Добро и зло в теории и практике социальной работы

Добро и  зло в теории и практике

социальной  работы 
 
 
 
 
 
 
 

Чебоксары 2007 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Оглавление 

1. Введение…………………………………………………………..3

Глава 1. Добро и зло в теории социальной работы

1.1. Гуманистическая сущность социальной работы………………………………………………………………  .6

1.2. Институциональные предпосылки этических противоречий………………………………………………………..14

1.3. Ценностные  и поведенческие предпосылки

этических противоречий……………………………………………22

Глава 2. Добро и зло в практике социальной работы

2.1.  Нравственные регуляторы социальной работы……………..28

2.2. Этические дилеммы в практике социальной работы ……….32

2.3. Национальные особенности добра в практике

социальной  работы……………………………………………….…41

Заключение………………………………………………………….47

Список использованной литературы………………………………50  
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Введение 
 

     Социальная  работа более других профессий располагается  в границах нравственного выбора и этического поведения. Социальный работник должен стремиться к благу и избегать зла. Его личностное вознаграждение в значительной степени заключается в чувстве морального удовлетворения от сознания выполненного долга, а не в материальном поощрении. Сама мотивация его деятельности объясняется в первую очередь принятием на себя социального долженствования как индивидуального долга, личностной обязанности, которую за него не может выполнить никто.

     Актуальность  темы, раскрытию которой посвящена  данная выпускная квалификационная работа, как нам представляется, обусловлена следующими причинами.

      Переживаемый  российским обществом кризис характеризуется обострением множества социальных проблем, порожденных не только реформированием экономики, но и крушением системы ценностей, падением нравственности. В обществе усиливается стремление привнести критерий этической оценки в самые разнообразные отрасли профессиональной деятельности. Не только профессиональные ассоциации дискутируют по этому вопросу и принимают разного рода профессиональные этические кодексы или стандарты, но и само общество обращается к проблеме этической регламентации деятельности специалистов во всех сферах человеческой жизнедеятельности.

     Однако  этические кодексы, к которым  обращаются социальные работники, не всегда способны удовлетворить их запросы, поскольку, во-первых, составлены в  общих терминах и с довольно высокой  степенью абстракции, а во-вторых, содержат принципы, которые в ряде случаев противоречивы и сами представляют этическую дилемму.

     Поэтому среди вопросов, требующих безотлагательного  решения, важнейшим является вопрос совершенствования профессиональной деятельности социальных работников через формирование навыков разрешения этических проблем.

     Моральное содержание социальной работы влечет за собой определенные нравственные проблемы, которые постоянно приходится разрешать каждому специалисту  в своей практике. Это, прежде всего неприменимость абсолютных, одномерных трактовок добра и зла как совершенно противоположных социальной действительности в целом и социальной ситуации каждого конкретного клиента. Так, всякая помощь связана со скрытой опасностью воспитания иждивенчества или угрозой посягательства на свободу личности. В то же время воспитание самостоятельности, опоры на собственные силы чревато переоценкой этих собственных сил, надлом клиента, его неблагоприятным социальным самочувствием.

     Исходя  из актуальности данной проблемы, в работе определена цель исследования.

     Цель  выпускной квалификационного работы – проанализировать отношение добра  и зла в теории и практике социальной работы, выявить этические проблемы, с которыми сталкивается социальный работник в профессиональной деятельности.

     Объектом  исследования выступает отношение добра и зла.

     Предметом исследования является отношение добра  и зла в теории и практике социальной работы.

     В соответствие с целью, объектом и  предметом в исследовании поставлены основные задачи:

     - раскрыть содержание отношения добра и зла в теории и практике социальной работы;

     - выявить этические дилеммы, стоящие  перед социальным работником;

     - проанализировать  общие подходы социальной работы в разрешении этических противоречий. 

     Следует отметить, что рассматриваемая проблематика, а именно, отношение добра и зла в теории и практике социальной работы, получила освещение в работах многих видных теоретиков и практиков в области социальной работы. Различные аспекты этой проблемы исследованы Еруслановой Р.И., Холостовой Е.И., Минкус А., Минахан А. и другими. Вместе с тем, на наш взгляд, эта проблема изучена еще недостаточно, что отрицательно влияет на общую ситуацию в практике социальной работы.

     Кроме названных трудов, в ходе подготовки выпускной квалификационной работы были изучены и использованы нормативно-правовые акты, такие документы как «Международная декларация этических принципов социальной работы», «Международные этические стандарты социальных работников», «Профессионально-этический кодекс социального работника России», публикации и материалы научно-практических конференций, статьи из газет и журналов, освещающих данную проблему.

     Выпускная квалификационная работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы.

     Во  введении обоснована  актуальность исследуемой проблемы, поставлены цель и задачи, определены предмет и объект исследования.

     В первой главе раскрыто гуманистическое  содержание социальной работы, предпосылки возникновения этических противоречий. 

     Вторая  глава посвящена анализу этических дилемм, возникающих в практике социальной работы.

     Заключение  содержит в себе обобщенные выводы и рекомендации по решению данной проблемы. 
 
 

     ГЛАВА 1. ДОБРО И ЗЛО В ТЕОРИИ  СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ. 

1.1.Гуманистическая сущность социальной работы 

     В широком смысле слова добро и зло обозначают положительные и отрицательные ценности вообще. Мы употребляем эти слова для обозначения самых различных вещей: «добрый» значит просто хороший, «злой» — плохой. В словаре В. Даля, например, «добро» определяется сначала как вещественный достаток, имущество, стяжание, затем как нужное, подходящее и лишь «в духовном значении» - как честное и полезное, соответствующее долгу человека, гражданина, семьянина. Как свойство «добрый» также относится Далем, прежде всего к вещи, скоту и потом только к человеку. Как характеристика человека «добрый» сначала отождествляется Далем с «дельным», «сведущим», «умеющим», а уже потом - с «любящим», «творящим добро», «мягкосердечным». В большинстве современных европейских языков употребляется одно и то же слово для обозначения материальных благ и блага морального, что дает обширную пищу для морально-философских рассуждений по поводу хорошего вообще и того, что является добром самим по себе.

     В историческом развитии ценностного  сознания, в истории моральной философии, несмотря на сохранение лексического единства («старое доброе вино», «добрый конь», «добрая работа», «доброе деяние», «одобрение»), происходит понимание смысловых различий в употреблении слова «добро». Самым важным при этом было различение добра в относительном и абсолютном смысле. «Доброе» в одном случае - это хорошее, т.е. приятное и полезное, а значит, ценное ради чего-то другого, ценное для данного индивида, в сложившихся обстоятельствах и т.д., а в другом - выражение добра, т.е. ценного самого по себе и не служащего средством ради иной цели.

     Добро в этом втором абсолютном значении — моральное, этическое понятие. Оно выражает положительное значение явлений или событий в их отношении к высшей ценности — к идеалу. Зло есть противоположность добра.

     Исторический  процесс формирования этих понятий  был процессом становления и развития самой морали. Что здесь происходит? Во-первых, добро и зло осознаются как особого рода ценности, которые не касаются природных или стихийных событий и явлений. То, что совершается само по себе, т.е. стихийно, может иметь благие или злые последствия для человека. Но такие стихийно совершающиеся события и явления сами по себе не имеют отношения к тому, о чем мыслят в категориях добра и зла, они лежат по ту сторону добра и зла. Добро и зло характеризуют намеренные действия, совершенные свободно, т.е. поступки.

     Во-вторых, добро и зло обозначают не просто свободные поступки, но действия, сознательно  соотнесенные с определенным стандартом - в конечном счете, с идеалом.

     Итак, содержание добра и зла обусловлено  идеалом нравственного совершенства: добро — это то, что приближает к идеалу, зло — то, что отдаляет от него. Зная, что в истории существовали различные мнения относительно того, к чему должен стремиться человек, чтобы достичь совершенства, легко представить концептуальное разнообразие в трактовках добра и зла. В зависимости от нормативного содержания, вкладываемого в представление об идеале, добро и зло трактовались как счастье и несчастье, наслаждение и страдание, польза и вред, соответствующее обстоятельствам и противоречащее им и т.д.

     Наблюдение  и поверхностное осмысление действительного  разнообразия в содержательном истолковании добра и зла может вести к выводу об относительности понятий о добре и зле, т.е. к релятивизму в моральных суждениях и решениях: одним нравится удовольствие, другим — благочестие. Чреватый волюнтаризмом, релятивизм фактически знаменует положенность себя вне морали, потусторонность индивида добру и злу, а в конечном счете — аморальность, поскольку всякое (обнаруживаемое ли по лености души или по вялости духа) безразличие в отношении добра и зла знаменует отвращенность от добра и по меньшей мере потенциальную открытость злу. Это и есть необузданность, открытость стихии внутреннего хаоса. В кантовских рассуждениях о том, что потакание склонности означает потворствование злу, отражена именно эта особенность нравственной жизни.

     Наконец, в-третьих, добро и зло как моральные  понятия связаны с душевным и  духовным опытом самого человека и  существуют через этот опыт. Как бы ни определялись философами источники добра и зла - творятся они человеком по мерке его внутреннего мира. Соответственно утверждение добра и борьба со злом достигаются главным образом в духовных усилиях человека. Внешние действия, пусть и полезные для окружающих, но не одухотворенные стремлением человека к добродеянию, остаются лишь формальным обрядом. Более того, любые ценности — наслаждение, польза, слава, красота и т.д. — могут быть как добром, так и злом в зависимости от того, как индивид переживает свой конкретный опыт «освоения» этих ценностей в отношении к идеалу, к высшему благу.

      Различные основания выбирались теоретиками  прошлого для того, чтобы быть названными центральным элементом жизнеустройства. Религиозные модели переносили этот центр в сферу потустороннего. Идеологи централизованного государства с точки зрения этатизма полагали, что предназначение всех живущих - служить государству, которое подавляло всех в безликой, имперсональной форме. Даже представления о приоритете общественных интересов также пренебрегали благом и счастьем людей и были в этом смысле негуманными. Социальные практики – от монархов до социальных реформаторов – применяли к действительности эти теоретические концепции, произвольно решая, какую цену индивиды, группы человечество в целом должно заплатить за то, что эти правители считали благим и полезном делом.

      С позиций современности, благо человека – это высшая ценность, критерии оценки всех социальных изменении действительности, индикатор определения цены прогресса. Сам же человек может быть для другого человека только целью, а не средством, не предметом для манипуляции или подавления.

      Вообще навязывание другому собственных представлений о счастье, принуждение, даже из лучших побуждении, к такому поведению, которое принуждающий считает оптимальным, а принуждаемой с ним не согласен, всегда будет не продуктивно. Если в традиционном обществе внешний контроль мог обеспечивать социально приемлемое поведение индивидов и являлся добром, то в современном обществе, признающим право личности на суверенность, индивидуализм, внешнее насилие считается злом.                                                           

      Исторически подвижной системой идей и представлений, признающей самоценность человеческой личности, ее право на свободу, счастье, развитие и проявление своих способностей является гуманизм. Гуманизм как мировоззрение – это основная направленность рационально–эмоциональной сферы индивида и общества.

      Гуманистическое мировоззрение рассматривает социальную действительность в значительной степени  с точки зрения должного, а не сущего, предъявляя обществу и отдельным индивидам высокие требования, соответствовать котором нелегко и в социальном смысле, и в личной практике. Бескорыстные отношения между индивидами и группами не без трудностей утверждаются в обществе, где преследование своей выгоде – весьма распространенное явления.

      Гуманность  встречается не так часто, как  жестокость и равнодушие. Но сознание здорового большинства членов общества констатирует именно отношения бескорыстной поддержки, доброты взаимопомощи в качестве должных, похвальных, достойных подражания. И только морально и психологически девиантное меньшинство может прокламировать в качестве нормативных, достойных подражания стереотипы взаимной вражды, бездушного стяжательство, нечестной наживы.

      Гуманистическое мировоззрение основано на признании неотъемлемых прав человека, в том числе права на достойную, полноценную и счастливую жизнь для каждого, независимо от его национальных, расовых, религиозных, возрастных, половых, индивидуальных или социальных особенностей. Именно поэтому социальная работа является практической реализацией гуманистического менталитета. Право на счастье от рождения принадлежит мужчинам и женщинам, детям, взрослым и пожилым, интеллектуально и физически полноценным людям и инвалидам. Конечно, в действительности существует множество ограничителей для реального пользования этими правами, но все международные правовые документы, приняты сообществом наций в послевоенные годы, подчеркивают приверженность человечества их соблюдению.

      Из  этого гуманистического тезиса вытекают два следствия, важных в мировоззренческом  и практическом плане. Во-первых, принцип социальной справедливости является одним из оснований гуманизма, гармонизирующим регулятором взаимоотношений в обществе. Его сущность заключается не в призыве ко всеобщему уравнению, а в обязательствах государства и общества обеспечить каждому индивиду максимально равные возможности для успешного социального старта. Впоследствии социальный статус и престиж индивида, его жизненные успехи и финансовая состоятельность будут зависеть в первую очередь от него самого, его настойчивости, целеустремленности, трудолюбия и других похвальных качеств. Однако начальное, стартовое равенство обеспечить всем было бы справедливо.

      Конечно, такая упрощенная социальная модель не отражает всей сложности современных  общественных отношений, но она иллюстрирует всеобщую распространенность идеи социальной справедливости. Поддержание социальной справедливости повышает устойчивость, жизнеспособность и гибкость социальной системы, а отклонение от нее, перейдя грань некоторой меры, делает социальную систему уязвимой, не стабильной даже нежизнеспособной.

      Во-вторых, гуманистические принципы требуют  осуществления всех прав индивида, ибо ущемление его в каком-то одном праве, пусть даже при достаточном развитие остальных, неизбежно ограничивает и все другие, и всю сферу человеческой свободы в целом. Конечно, в обществе, в группе, в семье и т. д. имеет место ограничения и самоотказ индивида от абсолютной свободы в пользу общества, другого человека и других людей, которые в свою очередь также самоограничиваются в своих правах. Однако, насильственное ограничение индивидов в их законных правах и интересов в пользу даже самых благородных абстрактных принципов с гуманистической точке зрения не допустимо и практически влечет за собой рано или поздно посягательство на основные права личности и отказ от гуманистических идеалов.

      Понятие гуманизма близко по своему содержанию и происхождению к понятию  гуманитарных проблем или интересов  общества, то есть того, что касается межличностных взаимоотношении, семейных связей, человеческих контактов. Социальное развитие в  ХХ веке с очевидностью продемонстрировало, что у человечества есть иные связи, кроме экономических и политических, поднятые над прагматизмом, объединяющие людей в человечество, заставляют их группироваться для защиты общих интересов поверх барьеров национальных границ или политических систем. Можно с уверенностью утверждать, что в основе решения всех гуманитарных проблем лежат именно гуманистические принципы.

      Помимо  социальных предпосылок гуманизма  можно говорить об определенных социобиологических, личностных основах, на которых строится приятия или не приятие гуманистического мировоззрения. Конечно, качества и личностная направленность, выраженная понятиями эгоизма и альтруизма, вполне социальны и воспитываемы и представляют собой результат длительного развития общества и каждого индивида, однако можно предположить, что некоторые биологические механизмы, на которых они формировались, являются инстинктивными и прирожденными, воплощая эволюционно в первом случае врожденные предпосылки для выживания индивида, во втором – врожденные предпосылки для выживания рода. На этой достаточно узкой основе постепенно выстраивается континуум проявлений направленности личности, который в значительной степени определяет собой приятие или не приятие гуманистических представлении.

      Альтруизм – принцип жизненной ориентации личности, основанной на заботе о благе  другого человека и других людей, которые для альтруиста более  важны, чем его собственные. Принципы и нравственно–поведенческая практика альтруизма, всегда высоко оцениваемые религиозными и моральными заповедями, никогда не были слишком широко распространены в человеческой истории, но и никогда не исчезали, не уничтожались полностью.

      С другой стороны, эгоизм – принцип  жизненной ориентации личности, направленный на заботу о своем Я, об удовлетворении своих интересов и потребностей даже ценной нарушения интересов и потребностей других. Эгоизм индивидуальный, групповой, классовый, национальный и т д. служит мощным стимулом развития общества, но в конечном итоге, ничем не сдерживаемый, может стать источником гибели человечества в результате экологической, экономической, военной или какой либо другой катастрофы. Характерно, что эгоистическое мировоззрение никогда не было всеобъемлющим в истории человечества, всегда ограничиваясь долей альтруизма в самые разные эпохи.

      Разумеется, между полюсами абсолютного проявления этих качеств и личностных ориентаций существует множество вариантов  присутствия того, и другого в одном индивиде, причем в этих промежуточных вариантах особенно большую роль играет воспитание, общественная оценка, моральное суждение, применяемые к мировоззрению и поведению личности. 

     Гуманистические ориентиры побуждают субъектов  социальной работы к тесному взаимодействию с субъектами ожидании и притязаний на благо последних, причем не в ущерб другим. Поощряя их к сотрудничеству, социальные работники исходят из того, чтобы клиенты вместе с ними предпринимали усилия по изменению своего положения, хотя это и не всегда возможно, особенно тогда, когда последние беспомощны в силу возраста, болезни или иных причин. Наконец социальная работа несовместима с прямой или с косвенной поддержкой индивидов, групп, властных структур, использующих террор, пытки, неоправданное насилие или другие действия, направленные на угнетение людей.

     Гуманистическая сущность социальной работы проявляется в том,  что ключевой ценностью в этой сфере является благополучие людей, имеющих проблемы, связанной с бедностью, безработицей, здоровьем, вынужденной переменой местожительства, обеспеченностью жильем, детством, старостью и другими причинами. Каждый человек сам по себе уникален и, обладает основными потребностями и интересами, имеет право на уважение, достойное существование и должен иметь равные с другими возможности для удовлетворения своих потребностей. Эти принципиальные подходы являются центральными в социальной работе, которые несовместимы с  неоправданным насилием, другими действиями в ущерб одних и во благо других.

     Таким образом, социальная работа является специфической формой проявления практического гуманизма по отношению к недостаточно защищенным слоям населения, предполагает этические нормы взаимоотношения субъекта с клиентом, выполнение определенных обязанностей, норм поведения.

     Достоинство любой социальной службы претендует на приверженность принципам гуманизма, - способности решать социальные проблемы каждого человека, независимо от его принадлежности к той или иной этнической группе. 
 

     1.2. Институциональные предпосылки этических противоречий 

     Как следует из сказанного выше, добро и зло могут взаимосближаться, переходить друг в друга, менять свой полюс при разных точках зрения и на разных этапах развития социальной ситуации. Так, в настоящее время переосмысливается значение некоторых общечеловеческих нравственных ценностей, в том числе сострадания, их роль в гуманизации межчеловеческих отношении.

     Поэтому социальный работник, оказывая содействие клиенту, должен полно и всесторонне  анализировать его социальную проблему и особенности его личности, чтобы  принести пользу и избежать вреда.                                         

      Для понимания причин появления этических противоречий в отношениях добра и зла следует рассмотреть социальную работу в более широком социокультурном контексте социальной помощи и поддержки нуждающимся. Здесь можно выделить два основных направления деятельности, различающихся по содержанию и ориентациям.

      Во-первых, это социальное обеспечение, т.е.  финансовая и материальная помощь нуждающимся  членом общества. Она предполагает официальные, в принципе безличные отношения между оказывающими и получающими помощь. Во-вторых, это оказание помощи людям, нуждающимся в ней, при решении проблем социокультурного характера или связанных со здоровьем. Здесь между оказывающими и принимающими помощь с необходимостью складываются межличностные отношения. Каждое из указанных направлений деятельности образует специфически круг структурных и функциональных особенностей позиции, занимаемой в обществе и институтами социальной помощи и поддержки.

      Оценка  их социальной эффективности предполагает выделение важных предпосылок возникновения этических противоречий в отношениях добра и зла в теории социальной работы. Остановимся на трех из них: институциональных, ценностных и поведенческих.

     Говоря  об институциональном статусе социальной работы, можно выделить преимущественно государственный, общественный и смешанный типы. Каждый из них имеет свои достоинства и недостатки, которые приводят, соответственно, как к добру, так и злу.

     Неоднозначность восприятия, противоречивость социальной работы кроется в её тесной связи и зависимости от государства. Социальную помощь, социальное обслуживание различные категории населения в России  получают в основном  в государственных учреждениях службах. Через деятельность этих учреждений реализуются основные направления политики государства в этой сфере отношений.

     С одной стороны, социальным службам, специалистам необходимо реализовать политику государства в этой сфере и одновременно  с этим защищать конституционные права каждого клиента.

     В наше время большинство социальных работников работают в государственных и других официальных учреждениях. Но при этом они не являются только исполнителями «приказа сверху», бюрократами, единственная задача которых сводится к такой рационализации деятельности, чтобы при минимальных затратах получить максимальную отдачу для себя лично или для государства.

     В основе профессионального знания социальных работников, из которых вытекают особые подходы и методы работы, противопоставляемые  чисто бюрократическим или грубо  утилитарным и эгоистическим решениям, лежат две фундаментальные концепции: идея профессионализма и представление о правах человека.

     На  самом деле социальные работники  никогда не были послушными исполнителями  воли государства. В условиях, когда средства массовой информации, находящиеся под контролем государства, порою смягчают отдельные социальные проблемы, специалисты этой сферы, имея особый статус, владея истинными масштабами социальных бедствий, маргинализации, неравенства, угнетения, отчаяния, объективно оценивая ситуацию, выступают защитниками, а порой даже прямыми организаторами активной борьбы за права своих клиентов. Эта задача усложняется еще тем, что государство имеет тенденцию рассматривать социальную работу  в качестве механизма контроля за маргинализированными слоями населения.

      Государственный статус подразумевает возможность  централизованного контроля над  определением числа членов общества, нуждающихся в помощи, и ресурсов, выделяемых государством на оказание помощи. Социальное обеспечение осуществляется при этом, строгим категоризированием и регулярно. Эти аспекты государственного статуса социальной помощи следует оценивать как позитивные, как добро.

      Негативные  его аспекты связаны, прежде всего, с тем, что помощь перестает быть непосредственной этической обязанностью членов общества, а социальное положение нуждающихся неподконтрольно общественности. В результате происходит их своеобразия сегрегация: они на государственном уровне выделяющиеся в особую группу, принадлежность к которой гарантируется небольшое, но систематическое содержание, не предполагающие никакой социальной отдачи.