Вещественные доказательства

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

на тему:      Вещественные доказательства

(криминалистический аспект)  

ОГЛАВЛЕНИЕ 

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Совершенствование деятельности государственных органов, осуществляющих борьбу с преступностью, разработка приемов и средств, используемых в собирании и исследовании вещественных доказательств, невозможны без глубокого изучения методологических проблем криминалистики и вопросов теории доказывания. Разработка методологических проблем позволяют улучшать практику борьбы с преступностью, повышать научный уровень тактических приёмов оперативно-розыскной и следственной деятельности и расширять возможности криминалистических исследований различных объектов в целях получения доказательств по конкретным делам.

Многие методологические проблемы разрешены в науке. Тем не менее, вопросы дальнейшего развития криминалистики продолжают оставаться актуальными. Одной из таких актуальных методологических проблем криминалистики является направление, изучающее вещественные доказательства. Представляет значительный интерес дальнейшее изучение криминалистического понимания вещественных доказательств, их классификации, информационной сущности, формы извлечения информация из вещественных доказательств.

Степень научной разработанности проблемы. В криминалистической литературы, посвященной проблемам теории доказательств, то техники доказывания разрабатывались, как правило, применительно к условиям предварительного расследования (А.Р. Белкин, Р.С. Белкин, А.И. Винберг, 3.3. Зинатуллин, Л.М. Карнеева, Л.Д. Кокорев, Н.П. Кузнецов, Ю.К. Орлов, М.С. Строгович, Ф.Н. Фаткуллин, А.А. Хмыров, С.А. Шейфер и др.).      Собственно к проблемам судебного доказывания обращались такие авторы, как  Л.Е. Ароцкер, Т.Г. Морщакова, И.Л. Петрухин, А.И. Трусов, А.А. Эйсман и др. Среди работ, которые затрагивают проблемы судебного доказывания именно в тактическом, «речевом» разрезе можно назвать труды А.С. Александрова, И.В. Круглова, К.С. Егорова, В.В. Мельника.

Объектом исследования является реальность, которая создается в ходе формирования доказательственной базы, представления и использования вещественных доказательств.

Предметом исследования являются отдельные закономерности, связанные с теорией доказательств, ролью криминалистических методов и средств в представлении вещественных доказательств.

Методологическая база исследования представлена общенаучным методом диалектического материализма и частными методами научного познания; индуктивным, дедуктивным, анализа, синтеза, историческим, социологическим, сравнительным и другими методами.

Научная новизна исследования определяется тем, что с мировоззренческих, общеправовых и собственно криминалистических позиций предпринята попытка комплексно рассмотреть криминалистическую природу вещественных доказательств.

Теоретическая и практическая значимость исследования определяется анализом категориального аппарата, рассмотрением различных классификационных криминалистических построений, что может быть использовано в качестве научно-методической основы для разработки учебных пособий и рекомендаций, и в образовательном процессе юридических вузов.

Работа состоит из введения, двух глав, объединяющих семь параграфов, заключения, библиографического списка. 

Глава1.  Основы учения о вещественных доказательствах в криминалистике 

§1. Понятие вещественных доказательств 

Базовое определение вещественного доказательства содержится в процессуальном законодательстве. Согласно ст. 81 УПК РФ вещественными доказательствами являются предметы, которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления, предметы на которые были направлены преступные действия, а также иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Таким образом, в перечне источников доказательств обращает на себя внимание название - «вещественные доказательства». С терминологической точки зрения, налицо тавтология: источником доказательств служат вещественные доказательства, доказательства являются источником самих себя.

Представляется, что правильнее говорить в этом случае о таком источнике доказательств, как вещи, предметы, вещественные образования.

Слово «вещь» в общеупотребительном его смысле обозначает всякий неодушевленный предмет.

Вещь обладает определенными свойствами. Свойства вещи - это то, что характеризует какую-либо ее сторону и что выявляется в ее взаимоотношениях с другими вещами или явлениями. Свойства в их отношении к вещам подразделяются на две группы. Свойства одной группы образуют границу данной вещи, ибо с исчезновением их данная вещь превращается в другую. Их именуют качествами вещи. Таким образом, качество - это существенное свойство. Свойства другой группы, не определяющие границ данной вещи, являются просто свойствами.

Свойства вещи могут быть внешними, поверхностными, отражающими явление данной вещи, т. е. ее внешность, форму обнаружения сущности; свойства могут относиться к внутреннему содержанию предмета, его сущности, внутренним связям его элементов. Качество выражается и во внешних, и во внутренних свойствах вещи, и в ее сущности, и в ее явлениях. Качество и есть та незримая граница, которая всей совокупностью свойств, которыми обладает предмет, отличает его от других предметов.

Когда мы говорим о вещах как источниках доказательств, мы подразумеваем, что эти вещи обладают такими свойствами, которые служат фактическими данными, имеющими значение для дела, т.е. доказательствами. Доказательством, таким образом, строго говоря, является не сама вещь, а ее свойства.

Отправляясь от информационной сущности понятия вещественного доказательства и в целях наиболее эффективного использования существующих информационных технологий доказывания, следует признать, что термины «предметы» и «средства», положенные в основу указанных определений, не раскрывают современного содержания этих понятий и нуждаются в уточнениях и конкретизации.

Под классическое определение «предметы» как индивидуально-определенные тела, имеющие устойчивые пространственные границы, не подпадает обширная область вещественных объектов, исследуемых методами современной судебной экспертизы. К ним относятся материалы, вещества, материальные комплексы, ареалы, источники происхождения, запахи, производственные и энергетические процессы. Такая терминология закона препятствует использованию современных технологий процессуального доказывания.

В числе вещественных доказательств существенно также различать предметы, собственные свойства которых несут доказательственную информацию, и следы, несущие информацию об отображенных в них объектах.

От предметов, отображающих информацию в форме физических сигналов (признаков), следует отличать предметы, отображающие информацию в форме знаков, документы.

Имея в виду, что вещественная информация широко используется в процессе оперативно-розыскной деятельности, а также в стадии доследственной проверки и существует проблема ее легализации, следует различать понятия вещественного источника информации и вещественного доказательства.

Поскольку вышеназванные термины относятся к тезаурусу информационно-поисковых систем, они требуют более подробного рассмотрения.

Термин «вещественное доказательство» появился в юридической науке, полицейской и судебной практике одновременно с термином «доказательство» и обозначал один из важнейших источников розыскной и доказательственной информации, используемых для расследования преступлений и судебного рассмотрения уголовных и гражданских дел.

Уже в самых первых работах по теории судебных доказательств осуществлялось деление доказательств на «личные» (от людей) и «вещественные» (от вещей), что подчеркивало фундаментальное различие этих источников информации с позиций практического оперирования ими.

С течением времени под влиянием научно-технической революции возможности использования вещественных доказательств в судебном процессе качественно изменились. В первую очередь это касается возможностей исследования внутренней структуры и состава вещественных образований, микроследов и обоснования ранее считавшейся невозможной индивидуальной идентификации по свойствам внутреннего состава и строения вещественных образований.

Вместе с тем в криминалистической науке и практике утвердилась идеология, рассматривающая любое вещественное образование не изолированно, в качестве отдельных приобщаемых к делу предметов, а в общей структуре материальной обстановки исследуемого события. При этом вещественная среда события рассматривается как целостный материальный объект во всем многообразии его системных, функциональных и иных свойств, связей и отношений. Такой подход открыл качественно новые возможности комплексных исследований[1], суммирования информации, полученной; из различных источников, и преодоления дефицита розыскной, идентификационной и доказатель-ственной информации[2]. Так называемые немые свидетели заговорили в полный голос, что в силу объективности, достоверности, научной подтверждаемое», возможности контрольных процедур и использования экспертных технологий получило убедительное подтверждение в практике процессуального доказывания.

Вместе с тем рост числа источников судебных доказательств и усложнение процедур доказывания с использованием вещественных доказательств потребовали более строгих определений вещественных доказательств и более глубоких исследований их природы.

Эта природа состоит в том, что вещественные доказательства формируются и используются в канале физической причинности. Использование идей информационного подхода и семиотического (знакового) анализа позволяет дать более, строгие содержательные и функциональные определения вещественного доказательства и отграничить его от других источников доказательств

Физические свойства вещей, проявляющиеся в их отношениях с другими вещами, и соответствующие им процессы отражения этих свойств в признаках составляют сущность вещественных источников информации. При этом признаки следует рассматривать как сигналы информации о свойствах объектов[3].

Разграничение природы сигнала и знака позволяет практически дифференцировать вещественные и личные источники и базовые методики оперирования ими, т. е. методики обнаружения, фиксации, изъятия, исследования и оценки вещественных доказательств. Это обеспечивает правильный выбор технических и тактических средств работы с источниками, выбор специалистов, определение методов назначения, проведения и использования экспертиз. В конечном счете разграничение вещественных и личных источников представляет обязательное условие выбора и наиболее эффективного использования технологических схем работы с источниками доказательств.

Практическая значимость указанного критерия еще более возрастает в связи с усложнением структуры вовлекаемых в судебный процесс источников доказательств, многие из которых имеют смешанную природу. Так, звучащая речь имеет форму акустического сигнала и семантику знака («фонема» и «морфема») и потому требует раздельного акустического (фонетического) и лингвистического (семантического) анализа. В случае звукозаписи акустический сигнал кодируется посредством изменения магнитных свойств звуконосителя или с использованием иных технологий кодирования и декодирования звукового сигнала. Исследование изоморфизма этих преобразований также требует раздельного анализа каждой ступени преобразования информации. Последний, в свою очередь, требует привлечения соответствующих специальных знаний, технологий и специалистов.

В практике доказывания базовый информационный сигнал нередко представляется в знаковой форме. Так, свидетели и потерпевшие описывают признаки внешности преступников, похищенных вещей, транспортных средств, участков местности. На основе таких описаний составляются фотороботы, композиционные портреты, т. е. знаковая форма преобразуется в форму сигнала.

Широкое применение технических средств фиксации и исследования доказательств неизбежно связано с использованием методов преобразования исходного сигнала: кино-, фото-, видеозвукозапись, получение копий, слепков, оптических и графических спектров, электронно-оптических преобразователей и др.

Использование опосредованных источников - носителей преобразованного базового сигнала или сообщения вносит ряд технических, информационных, гносеологических и процессуальных трудностей, преодоление которых возможно лишь на базе специальных информационных технологий доказывания.

И дело здесь не в том, что, как утверждают многие авторы, «всякая копия хуже оригинала», напротив, без преобразования сигнала в большинстве случаев вообще невозможно использовать базовый сигнал (латентные следы и скрытые изображения). Действительные трудности состоят в том, что, во-первых, каждая форма преобразования и отражения информации требует самостоятельного анализа, связанного с применением специальных познаний соответствующего профиля; во-вторых, должно быть обеспечено исследование всех преобразований сигнала, идущего от отправителя к адресату, т. е. всех элементов информационного канала; в-третьих, в технологии доказывания должен быть обеспечен изоморфизм преобразований.

Ряд источников информации, используемых в практике оперативно-розыскной и следственной работы, не обеспечивает изоморфизма преобразований и потому не может рассматриваться в качестве вещественных доказательств. Таковы, например, скульптурные портреты, изготовленные по методу М.М. Герасимова, фотороботы и композиционные портреты, рисованные портреты, изготовленные со слов потерпевших и свидетелей, фотографические снимки, изготовленные при наличии значительных помех и искажений, и др.

Нередко само определение природы источника неправильно ориентирует выбор метода его исследования. Показательно в этом отношении выделение в ряде работ группы так называемых кино-, фото-, видеодокументов. Определение этой группы источников как документов может ориентировать на применение знаково-семантических методов анализа, в то время как фотоизображение, как это доказано классическими работами в области научной фотографии[4], формируется на основе изоморфизма и строгих оптических и фотохимических закономерностей, подчиненных физической причинности и исследуемых специальными научно-техническими методами.

Неправильно также определять природу источника только на основе базового сигнала, игнорируя промежуточные формы его преобразования. Последние требуют самостоятельного раздельного исследования при анализе информационного канала. Так, базовый магнитный или электронный сигнал в видеофонограмме или на лазерном диске, преобразуемый в оптические или звуковые речевые сигналы, нельзя считать вещественным источником «в чистом виде», так как он требует фонетико-лингвистического анализа[5].

Описанная в терминах теории передачи информации[6] и с точки зрения современных представлений о структуре процессуального доказывания[7] структура информационного канала выглядит в следующем виде:

Исследуемое событие, рассматриваемое как ансамбль сообщений, отображается в окружающей среде в форме разного рода отображений (следов). При этом процесс отображения представляет процесс передачи сообщений в форме кода, определяемого механизмом следообразования, а след представляет фиксированное в окружающей среде сообщение. В процессе фиксации результатов первоначальных исследовательских (оперативно-следственных, судебных и иных) действий формируются промежуточные накопители информации в виде слепков, кино-, фото-, видео-, аудиозаписей и протоколов. Последние представляют преобразования исходного сообщения в удобной для хранения форме искусственного (протоколы) или естественного кода (фототехническая и подобная форма). Исследование источника представляет декодирование исходного сообщения, содержащегося в следе, по правилам использованного кода. В результате субъект доказывания (адресат сообщения) получает фактические данные об исследуемом событии: объектах, механизме, условиях следообразования. Указанные фактические данные при условии их получения в режиме процессуального доказывания являются доказательствами и могут быть использованы для установления доказательственных фактов.

Анализ и систематизация доказательственных фактов, осуществляемые за рамками исследования информационного канала на логическом уровне доказывания, обеспечивают формирование доказательственных систем, адекватно отражающих исследуемое событие.

Анализ информационных каналов в структуре механизма расследуемого события требует специального рассмотрения. Поскольку исследуемое событие всегда представляет сложную систему, ее анализ требует выделения элементарных информационных каналов на разных уровнях взаимодействия материальных тел. Элементарное отражение, связанное с передачей информации от одного объекта к другому, представляет базовый уровень анализа механизма события.

Анализ взаимодействия предполагает исследование парных систем отражения, при которых следоноситель рассматривается также как следообразующий объект и выделяется «встречное» информационное поле.

Многостороннее взаимодействие предполагает анализ элементарных отражательных актов, возникших в процессе взаимодействия трех и более объектов. При этом весь комплекс взаимодействующих объектов может рассматриваться как целостная система.

Типовой системой такого рода является «факт контактного взаимодействия», устанавливаемый на основе взаимно отраженных в объектах признаков и исследования механизма их взаимодействия, например контактное взаимодействие преступника и жертвы в материальной среде преступления.

Высшим уровнем исследования механизма события (ситуационный анализ) является исследование систем многостороннего взаимодействия с учетом роли каждого объекта в структуре исследуемого события: субъект, орудие, предмет, обстановка. Например, система: водитель-автомобиль-потерпевший-дорога.               

§2. Система вещественных источников доказательственной информации  

Под вещественным источником доказательственной информации понимается любой материальный носитель, отображающий имеющую значение для дела информацию в форме физического сигнала.

Общая характеристика системы вещественных источников доказательственной информации раскрывает информационный потенциал вещественных доказательств и дает исходную ориентировку в направлениях их поиска и использования.

Следует подчеркнуть, что качественный скачок в использовании возможностей получения информации из материальной среды расследуемого события требует пересмотра традиционных представлений о составе вещественных доказательств и включения в него ряда новых источников, которые требуют дополнительного рассмотрения.

1. Предметы.

Под предметами понимаются вещи, имеющие устойчивое внешнее строение (границы), характеризуемые размерами, формой, цветом, весом, запахом и иными признаками.

Указанные свойства, как правило, позволяют легко распознать происхождение, назначение вещи, ее место в обстоятельствах исследуемого события. Они же облегчают описание (протоколирование) вещи, ее индивидуализацию и идентификацию.

Предметы наиболее часто фигурируют в качестве вещественных доказательств по уголовным и гражданским делам, выступая как орудия и средства преступления (огнестрельное и холодное оружие, транспорт, инструменты промышленного и бытового назначения и др.), предметы преступных посягательств (движимое и недвижимое имущество, документы, драгоценности, деньги, промышленные и продовольственные товары, предметы домашнего обихода) и другие элементы обстановки исследуемого события.

Особыми источниками вещественной информации являются живые лица, трупы и их части. В случаях, когда для решения задач розыска, диагностики, идентификации существенное значение имеют предметные свойства живых лиц и трупов, на них распространяется статус вещественных источников информации и правила их осмотра, фиксации, исследования.

Однако, подчеркивая общую информационную природу указанных объектов как источников информации, следует иметь в виду процессуальную специфику их обнаружения, хранения, освидетельствования и экспертизы (см. ст. 176, 181, 202 УПК РФ). Наиболее распространенными способами фиксации предметных свойств являются: протоколирование, фотографирование, составление планов и схем, приобщение к делу.

Процессуальными способами исследования предметов являются следственный и-судебный осмотр, предварительное исследование с участием специалиста, а также различные виды экспертных исследований (см. ст. 195,  207 УПК РФ).

Внешние, предметные свойства объектов исследуются методами трасологической экспертизы.

В зависимости от ситуации и роли предмета в ее структуре в предметах могут быть актуальными также их внутренние и любые специальные свойства: анатомические, функциональные, субстанциональные, товарные и др.

Для экспертного исследования этих свойств могут быть использованы методы любых предметных экспертиз. Так, в целях идентификации личности живых лиц и трупов используются методы портретной экспертизы, методы криминалистической экспертизы навыков, судебно-медицинской и судебно-биологической экспертизы. Товарные свойства предметов исследуются методами товароведческой экспертизы; субстанциональные свойства предметов исследуются методами криминалистической экспертизы материалов, веществ и изделий.

Особый вид исследования предметов представляет исследование изделий, т. е. продукции промышленного или кустарного производства.

Предметом исследования здесь является система свойств, сформированная в цикле промышленного или кустарного производства, регулируемого специальными технологическими нормативами (ГОСТами, ТУ и т. п.). Данные свойства исследуются или с целью выяснения их соответствия указанным технологическим требованиям (товароведческая экспертиза), или в целях идентификации и установления источника происхождения объектов (криминалистическая экспертиза).

В случае товароведческой экспертизы и экспертизы изделий, помимо самих предметов, источниками доказательственной информации могут быть реальные производственные комплексы, реальные технологические процессы, а также нормативно-техническая документация. В указанных случаях исследование приобретает комплексный характер и требует привлечения специалистов-технологов по профилю соответствующих производств.

2. Вещества.

Особую группу источников вещественных доказательств образуют объекты, не обладающие собственной устойчивой формой и пространственными границами. Это жидкие, полужидкие, сыпучие и газообразные вещества, находящиеся в специально приспособленных емкостях или в виде природных образований, отделившихся частиц, растворов или газообразных смесей.

Отсутствие собственных устойчивых пространственных границ, свойственных предметам, усложняет процессуальное оперирование этой категорией источников и предъявляет ряд специальных требований к методам изъятия, фиксации, процессуального оформления, исследования и оценки указанных источников.

Они основаны на изоляции вещества, применении герметичной упаковки (емкости), ее опечатывании, исключающем несанкционированный доступ, и процессуальном удостоверении всех указанных операций. Указанные процессуально-технические требования, обеспечивающие идентичность изъятых источников, процессуально не регламентированы. Однако их следует считать обязательными для всех объектов данной группы, используемых в качестве вещественных доказательств в судебном процессе (см.., в частности, методические рекомендации по обнаружению, фиксации и изъятию микрочастиц и запаховых следов [8]).

В целях совершенствования процессуальной техники и исключения весьма частых в судебной практике споров об идентичности вещественных доказательств указанными требованиями следует дополнить ст. 82 УПК РФ, предусматривающую правила хранения вещественных доказательств.

В этой связи уместно также отметить, что догма гражданского права традиционно разграничивает правовой режим вещей, характеризуемых индивидуально-определенными и родовыми признаками, имея в виду различные возможности их идентификации и взаимозаменяемости.

Отсутствие собственных устойчивых границ исключает применение методов исследования, основанных на анализе размеров, форм и иных пространственных характеристик, традиционно используемых в трасологии и других смежных криминалистических исследованиях. Исследование состава и внутренней структуры вещественных образований требует применения методов физики, химии и инструментального физико-химического анализа. Указанные методы, позволяющие осуществлять анализ на атомарном, молекулярном, фракционном уровне, исследовать кристаллическую структура вещества, дают возможность проводить исследования при наличии микроколичеств вещества в следе до 0,001-0,0001 г и обнаруживать следовые примеси в составе исследуемых объектов. Указанные возможности позволяют не только предельно индивидуализировать исследуемые объекты по признакам их состава и структуры, но и решать новые, недоступные традиционной криминалистике задачи доказывания. В связи с изложенным следует признать устаревшими и не соответствующими практическим реалиям современной судебной экспертизы высказывания отдельных авторов о невозможности идентификации жидких и сыпучих веществ на основе исследования их субстанциональных свойств.

3. Следы-отображения.

В отличие от предметов и вещественных образований, являющихся объектами непосредственного исследования, при котором изучаются их собственные свойства, в следах-отображениях исследуются свойства сторонних, отображенных объектов и опосредствующие их механизмы следообразования.