Роль политической партии в русской революции

О РОЛИ ПОЛИТИЧЕСКИХ ПАРТИЙ В РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Несмотря на очевидные  обстоятельства, приведшие к крушению Российской империи в 1917 году, продолжается поиск "темных сил", подготовивших, организовавших революцию, разрушивших  российскую государственность. Этому  немало способствует каждый из укрепившихся в общественном сознании упрощенных образов отечественной истории. В советский период всячески выпячивалась роль большевиков в революционных  событиях не только 1917, но и 1905 годов, и  более ранних лет. Подобные "перекосы" можно встретить и в серьезной  исторической литературе, которая, ничего, естественно, не утверждая напрямую, к месту и не к месту цитирует работы В.И.Ленина, создавая подспудное ощущение присутствия вождя мирового пролетариата во всех узловых точках российской истории.

Наличия внутреннего  врага, подточившего устои государственности, тем более требует "Россия, которую  мы потеряли". Что-то страшное требовалось  сделать со счастливой страной, оказать  фатальное воздействие, чтобы отторгнуть народ от царя и церкви, заставить "высокооплачиваемого рабочего" взять в руки оружие. Масштабы задач, требующих всесильных агентов влияния, способных на пустом месте в кратчайшие сроки ввергнуть страну в хаос, апологетов "счастливой России" не смущают.

Роль такого "организатора", руководящего центра восстания, отдающего  приказы и осуществляющего корректировку  действий, традиционно отводят политическим партиям, как выразителям интересов  определенных слоев общества.

К таким выводам  подталкивает отечественное обществоведение, которое, находясь под серьезным  влиянием догматов либерализма или  выросшего из него марксизма, рассматривает  ход истории как столкновение экономических интересов общественных групп - или, если хотите, классов (будь то, к примеру, класс буржуазии  в марксизме или средний класс  в либерализме). К этому следует  добавить формационный подход, постулирующий  поэтапную смену общественно-экономических  формаций - от устаревающих, чья организация  перестает удовлетворять запросам развивающегося общества, к прогрессивным, соответствующим моменту.

Отсюда представление  о Февральской революции как  о буржуазной - происходила закономерная смена феодальных отношений Российской империи на капиталистические. Соответственно, буржуазия должна являться ее движущей силой. Ранее также трактовалась и революция 1905 года, однако российские реалии уже вносили свои коррективы. В.И.Ленин в работе «Государство и революция» писал: «русская буржуазная революция 1905 - 1907 годов … была, несомненно, "действительной народной" революцией, ибо масса народа, большинство  его, самые глубокие общественные "низы", задавленные гнетом и эксплуатацией, поднимались самостоятельно, наложили на весь ход революции отпечаток  своих требований, своих попыток  по-своему построить новое общество, на место разрушаемого старого»

Здесь революция  по-прежнему называется буржуазной, но В.И.Ленин указывает на ее важное (и даже важнейшее) отличие от классических буржуазных революций. Подчеркивается ее народный характер, тот факт, что  народные массы "поднимались самостоятельно" и "наложили на весь ход революции  отпечаток своих требований".

В подготовке и организации  революционного взрыва можно было бы заподозрить левые партии, но и  для них обе русские революции  стали полной неожиданностью. Российский историк С.Мельгунов, очевидец событий, в написанной в эмиграции работе "Мартовские дни 1917 года" проводит подробный анализ политического  поля страны в дни Февральской  революции. Вот его выводы: "Несомненен факт ... что ни одна партия непосредственно  не готовилась к перевороту. Будущий  левый с.-р. Мстиславский выразился  еще резче: "революция застала  нас, тогдашних партийных людей, как евангельских неразумных дев, спящими". Большевики не представляли собой исключения - накануне революции, по образному  выражению Покровскаго, они были "в десяти верстах от вооруженного восстания" .

"По наблюдениям  французского журналиста Анэ, каждый русский предсказывал революцию на следующий год, в сущности не веря своим предсказаниям. Эти общественные толки, поднимавшиеся до аристократических и придворных кругов, надо отнести в область простой разговорной словесности ... создавшей психологию ожидания чего-то фатально неизбежного через какой-то неопределенный промежуток времени"

26 февраля большевики  еще колеблются. Представитель большевиков  Юренев на встрече с Керенским  категорически заявляет, что нет  и не будет никакой революции,  что движение в войсках сходит  на нет, и надо готовиться  к долгому периоду реакции.  И после столкновений демонстрантов  с полицией, после первых жертв  в прокламации, изданной Междурайонным Комитетом 27 февраля, как отмечает Мельгунов, "рабочая масса призывалась к организаций "всеобщей политической стачки протеста" против "бессмысленного", "чудовищного" преступления, совершившегося накануне, когда "Царь свинцом накормил поднявшихся на борьбу голодных людей", и когда в "бессильной злобе сжимались наши кулаки", - здесь не было призыва к вооруженному восстанию" .

В этих условиях спешно сформированный Временный Комитет  Госдумы был просто поставлен  перед фактом - погибнуть или возглавить революцию. Возобладал здравый смысл  и инстинкт самосохранения. А то, что в Комитете преобладали буржуазные элементы... таков был состав IV Государственной  думы.

Так Февральская  революция стала "буржуазной" - безо всяких к тому оснований. "Снизу" происходила именно социалистическая, народная революция под давно  сформулированными лозунгами о  равенстве, братстве, о мире, национализации земли и т.д. Буржуазные партии физически  не могли удовлетворить этих требований. Фактически, революция в феврале  не только не закончилась, но не была даже и приостановлена, в октябре большевики завершили ее логическое развитие, сделали то, к чему оказались не готовы в феврале - осознанно возглавили революционную массу, взяв власть в  свои руки, потеснив Временное правительство, которое, в силу непреодолимых обстоятельств, оказалось у руля, не будучи к  этому готово и не представляя  себе программы дальнейших действий.  

***

Существенной роли в революционных события 1905 - февраля 1917 годов политические партии, таким  образом, не сыграли. Их функция как  организационной силы проявилась позже - в тот короткий промежуток междувластия, который, по воле обстоятельств, сложился между Февралем и Октябрем.

И тем не менее, понимание  русской революции невозможно без  представления о сложившемся  к началу XX века в стране политическом поле. Организационные формы партий, интеллектуальная борьба представителей различных идеологий являются принципиальными  вопросами, без знания которых невозможно понять дальнейшую конфигурацию политических сил, причины, толкнувшие "легальных  марксистов" в стан либеральных  кадетов, марксистов-меньшевиков в  белое движение, а народников-эсеров, черносотенцев и значительную часть  царского офицерского корпуса в  ряды большевиков-"интернационалистов".

ГЛАВА 25. КАДЕТЫ: МАРКСИСТЫ, МОНАРХИСТЫ ИЛИ ЛИБЕРАЛЫ?

Правый лагерь российской политической арены был представлен  Конституционно-демократической партией (КДП, к.-д., кадеты), ведущей свою историю  от западнического направления российского  либерализма XIX века. Организационно партия сложилась из слияния «Союза освобождения»  и левого крыла «Союза земцев-конституционалистов».

 Возникший в  1903 году «Союз освобождения» представлял  собой объединение кружков сторонников  журнала «Освобождение» (22 кружка  в крупнейших городах России). Издатель бывший РСДРПэровец Струве

Характерно, что в  этой позиции нет скрытых или  явных противоречий - позицию Б.П.Струве нетрудно понять, если вспомнить, что  классический марксизм предполагает поэтапный  переход от феодализма к капитализму  и лишь затем к коммунизму. Он, верный учению, сосредоточился на капиталистических  преобразованиях, большевики же задумали ересь - «перепрыгнуть через формацию». Именно учение Ленина о социалистической революции и диктатуре пролетариата наиболее враждебно воспринял Б.П.Струве.

В свою очередь «Союз  земцев-конституционалистов» вообще не представлял собой какой либо централизованной политической силы, имея крайне аморфную структуру. Созданный  князьями братьями Петром и Павлом Долгоруковыми, крупными землевладельцами, он стремился к согласованию позиции  земцев – сторонников конституционной  монархии, для проведения единой линии  на общеземских съездах. Также «Союз» ставил своей целью подготовку обращения к Николаю II с ходатайством о введении конституции.

Из этих внешне совершенно противоположных нелегальных организаций  в 1905 году возникла либеральная партия кадетов, впитавшая в плоть и  кровь противоречия своих фундаторов. Наиболее ярко это проявилось в личности ее лидера П.Н.Милюкова. В 1899 году он был осужден на 6 месяцев тюрьмы (с запретом проживания в столице) за участие в политическом собрании в память о П.Л.Лаврове (Миртове) - теоретике революционного народничества, активисте «Земли и Воли». Милюков председательствовал на этой встрече.

В начале 1905, выступая на съезде профессиональных союзов 24 мая 1905 года («Союз союзов» - инженеров, профессоров, учителей и т.д.), он огласил свое воззвание к народу, в котором «была выдвинута идея Учредительного Собрания», на которое возлагалась обязанность «как можно скорее покончить с войной и с господствующим до сих пор политическим режимом»

Чуть  позже задачи Конституционно-демократической  партии он определял  как построение в  России конституционной  и парламентской  монархии (а не республики), причем приветствовал  борьбу уже не революционную, а парламентскую.

Программа партии, следуя западническим традициям, декларировала  верховенство закона, строгое соблюдение прав личности, другие либеральные  принципы. Объективно их осуществление  в условиях абсолютной монархии было фикцией, точно так же, как и  достижение конституционной монархии нереволюционным, «парламентским путем» - разве что думские кадеты уговорили  бы Николая II поделиться властью. Подстать были и другие требования: создание ответственного перед Думой правительства, всеобщего избирательного права, реформы местного самоуправления и суда, передачи крестьянам помещичьих и церковных земель за выкуп. Нормальные требования. Просить, как показывает практика, можно было до бесконечности. Собственно, эта «говорильня» и продолжалась на всем протяжении работы II – IV Государственных дум.

Кадеты приветствовали начало Первой мировой войны, фактически, отказавшись от политической борьбы. В заявлении ЦК партии, оглашенном на заседании 26 июля 1914 года П.Н.Милюковым, говорилось: «Мы боремся за освобождение Родины от иноземного нашествия, за освобождение Европы и славянства от герм. гегемонии, за освобождение всего мира от невыносимой  тяжести всё увеличивающихся  вооружений... В этой борьбе мы едины; мы не ставим условий, мы ничего не требуем»

В 1916 году, находясь с делегацией Госдумы за границей, Милюков произнес свою знаменитую фразу  «Мы не оппозиция Его Величеству, мы - оппозиция Его Величества». Правда, чуть ранее он выступил инициатором  создания «Прогрессивного блока», который  считал «кульминационным пунктом» своей  политической карьеры. В его программе  предлагалось: «Создание... пр-ва... из лиц, пользующихся доверием страны... Радикальное  изменение приемов управления... общая амнистия за полит, и религ. преступления и проступки, возвращение полит. ссыльных, прекращение религ. преследований, дарование автономии Польше, отмена ограничений, налагаемых законодательством на евреев, запрещение преследования украинцев в России и Галиции, восстановление проф. рабочих союзов, ...уравнение крестьян в правах с др. классами, ...реформа гор. и земских учреждений»

После Февраля Милюков  так характеризовал политику партии кадетов: Партия «не была ни партией  «капиталистов», ни партией «помещиков», как ее старалась характеризовать  враждебная пропаганда. Она была «надклассовой» партией, не исключающей даже тех  надклассовых элементов, к-рые имелись в социализме. Она отрицала лишь исключит, классовый характер социалистической доктрины и то, что в тогдашнем социализме было антигосударственного и утопического. И в этом отношении ее взгляды поневоле разделялись всей той умеренной частью социализма, к-рая вместе с нею делала «буржуазную» рев-цию».

Главную либеральную  партию Российской империи, таким образом, на протяжении всей ее истории мотало то вправо, то влево. Она отрастила "крылья", внутри партии началась межфракционная борьба, причем, представитель правого крыла партии Б.П.Струве требовал от ее левого крыла и лично от Милюкова прекратить "косить влево", имея в виду заигрывания с социал-демократами.

Партия кадетов  была и социалистична, и капиталистична, и провластна. И, что весьма закономерно при таких шатаниях, объективно мало дееспособна - как в выражении своих целей (и, соответственно, в поддержке населения), так и в стремлении их добиться.

Численность партии кадетов постоянно колебалась, достигнув  пика во время революции 1905 года, после  чего наступил длительный спад. Специалисты  оперируют следующими цифрами: «Во  время расцвета КДП (весна - лето 1906 г.) в партии состояло около 50-55 тыс. членов, хотя сами кадеты полагали, что  их было не менее 100 тыс. После поражения  революции 1905-07 гг. число организаций  КДП за полгода уменьшилось в  пять раз, а численность партии - вдвое (до 20-25 тыс.). Накануне Первой мировой  войны численность кадетской  партии не превышала 10-12 тыс. человек» .

Русская монархическая  партия (РМП)

Русская монархическая  партия (РМП), одна из крупнейших право-монархических  организаций, основанная В.А. Грингмутом.

Деятельность по созданию РМП Грингмут начал сразу после Манифеста 18 февраля 1905. 24 апр. 1905 состоялось первое собрание кружка единомышленников, по результатам которого при редакции «Московских ведомостей» было создано Центральное бюро (этот день и стало принято считать днем рождения РМП). Затем был большой перерыв, и следующие собрания прошли только 1 и 9 сент. 6 окт. на собрании были обсуждены программа и план выборной кампании. Однако революционные выступления побудили членов создаваемой партии к более активным действиям. Собрание 18 окт., прошедшее на следующий день после выхода известного Манифеста, как писал Грингмут, «под свист и улюлюканье уличной толпы» положило начало борьбе с революционерами. На собрании 20 ноября были приняты решения: заключить тесный союз с др. патриотическими организациями для совместной борьбы с революцией; обратиться к Государю с заявлением о верности коренного Русского Народа присяге и о желании укреплять Самодержавие.

Результатом объединительной  деятельности стало создание Всенародного Русского Союза, объединившего все  наличные московские монархические  организации (РМП, Союз Русских Людей (СРЛ), Московский Союз Русского Народа (СРН), Общество Русских Патриотов, Кружок москвичей и др.). А 1 дек. 1905 состоялся  Высочайший прием депутации от правых организаций, во время которого с  приветственным и ободрительным  словом к Императору Николаю II от имени  русских монархистов обратился  основатель РМП В. А. Грингмут. После того, как 6 дек. появилось обращение, зовущее к открытому бунту, по инициативе Грингмута на Красной площади состоялось всенародное моление за Царя и Родину. Несмотря на неприкрытый революционный террор, в назначенный час к центру города пришли многие тысячи православных русских людей, которые во главе с архипастырями молились Богу об умирении Отечества.

В 1906 началась планомерная  работа по организационному и идейному обеспечению деятельности РМП. Было открыто несколько отделов партии: 5 марта — в Егорьевске, 6 марта  — в Богородске, 10 марта — в  Павловском Посаде и т.д. Появилось также и 3 отдела в самой Москве: Дорогомиловский, Лефортовский и Басманный. В др. городах начали возникать партии с аналогичным названием (самая известная — в Киеве), но они организационно не были связаны с московской РМП. С 5 февр. по 17 дек. 1906 состоялось 11 собраний РМП, наиболее важными из них были собрания 26 февр., 9 июля и 8 авг. 26 февр. на 2-м общем собрании с обстоятельным докладом выступил председатель партии В. А. Грингмут: рассказал об итогах 1-го Всероссийского съезда Русских Людей в Санкт-Петербурге 8—12 февр. 1906 (Всероссийский съезд Русского Собрания); дал разъяснение о подготовке к выборам в Государственную Думу; проинформировал о деятельности провинциальных отделов. На собрании с речами также выступили В. Г. Орлов, Л. В. Геника, К. Н. Пасхалов, Л. Н. Бобров, А. С. Шмаков, Б. В. Назаревский и др. 8 июля 1906 в день Казанской иконы Божией Матери Император Николай II распустил революционную Государственную Думу. Монархисты, давно чаявшие этого, на следующий день провели собрание, на котором приняли решение поднести к образу Богородицы в Казанском соборе серебряно-вызолоченную с эмалью лампаду, украшенную драгоценными камнями с надписью «Русские монархисты в призывание молитвенной помощи от Царицы Небесной Царю Самодержцу Всероссийскому в память 8 июля 1906». Роспуск Думы обрадовал монархистов, однако вскоре появились слухи, что правительство ведет закулисные переговоры с представителями либеральных партий. В послании к государю выражалась надежда, что распущенная Государственная Дума будет теперь навсегда упразднена. При этом, не ставя никаких условий и выражая полное повиновение Царской воле, члены РМП предлагали по крайней мере изменить избирательное законодательство: «Если же Ты, Великий Государь, решил еще продолжить опыт с Государственною Думою, то мы исполним Твою Волю и приложим все старания к достижению возможно лучших результатов на предстоящих выборах; но таких результатов мы ни в каком случае не достигнем, если выборы будут происходить на основании прежних избирательных законов и в особенности, если в них будут принимать участие евреи». Однако, избирательный закон был изменен только после опыта со II Думой.

 Адрес заканчивался  призывом-мольбой к Монарху: «Родимый  Ты наш Кормилец, внемли воплю  русской души, сними, наконец,  путы с русского духа, дай Русским  людям возможность жить по-русски  с Неограниченным Самодержавным  Царем во главе, и тогда народ  Твой богатырь встанет во весь  свой рост, вздохнет всею грудью  и, уповая на милость Божию,  пока-жет своим изменникам и другим народам, что рано они собрались петь по нас панихиду. Прости, Великий Государь, за наши слезы, — сил нет переносить наше унижение и наши страдания». В 1906 в качестве своего рода диспут-клуба при РМП начало функционировать Русское Монархическое Собрание, которое призвано было обсуждать программно-теоретические вопросы монархического движения. Первоначальные программные положения РМП разрабатывались В. А. Грингмутом весной-летом 1905 в его статьях, опубликованных в «Московских ведомостях». В к. 1905 ( н. 1906 эти публикации были сведены в единую Программу. РМП объявляла своей главной задачей «сохранение Самодержавия». Необходимость реформ не отрицалась, но, во-первых, их предлагалось проводить только после прекращения смуты, а, во-вторых, они должны основываться на триаде «Православие, Самодержавие и Русская народность». Программа провозглашала Православную Церковь «залогом укрепления Самодержавия и благоденствия Русского Народа», выдвигала требования сохранения ее первенствующего положения в Империи и ее роли духовного и нравственного руководителя государства и народа. Вторая основа реформирования — неограниченное Самодержавие — без него, согласно Программе, Россия просто не может существовать. Реформы должны основываться также на «свободном развитии Русской национальной и культурной идеи по всей Империи, но без стеснения местных национальных особенностей, не имеющих политического значения». Это означало, прежде всего, что должны сохраняться: единство и целость Российской Империи, единый русский государственный язык, единый русский закон, единая русская государственная школа. Отвергая идею законодательного органа, Программа РМП предлагала оригинальный способ участия народа в высшем государственном управлении — через реорганизацию Государственного Совета. Теперь в нем заседают бывшие государственные деятели, имеющие служебный опыт, но не имеющие жизненного, — считал Грингмут, — поэтому они не приносят должной пользы. И предлагал назначить в Госсовет выдающихся русских деятелей, имеющих заслуги не только на государственном поприще, но и в др. сферах, которые могут быть советниками Царя в делах законодательства. Однако они не должны ограничивать Государя своими решениями. Программа требовала сохранения сословного строя Русского Народа, особенно духовного, дворянского и крестьянского сословий. В решении вопроса о бюрократии Программа исходила из того, что парламентаризм сам по себе не даст хорошей бюрократии. Освободить от дурной бюрократии может только Неограниченный Самодержец путем привлечения к суду всех неисправных чиновников по почину любого верноподданного. В решении крестьянского вопроса РМП выступала против «незаконных методов ликвидации малоземелья» (захват чужой собственности, принудительное отчуждение крупных владений), ибо неприкосновенность «имущественных прав — важнейший залог здорового развития и процветания государства и прочного укрепления народной нравственности». Проблема малоземелья должна решаться исключительно законными мерами: повышением производительности земли, распространением дешевого мелкого кредита, организацией сельскохозяйственных школ, широкой организацией переселения не только крестьян, но и помещиков. Все эти меры требовали, прежде всего, энергичной помощи со стороны правительства, которое, напротив, в целях привлечения иностранного капитала забросило сельское хозяйство и сосредоточило усилия только на промышленности. 

У РМП не было отдельного устава, однако ряд необходимых уставных требований содержался в Программе: членами партии могли быть только русские подданные обоего пола, всех сословий и вероисповеданий (за исключением  евреев); официальным органом партии объявлялась газета «Московские  ведомости» и т. д. В целях противодействия  образованию внутри партии фракций  специально оговаривалось, что «принцип оспаривания основных положений  не допускается», кто не согласен хотя бы с одним из них, в партию не вступает или исключается из нее. 

В1907 главные усилия Грингмута и др. лидеров РМП были направлены на сплочение патриотических сил. 18 февр. было заключено соглашение об объединении двух крупнейших монархических организаций Москвы — РМП и Московского отдела СРН — в единый Монархический Союз Русского Народа. Основные условия соглашения были следующими: основатель и председатель СРН Н. Н. Ознобишин становился почетным председателем новой партии, а Грингмут — действующим; полное слияние планировалось осуществить с 1 янв. 1908; в течение 1907 сохранялось раздельное делопроизводство и финансы, но проходили объединенные собрания (всего было проведено 8 таких общих собраний). 15 апр. была торжественно освящена хоругвь РМП, которую исполнил известный иконописец, поставщик Высочайшего Двора В. П. Гурьянов при содействии проф. живописи В. М. Васнецова и инокинь Иоанновского монастыря. Хоругвь представляла собой несколько видоизмененную копию знамени кн. Д. И. Пожарского, чем подчеркивалась преемственность служения монархистов Богу, Царю и Отечеству. 

Внезапная кончина  основателя партии и признанного  вождя московских монархистов В. А. Грингмута (а 17 дек. 1906 он был избран пожизненным председателем партии) нанесла серьезный удар по деятельности РМП. Ряд проектов председатель партии обеспечивал лично своим высочайшим авторитетом, влиянием в высших сферах и просто необходимым уровнем компетентности по целому ряду вопросов. Преемником Грингмута на всех постах в монархических организациях Москвы стал прот. И. И. Восторгов, бывший его заместителем при жизни. С 1908 РМП была преобразована в Русский Монархический Союз. 

Десятилетие основания  РМП как ввиду войны, так и  ввиду расколов в монархическом  движении, широко не отмечалось, откликнулись только «Московские ведомости», опубликовавшие 24 апр. 1915 редакционную статью, посвященную  юбилею.