Оглавление 
 

Введение

     Изучение  древних  судебников,  одним  из  которых  и  является  судебник  Хаммурапи,  на  сегодняшний  день,  как  мне  кажется,  не  потеряло  своей  актуальности.  Судебники,  являются  самыми  первыми  законами,  а  их  составители  -  первыми  людьми  попытавшимися  установить  некоторые социальные  нормы поведения,  чтобы как-то  управлять  людьми,  ведь  единственная  сила  отделяющая  государство  от  хаоса  -  это  закон.  Хотя  законы  эти  по  нашим  сегодняшним  меркам  могут  показаться  примитивными,  но  иногда  и в них можно почерпнуть  что-нибудь  ценное,  что неплохо было  бы  и перенять  нам сегодня.  Законы  также могут свидетельствовать об  уровне  развития  государства.  Чем  совершенное  государство  -  тем  совершеннее  и  законы.  Изучая  вавилонский  кодекс  можно  прийти  к  заключению,  что  Вавилон  уже  в  те  времена  находился  на  достаточно  высоком  уровне  развития  и  обладал  сложными  социальными  отношениями.  Наконец  из  законов  можно  узнать  также  о  нравах,  об  обычаях  какого-нибудь  государства  того  времени.  В  вавилонском  случае,  например,  -  это  их  так  сказать “ бюрократизм “,  т. е.  любые  сделки,  даже  самые  незначительные,  всегда  заключались  при  свидетелях.  Если  хорошо  поискать,  то  можно  привести  еще  массу  примеров,  причем  не  только  из  вавилонского  кодекса  потому, что  мировоззрение  государства,  т. е.  людей  его  составляющих  всегда  закрепляется  в  обычаях,  а  те,  в  свою  очередь  могут  повлиять  на  составление  законов.  Из  всего  этого  видно,  что  изучение  древних  судебников  дело  стоящее.

1.Законы Хаммурапи

     Законы  Хаммурапи  (1792 - 1750  гг. до  н. э.) - шестого  царя  первой  вавилонской  династии  были  найдены  французской  экспедицией  в  1901 г. в Сузах ( столица Элама ) . Сейчас  хранятся   в Лувре в Париже .

     Законы  Хаммурапи  высечены  на  черном  базальтовом  столбе, который  в  качестве  трофея  был  увезен  эламитами  из  Вавилонии  в  X I I  в.  до  н. э. . Кодекс  законов  Хаммурапи  содержит  282  статьи  но  на  столбе  сохранилось 247  статей, 35  статей  были  выскоблены,  очевидно,  по  приказу эламского царя .  Впоследствии  недостающие статьи  были  восстановлены на  основе  фрагментов  дубликатов,  найденных в Сузах,  в  библиотеке  ассирийского  царя  Ашшурбанапала  (669 - около  630 г.г.  до  н.э.)  в  Ниневии.

     Законы  Хаммурапи  представляют  собой  результат  тщательного  обобщения  и  систематизации  разновременных  писаных  и  неписаных  правовых  норм.  Они  не  содержат  исчерпывающего  свода  таких  норм  (отсутствуют,  например,  нормы  устанавливающие  наказание  за  простую  кражу,  за  умышленное  убийство,  за  чародейство  и  т.п.),  но  такая  задача,  видимо  не  ставилась.  Подобного  рода  простейшие  случаи  предполагались  общеизвестными  и  не  вызывающими  разногласий.  Законы  Хаммурапи  рассматривают  лишь  те  случаи,  по  поводу  которых  действующие  нормы  писаного  или  обычного  права  различных  областей  страны  расходились  между  собой. Впрочем,  и нормы,  регулирующие  “ простейшие “ случаи,  текстом законов подразумеваются как существующие:  нетрудно  даже  указать,  исходя  из  внутренней  логики  построения  сборника  законов,  места в тексте,  где они могут быть  вставлены.

        Законы  Хаммурапи  содержат  несколько  сот  правовых  норм,  относящихся,  если  употреблять   современную  терминологию,  как   к  уголовному,  так  и  к  гражданскому  (а  также  и  к  процессуальному)  праву.  Сами  же  вавилонские  юристы  такого различия  не  проводили,  и его не  знает ни  одна  древняя система права.  Каждая  норма вводится  словом  “если”  после чего  следует изложение возможной ситуации  и вытекающих  из  неё юридических последствий.  При издании текста  законов  современными  учеными  он  был  разбит  на  “ параграфы “,  или  “ статьи “,  снабженные  нумерацией  (сам  текст  такой  нумерации,  естественно,  не  имеет,  так  как,  вероятно,  выучивался  наизусть).  Всего  таких  параграфов  -  282.

     Нормы  внутри  Законов Хаммурапи группируются  по  “ предмету “ регулирования,  а расположение  норм  внутри  групп и переходы  от  группы  к группе  осуществляется  по  принципу  ассоциации.  Так,  первая  группа  норм  ( п.1 - 5 )  устанавливает кару  за  важнейшие  правонарушения:  ложные  обвинения  в  убийстве  или  чародействе,  лжесвидетельство  и  “ изменение “  судебного  решения  судьёй.  Следующие  статьи  ( п. 6 - 25 )  посвящены  охране  собственности  царя,  храмов,  общинников  и  царских  людей. Последний параграф  этого раздела касается  противоправного завладения  чужим имуществом.  Поэтому следующий раздел  ( п. 26 - 41 ),  касающийся  имущества полученного от  царя  за  службу,  начинается  с параграфа согласно  которому  воин,  не  пошедший  в поход или пославший вместо  себя  наёмника,  подлежит  смертной  казни ( не  за  “ дезертирство “,  как обычно  считают,  а за  то,  что,  не  выполнив  своих обязанностей  и утратив тем самым право на  служебный надел,  продолжает  им  пользоваться,  т. е. как бы  за  “ кражу “).  Последний  параграф  этого  раздела  касается  вопроса  о  противоправном  использовании  чужого  поля,  а  п.42  (первый  в  следующей  группе) - тоже  об  использовании  чужого  поля,  но  в  другом аспекте.  Эта четвертая группа  норм  (п.42 - 88)  регулирует  операции  с недвижимостью и ответственность за  правонарушения,  касающиеся  этого имущества.

     Дальнейшие  разделы  посвящены  следующим  нормам:

     п.89 - 126 - торговые  и  коммерческие  операции.

     п.127 - 195 - семейное  право.

     п.196 - 214 - умышленные  и  неумышленные  телесные  повреждения.

     п.215 - 282 - операции  с  движимым  имуществом,  включая  наем  имущества  и  личный  наем  ( эти  два  вида  правоотношений  вавилонские  юристы  рассматривали  как  один ). 

     Экономика Вавилонии по законам Хаммурапи

     Сельское  хозяйство

     Месопотамия  ( а  в  переводе  на  наш  язык - Междуречье ),  расположена  между  двумя  крупными  реками - Тигром  и  Евфратом,  которые  и  являлись  основным  крупным  источником  влаги.  Воды  этих  горных  рек  несли   ил,  который  содержал  растительные  остатки  и  растворенные  соли  горных  минералов,  и  во  время  половодья  оставался  на  полях,  удобряя  их.   Земли   Месопотамии  отличались   исключительным  плодородием,  о  чем  единодушно  говорят  Геродот  и  другие  античные  авторы.  Однако  для  того чтобы  в  долине  Междуречья  можно  было  заниматься  земледелием,  необходим  был  целый  комплекс специальных  мелиоративных   работ,  осуществлявшихся круглый  год.  Надо  отметить,  что  в  Месопотамии  был  чрезвычайно  жаркий  климат.  Температура  стояла  под  30  градусов  Цельсия,  порой  доходила  и  до  плюс  50.  Дождей  не  бывает  долго,  до  8  месяцев  в  году  стоит  сушь,  поэтому  это  приводило к тому,  что к концу лета  Тигр   и   Евфрат    значительно высыхали.  Спасало лишь  то,  что два раза  в год Тигр  и   Евфрат  разливались. Самими  ранними были  разливы начинающиеся  в момент  осенних ливней  в горах Иранского  и Армянского  нагорья.  Но  самый большой разлив  был весенним, апрельским.  И связан  он  был с таянием снегов  в горах.  Он  начинался с апреля  ( а надо  сказать,  что в отличие от  Египта,  разливы далеко  не  всегда  выпадали  на  одно  и  то  же  число,  поэтому  это  создавало  некоторые  дополнительные  трудности  для  земледельцев ),  когда  обе  реки  достаточно  широко разливались,  и  продолжался  до  начала  или  середины  июля,  после  чего наступал  общий  спад.

     Угрозы  для  плодородия  месопотамских  земель  представляли  и  сильные  ветры  из  района  пустынь,  приносившие  тучи  песка.  А  ветры,  дувшие  с  персидского  залива,  гнавшие  на  берег  большие  волны  и  поднимавшие  уровень  воды  в  Тигре  и  Евфрате,  могли  привести  к сильным наводнениям.  Только  на  севере  Месопотамии можно было  рассчитывать  на  естественное  орошение       (дожди,  таяние  снегов),  но  и там устраивались  колодцы,  бассейны  и проводились небольшие каналы,  что гарантировало  снабжение  полей  водой.

     Во  Времена  Хаммурапи  наблюдалось  расширение  посевных  площадей (освоения  залежных  и  целинных  земель).  В  значительной  степени  это  достигалось  за  счет  расширения  ирригационной  сети  по  всей  стране.  Специальные  чиновники  обязаны  были  строго следить  за  состоянием  больших  и  малых  каналов.  Из  документов  Мари  ясно,  что  к  выполнению  ирригационной  повинности  привлекалось  все  трудоспособное  население - от  способных  до  рабов,  а  за  уклонения  от  неё  виновные  наказывались  вплоть  до  смертной  казни.  В  Законах  Хаммурапи  четыре  статьи  специально  предусматривают  наказания  за  различные  случаи  небрежности  или  невнимательности  земледельца-общинника  к  оросительным  сооружениям  на  своём участке ( п.53,  54,  55,  56 ).  В случае  их  прорыва и затопления  поля  соседей он  должен  был возместить  ущерб,  о чём,  кстати  говорится в п.53:

     " Если  человек  поленится   укрепить  плотину  своего  поля  и,  вследствие  того,  что плотина не  была  укреплена им,  в его плотине произойдет  прорыв,  а водой будет затоплена возделанная земля общины,  то  человек,  в плотине которого  произошёл прорыв,  должен  возместить  хлеб,  который он  погубил ".

     В  противном  случае  его  имущество  и  его  самого  продавали  в  возмещение  соседям  ущерба  ( п.54 )

     " Если  он  не  может  возместить  хлеб,  то  должно  отдать  его   и  его  движимое  имущество   за  серебро,  и  это  серебро   должны  разделить  между   собой  люди  возделанной  общины,  хлеб  которых  унесла  вода ".

Важным  своим  деянием  вавилонский  царь  считал  проведение  грандиозного  канала,  названного  " Рекой  Хаммурапи ",  о  котором  говорилось,  что это  богатство  народа,  приносящее,  " изобилие  воды  Шумеру  и  Аккаду ".

3.Семейно – брачные отношения по Законам Хаммурапи

     Семейное право в древности было сурово. В кодексе Хаммурапи оно уже несколько смягчено.

     Ст.127-194 трактуют семейное право, включая законы о  наследовании (здесь  государство не то модифицирует, не то гарантирует общинный уклад, поскольку речь идет, разумеется, о “людях”-авилумах) и усыновлении.

     Брак заключается после контракта между женихом или его отцом и отцом невесты, причем первый делает взнос и подарки, а последний дает дочери приданое. Из документов видно, что для брака требовалось разрешение родителей; несогласие одной матери могло служить препятствием. Брак без контракта не признается законным. Взнос и подарки теряются женихом в случае отказа с его стороны, но возвращаются вдвойне в случае отказа отца невесты; возвращаются они и в случае смерти бездетной жены. В идеале господствует моногамия; только в случае бездетности или болезни законной («главной») жены муж может взять наложницу, которая находится в подчинении и даже услужении у жены, или жена может ему дать рабыню; если у такой рабыни будут дети, она уже не может быть продана, но если она перестает понимать свое положение, закон предписывает ее заклеймить и снова обратить в рабство; если же при этом и у нее нет детей, госпожа может ее продать.          Допускались смешанные браки между рабами и свободными; в таких случаях рабыня возвышалась до свободной, а свободная сохраняла свое социальное положение; дети в обоих случаях были свободны. Приданое оставалось собственностью жены: оно вообще признавалось принадлежащим «дому отца ее», и только находилось в пользовании у мужа. Долги жены, сделанные до брака, не связывали мужа; жена также могла в брачном договоре отказаться от ответственности за добрачные долги мужа. Развод был нетруден и стеснен для мужа только денежными соображениями, для жены — судебными формальностями. Если муж отвергал жену, от которой имел детей, то обязан был выплатить ей приданое и «сыновнюю часть». Бездетная жена могла быть отпущена с приданым и взносом, сделанным при браке мужем. Без всяких условий могла быть прогнана расточительная или неверная жена; муж имел даже право превратить ее в рабыню. Больная жена должна была оставаться на попечении мужа или могла уйти, получив назад приданое. Если муж попадал в плен, жена могла в его отсутствие выйти замуж только в том случае, если ей нечем жить; по возвращении из плена мужа она обязана была к нему вернуться, даже если успела вторично выйти замуж. Этого не было, если муж самовольно покидал дом и отечество, а также если муж отказывался жить с женой. За нарушение верности гораздо строже наказывалась жена: как и в других законодательствах, и здесь на поведение мужа обращается меньше внимания. Еще Уруинимгина хвалится: «Прежде женщины безнаказанно жили с двумя мужчинами, теперь их за это бросают в воду». В то время как виновная вместе с участником подвергалась утоплению, на неверного мужа можно было только жаловаться в суд в ожидании развода; клевета мужа на жену влекла за собой развод, клевета жены на мужа, в случае ее обличения и самовольного ухода жены, влекла за собой утопление. Особенно жестоко наказывалось убийство мужа: несчастную сажали на кол. Закон предусматривал также различные случаи кровосмешения и строго карал за них.  
           Отец мог отдать дочь в храм как иеродулу или посвященную Мардуку, т. е. с принесением в жертву божеству целомудрия. Тогда по закону она не могла иметь детей, но считалась свободной и пользовалась известными правами, отец мог дать ей в пользование приданое, или она сохраняла право на известную долю наследства, опять-таки в пользование. Родители могли продавать детей; документы доказывают, что такие случаи, вероятно, обусловленные нищетой, бывали. Кроме родных детей, вавилонская семья знала еще усыновленных, заменявших при малочисленности в древнем Вавилоне рабов и наемных работников, а также необходимых для культа бездетных после их смерти. Новые родители давали усыновленным свое имя и обязаны были их воспитывать и обучать какому-нибудь ремеслу. Если усыновленный не чтил своих приемных родителей, он должен был вернуться домой; он имел на это право, если приемный отец не заботился о нем и не равнял его со своими детьми. Приемный отец мог после рождения собственных детей отослать домой усыновленных; в таком случае он обязан был выплатить треть доли родного, но не из недвижимого имущества. Если усыновленный, будучи сыном иеродулы или проститутки, захотел бы искать своих родителей, то подвергался жестокому наказанию: у него выкалывали глаз.

(§  185) Если человек взял в усыновление малолетнего, находившегося в небрежении, и вырастил его, то этот воспитанник не может быть потребован обратно по иску.

(§  186) Если человек  взял в усыновление  малолетнего, а  когда он его  уже взял, тот узнает своего отца и свою мать, то этот воспитанник может вернуться в дом своего родного отца.

(§  187) Приемный сын  дворцового евнуха  или же приемный  сын зикрум не  может быть потребован  обратно по иску.

(§  188) Если ремесленник  взял малолетнего  для воспитания  и передал ему свое ремесло, то приемыш не может быть потребован обратно по иску.

(§  189) Если он не  передал ему своего  ремесла, то этот  воспитанник может  вернуться в дом  своего родного  отца.

(§  190) Если человек  не причислил к  своим сыновьям  малолетнего, которого он взял в усыновление и которого он вырастил, то этот воспитанник может вернуться в дом своего родного отца.

(§  191) Если человек,  который взял в  усыновление малолетнего  и который вырастил  его, а тот работал  в его доме, затем  завел родных детей  и пожелал отвергнуть воспитанника, то этот приемный сын не должен уйти с пустыми руками; приемный отец, воспитавший его, должен ему дать из своего движимого имущества 1/3 его наследственной доли, и затем тот должен будет уйти; из поля, сада и дома он может ему ничего не дать.

(§  192) Если приемный  сын евнуха или  же приемный сын  зикрум сказал  отцу, воспитавшему  его, и матери, воспитавшей его:  “Ты не мой  отец, ты не моя  мать”, то ему  должны отрезать  язык.

(§  193) Если приемный  сын евнуха или  же приемный сын  зикрум узнал дом своего родного отца и возненавидел приемного отца, воспитавшего его, и приемную мать, воспитавшую его, и ушел в дом родного отца, то ему должны вырвать глаз.

       Весьма обстоятельны законы о наследстве.

(§  179) Если жрице  энтум, надитум  или же зикрум, которой ее отец дал приданое и написал ей документ с печатью, в написанном для нее документе он записал, чтобы после ее смерти отдавать что останется куда ей угодно, и позволил ей совершать желаемое, то после того, как отец умрет, она может отдать то, что после нее останется, куда ей угодно, ее братья не могут подавать против нее иска.

(§  180) Если отец не  дал приданого  своей дочери –  живущей в обители  надитум или же  зикрум, то после  того, как отец  умрет, она должна  получить долю  в имуществе, что  в доме ее отца, как один наследник и может пользоваться ею, пока жива; после ее смерти это принадлежит только ее братьям.

(§  181) Если отец посвятил  богу надитум,  кадиштум или же  кульмашитум и не дал ей приданого, то после того как отец умрет, она должна получить из имущества, что в доме ее отца, 1/3 своей наследственной доли и может ею пользоваться, пока жива; после ее смерти это принадлежит только ее братьям.

(§  182) Если отец не  дал приданого  своей дочери –  надитум бога Мардука  Вавилонского и  документа с печатью не написал ей, то после того, как отец умрет, она может получить вместе со своими братьями 1/3 своей наследственной доли, а повинность она не обязана нести; надитум бога Мардука может отдать то, что после нее останется, куда она захочет.

(§  183) Если отец дал приданое своей дочери, побывавшей наложницей-шугетум, выдал ее замуж и написал ей документ с печатью, то после того, как отец умрет, она не должна принять участие в разделе имущества, что в доме ее отца.

(§  184) Если человек  не дал приданого  своей дочери, побывавшей наложницей-шугетум и не выдал ее замуж, то после того как отец умрет, ее братья должны дать ей приданое соразмерно с достоянием, что в доме отца, и выдать ее замуж.

     Муж ничего не получает из приданого покойной жены — оно принадлежит детям; напротив, вдова получает целиком свое приданое и подарок мужа и вместе с детьми пользуется оставленным имуществом, без права отчуждения; если подарка мужа нет, то она вместо него получает равную с детьми часть наследства.

(§  170) Если человеку  его супруга родила сыновей, и его рабыня родила ему сыновей и отец при жизни своей сказал сыновьям, которых ему родила рабыня: “Мои сыновья”, и он их причислил к сыновьям супруги, то после того, как отец умрет, сыновья супруги и сыновья рабыни должны поровну поделиться имуществом в доме их отца; при разделе наследник, сын супруги, может выбрать свою долю и взять.

(§  171) А если отец  при своей жизни  не сказал сыновьям, которых ему родила  рабыня: “Мои сыновья”, то после того, как отец умрет,  сыновья рабыни  не должны делить имущество, что в доме их отца вместе е сыновьями супруги, но рабыне и ее сыновьям должна быть предоставлена свобода, и сыновья супруги не могут предъявлять иска к сыновьям рабыни относительно рабства.

Супруга может забрать свое приданое и  дар, который ее муж ей подарил и записал ей в документе, и жить в жилище своего мужа. Пока она жива, она может этим пользоваться, но за серебро не может продать. После ее смерти это принадлежит только ее сыновьям.

     Закон ограждает ее от притеснений взрослых детей, равно как и последних на тот случай, если мать их вступит во второй брак; при существовании несовершеннолетних детей даже само вступление в этот брак должно быть разрешено судом, который налагает опеку над имуществом детей: составляется инвентарь, и управление поручается второму мужу со строгим запрещением отчуждать что-либо.

(§  173) Если эта женщина  там, куда она  вступила к новому  мужу, родила сыновей  своему следующему  мужу, а затем эта  женщина умерла, то  ее приданое должны  поделить прежние  и следующие сыновья.

(§  174) Если своему  следующему мужу  она не родила  сыновей, то ее  приданое могут  забрать только  сыновья ее первого  супруга.

     Сыновья, независимо от происхождения от разных матерей, наследуют поровну, но отец мог при жизни завещать любому сыну недвижимое имущество. Женатые сыновья, получившие при жизни отца взносы для отцов своих невест, обязаны были выделить такие же своим несовершеннолетним братьям, чтобы те могли вступить в брак. Приданое матери делят все сыновья поровну; но подарок мужа (в браке) мать может завещать одному из них. Дети от двух браков матери делят ее приданое поровну; в случае бездетности второго брака вдовы ее приданое получают дети от первого брака. Дочери, получившие приданое, отстранялись от наследства; остальные получали равную с братом часть для пожизненного пользования; наследниками их являлись братья. Впрочем, отец при жизни мог выделить им часть и документально разрешить им завещать кому угодно. В таком случае «братья не могут предъявлять никаких претензий». Узаконенные сыновья наложницы наследуют вместе с законными, но последние пользуются преимуществом; не узаконенные должны довольствоваться получением свободы; дочь наложницы получает от братьев подарок для приданого. Особенно характерен следующий закон:  
«Если отец иеродулы выделил ей часть и составил об этом документ, не упомянув в последнем, что она может завещать ее кому угодно, то в случае смерти отца ее поле и сад получают братья и обязываются удовлетворять ее, сообразно размеру ее части, зерном, елеем и молоком. Если же они не дают ей этого, сообразно ее части, и не удовлетворяют ее, то ее поле и сад должны быть переданы хозяину, которого она укажет, и тот должен содержать ее. Полем, садом и всем, что она получила от отца, она должна пользоваться пожизненно, но не продавать и не уступать никому. Ее же детская доля в наследстве принадлежит братьям».  
Особый закон существовал для посвященной Мардуку: если отец при жизни ей ничего не отказал, она получала треть детской доли, но не могла сама распоряжаться ею, зато имела право кому угодно завещать ее. Мы видим здесь, скорее всего, стремление оградить интересы семьи не только от ущерба при переходе имущества в другой род, но и от поглощения частной собственности храмами: характерно, что нигде храм, в который посвящена дочь, не имеет права наследования, и везде имущество посвященной, так или иначе, связано с ее семьей. Нельзя в этом не видеть одного из проявлений заботы государства о семье и семейной собственности. Другие документы сообщают нам, что закон разрешил продавать поземельное имущество того или другого лица не иначе, как по соглашению всех членов рода и при подписи их на купчей крепости.  
Законы о собственности. Проводится ясное различие между собственностью и владением. Частная поземельная собственность уже достигла полного развития. Лены были тесно связаны со службой и неотчуждаемы. Их нельзя было ни продать, ни купить, ни употребить на выкуп из плена. Небрежное отношение к лену, плохая обработка его и оставление в течение трех лет влекли за собой его потерю. Так, например, ридсабе, царские служилые люди, вероятно, солдаты, получая поле, сад и дом, не могли под страхом казни подставлять вместо себя других лиц, но, будучи не по своей вине оторваны от своего участка, получали его назад, если возвращались ранее трех лет. Начальники за притеснение солдат подвергались смертной казни. Преступления против собственности, как и во всех древних и средневековых обществах, карались жестоко; за воровство полагалась обыкновенно смертная казнь; за кражу со взломом через пролом стены в доме грабителя убивали у стены и закапывали на месте; за воровство во время пожара грозило сожжение.

Заключение

     Итак,  подводя  итог  всему  вышесказанному,  можно  сказать,  что  главной  основой  благополучия  Вавилона  было  ирригационное  земледелие,  которое в свою  очередь основывалось  на  тягловой  силе  животных,  следовательно,  само  скотоводство  тоже  было  одной из  главных составляющих  сельского хозяйства.  Садоводство также играло  немалую роль  в экономике,  так как его продукты,  в  основном  финики,  шли  на  продажу.  Из  торговых  отношений  можно  выделить  сильную  зависимость  Вавилона  от  торговли  и  от  импорта  им  самим  сырья.  Хозяйство  в  Вавилоне  было  царским  или  храмовым,  а  торговые  операции  осуществлялись  специальными  торговыми  агентами  ТАМКАРАМИ,  которые  в  свою  очередь  действовали  с  помощью  своих  помощников  ШАМАЛЛУМОВ,  они  непосредственно  участвовали  в  небезопасных  торговых  предприятиях.   Оплотом  деспотической  власти  в  Вавилоне  была  постоянная  армия,  войны  которой  получали  за  свою  службу  определенные  наделы  земли,  причем  сами  эти  наделы  не  являлись  их  собственностью,  они  являлись  собственностью  царя  и  не  могли отчуждаться  ни  под  каким  предлогом.  В  социальных  отношения  наметился  определенный  прогресс,  в  частности  рабы  подлежали  наказанию  только  по  суду,  и  слабый  мог  выступать  на  суде  против  сильного,  во  всяком  случае  это  видно  из  самих  законов,  другой  вопрос  -  насколько  слабому  в  реальной  жизни  удавалось  отстоять  свои  права,  впрочем  это  не  вина  кодекса,  ибо  коррупция  существовала  во  все  времена.  Но  несмотря  на  это  мы  все  же  видим,  что  женщина  все-таки  не  имела,  ну  или  почти  не имела никаких прав,  особенно,  если  она не  принадлежала  к числу свободных.  И,  наконец,  что бросается в глаза -  это сильный “ бюрократизм “,  вавилонян,  которые привыкли  все сделки  заключать при свидетелях,  что,  конечно отнюдь  не  поощряло  торговые  отношения.  

     Самым почитаемым богом Вавилона был Мардук. Хаммурапи в введении к своим  законам говорит:”…Мардук направил меня, чтобы справедливо руководить людьми и дать стране счастье, тогда  я вложил в уста страны  истину и справедливость и улучшил положение людей”. Царь, таким образом пытается примирить интересы разных людей – тамкаров, мушкену, воинов, простых общинников, опираясь на волю верховного божества. Мардук, по словам Хаммурапи, не просто награждает покорных и наказывает ослушников – бог дает людям свод правил, устанавливающих справедливость в их взаимоотношениях друг с другом. Но – через царя!..

     Хаммурапи так и не удалось создать крепкое  государство. Уже при правлении  его сына, Самсуилуны Вавилония потерпела  ряд тяжелых поражений от своих соседей, и ее владения сократились.

     Но  Хаммурапи все же добился большего, чем его предшественники или  цари соседних стран. Он первым из правителей древности соразмерил с силой  царя силу закона и признал за подданными право самим  заботиться о своей жизни. Наконец, Хаммурапи предложил народу образ бога, устанавливающего согласие между людьми. 

Библиографический список.

1. Желудков  А.В, Буланова А.Г. История государства  и права зарубежных стран. Изд. “ПРИОР”.М.,2003.
2. История государства и права зарубежных стран. Ч.1: /Под ред. проф. Н.А. Крашенинниковой и проф. О.А. Жидкова. М.,1998
3. Древнего  Востока:  материалы по  историографии.  Учебное     пособие /      
4. История  Древнего  Востока.  Ч. 1.  Месопотамия./  под  ред.  И. М. Дьяконова. – М.:  1983. – 534с.
5. Заболоцкая  Юлия.  История Ближнего  Востока в древности. – М.:  1989. -  413с.