ГОУ ВПО МО АКАДЕМИЯ СОЦИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ 
 
 
 
 
 
 

Реферат по геополитике

на тему№32:

«Стратегия  США как сверхдержавы» 
 
 
 
 
 

Работу  выполнила

студентка АСОУ гр. 0712

Блакитная Д.О. 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

2010г.

Оглавление

Введение 3

Закон Голдуотера-Николса. 4

«Большая  стратегия» США. 4

Стратегии США, претендовавшие на место «Большой стратегии» 6

Стратегия сдерживания коммунизма. 6

Стратегии доминирования 7

Стратегия «морской силы» 7

Стратегия согласованной безопасности 7

Стратегия избирательной вовлеченности 9

Гегемония США 10

Стратегия  неоизоляционизма 11

Сферы США 12

Экономическая сфера 12

Военная сфера 12

Культурная  сфера 13

Космос 13

Заключение. 17

Список  литературы. 18

Введение

     США являются мировой державой, лидирующей по многим показателям.

Пять из десяти крупнейших транснациональных корпораций находится на территории Америки. Доллар господствует на финансовых рынках.

     Военные расходы США, составлявшие в 1998 году 260 млрд. долл., в 2003 году достигли 387,3 млрд. долл., а в 2009г – уже 574,07 млрд долл.(рис. 2). В результате возникает беспрецедентная в мировой истории ситуация. Сегодня американские военные расходы составляют 43% расходов на оборону всех стран мира.

     Военные основы могущества США обеспечивают ей большие политические (дипломатические), экономические, технологические (благодаря  развитию технологий двойного назначения), социальные и иные преимущества.

     Благодаря своему подавляющему военному превосходству  США способны, даже действуя в одностороннем  порядке, уничтожить военные, экономические  и политические цели противника, не считаясь при этом с позицией своих  союзников.

     Наука и исследования находятся в США  на уровне, о котором Европа может  только мечтать. За последние 50 лет  американцы 66 раз получали Нобелевскую  премию за работы в области физики, 68 раз в области медицины и 42 раза – химии.

     Превосходство в информационных технологиях позволяет  оснастить американские вооруженные  силы неядерным высокоточным оружием.

     США оккупировали лидирующие позиции и  в области культуры. Американские книги, фильмы и телевизионные сериалы  заполонили мировое культурное пространство.  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Закон Голдуотера-Николса.

     Согласно  Закону Голдуотера-Николса (1986) официальная стратегия США объявляется в ходе представления президентом страны Конгрессу США ежегодного доклада о стратегии национальной безопасности (National Security Strategy Report). Она и является «большой стратегией» США. За прошедшие с тех пор годы американские президенты выступили с подобными докладами 15 раз: Р. Рейган в 1987 и 1988 гг.; Дж. Буш-ст. в 1990, 1991 и 1993 гг.; У. Клинтон 7 раз (1994–2000 гг.); Дж. Буш-мл. в 2002 и 2006 гг., Барак Обама- 2010г.

«Большая  стратегия» США.

     Основные  цели «большой стратегии» США - укрепление безопасности и обеспечение экономического процветания страны, а также продвижение  демократии в мире. Последнее считается  соответствующим не только принципам, но и интересам США, поскольку (как  отмечается в последнем издании  «Стратегии национальной безопасности в новом столетии») «демократические режимы более склонны сотрудничать друг с другом для отражения общих  угроз, они поощряют свободную торговлю и устойчивое экономическое развитие. Такие режимы реже развязывают войны  и нарушают права своих граждан. Поэтому всемирная тенденция  продвижения к рынку продвигает и американские интересы».

     Этим  во многом обосновывается и необходимость  руководства миром со стороны  США - не только как единственной страны, обладающей необходимыми «волей и возможностями», но и как страны, идеалы и интересы которой в наибольшей степени  соответствуют «универсальным ценностям  демократии свободы».

     Доктрина  национальной безопасности США различает  три уровня национальных интересов  страны.  

     Таблица I. 3 уровня национальных интересов США 

Так же разделяются  на несколько видов и угрозы безопасности США: 

Таблица II. Угрозы безопасности США. 

     Отсутствие  прямой военной угрозы существованию  США по типу советской времен холодной войны рассматривается Пентагоном как временное явление, а наиболее вероятным сценарием ее возрождения  там считают появление «веймарской России» или враждебного Китая как новой великой державы. Поэтому важнейшей задачей военно-политической стратегии США, является «превентивная оборона» ¹, нацеленная, по сути, на участие в формировании военного потенциала этих стран путем расширения взаимодействия и оказания влияния на их военные доктрины и характер военного строительства. В то же время подчеркивается, что США должны сохранять военно-стратегический потенциал, необходимый на случай провала «превентивной обороны» и возрождения большой военной угрозы. Что касается угроз регионального уровня, то основным средством их сдерживания является поддержание военного потенциала, достаточно успешного ведения двух «крупных региональных войн» (вместо «двух с половиной войн» периода разгара холодной войны), наиболее вероятными из которых считаются войны в районах Персидского залива и Корейского полуострова. В целом, как подчеркивается в «Стратегии национальной безопасности», «Соединенные Штаты не позволят какой-либо враждебной силе доминировать в любом регионе, критически важном для наших интересов».

     Согласно  доктрине национальной безопасности США, противодействие транснациональным угрозам предусматривает укрепление режимов нераспространения и контроля за ракетной технологией, односторонние и коллективные действия по борьбе с международным терроризмом и преступностью, защите окружающей среды и т.д. Характерно, что все больше внимания уделяется формированию безопасной для США внешней среды. Этим самым подчеркивается первостепенная роль США в создании новой системы международной безопасности. При этом США, говорится в «Стратегии национальной безопасности», «должны быть способны к ответу на весь спектр возможных угроз и кризисов... Наш ответ может быть дипломатическим, экономическим, правовым, военным или, скорее, их сочетанием. Мы должны использовать наиболее адекватный набор средств, действуя в союзе или партнерстве, когда наши интересы разделяются другими, или же односторонним образом, когда того требуют национальные интересы». Нетрудно заметить, что «большая стратегия» США имеет ярко выраженный глобальный характер.

Стратегии США, претендовавшие на место «Большой стратегии»

Стратегия сдерживания коммунизма.

     Послевоенная  Европа находилась в тяжелейшем экономическом  положении, жизненный уровень трудящихся был чрезвычайно низок. Кроме  того, часть буржуазии этих стран  и некоторые довоенные политические партии были дискредитированы сотрудничеством  с оккупантами, в то время как  коммунисты в годы войны, повсеместно  участвуя в Движении Сопротивления, утвердились в политической жизни. Практически в каждой освобождённой  от фашизма стране на повестку дня  выступила необходимость в коренных социально-политических реформах. В  западных странах существовала реальная угроза социальных изменений. Чтобы  это не произошло, американская администрация  выработала политику сдерживания коммунизма.

     Стратегия сдерживания преследовала цель не допустить  распространение коммунизма за пределы  зоны советских интересов и установить гегемонию США в западном мире. Трумэн отмечал, что Соединённым  Штатам должна принадлежать ведущая  роль в руководстве миром. Это  выразилось в доктрине Трумэна и  плане Маршалла. Первая предусматривала  предоставление американской помощи в  размере 400 млн. долл. Греции и Турции для поддержания существовавших там режимов, а главное – для  военного присутствия США в Восточном  Средиземноморье. План Маршалла предполагал 17 миллиардную – безвозмездную  помощь западноевропейским странам  для скорейшего преодоления порождённых  войной экономических трудностей.

     В результате политики обеих сверхдержав  европейский континент оказался ещё глубже разделён: восточноевропейские государства были сатиллизированы СССР, а западноевропейские стали союзниками США. Если говорить о результатах плана Маршалла с экономической точки зрения, то он способствовал ускорению развития тех стран, которые воспользовались американской помощью. В этом его позитивная роль для Западной Европы. Но и США благодаря ему реализовали складированные товары, подчинив себе западноевропейский рынок.

     Следовательно план Маршалла стал экономическим благом и для американского бизнеса. С политической точки зрения он привязал западноевропейские страны к американской внешней политике. Его социальными последствиями стало то, что Западная Европа избежала коммунизации. Но одновременно он углубил пропасть, разделявшую Восток и Запад.²

Стратегии доминирования

Стратегия «морской силы»

     Адмирал Альфред Мэхэн в своих работах «Влияние морской силы на историю (1660-1783)» и «Заинтересованность Америки в морской силе» выдвинул концепцию «морской силы» как фактора, обеспечивающего безусловное геополитическое превосходство.

     Именно  обеспеченность страны морскими базами и торговым флотом, а также мощь военного флота делают ее великой  державой, решающей судьбы мира, а морская  цивилизация обеспечивает более  благоприятные условия для развития. Видя в истории противостояние морских  и сухопутных держав, Мэхен предложил использование в качестве глобальной геополитической стратегии «принципа Анаконды» -- удушения противника путем морской блокады его стратегических объектов. 
«Интегрированный контроль над территорией» 
             В концепции Николаса Спайкмена (1893-1944) идеи Мэхена и Маккиндера были интегрированы в целостную геополитическую и геостратегическую концепцию «с американской точки зрения». Разрабатывая геополитику в рамках концепции стратегической безопасности США, Спайкмен выдвинул принцип «интегрированного контроля над территорией», который должен осуществляться Америкой по всему миру в целях недопущения усиления геополитических конкурентов. Придерживаясь вслед за Маккиндером идеи противостояния моря и суши, Хартленда-СССР и океанической Америки, Спайкмен, однако, считает геополитической осью мира не неподвижный Хартленд, а зону противостояния -- Римленд (rimland), пограничную зону Суши и Моря, тянущуюся вдоль границ Хартленда через Европу, Ближний и Средний Восток, Индию и Китай. Держава Хартленда осуществляет давление на эту зону, пытаясь объединить ее под своим контролем, в то время как США должны осуществлять политику сдерживания и, следуя заветам Мэхена, удушения континентальной державы, насыщая Римленд своими военными базами и создавая там военно-политические союзы. Концепция Спайкмена повлияла на принципы американской внешней политики и в особенности стратегии в «холодной войне», прежде всего в 1950-60 годы (доктрина Трумэна и т. д.).

Стратегия согласованной безопасности

     Считается, что термин «глобализация» был введен в оборот в 1980-е гг.³, а в конце 1990-х гг. он уже воспринимался в качестве не только научной, но и политической категории. «Стратегия национальной безопасности США 1999» определила «глобализацию как процесс ускорения экономической, технологической, культурной и политической интеграции»⁴.

     Эта концепция, питаемая либеральной школой внешнеполитической мысли США, сохраняет  определенную преемственность с  концепцией коллективной безопасности - приоритет отдается совместным многосторонним усилиям государств по предотвращению и отражению агрессии. Вместе с  тем она идет дальше как в определении  угроз безопасности, так и в  выборе средств противодействия им.

     В дополнение к угрозам, традиционным для уровня межгосударственных отношений, сторонники «согласованной безопасности»  выделяют как более характерные  для современного мира угрозы, возникающие  внутри государств, - геноцид, этнические чистки, другие формы массовых нарушений  прав человека, экологические преступления, терроризм, в отношении которых  прежняя система коллективной безопасности с ее приматом суверенитета, незыблемости границ и невмешательства во внутренние дела оказывается бессильной. Главными источниками этих угроз считаются отсутствие демократии, репрессивный характер режима страны-нарушителя. Эта исходная презумпция приверженцев «согласованной безопасности» позаимствована у неокантианской -школы «демократического мира» (М. Доил, Д. Лэйк, Б. Рассет, К. Лэн и др.). Согласно ее главному постулату «демократы никогда не воюют друг с другом». По этой логике именно демократизация мирового сообщества, а не поддержание геополитического равновесия является главной гарантией обеспечения международной безопасности и жизненных интересов самих США.

     Связь национальных интересов США с  состоянием демократии в мире становится, как считают сторонники данного  подхода, особенно ощутимой в условиях глобализации, впервые делающей мир  действительно неделимым. Во все  более зависимом мире, как отмечает первый заместитель госсекретаря США  С. Тэлбот, постоянно растет заинтересованность американцев в демократизации правления в других странах.

     Если  глобализация, по мнению сторонников  «согласованной безопасности», делает нарушения демократических норм более опасными (в т. ч. и для  США), то развитие других тенденций  в последние десятилетия облегчает  их устранение. Речь идет, во-первых, об охватившей мир в 70 - 90-х годах  «третьей волне демократизации». И, во-вторых, о ставшем бесспорным военно-стратегическом и идеологическом лидерстве США как главного «локомотива» западной демократии. Это радикальное  изменение в расстановке сил  в пользу демократического Запада делает его более нетерпимым в отношении  нарушителей укрепляющегося демократического миропорядка, будь то авторитарные антизападные режимы или террористические группировки. Здесь действует подмеченный  еще в XIX в. французским мыслителем А. Токвилем психологический механизм эскалации ожиданий: «Среди общего равенства отвратительно даже небольшое различие, и чем выше эта однородность, тем неоправданнее любое от нее отклонение... Так что демократические страсти пылают тем ярче, чем меньше у них топлива».

     Поэтому сторонники «согласованной безопасности», не довольствуясь традиционными  мирными методами принуждения, допускают  и военные способы решения  подобных проблем силами Оон или региональных организаций безопасности типа НАТО при ведущей роли США. В этих целях разрабатываются различные концепции «гуманитарного вмешательства», оправдываемого с помощью доктрины «ограниченного суверенитета» государств, отрицающих демократические права своих граждан. «Согласованная безопасность» подразумевает сохранение превосходства США и их нынешнего военного потенциала как главной составляющей коллективных международных сил, способных одновременно вести активные интервенционистские действия в различных регионах мира.

Стратегия избирательной вовлеченности

     В 1995 году была издана «Национальная  военная стратегия США»- «стратегия гибкои и избирательной вовлеченности». Эта стратеги У.Клинтона касалась вопросов и проблем глобализации: давалась оценка результатам экономических отношений с организациями ГАТТ/ВТО, НАФТА, ЕС, АТЭС и др.), отдельными странами и регионами.

Эта концепция  развивалась в русле школы  «реализма» и очерчивает более широкий  круг национальных интересов США.

     Так, авторитетная гарвардская Комиссия по национальным интересам Америки  включает в их число защиту США  от нападений с применением оружия массового уничтожения (ОМУ), предотвращение возникновения враждебных государств-гегемонов  в Евразии, сохранение свободного доступа  к источникам энергии, поддержание  стабильности мировой торгово-экономической  и финансовой системы, а также  обеспечение безопасности союзников  США. Особое значение придается поддержанию  стратегического равновесия между  ведущими странами Евразии с целью  предотвращения конфликта между  ними. Поэтому теория «избирательного вовлечения» предусматривает сохранение (хотя и на более экономной основе) военного присутствия США в стратегически важных для них регионах мира (Западная Европа, Восточная Азия, Персидский залив), активное противодействие распространению ОМУ, профилактику и урегулирование региональных конфликтов, в которые могут быть втянуты крупные страны, обеспечение особой роли США в международных финансовых и торговых организациях.

     Сторонники  «избирательного вовлечения» признают важными национальными интересами распространение демократии и защиту прав человека, однако считают неоправданным  прямое вмешательство США в этих целях. Считается, что при ориентации на «избирательное вовлечение» военный  бюджет и состав военных сил должны быть сохранены на уровне 1992-1993гг. для  обеспечения возможности успешного  ведения двух крупных региональных войн одновременно. Ряд сторонников  даннного подхода (У. Мейнс, Р. Стил, Дж. Чейс) предлагают начать освобождение США от глобальных военно-стратегических обязательств периода холодной войны за счет постепенного формирования региональных систем безопасности вокруг ведущих региональных центров силы - ЕС в Западной и Центральной Европе, России - на постсоветском пространстве, Японии и Китая - в Восточной Азии и т.д. Если эти системы будут открытыми, добровольными и будут сотрудничать друг с другом, то они, по мнению указанных авторов, способны стать реалистической альтернативой однополюсному, иерархическому миропорядку во главе с США, с одной стороны, и «утопической» системе всеобщей коллективной безопасности - с другой.

Гегемония США

     Концепция гегемонии США также опирается  на школу «реализма», но ориентируется  при этом на модель стабильности, основанной на гегемонии. Согласно этой концепции  оптимальной основой безопасного  мира является не многополярность, а однополярность, не баланс сил, а их явный дисбаланс в пользу государства-гегемона. Считается, что именно в т ком уникальном положении оказались США после окончания холодной войны. «Преобладание Америки, - пишет известный публицист Ч. Крахаммер (он первым ввел в оборот понятие «однополярный мир» и стал писать о США как о единственной сверхдержаве), - основано на том, что она является единственной страной, имеющей необходимую военную, дипломатическую, политическую и военную мощь, чтобы быть решающим участником любого конфликта в любом регионе по своему выбору». Право и обязанность США - использовать всю свою мощь для того, чтобы «вести за собой однополярный мир, без стеснения устанавливая правила этого миропорядка и обеспечивая их соблюдение».

     Поддержание американского превосходства как  основы глобального лидерства США, в свою очередь, требует сохранения их «силового отрыва» от ближайших  конкурентов. А посему, как утверждалось, например, в пентагоновских «Ориентирах  для оборонного планирования» (1992 г.), необходимо не только «предотвратить появление будущего глобального  конкурента», но и «отвадить индустриально  развитые страны от увеличения своей  региональной и глобальной роли» .

     «Гегемонисты» считают важнейшей задачей сохранение существующей системы военно-политических союзов с решающей ролью Америки в обеспечении их эффективности. Признавая, что главная цель этих союзов периода холодной войны - коллектив-главная самозащита – во многом утратила свою актуальность, «гегемонисты выступают за их перенацеливание на задачи «экспорта» или «проецирования» безопасности вовне. (Не случайно именно «гегемонисты» первыми выступили за расширение состава НАТО и сферы ее деятельности за пределами границ альянса.) При этом «гегемонисты», как и сторонники «согласованной безопасности» считают мир неделимым и подчеркивают, что даже периферийные угрозы и «вакуумы силы» за пределами проамериканских союзов могут создавать серьезную угрозу безопасности США. В таком «проецировании безопасности» ведущая США становится еще более необходимой, что исключает перераспределение ответственности в пользу союзников США, предлагаемое сторонниками «избирательного вовлечения». «Смогут ли Германия и ее западноевропейские партнеры справиться с дестабилизацией в Восточной и Центральной Европе, на Балканах и в России? - вопрошает один из ведущих теоретиков этого направления Р. Каглер. - Не случится ли то же самое в Азии, если предоставить самим себе Японию и Корею, не говоря уже о гораздо более слабых арабских партнерах США в районе Персидского залива?»

     С учетом множественности реальных и  потенциальных угроз американской безопасности (среди которых «гегемонисты» выделяют возможность антизападной трансформации России и Китая) основой стратегии США, по мнению тех, кто поддерживает эту концепцию, после окончания холодной войны должно стать «системное сдерживание» многочисленных источников нестабильности, возникающих в результате традиционного соперничества геополитических интересов. Таким образом, на США возлагается роль главного гаранта стабильности в мире. Это подразумевает способность США действовать в одностороннем порядке, а ООН и другим международным организациям, по существу, отводится второстепенная роль. «Соединенным Штатам - пишет Каглер, - придется добиваться глобальной стабильности посредством политики, которая в первую очередь исходит односторонней готовности использовать силу для достижения этой цели. А уже затем они будут сотрудничать с другими странами и институтами. которые разделяют эту цель, и жестко обращаться с теми, кто ее не разделяет». «Гегемонисты» ратуют за наращивание военных расходов и силового потенциала США, прежде всего его качественных параметров. ⁵ 

Таблица III. Направления гегемонистской политики США 

Стратегия  неоизоляционизма

     Сторонники  неоизоляционизма исходят из узкой (минималистской) трактовки национальных интересов США как ограничиваемых защитой своих суверенитета, территориальной целостности и безопасности. Этим интересам США, по мнению неоизоляционистов, в современном мире ничто не угрожает, учитывая географическое положение страны, фактор ее ядерной мощи, а также отсутствие у нее реальных конкурентов военной сфере в настоящем и маловероятность их появления обозримом будущем.

     Известный теоретик неоизоляционизма Э. Нордингер считает, что США «стратегически неуязвимы», а потому могут ограничить свои внешнеполитические и военные обязательства необходимым минимумом. Правый республиканец П. Бьюкенэн призывает отказаться от втягивания Соединенных Штатов в войны в чужих землях. Конкретно речь идет о свертывании участия в военно-политических блоках, созданных для «сдерживания» более не существующего противника, резком сокращении объема помощи другим странам и всего внешнеполитического аппарата США, а также военных расходов (примерно наполовину, если брать за основу расходы начала 90-х годов). Исключения не делается и для главного военно-политического союза - НАТО.

     Еще один видный идеолог неоизоляционизма Т. Карпентер называет НАТО «анахронизмом холодной войны» и предлагает передать основную ответственность за безопасность Европы самим европейцам. Неоизоляционисты отвергают глобальную ответственность СИТА за поддержание существующего миропорядка, который, на их взгляд, в основном является саморегулируемым, основанным на взаимном уравновешивании великих держав.  

Сферы США

Основные сферы  доминирования США:

Экономическая сфера

Экономика США — крупнейшая экономика мира по объёму ВВП по ППС (на 2009 год). 

Рис. I.Динамика ВВП в странах Большой восьмёрки в 1992—2009 годах, в процентах от уровня 1992 года⁶

• Крупнейшая  экономика мира
• Высокотехнологичное производство.
• Развиты научные исследования
• Хорошо развита сфера услуг
• Транснациональные компании типа «Форд», «General Motors» и Exxon.
• Ведущий производитель программного обеспечения
• Крупнейший в мире экспортер товаров

Военная сфера

     На  сегодняшний день вооружённые силы США остаются одними из крупнейших в мире. Военный бюджет США на 2010 год составил 668 млрд долларов США. Вооружённые силы США включают в себя армию (сухопутные войска), ВВС, ВМС, Корпус морской пехоты и Береговую охрану. По данным на апрель 2007 года, 1 426 700 человек проходили службу в регулярных частях вооруженных сил и 1 458 500 человек в резервных формированиях.⁷

     В ближайшие годы военное ведомство США будет концентрировать свои ресурсы на следующих основных направлениях:

• борьба с терроризмом и распространением оружия массового поражения,
• разведка, подготовка к информационной войне (защита информационных систем и коммуникаций США и, соответственно, разрушение аналогичных систем противника),
• борьба за военное превосходство в воздухе (особый упор делается на развитие беспилотных летательных аппаратов),
• также развитие военно-космических систем.