Теории возникновения государства

План.

Введение.

1. Причины разнообразия  теорий происхождения государства  и права.

2. Основные теории  происхождения государства.

3. Основные теории  происхождения права.

Заключение.

Библиография.

Введение.

Чтобы глубоко и  всесторонне понять сущность и особенности  существующих ныне государств и правовых систем, а также попытаться выявить  исторические тенденции их развития в будущем, необходимо прежде всего изучить, как эти государства и государственные образования возникают, какой путь они проходят и чем они становятся сейчас. В. И. Ленин, несомненно, был прав, когда писал, что если рассматривать какое угодно общественное явление, включая государство, под углом зрения его возникновения и развития, то в нем, безусловно, окажутся остатки прошлого, основы настоящего и зачатки будущего.

Теорию происхождения  государства и права можно  толковать в трояком смысле, а  именно как учение о возникновении: 1) государства и права независимо от их типа и форм (теория в широком смысле, или общая теория), 2) государства и права того или иного типа, в отдельности взятого (теория в узком смысле), 3) конкретного государства и права, т. е. государства и права, имеющих собственное имя и собственную историю возникновения (специальная, или частная, теория)2. В представленной работе рассматривается общая теория происхождения государства и права.

На смену первобытной  организации общества приходит государство. Уже тысячелетия люди живут в  условиях государственно-правовой действительности: они являются гражданами (или подданными) определенного государства, подчиняются  государственной власти, сообразуют свои действия с правовыми предписаниями  и требованиями. Естественно, что  еще в глубокой древности они  стали задумываться над вопросами  о причинах и путях возникновения  государства и права. Создавались  самые разнообразные теории, по-разному  отвечающие на такие вопросы. Почему? Однозначного ответа на этот вопрос нет  и быть не может. Дело в том, что  у различных народов государства  возникали по-разному. Однако ученые всегда стремились найти общие закономерности их возникновения. На сегодняшний день существует достаточно много теорий, так или иначе объясняющих  процесс возникновения государства.

Видимо, нет смысла рассматривать те точки зрения, которые  исходят из непознаваемости путей  возникновения и сущности государства  и права, а также концепции, отождествляющие  государство и общество, полагающие, что государство и право - явления  вечные, присущие любому социуму, поскольку  возникают вместе с ним. В данной работе будут рассмотрены теории, которые различают государство  и общество и выделяют происхождение  государства и права в качестве специфической проблемы.

1. Причины разнообразия  теорий происхождения государства  и права.

Среди теоретиков государства  и права никогда не было раньше и в настоящее время нет не только единства, но даже общности взглядов в отношении процесса происхождения государства и права. При рассмотрении данного вопроса никто, как правило, не подвергает сомнению такие, например, общеизвестные исторические факты, что первыми государственно-правовыми системами в Древней Греции, Египте, Риме и других странах были рабовладельческие государство и право. Никто не оспаривает того факта, что на территории нынешней России, Польши, Германии и ряда других стран никогда не было рабства. Исторически первыми здесь возникли не рабовладельческие, а феодальные государство и право.

Не оспариваются и многие другие исторические факты, касающиеся происхождения государства  и права. Однако этого нельзя сказать  обо всех тех случаях, когда речь идет о причинах, условиях, природе  и характере происхождения государства  и права. Над единством или  общностью мнений здесь преобладает  разнополярность мнений.

Помимо общепризнанных мнений и суждений в вопросах происхождения  государства и права нередко  имеют место прямые искажения  данного процесса, сознательное игнорирование  ряда весьма существенных для его  глубокого и всестороннего понимания  фактов. "Если понятие государства, - писал в связи с этим еще  в начале XX века видный государствовед Л. Гумплович, - часто сводилось к выражению политических тенденций, к изображению политической программы и служило знаменем для политических стремлений, - то не меньшему извращению должен был подвергаться и чисто исторический акт происхождения государств. Его часто искажали и сознательно игнорировали в пользу так называемых "высших идей"'. Чисто исторический акт происхождения государств, - продолжал автор, - строили на идее, выводили из известных потребностей или, иначе говоря, из определенных рационалистических и нравственных мотивов. Полагали, что для поддержания морали и человеческого достоинства обязательно нужно скрыть действительный, естественный способ возникновения государств и выставить вместо него какую-нибудь "легальную" и гуманную формулу"3.

Дело, однако, заключалось  не только и даже не столько в  преднамеренном сокрытии "действительного, естественного способа" возникновения  государства и права, сколько  в различном понимании сути и  самой значимости этого способа. Ведь один подход к пониманию естественного  способа возникновения государства  и права может быть связан, скажем, с естественным развитием экономики  и общества, на базе или в рамках которых возникают государство  и право. И совершенно другой - с  естественным развитием общей культуры людей, их интеллекта, психики, наконец, здравого смысла, приведших к осознанию  объективной необходимости формирования и существования государства  и права.

Кроме этого при  рассмотрении проблем возникновения  государства и права важно  учитывать и то, что сам процесс  появления государства и права  далеко неоднозначен. С одной стороны  необходимо различать процесс первоначального  возникновения государства и  права на общественной арене. Это  процесс формирования государственно-правовых явлений, институтов и учреждений на основе разложившихся по мере развития общества догосударственных и, соответственно, доправовых явлений, институтов и учреждений.

А с другой стороны, необходимо выделять процесс зарождения и развития новых государственно-правовых явлений, институтов и учреждений на базе ранее существовавших, но по каким-то причинам ушедших с общественно-политической сцены государственно-правовых явлений, институтов и учреждений.

Отмечая неоднозначный, двойственный характер процесса возникновения  государства и права, известный  российский правовед Г. Ф. Шершеневич писал еще в 1910 г., что этот процесс непременно нужно исследовать, как минимум, в двух плоскостях. Важно исследовать, каким образом впервые в недрах общества зародилось государство. Это - одна плоскость, одно восприятие процесса возникновения государства и права. И совсем иначе ставится вопрос, когда исследуется, каким образом в настоящее время, когда почти все человечество живет в государственном состоянии, возможны новые государственные образования.

Таким образом, в  мире всегда существовало множество  различных теорий, объясняющих процесс  возникновения и развития государства  и права.

Это вполне естественно  и понятно, ибо каждая из них отражает или различные взгляды и суждения различных групп, слоев, классов, наций  и других социальных общностей на данный процесс, или - взгляды и суждения одной и той же социальной общности на различные аспекты данного  процесса возникновения и развития государства и права. В основе этих взглядов и суждений всегда находились различные экономические, финансовые, политические и иные интересы.

Речь идет не только о классовых интересах и связанных  с ними противоречиях, как это  длительное время утверждалось в  нашей отечественной и отчасти  в зарубежной литературе. Вопрос ставится гораздо шире. Имеется в виду весь спектр существующих в обществе интересов  и противоречий, оказывающих прямое или косвенное влияние на процесс  возникновения, становления и развития государства и права.

За время существования  юридической, философской и политической науки были созданы десятки различных  теорий и доктрин. Высказаны сотни, если не тысячи противоречивых предположений. Вместе с тем споры о природе  государства и права, причинах, истоках  и условиях их возникновения продолжаются и по сей день.

Причины их и порождаемых  ими многочисленных теорий заключаются  в следующем. Во-первых, в сложности  и многосторонности самого процесса происхождения государства и  права и объективно существующих при этом трудностях его адекватного  восприятия. Во-вторых, в неизбежности различного субъективного восприятия данного процесса со стороны исследователей, обусловленного их несовпадающими, а  порою противоречивыми экономическими, политическими и иными взглядами  и интересами. В-третьих, в преднамеренном искажении процесса первоначального  или последующего (на основе ранее  существовавшего государства), возникновения  государственно-правовой системы в  силу конъюнктурных или иных соображений. И, в-четвертых, в преднамеренном или  непреднамеренном допущении смешения в ряде случаев процесса возникновения  государства и права с другими  сопредельными, соотносящимися с ними процессами.

Обращая внимание на последнее обстоятельство, Г. Ф. Шершеневич не без оснований сетовал, в частности, по поводу того, что вопрос о происхождении государства часто смешивается с вопросом "об обосновании государства". Конечно, рассуждал он, логически эти два вопроса совершенно различны, но "психологически они сходятся общими корнями". Вопрос о том, почему нужно повиноваться государственной власти, в таком представлении логически связывается с вопросом, каково ее происхождение.

Таким образом, в  строго теоретическую проблему о  происхождении государства вносится чисто политический момент. "Не то важно, каково было в действительности государство, а как найти такое  происхождение, которое способно было бы оправдать заранее предвзятый вывод"4. В этом, по мнению автора, заключается основная цель смешения названных явлений и отражающих их понятий. В этом - одна из причин множественности  и неоднозначности произрастающих на данной основе теорий.

Различного рода теории возникают в связи с  неправомерным смешением процесса возникновения государства с  другими, взаимосвязанными с ним  процессами. Аналогичная картина  наблюдается и в отношении  процесса зарождения и становления  права, его первоначального возникновения. При этом нередко имеет место  неправомерное смешение происхождения  права с его развитием.

На это особое внимание обращал, в частности, Н. М. Коркунов. Объяснение происхождения  права, писал он, не может ограничиваться и заменяться указанием на то, как  развивается право. Главный и  самый трудный вопрос заключается  в объяснении первоначального возникновения  права, в объяснении того, каким образом  впервые появляется "самое сознание о праве".

В современном быту, размышлял он, мы знаем, что право  творится и развивается сознательной деятельностью и при этом "отправляются от сознания недостатков или неполноты  уже существующего права. Но откуда же взялось первоначальное сознание о праве?". Разрешение вопроса  тем труднее, заключал автор, что  сознание людей всегда предполагает уже готовый объект, готовое содержание. Обыкновенно объект одного акта сознания дается предшествующим ему, также сознательным актом. Но когда речь идет о первоначальном возникновении сознания относительно права или государства, то такое  объяснение неприменимо. Остается предположить или врожденность правосознания  или же, что "первоначально объект правосознания дается бессознательным  актом".

Не имея возможности  или не умея вполне определенно и  аргументированно ответить на данный вопрос, исследователи зачастую обращаются к проблемам развития права вместо изучения проблем его первоначального  возникновения. Такая подмена близких, но неравнозначных явлений и отражающих их понятий нередко уводит в сторону  от познания процесса возникновения  государства и права, создает  благоприятную основу для появления  различных, порою весьма противоречивых суждений и теорий5.

2. Основные теории  происхождения государства.

Теологическая теория (от греч. theos - бог, logos - понятие, учение) - учение о боге.

Основными представителями  этой теории являются: Фома Аквинский, Ж. Маритен, Ф. Лебюфф, Д. Эйве, Кост-Флорэ.

Это учение является одним из самых древних. Возникло оно одновременно с первыми государствами  на основе религиозно-мифологических представлений их божественного  происхождения. Особенность данной теории состоит в том, что ее представители  никогда не ставили перед собой  задачу обосновать процесс происхождения  государства, основную задачу они видели в обосновании государственной  власти. Теологическая теория обосновывает две основные идеи. Первая состоит  в доказывании божественного  происхождения государственной  власти. Вся власть от бога. Вторая задача заключается в том, чтобы подчинить  светские власти церкви. Наиболее яркий  представитель этой теории, святой католической церкви Фома Аквинский  утверждал, что "все христианские короли должны быть подчинены римскому первосвященнику как самому господу Иисусу Христу. Папа есть царь царей, владыка владык, власть которого не прекратится и не распадется во веки веков".

Аквинат касается вопросов государства, закона, права в труде "О правлении властителей" (1265-1266 гг.), в произведении "Сумма теологии" (1266-1274 гг.) и в иных работах. В них ученый-богослов пытается приспособить взгляды Аристотеля к догматам католической церкви и таким путем еще более укрепить ее позиции. Представления Фомы Аквинского о государстве - первая попытка развить христианскую доктрину государства на базе аристотелевской "Политики").

От Аристотеля Аквинат перенял мысль о том, что человек по природе есть "животное общительное и политическое". В людях изначально заложено стремление объединиться и жить в государстве, ибо индивид в одиночку удовлетворить свои потребности не может. До этой естественной причине и возникает политическая общность (государство). Процедура же учреждения государственности аналогична процессу сотворения мира богом. При акте творения сперва появляются вещи как таковые, потом следует их дифференциация сообразно функциям, которые они выполняют в границах внутренне расчлененного миропорядка. Деятельность монарха схожа с активностью бога. Прежде чем приступить к руководству миром бог вносит в него стройность и организованность. Так и монарх первым делом учреждает и устраивает государство, а затем начинает управлять им6.

Вопрос о научности  рассматриваемой теории связан с  вопросом веры. Для атеиста она  является нелепой, антинаучной. Для  верующего, напротив, она универсальна и практически неопровержима, поскольку  позволяет приспособить теологическую  концепцию к любой форме государства. Дело в том, что официальная доктрина Ватикана исходит из того, что бог, создавая государство и право, не указал непосредственно лиц, осуществляющих власть, конкретные формы правления, государственного устройства, политический режим и т.д7.

Несмотря на свое религиозное содержание, эта теория, возникшая еще в древности (Иудея), отражала определенные реальности, а  именно теократические формы первичных  государств (власть жрецов, роль храма, разделение власти между религиозными и административными центрами).

Следует также учитывать  при оценке этой теории, что освещение  власти божественным, а это имело место во многих первичных городах-государствах, придавало власти и авторитет, и безусловную обязательность. Не случайно, что эта теория была весьма распространена в средние века. В XVI-XVIII веках теологическую теорию использовали для обоснования неограниченной власти монарха. А сторонники королевского абсолютизма во Франции, например Жозеф де Местр, рьяно ее отстаивали в начале XIX века.

Получила она своеобразное развитие и в трудах некоторых  современных ученых, которые, признавая  рубежное значение неолитической революции, утверждали, что переход к производящей экономике, начавшийся 10-12 тыс. лет назад, имел божественное начало. При этом теологи отмечают, что, по их мнению, точных естественных причин этого качественного  перелома в истории человечества наука до сих пор не установила, а вот религиозное обоснование  содержится еще в Библии.

Разумеется, теологическая  теория исходит из религиозных воззрений, не является научной, но отражает отдельные  реальные процессы, действительно имевшие  место в процессах становления  государств (теократических)8.

Патриархальная теория рассматривает возникновение государства  непосредственно из разросшейся  семьи, а власть монарха конструируется из власти отца над членами его  семьи. Основателями является Платон и  Аристотель, которые считали, что  возникновение государства есть результат разрастания патриархальной семьи, глава которой становится монархом.

Зачем нужна была эта теория? Затем, чтобы показать, что власть монарха, какой бы суровой  она ни была, является священной, так  же как власть отца. Отец может наказать ребенка, побить, но это отец и к  нему надо относиться с сыновьим почтением. Точно так же следует относиться и к монарху9.

Так же, как и теологическая  теория, патриархальная была направлена на обоснование неограниченности власти царя, монарха, но истоки этой власти видела уже не столько в ее божественном происхождении, сколько в тех  формах семьи, где существовали неограниченная власть главы семьи, патриарха.

Зародилась эта  теория в Греции, обоснование получила первоначально в трудах Аристотеля, но свое развитие нашла в XVII веке в  сочинении англичанина Фильмера "Патриарх". Роберт Фильмер, сторонник неограниченной королевской власти, опираясь на Библию, в сочинении "Патриархия, или Естественная власть короля" доказывал, будто власть королей ведет свое начало непосредственно от прародителя рода человеческого- Адама. Поэтому государство появляется вовсе не в результате общественного договора, заключаемого свободными равными людьми, который ими же при определенных условия может быть расторгнут. Государь не назначается, не выбираете и не смещается подданными, ибо все они - его дети. Происходя (через Адама) от бога, монархическая власть, согласно Фильмеру, вообще не подчинена человеческим законам10.

Сочинение Фильмера было самой экзотической работой, выражавшей идеи патриархальной теории. Уже современники Фильмера обратили внимание не несуразность многих ее положений. Однако позднее основная идея этой теории использовалась на западе Г. Мэном, Э. Вестермарком и Д. Мэрдоком, а в России - Н.К. Михайловским. Вера в хорошего, доброго и справедливого царя, "отца народов", скорее всего, проистекает из патриархальной теории.

Являясь внешне привлекательной, рассматриваемая теория вряд ли может  быть признана научной. Не случайно Сидней Локк в произведении "Два трактата о правлении" (1690 г.), критикуя теологически-патриархальную теорию Фильмера, заметил, что, либо монархов должно быть столько, сколько отцов, либо в мире должна быть только одна монархия.11

Естественно, такого исторически никогда не было, да и быть не могло. Однако многие другие юристы и социологи более глубоко  рассматривали роль семьи в возникновении  государства, а также других социальных институтов.

Основные положения  патриархальной теории убедительно  опровергаются современной наукой. Нет ни одного исторического свидетельства  подобного способа возникновения  государства. Напротив, установлено, что  патриархальная семья появилась  вместе с государством в процессе разложения первобытно-общинного строя. К тому же в обществе, в котором существует такая семья, родственные связи достаточно быстро разрушаются12.

Современное состояние  научных знаний о происхождении  государства, хотя и привязывает  этот процесс к новому способу  экономической, трудовой деятельности в раннеклассовых обществах, к организационно-управленческим функциям, связанным с земледелием, к городской цивилизации, к возникновению  частной собственности, вместе в тем отнюдь не умаляет и первоначальной роли семьи. С одной стороны, появление на финальных этапах неолитической революции "больших семей" общинников-земледельцев - основного звена раннеклассового общества, с другой - династическое присвоение должностей в раннеклассовых первичных городах-государствах - это вполне реальные, научно установленные процессы, которые по-новому позволяют взглянуть как на содержательные, так и на ошибочные положения патриархальной теории. Словом, и эта теория также "схватывала" и отражала какие-то реальные, сущностные стороны перехода человечества от социально-организованной жизни в первобытном обществе к государственным формам в раннеклассовом обществе, но - и в этом основной недостаток этой теории - преувеличивая их, придавала этим сторонам универсальное и определяющее значение. А это уже было теоретически и исторически неверным13.

Органическая теория возникла в XIX в. в связи с успехами естествознания, хотя некоторые подобные идеи высказывались значительно  раньше. Так, некоторые древнегреческие  мыслители, в том числе Платон (IV-III вв. до н. э.) сравнивали государство  с организмом, а законы государства - с процессами человеческой психики.

Появление дарвинизма привело к тому, что многие юристы, социологи стали распространять биологические закономерности (межвидовая и внутривидовая борьба, эволюция, естественный отбор и т.п.) на социальные процессы. Представителями этой теории были английский социолог Г. Спенсер, швейцарский  юрист - И. Блюнчли, французский социолог - Вормс и др.

В соответствии с  органической теорией само человечество возникает как результат эволюции животного мира от низшего к высшему. Дальнейшее развитие приводит к объединению людей в процессе естественного отбора (борьба с соседями) в единый организм - государство, в котором правительство выполняет функции мозга, управляет всем организмом, используя, в частности, право как передаваемые мозгом импульсы. Низшие классы реализуют внутренние функции (обеспечивают его жизнедеятельность), а господствующие классы - внешние (оборона, нападение).

Наблюдаемые в жизни  общества процессы роста и усложнения их структуры и функций или  связанности его отдельных частей (элементов), их дифференциации Спенсер  представил как процесс постепенного объединения различных мелких групп  в более крупные и сложные, которым он дал название "агрегаты". Этим названием охватывались такие общественные группы и объединения, как племя, союз племен, города-государства, империи. Было принято во внимание также, что, раз возникнув, эти объединения (агрегаты) испытывают воздействие иных факторов перемен -- социально-классовой дифференциации, специализации в виде разделения труда, образования органов политической власти (регулятивная система), а также возникновения земледелия, ремесел (система органов "питания"), возникновения специализированной "распределительной системы" (торговли, транспорта и иных средств сообщения).

Исходным положением для оценки общественных структур и  остальных частей политических агрегатов  у Спенсера стало положение о  том, что общество существует для  блага всех членов, а не члены  его существуют для блага общества. Другими словами, благосостояние общественного  агрегата не может считаться само по себе целью общественных стремлений без учета благосостояния составляющих его единиц. В этом смысле все  усилия и притязания политического  агрегата (политического, института, в частности) сами по себе мало что значат, если они не воплощают в себе притязания составляющих данный агрегат единиц. Эта характерная особенность позиции английского мыслителя дает основание для отнесения ее к разряду либеральных социально-политических установок.

Объясняя свой подход к рассмотрению структуры и деятельности социально-политических агрегатов. Спенсер  говорил, что между политическим телом и живым телом не существует никаких других аналогий, кроме тех, которые являются необходимым следствием взаимной зависимости между частями, обнаруживаемой одинаково в том  и другом. К сказанному следует  добавить, что в те времена в  европейском политическом словаре  не было еще термина "политическое учреждение" и этот структурный  элемент политической жизни именовался политическим телом (отсюда же ведет  свое происхождение и слово "корпорация", употреблявшееся вначале для  обозначения некоторых сословий, например горожан, купцов и др.). О  достоинствах метода аналогий и его  оправданности сам исследователь  заметил, что "аппараты и функции  человеческого тела доставляют нам  наиболее знакомые иллюстрации аппаратов  вообще".

У Спенсера можно  найти и довольно существенные оговорки относительно пределов аналитических  возможностей метода аналогий, поскольку  опасность завышенной биологизации социальных и политических структур был очевидной. "Общественный организм, будучи раздельным (дискретным), а не конкретным, будучи ассиметричным, а не симметричным, чувствительным во всех своих единицах, а не в одном чувствительном центре, не может быть сравниваемым ни с одним, особо взятым типом индивидуального организма, растительного или животного. Единственная общность между двумя сравниваемыми нами родами организмов есть общность основных принципов организации" ("основания социологии").

Обращаясь к истории  возникновения государства и  политических институтов, Спенсер утверждал, что первоначальная политическая дифференциация возникает из семейной дифференциации - когда мужчины становятся властвующим  классом по отношению к женщинам. Одновременно происходит дифференциация и в классе мужчин (домашнее рабство), которая приводит к политической дифференциации по мере возрастания  числа обращенных в рабство и  зависимых лиц в результате военных  захватов и увода в плен. С образованием класса рабов-военнопленных и начинается "политическое разделение (дифференциация) между правящими структурами  и структурами подвластными, которое  продолжает идти через все более  высокие формы социальной эволюции".

Вместе с расширением  практики завоеваний усложняется классовая  структура - возникают различные  сословия, выделяется особый правящий слой и тем самым усложняется  политическая структура. В ходе объединения  усилий во имя военных целей возрастает роль "принудительной кооперации", что ведет к утрате индивидуальности у ее участников (так, в военном типе социальной организации индивид оказывается собственностью государства). В это время сохранение общественных становится самой главной целью, тогда как сохранение каждого члена общества - целью второстепенной14.

Несмотря на действительно  существующие сходства между органической и общественной жизнью, данная теория не может быть признана научной. Видный русский правовед Е.Н. Трубецкой отмечал, что животная клеточка, с которой социологи любят сравнивать человека, сама по себе не составляет самостоятельного целого, может быть членом только одного организма, выполняет одну строго определенную функцию, тогда как человек может отделиться от общества (например, посредством эмиграции, перемены подданства), быть членом нескольких социальных организмов и выполнять одновременно или поочередно множество самых разнообразных функций (например, быть одновременно профессором и адвокатом, быть сначала студентом, а затем уже - адвокатом, прокурором, судьей и т.п.). Биологические законы необходимо учитывать при изучении общества, государства и права, но их нельзя абсолютизировать15.