Контрольная работа по "Уголовному процессу". 84

Контрольная работа

по дисциплине:

Уголовно - процессуальное право

2 вариант

Москва, 2012

Работа зарегистрирована « ____ » ____________ 20     г. __________________

Вариант №2

Теоретический вопрос:

Взаимосвязь и соотношение уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности.

Законодатель  Российской Федерации косвенно признает уголовный-процесс элементом правовой основы оперативно-розыскной деятельности. Этот подход детально аргументируется в специальной литературе по проблемам оперативно-розыскной деятельности.

Так, профессор  В.Г.Самойлов отмечал, что оперативно-розыскная деятельность способствует успешному осуществлению процессуальной деятельности и в конечном итоге реализации норм уголовного права. Он подчеркивал, что в уголовно-процессуальном законодательстве есть и нормы, которые касаются отдельных аспектов оперативно-розыскной деятельности, когда требуется совместные усилия оперативно-розыскной деятельности и уголовного процесса, например при розыске преступников и др.

Наряду с  этим, профессор В.Г. Самойлов еще в 80-е годы указывал на необходимость совершенствования уголовно-процессуального законодательства с точки зрения обеспечения результативности оперативно-розыскной деятельности в сфере борьбы с уголовной преступностью. Он, в частности, предлагал помимо требования об обнаружении с помощью оперативно-розыскных мероприятий признаков преступления и лиц их совершивших, дополнить уголовно-процессуальное законодательство положением об обязанности органа дознания проводить работу по обнаружению сведений о фактах, способствующих исследованию предмета доказывания и установления истины по делу, то есть решению задач уголовного судопроизводства. Это правильно ориентировало оперативных работников на эффективное проведение ими оперативно-розыскных мероприятий направленных на раскрытие преступлений, а следователей - на использование полученных оперативно-розыскных данных при расследовании противоправных деяний.

Предложения профессора В.Г.Самойлова нашли свое воплощение в Федеральном законе от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», который определил статус оперативно-розыскной информации и основные направления по ее использованию.

Так, результаты оперативно-розыскной деятельности, согласно ст. 11 Федеральном законе от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», должны в основном использоваться в уголовно-процессуальной сфере как поводы, предлоги, основания для возбуждения уголовного дела; для подготовки и осуществления следственных действий, а также в качестве доказательств по уголовным делам.

Сказанное свидетельствует  в пользу того, что соотношение оперативно-розыскной деятельности и уголовного процесса может иметь форму зависимости результатов оперативно-розыскной деятельности от уголовно-процессуальных процедур призванных разрешить вопрос о доступе оперативно-розыскной информации в уголовно-процессуальную сферу.

Допроцессуальный  характер оперативно-розыскной деятельности, понимание её как своеобразного этапа, призванного обеспечить сбор информации в интересах эффективного осуществления уголовного расследования, существенно повлияли и на форму закрепления оперативно-розыскной деятельности как вида правоохранительной деятельности на уровне закона.

Вместе с  тем нельзя не заметить, что содержание законодательных актов, регламентирующих оперативно-розыскную деятельность в Российской Федерации с некоторыми особенностями сохранило все же традиционное соотношение оперативно-розыскной деятельности и уголовного процесса как функции уголовной юстиции. Речь идет о том, что уголовный процесс занимает главенствующее положение по отношению к оперативно-розыскной деятельности и выступает в качестве жесткого фильтра информации, которая добыта оперативно-розыскным путем на стадии оперативно-розыскного производства по фактам законспирированных преступлений, совершаемых профессионально, в том числе организованными преступными структурами. В этом случае нормы уголовно-процессуального закона обеспечивают следователю роль как бы арбитра, то есть должностного лица, основные полномочия которого предполагают, но мнению авторов, не столько добывание улик, подтверждающих законспирированную противоправную деятельность, сколько оценку фактических данных, добытых оперативными подразделениями органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Это обусловливает соответствующую концепцию регламентации оперативно-розыскной деятельности и                уголовно-процессуальной деятельности в РФ.

Так, сложилась  определенная модель процесса предварительного расследования тайных, профессионально совершаемых преступлений, которая охватывает следующие элементы:

а) этап оперативно-розыскного процесса, предполагающий:

- выявление первичной (разведывательной) информации о лицах, профессионально, в том числе в составе преступных групп, занимающихся преступной деятельностью;

- предварительную оперативную проверку первичной (разведывательной) информации;

- оперативную разработку лиц (преступных групп, сообществ), профессионально занимающихся преступной деятельностью;

- предоставление результатов оперативно-розыскной деятельности органам предварительного расследования;

б) этап предварительного следствия, осуществляемого в ином, чем оперативно-розыскная деятельность, правовом режиме                                      уголовно-процессуальной деятельности и предполагающем осуществление процедур, подтверждающих или отвергающих результаты оперативно-розыскной деятельности и в итоге разрешающих вопрос о допустимости придания им статуса доказательств.

Правовой основой  данной модификации предварительного расследования фактов тайной законспирированной преступной деятельности является:

а) оперативно-розыскное  законодательство, регламентирующее системно-процессуальный аспект оперативно-розыскного процесса;                                    уголовно-процессуальное законодательство, определяющее порядок дознания и предварительного следствия.

Организационно-структурное  обеспечение анализируемого варианта предварительного расследования противоправной деятельности предполагает наличие  автономных (обособленных друг от друга) оперативных подразделений и следственных аппаратов, функционирующих в различных правовых режимах. Вышеприведенная модель предварительного расследования тайных, с элементами маскировки преступлений в итоге обеспечивается возможностями двух функций уголовной юстиции – оперативно-розыскной и уголовно-процессуальной.

Следует отметить, что российское оперативно-розыскное  и                          уголовно-процессуальное законодательство испытали и испытывают на себе влияние вариантов законодательного регулирования оперативно-следственной работы.

Ч. 2 ст. 163 УПК  предусматривает привлечение должностных лиц органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, к работе следственной группы. Согласно ч. 2 ст. 95 УПК, в случае необходимости проведения оперативно-розыскных мероприятий допускаются встречи оперативных сотрудников с подозреваемым и обвиняемым, содержащимися под стражей, с письменного разрешения дознавателя, следователя, прокурора или суда, в производстве которых находится уголовное дело.

В соответствии с ч. 4 ст. 157 УПК после направления  уголовного дела прокурору орган  дознания может проводить по нему следственные действия и оперативно-розыскные  мероприятия только по поручению следователя. В случае направления прокурору уголовного дела, по которому не обнаружено лицо, совершившее преступление, орган дознания самостоятельно обязан принимать розыскные и оперативно-розыскные меры для установления лица, совершившего преступление, уведомляя следователя об их результатах.

Во-вторых, уголовно-процессуальная регламентация осуществления оперативно-розыскной деятельности в процессе раскрытия и расследования преступлений означает, что материалы, полученные в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий, теряют свойства «не подлежащих разглашению данных» или «материалов, добытых негласным путем и не имеющих доказательственной перспективы». Напротив, теперь многие из них могут иметь значение данных, полученных в предусмотренном законом порядке. На этой основе им открывается путь в уголовно-процессуальное доказывание. Положительно может решаться вопрос об их допустимости в процессе производства по уголовному делу.

В-третьих, впервые  в истории уголовного процесса законодатель допускает использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности, если они отвечают требованиям» предъявляемым к доказательствам УПК                (ст. 89 УПК).

Кроме того, законодатель впервые сформулировал непосредственно  в УПК определение понятия  «результатов оперативно-розыскной деятельности», обозначив их как «сведения, полученные в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда» (п. 36 ст. 5 УПК).

Таким образом, в современных  условиях становится все более актуальным вопрос о природе и сущности соотношения уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности, особенно применительно к стадиям досудебного производства.

Соотношение уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной  деятельности представляет собой систему, в которой можно выделить следующие основные элементы:

1) соотношение организационных и процессуальных форм взаимодействия оперативных и следственных аппаратов при решении уголовно-процессуальных задач;

2) соотношение процессов познания в следственной и оперативно-розыскной деятельности;

3) соотношение оперативного  документирования и процессуального  оформления доказывания;

4) соотношение уголовно-процессуальных  и оперативно-розыскных правоотношений.

Практика борьбы с преступностью  накопила значительный опыт организации взаимодействия следственных и оперативных аппаратов. Основное назначение такого взаимодействия сводится к обеспечению наиболее эффективного сочетания сил, средств и методов правоохранительных органов для достижения единой цели в борьбе с преступностью — всестороннего и полного раскрытия и расследования совершенных преступлений.

Представляется, что взаимодействие следователя и оперативного работника целесообразно рассматривать в качестве неразрывного процесса на протяжении всего досудебного производства, то есть в рамках оперативно-розыскного сопровождения предварительного расследования, а при необходимости — и судебного разбирательства.

Теория оперативно-розыскной  деятельности, выражая свое отношение к данному институту, исходит из того, что одним из субъектов взаимодействия является оперативный аппарат, в частности его конкретный сотрудник, а не орган дознания вообще. Применительно к рассматриваемому виду деятельности субъектом взаимодействия выступает правоохранительный орган, наделенный специальными полномочиями, т.е. правом осуществлять оперативно-розыскную деятельность и иметь для этого специальные силы и средства в соответствии               со ст. 13 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Необходимость взаимодействия следственных и оперативных аппаратов обусловлена объективными факторами. Они наделены различной компетенцией и юрисдикцией, имеют различный уровень технической оснащенности и вооруженности, свои силы, средства и методы в решении правоохранительных задач, но при всем этом решают одни и те же задачи борьбы с преступностью. Оперативные аппараты собственными силами и средствами могут выявить неочевидное, замаскированное преступление, задокументировать преступные действия лиц, его совершивших, наконец, возбудить уголовное дело. Но они не правомочны в полном объеме провести расследование и передать дело в суд. Такими полномочиями наделены следственные аппараты, которые, в свою очередь, далеко не всегда имеют возможности выявить замаскированное преступление. Поэтому взаимодействие следственных и оперативных аппаратов является важнейшим объективным условием их эффективной деятельности.

Вступивший в силу с 1 января 1997 г. Уголовный кодекс Российской Федерации  значительно расширил уголовно-процессуальные задачи в борьбе с организованной преступностью, в частности введением  нового понятия — «преступное  сообщество (преступная организация)» и установлением ответственности за соответствующие преступления (ст. 210 УК).

Практика показывает, что  при раскрытии и расследовании  преступлений, совершенных организованными  группами, особенно важно оперативно-розыскное  сопровождение на первоначальных этапах расследования: при задержании, производстве обысков, допросов, очных ставок и опознаниях, когда сотрудники оперативного аппарата оказывают следователю помощь в:

— установлении всех участников группы и эпизодов преступной деятельности;

— проверке причастности разрабатываемых лиц к совершению нераскрытых, а также латентных преступлений;

— определении роли каждого  члена преступной группы, особенно организатора, лидера, подстрекателя;

— оперативной проверке доказательств, имеющихся в распоряжении следователя, главным образом тех, которые представлены подозреваемыми в свое оправдание, а также свидетелями и потерпевшими, чья добросовестность вызывает сомнение;

— выявлении и нейтрализации  намерений разрабатываемых лиц оказать противодействие следствию;

— выявлении  потерпевших и свидетелей, не установленных следствием;

— определении  тактики проведения следственных и  оперативно-розыскных мероприятий  и т.д.

Оперативно-розыскные  меры по документированию обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, должны обеспечивать:

а) негласное  обнаружение и фиксацию фактических  данных, изобличающих

преступников;

б) возможность  использования этих данных в качестве доказательств на предварительном следствии и в судебном разбирательстве.

Доказывание — это процесс познания события прошлого, осуществляемый дознавателем, следователем, прокурором, судом в особой процессуальной форме — путем собирания, проверки и оценки доказательств.

Поэтому проблемы легитимизации познавательной деятельности, лежащей за пределами уголовного процесса, но так или иначе связанной с установлением фактов правонарушений, также актуальны для уголовного судопроизводства. Такая деятельность осуществляется в различных формах, в том числе и в оперативно-розыскной, направленной на выявление признаков преступления и лиц, его совершивших, которая регламентируется Федеральным законом                    «Об оперативно-розыскной деятельности».

Институт легитимизации  познавательных процессов в оперативно-розыскной  деятельности отражает закономерности, присущие правоохранительной политике современного периода — стремление подчинить определенной правовой форме деятельность, которая по своему характеру так или иначе вторгается в сферу интересов личности, охраняемых Конституцией. Вместе с нормативными актами, регулирующими доказывание, то есть познавательную деятельность в сфере уголовного судопроизводства, оперативно-розыскное законодательство формирует соответствующий нормативно-познавательный комплекс, относящийся к оперативно-розыскной деятельности.

Одна из задач оперативно-розыскной деятельности — выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, что предполагает поиск и обнаружение фактических данных, отражающих и воссоздающих имевшее место в прошлом событие преступления. Такая деятельность представляет собой процесс познания. Познание объективной действительности служит интересам практики, потребности которой определяют направление и содержание познавательной деятельности.

Как в уголовно-процессуальной, так и в оперативно-розыскной деятельности наблюдение представляет собой планомерное, целеустремленное, преднамеренное восприятие, сущность которого не изменяется от того, будет ли применять данный метод следователь или оперативный сотрудник. Однако условия его применения, объект и цель наблюдения могут быть различными, что отражается на приемах наблюдения, его роли в процессе познания, достоверности результатов применения этого метода и т.п.

Имеющиеся различия между исследованиями в процессуальной и оперативно-розыскной деятельности обусловливают и ту специфику, которую приобретают общие методы познания при их применении в борьбе с преступностью.

В конечном счете  специфика определяется:

— формой применения этих методов в процессе познания;

— процессуальным положением субъекта, применяющего методы познания;

— условиями  познания истины в процессе уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности;

— характером объектов познания в процессуальной и оперативно-розыскной  деятельности.

В оперативно-розыскной  деятельности процесс познания в силу специфики приемов и методов, предусмотренных российским законодательством, позволяет эффективно, в сжатые сроки определить предмет, пределы и наиболее адекватные конкретной ситуации способы уголовно-процессуального доказывания.

Соотношение оперативного документирования и процессуального доказывания, в первую очередь, определяется теми задачами, которые решаются в процессе расследования конкретного уголовного дела, а также уголовно-процессуальными нормами, регламентирующими процесс доказывания.

Документирование представляет собой познание и удостоверение тех явлений, относящихся к событию преступления, которые имеют значение для правильного разрешения дела. В этом отношении оно во многом сходно с уголовно-процессуальным доказыванием, однако отличается от него целью, субъектами познания, а также условиями, в которых оно протекает.

Отличия познания при документировании от уголовно-процессуального доказывания:

1. проводится лицом, обладающим иными властными полномочиями, чем участники уголовного процесса;
2. сопровождается применением специальных сил, средств и методов. Объект познания здесь также специфичен: исследуются обстоятельства, связанные не только с прошлым преступным событием, но и с подготавливаемыми преступлениями, т.е. с теми событиями, которые могут произойти в будущем. В этом случае оперативный сотрудник должен предвидеть действия преступников, принять меры к предотвращению, пресечению возможных преступных проявлений.

Выбор путей  документирования осуществляется по трем основным направлениям: установление лиц, располагающих сведениями о преступной деятельности разрабатываемых и способных выступить свидетелями по делу; выявление предметов и документов с признаками преступной деятельности разрабатываемых и которые могут быть использованы в качестве доказательств по делу; выявление иных фактов преступной деятельности разрабатываемых, которые в отдельных случаях и не могут быть доказательствами, но служат основанием для выдвижения следственных и оперативно-розыскных версий.

В процессе документирования оперативный сотрудник обязан обеспечить сохранность полученных данных до момента востребования их следователем и предусмотреть возможность их процессуального использования без разглашения источника получения.

Таким образом, задача оперативного документирования, как и процессуального доказывания, состоит в том, чтобы не только лицо, проводящее исследование, стало обладателем знания о преступлении, но чтобы такое знание и результаты проведенной работы могли в установленном порядке получить следователь, а при необходимости — остальные участники уголовного процесса.

Задача №1

К прокурору  Клетинского района обратился гражданин  Быков с просьбой возбудить уголовное  дело в отношении лесничего Куракина, который его ранил в результате неосторожного обращения с охотничьим ружьём. При беседе с Быковым выяснилось, что происшествие имело место на территории не Клетинского, а соседнего Сельского района. Прокурор разъяснил заявителю, что дело подлежит расследованию по месту совершения преступления, куда ему и порекомендовал обратиться со своим заявлением.

Правильны ли действия прокурора?

Ответ: нет, действия прокурора не правильны.

Вопрос о  подследственности решает прокурор, в соответствии с п.3 ст. 146:

«3. Если уголовное  дело направляется прокурору для  определения подследственности, то об этом в постановлении о возбуждении уголовного дела делается соответствующая отметка».

В соответствии со ст. 124 Порядок рассмотрения жалобы прокурором, руководителем следственного  органа УПК РФ:

«1. Прокурор, руководитель следственного органа рассматривает жалобу в течение 3 суток со дня ее получения. В исключительных случаях, когда для проверки жалобы необходимо истребовать дополнительные материалы либо принять иные меры, допускается рассмотрение жалобы в срок до 10 суток, о чем извещается заявитель.

2. По результатам  рассмотрения жалобы прокурор, руководитель  следственного органа выносит  постановление о полном или  частичном удовлетворении жалобы  либо об отказе в ее удовлетворении.

2.1. В случае  удовлетворения жалобы, поданной  в соответствии с частью второй статьи 123 настоящего Кодекса, в постановлении должны быть указаны процессуальные действия, осуществляемые для ускорения рассмотрения дела, и сроки их осуществления.

3. Заявитель  должен быть незамедлительно  уведомлен о решении, принятом  по жалобе, и дальнейшем порядке его обжалования.

4. В случаях,  предусмотренных настоящим Кодексом, дознаватель, следователь вправе обжаловать действия (бездействие) и решения прокурора или руководителя следственного органа соответственно вышестоящему прокурору или руководителю вышестоящего следственного органа».

А в соответствии с пунктами 2, 6, 11, 12, ч. 2 ст. 37 УПК РФ в полномочия прокурора входит направление дела по подследственности:

«В ходе досудебного производства по уголовному делу прокурор уполномочен:

2) выносить мотивированное  постановление о направлении  соответствующих материалов в следственный орган или орган дознания для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства;

6) отменять незаконные  или необоснованные постановления  нижестоящего прокурора, а также незаконные или необоснованные постановления дознавателя в порядке, установленном настоящим Кодексом;

11) изымать любое уголовное  дело у органа дознания и  передавать его следователю с  обязательным указанием оснований  такой передачи;

12) передавать уголовное дело или материалы проверки сообщения о преступлении от одного органа предварительного расследования другому (за исключением передачи уголовного дела или материалов проверки сообщения о преступлении в системе одного органа предварительного расследования) в соответствии с правилами, установленными статьей 151 настоящего Кодекса, изымать любое уголовное дело или любые материалы проверки сообщения о преступлении у органа предварительного расследования федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и передавать его (их) следователю Следственного комитета Российской Федерации с обязательным указанием оснований такой передачи».

Задача №2

В судебное заседание  по уголовному делу о покушении на убийство не явился потерпевший, а из пятерых свидетелей прибыли лишь двое. Секретарь судебного заседания  доложил, что все не явившиеся участники процесса повестки получили, а на извещениях о вручении записали, что приехать из села в районный центр не могут из-за отсутствия средств на проезд и проживание.

Как в этой ситуации надлежит поступить судье?

Может ли суд  ограничиться оглашением показаний  потерпевшего и свидетелей, данных ими на предварительном следствии?

Ответ:

Согласно ч.1 п. 5 ст. 42 и ч. 1 п. 6 ст 56 УПК РФ: потерпевший и свидетель не вправе: уклоняться от явки по вызову дознавателя, следователя и в суд.

При неявке потерпевшего и свидетеля по вызову без уважительных причин они могут быть подвергнуты приводу, согласно п. 6 ст. 42 и п. 7 ст. 56 УПК РФ.

Кроме этого, таких  недобросовестных граждан, согласно ст. 117 УПК РФ за ненадлежащее исполнение процессуальных обязанностей, суд может  подвергнуть денежному взысканию. Когда у суда имеются расписка вызываемых лиц о получении повестки, однако к указанному времени в судебное заседание они не явились, не посчитав нужным известить суд о причинах неявки.

Уважительными причинами неявки в суд считаются  лишь следующие:

1. болезнь, которая  не дает вам возможность явиться в суд, удостоверенная квалифицированным врачом, работающим в медицинском учреждении. При этом вы должны иметь на руках справку о болезни (или больничный лист);

2. в полученной  вами повестке имеется вызов  на уже прошедшее время;

3. происшествие  стихийного бедствия;

4. перерыв в  транспортном движении;

5. заболевание  члена вашей семьи (в случае, если у вас нет возможности  поручить уход за ним кому-то  другому).

Представленные  причины неявки в суд свидетелей ни чем не подтверждены и не могут являться уважительными.

В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 281 УПК РФ суд вправе ограничиться оглашением показаний потерпевшего и свидетелей в случае неявки потерпевшего и свидетелей:

«1. Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, а также демонстрация фотографических негативов и снимков, диапозитивов, сделанных в ходе допросов, воспроизведение аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки допросов допускаются с согласия сторон в случае неявки потерпевшего или свидетеля, за исключением случаев, предусмотренных частью второй настоящей статьи.

2. При неявке  в судебное заседание потерпевшего  или свидетеля суд вправе по  ходатайству стороны или по  собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных ими показаний в случаях:

1) смерти потерпевшего или свидетеля;

2) тяжелой болезни, препятствующей явке в суд;

3) отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда;