Уголовный кодекс о неприкосновенности частной жизни

Уголовный кодекс о неприкосновенности частной жизни.

Уголовное законодательство Российской Федерации вводит ответственность за незаконные сбор или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия на распространение этих сведений (ст. 137 УК РФ), за нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений граждан (ст. 138 УК РФ), за разглашение тайны усыновления (удочерения) вопреки воле усыновителя, совершенное как лицом, обязанным хранить факт усыновления (удочерения) как служебную или профессиональную тайну, так и любым лицом из корыстных или иных низменных побуждений (ст. 155 УК РФ).

Уголовный кодекс 1996 г. расширил, по сравнению с Кодексом 1960 г., уголовно-правовую охрану личных прав и свобод граждан, отнеся к рассматриваемой группе преступлений такие деяния, как нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137) и отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140). 
К числу преступлений против личных прав и свобод граждан относятся: нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137); нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 138); нарушение неприкосновенности жилища (ст. 139); отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140); воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповедания (ст. 148). 
Все преступления этой группы посягают на личные права и свободы граждан, так как только сам человек должен определять круг сведений, подлежащих оглашению, имеет право на ознакомление с касающейся его информацией, сам решает вопрос о вероисповедании. 
Общественная опасность преступлений, посягающих на личные права и

свободы граждан, определяется необоснованным вмешательством в их личную жизнь и ограничением, а иногда и лишением их принадлежащих им личных прав и свобод. 1 
Непосредственным объектом этой группы преступлений являются общественные отношения, обеспечивающие соблюдение личных прав и свобод граждан. Применительно к конкретным составам преступлений он может быть несколько конкретизирован.  
Нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК). Неприкосновенность частной жизни, как уже отмечалось, провозглашена ст. 23 Конституции РФ, а в ч. 1 ст. 24 указано, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. 
В международных актах подчеркивается необходимость обеспечения государствами неприкосновенности частной жизни граждан. Как известно, в период научно-технического прогресса появляются большие возможности для интенсивного проникновения как государства, так и отдельных объединений и лиц в частную жизнь граждан. 
Проникновение в личную жизнь человека может негативно повлиять на осуществление потерпевшим профессиональных обязанностей, на его деловую репутацию, семейную жизнь, отношения с близкими и т.п. 
Учитывая важность охраны частной жизни от незаконного проникновения в нее, в перечне сведений конфиденциального характера, утвержденном Указом Президента РФ от 6 марта 1997 г., на первое место поставлены сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина. 
Непосредственным объектом преступления являются общественные отношения, обеспечивающие неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны2  
Личную и семейную тайну составляют сведения, не подлежащие, по мнению лица, которого они касаются, оглашению (ни в передаче другим лицам, ни в какой-либо иной форме). Личную и семейную тайну не могут составлять

сведения, ранее опубликованные либо разглашенные иным способом. 
Сведения о частной жизни лица могут касаться его здоровья, увлечений, образа жизни, творческих планов и т.п. Если разглашаемые сведения являются охраняемой законом тайной, ответственность наступает с учетом правила о конкуренции норм по специальной норме. Так, разглашение тайны усыновления (удочерения) считается одновременно и разглашением семейной тайны. Ответственность в этих случаях должна наступать по специальной норме - ст. 155 УК. 
Потерпевшими при совершении преступления, предусмотренного ст. 137 УК, являются лица, о частной жизни которых собираются или распространяются сведения, составляющие его личную или семейную тайну. 
Получение сведений о частной жизни гражданина допускается в уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности.3 
Оперативно-розыскной порядок ряда действий, ограничивающих право на личную жизнь граждан, был легализован Законом РФ от 13 марта 1992 г. "Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации", 5 июля 1995 г. был принят Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности", действующий в редакции от 13 июня 1997 г.

Нарушение неприкосновенности частной жизни

Непосредственным объектом преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ, являются общественные отношения, связанные с обеспечением конституционного права на неприкосновенность частной жизни, личную или семейную тайну. Факультативным объектом данного преступления могут выступать общественные отношения, связанные с обеспечением тех прав и законных интересов, которым причиняется вред. 
Нарушение неприкосновенности частной жизни с объективной стороны выражается в собирании без согласия лица сведений, составляющих его личную или семейную тайну, или публичном либо приватном их распространении, а с субъективной стороны предполагает прямой умысел и наличие корыстной или иной, личной заинтересованности виновных.  
Корыстная заинтересованность в нарушении неприкосновенности частной жизни понимается как стремление лица получить существенную выгоду без незаконного возмездного обращения чужого имущества в свою собственность или собственность других лиц. Например, виновный стремится извлечь выгоду за счет увольнения лица, чье право на неприкосновенность частной жизни было нарушено в связи с отказом от участия в конкурсе, снятия своей кандидатуры на выборах в пользу виновного и т.п. Корысть имеет место в случаях, когда виновный собирает или распространяет сведения о частной жизни за определенную плату либо продает эти сведения.4  
Личная заинтересованность может выражаться в стремлении извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленную такими побуждениями, как: карьеризм, протекционизм, семейственность, получение услуги, сокрытие своей некомпетентности.  
Отсутствие названных мотивов при нарушении неприкосновенности частной жизни исключает привлечение лица к уголовной ответственности по ст. 137 УК РФ. 5 
Способы совершения деяния не имеют значения. В качестве таковых могут быть беседы с сослуживцами, соседями, родственниками, лечащими врачами, близкими людьми потерпевшего. Сведения, составляющие личную или семейную тайну гражданина, могут быть получены путем незаконного ознакомления с документами, письмами, находящимися в доме или по месту работы потерпевшего, у его родственников и т.п. Кроме того, незаконное собирание может совершаться также путем несанкционированного входа в компьютерные базы данных. Собирание может быть тайным, под каким-либо предлогом, или открытым.  
К сведениям, составляющим личную и семейную тайну, на мой взгляд,

можно отнести различные сведения об образе жизни лица, его семьи, близких, его привычках, состоянии здоровья, родственниках, друзьях, интимных и личных отношениях, религиозных воззрениях, финансовом состоянии, в том числе и денежных вкладах. К этой же категории относят сведения из области адвокатской, судебной, нотариальной, коммерческой деятельности указанных лиц, тайна которых охраняется законом.  
Необходимо отметить, что данное преступление будет оконченным лишь в случае причинения вреда правам и законным интересам граждан. А если оглашение сведений о частной жизни лица способствовало поднятию его авторитета, и не причинило вреда его конституционным правам, то содеянное нельзя признать преступлением.

С объективной стороны рассматриваемое преступление может быть совершено путем: 1) незаконного собирания сведений о частной жизни; 2) незаконного их распространения; 3) незаконного их распространения в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или в средствах массовой информации.6 
Перечисленные действия являются незаконными, если совершаются без согласия лица, которого касаются, лицом, не управомоченным законом на оглашение этих сведений. 
Оглашение сведений, составляющих личную или семейную тайну, является законным в случаях, когда общественные интересы диктуют необходимость вторжения государства в область частной жизни в установленных законом пределах. Такая необходимость возникает: 1) в интересах борьбы с преступностью; 2) в условиях эпидемий или стихийных бедствий; 3) при военном или чрезвычайном положении.

С субъективной стороны нарушение неприкосновенности частной жизни является преступлением умышленным. При этом умысел может быть только прямым, о чем свидетельствует указание законодателя на наличие такого обязательного признака субъективной стороны, как корыстная или инаяличная заинтересованность.  
Субъектом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК, может быть любое физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. 
Преступление признается оконченным с момента причинения вреда правам или законным интересам гражданина. 
Преступление, предусмотренное ст. 137 УК, отнесено законодателем к числу преступлений небольшой тяжести (ст. 15 УК).

В ч. 2 ст. 137 УК предусмотрен, квалифицирующий рассматриваемое деяние признак - использование виновным своего служебного положения. Правовая характеристика этого признака не отличается существенными особенностями от аналогичного признака, предусмотренного в ч. 2 ст. 136 УК (нарушение равноправия граждан). Кроме того, в этом кодексе предусмотрена ответственность и за разглашение врачебной тайны (ст. 152). По отношению к ст. 151 ст. 152 является специальной нормой. В ч. 1 этой статьи предусмотрена ответственность за сам факт разглашения медицинским, фармацевтическим или иным работником без профессиональной или служебной необходимости сведений о заболеваниях, результатах медицинских освидетельствований. В ч. 2 ст. 152  кодекса речь идет о наступивших по неосторожности последствиях. 
Такая норма представляется заслуживающей внимания, так как в периодической печати приводилось много примеров трагедий, имевших место при обнародовании состояния здоровья пациентов медицинскими работниками (например, о ВИЧ-инфицированных). 
Не случайно, поэтому в уголовных кодексах некоторых стран ближайшего зарубежья в главу о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина были включены статьи, предусматривающие ответственность за разглашение врачебной тайны.

22

Уголовная ответственность за нарушение тайны личной корреспонденции

Традиционно в теории уголовного права принято рассматривать объективные признаки состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК РФ в совокупности.

Общепризнанно, что объективная сторона преступления – это внешняя сторона общественно опасного посягательства. В нее входят обязательные признаки: общественно опасное деяние, общественно опасные последствия и причинно-следственная связь между ними.

Однако такое содержание объективной стороны характерно для составов с материальной конструкцией. Наступление общественно опасных последствий может не быть обязательным для наличия состава преступления, в случае, если состав преступления является по законодательной конструкции формальным.

Исходя из законодательного конструирования ч. 1 ст. 138 УК РФ можно заключить, что исследуемое преступление как раз имеет формальную конструкцию, поскольку законодатель не требует наступления каких-либо последствий, для того чтобы можно было вести речь об оконченном преступлении. Следовательно, исследуемое преступление считается оконченным с момента совершения названного в диспозиции ч. 1 ст. 138 УК РФ деяния.

Факультативными признаками объективной стороны преступления являются: место, время, способ, орудия и средства, обстановка совершения преступления, в случае прямого указания на него в диспозиции конкретной уголовно-правовой нормы.

Ни один из факультативных признаков объективной стороны не введен законодателем в основной состав в качестве конструктивного, поэтому этот вопрос будет поднят позднее при рассмотрении ч. 2 ст. 137 УК РФ.

Итак объективную сторону рассматриваемого состава образует деяние в виде нарушения тайны личной корреспонденции.

Общеизвестно, что общественно опасное деяние имеет две формы – действие и бездействие. Очевидно, что нарушение тайны личной корреспонденции прежде всего может осуществляться в форме активного поведения, то есть в форме действия.

Возможно ли совершение данного преступления в форме бездействия? Этот вопрос заслуживает внимания.

В науке уголовного права принято считать, что бездействие – это неисполнение лицом конкретных обязанностей, возложенных на него в силу закона, договора, должностного положения или вытекающих из предшествующего поведения.

М.Д. Шаргородский предлагал помимо названных источников, из которых вытекает обязанность действовать выделить – личное отношение.

Кроме этого в уголовно-правовой литературе было высказано мнение, что обязанность действовать основывается не только на правовых, но и на нравственных нормах и правилах поведения.

Не останавливаясь на выяснении круга источников обязанности действовать, заметим, что по этому поводу в науке уголовного права существует определенная дискуссия. Однако данная дискуссия не является предметом данного исследования.

Далее заметим, что, например, работник узла связи имеет служебную обязанность сохранять тайну телефонных переговоров. Предположим, что вследствие технической неисправности доступ к телефонному разговору становиться свободным. То есть неограниченное количество людей, в том числе и он сам, получают возможность его слышать, а названный работник не предпринимает никаких действий для устранения подобной неисправности.

Совершает ли такой сотрудник узла связи нарушение тайны личной корреспонденции путем бездействия? На этот вопрос можно ответить утвердительно. С высказанной нами позицией согласилось 72% респондентов.

Однако такой подход, на наш взгляд, можно применять лишь к ограниченному числу случаев, которые будут полностью соответствовать пониманию бездействия в уголовном праве.

В этой связи абсолютно верным является утверждение В.Н. Кудрявцева считавшего, что «присоединение независимых сил или действий других лиц не исключает ответственности первого лица лишь тогда, когда на первом лице лежала специальная обязанность по предотвращению этого вредного результата».

Итак, объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 138 УК РФ, характеризуется нарушением тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений.

Как уже отмечалось в первой главе, такое нарушение имеет место в случаях незаконного ознакомления с перепиской, почтовыми и телеграфными сообщениями, прослушивания чужих переговоров, а также ознакомление с информацией поступившей по телетайпу, телефаксу и другим телекоммуникациям.

Законными случаями ознакомления с перепиской, прослушивание телефонов граждан и т.д. являются случаи предусмотренные УПК РФ, ФЗ РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» (в ред. от 18.07.97 г., 05.01.99 г. и 20.03.01 г.), ФЗ «Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации» и т.д.

УПК РФ устанавливает целую систему мер, предусматривающих защиту прав граждан. В первую очередь к ним относится деятельность органов прокуратуры как органов надзора за законностью, которые в необходимых случаях при обращении к ним граждан и организаций принимают соответствующие сигналы-жалобы и начинают действовать.

Другим таким инструментом являются суды.

Следует отметить, что прокурорский надзор должен быть направлен не только на выявление фактов нарушения закона при проведении самого прослушивания, но и на обнаружение случаев незаконного и необоснованного принятия решения о производстве данного оперативно-розыскного мероприятия. Такой вывод можно сделать, основываясь на анализе самого предмета прокурорского надзора, который включает:

– соблюдение прав и свобод человека и гражданина;

• установленный порядок выполнения оперативно-розыскных мероприятий;
• законность решений, принимаемых органами, осуществляющими ОРД.

Итак, данное преступление будет оконченным с момента незаконного ознакомления с содержанием конфиденциальной корреспонденции, подслушивания телефонных переговоров и т.д.

Еще раз отметим, что состав исследуемой нормы является формальным, так как в статье не предусмотрено наступление последствий, в качестве обязательного признака.

Для уяснения содержания объективной стороны исследуемого преступления необходимо определиться, что же представляет собой «нарушение» тайны личной корреспонденции.

В теории принято считать, что нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений может выражаться в ознакомлении с почтово-телеграфной и радиокорреспонденцией или иных сообщений, а также в прослушивании телефонных переговоров.

Для «ознакомления» необходимо получить доступ или изъять названные предметы и потом ознакомиться. Для осуществления прослушивания необходимо подключиться к линии телефонной связи и уже потом прослушивать.

Вряд ли кто-либо станет утверждать, что изъятие и подключение к линии не является составляющей объективной стороны нарушения тайны личной корреспонденции.

Несомненно то, что прекращение преступной деятельности на данных этапах по независящим от виновного обстоятельствам должно признаваться приготовлением или покушением на преступление, предусмотренное ст. 138 УК

Каким же образом мы должны привлекать к ответственности работников почты или узла связи, которые сами не ознакамливаются и не прослушивают информацию, составляющую тайну личной корреспонденции, но предоставляют возможность это сделать другим лицам.

Так работник почты передает запечатанное письмо третьему лицу, а работник узла связи дает доступ к телефонным переговорам с третьего телефона.

Так, например, высказывалось мнение, что в тех случаях, когда лицо использует свое служебное положение для обеспечения прослушивания, к примеру, телефонныхпереговоров или ознакомления с иными сообщениями не для себя лично, а в интересах других лиц, оно должно отвечать за пособничество преступлению, предусмотренному либо ч. 1 ст. 138 УК РФ, либо ч. 2 ст. 138 УК РФ в зависимости от характера совершаемых исполнителем действий. Так, мастер телефонной станции, обслуживающий абонентов телефонной сети, в интересах другого лица (в данном случае исполнителя преступления) осуществляет подсоединение его телефонного аппарата к телефонному номеру соседа, разговоры которого будут прослушиваться. Если при этом работник телефонной станции знал о противоправных намерениях исполнителя и сознательно оказывал ему содействие, совершая указанные действия по подсоединению номера, то он подлежит уголовной ответственности как пособник.

Далее, следует указать, что помимо действия по нарушению тайны личной корреспонденции, то есть ознакомления с информацией, содержащей ту или иную тайну, лицо должно разгласить некоторым образом информацию, ставшую ему известной, то есть передать как минимум одному лицу.

В ином случае применение к нему нормы уголовного права о нарушении тайны связи становится невозможным, так как факт нарушения им тайны без факта разглашения не может стать известным.

В научной литературе поднимался вопрос о том, как квалифицировать сам факт отправления клеветнических сведений в письме. В доктрине уголовного права принято считать такое деяние лишь началом исполнения объективной стороны, что образует стадию покушения.

Однако каким образом правоохранительным органам станет известно о таком отправлении? Оно будет оценено как клеветническое только в случае его обнаружения. Либо когда оно дойдет до адресата, либо в случае его изъятия раньше. Таким образом, мы будем иметь оконченный состав клеветы.

Подобную позицию можно применить и к исследуемому составу. В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством уголовное дело о преступлении предусмотренном ч. 1 ст. 138 УК РФ является делом частно-публичного обвинения (ч. 3 ст. 20 УПК РФ), то есть возбуждается только по заявлению потерпевшего.

Каким же образом потерпевшему станет известно о факте нарушения его права на тайну личной корреспонденции?

Как уже отмечалось в первой главе, факт разглашения сведений, составляющих личную или семейную тайну, после нарушения тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. ст. 137 и 138 УК РФ.

Однако в литературе вполне общепризнанным считается, что разглашение таких сведений является частью объективной стороны исследуемого состава.

Так, еще Н.И. Загородников применительно к подобному составу УК РСФСР 1960 г. писал, что нарушение тайны переписки граждан выражается в незаконном вскрытии писем, телеграмм и другой корреспонденции с целью ознакомления с ее содержанием, а также в оглашении содержания вскрытой корреспонденции.

Несколько позднее Ю.В. Солопанов высказал еще более категоричное суждение. По его мнению «нарушение будет налицо, когда без согласия корреспондентов с содержанием их почтовой или телеграфной корреспонденции знакомятся третьи лица либо это содержание предается огласке».

Употребление в этом утверждении разделительного союза «либо» позволяет сделать вывод, что названный автор предлагал установить два альтернативных деяния составляющих объективную сторону исследуемого состава – «ознакомление» и «оглашение».

Подобную позицию высказывала и Тяжкова И.М. Однако вместо «ознакомления», как одного из альтернативных действий, образующих объективную сторону она называла «вскрытие» корреспонденции.

Объединяет эти две позиции, делая их дополняющими друг друга, В.С. Орлов. Он указывает, что с объективной стороны нарушение тайны переписки граждан может выражаться в различных действиях: в незаконном вскрытии писем и другой корреспонденции с целью ознакомления с их содержанием, в самом ознакомлении с их содержанием, в оглашении содержания корреспонденции другим лицам и 110

Такой подход нам представляется не соответствующим букве действующего уголовного закона, хотя отметим, что поскольку в УК РСФСР не было нормы аналогичной ст. 137 УК РФ, возможно в то время такая позиция имела право на существование.

Однако еще более «интересная» точка зрения по исследуемому вопросу была высказана до названных выше. Кузнецов А.В. так определил объективную сторону нарушения тайны переписки: «преступление может быть осуществлено путем ознакомления с содержанием писем, телеграмм и т.п. без согласия отправителя, посредством оглашения содержания писем или иной корреспонденции другим лицам».

Исходя из указанного определения, можно заключить, что А.В. Кузнецов предлагал считать оглашение таких сведений единственным способом ознакомления с корреспонденцией.

Нам представляется, что и в то время нельзя было признавать разглашение сведений составляющих тайну личной корреспонденции способом ее нарушения, поскольку сам факт ознакомления и тогда, и сейчас образует состав оконченного преступления.

Справедливости ради отметим, что названные высказывания делались применительно к составу, предусмотренному ст. 135 УК РСФСР. Однако подобные суждения существуют и в настоящее время.

Так авторы учебника под редакцией Рарога А.И. пишут, что с объективной стороны нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений заключается в ознакомлении с почтово-телеграфной и радиокорреспонденцией или иных сообщений граждан (без их согласия на это), в прослушивании телефонных переговоров, а также в разглашении содержания такой корреспонденции, переговоров и сообщений.

То есть если нарушена тайна личной корреспонденции и затем разглашены сведения, составляющие личную или семейную тайну, то по совокупности преступлений, предусмотренных ст. ст. 138 и 137 УК РФ.

В теории уголовного права считается общепризнанным, что совершение деяния полностью в преступлениях с формальным составом образует стадию оконченного преступления.

Таким образом, если придерживаться указанных позиций, сам факт вскрытия письма образует оконченное преступление и ответственность наступает на общих основаниях.

Нам представляется, что такой подход не соответствует букве и духу уголовного законодательства.

Вскрытие корреспонденции не может признаваться самостоятельным деянием образующим объективную сторону исследуемого состава. Как уже отмечалось выше, подобные действия должны расцениваться как покушение на преступление. А отказ от прочтения содержания такого письма по личным мотивам, в соответствии с предписаниями ч. 2 ст. 31 УК РФ является обстоятельством, исключающим уголовную ответственность. Высказанную позицию поддержали 77% опрошенных работников.

Далее представляется необходимым рассмотреть иные возможности нарушения тайны личной корреспонденции. Так, отдельные авторы, анализируя исследуемый состав, под нарушением такой тайны понимают задержку писем, их уничтожение и выбрасывание.

Представляется, что названные способы нарушения тайны личной корреспонденции вряд ли могут образовывать объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 138 УК РФ по следующим соображениям. Сразу же оговоримся, что с таким утверждением согласны 72% анкетированных.

В случае задержки корреспонденции, на наш взгляд, ни малейшего нарушения ее тайны не происходит. Такой вывод очевиден, поскольку в этом случае адресат все равно получает адресованное ему сообщение, и более эти сведения не становятся известными никому.

То есть в случае задержки корреспонденции сама тайна корреспонденции не страдает. В этой ситуации можно говорить о нарушении иных прав лица. В этом случае им причиняется какой-либо (возможно даже довольно серьезный) вред, однако говорить о возникновении уголовного правоотношения, в данном случае не представляется возможным.

Говоря об уничтожении корреспонденции можно применить подобную аргументацию и не признать его способом нарушения тайны переписки.

Хотя в науке уголовного права высказывалось мнение о том, что «в целях наиболее полной и всесторонней охраны прав личности следовало бы в ст. 138 УК в качестве уголовно наказуемых деяний указать уничтожение телеграфных, почтовых и иных сообщений».

Свою позицию Устинова Т. обосновывает тем, что «эти действия могут причинить более ощутимый вред гражданину по сравнению с простым прочтением письма».

Такая аргументация нам представляется не вполне убедительной. Как было показано в первой главе этого исследования объектом охраны ст. 138 УК РФ является тайна личной корреспонденции.

Поэтому, вне зависимости от того, какой вред был причинен иным правам адресата, тайна личной корреспонденции в случае уничтожения таковой не подвергается посягательству.

Вследствие сказанного уничтожение телеграфных, почтовых и иных сообщений не образует объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 138 УК РФ.

Спорен вопрос о том, является ли составляющей объективной стороны исследуемого состава хранение информации, полученной в результате ознакомления с ней без законных на то оснований. Без всякого сомнения это действие также представляет собой определенную степень общественной опасности.

Заметим, что уголовным законом запрещено лишь нарушение тайны личной корреспонденции. Применительно к последующим действиям в отношении такой корреспонденции, как уже отмечалось выше можно говорить об ответственности за иные преступления.

К сожалению уголовный закон не предусматривает хранение сведений, составляющих личную или семейную тайну в качестве конструктивного признака состава преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ.

В силу этого складывается парадоксальная ситуация. Нарушение тайны личной корреспонденции, содержащей личную или семейную тайну, и последующее ее разглашение требует совокупной квалификации по ст. 138 и ст. 137 УК РФ.

Нарушение же подобной тайны и последующее хранение таких сведений охватывается признаками ч. 1 ст. 138 УК РФ и совокупной квалификации не подлежит, в силу того, что данное деяние не предусмотрено ни одной из статей УК РФ.

Из вышесказанного следует, что в деяние «нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений» могут входить действия по ознакомлению с информацией, содержащей ту или иную тайну, хранению этой информации.

Вместе с тем, состав данного преступления является оконченным с момента ознакомления с любой информацией, посредством незаконного к ней доступа. А действия по хранению лишь связываются с продолжением нарушения личных прав и не являются обязательными для квалификации.

Однако следует уточнить, что разглашение информации, ставшей известной субъекту при незаконном ее получении, в виду того, что данное деяние причиняет больший вред, было бы разумно считать обстоятельством, отягчающим ответственность.

Возможно, назрела необходимость, в целях усиления уголовно-правовой защиты конституционных прав личности, а именно, уголовно-правовой охраны тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений, внести изменения в уголовный закон.

Представляется целесообразным сформулировать положение об ответственности за разглашение и хранение в целях разглашения тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений, в качестве квалифицирующего признака ст. 138 УК РФ.

Итак, ч. 2 ст. 138 УК РФ содержит следующий признак, относящийся к объективным признакам состава преступления – средства совершения преступления.

По мнению законодателя, нарушение тайны личной корреспонденции, совершенное с использованием специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации существенным образом повышает общественную опасность исследуемого преступления.