Скандинавія

Скандией (Scandza, Scadinavia) древние писатели называли Скандинавский полуостров, а также прилегающие к нему острова.

К началу средневековья большую  часть Скандинавии и Ютландии населяли племена, составлявшие северную ветвь германских племён.

В южной части Скандинавского полуострова, в области озёр Венерн и Веттерн, жили гёты, или ёты (в некоторых памятниках они называются гауты и геаты). Южная часть современной Швеции сохранила старинное название — Гёталанд (Ёталанд), т. е. земля гётов (ётов). Несколько севернее гётов, в области вокруг озера Меларен (в современной Средней Швеции) жили свеи(свионы, или свеоны у древних авторов). Отсюда Свеаланд — земля свеев, или шведов.

В западной части Скандинавского полуострова (современная Норвегия) жило большое  количество мелких племён: раумы, рюги, хорды, тренды, халейги и др. Это были предки современных норвежцев. На островах Датского архипелага, в соседних с ними областях Южной Скандинавии (Сконе и др.) и на Ютландском полуострове жили даны (отсюда датчане).

Кроме германских племён на Скандинавском  полуострове (в северных областях Швеции и Норвегии) жили племена финнов (Отсюда название самой северной области  Норвегии — Финмарк.). Этим именем в древнескандинавских источниках называются саамы (лопари). К началу средневековья и даже значительно позже эти племена находились на стадии устойчивого родового, первобытнообщинного строя. У скандинавских германских племён в это время уже шёл процесс разложения первобытно-общинных отношений, хотя и более медленно, чем у германских племён, живших ближе к границам Римской империи. Скандинавия, расположенная на северной окраине европейского континента, мало подвергалась римскому влиянию.

Основными занятиями населения  Скандинавских стран в раннее средневековье были скотоводство, земледелие, охота, рыболовство и мореплавание. Для плужного земледелия наиболее благоприятные  условия были в Ютландии (в средней  части полуострова и особенно на прилегающих к нему датских  островах), в южной части Скандинавии  и в Центральной Швеции, в Упланде — области, прилегающей к озеру Меларен. Здесь возделывали рожь и ячмень. С дальнейшим развитием земледелия в Скандинавии появились такие культуры, как овёс, лён, конопля и хмель.

Но земледелие было развито далеко не во всех областях Скандинавии. В  обширных районах северной и западной части Скандинавского полуострова, т. е. в Норвегии и в большей  части Швеции, а также в северной части Ютландского полуострова имелось очень мало удобных для возделывания земель. Большая часть территории здесь была занята лесами, горами и болотами; географические условия, особенно климатические, рельеф местности и пр.; были мало благоприятны для земледелия. Им здесь занимались в сравнительно небольшой степени. Возделывали преимущественно ячмень, меньше — рожь.

Главными занятиями населения  в этих областях Скандинавии оставались скотоводство, охота, особенно на пушного  зверя, рыболовство. На крайнем севере Норвегии и Швеции важную роль играло оленеводство.

Особенно большое значение в  Скандинавии приобрело рыболовство. Это объясняется исключительно  благоприятными условиями: большой  протяжённостью береговой линии, сильно изрезанной и изобилующей множеством удобных для стоянки судов  бухт, заливов и других естественных гаваней, наличием корабельного леса и  железа (добываемого из болотной руды, а позже и горнорудного), необходимых  для постройки прочных морских  судов и др.

Со значительным развитием рыболовства  было тесно связано также развитие мореплавания и мореходных знаний. Жители Скандинавии и Ютландии, которых  в средние века часто называли общим именем норманны (буквально  «северные люди»), были смелыми мореплавателями, совершавшими на своих довольно больших  по тем временам судах (многовёсельных парусных ладьях), вмещавших до сотни воинов, далёкие плавания. При этом норманны занимались не только рыболовством, но и торговлей, часто носившей тогда полуразбойничий характер, и прямым грабежом — пиратством.

По мере разложения родовых отношений  у скандинавских племён совершался переход от родовой общины к сельской, соседской общине. Вместе с тем  росло социальное расслоение. Родо-племенная знать всё более резко выделялась из массы свободных общинников, усиливалась и власть военных вождей, а также жречества. Всё большую роль при этом начинала играть дружина, с которой военный вождь делился захваченной во время войн добычей. Всё это содействовало дальнейшему разложению общинных порядков, усилению социальной дифференциации и постепенному образованию классов. Возникали союзы племён во главе с королями (конунгами) и зарождались первые, ещё весьма непрочные, политические объединения — предшественники раннефеодальных Скандинавских государств.

Скандинавские страны, как и многие другие, не переживали рабовладельческой  стадии развития. Здесь, однако, существовало патриархальное рабство. Особенное  развитие рабовладельческий уклад  получил в Скандинавии в IX—XI вв., когда отдельные военные вожди  начали предпринимать далёкие морские  походы с целью грабежа, торговли и захвата военнопленных, которых  норманны продавали в другие государства  в рабство, а отчасти использовали и в своём хозяйстве.

В экономически более развитых районах  Скандинавии, особенно в Дании, в  Южной Швеции, а отчасти и в  Средней Швеции, рабский труд имел большее распространение. Возвышавшаяся над массой свободных общинников родотплеменная и военно-землевладельческая знать эксплуатировала в своём хозяйстве значительное количество рабов, по большей части уже имевших наделы, т. е. посаженных на землю. Эта знать начинала подчинять себе и свободных крестьян. Пережитки рабского труда сохранили в Скандинавии немалое значение и позже, вплоть до XIII и даже до начала XIV в., однако основой производства рабство не стало.

На путь феодального развития Скандинавские  страны вступили только в IX— XI вв., причём самый процесс феодализации проходил в Скандинавии медленнее, чем  в большинстве стран Западной Европы. Свободное крестьянство, хотя и в уменьшавшемся количестве, существовало в Скандинавии на протяжении всего средневековья. Существовала и была широко распространена в течение  всего средневековья общинная собственность  на необработанную землю, на пастбища, луга, леса, болота и другие угодья. При сохранении значительного слоя самостоятельного свободного крестьянства в Норвегии и Швеции не утратили личной свободы и феодальние держатели, что составляло важную особенность развития феодализма в Скандинавии.

В большей части Швеции и Норвегии, где земледелие не стало основным занятием населения, обычно отсутствовали  условия для возникновения крупных  феодальных хозяйств с большими господскими  полями, для обработки которых  потребовалось бы применение барщинного труда крепостных крестьян. Здесь  феодальная эксплуатация выражалась главным  образом в продуктовой ренте  и в некоторых других натуральных  повинностях зависимого населения.

В Дании же, т. е. в Ютландии, на датских  островах и в Сконе (в южной части Скандинавии, входившей в средние века в состав датских владений) земледелие составляло основную отрасль хозяйства. Поэтому здесь впоследствии значительную роль играло крупное феодальное поместье с барщиной и крепостничеством.

Развитие феодализма в Дании

Феодальные отношения в Дании  начали развиваться раньше, чем в  других Скандинавских странах. Это  было обусловлено более значительным, чем в других областях Скандинавии, развитием земледелия и связанных  с ним отраслей хозяйства, более  ранним распадом родовых отношений  и переходом к сельской общине, разложение которой и привело  к образованию предпосылок для  перехода к феодализму. Некоторое  значение имело и то обстоятельство, что Дания вследствие своего географического  положения больше, чем Норвегия, не говоря уже о Швеции, была связана  с феодальными странами Западной Европы и, следовательно, её общественный строй в большей степени мог  испытывать воздействие сложившихся  в этих странах порядков.

Раньше, чем в других Скандинавских  странах, начало складываться в Дании  и раннефеодальное государство. Ещё в VIII в. король (конунг) Гаральд Боевой Зуб, по преданию, объединил под своей властью всю Данию и южную часть Скандинавского полуострова (Сконе, Халланд, Блекинге).

В X в., при короле Гаральде Синезубом (около 950—986) Датское королевство было уже достаточно сильным, чтобы вести успешные войны с племенами пруссов и поморских славян. При том же Гаральде Синезубом в Дании стало распространяться христианство. Короли предоставляли церкви большие земельные пожалования. Окончательно христианство укрепилось в Дании в XI в.

Значительного могущества Датское  королевство достигло при короле Кануте (1017—1035). В состав его державы, кроме Южной Скандинавии, входили также Англия и Норвегия. Но это было столь же непрочное государственное образование, как и другие крупные раннефеодальные государства. Оно распалось сразу же после смерти Канута. Из всех завоёванных датчанами территорий в составе Датского королевства осталась только Южная Скандинавия.

Норвегия в раннее средневековье

Многочисленные мелкие племена, населявшие издавна Норвегию, жили в пределах небольших областей (фюльков), разделённых высокими горами. Связь между ними велась главным образом по морю, благодаря глубоко вдающимся в сушу заливам (фиордам). Во главе каждого племени стоял его вождь — ярл, представитель родо-племенной знати, правивший с помощью народного собрания.

Несколько племён объединялись в племенные  союзы. Дела такого союза решались народным собранием, куда первоначально входили  все свободные люди. Такие собрания; назывались тингами. В действительности далеко не все свободные люди могли являться на тинг. Часто препятствием служило слишком большое расстояние: члены племени были вынуждены надолго отрываться от своего хозяйства. С ростом социального расслоения менялся и характер тингов. Военные вожди и другие представители знати являлись на тинги со своими дружинами и зависимыми людьми, оказывая всё большее давление на их решения. Более крупными племенными союзами были рики. Во главе таких объединений стояли выборные короли (конунги), которые избирались на народных собраниях — тингах, обычно из представителей определённого знатного рода.

Разложение родовых отношений  и возникновение классов привело  к складыванию раннефеодального Норвежского государства. Важную роль при этом, так же как и в других Скандинавских странах, сыграло  образование военно-служилой знати, группировавшейся вокруг ярлов и  королей, принимавшей участие в  их военных походах и дележе добычи.

Длительная ожесточённая борьба между  военными вождями (пытавшимися объединить под своею властью все фюльки) и местной родо-племенной знатью не раз приводила на протяжении IX—X вв. к временному объединению страны под властью того или иного короля. Первое ещё очень непрочное объединение Норвегии произошло при Гаральде Прекрасноволосом около 872 г.

В Норвегии, как и в других Скандинавских  странах, важным орудием королей  в деле политического объединения  страны явилась христианская церковь. Христианство начало проникать в  Норвегию в середине X в. В конце  же этого столетия оно было уже  официально введено королём Олафом Трюгвасоном (995—1000). Это была насильственная христианизация. Народные массы оказывали ей упорное сопротивление. Противилась введению христианства и родовая знать, опиравшаяся на местные языческие культы. При короле Олафе Гаральдсоне (1015—1028), которого церковь за усердное насаждение христианства назвала «святым», единство Норвегии было более или менее упрочено. Таким образом, относительно прочное объединение отдельных племён и племенных союзов Норвегии под властью одного короля произошло в конце X — начале XI в.

В 1025 г. в битве при реке Хельге (в Сконе) норвежцы были разбиты датчанами; несколько позже, в 1028 г., Норвегия на короткое время вошла в состав владений датского короля Канута. От датского господства Норвегия освободилась в 1035 г.— сразу же после распада державы Канута.

Образование Шведского государства

В XI в. начало складываться и Шведское раннефеодальное государство, при  этом в объединении шведских племён наиболее важную роль играли два центра. Один из них находился в Средней  Швеции, в районе озера Меларен, в области, заселённой с древних времён племенем свеев (Упсала). Другим центром являлась область племён гётов, или ётов, т. е. Южная Швеция. В упорной борьбе упсальских королей (конунгов) с южношведскими победу одержали короли Средней Швеции (Упсалы).

 
Собор в Лунде. XII в.

Первым королём, распространившим свою власть на всю страну, был Олаф Шетконунг (начало XI в.). При Олафе началась и христианизация Швеции (около 1000г.). Но христианство окончательно восторжествовало в Швеции только к XII в. К этому же времени, и даже к ещё более позднему (XIII—XIV вв.) относится и окончательное утверждение в Швеции феодальных отношений. Но даже тогда феодально зависимые держатели составляли лишь меньшую часть крестьянства. Основная масса шведских крестьян в течение большей части средних веков сохранила положение свободных общинников, собственников земли.

Морские походы норманнов и их набеги на европейские страны

Предводительствуемые вождями — викингами, норманны совершали на своих кораблях далёкие морские походы, целью которых являлся захват богатой добычи и пленных. Захваченных пленных норманны продавали в рабство на рынках различных европейских и азиатских стран, сочетая, таким образом, морской разбой — пиратство с торговлей.

С развитием феодальных отношений  в скандинавском обществе пиратство, инициатором которого была знать, усилилось. Известную роль в этом играло соперничество  между отдельными представителями знати из-за власти в складывавшихся раннефеодальных государствах и вытеснение победившими королями (конунгами) членов соперничавших с ними знатных родов, которые уходили вместе со своими дружинами за пределы Скандинавии.

Корабли норманнов бороздили моря, омывающие берега Европы (Балтийское, Северное, Средиземное), и воды Атлантического океана. В VIII и особенно в IX—X вв. они  совершали набеги на восточные берега Англии, на Шотландию и Ирландию, а также достигли Фарерских островов и Исландии, где основали свои колонии.

Исландию ещё в VIII в. посещали ирландцы. Начало колонизации Исландии скандинавами, преимущественно выходцами из Западной Норвегии, относилось к 70-м годам IX в. Поселение, из которого впоследствии вырос главный город Исландии — Рейкьявик, было основано в 874 г. В IX—XI вв. в Исландии происходили те же социально-экономические процессы, что и в Норвегии, но изоляция острова, отдалённость его не только от Скандинавии, но и от других стран, способствовала особой замедленности общественного развития. Родовая знать — так называемые годы были одновременно военными вождями и жрецами. Управление страной всё больше сосредоточивалось в руках этой знати. В общеисландском народном собрании — альтинге (возник в 930 г.) решающая роль принадлежала уже представителям феодализирующейся верхушки общества. В 1000 г. под давлением Норвегии на альтинге официально было принято христианство, но распространялось оно в Исландии очень слабо. Наряду с христианством здесь очень долго продолжали существовать дохристианские верования и культы.

Во второй половине XIII в. Исландия была покорена Норвегией, а в конце XIV в. (по Кальмарской унии) вместе с Норвегией попала под власть Дании, что привело к угнетению и эксплуатации исландцев сначала Норвежским, а затем и Датским феодальным государством. Однако в Исландии, как и в Норвегии, не сложилось крепостного права.

В конце X в. (около 982 г.) исландцем Эриком Рыжим была открыта Гренландия, на юго-западном побережье которой  возникло первое поселение выходцев из Исландии. Это было начало колонизации  Гренландии европейцами. Поселения  скандинавов в Гренландии просуществовали  несколько столетий.

Около 1000 г. скандинавы доплыли и  до Америки, первым здесь высадился  Лайф, сын Эрика Рыжего, его корабль был случайно отнесён к этим берегам сильными ветрами. Скайдинавы основали в Северной Америке три поселения: Хеллюланд (в районе Лабрадора), Маркланд (на Ньюфаундленде) и Винланд (как полагают, недалеко от нынешнего Нью-Йорка). Но поселения эти в качестве постоянных колоний существовали, по-видимому, недолго. Самый факт открытия скандинавами Америки остался малоизвестным и впоследствии был забыт.

Норманны проникали в глубь Германии по рекам Эльбе, Везеру и Рейну. Нападали норманны и на Францию — со стороны Ла-Манша, Бискайского залива и Средиземного моря. Так же как и в Германии, они проникали по большим рекам в глубь Франции, беспощадно грабили и опустошали страну, наводя повсюду ужас. В 885 — 886 гг. норманны в течение 10 месяцев осаждали Париж, но так и не смогли сломить упорного сопротивления его защитников.

В начале X в. (в 911 г.) норманны под предводительством Роллона захватили территорию у устья Сены и основали здесь своё княжество. Так возникло герцогство Нормандия. Поселившиеся здесь норманны быстро утратили свой язык, восприняли местные диалекты и обычаи и слились с французским населением.

Выходцы из Нормандии в XI в. проникли через Гибралтар в Средиземное  море, завоевали Южную Италию и  Сицилию и основали там ряд  графств и герцогств (Апулия, Калабрия, Сицилия и др.). Политически раздробленные феодальные государства Западной Европы не могли оказать норманнам достаточного сопротивления но сами норманны более или менее быстро ассимилировались и сливались с местными жителями.

Норманны, которых в Восточной  Европе называли варягами, совершали  пиратские набеги и в её пределы. Эти набеги они сочетали с торговлей, в первую очередь рабами, которых  они доставляли в Византию, а через  Волгу и Каспийское море в Иран и соседние с ним страны. Путь варягов из Скандинавии в Константинополь (так называемый «Великий путь из варяг в греки») пролегал через Финский залив, Неву, Ладожское озеро, Волхов, озеро Ильмень, реку Ловать, отчасти Западную Двину и дальше по Днепру до Чёрного моря. Варяжские поселения на землях восточных славян оставались разрозненными и единичными, а ассимиляция варягов на Руси была чрезвычайно скорой.

Глава XLIII.Скандинавские страны в XII — XV вв.

К XII в. крестьянство Скандинавских  стран в массе своей всё  ещё не являлось феодально зависимым. Важнейшей особенностью скандинавского феодализма, отличавшей его от феодализма других западноевропейских стран, было более замедленное его развитие. Когда в Италии, Франции и Англии крепостное право уже исчезло, в Дании оно ещё только оформлялось. Цеховая организация ремесла в Швеции появилась тогда, когда в Италии и Германии она становилась уже помехой нарождавшемуся капитализму. Церковь на скандинавском севере боролась с дохристианскими культами в то время, когда в других странах Западной Европы ей уже приходилось вести борьбу с бюргерской ересью. Расцвет рыцарской культуры в Скандинавских странах относился к более позднему времени, чем раннее Возрождение в Италии.

Социально-экономическое развитие

Рост производительных сил в  Скандинавских странах отличался  также известной замедленностью. Даже в самой развитой и густонаселённой  Дании трёхполье ещё в XIII в. сочеталось с двухпольем, а из высеваемых злаков преобладали рожь и ячмень. Обычным явлением на Скандинавском полуострове было подсечное, а в горах и мотыжное земледелие. Огромную роль в хозяйственной жизни Дании, Швеции, а особенно Норвегии и Исландии продолжало играть экстенсивное пастбищное скотоводство, горное и лесное. В то же время широкое распространение получил рыболовный, а на океанском побережье и китобойный промыслы; высокоразвитое мореходное искусство обеспечивало, прежде всего Норвегии и Дании, непрекращавшуюся связь с континентом. Доступность и обилие озёрно-болотной железной руды, а с XIII в. богатые горные разработки железа и меди (главным образом в Швеции) давали Скандинавским странам металл для выделки орудий производства, а впоследствии и для экспорта.

Кроме отдельных районов Дании, средневековая Скандинавия почти  не знала крупных феодальных поместий. Слабая потребность скандинавской  знати в барщине в результате крайней земельной тесноты (удобных  для хлебопашества земель на севере было очень мало) долгое время делала излишней крепостную зависимость крестьянства. Однако замедленность процесса феодализации не исключала имущественного и социального  расслоения среди крестьян-общинников. Скандинавии стала присуща своеобразная форма внеэкономического принуждения  — принуждение малоземельных  и неимущих сельских жителей к  труду по найму у крепких хозяев. Специфически скандинавским явлением был работник, наделённый клочком  земли или усадьбой (хусмен). Крупнейшими землевладельцами являлись короли и церковь.

Наиболее быстро процесс феодализации шёл в Дании, где к XIV в. основную массу крестьян составляли уже лично  зависимые держатели, а в XV в. аграрный строй местами мало чем отличался  от северогерманского. Сравнительно большое  развитие получили в Дании и крупные  поместья, в которых земля обрабатывалась при помощи барщинного труда беднейших  держателей. Значительно медленнее  шёл процесс феодализации в Швеции. В старейшем областном законе этой страны — «Вестъётской правде» начала XIII в. нет даже специальных шведских терминов для обозначения феодалов, которые оказывались таким образом как бы скрыты в формально равноправной массе свободных собственников — бондов. Особенно долго в Швеции сохранялось рабство, а держатели чужой земли даже в XV в. составляли меньшинство крестьян. Причина этого отставания Швеции от своих скандинавских соседей заключалась, по-видимому, в том, что она находилась в сравнительной изоляции как от Западной Европы, поскольку южная часть Скандинавского полуострова в средние века была датской, так и от Восточной, поскольку торговые пути «из варяг в греки» и в Среднюю Азию пришли в упадок. Разорение русских княжеств вследствие татаро-монгольского нашествия косвенно сказалось и на Швеции.

Несколько по-другому шло развитие Норвегии. Ряды крестьян-собственников  таяли здесь быстрее, и уже  к концу XIV в. 3/5 обрабатываемой земли  в стране сосредоточивались в  руках короля, светской и особенно духовной знати. В то же время Норвегия (как и Исландия) с её системой хуторов, удалённых и изолированных друг от друга, и той важной ролью, которую в экономической жизни этой страны играли морской промысел и горное скотоводство, наиболее полно отразила черты, определявшие отсутствие в Скандинавии тех основных признаков феодализма, которые были свойственны таким странам Западной Европы, как Франция, Англия и др. Процесс феодализации, начавшийся в Норвегии раньше, чем в Швеции, как бы остановился на своей первичной стадии. Поэтому, хотя в XV в. в Норвегии крестьян — владельцев земли было меньше, чем в Швеции, их права на землю были ещё ближе к полной собственности, чем права шведских крестьян. Точно так же класс крупных землевладельцев-феодалов сложился в Норвегии раньше, чем в Швеции, но уже в XIV в. оказался и малочисленнее и слабее шведского.

Феодальный нажим на скандинавских  крестьян, выражавшийся в первую очередь  во введении всё новых налогов, вызывал  отпор с их стороны. Обычно крестьянские восстания возглавляли мелкие собственники, платившие подать королю и дорожившие своей древней свободой. Нередко  восстания были направлены против крупнейшего  феодального землевладельца — католической церкви. В конце XI в. восставшие датские  крестьяне убили короля Кнуда (Канута), который обложил их десятиной. В 1249 г. введение тяжёлой поплужной подати вызвало крупное восстание датских крестьян против короля Эрика, получившего прозвище «Плужный грош». В Норвегии во второй половине XII в. (1174—1184 гг.) произошло крупное восстание так называемых биркебейнеров ( Биркебейнерами, что значит «берёзоногие», восставшие назывались, по-видимому, потому, что, скрываясь в лесах, изготовляли свою обувь из берёсты.), в котором объединились мелкие феодалы и крестьяне. Успех этого движения и воцарение на норвежском престоле вождя биркебейнеров Сверри привели к временному ослаблению могущества норвежской знати и прежде всего представителей церкви — епископов, а также к некоторому укреплению политических прав богатого крестьянства. Такой исход движения биркебейнеров наложил свой отпечаток на дальнейшее историческое развитие страны: феодальное дворянство в Норвегии XIII в. — нового происхождения; это — служилые люди, держатели ленов от короля. Позднее всего начались крестьянские выступления в отстававшей по своему экономическому развитию Швеции.

Образование централизованных монархий в Скандинавии и их завоевательная политика

Скандинавские страны не знали или  почти не знали феодальной раздробленности. Держатели королевских бенефициев (в Скандинавии их называли ленами), как правило, не стали здесь наследственными владельцами пожалованных земель и не получили над населением этих земель столь широких прав (например, судебных), как немецкие или французские феодалы. «Варварские» королевства эпохи викингов непосредственно развились здесь в централизованные раннефеодальные монархии, окончательно сложившиеся в Дании к середине XII в. при королях Вальдемаре I и Вальдемаре II, в Норвегии — в середине XIII в. при потомках Сверри, а в Швеции — в конце XIII в. при сыновьях ярла Биргера — Фолькунгах.

После упорной борьбы между королями и знатью на рубеже XIII—XIV вв. феодалы  Скандинавских стран удовольствовались  ограничением королевской власти при  помощи съездов знати и постоянного  государственного совета. Хартия датского короля Эрика Клиппинга в 1282 г. и условия избрания шведско-норвежского короля Магнуса в 1319 г.— яркие памятники торжества аристократической монархии в Скандинавских странах. Датский король был обязан давать при вступлении на престол особое обязательство соблюдать все вольности дворянства. Обязательство это фиксировалось в так называемой капитуляции. Государственный совет — риксрод стал важнейшим правительственным учреждением в Скандинавских странах, нередко, особенно в XV в., решавшим вопрос об избрании короля, распределении ленных пожалований и направлении внешней политики.

Упрочение центральной власти позволило  Скандинавским государствам возобновить  свою внешнеполитическую экспансию. Во второй половине XII в. датские короли огнём и мечом покорили поморских  славян, а в начале XIII в.— часть Эстонии и немецкие города в районе Нижней Эльбы (Гамбург и Любек) (Почти все эти завоевания были, впрочем, вскоре утрачены датчанами.). Шведские короли уже с середины XII в. стремились захватить Финляндию, но первый решающий шаг к её завоеванию был сделан лишь сто лет спустя ярлом Биргером. Попытка вторгнуться в пределы Руси окончилась поражением шведского войска на Неве в 1240 г. Покорение Финляндии шведским королям удалось завершить лишь в XIV в. Норвежские короли в XIII в. распространили свою власть на Исландию (1262—1264 гг.— конец исландской независимости), а затем на Гренландию. Экспансия норвежских королей в северном направлении — к Кольскому полуострову — была остановлена новгородцами в середине XIII в.

Кальмарская уния

В XIV в. аристократия отдельных стран  предпочитала ради сохранения своих  политических вольностей и могущества иметь королей-чужеземцев и шла  на заключение личных уний. То, что эти  унии заключались между Скандинавскими странами, объяснялось их этнической, языковой и культурной близостью, а  также тесными имущественными и  родственными связями представителей их господствующих классов.

В 1319 г. по соглашению между феодалами  обеих стран в личную унию вступили Швеция и Норвегия. Но в 1363 г. на шведский престол был приглашён северогерманский герцог Альбрехт Мекленбургский, которого норвежцы не признали. Появление короля-немца на скандинавском престоле было признаком широкого проникновения в Скандинавию германских элементов. Ганзейские купцы и саксонские ремесленники, прибывшие в массе своей на Север именно в XIII—XIV вв., способствовали росту производства и торговли в Скандинавских странах. Но в то же время германская колонизация грозила их территориальной целостности и даже независимости Хозяйничанье немецких феодалов в Дании в 20—30-х годах XIV в привело к признанию датской знатью так называемой «Вальдемаровой конституции», согласно которой датский король впредь сохранял лишь номинальную власть над Шлезвигом, этой важной составной частью средневековой Дании. Штральзундский мир, закрепивший победу 60 ганзейских городов над датским королем Вальдемаром Аттердагом (1370 г. ), надолго утвердил их господство на Балтийском море и право вмешательства в самое избрание датского короля. Наметившемуся в XIV в. упадку Норвегии несомненно способствовала кабальная зависимость от Ганзы, сосредоточившей в своих руках всю торговлю страны, в частности жизненно важный подвоз хлеба.

 
Внутренний вид собора в Упсале (Швеция). XIII - XV вв.

Перед лицом этой общей опасности, грозившей Скандинавским странам, они были вынуждены объединиться. Дело объединения Скандинавии возглавила самая сильная из них — Дания. В 1389 г. в личной унии во главе с  королевой Маргаритой Датской оказались  уже все Скандинавские королевства. В 1397 г. на съезде знати в Кальмаре уния была утверждена в качестве вечного  политического союза, при сохранении внутренней самостоятельности каждой из примкнувших к упии стран. Королем всех трех королевств был торжественно провозглашен Эрик Померанский, внучатый племянник королевы Маргариты. Кальмарская уния была сговором в первую очередь между датскими и шведскими феодалами. Что касается Норвегии, то к исходу XIV в. сказался явный ее упадок (причины которого до сих пор еще не вполне выяснены), и поэтому в момент заключения Кальмарской унии она не играла значительной политической роли.

В первые годы унии датские короли выступали как носители прогрессивных  исторических тенденций в противовес местным феодалам, особенно шведским. Но не прошло и четверти века, как  стали сказываться отрицательные  последствия унии. Она оказалась  выгодной главным образом для  Дании. Норвегия и особенно Швеция, втянутые в тяжелую войну короля Эрика с Ганзой, страдали как от небывалого податного гнёта, так  и от блокады их побережий. Королевские  наместники, являвшиеся, как правило, датчанами или немцами, вели себя в Швеции и Норвегии подобно завоевателям и жестоко притесняли крестьянство.

В 1434 г. в Швеции вспыхнуло восстание  крестьян и рудокопов, возглавленное  богатым горным мастером из мелких дворян Энгельбректом Энгельбректсоном. Успеху восстания помогло, в частности, применение восставшими боевых приёмов чешских таборитов (создание укреплений из сцепленных повозок). Энгельбрект стал фактически главой Шведского государства. В бурях народно-освободительной войны окрепло сословно-представительное собрание — риксдаг Швеции — с участием не только городских, но и крестьянских выборных. В 1436 г. разразилось восстание в Норвегии, а в 1441 г.— антифеодальное восстание датских крестьян. Эрик Померанский был низложен во всех Скандинавских государствах, не исключая самой Дании, где его политика вызывала растущую оппозицию знати.

Шведская знать, примкнувшая вначале к восстанию 1434 г., вскоре организовала предательское убийство народного героя Энгельбректа. Крестьянское движение, обратившееся теперь и против шведских феодалов,— «шведская Жакерия» — было жестоко подавлено, а уния восстановлена, но уже при условии полновластия шведской аристократии во внутренних делах страны. В течение последующих десятилетий Кальмарская уния, поскольку она касалась Швеции, становилась всё более призрачной. Напротив, датско-норвежская уния в 1450 г. была скреплена «навечно», зависимость Норвегии от Дании неуклонно росла (Датско-норвежская уния просуществовала до 1814 г.).