Закономерности и модели развитие науки

  

                            Министерство образования и науки РФ

Государственное  образовательное  учреждение

высшего  профессионального  образования-

Всероссийский заочный финансово-экономический  институт

филиал в г.Туле

 

 

 

 

                                          

КУРСОВАЯ  РАБОТА

по  дисциплине  «Концепция современного естествознания»

на  тему: «Закономерности и модели развитие науки»

 

 

 

 

 

                                           Выполнил: студент  ФНО 5пот.

                                                         специальности ГМУ

группы дневной     № л.д.10МГД48108

                                                         Короткова Н.В.

                                                       

                                                       

                                                         

 

                                           Проверил: Журавлев М.С.

 

 

 

 

 

 

                                                 Тула 2010 г.

План

 

1. Введение

2. Общие модели развития науки

3. Теория научных революций Т.Куна

4. Методология исследовательских  программ Н. Локатоса

5. Заключение

6. Список литературы

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                      1   Введение

  Естествознание как любая наука  связанна с её историей и логикой. Любая наука  характеризуется определенными значимыми открытиями и достижениями. Которые дотированы по времени  в рамках исторических эпох.

 

Наука – это система сознания и деятельности людей, направленная на достижения объективно исторических знаний о мироустройстве и их систематизацию.

 

Под закономерностями развития науки  понимается устойчивые тенденции, проступающие в её развитии, или существенные связи, прослеживаемые между этапами, стадиями и фазами этого развития. Закономерностью развития науки принято считать единство процессов дифференциации и интеграции научного знания.

 

В данной контрольной работе рассмотрим общие модели развития науки, теорию Т.Куна, методологию исследовательских  программ И.Лакатоса.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                        2   Общие модели развития науки.

     До XX в. считалось, что наука развивается плавно, постепенно, эволюционно: год за годом накапливаются новые факты, делаются научные открытия, приумножаются теории, в результате чего люди узнают о природе все больше и больше. Наука развивается и качественно меняется во времени. Она наращивает свой объем, разветвляется, усложняется. Развитие это оказывается неравномерным, дробным и хаотичным. Но  в XX в. представление радикально изменилось: теперь считается, что в развитие науки это не только эволюция, которая выражается в постепенности, плавности и последовательности, но и революции, т.е. кризисы, обвалы, скачки, перестройки.

         Тем не  менее, существует логика развития  науки. Она означает уяснение закономерностей научного прогресса, его движущих сил, причин и исторической обусловленности. Прежде полагали, что в науке идет непрерывное приращение научного знания, постоянное накопление новых научных открытий и все более точных теорий. Ныне логика такова: наука развивается не только путем накопления новых фактов и идей, но и через фундаментальные теоретические сдвиги, заставляющие ученых перекраивать привычную картину мира и перестраивать свою деятельность на базе новых, принципиально иных мировоззренческих установок. Логику неспешной эволюции науки сменила логика научных революций и катастроф. Ввиду новизны и сложности проблемы пока еще не сложилось общепризнанного подхода или модели логики развития научного знания. Таких моделей множество. Но некоторые все-таки приобрели приоритет.

В настоящее время существует  множество общих моделей развития науки:

   - кумулятивная;

   - логический позитивизм;

   - фальсификационизм;

   - эпистемологический анархизм и т.д .                                                                                      В XX-м веке развернулась дискуссия, какое же знание можно и нужно считать научным. Было сформулировано несколько принципов для признания знания научным:

         - Принцип  верификации (проверка, эмпирическое  подтверждение);

         - Принцип  фальсификации – только то  знание можно назвать научным,  которое в принципе опровержимо. 

         Развитие  науки непрерывно наталкивается  на различные преграды и границы.  Некоторые границы пришлось признать  фундаментальными, так как преодолеть их, видимо, не придется никогда:

         - Опыт –  одна из первых границ. Опыт  человечества по сравнению с  вечностью ограничен. И неизвестно, можно ли закономерности, подтвержденные  человеческим опытом, распространять  на всю Вселенную.

        - Рационализм.  Он отстаивает дедуктивную модель  развития знаний (от частного  к общему). Учитывая, что все частные  утверждения и законы теории  выводятся из общих первичных  допущений, постулатов, аксиом, по  сути не выводимых, не доказуемых, а просто принимаемых за истинность –  значит они всегда могут быть опровергнуты. К примеру, мы говорим о бесконечности мира – но это не доказано, это вероятностно.

        - Природа человека. Человек – существо макромира  (мира, сопоставимого по своим  размерам с человеком) и мы никогда не сможем до конца понять и узнать суть микромира (к примеру, электроны в нашем представлении все одинаковы, хотя это может быть и совсем не так).

        - Сама наука.  Любая теория, «разрешая» одни  явления, «запрещает» другие. К  примеру, теория относительности «запретила» превышение скорости света (она установила, что скорость движения не может быть больше скорости света)

        - Инструментальная  природа науки. Наука может  знать, как делать, как чего-то  добиться, но молчит, во имя чего она это делает. Эту задачу человек должен решить сам.

        Наука развивается  и качественно меняется во  времени. Она наращивает свой  объем, разветвляется, усложняется.  Развитие это оказывается неравномерным,  дробным и хаотичным.

         Тем не  менее, существует логика развития науки. Она означает уяснение закономерностей научного прогресса, его движущих сил, причин и исторической обусловленности. Прежде полагали, что в науке идет непрерывное приращение научного знания, постоянное накопление новых научных открытий и все более точных теорий. Ныне логика такова: наука развивается не только путем накопления новых фактов и идей, но и через фундаментальные теоретические сдвиги, заставляющие ученых перекраивать привычную картину мира и перестраивать свою деятельность на базе новых, принципиально иных мировоззренческих установок. Логику неспешной эволюции науки сменила логика научных революций и катастроф. Ввиду новизны и сложности проблемы пока еще не сложилось общепризнанного подхода или модели логики развития научного знания. Таких моделей множество. Но некоторые все-таки приобрели приоритет.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                3. Теория научных революций Т.Куна.

Концепция социологической и психологической  реконструкции и развития научного знания связана с именем и идеями Т.Куна, изложенными в его широко известной работе по истории науки “Структура научных революций” . В этой работе исследуются социокультурные и психологические факторы в деятельности как отдельных ученых, так и исследовательских коллективов.

Кун считает, что развитие науки представляет собой процесс поочередной смены  двух периодов - “нормальной науки” и “научных революций”. Причем последние  гораздо более редки в истории  развития науки по сравнению с  первыми. Социально-психологический характер концепции Куна определяется его пониманием научного сообщества, члены которого разделяют определенную парадигму, приверженность к которой обуславливается положением его в данной социальной организации науки, принципами, воспринятыми при его обучении и становлении как ученого, симпатиями, эстетическими мотивами и вкусами. Именно эти факторы, по Куну, и становятся основой научного сообщества.

Центральное место в концепции Куна занимает понятие парадигмы, или совокупности наиболее общих идей и методологических установок в науке, признаваемых данным научным сообществом. Парадигма обладает двумя свойствами: 1- она принята научным сообществом как основа для дальнейшей работы; 2- она содержит переменные вопросы, т.е. открывает простор для исследователей. Парадигма - это начало всякой науки, она обеспечивает возможность целенаправленного отбора фактов и их интерпретации. Парадигма, по Куну, или “дисциплинарная матрица”, как он ее предложил называть в дальнейшем, включает в свой состав четыре типа наиболее важных компонентов: 1) “символические обобщения” - те выражения, которые используются членами научной группы без сомнений и разногласий, которые могут быть облечены в логическую форму, 2) “метафизические части парадигм” типа: “теплота представляет собой кинетическую энергию частей, составляющих тело”, 3) ценности, например, касающиеся предсказаний, количественные предсказания должны быть предпочтительнее качественных, 4) общепризнанные образцы.

Все эти  компоненты парадигмы воспринимаются членами научного сообщества в процессе их обучения, роль которого в формировании научного сообщества подчеркивается Куном, и становятся основой их деятельности в периоды “нормальной науки”. В период “нормальной науки” ученые имеют дело с накоплением фактов, которые Кун делит на три типа: 1) клан фактов, которые особенно показательны для вскрытия сути вещей. Исследования в этом случае состоят в уточнении фактов и распознании их в более широком кругу ситуаций, 2) факты, которые хотя и не представляют большого интереса сами по себе, но могут непосредственно сопоставляться с предсказаниями парадигмальной теории, 3) эмпирическая работа, которая предпринимается для разработки парадигмальной теории.

Однако  научная деятельность в целом  этим не исчерпывается. Развитие “нормальной науки” в рамках принятой парадигмы длится до тех пор, пока существующая парадигма не утрачивает способности решать научные проблемы. На одном из этапов развития “нормальной науки” непременно возникает несоответствие наблюдений и предсказаний парадигмы, возникают аномалии. Когда таких аномалий накапливается достаточно много, прекращается нормальное течение науки и наступает состояние кризиса, которое разрешается научной революцией, приводящей к ломке старой и созданию новой научной теории - парадигмы.

Кун считает, что выбор теории на роль новой парадигмы не является логической проблемой: “Ни с помощью логики, ни с помощью теории вероятности невозможно переубедить тех, кто отказывается войти в круг. Логические посылки и ценности, общие для двух лагерей при спорах о парадигмах, недостаточно широки для этого. Как в политических революциях, так и в выборе парадигмы нет инстанции более высокой, чем согласие соответствующего сообщества” . На роль парадигмы научное сообщество выбирает ту теорию, которая, как представляется, обеспечивает “нормальное” функционирование науки. Смена основополагающих теорий выглядит для ученого как вступление в новый мир, в котором находятся совсем иные объекты, понятийные системы, обнаруживаются иные проблемы и задачи: “Парадигмы вообще не могут быть исправлены в рамках нормальной науки. Вместо этого нормальная наука в конце концов приводит только к осознанию аномалий и к кризисам. А последние разрешаются не в результате размышления и интерпретации, а благодаря в какой-то степени неожиданному и неструктурному событию. После этого события ученые часто говорят о “пелене, спавшей с глаз”, или об “озарении”, которое освещает ранее запутанную головоломку, тем самым приспосабливая ее компоненты к тому, чтобы увидеть их в новом ракурсе, впервые позволяющем достигнуть ее решения”. Таким образом, научная революция как смена парадигм не подлежит рационально-логическому объяснению, потому что суть дела в профессиональном самочувствии научного сообщества: либо сообщество обладает средствами решения головоломки, либо нет - тогда сообщество их создает.

Мнение о том, что новая парадигма  включает старую как частный случай, Кун считает ошибочным. Кун выдвигает  тезис о несоизмеримости парадигм. При изменении парадигмы меняется весь мир ученого, так как не существует объективного языка научного наблюдения. Восприятие ученого всегда будет подвержено влиянию парадигмы.

По-видимому, наибольшая заслуга Т.Куна состоит в том, что он нашел новый подход к раскрытию природы науки и ее прогресса. Кун вносит в эту проблему “человеческий” фактор, привлекая к ее решению новые, социальные и психологические мотивы.

 

 

 

 

 

 

 

 

                4.  Методология исследовательских программ И.Лакатоса

Решительную попытку спасти логическую традицию при анализе исторических изменений в науке предпринял Имре Лакатос.

 И.Лакатос полагает, что основой  теории научной рациональности (или  методологической концепции) должен  стать принцип критицизма. Этот  принцип является универсальным принципом всякой научной деятельности; однако, при обращении к реальной истории науки становится ясно, что “рациональный критицизм” не должен сводиться к фанатическому требованию беспощадной фальсификации. Непредвзятое рассмотрение исторических перипетий научных идей и теорий сразу же сталкивается с тем фактом, что “догматический фальсификационизм” есть такая же утопия, как формалистические мечты о “евклидовой” рациональной науке. “Контрпримеры” и “аномалии” отнюдь не всегда побуждают ученых расправляться со своими теориями; рациональное поведение исследователя заключает в себе целый ряд стратегий, общий смысл которых - идти вперед, не цепенея от отдельных неудач, если это движение обещает все новые эмпирические успехи и обещания сбываются. И.Лакатос очень остро ощутил существующий разрыв между “теоретической рациональностью”, как ее понимает “критический рационализм” и практической рациональностью развивающейся науки и признал необходимость реформирования “критического рационализма” . Результатом усилий по решению этой задачи стала выработанная И.Лакатосом методологическая концепция “утонченного фальсификационизма” или методология научно-исследовательских программ. Эта теория получила выражение в его работе “Фальсификация и методология научных исследовательских программ”.

Согласно Лакатосу, в науке образуются не просто цепочки сменяющих одна другую теорий, но научные исследовательские программы, т.е. совокупности теоретических построений определенной структуры. “У всех исследовательских программ есть “твердое ядро”. Отрицательная эвристика запрещает использовать modus tollens, когда речь идет об утверждениях, включенных в “твердое ядро”. Вместо этого мы должны напрягать нашу изобретательность, чтобы прояснять, развивать уже имеющиеся или выдвигать новые “вспомогательные гипотезы”, которые образуют “защитный пояс” вокруг этого ядра, modus tollens своим острием направляется именно на эти гипотезы. Защитный пояс должен выдержать главный удар со стороны проверок; защищая таким образом окостеневшее ядро, он должен приспосабливаться, переделываться или даже полностью заменяться, если этого требуют интересы обороны . Лакатос учитывает не только борьбу опровержимых и конкурирующих теорий, составляющих “защитный пояс”, но и борьбу между исследовательскими программами. Поэтому развитие науки Лакатос представляет не как чередование отдельных научных теорий, а как “историю рождения, жизни и гибели исследовательских программ”.

Однако и методология исследовательских  программ Лакатоса не может объяснить, почему происходит смена программ. Лакатос признает, что объяснения логики и методологии здесь бессильны, но, в отличие от Куна, он верит, что логически можно “соизмерить” содержание программ, сравнивать их между собой и поэтому можно дать ученому вполне рациональный ориентир для того, чтобы выбрать - отказываться или нет от одной программы в пользу другой. По мнению Лакатоса смена и падение устоявшихся взглядов, то есть научные революции, должны объясняться не “психологией толпы”, как считает Кун. Для описания того, как соизмерить или сравнить две конкурирующие программы, Лакатос вводит представление о сдвиге проблем.

“Исследовательская программа  считается прогрессирующей тогда, когда ее теоретический рост предвосхищает  ее эмпирический рост, то есть когда  она с некоторым успехом может предсказывать новые факты (“прогрессивный сдвиг проблемы”). Программа регрессирует, если ее теоретический рост отстает от ее эмпирического роста, то есть когда она дает только запоздалые объяснения либо случайных открытий, либо фактов, предвосхищаемых и открываемых конкурирующей программой (“регрессивный сдвиг проблемы”). Если исследовательская программа прогрессивно объясняет больше, нежели конкурирующая, то она “вытесняет” ее и эта конкурирующая программа может быть устранена (или, если угодно “отложена”) . Лакатос считает, что, безусловно, следует сохранять “жесткое ядро” научно-исследовательской программы, пока происходит “прогрессивный сдвиг” проблем. Но даже в случае “регрессивного сдвига” не следует торопиться с отказом от программы. Дело в том, что в принципе существует возможность найти внутренние источники развития для стагнирующей программы, благодаря которым она начнет неожиданно развиваться даже опережая ту программу, которая до недавних пор одерживала над нею верх. “Нет ничего такого, что можно было бы назвать решающими экспериментами, по крайней мере, если понимать под ними такие эксперименты, которые способны немедленно опрокидывать исследовательскую программу. Сгоряча ученый может утверждать, что его эксперимент разгромил программу... Но если ученый из “побежденного” лагеря несколько лет спустя предлагает научное объяснение якобы “решающего эксперимента” в рамках якобы разгромленной программы (или в соответствие с ней), почетный титул может быть снят и “решающий эксперимент” может превратиться из поражения программы в ее новую победу” .

Таким образом из рассмотрения вышеизложенной концепции “исследовательских программ”  Лакатоса видно, что научные революции, как он их понимает, не играют слишком  уж существенной роли еще и потому, что в науке почти никогда не бывает периодов безраздельного господства какой-либо одной “программы”, а сосуществуют и соперничают различные программы, теории и идеи. Одни их них на некоторое время становятся доминирующими, другие оттесняются на задний план, третьи - перерабатываются и реконструируются. Поэтому если революции и происходят, то это не слишком уж “сотрясает основы” науки: многие ученые продолжают заниматься своим делом, даже не обратив особого внимания на совершившийся переворот. Великое и малое, эпохальный сдвиг или незначительное изменение - все эти оценки совершаются лишь ретроспективно при методологической, “метанаучной” рефлексии. По мнению Лакатоса, история науки является “пробным камнем” любой логико-методологической концепции, ее решительным и бескомпромиссным судьей.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                     5  Заключение

 

Кун пологает что развитие науки представляет собой последовательную смену научных парадигм, которая происходит, главным образом, иррационально; а  Лакатос – смену научно-исследовательских программ, происходящую рационально. Причем и по Куну, и по Лакатосу эта смена находит свое выражение в научных революциях, которые, таким образом, играют главную роль в развитии науки, представляют собой некие узловые, этапные моменты ее истории. Понятно, что между научными революциями или научно-исследовательской программы происходит спокойное, бескризисное развитие науки – научная эволюция.

Лакатос в отличие от Куна не считает, что возникшая в ходе революции научно-исследовательская программа является завершенной и вполне оформившейся. Положительная эвристика программы определяет проблемы, подлежащие решению, а также предсказывает аномалии и превращает их в подтверждающие примеры. Развитие, совершенствование программы в послереволюционный период - необходимое условие научного прогресса. Поэтому, говорит Лакатос, деятельность ученого в межреволюционные периоды носит творческий характер. Даже в ходе доказательства, обоснования знания, полученного в ходе последней более или менее значительной революции, это знание трансформируется.

Еще одно отличие этих концепций  заключается в следующем. По Куну, все новые и новые подтверждения  парадигмы, получающиеся в ходе решения  очередных задач-головоломок, укрепляют  безусловную веру в парадигму - веру, на которой держится вся нормальная деятельность членов научного сообщества. Лакатос утверждает, что процедура доказательства истинности первоначального варианта исследовательской программы приводит не к вере в нее, а к сомнению, порождает потребность перестроить, усовершенствовать, сделать явными скрытые в ней возможности, т.е. революционная научно-исследовательская деятельность не является прямой противоположностью деятельности ученого в межреволюционные периоды. Поскольку в ходе революции создается лишь первоначальный проект новой научно-исследовательской программы, то работа по ее окончательному формированию продолжается весь послереволюционный период.

 Как бы не отличались концепции друг от друга, все они вынуждены опираться на некие узловые, этапные моменты истории науки, которые принято называть революциями.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                             Список литературы

1. Концепции современного естествознания. Под редакцией Лавриненко В.Н. и Ратникова В.П., 2004г.
2. Кун Т. Структура научных революций. М., 1975
3. А.И.Липкина, Философия науки, 2007г.
4. Локатос Н. Фальсификация и методология научно - исследовательских программ. М., 1995.