Общая характеристика иностранного юридического лица

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования. Российская Федерация, позиционируя себя в качестве полноправного участника международного сообщества, для повышения уровня своей инвестиционной привлекательности в последнее время активно предпринимает меры по приведению национального законодательства в соответствие с международными стандартами.

Вносимые в отечественное инвестиционное законодательство изменения имеют точечный (выборочный) характер, осуществляются бессистемно, преимущественно в рамках законотворческой работы по смежным направлениям.

В результате такого подхода остается неохваченной большая часть нормативных актов, также требующих значительной доработки.

Так, до настоящего времени ни учеными, ни практиками не уделялось должного внимания оценке нормативных актов, устанавливающих условия и порядок создания на территории России филиалов и представительств иностранных юридических лиц.

Между тем актуальность совершенствования законодательства в этой области представляется бесспорной, что связано с фактическим отсутствием системного единства у такого законодательства, с применением в нем несогласованной терминологии, с наличием большого количества аккредитующих органов, с установлением различных несовершенных по содержанию процедур, применяемых в отношении отдельных видов филиалов и представительств, и т.п.

Деятельность представительств иностранных юридических лиц нельзя разрывать с инвестиционными процессами.

Ведь иностранное юридическое лицо для обеспечения деятельности представительства приобретает на территории Российской Федерации земельные участки, здания; само представительство заключает сделки от имени юридического лица, тем самым способствует продвижению товаров на российский рынок, получению от этого прибыли.

К тому же представительства иностранных юридических лиц, как и филиалы, являются полноправными участниками гражданско-правовых отношений. Поэтому для допуска к гражданскому обороту необходима их аккредитация, позволяющая проверить соблюдение иностранным юридическим лицом требований законодательства к созданию обособленного подразделения, а также произвести учет созданного представительства.

 Особенностью отечественного законодательства является сосредоточение большинства норм, регулирующих процедуру создания на территории Российской Федерации филиалов и представительств иностранных юридических лиц, на подзаконном уровне.

Большую привлекательность приобретает проблема ввиду отсутствия каких - либо исследований в этой области.

Следует отметить, что нет целостного монографического исследования, посвященного правовому положению иностранных юридических лиц в Российской Федерации, в котором бы нашли отражение все аспекты их создания и деятельности, в том числе их регистрация, налогообложение и судебная защита.

Исследователи, как правило, рассматривают в отдельности такие темы, как "национальность" юридических лиц, деятельность иностранных инвесторов, создание представительств и филиалов иностранных компаний, их порядок налогообложения.

Следует разграничивать понятия "иностранный" инвестор" и "иностранное юридическое лицо", не отрицая их взаимосвязи. Автор работы обращает внимание именно на определение правового положения иностранных юридических лиц, при этом, подробно не рассматривая, статус иностранных инвесторов, так как изучаемая тема шире по содержанию.

Объектом исследования выступают отношения, возникающие при осуществлении деятельности иностранных юридических лиц на территории Российской Федерации.

Предмет исследования составляют международные и национальные правовые нормы, регулирующие правосубъектность иностранных юридических лиц, практика их применения, а также теоретические проблемы.

Основная цель работы состоит в рассмотрении особенностей и правового положения иностранного юридического лица в гражданском праве РФ.Задачи работы: необходимо дать общую характеристику иностранного юридического лица; дать понятие и особенности правового положения иностранного юридического лица;рассмотреть национальность и личный закон иностранного юридического лица;пронализировать существующие виды правовых режимов иностранных юридических лиц; охарктеризовать особенности правового положения представительств и филиалов иностранного юридического лица; рассмотреть понятие представительств и филиалов иностранных юридических лиц; исследовать существующий порядок регистрации филиалов и представительств иностранных юридических лиц; дать анализ прекращения деятельности филиалов и представительств иностранных юридических лиц.

Методологической базой исследования включает в себя как общенаучные, так и частно-научные способы научного познания. К первым относятся: базовый общенаучный диалектический метод познания, теоретический анализ и синтез, аналогия, системный и структурный методы. Вторая группа включает: логический, сравнительно-правовой и формально-юридический методы научного познания.

Структура дипломной работы соответствует ее целям и задачам и состоит из введения, двух глав,  заключения и списка использованных источников.

ГЛАВА 1. Общая характеристика иностранного юридического лица

1.1.Понятие и особенности правового положения иностранного юридического лица

Впервые в истории российского законодательства, в частности в ГК РФ1, появились понятия "личный закон юридического лица" (ст. 1202 ГК РФ) и "личный закон иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву" (ст. 1203 ГК РФ).

До принятия третьей части ГК РФ действовала ст. 161 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1991 г2, где речь шла только о гражданской правоспособности иностранного юридического лица (п. 1 ст. 161 Основ).

При этом термин "правоспособность" толковался в широком смысле и применялся не только для определения правоспособности юридического лица, но также для регулирования других вопросов, определяемых его личным статусом3.

Необходимо отметить, что общепризнанным в доктрине международного частного права4  и судебно-арбитражной практике5  является то, что последующий выбор применимого права для определения правоспособности правомерно учрежденного юридического лица, в частности последующий выбор обязательственного статута, не допускается. Соответственно, нормами личного закона юридического лица определяется весь комплекс вопросов, связанных с его правоспособностью, и статус должностных лиц.

Примечательно, что п. 3 ст. 1202 ГК РФ по своему содержанию практически полностью идентичен п. 2 ст. 161 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик.

Нормативные предписания определения личного закона юридического лица и иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву, находятся в ст. 1202 и 1203 ГК РФ. Кроме того, правосубъектность иностранных юридических лиц и компаний регулируется коллизионными нормами, содержащимися в двусторонних и многосторонних межгосударственных соглашениях о правовой помощи, торговле и судоходстве, дружбе и сотрудничестве, а также в соглашениях о поощрении и защите капиталовложений6.

На наш взгляд, следует согласиться с мнением А.Л. Маковского, который отмечает, что в международных договорах РФ нет такого всеобъемлющего решения коллизионных вопросов, связанных с правосубъектностью юридических лиц, которое существует в ст. 1202 ГК РФ7. Положительной чертой заключения дву- и многосторонних международных договоров является то, что они позволяют в определенной мере устранить возможную несогласованность в коллизионно-правовом регулировании юридических лиц. На межгосударственном уровне посредством международных договоров были предприняты меры по согласованию общих подходов в определении применимого к юридическому лицу права.

Российский законодатель рассматривает юридические лица и организации, не являющиеся юридическими лицами по иностранному праву, обособленно, предусматривая для обоих типов организаций две отдельные статьи (ст. 1202 и ст. 1203 ГК РФ).

В то же время для определения личного закона как юридического лица, так и организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву, закон предусматривает один единый коллизионный критерий - право страны, где юридическое лицо или организация, не являющаяся юридическим лицом по иностранному праву, были учреждены (п. 1 ст. 1202 и п. 1 ст. 1203 ГК РФ). Важно обратить внимание на то, что правило ст. 1202 ГК РФ распространяется как на российские, так и на иностранные юридические лица, т.е. является двусторонней коллизионной нормой.

В противоположность ст. 1202 ГК РФ в п. 1 ст. 1203 ГК РФ говорится лишь об иностранных организациях, не являющихся юридическими лицами по иностранному праву, т.е. п. 1 ст. 1203 ГК РФ содержит одностороннюю коллизионную привязку.

По всей видимости, появление в ГК РФ ст. 1203 продиктовано все большим распространением на практике неправосубъектных образований, примером которых могут служить германские объединения лиц (товарищества), которые по многим признакам напоминают юридические лица, но формально таковыми не являются. Они легитимно функционируют, и притом под фирменными наименованиями, хотя формально статусом юридического лица не наделены.

Полагаем, что ст. 1202 и 1203 ГК РФ заслуживают более детального анализа.

Здесь следует учесть то обстоятельство, что правило, которое в момент принятия правового акта казалось наиболее оптимальным вариантом регулирования, со временем перестает быть таковым.

В этой связи важной задачей становится выявление "устаревшей" нормы и определение другого оптимального правила регулирования, соответствующего современным потребностям международных отношений.

Необходимо отметить, что в Модельном Гражданском кодексе для стран СНГ8 статья, подобная ст. 1203 ГК РФ, отсутствует.

В Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. не закреплялись нормы, позволяющие установить личный закон организации, не являющейся юридическим лицом. В статье 161 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. содержалась только односторонняя коллизионная норма, позволяющая определить правоспособность лишь иностранного юридического лица.

Причиной того, что в ст. 1203 ГК РФ российские организации, не являющиеся юридическими лицами, не упоминаются, а говорится лишь об иностранных организациях, не являющихся юридическими лицами по иностранному праву, является то, что в ст. 2 ГК РФ обозначен круг субъектов гражданского права, в который входят физические и юридические лица, а также РФ, субъекты РФ и муниципальные образования9.

В статье 2 ГК РФ организации, не являющиеся юридическими лицами, не упоминаются. Возможно, именно по этой причине в ГК РФ закреплены две статьи, одна из которых регулирует личный закон юридического лица, а другая - личный закон иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву.

Российский законодатель при формулировании ст. 1202 и 1203 ГК РФ ориентировался на российское материальное гражданское право, где практически все организации являются юридическими лицами.

 Исключение составляют лишь: простое товарищество (ст. 1041 и др. ГК РФ), негласное товарищество (ст. 1054 ГК РФ), некоторые общественные объединения (например, профессиональные союзы, а именно первичные профсоюзные организации, их объединения10 , незарегистрированные в качестве юридического лица11 , а также религиозные группы12 .

По всей видимости, российский законодатель исходил из того, что последние не нуждаются в определении личного закона, поскольку степень участия подобных образований (например, некоторых общественных и религиозных объединений) в гражданско-правовых отношениях может практически исключать потребность в постановке вопроса об их личном статуте.

По мнению И.В. Елисеева, законодатель исходит из того, что российские организации, которые не являются юридическими лицами, занимаются своей деятельностью в форме простого товарищества13. ГК РФ содержит для договора простого товарищества (договор о совместной деятельности) специальное регулирование (п. 2 ст. 1041 ГК РФ).

Следует отметить, что редакция ст. 1202 и 1203 ГК РФ представляется не совсем удачной.

 Названия вышеуказанных статей ГК РФ свидетельствуют о слишком сильном влиянии на российского законодателя национального гражданского материального права.

Формулировка "личный закон иностранной организации, не являющейся юридическим лицом по иностранному праву", уже содержит ответ на вопрос о статусе организации.

Хотелось бы отметить, что ответ на вопрос о статусе организации может быть найден только после применения соответствующей коллизионно-правовой нормы.

В формулировке названия ст. 1203 ГК РФ уже презюмируется, что иностранная организация не является юридическим лицом по иностранному праву. Следуя логике законодателя, получается, что правоприменитель до отыскания личного закона организации уже знает, что эта организация, во-первых, является иностранной, а, во-вторых, не является юридическим лицом по этому иностранному праву.

Хотя ответы на эти вопросы дает только ее личный закон. Нужно заметить, что до определения личного закона организации правоприменитель вообще не знает, с каким типом организации он будет иметь дело. Следовательно, правоприменитель будет озадачен тем, какую норму закона следует ему выбрать - ст. 1202 ГК РФ или же ст. 1203 ГК РФ?

Нам могут возразить тем, что знания правоприменителя о том, является ли данная иностранная организация юридическим лицом или нет, получены им после применения положений ст. 1202 ГК РФ, в соответствии с которыми определяется личный закон юридического лица и сфера его действия. В частности, на основе личного закона юридического лица определяется статус организации в качестве юридического лица. В защиту нашей позиции следует привести все тот же аргумент: каким образом при определении личного закона организации правоприменитель знает, что он имеет дело именно с юридическим лицом, а не с организацией, не являющейся юридическим лицом? Следовательно, получается замкнутый круг, что, в свою очередь, ведет к правовой нестабильности. Нынешняя редакция ст. 1202 и 1203 ГК РФ представляется весьма неудачной.

Выход из сложившейся ситуации видится в изменении вышеуказанных статей.

По утверждению Л.А. Лунца, "коллизионная норма должна отвечать своей служебной функции - организации мирного делового сотрудничества стран с различным социальным строем. Для этого сфера действия коллизионной нормы (ее объем) должна быть выражена посредством "обобщенных" юридических понятий - общих для различных правовых систем" 14. С этим утверждением нельзя не согласиться.

Именно коллизионно-правовая норма должна обладать необходимой степенью гибкости и абстрактности, чтобы быть применимой ко всему тому кругу правоотношений, на регулирование которых она направлена. Юридические термины, закрепленные в коллизионной норме, должны быть достаточно широкими по содержанию с тем, чтобы под них можно было квалифицировать соответствующие иностранные юридические понятия. Юридические термины призваны обеспечить наиболее быструю, рациональную и полную квалификацию иностранных юридических институтов и тем самым дать реальную возможность воплотить цель этой нормы - отыскать право, применимое для соответствующего правоотношения. Достижение этой цели должно сопровождаться с наименьшими издержками. Необходимо иметь в виду, что при отсутствии этих условий коллизионно-правовая норма хотя, возможно, и будет действовать, но достичь максимума своей функциональности не сможет.

Следует стремиться создать оптимальную правовую норму. В свою очередь, оптимальную норму характеризуют такие показатели, как совершенство содержания нормы и ее структурных элементов, четкость формулировок и другие технико-юридические показатели15.

Функциональность и эффективность правовой нормы зависит от ее внутреннего совершенства, социальной ценности, оптимальности и других качеств. Эти качества, по мнению Л.Х. Мингазова, во многом предопределяют успех и результативность правового воздействия.

Законодатель, формулируя коллизионную норму, должен рассматривать проблематику с позиций "мирового законодателя", для которого известны различия, существующие в материальном праве других правопорядков, в частности различия организационно-правовых форм компаний.

Международное частное право может оставаться развитым только при ориентации на внешний мир. Однако это совершенно не означает, что при разработке национальных коллизионно-правовых норм не должны учитываться интересы государства и национальные правовые традиции. Ориентация на иностранные образцы ни в коей мере не означает утрату самобытности и самостоятельности национального права.

Познавательное значение общих правовых понятий давно признано в отечественной правовой науке: эти понятия - необходимая предпосылка для сопоставления и противопоставления различных социальных формаций, их правопорядка16.

Недостаточное отражение закономерностей в праве, обособленность национального права от современного состояния международного частного права в мире может привести к неудовлетворительному функционированию национальной коллизионной нормы. Следует согласиться с точкой зрения Л.Х. Мингазова, что нормы права, действующие в противоречии с объективными закономерностями развития общества, могут нанести ущерб общественному развитию . В этой связи хотелось бы указать, что коллизионная норма, не соответствующая современным потребностям развития международных гражданско-правовых отношений и современному развитию международного частного права, может нанести ущерб развитию интернационализации экономики и взаимных интеграционных процессов.

Следующие предложения позволят усовершенствовать законодательство Российской Федерации по рассматриваемому кругу вопросов с тем, чтобы оно соответствовало современным мировым стандартам и тенденциям в международном частном праве.

Во-первых, следует изменить название ст. 1202 ГК РФ. В словосочетании "личный закон юридического лица" термин "юридическое лицо" следует заменить более нейтральным, широким по объему, общим правовым термином "организация". Поскольку термин "организация" обладает необходимой степенью гибкости, "обобщенности" и широким содержанием.

Организация предстает в качестве некого абстрактного явления, юридической фикции, которая применяется для определения правового объединения, способного выступать в качестве самостоятельного участника гражданских правоотношений и обладающего рядом признаков, позволяющих его выделить среди остальных участников.

С одной стороны, организация является гораздо большим, чем простая фикция, а с другой стороны, она не реальна в смысле этической равноценности к физическим лицам. В конечном счете можно подчеркнуть только юридико-техническую природу организации.

Понятие "организация" является собирательным понятием. Оно включает в себя такие понятия, как "юридическое лицо", "организация, не являющаяся юридическим лицом", т.е. охватывает юридические лица, компании, иные корпоративные образования, обладающие гражданской правоспособностью, а также любые другие организации, не обладающие правосубъектностью юридического лица.

Необходимо отметить, что термин "организация" не является чуждым для российского законодательства. Так, в российском гражданском материальном праве, в зависимости от основной цели деятельности, все юридические лица подразделяются на коммерческие и некоммерческие организации (ст. 50 ГК РФ). Термин "организация" также нашел свое закрепление в налоговом законодательстве: п. 2 ст. 11 НК РФ,17 п. 1.1 Положения об особенностях учета в налоговых органах иностранных организаций, Приказе МНС РФ18.

В тех или иных вариациях термин "иностранная организация" нашел свое закрепление в законодательстве Российской Федерации о внешнеторговой деятельности (п. 11 ст. 2 ФЗ "Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности"19, о валютном регулировании и валютном контроле (подп. "в" п. 7 ст. 1 Федерального закона "О валютном регулировании и валютном контроле"20 , об инвестициях (ст. 2 Федерального закона "Об иностранных инвестициях в Российской Федерации21.

АПК РФ (ч. 5 ст. 27) и ГПК РФ22 (ч. 1 и 2 ст. 400) также содержат термин "иностранная организация23".

АПК РФ не раскрывает содержание термина "иностранная организация". В российской научной литературе по арбитражному процессу24 <27> высказывается мнение, что под термином "иностранная организация" следует понимать как иностранные юридические лица, так и организации, не являющиеся таковыми. Аналогично термин "иностранные организации" трактуется в одном из Комментариев к АПК РФ, а именно как "коммерческие и некоммерческие организации, обладающие статусом юридического лица; иные корпоративные образования, в том числе и не обладающие статусом юридического лица25" .

В части 1 и 2 ст. 400 ГПК РФ содержится термин "личный закон иностранной организации".

Процессуальная коллизионная норма, сформулированная в п. 1 ст. 400 ГПК РФ, представляет собой одностороннюю процессуальную коллизионную норму. В отличие от ст. 1202 и 1203 ГК РФ она является более пластичной и прогрессивной, поскольку термин "иностранная организация" охватывает как иностранные юридические лица, так и иностранные организации, не являющиеся юридическими лицами.

Отечественный законодатель принял вне всякого сомнения удачное законодательное решение, закрепив в ч. 1 ст. 400 ГПК РФ термин "личный закон иностранной организации", поскольку термином "иностранные организации" будут охватываться как юридические лица, так и организации, которые таковыми не являются.

В качестве альтернативы термину "организация" можно использовать термин "правовое образование" или термин "компания". Но поскольку термин "организация" чаще используется в отечественном законодательстве, то ему и на наш и следует отдать предпочтение.

1.2. Национальность и личный  закон иностранного юридического  лица

Национальность юридического лица - понятие, которое применяется условно. Наиболее точно это отражено в английском учебнике международного частного права применительно к английскому коллизионному праву. "Судьям пришлось применить привязку к праву государства и для юридического лица так же, как существует привязка физического лица к соответствующему государству, с учетом того, что юридическое лицо является искусственным, "правом созданным" образованием, существующим независимо от лиц, в нем участвующих, и независимо от волеизъявления этих лиц.

Национальность юридического лица, таким образом, означает его принадлежность к конкретному государству и определяется в соответствии с критериями, установленными в стране, суд которой рассматривает возникший спор. В мировой практике существует несколько основных критериев, позволяющих определить национальность юридического лица:

- по месту создания (регистрации или утверждения устава) юридического лица, так называемому месту инкорпорации юридического лица; или

- по месту нахождения его административного центра (управляющего органа); или

- по месту его основной деятельности.

В разных странах действуют различные критерии для определения национальности юридического лица. В странах англо-американского права - это место инкорпорации юридического лица.

В странах континентальной Европы принят критерий места нахождения административного центра или правления юридического лица. Так, в Италии "компании, ассоциации, учреждения и иные юридические лица, будь то частного или публичного права, подчиняются закону государства, на территории которого эти юридические лица были учреждены. Однако независимо от этого итальянский закон будет применяться всегда, когда местом органа управления этого юридического лица, равно как местом нахождения его основной деятельности, является Итали (п. 1 ст. 25 Закона Италии). Критерий места нахождения юридического лица согласно итальянскому закону включает в себя место нахождения органа управления и место основной деятельности юридического лица. Закон в данном случае исходит из понимания того, что компания осуществляет свою деятельность преимущественно в том государстве, где находится ее орган управления.

В соответствии с Законом о международном частном праве Швейцарии "местом нахождения юридического лица считается место нахождения, указанное в учредительных документах. При отсутствии такого указания местом нахождения компании считается место нахождения ее органа управления" (п. 2 ст. 21) .

Что касается личного статута юридического лица, то применительно к коммерческим организациям (товариществам) предусматривается: "К товариществам применяется право государства, в котором они учреждены, при условии соблюдения установленных правом этого государства требований в части оглашения или регистрации, а при отсутствии таких требований - при условии их учреждения в соответствии с правом этого государства. К товариществу, не удовлетворяющему вышеуказанным условиям, применяется право государства, из которого фактически осуществляется управление им" (ст. 154).

     Местом нахождения органа управления обычно считается место, указанное в уставе. Отсюда и необходимость обращения к праву государства, где учреждено товарищество и где опубликован ("оглашен") или зарегистрирован устав товарищества. При отсутствии такой информации суды рассматривают в качестве места нахождения органа управления место, где управленческое решение трансформируется в повседневную деятельность.О "личном законе" (статуте) юридического лица говорится в Федеральном законе 1978 г. "О международном частном праве" Австрии. "Личным законом юридического лица или какого-либо другого объединения лиц или имуществ, которое может быть носителем прав и обязанностей, является право того государства, в котором этот носитель прав имеет фактическое местонахождение своего главного органа управления"

Значение критерия места основной деятельности, используемого в международном частном праве, в контексте инвестиций получает дополнительные черты. Во-первых, с ростом объемов иностранных инвестиций в мире все чаще обращаются к критерию места основной деятельности даже в тех странах, где принят критерий места учреждения юридического лица при определении его национальности. Это позволяет подчинить решение вопроса о правовом режиме иностранных юридических лиц местному законодательству. Во-вторых, следует учитывать, что в правовом регулировании иностранных инвестиций основным является вопрос о допуске иностранных инвестиций.

Условия допуска иностранных инвестиций могут быть сформулированы и как требования к порядку создания юридического лица с участием иностранного капитала или порядку регистрации (аккредитации) филиалов иностранных юридических лиц или, как это сделано в российском законе, к порядку создания коммерческих организаций с иностранными инвестициями. Определение условий допуска иностранных инвестиций признается частью суверенных прав государства. В этой сфере часто возникают конфликтные ситуации.

Так, например, согласно законодательству Дании иностранное юридическое лицо, которое не осуществляет хозяйственной деятельности в стране, где оно было учреждено, обязано обеспечить минимальный размер основного капитала в 200000 крон, чтобы гарантировать права датских кредиторов, заключающих сделки с такой компанией. Именно это положение законодательства Дании стало предметом разбирательства в Европейском суде по вопросу о соответствии национального закона нормам международного интеграционного соглашения о создании сначала Европейского общего рынка, который положил начало формированию Европейского союза.