Промышленный перворот в США

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………….……3

ПРОМЫШЛЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ

ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ……………………………………………….…..4

ПРОМЫШЛЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ В США………………...….…….6

ЗАКЛЮЧЕНИЕ……....…………………………………………….…………23

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ……………………………………………………24 

ВВЕДЕНИЕ

Не смотря на то, что  США, как независимая страна, появилась  лишь в 1776 году, путем объединения  тринадцати британских колоний, а в 1787 г. уже была подписана конституция, на сегодняшний день США является мощным государством, обладающим крупнейшей в мире экономикой, вооруженными силами и ядерными запасами. Одной из предпосылок этого величия стал промышленный переворот.

Чтобы понять, как промышленный переворот повлиял на экономическое  развитие США, необходимо детально рассмотреть  само понятие «промышленный переворот», его черты, основные характеристики и предпосылки. А так же процесс развития машинной индустрии непосредственно в США.

Источниками этой работы послужили различные исторические издания, посвященные промышленной революции, научные труды К. Маркса, Р. Фогеля, советских историков А. В. Ефимова и Н. Н. Болховитинова,  экономические словари, дающие толкования терминам и определениям, а так же интернет - источники.

ПРОМЫШЛЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ.  ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ.

Промышленный переворот это система экономических и социально-политических изменений, в которых нашёл выражение переход от основанной на ручном труде мануфактуры к крупной машинной индустрии. Начало промышленного переворота — изобретение и применение рабочих машин, а завершение — производство машин машинами, т. е. развитие машинного производства, основанного на широком использовании машинной техники. В результате происходит окончательная победа капиталистического способа производства над феодальным. Промышленный переворот даёт мощный толчок капиталистическому обобществлению производства; в условиях фабричной системы кооперативный характер процесса труда диктуется природой самого средства труда. Многие раздробленные процессы производства сливаются в один общественный производительный процесс. Вместе с тем утверждение крупной машинной индустрии служит важнейшей предпосылкой реального подчинения труда капиталу и резкого обострения антагонистических противоречий капиталистического способа производства. Характеризуя переход к фабричной системе, К. Маркс отмечал, что машина сама по себе сокращает рабочее время, между тем как её капиталистическое применение удлиняет рабочий день; сама по себе она облегчает труд, капиталистическое же её применение повышает его интенсивность; сама по себе она знаменует победу человека над силами природы, капиталистическое же её применение порабощает человека силами природы; сама по себе она увеличивает богатство производителя, а при капиталистическом применении превращает его в паупера.

Исторические предпосылки развития крупной машинной индустрии были созданы мануфактурной формой капиталистического производства. Первоначальное накопление капитала обеспечивало дальнейшее развитие капиталистических отношений — с одной стороны, создание армии, лишённых средств к существованию людей, которые могут предложить в качестве товара лишь свою рабочую силу, и, с другой стороны, накопление крупных денежных богатств, используемых формирующимся классом капиталистов для приобретения средств производства и рабочей силы. Рост капиталистического производства неизбежно влёк за собой быстрое расширение как внутреннего, так и внешнего рынков; однако стремление буржуазии к ускоренному накоплению капитала наталкивалось на ограниченные возможности основанного на ремесленной технике мануфактурного производства.

         Промышленный переворот представлял собой общеисторическое явление, характеризовавшее определенный этап развития капитализма в промышленности ряда стран; однако вызревание предпосылок перехода от мануфактуры к крупной машинной индустрии происходило неравномерно.

ПРОМЫШЛЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ  В США

Промышленный переворот  органически связан с переходом  от ремесла и мануфактуры к  фабричной стадии капитализма. В  Англии и Франции он осуществился «классически»: как спонтанный, внутренне обусловленный процесс, начавшийся в условиях господства мануфактуры. В других странах, например, на Востоке, он протекал не аналогично. Там, где капитализм наступил позже, собственное ремесленное и мануфактурное производство уже не являлось главной предпосылкой создания машинной индустрии, поскольку начинало сказываться влияние извне - мирового капиталистического рынка и международного капиталистического разделения труда. В результате мануфактурный период укорачивался, принимая «стертую» форму, или вообще отсутствовал. Деформировались все стороны и факторы машинизации производства, исчезал ее переходный характер. На новой, колонизуемой земле, где капитализм утверждался благодаря ее связи с метрополией или местностью с более старым капитализмом, факторы и формы развития промышленности также определялись тем, на какой стадии - мануфактурной или фабричной оно начиналось.

В этом - основная специфика индустриального  развития США, где промышленность создавалась  по мере освоения громадной территории, на разных стадиях связанного между собой европейского и американского капитализма: от мануфактурного периода XVII-XVIII вв. до империализма.

Первые рабочие машины появились  в приатлантических штатах при наличии  там ремесла и мануфактуры, а  колонизация западных земель развернулась в основном уже на фабричной стадии капитализма. Кроме того, до Гражданской войны 1861-1865 гг. в рамках единого капиталистического способа производства в США сосуществовали системы рабства и наемного труда. Очевидно, что в таких условиях тип промышленного развития не мог быть единым для всей страны.

Американские историки, экономисты, социологи все более активно  разрабатывают комплекс проблем, связанных  со становлением индустриального капитализма  в США. Но для немарксистской историографии, особенно современной, характерен отрыв промышленной революции от исторической смены стадий развития капитализма. Даже когда речь идет о машинизации тех или иных отраслей, появлении «индустриальных классов», соответствующих демографических сдвигах и иных явлениях, указывающих на становление «современного индустриального общества», эти стадии нередко игнорируются или подменяются различными «стадиями роста», «модернизацией» аграрного (то есть докапиталистического) общества, сменой форм хозяйственной деятельности и т. п.. В рамках этих подходов промышленная революция либо не упоминается, либо, формулируемая абстрактно, не входит в число активно используемых понятий.

Один из основоположников «новой экономической  истории» Р. Фогель призвал к переосмысливанию роли техники в экономическом росте и к учету влияния других факторов, например, спроса. Но такой подход привел, по существу, к отказу от изучения ведущей роли новой машинной индустрии по сравнению со старыми формами промышленности. Историки этого направления были заняты исследованием закономерностей и факторов долговременного экономического, в том числе промышленного роста, отразившихся в динамике определенных количественных показателей. Речь шла уже не об «индустриальной революции» как таковой, а о наращивании производства и развитии его экономического механизма.

Промышленный переворот не вписывался в макроэкономические модели, конструируемые представителями «новой экономической  истории». Это понятие встречается  главным образом в работах, посвященных технике, но и в них оно формулируется нейтрально по отношению к социально-экономическим стадиям развития капитализма. Промышленный переворот отождествляется с началом применения машин, «нетрадиционных» источников энергии и новых видов сырья, появлением массового производства и т. п.. Некоторые социальные аспекты промышленной революции показывались историками «школы бизнеса» и «рабочей» историографией - как «традиционной», так и «новой» (к последней примыкает «новая городская история»). Однако речь идет у них не о промышленной революции, рассматриваемой в совокупности обеих ее сторон, а об опосредованных ею явлениях - социальной мобильности, изменениях в социальной психологии и др.

В целом немарксистская историография  промышленного переворота - это набор  исследований в области техники и технологии, эволюции хозяйственного механизма, демографических, социально-культурных и т. п. явлений, но без общей концепции, способной связать их в одном системном объяснении.

Советскими историками, в первую очередь А. В. Ефимовым и Н. Н. Болховитиновым, сделано немало для изучения промышленной революции в США. Но при этом, во-первых, ощущается потребность в развитии ее общей, концепции. К числу спорных, нерешенных и недостаточно изученных проблем относятся такие, как хронологические рамки, критерии и показатели начала и завершения переворота в важнейших отраслях производства и на транспорте, рост индустриального населения и его источники, связь классообразования с процессами урбанизации и миграции, вообще вся совокупность вопросов, относящихся к социальной стороне промышленного переворота. Остается открытым и вопрос о том, какими путями шло в XIX в. индустриальное развитие основных регионов США - северо-востока, плантаторского Юга и колонизуемого Запада. Советскими американистами показаны пути аграрного развития США в XIX в., но что касается индустрии, то речь идет по существу только о промышленном перевороте, который отчасти замедлялся из-за наличия «подвижной границы», рабства в южных штатах, хотя в различных регионах страны промышленность развивалась не синхронно и не однотипно.

Если внешние предпосылки промышленной революции в США достаточно очевидны - это изобретение в Англии машин  и иммиграция рабочих, мастеровых и  даже предпринимателей в Америку, то вызревание соответствующих условий для ее начала представляет собой сложную и не до конца исследованную задачу. Она сводится в основном к вопросу об организации капиталистического производства на основе привлечения не только внешних, но и внутренних трудовых ресурсов. Главным источником наемного труда в колониальный период была иммиграция, но тогда основную роль на производстве играл квалифицированный мастеровой, а доля этих лиц в общем потоке иммигрантов была незначительной.

В ряде американских работ показано наличие в Америке XVII- XVIII вв. неимущих и бедных, особенно среди горожан (20% и более), часть которых работала на мануфактурах и судоверфях. Выдвигалась и гипотеза о массовом превращении в наемных рабочих отслуживших кабальную службу сервентов, если они не получали земли и не имели других средств существования. Однако при этом отмечалось, что и к концу XVIII в. в США еще не было условий для промышленного переворота, так как отсутствовала возможность беспрепятственной массовой эксплуатации рабочей силы. Действительно, «избыточного» населения в американских колониях не создавалось, и в этой связи случаи прямого найма рабочих на производство мало показательны. Иммигранты и колонисты, в том числе малоимущие, энергично боролись за обладание землей, арендовали или приобретали фермы в долг". Поэтому торговый капитал пытался овладеть рядом промыслов, которыми традиционно занимались на дому фермеры.

Организация мелкого производства торговцами - поставщиками сырья и  скупщиками готового товара придавала  ему черты капиталистического предприятия. Такая организация стимулировалась в США и нехваткой свободных рабочих рук, и преобладанием мелких фермеров, готовых взяться за оплачиваемую работу или получать за свой труд часть сырья или изделий. Наемные рабочие, особенно иммигранты, стремились при первой возможности уйти с предприятия, чтобы обзавестись фермой. Но американским промышленникам удавалось устанавливать производственные связи с фермерами как с обработчиками сырья и потребителями готовой продукции.

Это и послужило основой для организации ряда производств на капиталистических началах - обувного, шляпного, кожевенного, гвоздильного и других. С использованием труда не только рабочих, но и кустарей была создана текстильная, в первую очередь хлопчатобумажная промышленность США, ставшая важнейшей фабричной отраслью страны. Несмотря на ввоз готовых высококачественных изделий из Англии, американскому полуфабрикату - изготовленной машинным способом бумажной пряже, нашлось место на национальном рынке, поскольку ее приобретали широкие массы фермеров для домашнего тканья, а перед англо-американской войной 1812-1815 гг. владельцы предприятий уже не ограничивались выпуском пряжи и раздавали ее для тканья на дом, то есть становились организаторами всего процесса. Механизация ткачества в 1820-е годы устранила этот кустарный сектор, а главным рынком сбыта стал быстро заселяемый Запад.

Хлопкопрядение развивалось сразу  на машинной основе, минуя предварительную  стадию ручного труда. Отсюда - различные  хронологические рамки мануфактурной  стадии в хлопчатобумажной и шерстяной промышленности. В первом случае она фактически отсутствовала (существование заведений мануфактурного типа с прялками «дженни» в 90-е годы XVIII в. было непродолжительным). С начала XIX в. уже происходил быстрый рост фабричной системы: в 1810 г. на предприятиях, созданных по образцу фабрик английского предпринимателя Р. Аркрайта, было 70% веретен. Производство шерстяных изделий в силу его большей сложности было механизировано в несколько этапов; оно развивалось по пути перерастания централизованной мануфактуры в фабрику. Переход здесь был более плавным и затянулся до 1830-х годов.

На основании промышленных переписей можно сделать вывод, что на северо-востоке США в 1840 г. фабричное шерстяное производство превышало домашнее (за исключением штатов Мэн и Нью-Йорк, где домашняя продукция уступала лишь совокупной стоимости бумажных и шерстяных материй). В целом по стране в том году стоимость всей текстильной промышленной продукции составила около 74 млн. долл., а всех видов изделий, вырабатываемых на дому,- 29 млн. долларов. На Юге и Западе США в 40-50-е годы XIX в. текстильная промышленность развивалась слабо, но среди немногочисленных мастерских уже выделялись предприятия, дававшие основной объем продукции на местах. Однако в результате промышленного переворота главным центром фабричного текстильного производства стал северо-восток.

Если начало промышленного переворота в США открывается машинным хлопкопрядением, фабричный тип которого утвердился в конце первого десятилетия XIX в., то окончание технического перевооружения двух важнейших отраслей текстильной промышленности относится к началу 1830-х годов. Имеются данные, что по механизации ткачества северо-восточные штаты к тому времени уже превзошли Англию, где ручных ткацких станков было значительно больше, чем механических, так как Англия специализировалась на выделке тонких материй, чтобы завоевать мировой рынок. Правда, по ряду абсолютных показателей хлопчатобумажная промышленность США и в 1860 г. заметно отставала от британской 1833 г., но по ткацким станкам американское предприятие в среднем превосходило английское (по стране в целом - на 33 %, по Новой Англии - на 88%, штату Массачусетс - на 127%). К началу гражданской войны в США производилось вдвое больше бумажных материй на душу населения, чем в Великобритании.

Ефимов и Болховитинов уже отмечали, что к началу 1860-х годов на северо-востоке США появилось крупное заводское машиностроение, что, наряду с прочими признаками, свидетельствует о вступлении промышленного переворота в завершающую фазу (производство машин машинами). Другая точка зрения изложена в статье А. И. Блинова, который указал на наличие в стране и мелких заведений этого профиля и утверждал, что промышленный переворот вообще завершается с созданием специализированной отрасли по выпуску металлорежущих станков, для чего в США потребовалось еще 20 лет. Но такая постановка вопроса едва ли правильна уже по той причине, что создание такой отрасли не только в американской, но и в мировой практике происходит не ранее последней трети XIX в., а промышленная революция в Англии, тем не менее, завершилась к середине столетия (иначе пришлось бы признать, что она продолжалась более века). Кстати, по данным Л. К. Хантера, в 1860 г. самые мелкие машиностроительные заведения (23 %) дали всего 5 % продукции этой отрасли.

Для общей характеристики промышленного прогресса на основе машинной техники существенно то обстоятельство, что в XIX в. мануфактура, а нередко и ремесло, развивались  как механизированный уклад в  ряде производств. Это происходило не только на северо-востоке, но также на Юге и Западе США. Наряду с самим промышленным переворотом, создающим, прежде всего крупную индустрию, механизация способствовала параллельному развитию мелких производств. Обращает на себя внимание оснащенность даже небольших мастерских паровыми машинами; особенно много было их в Филадельфии.

Промышленный переворот в черной металлургии США до недавнего  времени почти не исследовался советскими американистами. Отмечалось лишь отставание - этой отрасли вплоть до начала Гражданской войны и не учитывалось, что общепризнанное развитие машиностроения и других металлоемких производств едва ли мыслимо без крупных качественных сдвигов в металлургии. За основной критерий был взят нехарактерный для США середины XIX в. показатель (слабое применение кокса), наличие большого числа мелких и устаревших заводов. Американские исследователи также не сумели в полной мере оценить вытеснение мануфактурной металлургии приемами, наиболее передовыми для первой половины XIX в., какими являлись плавка руды на каменном угле, пудлингование и прокатка, изобретенные в XVIII столетии в Англии.

В США переворот в  этой отрасли производства произошел  позднее, но в значительно более  сжатые сроки и в обратной последовательности: он начался с внедрения прокатки в железоделательном производстве и завершился переводом основного объема выплавки чугуна на минеральное топливо, причем в США в середине XIX в. им был не кокс, как в Англии, а преимущественно антрацит, доступные залежи которого имелись на востоке Пенсильвании. Основными потребителями проката стали железные дороги, хотя для этой цели в 40-50-е годы XIX в. шло не более 20% американского чугуна. Однако утилизация износившихся рельсов как отечественных, так и ввозимых из Англии, и наращивание их собственного производства способствовали созданию в США перед Гражданской войной мощной прокатной индустрии, а это, в свою очередь, потребовало перехода всего производства на каменный уголь и создания крупных заводов-комбинатов, оснащенных паровыми двигателями. С учетом всех видов используемого минерального топлива (антрацит, кокс, коксующийся уголь и их смеси) выпуск чугуна старым способом, то есть на древесном угле, снизился за 1854-1860 гг. с 47% до 30% и продолжал неуклонно снижаться (в 1890 г.- 7%).

Перед Гражданской войной и даже после нее в стране сохранялось  еще довольно много металлургических предприятий устаревшего типа, в  том числе мелких кричных горнов. Но по объему и стоимости продукции (10-20%) они сдали свои позиции во всех основных регионах США. Кричные горны превратились в придаток крупного железопрокатного производства, и лишь небольшая часть их продукции самостоятельно поступала на рынок. Впрочем, пудлингование не сыграло такой большой самостоятельной роли в развитии американской металлургии, какую оно имело в Англии, где просуществовало с конца XVIII в. до 1860-х годов. В США бессемеровский способ получения стали начал применяться после окончания Гражданской войны, то есть практически сразу после того, как каменный уголь, пудлингование и прокатка в основном успели вытеснить технологию эпохи мануфактуры.

С обоснованием вывода о  завершении к началу 1860-х годов  промышленного переворота в черной металлургии мы получаем достаточно полную картину перехода от мануфактуры  к фабрике в важнейших, решающих отраслях американской индустрии.

Первостепенными экономическими показателями успехов промышленной революции в США стало достижение к 1840 г. решающего перевеса продукции  промышленного сектора над домашними промыслами в масштабе страны, а к 1860 г. - выдвижение США на второе место в мире по промышленному производству. По общей протяженности внутренних коммуникаций, обслуживаемых паровым транспортом, США вышли на первое место, обогнав Англию. К 1860 г. промышленный переворот в основном уже завершился на северо-востоке, и это имело решающее значение для индустриализации всей страны в последней трети XIX века,

Прежняя датировка окончания  промышленной революции 70- 80-ми годами XIX в, справедливо критиковалась Н. Н. Болховитиновым, но дело не только в том, что она оставляет слишком мало времени на индустриализацию. Фабричное производство побеждает в масштабах ведущих народнохозяйственных отраслей, а не в зависимости от его появления в самых отсталых районах - США этот процесс не завершился и к концу XIX в., учитывая медленное хозяйственное освоение значительной части Дальнего Запада, Аляски, аграрную специализацию ряда районов. Судить же об уровне индустриального развития страны, отличающееся очень существенной хозяйственной неоднородностью отдельных ее частей, можно только по тому району, который является промышленным, то есть находится в приблизительно одинаковых условиях с промышленными западноевропейскими странами.

Наиболее сопоставим с развитием западноевропейских стран северо-восток США, Здесь промышленному перевороту предшествовал мануфактурный период. Эта область была раньше освоена в хозяйственном отношении, наиболее урбанизирована, располагала максимальной плотностью населения и густой транспортной сетью. В первой половине XIX в. она стала, наряду с эмиграцией, источником заселения окраин, то есть как бы внутренней метрополией по отношению к колонизуемым землям. В 1860 г. 67,3%, а в 1900 г. 52,4% стоимости всего промышленного производства в стране приходилось на Новую Англию и среднеатлантические штаты.

В зоне колонизации индустриальное развитие не получило сколько-нибудь выраженной мануфактурной подготовки. Мелкое, в том числе домашнее, производство стихийно возникало и там, но одновременный динамичный рост индустриального сектора в северо-восточных штатах и революция на транспорте практически исключили стадиальный путь создания промышленности на новых землях. Изучение архива промышленной переписи 1860 г. показало, что и в самых молодых штатах, где промышленность только зарождалась, даже мелкие заведения с несколькими рабочими нередко имели паровой двигатель. Времени на мануфактурную стадию почти не оставалось, точнее, она приняла механизированную форму. Даже для заведений с ручным трудом, несмотря на их появление в первой половине XIX в., мануфактурный период оказался сильно укороченным. Кроме того, углублявшееся экономическое районирование способствовало ориентации Запада главным образом на переработку пищевых продуктов, лесоматериалов и на изготовление сельскохозяйственной техники, тогда как промышленная революция создает, прежде всего, фабричное текстильное производство.

Проводившуюся на Юге  машинизацию некоторых отраслей промышленности также нельзя назвать  промышленным переворотом, прежде всего  потому, что в ней использовался  и в широких масштабах труд рабов. Распространению там машинной техники не соответствовал характер утвердившихся на Юге производственных отношений, а само развитие фабричной системы имело до Гражданской войны второстепенное значение, так как в этом регионе преобладала промышленность по первичной обработке сырья - хлопка, табака, риса, сахарного тростника, древесины и т. п.

При рассмотрении проблемы формирования рабочего класса США также  следует исходить из того, что условия  и предпосылки этого процесса были неодинаковыми в различных частях страны. На северо-востоке основным фактором классообразования стал промышленный переворот, на свободных землях Запада - их колонизация, а на Юге этот процесс фактически не развертывался из-за того, что функцию промышленных рабочих выполняли рабы.

В основе образования  промышленного рабочего класса лежит  присущий самой природе капитализма  закон ускорения роста индустриального  населения за счет аграрного на этапе  создания крупной машинной промышленности. На северо-востоке США действие этого закона проявилось особенно рельефно. В 1820-1840 гг. прирост промышленного населения Новой Англии более чем втрое превысил прирост аграрного, тогда как в колонизуемых штатах - Иллинойсе, Индиане, Мичигане и Огайо - в 1,5 раза (в Мичигане население, занятое сельским хозяйством, в те годы росло быстрее промышленного). При этом процент занятых в промышленности на северо-востоке США был в 3-4 раза больше, чем на Западе, где подавляющее большинство жителей занималось сельским хозяйством, а их прирост был почти таким же быстрым, как и в промышленном секторе.

Показателен и процесс урбанизации. В Новой Англии за 1840- 1860 гг. прирост городского населения составил 164,5%, сельского - только 10,4%. В штатах же Иллинойс, Индиана, Айова, Мичиган, Висконсин, Орегон и Калифорния за эти годы число горожан увеличилось с 30 тыс. до 666 тыс., а сельских жителей - с 1419 тыс. до 4547 тыс. человек, так что процент первых оставался незначительным - 2,1 и 12,8. Это говорит о разной степени интенсивности классобразовательного процесса на старых землях, где капитализм развивался в основном в глубь, и на новых, где его развитие происходило в основном вширь.

При этом важно то, что  в свободных штатах Запада первое поколение ремесленников и рабочих  было пришлым - либо в составе иммиграции, либо с северо-востока. В штатах, основанных в начале XIX в., промышленное население зафиксировано уже в переписях 1820-1840 годов. В штатах, основанных позднее, первопричиной появления рабочих также был переселенческий процесс. На его основе и можно было за несколько десятилетий и практически на пустом месте, не повторяя всех стадий мануфактуры и промышленной революции, проложить железные дороги к Тихому океану, создать мощную индустрию в районе Великих озер и гигантские промышленные центры, такие, как Цинциннати (в 1860 г.- третий по числу промышленных рабочих город США после Филадельфии и Нью-Йорка), Чикаго, Кливленд, Сент-Луис и др. Принципиальное значение имеет и тот факт, что основание городов на западе часто предшествовало систематической колонизации", то есть там традиционная стадиальность капиталистического развития проявлялась в еще более урезанном виде, чем на Северо-востоке, где мануфактурный период был значительно короче западноевропейского.

В советской американистике справедливо подчеркивается роль иммиграции в национальных процессах, становлении капиталистического хозяйства и рабочего класса США, но внутренние источники рабочей силы не получили соответствующего освещения, что привело к недооценке их значения в промышленном перевороте 39. В фабричной текстильной промышленности США он завершился до начала массовой иммиграции в 1840-е годы, и основной контингент занятых составляли американцы - вначале главным образом дети, затем молодые женщины из фермерских семей. Иммигранты работали тогда на операциях, требовавших специальной выучки. В крупнейшем текстильном центре страны, г. Лоуэлле, который особенно привлекал ищущих работу женщин, в 1836 г. среди работавших в «Гамильтон компани» 96,3% было американского происхождения, в 1850 г.-61,4% и только перед Гражданской войной - 38,2%. Среди ремесленников Ньюарка (штат Нью-Джерси) уроженцы США составили в 1850 г. 53,5%, через 10 лет - 44,6%. Американцы преобладали среди работавших на предпринимателей кустарей, в некоторых традиционных промыслах, например, среди обувщиков г. Линна и окрестностей, на металлургических заводах г. Рединга (восток Пенсильвании), в промышленности ряда других городов северо-востока. Поток иммигрантов стал ощутимо влиять на национальный состав рабочего класса США на завершающем этапе промышленной революции.

Суть промышленного  переворота в том и состоит, что  структура капиталистического общества изменяется именно под влиянием машин, а не ввоза рабочей силы. Иммиграция стимулировала промышленный переворот  и углубляла его социальный итог, но сама являлась следствием другого процесса - бурного капиталистического развития стран Европы, в первую очередь Великобритании. При том, что американский капитализм был тесно связан с этим процессом и в XVII, и в XIX в., вряд ли можно поставить знак равенства между колониальным обществом, в котором без европейских ремесленников и мастеров практически невозможно было организовать какое-либо производство, и США XIX столетия, когда рост товарно-денежных отношений и другие факторы способствовали складыванию рынка рабочей силы.

Там, где длительное время  сохраняется связь работника с землей, существуют возможности для развития капитализма вширь, капиталистическая промышленность не застает рынок труда в готовом виде. Но крупная фабричная промышленность, особенно размещенная в сельской местности, с большой быстротой преобразует социально-экономические отношения. Возникновение новых промышленных центров стимулирует процесс отвлечения работника от земледельческого труда к промышленному, а в аграрной стране с многоукладной экономикой, широким мелкотоварным сектором,- и возникновение разнообразных переходных форм, как в сельском хозяйстве, так и в промышленности.