Свобода как Фактор и Эффект

Санкт Петербургский  государственный электротехнический            университет им. В.И.Ульянова (Ленина) «ЛЭТИ»                                СПбГЭТУ 
 
 
 

Кафедра: Социологии и Политологии 
 
 
 

Реферат по  социологии и политологии

на тему

«Свобода  как фактор и эффект» 
 

Выполнил: Юдченко Д.А.

Проверил: Бушуев В.С. 
 
 
 
 
 
 
 
 

Санкт-Петербург 2010

Оглавление

1. Предисловие
2. Определение свободы. Философия свободы, свобода по Фрому, сущность   свободы.
1. Два аспекта свободы для современного человека.
2. Как понимали свободу философы.
3. Сущность категории свобода

3.1Свобода человека в обществе.

4. Свобода как фактор, Свобода как эффект.
2. Свобода как фактор социального прогресса.
3. Свобода как эффект.
5. Список летературы.

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

1. ПРЕДИСЛОВИЕ

Свобода как фактор и эффект

«Ни небесные, ни земным, ни смертным,

ни бессмертным  не сотворил я тебя, так 

что можешь быть свободен по собственной 

воле и совести - и сам себе будешь творец

и создатель. Лишь тебе даровал я расти и 

меняться по собственной воле твоей.

Ты несешь в  себе семя вселенской жизни.»

                   «Изречение из Талмуда, Мишна, Абот» 

     Свобода – очень сложное философское  понятие, которое в любом случае всегда будет оставаться мифом. Мы будем искать разумное понимание свобода, поэтому сразу же назовем ее абсолютной, то есть идеальной свободой для всех людей. Будем прежде всего исходить из того, что абсолютная свобода – это отсутствие каких-либо ограничений и стеснений, что мы можем выразить словами: можно все. Однако же мы сразу понимаем, что когда можно все, речь идет о полной вседозволенности, или распущенности и своеволии. Таким образом, абсолютная свобода – это и есть полная вседозволенность. Хотя интуитивно любой человек скажет, что полная вседозволенность – это нечто не просто плохое, но и порой страшное и бесчеловечное. Но не все так просто. Дав человеку эту полную вседозволенность, его остановят его принципы, вскормленные вместе с материнским молоком, в детском саду, в школе в обществе. Моральные нормы будут у него в крови через которые он не сможет перешагнуть. Следовательно он не сможет себя освободить от заложенного морального кодекса. Так давайте его освободим, ограничим его от общества, от общения с людьми, от любого влиянии факторов которые могут повлиять на его повадки. В итоге мы получим дикаря, даже Маугли воспитывали волки. А этот человек абсолютно свободен, даже от человеческих мыслей, в нем будет жить только животный инстинкт. А давайте освободим от его? Это не возможно, но представьте? 

II.Определение свободы. Философия свободы, свобода по Фрому, сущность свободы.

2.1 Два аспекта свободы для современного человека.

В первой главе  книги Эрих Фромм ставит вопрос о  том, является ли свобода психологической  проблемой. Рассматривая фашистские режимы и отмечая тот факт,

что "в Германии миллионы людей отказались от своей  свободы с таким же пылом,

с каким боролись за нее", Фромм делает вывод: "если на свободу нападают во

имя антифашизма, угроза не становится меньше, чем при  нападении самого

фашизма", подразумевая под фашизмом диктатуру типа итальянской  или

германской. Кроме  этого, для результативной борьбы с  фашизмом необходимо

понимать его  сущность, борьба же без понимания  неадекватна и бесполезна.

Развивая мысль, Фромм констатирует факт, что к  моменту прихода фашизма к

власти люди не были к этому готовы -- ни практически, ни теоретически. В

числе тех, кто "осмелился  потревожить благодушный оптимизм девятнадцатого

века" автор  называет Ницше, Маркса и Фрейда. Отдавая  должное

Фрейду в плане  изучения подсознательных процессов, Фромм критикует его за

зажатость в  рамках им же построенной теории, что  обусловило бесплодность

попыток приложения фрейдовского психоанализа к решению  социальных проблем. К

другим заблуждениям Фрейда Фромм относит антисоциальность человеческой

природы, статичное  отношение человека к обществу, проведение тесных

параллелей между  полем человеческих взаимоотношений  и рынком .

Тем не менее, Фромм  закладывает в основу своего анализа  фундаментальные

открытия Фрейда -- роль подсознательных сил в  человеческом характере и

зависимость этих сил от внешних воздействий, подчеркивая, что его анализ,

кроме того, основан  на предположении о наличии особой связи индивида с

внешним миром  и динамичности связи между человеком  и обществом.

Далее Фромм  вводит понятие адаптации. Статическая  адаптация есть появление

новых привычек, характер же человека остается при  этом неизменным.

Динамическую  адаптацию Фромм объясняет на примере ребенка, подчиняющегося

строгому отцу. Подавленная враждебность, которая  может развиться по отношению

к отцу, становится динамическим фактором характера. Она  может усилить страх

ребенка перед  отцом и привести тем самым  к еще большему подчинению; может

вызвать беспредметный  бунт против жизни вообще. Далее  Фромм определяет невроз

как пример динамической адаптации к таким условиям, которые  являются для

индивида иррациональными. Однако обратное, вообще говоря, неверно: "...

социально-психологические  явления, проявляющиеся у целых  общественных групп и

сопоставимые  с невротическими, например наличие  ярко выраженных

разрушительных  или садистских импульсов, иллюстрируют динамическую адаптацию

к социальным условиям, иррациональным и вредным для  взрослых людей. Почему

такие явления  нельзя считать невротическими, мы обсудим позднее".

Далее Фромм  ставит вопрос о том, что заставляет людей приспосабливаться почти

к любым условиям жизни и о границах этой приспособляемости. Отвечая на него,

он выделяет приобретенные потребности (изначально не присущие человеку) и

потребности физиологические (обусловленные человеческой природой). Для

удовлетворения  потребностей человек должен трудиться, условия же его работы

определяются  тем обществом, в котором он родился. Оба фактора -- потребность

жить и социальная система -- не могут быть изменены отдельным  индивидом и

именно они  определяют развитие тех его черт, которые имеют большую

пластичность . Кроме физиологических потребностей существует

потребность связи  с окружающим миром, не связанная  с физическим контактом,

неудовлетворение  которой (моральная изоляция) приводит к возникновению

психических расстройств.

По Фромму, существует еще одна причина, обусловливающая  необходимость

принадлежности  к обществу: субъективное самопознание. Способность

мыслить позволяет  человеку осознать себя как индивидуальное существо;

сознавая свою отдельность, неизбежность болезней и  старости, человек не может

не чувствовать  свою незначительность в сравнении  с окружающим миром. Если

человек не имеет  возможности отнести себя к какой-либо системе, которая бы

направляла его  жизнь и придавала ей смысл, его  переполняют сомнения, которые

в итоге парализуют его способности действовать, то есть жить. Основные

положения социальной психологии Фромма заключаются в  том, что а) человек есть

продукт исторической эволюции в синтезе с врожденными  законами, но не то или

другое в отдельности; б) у человека существуют физиологические  потребности и

ему свойственно  избегать морального одиночества; в) в  процессе динамической

адаптации у  индивида развивается ряд стимулов, мотивирующих его чувства и

действия; г) стремление к удовлетворению этих новых потребностей становится

силой, воздействующей на процесс общественного развития.

Главная идея книги, по Фромму, которую он закладывает  в основу своего

исследования, заключается  в следующем: "Человек перерастает  свое

первоначальное  единство с природой и с остальными людьми, человек становится

"индивидом" -- и чем дальше заходит этот  процесс, тем категоричнее

альтернатива, встающая перед человеком. Он должен суметь воссоединиться с

миром в спонтанности любви и творческого труда  или найти себе какую-то опору

с помощью таких  связей с этим миром, которые уничтожают его природу и

индивидуальность"

2.2 Как понимали свободу  философы.

     Блаженный Августин (354-430)

Августин был  объективным идеалистом и связывал свободу с божественным

предопределением. Суть этого учения в следующем. Первые люди до грехопадения

обладали свободной волей: могли не грешить. Но Адам и Ева дурно

использовали  эту свободу и после грехопадения потеряли ее. Теперь они уже не

могли не грешить. После искупительной жертвы Иисуса Христа избранные Богом уже

не могут грешить. Божество от века предопределило одних  людей к добру, спасению

и блаженству, а  других — к злу, погибели и мучениям. Без предопределенной

божественной  благодати человек не может иметь доброй воли. Эту позицию

Августин отстаивал  в ожесточенной полемике с одним  из церковных писателей —

Пелагием, который  утверждал, что спасение человека зависит от его собственных

нравственных  усилий. Учение Августина о предопределении  можно назвать

религиозным фатализмом. Идеи Августина по этому вопросу  породили широкую и

острую дискуссию, длившуюся многие века (даже сейчас). Следовательно жизнь

человека, его  поступки предопределены и свободы, как таковой не существует.

     Б. Спиноза (1632-1677) объяснял и связывал свободу с мышлением.

     Мышление - самое загадочное свойство человеческого тела, которое в силу

своей загадочности как раз и дает больше всего  поводов для различных суеверий,

- так же невозможно  отделить от человеческого тела, как и другой его атрибут  -

"протяженность". Мышление - не что иное, как способ  активного действования

протяженного  тела человека, живущего среди других протяженных тел и

взаимодействующего  с ними. Отсюда и общее понимание  природы мышления, т.е. это

присущая каждому  мыслящему существу способность  строить свои действия,

сообразуясь с  формой и расположением всех других тел, а не с особой формой и

особым расположением  частиц, из коих оно само устроено. Мышление в

идеале, в пределе  своего развития, есть поэтому способность человека

осуществлять  свою активную деятельность в мире сообразно

совокупной мировой  необходимости.

     И. Кант (1724-1804) принимает и разрешает антиномию,

противополагающую между собою идеи необходимости и свободы. Существует

ли свобода  воли, свобода человеческих действий, или же человек, подобно камню,

подчиняется лишь закону необходимости? Кант отвечает на это: свобода вовсе

не противоречит необходимости.

Человек в одно и то же время и свободен, и  подчинен естественным законам. В

мире явлений  все подчинено закону причинной  связи. Но понятие свободы не

относится к явлению. Свобода есть способность самостоятельного начинания,

то есть не требует  никакой другой причины, кроме себя самой: очевидно, что

свобода относится не к явлению, а к «вещи самой в себе». Поэтому без всякого

противоречия  можно признать, что одна и та же вещь сразу и свободна (как  вещь

в себе), и не свободна (как явление). Разумное существо, действующее по

законам разума, то есть на основании присущих ему  идей, свободно, но в то же

время оно подчинено  и естественным законам, например падает при известном

положении центра тяжести, подобно всякому неустойчивому телу. Весь спор о

свободе воли основан  на недоразумениях, на смешении явления  с «вещью в себе».

Действия свободны единственно по отношению к разумному субъекту, сознающему

свою способность  действовать по основаниям разума; они необходимы по

отношению к внешним причинам явления. Если бы можно было научно изучить все

причины, побуждающие  меня действовать так, а не иначе, то и это не превратит

меня в бессознательного автомата, не лишит меня сознания моей свободы как

разумного существа.

На это можно  было бы возразить Канту, что о  «вещах в самих себе» мы не имеем

никакого познания, исключая того, что они существуют, то есть служат

подкладкой явлений; откуда же мы можем знать, что какая-либо «вещь в себе»

определяется  законом свободы? Кант предвидел  это возражение. Он утверждает, что

хотя мы и  не знаем вообще о «вещах в себе», каковы их свойства, но одно их

свойство нам  известно, а именно мы знаем, что  постигаются они умом, а не

чувствами; поэтому  и характер у них должен быть «умопостигаемый», а не

чувственный, следовательно, к ним «неприложимо отвлеченное от чувственных

предметов понятие  естественного закона, или необходимости». Понятие о

необходимой причинной  связи всегда включает в себе понятие  времени (действие

всегда следует  за причиной, а не предшествует ей). Но время, как уже показал

Кант, присуще  не «вещам в себе», а явлениям, потому что оно есть лишь форма

нашей чувственности, которая наполняется содержанием, взятым исключительно из

мира явлений. Из этого уже ясно, что в мире «вещей в себе» о времени не может

быть речи, стало  быть, нет и следования событий, но есть лишь безусловное

самоопределение, то есть полная  независимость от всего предшествующего

, а это и  есть понятие свободы.

     Вильгельм Гегель (1770-1831)

Гегель выводил  понятие свободы из «духа», поэтому  чтобы понять это

ознакомимся кратко с его «Философией духа». Это  третья ступень гегелевской

системы, которая  состоит из

·        Логики,

·        философии природы,

·        философии духа,

представляющая  собой синтез философии природы  и философии духа. Здесь абсолютная

идея как бы пробуждается, освобождается от природных  уз и находит свое

выражение в  абсолютном духе. Человек часть природы. Однако человеческий

дух – продукт  не природы, а абсолютного духа. Да и сама природа порождена

духом. «Для нас  дух имеет своей предпосылкой природу, он является ее истиной, и

тем самым абсолютно  первым в отношении ее. В этой истине природа исчезла, и дух

обнаружился в  ней как идея, достигшая для  себя бытия».

Саморазвитие  духа идет по трем ступеням. Первая –  «субъектный дух» –

индивидуальное  человеческое сознание, подразделяющееся на три вида:

антропологию, феноменологию, психологию. Вторая ступень «объективный дух»

– человеческое общество и три его главных  формы: право, нравственность,

государство. Последняя  ступень – «абсолютный дух» – включает искусство,

религию и философию.

«Философия духа»  – труд посвященный главным образом  индивидуальному и

общественному сознанию, а также диалектике исторического  развития.

Дух есть нечто  единое и целое, но находящееся в  процессе развития, перехода от

низшего к высшему. Движущей силой развития духа Гегель считает диалектическое

противоречие  субъекта и объекта, мысли и предмета. «Субстанция духа есть

свобода, т.е. независимость от другого, отношение к самому себе».

действительная  свобода состоит не в отрицании необходимости, а в ее

осознании, в  раскрытии ее содержания, которое  имеет идеальный характер. История

человечества  есть прогресс в сознании свободы, но опять-таки свободы духа,

мысли. Понимание  свободы Гегелем носило прогрессивный  характер, т.к. было

направлено против феодальных пережитков.

Философия истории  у Гегеля носит теологический  характер, т.е. развитие

общества направлено к заранее установленной цели. Мировую историю философ

делит на три  эпохи: восточную, античную и германскую. Восточная эпоха

полностью лишена сознания свободы, в античную эпоху  сознание достигло

избранное меньшинство, а что касается германских народов, в первую очередь

немцев, то они  уже достигли стадии свободы. Сословный  строй, монархия, вполне

вписываются, по Гегелю, в категорию свободы. Государство  он считал не только

воплощением свободы, но и шествием Бога по земле. Пределом развития

человеческого общества и его политических институтов выступает

конституционная монархия, сохраняющая сословные  черты, но способствующая

преобразованиям в буржуазно-либеральном духе.

     Карл Маркс(1818-1883)

Марксистская  концепция свободы покоиться  на диалектическом понимании природы

социального детерминизма. Она противостоит как субъективно-идеалистическим

представлениям  о свободе воли человека, отрицающим причинную обусловленность

его поступков, так и механистическому сведению детерминизма к

предопределенности  – фатализму.

В своей повседневной деятельности человек сталкивается с конкретно-

историческим  воплощением исторической необходимости, судьбы, рока, в виде

реально существующих естественных условий жизни, социальных и экономических

отношений, наличных материально-технических средств  и т.п. Люди не свободны в

выборе объективных  условий своей деятельности; более  того, сами эти условия

во много определяют круг их интересов, их стремления, ожидания и т.д. Однако

люди обладают значительной свободой в определении  целей своей деятельности,

поскольку в  каждый данный исторический момент существует не одна, а несколько

вполне реальных возможностей развития. Даже когда  нет разумной альтернативы,

человек в состоянии  отдалить наступление нежелательных  для него явлений, либо

ускорить приближение  желательных. Он более или менее  свободен в выборе

средств для  достижения поставленных перед собой  целей. Свобода,

следовательно, не абсолютна и воплощается в  виде осуществления возможности

путем выбора определенной цели и плана действий. Она тем  больше, чем лучше

человек сознает  свои реальные возможности, чем больше средств для достижения

поставленных  целей находиться в его распоряжении, чем в большей степени он

может воспользоваться  благоприятными тенденциями развития общества и

противодействовать  неблагоприятным.

В реальной действительности историческая необходимость и свобода  личности

тесно взаимосвязаны, диалектически взаимодействуют. При  этом свобода личности

не только выявляет историческую необходимость, но и присутствует и

накапливается в ней в виде непрерывной цепи свободы выбора, которая

осуществлялась  людьми в прошлом и привела  общество к его данному состоянию.

Исторический  детерминизм, следовательно, не отрицает свободу личности, а,

напротив, предполагает ее и включает в себя как свой результат.

Отвергая антиномию  свободы и необходимости, марксистская философия исходит из

определения свободы  как процесса «познания необходимости», т.е. ее понимания

и учета в  деятельности. В соответствии с этим определением свобода личности

заключается «не  в воображаемой независимости» от объективных  законов природы и

общества, а в  способности разумно выбирать свою линию поведения среди реальных

возможностей, что  возлагает на нее моральную и  социальную ответственность,

которая возрастает пропорционально ее свободе.

     Рудольф Штайнер(1861-1925)

Р. Штайнер посвятил «нашей» теме целую книгу, название которой «Философия

свобода».

Однажды, Рудольфа Штайнера спросили, что он хотел  бы увидеть уцелевшим из

всего им созданного, Штайнер ответил моментально: «Философию свободы».  Это

была его любимая  книга: самый одинокий человек любил  самую одинокую книгу.

Штайнер называл  «Философию свободы» «непрочитанной»  книгой, и спустя двадцать

пять лет после  ее первого издания, когда в 1918 году встал вопрос о

переиздании «Философии свободы» Р.Штайнер сказал: «Держались отнюдь не того,

что им давалось, а всяких лозунгов и шаблонов... По сути относились довольно-

таки безразлично  к сказанному мною самим, к тому, что сам я счел нужным

издать. Конечно  что-то читалось. Но из того, что нечто  читается, никак не

следует еще, что  оно принималось...»

Говоря о «Философии свободы», Р.Штайнер всегда в первую очередь подчеркивал,

что ничто не имеет такого значения для ее понимания  как «самостоятельное

мышление», более  того без этого не возможно постичь  то, что в ней заложено.

Не мозг должен автоматически мыслить, а должно включаться свободное сознание,

свободное от навязанных правил, терминов и их комбинаций, которые  не зависимо

от нас возникают  в нашем мозгу и дают шаблонные  оценки происходящему вокруг.

В основу композиции книги легло евангельское изречение: «Познайте истину, и

истина сделает  вас свободными». Каждая из обеих  частей книги отражает