Общая характеристика недействительных сделок

Оглавление

Введение

Актуальность темы исследования. Непреходящая актуальность темы юридических сделок, и в особенности проблематики, связанной с их недействительностью, вряд ли может вызвать у кого-нибудь сомнение. Сделки служат средством автономной юридической регламентации субъектами гражданского права своих отношений в соответствии с собственными интересами, а, следовательно, «основным двигателем гражданского правооборота». Этим объясняется важнейшая, определяющая роль, которую данное средство призвано играть в обществе, провозглашающем в качестве принципов своего существования свободу экономической деятельности и поддержку конкуренции, всемерную гарантированность и защищенность права частной собственности, права наследования и права интеллектуальной собственности. Именно благодаря этой роли в правовой доктрине, законотворчестве и судебной практике тех обществ, экономика которых построена на рыночных началах, тема сделок (или - в системах, где данная категория не получила признания, - отдельных частных юридических актов, и в первую очередь договоров) всегда была и остается одной из наиболее актуальных.

Практическая актуальность многообразных  вопросов, связанных с недействительностью  сделок, обусловила и повышенное внимание к ним в современной отечественной доктрине. Появляются специальные работы, посвященные данной проблематике; тема недействительности неизменно затрагивается также в исследованиях иных проблем и разделов гражданского права - общего учения об обязательстве и договоре, отдельных видов договоров, институтов неосновательного обогащения, приобретательной давности, защиты права собственности и фактического владения и др.

Вместе с тем приходится констатировать, что конкретные решения этих проблем, даваемые законодателем и судебной практикой и предлагаемые теорией, далеко не всегда удовлетворительны, адекватны соответствующим общественным отношениям, а также задачам и целям правового регулирования.

Объектом настоящего исследования являются общественные отношения, складывающиеся в процессе правовой характеристики недействительных сделок.

Предметом настоящего исследования являются недействительные сделки.

Целью данной работы является исследование недействительных сделок.

Задачи заключаются в изучении:

• Понятия недействительной сделки. Исторических предпосылок появления недействительных сделок;
• Правомерности и неправомерности недействительных сделок;
• Воли и волеизъявления в сделках;
• Деления недействительных сделок на ничтожные и оспоримые;
• Формальных критериев разграничения ничтожных и оспоримых сделок;
• Деления недействительных сделок в зависимости от воли лица, оспаривающего сделку и по кругу лиц, имеющих право оспаривать сделку;
• Последствий недействительности ничтожных и оспоримых сделок Двусторонняя реституция. Односторонняя реституция. Расчетов между сторонами по возмещению ущерба, компенсаций и затрат

Глава 1. Общая характеристика недействительных сделок

1.1. Понятие недействительной сделки. Исторические предпосылки появления  недействительных сделок

В римском праве деления сделок на ничтожные и оспоримые не  существовало, как не было и общего учения о недействительности сделок.

Строгий формализм критского права признавал юридическую силу за всеми договорами, при совершении которых был соблюден необходимый минимум внешних обрядных процедур. Если обряд соблюден не был, то договор рассматривался как несуществующий и естественным образом не порождал никаких юридических последствий. Если обряд был соблюден, то отменить последствия существующего договора по цивильному праву было невозможно. Никакие «пороки» при этом в расчет не принимались.

Однако такое положение вещей  не отвечало требованиям справедливости, когда возникала необходимость отменить последствия договора в интересах отдельных категорий лиц, нуждающихся в особой защите¹.

Если в Древнем Риме ничтожными именовались сделки, которые не получили никакого внешнего существования (так как не был соблюден необходимый минимум обрядных процедур), то в более позднее время к ничтожным стали относить и те сделки, которые внешне существовали, однако обладали такими серьезными недостатками, с которыми действующий правопорядок не мог мириться и отказывал им в юридической силе, приравнивая к несуществующим.

В соответствии с общепринятой классификацией, основы которой были заложены Савиньи, все значимые для права явления (юридические факты) подразделяются на события и действия, последние же в свою очередь - на действия правомерные и противоправные (правонарушения), а также действия, непосредственно направленные на правовой результат (в том числе сделки) и непосредственно на него не направленные. В отечественной доктрине это последнее деление принято распространять только на правомерные действия, различая среди них соответственно юридические акты и юридические поступки и относя к числу первых сделки и некоторые другие акты.

Вопрос о  природе недействительности и недействительных сделок сводится, по сути, к определению  места последних в приведенной  классификации: являются ли они сделками в собственном смысле или же их следует отнести к какой-либо иной категории юридических действий, например к правонарушениям? В свое время этот вопрос вызвал оживленную дискуссию среди отечественных цивилистов, однако до сих пор его вряд ли можно признать решенным. И хотя в отношении научной обоснованности связанной с ним полемики иногда высказывались скептические суждения, без его решения вряд ли возможно построение концепции не только недействительной сделки, но и юридической сделки как таковой.

Понятие недействительной сделки формулируется разными авторами под влиянием их представлений о юридической сделке вообще. А представления эти, несмотря на то, что они основываются на легальном определении, существенно отличаются друг от друга.

Одни видят  в них противоправные действия (господствующее мнение), другие - сделки в собственном смысле (Д.М. Генкин²), третьи рассматривают их как действия, одновременно сочетающие в себе признаки и юридических сделок, и правонарушений (Н.В. Рабинович³). Некоторые разделяют все недействительные сделки на две группы, одну их часть, относя к правонарушениям, а другую - к сделкам (И.Б. Новицкий) либо к безразличным для права явлениям (М.М. Агарков⁴) или же квалифицируя недействительные сделки одной группы как сделки, а другой - одновременно как сделки и как правонарушения (В.П. Шахматов⁵). Вместе с тем все рассмотренные взгляды основываются - и это вполне естественно - на том или ином представлении о сделке как таковой.

1.2. Правомерность  и неправомерность недействительных  сделок

Большинство специалистов в области гражданского права считают недействительную сделку действием не правомерным, поскольку такая сделка не соответствует требованиям закона и не влечет за собой тех правовых последствий, на которые была направлена воля сторон.

Подходя к вопросу  об определении места недействительных сделок среди неправомерных действий, многие из сторонников такого подхода наталкиваются на очевидные трудности классификации: установив, что неправомерную сделку нельзя отнести к деликтам, они пытаются отыскать среди неправомерных действий «подходящую» категорию, к которой недействительные сделки можно было бы отнести. После того, как такой категории найти не удается, начинаются попытки выделить недействительные сделки самостоятельную категорию неправомерных действий.   

Хейфец считает, что недействительная сделка является правонарушением. Отсутствие в системе гражданского права категории неделиктных правонарушений свидетельствует только о том, что она должна быть разработана⁶.

Рассматривая  недействительные сделки, многие авторы обращали внимание на то, что зачастую такие сделки не заключают в себе ничего противозаконного. Так, В.П. Шахматов отмечал, что неочевидным является отнесение к неправомерным действиям сделок, совершенных под влиянием заблуждения⁷.

Действительно, сделка, совершенная под влиянием заблуждения (ст. 178 ГК РФ), не содержит в себе ничего противозаконного. Обе стороны добросовестно заключали сделку, направленную на достижение определенного правового результата, который вполне правомерен. То обстоятельство, что одна из сторон ошиблась в определении правовой природы или предмета сделки, еще не свидетельствует о том, что тем самым совершено «неделиктное правонарушение».

Трудно говорить о неправомерном действии и в  тех случаях, когда недействительная сделка совершается лицом, полностью или частично ограниченным в дееспособности. В соответствии с пунктом 1 статьи 171 ГК РФ ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Согласно пункту 1 статьи 172 ГК РФ, ничтожна сделка, совершенная несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним).

Недействительной  может быть признана сделка, совершенная несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет без согласия его родителей, усыновителей или попечителя (п. 1 ст. 175 ГК РФ).

Кроме того, ничтожной  может быть признана сделка по распоряжению имуществом, совершенная без согласия попечителя гражданином, ограниченным судом в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами (п. 1 ст. 176 ГК РФ). Также недействительной может быть признана сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Во всех указанных  случаях объявлять противоправным совершение таких сделок было бы некорректным. Ограниченная в дееспособности сторона не способна донимать значение своих действий, и ставить ей в вину или запрещать совершать такие сделки было бы неправильным. Другая (дееспособная) сторона таких сделок может и не знать об ограничении дееспособности контрагента⁸.

Таким образом, объявление таких сделок противоправными было бы бессмысленным: объявляя какое-либо действие противоправным, законодатель всегда тем самым стремится оказать воздействие на поведение подвластных лиц, с тем, чтобы они воздерживались от противоправного поведения. В данном случае оказать такое воздействие невозможно, поскольку ни одна из сторон сделки такого воздействия не способна воспринять.

1.3. Воля  и волеизъявление в сделках

Сделки –  акты осознанных, целенаправленных, волевых  действий физических и юридических  лиц, совершая которые они ставят цель достижения определенных правовых последствий. Содержание воли сторон сделки складывается под влиянием социально-экономических факторов: лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, заключают сделки, чтобы сделать возможным изготовление и реализацию товаров, оказание услуг с целью получения прибыли; граждане при помощи сделок удовлетворяют свои материальные и духовные потребности и т.п.

Волевой характер сделок обусловлен двумя факторами: субъективным и объективным. В качестве субъективного фактора следует  рассматривать волю субъекта сделки; в качестве объективного - его волеизъявление. Под волей понимается «психическое регулирование поведения, заключающееся в детерминированном и мотивированном желании достижения поставленной цели, в выборе решения, разработке путей, средств и применении усилий для их осуществления»⁹. Следовательно, воля – внутреннее намерение лица, направленное на реализацию конкретной правовой цели.

Внутреннюю  часть волевого процесса составляют в совокупности мотив, субъективное представление о правовой цели сделки и о соответствии совершаемого лицом действия требованиям правовых норм. Это намерение можно назвать внутренней волей. Посредством выражения вовне оно становится понятным другим лицам и именуется волеизъявлением.

Первоначально воля на совершение сделки формируется  у лица, а затем уже выражается вовне. Если нет волеизъявления, то сама по себе воля субъекта не может никоим образом воздействовать на правоотношения сторон. Поэтому воля, не изъявленная вовне, не обладает юридическим значением. Решение лица совершить сделку доводится до сведения других лиц посредством волеизъявления. Естественно, что воля, проявленная вовне, не перестает быть волей, но только таким способом она становится известной другим участникам гражданского оборота и может порождать правовые последствия¹⁰.

Таким образом, несмотря на то, что воля имеет большое значение для права и составляет обязательную предпосылку возникновения права, являясь только внутренней волей лица, она не способна воздействовать на возникновение, изменение или прекращение правоотношений. Для этого внутренняя воля должна стать известной другим субъектам, ее необходимо проявить вовне. Следовательно, в таких элементах сделки, как воля и волеизъявление, содержится сущность сделки, и отсутствие любого из этих элементов означает отсутствие сделки.

Дефекты волевого процесса, исключающие наступление желаемых правовых последствий, могут проявляться в сделках различным образом. Правом оценивается уже изъявленная воля. Поэтому требования к воле и волеизъявлению сводятся к юридической оценке изъявления воли. Внутренняя воля субъекта сделки не должна формироваться на основании порочных обстоятельств, в свою очередь, волеизъявление должно полностью ей соответствовать, т.е. верно отражать внутреннюю волю.

Итак, для действительности сделки необходимо соответствие воли и волеизъявления лица. Такое соответствие презюмируется гражданским законодательством, поэтому обратное должно быть доказано сторонами. При этом нередко воля и волеизъявление лица не совпадают или совпадают не полностью. «Может случиться, что воля выражена лицом так неудачно, что внешнее ее выражение (или волеизъявление) оказалось не соответствующим внутреннему решению, тому намерению, которое было у данного лица. Тогда возникают вопросы: чему придать преимущественное значение - воле или ее внешнему выражению, и можно ли признать договор состоявшимся»¹¹. В цивилистике нет единства мнений относительно того, что имеет больший приоритет - воля либо волеизъявление. Как указывают ученые, «борьба между словом и волей стороны проходит через всю классическую юриспруденцию»¹².

В случае несоответствия воли и волеизъявления существует несколько  вариантов решения вопроса: отдавать предпочтение воле лица; признавать приоритет  волеизъявления; считать сделку несостоявшейся из-за отсутствия полного соответствия воли и волеизъявления.

И.Б. Новицкий считает  приоритетным именно волеизъявление, поскольку в сделках «юридические последствия связываются именно с волеизъявлением, благодаря чему и достигается устойчивость сделок и всего гражданского оборота в целом»¹³. С.В. Занковская также в качестве общего правила предлагает руководствоваться выражением воли, придавая ему юридическое значение¹⁴.

Некоторые ученые придерживаются позиции о равнозначности воли и волеизъявления. Данное мнение было высказано такими цивилистами, как М.М. Агарков, О.А. Красавчиков, О.С. Иоффе, Ф.С. Хейфец. Учеными отмечается, что условием действительности сделки закон признает совпадающие волю и волеизъявление, следовательно, в случаях несоответствия воли и волеизъявления или упречности воли возникает неизбежность признания сделки недействительной.

Несомненно, основополагающим требованием к волевому процессу выступает соответствие волеизъявления лица его намерению совершить  сделку. В ином случае нарушается должный  порядок формирования сделки, не соблюдается  единство воли и ее изъявления. Однако далеко не всегда в такой ситуации возникает необходимость признания сделки недействительной, поскольку более правильным будет установление истинной воли субъекта, если она была выражена вовне и ее подлинный смысл может быть выявлен впоследствии¹⁵.

Волеизъявление – это  выражение, внешнее проявление воли. Именно волеизъявление как внешне выраженная воля может быть подвергнуто правовой оценке, однако, будучи изъявленной, воля сохраняет свое правовое значение. Это проявляется в необходимости учитывать волю лица наряду с существующим волеизъявлением либо даже несмотря на него.

Глава 2. Деление недействительных сделок на ничтожные и оспоримые

2.1. Формальные критерии разграничения  ничтожных и оспоримых сделок

Действующий ГК РФ¹⁶ включает в себя правила о недействительности сделок, и ст. 166 ГК РФ впервые прямо закрепляет давно существующее в теории деление недействительных сделок на:

• недействительные по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания их таковыми судом (оспоримые сделки);
• недействительные независимо от такого признания (ничтожные сделки).

Оспоримая сделка недействительна  в силу признания ее таковой судом, а ничтожная - в силу предписаний  закона, т.е. независимо от такого судебного  признания. Однако ГК не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки в течение сроков, установленных п. 1 ст. 181. При удовлетворении иска в мотивировочной части решения суда должно быть указано, что сделка является ничтожной (п. 32 Постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 6/8¹⁷).

Различие между  оспоримыми и ничтожными сделками существенно  и проявляется в различных  правовых последствиях их недействительности, разном определении круга лиц, имеющих  право предъявлять требования по поводу таких сделок (п. 2 ст. 166), а также в различных сроках исковой давности, установленных для требований, предъявляемых в связи с недействительностью сделок.

Сделка недействительна  по основаниям, установленным ГК, и  эта норма понимается в некоторых  публикациях как предусматривающая  исчерпывающий круг таких оснований. Однако имеются законы Российской Федерации, которые называют некоторые дополнительные основания недействительности сделок. Поэтому ограничительное толкование п. 1 ст. 166 ГК надо считать неосновательным.

В отличие от ничтожных сделок оспоримость сделки зависит от позиции заинтересованных в этом вопросе лиц, а в отношении недействительности такой сделки возможны споры, которые должны разрешаться судом. При этом сделка может быть признана недействительной только на будущее, если она уже частично исполнена ее участниками.

В п. 2 ст. 166 по-разному  определен круг лиц, могущих заявлять требования, связанные с недействительностью  сделки. В отношении последствий  недействительности ничтожной сделки требование может быть предъявлено любым заинтересованным лицом, что отвечает общественным интересам. Такие последствия вправе применить также суд. При оспаривании сделки круг управомоченных заявителей уже и требование может быть заявлено только указанными в ГК лицами. Это ограничительное правило введено в интересах надежности имущественного оборота и устойчивости совершаемых сделок, прежде всего договоров.

2.2. Деление недействительных сделок  в зависимости от воли лица, оспаривающего сделку, и по кругу  лиц, имеющих право оспаривать  сделку

Деление сделок на ничтожные и оспоримые  в зависимости от преобразовательного характера судебного решения не согласуется также с тем, что в теоретической литературе, посвященной оспоримым сделкам, преобразовательное значение традиционно придавалось не судебному решению, а воле лиц, имеющих право оспаривать сделку.

Причем «преобразование» производилось совершенно обратное: сделка из недействительной по воле заинтересованного лица обращалась в действительную. В литературе это получило название «подтверждение» оспоримой сделки.

С другой стороны, даже в тех случаях, когда для опровержения сделки требовалось  судебное решение, без заявления  заинтересованного лица (без проявления его воли) сделка не могла быть признана недействительной. Поэтому с этой точки зрения «действительная» с самого начала сделка могла обратиться в недействительную только по воле заинтересованного лица.

На зависимость действительности оспоримых сделок именно от воли заинтересованного лица указывали многие авторы.

Л. Эннекцерус характеризовал неопределенную ничтожность как такую, которая зависит от волеизъявления лица¹⁸. Н. Растеряев рассматривал оспоримость как такую недействительность, которая не вытекает сама по себе в силу веления закона, а только вследствие жалобы лиц, несущих незаконный или несправедливый ущерб от сделки; инициатива суда тут не имеет места¹⁹.

Ю.С. Гамбаров указывал, что оспоримость  характеризуется тем, что юридические последствия отрицаются только по ссылке заинтересованных лиц на пороки сделки²⁰.

И.Б. Новицкий отмечал, что различие между ничтожными и оспоримыми сделками сводится к тому, что в одном случае суд действует независимо от чьей-либо просьбы, по своей инициативе, лишь бы до его сведения дошло обстоятельство, служащее причиной недействительности сделки, а в другом - необходимо заявление заинтересованной стороны.

Таким образом, недействительность оспоримой сделки должна возникать не в силу судебного решения, а как минимум в силу следующих обстоятельств:

• наличие оснований недействительности сделки;
• наличие воли заинтересованной стороны;
• судебное решение.

Деление сделок на ничтожные и оспоримые по критерию зависимости недействительности сделки от воли заинтересованного лица берет свое начало из теорий разделения публичного и частного права по способу защиты и методу регулирования. Эти теории относят к числу частных прав только такие права, установление и прекращение которых зависит от воли отдельного лица и нарушение которых порождает частное притязание в лице управомоченного.

Основным недостатком данного критерия, как и любого критерия разграничения по методу регулирования, является то, что из специфики правовых норм пытаются вывести сущностное деление, в то время как, наоборот, данная специфика должна определяться предметом регулируемых отношений, а не методом регулирования.

Другой формальный критерий, по которому пытаются провести разграничение недействительных сделок, - это круг лиц, имеющих право оспаривать сделку. На первый взгляд, этот критерий достаточно четко позволяет разграничить ничтожные и оспоримые сделки. Лица, прямо указанные в законе, могут оспаривать оспоримые сделки. Неопределенный круг лиц может оспаривать ничтожные сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 166 ГК РФ указаны лишь два требования, круг лиц по которым имеет четко выраженные границы:

• требование о признании оспоримой сделки недействительной» которое может быть предъявлено только лицами, «указанными в настоящем Кодексе»;
• требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки, которое может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Кроме того, суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Между тем несложно заметить, что требования о признании  и о применении последствий - это  совершенно разнопорядковые категории: в одном случае речь идет об ограничении круга лиц, которые могут требовать установления недействительности, в другом случае - о круге лиц, которые могут требовать применения последствий уже установленной недействительности.

В этой связи  следует различать следующие требования:

• требование о признании ничтожной сделки недействительной и возражение о недействительности ничтожной сделки;
• требование о призвании оспоримой сделки недействительной и возражение о недействительности оспоримой сделки;
• требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки;
• требование о применении последствий недействительности оспоримой сделки.

В связи с  несовершенством действующего ГК РФ не все эти требования четко обозначены в кодексе. Кроме того, сроки исковой давности установлены только по требованиям о признании оспоримой сделки недействительной, а также по требованиям о применении последствий недействительности ничтожных и оспоримых сделок.

При определении  круга лиц, которые могут заявлять требование о признании ничтожной сделки недействительной, следует исходить из правовой природы ничтожной сделки. Ничтожная сделка страдает такими пороками, с которыми государство не может мириться и приравнивает ничтожную сделку к несуществующей с самого начала.

Исходя из этой логики, заявить о ничтожности  сделки может не только лицо, чьи  права уже нарушены совершением  или исполнением такой сделки, но также любое другое лицо, имеющее  свои причины для подтверждения ничтожности сделки судом.

2.3. Последствия недействительности ничтожных и оспоримых сделок

Недействительная  сделка не порождает юридических  последствий, достижения которых добивались совершившие ее стороны, а влечет последствия ее недействительности, которые установлены законом  и для участников недействительной сделки по общему правилу неблагоприятны. При этом недействительность сделки, если к тому имеются надлежащие правовые основания, по общему правилу наступает с момента ее совершения.

Общим последствием недействительности сделки, относящимся  как к оспоримым, так и к ничтожным сделкам, является возврат каждой из сторон всего полученного по сделке, именуемый взаимной реституцией. При невозможности возврата полученного возмещается его стоимость в деньгах.

При возмещении стоимости могут возникать два вопроса: как она должна определяться и на какой момент. В случае спора между сторонами эти вопросы следует решать по правилам ГК о цене договора (п. 3 ст. 424) и дате определения возмещаемых убытков (п. 3 ст. 393), как нормах, которые могут использоваться в порядке аналогии закона.

Иные последствия  недействительности сделки, которые  согласно п. 2 ст. 167 могут предусматриваться  законом, определяются в ГК по-разному: в общей форме и для некоторых  видов недействительных сделок.

Общим дополнительным последствием является правило ст. 1103 ГК о применении к требованиям, о возврате исполненного по недействительной сделке положений о неосновательном обогащении. Это важное нововведение ГК по сравнению с ранее действовавшим законодательством²¹.

Согласно ст. 1103 ГК к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке применяются правила гл. 60. Обязательства вследствие неосновательного обогащения (ст. ст. 1102 - 1109). Это позволяет сторонам недействительной сделки, помимо возврата, полученного по сделке в натуре или его стоимости, требовать также доходов, которые были извлечены или могли быть извлечены из этого имущества, а по денежному возмещению - процентов (ст. 1107). При возврате имущества или возмещении его стоимости можно требовать возмещения необходимых затрат с зачетом полученных выгод (ст. 1108).

Из содержания оспоримой сделки согласно п. 3 ст. 167 может вытекать невозможность признания  ее недействительной с момента совершения, и тогда действие сделки прекращается судом на будущее. Это в основном случаи, когда оспоримая сделка уже была частично исполнена.

2.4. Двусторонняя реституция. Односторонняя  реституция. Расчеты между сторонами  по возмещению ущерба, компенсаций  и затрат

Односторонняя реституция означает возвращение  в первоначальное правовое положение только одной - добросовестной стороны. Имущество, которое недобросовестная сторона передала или должна была передать другой стороне по условиям недействительной сделки, обращается в доход Российской Федерации. Односторонняя реституция применяется в исключительных случаях, прямо предусмотренных законом (например, в отношении сделок, совершенных под влиянием обмана, насилия, угрозы и др. – ст. 179 ГК РФ).

По мнению большинства цивилистов, данная мера (предусматриваемая кроме  ст. 169 также ст. 179 ГК РФ в виде односторонней реституции и взыскания с одной из сторон в доход государства полученного или причитавшегося по сделкам, заключенным под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой или при стечении тяжелых обстоятельств) представляет собой особую санкцию за исполнение недействительной сделки, имеющую конфискационный характер²².