Государсвтенное регулирование экономики

Введение

Механизм государственного экономического регулирования - одна из важнейших подсистем современной  смешанной экономики. Во всех экономических  системах государство регулирует экономику. Причем его роль возрастает с развитием  технического прогресса, ростом масштабов  производства и углублением мирового разделения труда. Государство решает различные задачи: стимулирование экономического роста, регулирование занятости, поощрение  прогрессивных сдвигов в отраслевой и региональной структуре, поддержка  экспорта. Конкретные направление, формы, масштабы государственного регулирования  экономики определяются характером и остротой экономических и социальных проблем в той или иной стране в конкретный период времени. Государственное регулирование в рыночном хозяйстве – целенаправленное воздействие государства на микро- и макроэкономические процессы развития экономики в целях поддержания ее стабильности или изменения в нужном обществу направлении. В системе мер государственного регулирования выделяют различные стороны - практическую и научную. Практический опыт - это совокупность конкретных мер по реализации государственного регулирования. Теоретический аспект - систематическое научное исследование мотивов, действий, мер, нацеленных на формирование наиболее эффективного развития национальной экономики.

В теории и практике государственного регулирования важное место занимает инструментарий государственного регулирования. Одним из инструментов являются законодательные  и правовые документы, издаваемые государством.

1.  Теории государственного регулирования экономики.
1. Классическая модель взаимодействия экономики и государства.

Данная модель основана на признании гармоничного функционирования стихийно-саморегулирующегося механизма  рыночной экономики и отрицании  кризисов перепроизводства и других серьезных нарушений макроэкономического  равновесия. Наиболее видные представители  данного направления - А. Смит, Д. Рикардо, Дж .С. Милль, А. Маршалл, А. Пигу и др. - полагали, что главными факторами, обеспечивающими развитие рыночной экономики, являются свободное предпринимательство и свободная конкуренция. Так, А. Смит в своем «Исследовании о природе и причинах богатства народов» подчеркивал, что рынок сам по себе как бы «невидимой рукой» направляет экономику к лучшим результатам, автоматически обеспечивает равенство спроса и предложения. Тем самым все основные макроэкономические цели - полная занятость, стабильный уровень цен, экономический рост, справедливое распределение доходов и др. – достигаются в результате не ограничиваемого государством функционирования рыночного механизма.[1, c.20]

Наиболее общим основанием для таких выводов является закон Сея, в соответствии с которым сам процесс производства товаров создает доход, в точности равный их стоимости. Иначе говоря, предложение товаров порождает свой собственный спрос. Отсюда делается вывод о том, что лучшей экономической политикой является политика невмешательства государства. В соответствии с концепцией экономического либерализма государство должно действовать по принципу: пусть все идет само собой. Именно сторонники государственного вмешательства, по мнению либералов, должны искать аргументы его необходимости.

По утверждению Дж. Гэлбрейта, до 30-х гг. ХХ века принятие или непринятие закона Сея являлось признаком, по которому экономисты отличались от дураков. Между тем еще марксистами впервые была показана несостоятельность идей о полной гармонии рыночной экономики капитализма, были вскрыты ее противоречия, делающие неминуемыми периодические нарушения равновесия воспроизводства. Дж. Кейнс, К. Викселль и другие экономисты пришли к этой мысли лишь десятилетия спустя.[1,c.21]

Классический взгляд на проблему взаимодействия экономики и государства  преобладал в условиях, когда в  экономической теории господствовал  микроэкономический подход. Успешная деятельность отдельных фирм отождествлялась  при этом с успешным функционированием  экономики страны в целом: работая  на себя, частный предприниматель  тем самым якобы работает и  на общество: что выгодно «Дженерал Моторс» - то выгодно и Соединенным Штатам Америки. Экономисты классической школы крайне отрицательно относились к таможенным тарифам, поддержанию стабильного уровня цен, валютных курсов, поддержке правительством крупных монополистических корпораций, его воздействию на уровень заработной платы, процента и т.п. Конечно, по их мнению, общество должно создавать государственные институты - учреждения, наделенные достаточной властью, чтобы охранять жизнь человека и его собственность как внутри, так и за пределами страны, справедливо разрешать споры и т.д. но не более того. Государству отводится сугубо подчиненная роль некоего «ночного сторожа», обеспечивающего охрану правопорядка, национальную оборону, строительство и поддержание ряда общественно полезных сооружений. Главным при этом признается гарантирование экономической свободы - свободы заниматься той или иной хозяйственной деятельностью, свободы конкуренции, свободы торговли. А. Смит подчеркивал, что чем слабее вмешательство государства в экономику, тем меньше деформаций рыночных механизмов и лучше для народного хозяйства в целом.

За десятилетия господства классической концепции в науке  накопились возражения против нее, связанные с тем, что:

1) интерес частных фирм  далеко не всегда отражает интересы общества в целом (например, в случае производства оружия, наркотиков и др.), и это неминуемо должно побуждать правительство пресекать случаи расхождения данных интересов;

2) закон Сея крайне упрощает действительность, поскольку получатели дохода вовсе не обязаны и далеко не всегда захотят израсходовать его полностью на покупки других товаров, а вполне могут предпочесть сберегать часть своего дохода. В таком случае сбережения подрывают действие закона Сея, ибо предложение не полностью создает свой спрос, и это порождает перепроизводство, экономический спад, безработицу, снижение доходов и т.д. Правда, классики утверждают, что сбережения превращаются в инвестиции, и с учетом возросшего спроса не только на потребительские, но и на инвестиционные товары спрос опять-таки приравнивается к предложению. Фактором такого уравнивания становится функционирование денежного рынка, гарантирующего якобы через гибкую процентную ставку равенство сбережений и инвестиций. Утверждается, что гибкость ставки процента обеспечивает действие закона Сея даже в экономике со значительными сбережениями. Но экономической теории хорошо известно, что:

а) сбережения зависят не только (и вероятно, даже не столько) от процента, сколько от дохода;

б) субъекты сбережений и  инвестиций весьма различаются: сберегают  домохозяйства, а инвестируют фирмы;

в) для превращения сбережений в инвестиции необходима отлаженная финансово-кредитная система, и автоматизма  здесь нет.[1, c.22]

Великая депрессия 1929-1933 г.г. явилась шоком для классической теории: объяснить спад такого масштаба, столь массовую безработицу она  не могла. Использование рецептов классиков - ограничение государственных расходов и заработной платы - лишь ухудшило ситуацию. Небывалая глубина кризиса  поставила под сомнение саму идею саморегулирующейся рыночной системы. Происшедшая в этот период «кейнсианская революция» в экономической теории, а также практический опыт США при Рузвельте и Германии при Гитлере предопределили временное падение авторитета классической концепции взаимодействия экономики и государства.

1.2 Кейнсианская модель регулирования экономики.

Анализируя экономические  процессы конца 20-х- начала 30-х г.г. ХХ века и закладывая основы макроэкономической теории, Дж. Кейнс попытался доказать иллюзорность идеи самокорректирующейся экономики капитализма. Революционный характер имели 2 его основные идеи (развитые в дальнейшем неокейнсианцами и посткейнсианцами):

1) Рыночная экономика  не обладает постоянно функционирующим  механизмом саморегулирования. Процессы  приспособления в ней протекают  медленно, с неторопливым изменением  цен, в условиях несовершенной  информации и сохранением социальных  привычек населения. Поэтому не  случайно при определенных условиях - когда отсутствует возможность  быстрого уравновешивания рынков - она оказывается в состоянии  глубоко кризисной стагнации,  из которой одни лишь стихийные  силы рынка ее вывести не  могут. Отсюда выводится необходимость  широкомасштабного государственного  регулирования экономики, подправляющего  «сбои» ее чисто рыночного  развития. В соответствии с кейнсианской теорией «регулируемого капитализма» государство должно решительно отойти от роли «ночного сторожа», как это и было, например, сделано в 30-е гг. в США в рамках так называемого «курса Рузвельта».[1, c.22]

2)Выдвижение в качестве  определяющего направлении государственного  регулирования экономики стимулирования  спроса. Основной фактор развития  экономики по Кейнсу - наличие «эффективного спроса», состоящего из личного потребления и производственного потребления (инвестирования). Личное потребление зависит прежде всего от уровня занятости, а потому безработица оказывается главным препятствием формирования эффективного спроса. Уровень занятости зависит от склонности к потреблению и инвестиций. Основной психологический закон: потребление растет медленнее, чем доход, т.к. с ростом дохода повышается предельная склонность к сбережению. Чтобы нейтрализовать негативное влияние основного психологического закона на уровень производства и занятости, государство должно стимулировать инвестиции. Прирост же инвестиций зависит от ожидаемых прибылей и уровня банковского процента. Отсюда выводится набор инструментов регулирования инвестиционного спроса - либеральная кредитно-денежная политика и бюджетно-налоговое регулирование.

Реализация активной инвестиционной деятельности требует увеличения государственных  расходов (с их мультипликативным  эффектом) и перераспределения национального  дохода путем повышения налогов. Путем повышения государственных  расходов оказалось возможным повернуть  ход экономического развития в нужном направлении. Государственные заказы оживляли спрос, стимулировали занятость, давая и прибыли предпринимателям. Необходимо также бюджетное финансирование, перевод в собственность государства  нерентабельных отраслей промышленности, коммунального хозяйства, выплаты  социальных пособий, организация общественных работ. При этом возможно и дефицитное бюджетное финансирование. Французский  экономист Фитусси недавно в этой связи писал, что в 30-е гг. капитализм исчез и был заменен смешанной экономикой.[1, c.23]

Таким образом, главные черты  кейнсианской модели макроэкономической политики:

а) высокая доля национального  дохода, перераспределяемого через  государственный бюджет;

б) создание обширной зоны государственного предпринимательства на основе образования  государственных (а также смешанных) предприятий;

в) выдвижение в качестве главных целей стабилизации экономического цикла и достижение высокого уровня занятости - «полного» или, позднее, «неинфляционного»;

г) первенство бюджетно-налоговой  политики. При этом особо важное значение придавалось управлению бюджетным дефицитом в целях расширения или сокращения совокупного спроса. Кредитно-денежная политика в этой макроэкономической «смеси» призвана была лишь приспосабливаться к бюджетной, подкрепляя бюджетную экспансию расширением кредитно-денежного предложения, а бюджетное сдерживание – ограничениями последнего. Главная цель этой согласованной кредитно-денежной политики - поддержание устойчивых или снижающихся в долговременном плане процентных ставок.

Кейнсианский подход доминировал в экономической политике и после второй мировой войны: восстановление разрушенного хозяйства, его перестройка и реконструкция проходили при регулирующей деятельности государства и в Западной Европе, и в Японии, и на Тайване, и в Южной Корее. В Западной Европе были национализированы многие ключевые отрасли промышленности, а во Франции и многие банки. Независимо от того, какие партии стояли у власти, во всех странах Западной Европы были проведены крупные реформы социального страхования и социального обеспечения, медицинского обслуживания, образования. Сформировалось так называемое «государство благосостояния» («welfare state»). Господствовавший до 1913 г. тезис о существовании верхних границ налогообложения «вышел из моды», в результате чего реальный уровень налоговой нагрузки на экономику возрос с 10% ВВП до 40%, и казалось, что в условиях индустриальной революции, резкого роста ВВП, повышения способности государства контролировать финансовые потоки тенденция роста налоговой нагрузки – вполне закономерное явление.

Вплоть до конца 70-х г.г. правительства ведущих стран  основывали свою экономическую политику на кейнсианских мерах стимулирования производства (прежде всего на концепции дефицитного бюджетного финансирования). В результате этого в период с 1948 до 1970 гг. в индустриально развитых странах отсутствовали глубокие спады, массовая безработица, рекордными темпами происходил экономический рост. Это был триумф кейнсианства. Господствовал тезис о том, что отныне капитализм будет процветать при направляющей роли государства без кризисов, без массовой безработицы.

Однако этим надеждам не суждено было сбыться. С 70-х гг. немало работ в мировой науке было посвящено вопросу: почему буму кейнсианства пришел конец, и почему контратака чикагской  школы обратила в бегство кейнсианцев? Было выдвинуто несколько причин. Кейнсианская модель государственного регулирования оказалась приемлемой лишь в условиях бурно развивающейся экономики, в которой высокими темпами повышалась производительность труда. В этих благоприятных условиях широкомасштабное перераспределение национального дохода могло осуществляться без значительного ущерба накоплению капитала. Между тем в 70-е г.г. произошло резкое ухудшение условий воспроизводства в мировой экономике - прежде всего «нефтяной шок». Полная занятость приводила к требованиям профсоюзов о повышении зарплаты. Это послужило импульсом к инфляции, сдержать которую кейнсианскими рецептами было невозможно. Предпринимавшиеся попытки взбодрить экономику средствами дефицитного финансирования и кредитной экспансии привели лишь к перерастанию ползучей инфляции в устойчивую галопирующую. Кроме того, в простейшей кейнсианской модели представлена дилемма: либо инфляция, либо безработица, и их одновременное увеличение представлялось невозможным. Однако в 70-е г.г. случилось именно это, и стагфляция стала главной макроэкономической проблемой на целое десятилетие. Наконец, кейнсианская модель государственного регулирования не вполне вписывается в требования, диктуемые НТР: для ее развертывания требуются усиление гибкости, большая свобода предпринимательства. Изъятие же значительной части доходов через налоговую систему и бюрократизация системы централизованного регулирования стали мощным тормозом на пути необходимых структурных преобразований и технического прогресса. К началу 80-х гг. экономика наиболее развитых стран, быстро наращивающих социальные расходы, начала постепенно «упираться» в объективно существующие в любом обществе верхние границы налогообложения. В этих странах в мирное время в крупных масштабах возник устойчивый бюджетный дефицит, свидетельствующий о кризисе государственных финансов. Причем данный кризис носил наиболее острый характер в странах с наибольшей долей налоговых изъятий (особенно в Швеции).

Ослаблению налогового пресса во многом способствовало и то обстоятельство, что из памяти народов в значительной степени ушла Великая депрессия. Теории, провозглашавшие идею автоматически  саморегулирующегося хозяйства, в  которых безработица расценивалась  как «предпочтение отдыха работе», стали популярны среди правых политических кругов. К этому добавлялся и негативный эффект перераспределения  доходов через налоговую систему  и систему трансфертных платежей, выражающийся в росте теневой  экономики, ухудшении налоговой  дисциплины и т.д. Быстро росло количество материально обеспеченных людей, имевших  автомобили, дом и желание платить  поменьше налогов. Социальная пирамида перевернулась: бедные остались в меньшинстве, в то время как затраты на социальное и медицинское обеспечение росли, создавая политическое лобби для  урезания социальных расходов.[1, c.25]

Таким образом, к началу 80-х  гг. многие высокоразвитые индустриальные страны мира подошли к верхнему пределу, за которым наращивание налогового бремени оказалось либо невозможным  с социально-политической точки  зрения (в силу растущего сопротивления  налогоплательщиков), либо абсолютно  непродуктивным ввиду расширения теневой  экономики. И разразившийся мировой  экономический кризис 1979-1982 г.г. стал не просто циклическим кризисом, но и кризисом кейнсианской модели государственного регулирования, ее авторитет резко упал как в теоретическом, так и в практическом отношении. На смену ей пришла неоконсервативная модель.

1.3 Неоконсервативная модель государственного регулирования экономики.

В 70-80-е гг. в мире произошло  усиление влияния неоконсерватизма на экономическую политику многих стран. Сейчас уже трудно найти правительство, чья экономическая стратегия строилась бы в отрыве от рекомендаций неоконсерваторов, а в США они стали «сердцевиной» эксперимента администрации Рейгана в области экономической политики. Теоретической основой неоконсервативной модели послужили концепции нового неоклассического направления экономической теории, в частности, таких ее современных вариантов, как монетаризм (еще с 60-х гг.), а особенно теория «экономики предложения» и теория рациональных ожиданий. Новые неоклассики (Р. Лукас, Т. Сарджент, Р. Барро и др.) сохранили веру в эффективность и справедливость рыночного механизма и допускают государственное регулирование отстаиваемой ими модели свободной рыночной экономики в весьма ограниченных пределах. Они рассматривают мир состоящим из индивидуумов, поступающих рационально, исходя из своих личных интересов в условиях рынков, быстро приспосабливающихся к изменяющимся условиям. При этом правительство, с их точки зрения, вероятнее всего только ухудшит ситуацию, если станет активно вмешиваться в экономику.[1, c.25]

Фактором возрождения  неоклассических теорий явилось  то обстоятельство, что к концу 70-х г.г. кейнсианское регулирование экономики через формирование эффективного спроса показало свои недостатки: проявились бюджетный дефицит, инфляция, стагфляция, бюрократизация и т.п. На смену такому регулированию пришло воздействие на предложение факторов производства - через сокращение налоговых ставок и проведение ограничительной денежной политики. При этом используются:

а) воссоздание классического  механизма накопления, его опора  не на государственные, а на собственные и заемные средства частных предпринимателей;

б) возрождение рыночного  механизма, свободы предпринимательства.

Решение первой из этих задач  предполагает как раз сокращение налогов, использование льготной амортизационной политики, а также остановку инфляции (которая затрудняет использование заемных средств для накопления, удорожает кредит). Предоставление широких налоговых льгот, сокращение подоходного налога и налога на прибыль корпораций означают повышение располагаемого дохода домохозяйств и деловых предприятий, что влечет за собой рост их склонности к сбережению. А это приводит к снижению ставки процента за кредит и к соответствующему расширению частных инвестиций. Проведение же льготной амортизационной политики означает повышение доли чистой (не облагаемой налогами) прибыли. В совокупности эти меры приводят к росту производительности труда, сокращению издержек на единицу продукции, что становится фактором торможения инфляционного роста цен.[1, c.26]

Поскольку снижение ставок налогов, применение различных налоговых  льгот в краткосрочном аспекте  приводят к увеличению дефицита государственного бюджета (а значит, осложняют борьбу с инфляцией), то вполне логичен следующий  шаг неоконсерваторов – существенное сокращение государственных расходов, в том числе и на социальные программы (пособия по безработице, медицинскую помощь, общественный транспорт и т.п.). Это на начальном этапе приводит к снижению уровня жизни основной массы населения. Для решения бюджетных проблем используется и широкая приватизация государственной собственности - и в контексте расширения рыночных отношений, подъема эффективности производства. Так, в Великобритании приватизировано все и вся, даже то, что в Америке находится в общественном секторе: здесь выдвигалась даже идея приватизации тюрем и перевозки преступников. Проводится, наконец, политика дерегулирования как условие свободы предпринимательства – отмена ограничений по ценам и заработной плате, по тарифам в транспортных отраслях и т.п. Так, М. Фридмен в книге «Капитализм и свобода» перечисляет сферы, из которых, по его мнению, необходимо исключить государство. Им предусматриваются отказ от поддержания цен на сельхозпродукты, отмена экспортно-импортных квот и тарифов, правительственного контроля над объемом производства и величиной квартплаты, минимальных пределов заработной платы и максимальных пределов цен, обязательного страхования для обеспечения пенсий по старости, лицензирования любых видов трудовой деятельности, прекращение государственного жилищного строительства и т.п.

Развивая концепцию фиаско государства, неоконсерваторы многие «сбои» развитии рыночной экономики связывают именно с его чрезмерной интервенцией в экономику. Государственное вмешательство рассматривается ими в качестве главной причины экономической неэффективности, падения производительности труда, снижения нормы производственного накопления, инфляции и даже роста безработицы. Так, американский экономист Э. Денисон, анализируя причины падения темпов роста производительности труда в США, из 17 факторов треть связывал с ростом государственного регулирования бизнеса и отвлечением ресурсов через высокие налоги на непроизводительные цели.

Монетаристы разделяют экономику на реальный и денежный секторы. В реальном секторе (производство и продажа товаров и услуг) должны действовать исключительно рыночные силы. А вот денежный сектор – сфера деятельности государства, задачей которого является снабжение товарных рынков необходимым количеством денег.

Неоклассики определили критерий целесообразности государственного вмешательства  в функционирование рынка. Любое  такое вмешательство связано  с определенными затратами:

а) с административными  издержками по осуществлению регулирования;

б) с побочными эффектами  такого регулирования. Свободный рынок - устойчивое, саморегулирующееся образование. Любое государственное мероприятие  изменяет условия взаимодействия всех агентов (покупателей и продавцов, производителей и потребителей), оказывая влияние на принимаемые ими решения. В результате складываются новые  равновесная цена, объем производства, набор производимых продуктов. В  конечном счете изменяется само распределение ресурсов, которое вполне может быть менее эффективным по сравнению с первоначальным. Целесообразность государственной интервенции может быть обоснована при сравнении обоих этих видов издержек с выигрышем в эффективности от устранения «провалов рынка».[1, c.27]

Использование данного критерия приводит к строгому ограничению  государственного вмешательства в  экономику. Вместе с тем в отличие  от классической школы неоклассики  не отрицают значение государственного регулирования, но при этом ведется  поиск его наилучшего соотношения  с механизмом рыночного саморегулирования.

2. Инструменты государственного регулирования экономики.

Инструменты государственного регулирования экономики подразделяются на административные и экономические.

Административные средства не связаны с созданием дополнительного  материального стимула или опасностью финансового ущерба. Они базируются на силе государственной власти и включают в себя меры запрета, разрешения и принуждения.[8, c.17]

Приведем несколько примеров по запретам и разрешениям. Французские  власти запретил строить новые промышленные предприятия в пределах Парижской  агломерации, и для достижения этой цели они увеличили налоги на новые  предприятия, не ввели драконовские штрафы – это были бы экономические  меры, а просто прекратили выдачу лицензий на новое промышленное строительство.

Правительство Нидерландов  разрешило использовать бывшую военно-морскую  базу в качестве пассажирского и  торгового порта, создав, таким образом, новую сферу приложения капитала. В результате в районе порта возросла хозяйственная активность.

Меры принуждения можно  проиллюстрировать тем, что государственные  органы всех развитых стран обязывают  промышленные предприятия организовывать у себя производственное обучение молодежи, создавать определенные бытовые  удобства для занятых, устанавливать  очистные сооружения.

Административные средства регулирования в развитых странах  с рыночной экономикой используются в незначительных масштабах. Их сфера  действия в основном ограничивается охраной окружающей среды и созданием  минимальных бытовых условий  относительно слабо социально защищенных слоев населения. Однако в критических  ситуациях их роль сильно возрастает, например, во время войны, критического положения в экономике. Самыми крупномасштабными  государственными административными акциями по регулированию экономики в послевоенной Японии были денежная реформа и разукрупнение ведущих концернов.

Экономические средства государственного регулирования экономики подразделяются на средства денежно-кредитной, бюджетной  и налоговой политики.

Денежная или денежно-кредитная политика направлена на эффективное использование средств, аккумулированных в банковской системе и государственном бюджете страны. Проводниками этой политики выступают Центральный банк страны, система коммерческих банков и иных финансовых учреждений. Результатами их деятельности должны стать, во-первых, обеспечение бездефицитности госбюджета и, во-вторых, эффективное распределение финансовых ресурсов по различным программам, отраслям и регионам.

Высшая конечная цель денежной политики заключается в обеспечении  стабильности цен, полной занятости  и росте реального объема ВНП.

Эта цель достигается с  помощью мероприятий в рамках денежно-кредитной политики, которые осуществляются довольно медленно, рассчитаны на годы и не являются быстрой реакцией на изменение конъюнктуры. В связи с этим текущая денежная политика ориентируется на более конкретные и доступные цели, например на фиксацию количества денег в обращении, определенного уровня банковских резервов или нормы процента и т.д. Различные формы государственного финансового регулирования экономики находятся между собой в отношениях не столько гармонии, сколько противоречия. Причина тому — противоречивость самих исходных функций политики государства. Так, чтобы минимизировать безработицу, государство должно увеличивать ассигнования на развитие производства. Рост расходов госбюджета ведет к образованию дефицита, денежной эмиссии и высокой инфляции. Чтобы сбить инфляцию, государство обязано перейти к жесткой экономии своих финансовых ресурсов, а это неизбежно приводит к снижению спроса на труд, росту безработицы и сокращению социальных пособий.

Большинство современных  экономистов рассматривают монетарную (кредитно-денежную) политику как наиболее приемлемый для демократического общества инструмент государственного регулирования национальной экономики, не приводящий к чрезмерному диктату правительства и уменьшению хозяйственной самостоятельности отдельных субъектов.