение

Последним элементом  оценки заключения эксперта является определение его доказательственного значения (силы). Несмотря на правильное и обоснование заключение, следствием и судом оно может неверно интерпретироваться.

Доказательственное значение заключения эксперта может быть различным. Это зависит от многих обстоятельств - от того, какие факты установлены экспертом, от характера дела, от конкретной судебно-следственной ситуации, в частности, от имеющейся на данный момент совокупности доказательств. Тем не менее, можно высказать какие-то общие рекомендации об оценке доказательственного значения заключения эксперта и указать на наиболее часто встречающиеся ошибки.

Прежде всего  доказательственное значение заключения эксперта определяется тем, какие обстоятельства им устанавливаются, входят они в предмет доказывания по делу (ст. 68 УПК) или являются доказательственными фактами, уликами. Нередко эти обстоятельства имеют решающее значение, от них зависит судьба дела (например, принадлежность предметов к категории наркотиков, огнестрельного оружия, наличие у водителя технической возможности предотвращения наезда и т. п.). Заключение эксперта в таких случаях приобретает чрезвычайно важное значение по делу и поэтому подлежит особо тщательной проверке и оценке.

В других случаях, когда устанавливаемые экспертом  факты не входят в предмет доказывания, они являются косвенными доказательствами. Доказательственная ценность их может быть различной. Наибольшую силу имеют выводы эксперта об индивидуальном тождестве (идентификация отпечатка пальца, следы обуви и т. п.). Такие факты считаются очень веским, а иногда и неопровержимым доказательством. Однако при одном условии - если идентифицированный след не мог быть оставлен при обстоятельствах, не связанных с преступлением. Чем больше такая вероятность, тем меньше доказательственная ценность такого вывода. Может также присутствовать умышленная фальсификации следа. Практике известны случаи, хотя и малочисленные, такой фальсификации: в частности, переноса работниками милиции отпечатка пальца подозреваемого на вещественные доказательства.

Более слабой, по сравнению  с установлением индивидуального тождества, уликой является вывод эксперта о родовой (групповой) принадлежности объекта. Он выступает в качестве косвенного доказательства такого тождества. Доказательственная значимость его тем более, чем уже класс, к которому отнесен объект. Например, совпадение группы крови означает лишь вероятность примерно 1/4 того, что эта кровь оставлена данным лицом (поскольку существует четыре группы крови). Еще меньшую доказательственную силу имеет, например, такой вывод: «Вещество наслоения на почве относится к низкокачественному трансмиссионному маслу, не имеющему никаких специфических особенностей», поскольку данное масло широко применяется на автотранспорте. Обычно эксперты, относя объект к какому-то классу, дают характеристику этого класса, указывают на его распространенность. Например, эксперт-почвовед, констатируя, что исследуемые образцы почвы относятся к группе карбонатных, слабо засоренных посторонними примесями, отмечает, что такой тип почв является широко распространенным и характерным для данной местности. Если же этого не сделано, то данное обстоятельство необходимо выяснить при допросе эксперта, иначе определить доказательственную ценность такого вывода не™ возможно. Например, вывод типа: «Исследуемые частицы резины и образцы резины с правого заднего колеса автомобиля №... имеют общую родовую принадлежность, т.е. относятся к резинам, изготовленным по одной рецептуре»,- невозможно оценить, не зная, сколько существует таких рецептур.