Контрольная работа по " Уголовному процессу". 2

Контрольная работа по

уголовному  процессу

студента IV курса 5 группы

заочной формы  обучения

института (филиала)

МГЮА в г. Кирове

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Вариант 4

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Содержание:

 

Задача 1 __________________________________________________________3

Задача 2 __________________________________________________________6

Задача 3 _________________________________________________________11

Список литературы________________________________________________15

 

Задача 1

 

Руководитель  следственного органа, в связи  с расследованием уголовного дела по обвинению Алебастрова, Тишкова и Соломина в совершении преступления, предусмотренного ст. 162 ч. 2 УК РФ, направил следователю следующие письменные указания:

1. установить лиц, которым обвиняемые продавали похищенное имущество;
2. провести проверку показаний на месте с обвиняемым Тишковым;
3. изменить квалификацию действий обвиняемых Алебастрова и Тишкова на п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ;
4. в отношении Соломина уголовное преследование прекратить в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Следователь с  полученными указаниями не согласился, выполнять их не стал и представил свои возражения прокурору.

 

Проанализируйте действия руководителя следственного  органа и следователя, дайте им оценку.

Как должен поступить следователь?

 

Для ответа на поставленные вопросы обратимся к уголовно-процессуальному кодексу РФ.

УПК РФ определяет исчерпывающий  перечень полномочий руководителя следственного  органа.

Так п.3 ч.1 ст. 39 УПК РФ определяет право руководителя следственного органа – давать следователю указания о направлении расследования, производстве отдельных следственных действий, привлечении лица в качестве обвиняемого, об избрании в отношении подозреваемого, обвиняемого меры пресечения, о квалификации преступления и об объеме обвинения, лично рассматривать сообщения о преступлении, участвовать в проверке сообщения о преступлении.

Указания руководителя следственного органа по уголовному делу даются в письменном виде (ч. 3 ст. 39 УПК РФ).

Таким образом, руководитель следственного органа, направив письменные указания следователю, поступил законно.

Проанализируем каждое указание в отдельности.

Указание «установить лиц, которым обвиняемые продавали похищенное имущество» является указанием о направлении расследования, что п.3 ч.1 ст. 39 УПК РФ относит к полномочиям руководителя следственного органа. В данном случае следователь должен выполнить указание руководителя следственного органа и вынести поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Указание следователю «провести проверку показаний на месте с обвиняемым Тишковым» также является законным, и должно быть исполнено следователем с соблюдением всей процессуальной формы.

Указания «изменить квалификацию действий обвиняемых Алебастрова и Тишкова на п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ», а «в отношении Соломина уголовное преследование прекратить в соответствии с п. 1 ч. 1 27 УПК РФ», также в  полномочиях руководителя следственного органа (ст. 39 УПК РФ), т.к. являются  указаниями о квалификации преступления и объема обвинения. Но исполнение данных указаний следователем возможно только при его согласии с ними, т.к. законодатель определяет статус следователя как самостоятельного процессуального лица (ст. 38 УПК РФ).  

По условию задачи следователь не согласился с письменными  указаниями руководителя следственного органа, выполнять их не стал и представил свои возражения прокурору. Реализуя свое право самостоятельно направлять ход расследования и принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, следователь нарушил требования уголовно-процессуального кодекса.

В данном случае, в строгом  соответствии с ч.3 ст. 39 УПК РФ, следователю необходимо поступить следующим образом: свои письменные возражения на указания руководителя следственного органа следователь должен предоставить руководителю вышестоящего следственного органа (а не прокурору, как по условию задачи), не приостанавливая при этом исполнение указаний 1 и 2, а указания 3 и 4, касающиеся квалификации преступления, объема обвинения и прекращения уголовного дела, оставить без исполнения.

 

Задача 2

 

Свидетель Каримов  по национальности узбек, плохо владеет  русским языком. Следователь предложил  ему дать показания на родном языке, объяснив при этом, что хорошо владеет  узбекским языком, так как долгое время жил в Узбекистане. Каримов при допросе подробно рассказал о совершенном обвиняемым Л. убийстве, ответил на дополнительные вопросы. Следователь составил протокол допроса на русском языке и перевел его Каримову, после чего тот подписал его.

 

Можно ли считать  допустимыми доказательствами сведения, полученные в указанном порядке при допросе свидетеля Каримова?

Назовите условия, при наличии которых доказательства признаются недопустимыми (приведите  примеры из практики).

 

 

Ст. 75 УПК РФ гласит, что 

1. Доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

2. К недопустимым  доказательствам относятся:

1) показания  подозреваемого, обвиняемого, данные  в ходе досудебного производства  по уголовному делу в отсутствие  защитника, включая случаи отказа  от защитника, и не подтвержденные  подозреваемым, обвиняемым в суде;

2) показания  потерпевшего, свидетеля, основанные  на догадке, предположении, слухе,  а также показания свидетеля,  который не может указать источник  своей осведомленности;

3) иные доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса.

Сведения, полученные при  допросе свидетеля Каримова в порядке, указанном в условии задачи, нельзя считать допустимыми доказательствами. Так как они получены с нарушением требований уголовно-процессуального кодекса.

А именно, ст. 18 УПК РФ определяет русский язык, наряду с государственными языками входящими в Российскую Федерацию республик, языком уголовного судопроизводства. Узбекский язык таковым не является. По этой причине допрос должен вестись на русском языке, но так как свидетель Каримов плохо владеет русским языком, ему следователем должно быть разъяснено и обеспечено право давать показания на родном языке, что предусмотрено ч. 2 ст. 18 УПК РФ.

  Для реализации  этого права УПК РФ предусматривает  участие в допросе переводчика  – лица, привлекаемого к участию в уголовном судопроизводстве, свободно владеющего языком, знание которого необходимо для перевода (ч. 1 ст. 59 УПК РФ). О назначении лица переводчиком, следователь выносит постановление (ч.2 ст. 59 УПК РФ).

Данные требования УПК РФ следователем при допросе Каримова соблюдены не были, таким образом, показания свидетеля не могут использоваться для доказывания обстоятельств дела.

К тому же ст. 61 УПК РФ исключает участие следователя  в производстве по уголовному делу, если он участвует в качестве переводчика.

В судебной практике встречаются  случаи, когда судом признавалось недопустимость предоставленного доказательства, что меняло исход судебного разбирательства.

В качестве примеров приведем следующие определение и постановление:

 

 Определение Судебной коллегии по уголовным делам

                        Верховного Суда РФ

                 от 26 марта 2008 г. N 19-О08-7СП

 

                           (Извлечение)

 

 

     По   приговору   Ставропольского   краевого  суда  с  участием

присяжных  заседателей от 29 января 2008 г. Ш. и Б. оправданы    по

п. "а" ч. 4 ст. 290 УК РФ за отсутствием  события преступления.

     Органами  предварительного  следствия  они  обвинялись  в том,

что,  занимая  должности оперуполномоченных отделения по пресечению

преступлений   по  линии  борьбы  с  экономическими  преступлениями

Главного  управления  внутренних  дел Ставропольского края, являясь

должностными     лицами,    постоянно    осуществляющими    функции

представителей  власти  в  государственном  органе,  4 июня 2006 г.

около  20 час., действуя по предварительному сговору группой лиц, в

автомашине  ВАЗ-21104 получили от предпринимателя  С. часть взятки в

сумме   47   тыс.   рублей   за  непроведение  оперативно-розыскных

мероприятий  в отношении взяткодателя. Вердиктом коллегии присяжных

заседателей   Ш.   и  Б.  были  оправданы  за  отсутствием  события

преступления.

     В   кассационном   представлении   государственный   обвинитель

просил  отменить  приговор,  дело  направить на новое рассмотрение,

ссылаясь   на  то,  что  в  ходе  предварительного  слушания  судья

незаконно  признал недопустимыми основные доказательства обвинения:

протокол  и  видеозапись осмотра места  происшествия, деньги в сумме

47  тыс.  рублей,  изъятые  в  ходе осмотра места происшествия, пять

заключений  фоноскопических экспертиз.

     Судебная  коллегия     по  уголовным  делам Верховного  Суда РФ

26    марта     2008  г. приговор  отменила, дело направила на новое

судебное  рассмотрение, указав следующее.

     Согласно   ч.  2  ст.  385  УПК РФ  оправдательный  приговор,

постановленный  на  основании  оправдательного  вердикта  присяжных

заседателей,  может  быть  отменен  по  представлению  прокурора при

наличии    нарушений   уголовно-процессуального   закона,   которые

ограничили   право   прокурора,   потерпевшего   на   представление

доказательств.

     Из  материалов  дела  следует,  что  8  мая  2007  г.  в   ходе

проведения  предварительного слушания председательствующий судья по

ходатайству   защиты   ПРИЗНАЛ   НЕДОПУСТИМЫМИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВАМИ  и

исключил  из  разбирательства  протокол и видеозапись осмотра  места

происшествия,  денежные  средства в сумме 47 тыс. рублей, изъятые в

ходе осмотра места происшествия.

     Принимая  такое   решение,  судья в своем постановлении  указал,

что  при  проведении  осмотра  места происшествия и изъятии  денег -

предмета  инкриминируемой  взятки  -  Ш.  и Б. фактически задержаны

работниками  УФСБ,  но защитниками  при этом обеспечены не были, чем

нарушены   их  права,  предусмотренные  ч.  2  ст.  48  Конституции

Российской Федерации и ст. 46 УПК РФ.

     После  назначения  дела к слушанию и проведения  фоноскопической

экспертизы   государственный   обвинитель   заявил   ходатайство  о

признании  допустимыми доказательствами для исследования в судебном

разбирательстве    ранее   исключенные   протокол   осмотра   места

происшествия и изъятые денежные купюры.

     Данное  ходатайство   председательствующий  судья   оставил  без

удовлетворения,  указав в постановлении, что при проведении осмотра

места   происшествия   и   изъятии   денег   были   нарушены  права

подозреваемых Ш. и Б. на защиту.

     Однако  с  таким  решением председательствующего  судьи Судебная

коллегия согласиться не может.

     В   силу   ч.  2  ст.  176  УПК  РФ  в   случаях,  не  терпящих

отлагательства,  осмотр места происшествия может быть произведен до

возбуждения уголовного дела.

     В  соответствии  с  положениями  чч.  3  и 4 ст. 177 УПК РФ во

время   осмотра   места  происшествия  изъятию  подлежат  предметы,

которые  могут  иметь  отношение к делу. Все обнаруженное и изъятое

при  осмотре  места  происшествия  предъявляется  понятым  и другим

участникам осмотра.

     Эти требования закона  по делу были выполнены.

     Ссылка   на   то,   что  во  время   проведения  осмотра  места

происшествия  Ш.  и  Б.  не  были обеспечены адвокатами, юридически

необоснованна,     поскольку     данное    следственное    действие

производилось  до    возбуждения  уголовного дела: с 20 час. 35 мин.

4 июля  2006  г.    до    2  час. 41 мин. 5   июля 2006 г., т. е. в

условиях, не терпящих отлагательства.

     Поэтому   доводы,  изложенные  в  представлении,  о  том,  что

председательствующий    судья   ограничил   сторону   обвинения   в

предоставлении     коллегии     присяжных     заседателей    важных

доказательств,   обоснованны,  и это могло повлиять  на  позицию

присяжных заседателей при вынесении  вердикта.¹

 

 

 

Постановление Президиума Верховного Суда РФ

                    от 7 июня 2006 г. N 71-П06

 

                       (Извлечение)

 

 

     По приговору  Пермского  областного  суда от 2 августа 2004 г.

осуждены Измайлов Б.  по п.  "з" ч. 2 ст. 105, п. "б" ч. 4 ст. 162,

п.  "в" ч.  4 ст. 162 УК РФ и Измайлов А. по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК

РФ.

     Одновременно с   постановлением  приговора  2  августа  2004 г.

Пермским областным судом вынесено частное постановление,  в котором

обращено  внимание  Адвокатской  палаты Пермской области и Главного

управления   Министерства   юстиции   по   Пермской    области    и

Коми-Пермяцкому  автономному  округу  на  установленный  факт  дачи

адвокатом А.  ложных показаний  в судебном заседании и предложено по

вступлении  приговора  в  законную силу решить вопрос о лишении его

права заниматься адвокатской деятельностью.

     При этом  в   частном постановлении указано,  что допрошенный в

судебном заседании  по  ходатайству  защиты  в  качестве  свидетеля

адвокат  А.  показал,  что перед  допросом в качестве подозреваемого

Измайлов Б.  сообщил ему о  применении к нему недозволенных  методов

ведения   следствия,  продемонстрировал  следы  побоев,  сообщил  о

вынужденной  даче  им  "признательных"  показаний.  После   допроса

Измайлова Б.,  проведенного в его  присутствии,  он,  адвокат А., по

просьбе подзащитного подписал протокол допроса,  не  внеся  в  него

никаких  замечаний  и  заявлений о применении недозволенных методов

ведения следствия.

     Заявление адвоката   в   судебном   заседании   о   вынужденном

признании  Измайловым  Б.  вины  в  совершенных  преступлениях  под

воздействием  недозволенных  методов  ведения  следствия суд признал

неубедительным. Объяснение адвоката о том, что в  ходе допроса он не

сделал  никаких заявлений, так как якобы  жизни Измайлова Б. угрожала

опасность,  суд не принял во внимание.  Такое  утверждение,  указал

суд,  противоречит требованиям ч. 1 ст. 49 УПК РФ, в соответствии с

которой  защитник  обязан  осуществлять  защиту  прав  и  интересов

подозреваемых  и  обвиняемых  и оказывать  им юридическую помощь при

производстве  по  уголовному  делу,  а  также   свидетельствует   о

непонимании   А.  принципов уголовного  судопроизводства  и своих

обязанностей  как защитника.

     Следовательно, адвокат   на   допросах  с  его  участием  имел

реальную  возможность  заявить  о   применении   к   подозреваемому

Измайлову  Б.  недозволенных  методов допросов,  если таковые имели

место в действительности, однако этого  не сделал.

     Сопоставив доказательства  по  делу  с  содержанием  показаний

свидетеля А.  в судебном заседании,  суд  пришел к выводу о том, что

адвокат  А.,  поддержав  позицию  защиты  и  подсудимых,  тем  самым

стремился опорочить законные следственные действия,  проведенные  с

его   участием,  чтобы  путем  признания  их  недопустимыми  помочь

Измайлову Б. избежать уголовной ответственности  за содеянное.

     Судебная коллегия  по  уголовным  делам   Верховного   Суда РФ

7 декабря 2004 г.  оставила частное  постановление  областного  суда

без изменения.

     Адвокат осужденного  в  надзорной  жалобе  поставил  вопрос  об

отмене частного постановления суда и кассационного определения.

     Президиум Верховного  Суда  РФ  7  июня  2006  г.  удовлетворил

надзорную жалобу адвоката по следующим  основаниям.

     Суд допросил адвоката  А.  в качестве свидетеля по  ходатайству

защитника подсудимого Измайлова  Б. - адвоката Н.

     Согласно протоколу  судебного заседания перед допросом  А.  было

разъяснено,  что  он обладает свидетельским  иммунитетом,  ему также

разъяснены права и обязанности,  предусмотренные  ст.  56  УПК  РФ,

положения ст.  51 Конституции Российской Федерации, он предупрежден

об ответственности по ст.ст.  307, 308 УК РФ задачу заведомо ложных

показаний.

     Между тем  в   ст.  56  УПК  РФ  изложены  не  только  права  и

обязанности свидетеля.

     В соответствии с  пп.  2 и 3 ч.  3 ст.  56 УПК РФ адвокат А. не

подлежал  допросу в качестве свидетеля об обстоятельствах,  ставших

ему известными в связи с обращением к нему за  юридической  помощью

или в связи с ее оказанием.

     Суд, однако,  это  требование  уголовно-процессуального   закона

нарушил, несмотря на то,  что все обстоятельства, о которых А. был

допрошен,  стали ему известны в связи с  оказанием  им  юридической

помощи Измайлову Б.  при допросах его в качестве подозреваемого,  а

затем в качестве обвиняемого.

     Поэтому доводы  в   надзорной  жалобе о том,  что приведенные в

частном постановлении суда показания  адвоката  А.,  допрошенного  в

качестве  свидетеля вопреки  вышеуказанному запрету,  в силу ст.  75

УПК  РФ  являются  НЕДОПУСТИМЫМИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВАМИ,   основаны   на

требованиях уголовно-процессуального закона.

     При таких данных  выводы суда о даче адвокатом   А.  в  судебном

заседании ложных показаний нельзя признать законными.

     Президиум Верховного  Суда  РФ  отменил  частное   постановление

суда и кассационное определение  в отношении адвоката А.²

 

Задача 3

 

Следователь следственного  отдела городской прокуратуры прибыв на осмотр мета происшествия по делу об убийстве гр. Сидорова установил, что  первоначальная обстановка была нарушена. Так, труп потерпевшего родственниками из кухни был перенесен в спальню и положен на кровать. Следы крови на полу и стене были смыты. Нож, которым, судя по обстановке, и был убит Сидоров, оказался вытертым.

Установив лиц, которые первыми обнаружили труп, следователь привлек их к участию в осмотре, расспросив и выяснив обстановку, которую наблюдали вначале, занес эти показания в протокол осмотра места происшествия и на их основе составил схему места происшествия. В протоколе следователь сделал отметку, что он составлен на основе пояснения лиц, опрошенных следователем.

Протокол подписали  следователь, три свидетеля, двое понятых, родственники потерпевшего.

 

Оцените правильность действий следователя.

Раскройте процессуальный порядок производства осмотра места происшествия в  жилище.

 

Для оценки действий следователя, произведенных им по условию задачи, выясним, в чем заключается сущность осмотра и процессуальный порядок его производства.

Осмотр — это непосредственное восприятие и процессуальная фиксация участниками этого следственного действия внешних признаков объектов, к которым, как правило, имеется свободный доступ. Процессуальный закон использует термин «осмотр» (ст. 176–178 УПК РФ), что свидетельствует о преимущественном применении метода визуального наблюдения. Однако при осмотре объекты воспринимаются всеми органами чувств. Так, в протоколе могут быть зафиксированы результаты прослушивания звукозаписи, температура объекта, наличие резкого запаха и т. п.³

Перед следственным осмотром стоит три цели.

1. Обнаружение следов  преступления (ст. 176 УПК РФ). Следы здесь понимаются в широком смысле, в том числе, к ним относятся предметы, обладающие признаками вещественных доказательств.

2. Выяснение других  обстоятельств, имеющих значение  для дела. Эта цель предполагает  выяснение обстановки места осмотра,  обнаружения трупа и т. д. Не является целью осмотра — обнаружение разыскиваемых лиц, так как это одна из специальных целей обыска.

3. Процессуальная фиксация  признаков осматриваемых объектов (в том числе изъятие и упаковка  обнаруженных следов преступления, отражение их в протоколе).

Основанием для проведения следственного осмотра являются сведения о том, что в результате обозрения объекта можно получить имеющую значение для дела информацию. Для производства осмотра не требуется  вынесения специального постановления. Исключение составляет лишь принудительный осмотр жилища против воли проживающих в нем лиц (ч. 5 ст. 177 УПК РФ). Ввиду своего минимально принудительного характера, неотложный осмотр места происшествия может иметь место и до возбуждения уголовного дела (ч. 2 ст. 176 УПУ РФ).

Осмотр включает детальное  исследование и фиксацию обстановки места происшествия.

При производстве следственного  осмотра должны соблюдаться следующие  правила:

1) обязательными участниками  осмотра, за исключением случаев,  указанных в ч. 3 ст. 170 УПК РФ, являются понятые, представитель администрации организации. которой принадлежит осматриваемое помещение (ч. 6 ст. 177 УПК РФ);

2) все имеющие значение  для дела обстоятельства должны  восприниматься всеми участниками  осмотра непосредственно (лично) и во время, либо сразу после обнаружения объекта (ч. 4 ст. 177 УПК РФ). Недопустимо сначала осмотреть объект, а потом пригласить понятых лишь для того, чтобы они расписались в протоколе;

3) изъятию при осмотре  подлежат только те предметы, которые имеют отношение к делу. Однако их относимость во время осмотра может устанавливаться и предположительно, в результате первоначальной оценки;

4) особенности фиксации  результатов осмотра состоят  в том, что в протоколе указываются  условия наблюдения (время, погода, освещенность), а также его объективные результаты. Не допускаются произвольные выводы, умозаключения. Например, правильной будет запись о том, что обнаружена цепочка из желтого металла, а не золотая цепочка. В то же время профессиональные термины специалиста фиксируются в протоколе (например, медицинские термины при осмотре трупа). В протоколе осмотра могут быть записаны и результаты простейших экспериментальных действий (например, измерения температуры трупа). Важно зафиксировать в протоколе имеющиеся индивидуальные признаки изъятых предметов. Если для производства детального осмотра предметов требуется продолжительное время либо осмотр на месте затруднен по иным объективным причинам (например, ввиду плохих погодных условий и т. п.), то предметы следует упаковать, опечатать, заверить подписями понятых и следователя на месте осмотра (ч. 3 ст. 177 УПК РФ). Осмотр этих предметов должен быть проведен позже (например, в кабинете следователя);

5) при изъятии предметов  в ходе осмотра целесообразно  копию протокола вручить их владельцам, для обеспечения их права на обжалование действий следователя.

Осмотр места происшествия предусмотрен ч. 2 ст. 176 УПК РФ. Это единственное следственное действие, которое в неотложных случаях может быть проведено еще до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела.

Местом происшествия обычно считается то место, где произошло интересующее расследование событие, например, событие преступления или оставлены какие-либо следы преступления. В этом смысле местом происшествия может быть любая местность, жилище, иное помещение.

Представляется, что, осмотр места происшествия как разновидность  осмотра выделяется не только и не столько по его объекту, сколько  по другому критерию — его неотложности. Главное для проведения осмотра места происшествия — наличие неотложной ситуации, угрозы утраты следов преступления. Так, в судебном следствии также может быть проведен осмотр местности и помещения (ст. 287 УПК РФ), которые вполне могут являться местом совершения преступления, местом обнаружения следов, и которые во время предварительного расследования могли осматриваться как место происшествия. То есть один и тот же объект (например, квартира убитого) во время предварительного расследования является местом происшествия, а во время судебного следствия рассматривается просто как помещение. В судебном следствии никогда не может проводиться осмотр места происшествия, потому что всегда отсутствует неотложная ситуация.

Из сказанного вытекают важные практические следствия:

1) под понятие осмотра места происшествия подпадает неотложный осмотр местности, помещений и жилища, а также осмотр предметов, трупа (если нет необходимости в принудительной эксгумации);

2) осмотр местности,  жилища и иных помещений не  является осмотром места происшествия и его нельзя проводить до возбуждения дела, когда: а) отсутствует неотложная следственная ситуация либо б) признаки объектов устанавливают не факт преступления (его следы), а иные подлежащие доказыванию обстоятельства, например, осмотр места жительства несовершеннолетнего обвиняемого для выяснения его условий жизни и воспитания;

3) повторного осмотра  места происшествия быть не  должно. После первого осмотра  обычно утрачивается неотложность  ситуации, поэтому последующие осмотры  являются уже осмотром местности, помещения, а не осмотром места происшествия.

Детальное регулирование  порядка осмотра места происшествия устанавливается ведомственными нормативными актами (например, выезд и обязанности  участников следственно-оперативной  группы). До осмотра места происшествия орган дознания обеспечивает пресечение преступления, помощь пострадавшим, захват подозреваемых, установление очевидцев, охрану места происшествия.

Специальная цель осмотра  предметов — обеспечение их дальнейших исследований (например, экспертных). По этой причине особое внимание закон уделяет изъятию, упаковке и удостоверению предметов (ч. 3 ст. 177 УПК РФ). В протоколе должны быть указаны: место обнаружения предметов, по возможности их индивидуальные признаки и, во всяком случае — способы упаковки предметов и их удостоверение (например, наличие подписи следователя и понятых на упаковке, печати). Сомнение в том, что данный предмет является именно тем, который был изъят с места происшествия, трудно опровержимы и обычно влекут утрату ими доказательственного значения. Из специальной цели осмотра предметов вытекает необходимость его производства до их экспертного исследования. В результате осмотра предмета дополнительно выясняется необходимость назначения экспертизы.

Осмотр трупа может  быть частью осмотра места происшествия (и быть проведен до возбуждения дела), местности, жилища или иного помещения. Осмотр трупа как самостоятельное следственное действие производится, когда на месте обнаружения его осмотреть не удалось (например, труп уже увезли в морг), или когда труп обнаружен в результате обыска (ч. 16 ст. 182 УПК РФ), извлечен из места захоронения. Об осмотре трупа может быть составлен отдельный протокол.