Общеимперские органы власти в Священной римской империи германской нации в середине XVI – начале XVII веков

Содержание

Введение

Одним из важнейших принципов любой исследовательской работы является её актуальность, которая базируется на личном интересе исследователя к данной теме в частности и на недостаточной научной проработке темы в исторической науке, в общем. При выработке формулировки темы своей курсовой работы я руководствовался именно этими принципами.

С точки зрения научной актуальности данная тема очень хорошо подходит для детальной разработки. Имеется достаточно полная источниковая база, которая позволяет наиболее полно провести исследование на заданную тему, а также имеются более ранние работы, в которых, так или иначе, затрагивается поставленная мною проблематика исследования. Однако эти работы написаны преимущественно на Западе, и в большинстве своём не переведены, что, конечно же, усложняет их использование, но не делает это невозможным. С точки зрения актуальности общественной, данная тема заслуживает большого внимания. Немецкое наследие в сфере строительства государства заслуживает особого внимания не только историков, но и государственных деятелей. Столь специфичное государственное образование как Священная Римская империя германской нации в период с падения династии Штауфенов и до своего роспуска в 1806 году даёт нам уникальный пример государственности в Европе, так как ни до, ни после такого примера не было.  Лишь только 2-ой Рейх Гогенцолернов и современная ФРГ  с определёнными оговорками напоминают ту самую Священную Римскую империю, что косвенно доказывает то, что этот опыт государственности не был забыт немецким народом и был в дальнейшем использован для строительства своего национального государства. Не нужно забывать, что современное состояние общества, культуры и экономики ФРГ не в последнюю очередь связано с тем особым государственным строем, закрепившимся там, поэтому опыт, который был приобретён немецким народом в ходе исторического развития можно и нужно изучать, дабы вынести из него всё самое лучшее и отделить самое негативное.

Данная работа пытается раскрыть процесс взаимовлияния  “конфессиональной эпохи” XVI века и тенденций централизации  Священной Римской империи на примере развития органов власти. Как мы знаем, Священная Римская империя вступила в раннее Новое время с характерной только для неё двойственной структурой управления, где территориальная власть, в конечном счете, венчалась короной, с собственными органами власти в наследственных землях. Территориальный и имперский полюса власти были настолько сильны, что не могли окончательно победить в многовековом противостоянии центробежных и центростремительных сил в Империи.

Современные историки называют XVI век эпохой “уплотнения”(verdichtung) социально-политических процессов, высокой динамики политической жизни, позволившей династии Габсбсургов создать в Империи мощный плацдарм в виде австрийских княжеств и выйти из кризиса времён Фридриха III(1440-93гг.). Сама эпоха требовала тесного взаимодействия с имперскими сословиями и чинами, ведь только это могло позволить императорам сохранить вес среди своих подданных. В 1526 году Габсбурги получили вдобавок к своему австрийскому домену ещё и короны Венгрии и Богемии, что вызвало ещё одну перестройку внутредомениальных органов управления, однако при этом австрийским монархам нельзя было упускать из виду Имперские учреждения. Однако начавшаяся Реформация и религиозный раскол принудили императоров к очередной перестройки властных институтов уже в самой Империи из-за того, что старые внутренние скрепы сословного мира начали снова распадаться, под воздействием “конфессионализации”. “Конфессионализация” в свою очередь была процессом формирования новых культурно-религиозных общностей, которые при этом враждовали, и вражда эта вылилась в кровавую Тридцатилетнюю войну. Все эти исторические условия поставили перед Габсбургами-католиками задачу выработки модели управления, которая бы устраивала и католиков и протестантов.

Чтобы описать формальную сторону деятельности органов власти времени много не потребуется, так как они с момента своего возникновения внешне особо не менялись. Однако здесь требуется рассматривать не формальную сторону, а тесную связь данных явлений с постоянно меняющимися условиями, взаимовлияние общества и властных институтов, т.е. нужно смотреть не на просто функции тех или иных органов власти, а на приспособления этих функций под конкретные исторические реалии и задачи, поставленные теми или иными императорами.

Историография данного вопроса обширна и чаще всего соприкасается с более общим вопросом о форме государственного устройства Священной Римской империи германской нации. Так в 1640 году Ф.Б. Хемниц в своей работе “Рассуждения о принципах организации Священной Римской империи” писал, что имперская организация – федеративное объединение германских князей, где общеимперские структуры власти выступают в качестве внешних гарантов их свобод, а император лишь исполнитель решений рейхстага. И.С. Пюттер в 1788 году в своей работе “Историческое развитие нынешней государственной конституции Германской империи” писал, что Германская империя вместе с входящими в неё территориями – единое целое. А имперские и территориальные институты – параллельно действующие государственные органы исполнительной власти. Г.В.Ф. Гегель в своей работе “Конституция Германии” вообще отказал Священной Римской империи вправе называться государством. Гегель в свою очередь оказал сильнейшее влияние на представителей немецкой либеральной историографии XIX века(основатель – Л. фон Ранке) для которых была свойственна идея сильной национальной государственности и которые всячески порицали политику германских императоров. Тот же Ранке в своей шеститомной работе “История Германии в эпоху Реформации” писал, что движение Лютера и последовавшая религиозно-политическая борьба в Германии знаменовали не только рождение новой церкви, но и новой государственной идеи, отвечавшей насущным интересам германского народа, уставшем жить в аморфном политическом теле Старой империи.1 Боруссианская(она же малогерманская) школа в лице фон Трейчке, фон Зибеля и Дройзена давали весьма негативную оценку т.н. Старой империи и её институтов, так как по их мнению рассеянный суверенитет и децентрализованная политическая власть явились главным препятствием на пути национального объединения Германии. Австрийская же великогерманская школа в лице Бемера, Доллингера и Фиккера уде тогда начали говорить о том, что организацию Старой империи нельзя рассматривать, исходя из представлений о нациях и национальных интересах, а значит и роль политических институтов нужно рассматривать вне этих представлений. В XX веке Берлинская “конституционная школа”(1910-е годы) в лице Хинце, Хартунг, Острайх и Рорбах продолжили традиции боруссианской школы и также отказывали Священной Римской империи в наличии государственности. Историки Третьего рейха ничего нового также не добавили и даже напротив прекратили какие-либо дискуссии об Империи. Марксистско-ленинская историография ГДР и её представители Дункер, Энгельберт, Хоффман и Штерн констатировали в Священной Римской империи отсутствие стройной государственной системы и чётких правовых норм, которые должны были регулировать отношения между её членами, таким образом, марксистская историография ГДР давала весьма низкую оценку государственным институтам Священной Римской империи со своих этатистских позиций. В историографии ФРГ была предпринята попытка преодолеть боруссианское наследие и сформировать новые подходы и концепции, так в институтах и культуре Старой империи стали видеть истоки парламентской демократии(собрание имперских округов – прообраз бундесрат). Таким образом, за Германией был признан особый исторический путь, которому чужд шаблонный опыт рамок национального государства. Ревизионистское направление 60-80-х годов(фон Арентин, Бруннер, Цееден, Пройс, Нойхауз, Ниппердей), исходя из отказа от интерпретации сущности Империи как неудавшейся попытки создать централизованное национальное государство, рассуждали об имперских институтах как о свободно организованных на основе особых правовых норм структурах. Современная германская историческая наука, где представлено множество различных школ и направлений характеризует структуру Старой империи не только как дуализм между императором и князьями, но и как результат взаимодействия всех её компонентов, включая собственно имперские институты власти. Если более кратко обобщить данные историографии, то на протяжении второй половины XIX – первой половины XX века СРИ традиционно рассматривалась как некое раздробленное аморфное образование.

В отечественной историографии проблемой государственного устройства Священной Римской империи занимался в дореволюционное время Н.И. Кареев, его позиция была сходной с европейской боруссианской традицией и всячески порицала политику императоров Германии.2 После Великой Октябрьской революции исследования, посвящённые государственному устройству Священной Римской империи в раннее Новое время, прекратились вплоть до 80-х годов XIX века. Марксистко-ленинская историография ставила на первое место социально-экономические исследования, поэтому тема политической истории была забыта. В 80-х годах XX века, когда марксистко-ленинская историческая наука разваливалась, такие историки как Прокопьев А.Ю.3, Комлева Ю.Е.4 и Бойцов М.А. начали свои исследования в области политической истории Священной Римской империи. Данные исследования уже опирались на последние достижения западной исторической науки, таким образом, изоляция отечественной исторической науки была преодолена.

Однако в дальнейшем уже современные исследователи пересмотрели данную точку зрения и пришли к выводу, что Старая империя была достаточно эффективной политической и правовой системой, которая защищала своих членов от более сильных соседей и обеспечивала институциональные рамки для развития культурного, социального и политического разнообразия. Отсюда и вытекают основания для особого рассмотрения властных институтов Старой империи вне классических этатистских воззрений, а в рамках особого немецкого пути развития и исходящих отсюда своеобразных задач, которые были поставлены перед этими политическими институтами.

Объектом данной работы являются властные институты Священной Римской империи в середине XVI века, а предметом работы является влияние “конфессионального эпохи” и стремление к централизации  императоров СРИ в середине XVI века на развитие этих органов власти и эволюцию их функций и влияния.

Цели курсовой работы:

1. Рассмотрение истории возникновения и складывания придворных органов государственной власти в СРИ в XVI – начале XVII веков: их функции, влияние, общее положение в системе власти СРИ.

2. Рассмотрение истории развития старых общеимперских органов власти – Коллегия курфюрстов, Рейхстаг, Камеральный суд и Имперские округа.

3. Выявление в процессе развития органов государственной власти Священной Римской империи тенденций централизации и конфессионализации и их взаимовлияния.

4. Формирование выводов на основе проведённого исследования.

          Таким образом, в своей работе я стремлюсь решить задачу выявления в процессе развития новых и старых органов государственной власти Священной Римской империи взаимовлияния тенденций к централизации и тенденций “конфессионализации” в данном государственном образовании.

Хронологические рамки работы охватывают период с 1522 года по 1612       год, что соответствует воцарению Фердинанда I в наследственных австрийских землях в качестве нижней хронологической рамки и смертью Рудольфа II в качестве верхней хронологической рамки. Территориальные же рамки работы совпадают с границами Священной Римской империи в XVI веке, то есть включают в себя территории современной ФРГ, Австрии, Чехии, Нидерландов, Бельгии, Люксембург, части Франции и Италии.

В данной работе используются следующие источники: Саксонское Зерцало, датируемое первой половиной XIII века, Золотая Булла Карла IV Люксембурга, датируемая 1356 годом, Аугсбургский мирный договор 1555 года и Вестфальский мирный договор 1648 года. На мой взгляд, данный набор источников достаточен для того, чтобы решить поставленные цели курсовой работы.

“Саксонское зерцало” — один из важнейших памятников истории немецкой культуры и германского права эпохи феодализма, появившийся примерно 750 лет назад. Он получил широкое распространение и оказал большое влияние на последующее развитие культуры, и прежде всего правовой культуры ряда народов и стран Центральной и отчасти Восточной Европы. “Саксонское зерцало” — порождение и отражение жизни феодального общества Юго-Восточной Германии на рубеже первой и второй четверти XIII в., т. е. в условиях начинающегося расцвета феодализма 11. Общественные отношения этого времени и выразившее их «Саксонское зерцало» — результат длительного процесса формирования и развития феодального строя. Однако в самом “Зерцале”, в контексте данной работы, интересует первое описание процедуры избрания Германского короля и зарождение коллегии курфюрстов. Описав власть короля, его положение высшего сеньора и верховного судьи, процедуру избрания короля и т. д.5, Эйке предлагает развитие этой процедуры путем создания коллегии курфюрстов, к которой должна полностью перейти функция избрания короля.6 И это вскоре было осуществлено. Король, будучи коронован папой римским, приобретал титул императора. 7

Золотая Булла является общегосударственным юридическим актом, который являлся основным законом империи. Написана она была на латинском языке. Однако то, как составлялась “Золотая булла”, точно не известно. Известно лишь, что написана она была не сразу, так как состоит из двух частей. Первая часть (так называемая Нюрнбергская — 1—23 ст. ) принята в январе 1356 года на Нюрнбергском Рейхстаге, а вторая — Мэцская (с 24 главы до конца) составлена, вероятно, в декабре 1356 года явно по требованию курфюрстов, в интересах усиления их власти. Сохранилось 7 рукописей (по числу курфюрстов) “Золотой буллы”, отличающихся в отдельных частностях. И поныне спорят о том, какая из рукописей является оригиналом. Спорят и о том, кто был автором буллы. Одни приписывают авторство самому Карлу, другие — известному итальянскому юристу Бартолу, третьи считают, что булла была составлена в недрах императорской канцелярии.8

Аугсбургский религиозный мир — соглашение, заключённое 25 сентября 1555 года на рейхстаге в Аугсбурге между лютеранскими и католическими субъектами Священной Римской империи и римским королём Фердинандом I, действовавшим от имени императора Карла V.9 Аугсбургский мир признал лютеранство официальной религией и установил право имперских сословий на выбор вероисповедания. Условия договора имели статус имперского закона, легли в основу государственного устройства Священной Римской империи нового времени и обеспечили восстановление политического единства и стабильности в Германии на протяжении второй половины XVI века. В то же время Аугсбургский мир не признал свободы вероисповедания подданных империи, что привело к возникновению принципа cujus regio, ejus religio(чья страна, того и вера) и создало почву для возобновления конфессионального противостояния. 

Вестфальский мир обозначает два мирных соглашения на латыни — Оснабрюкское и Мюнстерское, подписанные 15 мая и 24 октября 1648 года соответственно.10 Они завершили Тридцатилетнюю войну в Священной Римской империи. Вестфальский мир уравнял в правах католиков и протестантов (кальвинистов и лютеран), узаконил конфискацию церковных земель, осуществлённую до 1624 года, и отменил ранее действовавший принцип cujus regio, ejus religio, вместо которого провозглашался принцип веротерпимости, что в дальнейшем снизило значение конфессионального фактора в отношениях между государствами. Также Вестфальский мир положил конец стремлению Габсбургов расширить свои владения за счёт территорий государств и народов Западной Европы и подорвал авторитет Священной Римской империи: с этого времени старый иерархический порядок международных отношений, в котором германский император считался старшим по рангу среди монархов, был разрушен и главы независимых государств Европы, имевшие титул королей, были уравнены в правах с императором.

Глава 1. Органы власти императорского двора в середине XVI – начале XVII веков

Со времён образования Священной Римской империи сохранялась определённая особенность организации двора германских монархов, которая проявлялась в том, что существовал двор императора как совокупность имперских должностных лиц и двор, собственно, германского короля, как верховного сюзерена Германии. Двор императора был постоянно распылён по владениям отдельных династов, которые обладали теми или иными наследственными должностями и выступали как единая структура первоначально на хофтагах(надворные съезды), а позже на Рейхстагах. По сравнению с императорским двором двор короля Германии постоянно функционировал и состоял из личного хозяйства и административного аппарата. Именно двор короля Германии станет в Раннее Новое время основой для образования новых властных структур имперского уровня.11

Так Габсбурги уже в XVI веке стремились сблизить свой двор со сферой управления Империей, что наложило характерный след на развитие должностей и институтов двора. Заимствования Максимилианом I элементов бургундской придворной организации повлекли за собой существенные изменения. Они выразились в более строгом разграничении отраслевого управления и в энергичном размежевании личного хозяйства и административной сферы. Так была введена роспись штатов и придворная бухгалтерия, упорядочившая размеры и выплату жалованья. В 1518 году эти изменения были окончательно закреплены в “Инсбрукском уложении”.

Особая картина сложилась в административном аппарате. Придворный совет, Канцелярия, позже – Тайный совет возникли во многом под влиянием бургундской практики. Так в 1497-98 годах был создан Придворный совет, который по своим функциям был похож на королевские советы других стран и вырос он из старого обычая консультаций с высокопоставленными придворными.  Помимо этого император хотел придать этому органу власти ещё и часть судебных полномочий, которые он смог бы контролировать, в отличие от Имперского камерального суда, где у короны почти не было представительства.

Поворотным моментом в истории данного учреждения стал 1559 год, когда на престол взошёл Фердинанд I и Придворный совет был преобразован в Имперский придворный совет, который тем самым приобрёл статус общеимперского учреждения, и при этом он также получал часть судебных полномочий и назначался непосредственно императором. 12

Таким образом, уже в 1559 году мы можем проследить определённую тенденцию на централизацию власти в Империи путём внедрения своего домениального органа власти на общеимперский уровень.

Позже полномочия Совета неоднократно регулировались, однако большая их часть оставалась неизменной. Так Совет был высшей инстанцией по вопросам, касающимся имперских ленов, в нём подлежало улаживать все споры относительно наследования выморочного имущества. Также Совет мог легитимировать внебрачных детей имперских чинов, дабы они могли вступать в наследование собственности своих родителей и сверх того Совет занимался спорами по поводу раздачи привилегий, титулов, дворянских дипломов и гербов. Можно сказать, что совокупность всех этих полномочий отражала сферу деятельности самой императорской власти.13

Что касается характера деятельности данного органа власти, то для XVI века мы можем говорить о том, что Имперский придворный совет занимался не столько правовым исследованием того или иного вопроса, сколько улаживанием различных конфликтов путём достижения компромисса. Именно политика компромисса была наиболее эффективной в “эпоху Аугсбургского мира” и поэтому императоры, а за ними и имперские органы власти старались следовать ей. Однако за эту нерешительность и периодическую незаконность вынесенных решений Совет подвергался постоянной критике, как со стороны католиков, так и со стороны протестантов. При всём этом более гибкий, нежели у Камерального суда, механизм работы привлекал подданных короны к работе именно с данным учреждением.14

Иным органом власти, который так и не стал общеимперским, но имел существенное влияние на имперскую политику, стал Тайный совет. Фердинанд I еще, будучи эрцгерцогом австрийским и наместником Карла V в Германии  столкнулся с большими проблемами в управлении наследственными австрийскими землями. Проблемы эти были вызваны  воспитанием Фердинанда при испанском дворе. Прибыв в Австрию, Фердинанд оставался долгое время здесь чужаком, так как не знал ни языка, ни обычаев этой страны, не понимая сути требований сословий, стремившихся участвовать в управлении страной. Всё это вызвало в начале его пребывания в Австрии крайне неэффективное управление. Это вызвало необходимость изменения системы управления наследственными землями и в 1527 году Фердинанд создаёт Тайный совет. В его состав тогда входило шесть человек: канцлер, гофмейстер, гофмаршал, канцлер Богемии и оба наследника эрцгерцоги Максимилиан и Карл. Как и любое другое придворное учреждение, Совет функционировал в течение жизни монарха и распускался после его смерти. Круг обсуждаемых вопросов составляли династические проблемы, к которым постоянно примыкали отношения с имперскими княжескими дворами и дела, касавшиеся управления наследными землями. Например, после смерти Рудольфа II Тайному совету пришлось разрабатывать программу оздоровления финансов, которые пошатнулись в результате конфликтов Рудольфа со своим братом Матнасом.15

Как мы видим, в отличие от Имперского придворного совета, деятельность данного органа власти не была строго регламентирована и зависела от монаршего произвола. При этом Тайный совет оказывал влияние на имперскую политику, но ровно в той степени какой хотелось бы конкретному монарху. Но нельзя не заметить, что и создание Тайного совета, равно как создание Имперского придворного совета было определённым шагом на пути централизации власти в Империи, ведь теперь монарх мог испросить того или иного совета не у курфюрстов или Рейхстага, а у людей, которых он сам назначал в этот совет.

Ещё одним придворным органом власти, который занимался делами Империи, была Имперская канцелярия. В эпоху “Аугсбургского мира” пост вице-канцлера занимали видные юристы из городского сословия. Их низкое происхождение компенсировалось образованием и высокими профессиональными навыками, которые были нужны императорам. Сама Канцелярия готовила проекты, выносившиеся на обсуждение Рейхстагом, а также выступала посредником в переговорах между курфюрстами и остальными сословиями.16 Канцелярия всегда старалась поддержать компромисс между короной и религиозными партиями и по сути проводила ту же политику, что и Имперский придворный совет только в ином поле деятельности. В Имперской канцелярии тенденции к централизации возобладали позже, нежели в иных придворных учреждениях общеимперского уровня. Здесь только с начала XVII века, т.е. с конца правления Рудольфа II меняют принцип назначения вице-канцлера, теперь вице-канцлеров стали набирать из потомственных дворян, которые всецело были преданы Габсбургам. Толчком к этому послужила скорее не естественная эволюция, а то, что в начале XVII века ситуация в Империи начинает дестабилизироваться и Императорам приходиться взять данное учреждение под контроль, ради сохранения стабильности в государстве.

Исходя из вышесказанного, можно с уверенностью констатировать, что развитие придворных властных институтов в землях Габсбургов в середине XVI – начале XVII веков своеобразно показывает стремления к централизации императоров эпохи Аугсбургского мира. В механизме функционирования и задачах новых и старых органов власти нельзя чётко выделить тенденции к централизации, однако определённые шаги на этом пути здесь конечно видны. Так получив в лице Императорского придворного совета, Тайного совета и Имперской канцелярии инструменты для более эффективного проведения имперской политики, германские монархи смогли сосредоточить определённые властные полномочия в своих руках и укрепить пошатнувшееся ранее положение короны. При этом в развитие придворных институтов мы не увидим резкого разрыва со Средневековыми традициями управления, так как интеграция этих субъектов власти с имперским правовым полем осуществлялась с опорой на старое наследие, в формах, привычных сословному обществу той поры. Таким образом, из вышесказанного можно сделать вывод о двух тенденций в развитии придворных политических институтов Священной Римской империи германской нации: тенденция к централизации политической власти в руках короны и тенденция к ведению компромиссной политики  по отношению к религиозным сообществам Империи в рамках Аугсургского мира 1555 года.

Глава 2. Общеимперские органы власти в Священной римской империи германской нации в середине XVI – начале XVII веков

2.1 Коллегия курфюрстов

Коллегия курфюрстов Священной Римской империи – это весьма старый орган власти, впервые упоминаемый ещё в Саксонском зерцале Эйке фон Репгова, относящегося к первой половине XIII века.17 Впоследствии  Золотая Булла Карла IV Люксембурга окончательно закрепила за курфюрстами их привилегии и положение в иерархии имперских чинов Германии.18

На фоне незначительных перемен в составе имперских князей, проходивших в конце XVI – начале XVII веков, коллегия курфюрстов выступала в качестве ещё более стабильной общности высших чинов Империи, которая не менялась в своём составе вплоть до окончания Тридцатилетней войны. Таким образом, в рассматриваемый период коллегия состояла из семи имперских князей: трёх архиепископов Майнца, Кёльна и Трира, пфальцграфа Рейнского, герцога Саксонии, маркграфа Бранденбургского и короля Богемии. Помимо места в коллегии выборщиков каждый из представленных светских князей занимал особую почётную должность, относящуюся к временам раннего Средневековья. Так король Богемии был эрцкравчим, пфальцграф Рейнский был эрцтрухзесом, герцог Саксонский – эрцмаршалом, а маркграф Бранденбургский – эрцкамерарием. Духовные же князья носили титулы эрцканцлеров, хотя наиболее могущественным был среди них архиепископ Майнца, так как он руководил работой Рейхстагов.

Также со времён Золотой Буллы 1356 года было закреплено такое понятие как викариат или местоблюстительство, то есть право до выборов нового императора к ним в соответствующих землях отходило право раздавать церковные пребенды, жаловать имперскими ленами за исключением княжеских, а также возводить в дворянское достоинство, даровать титулы и узаконивать наследников. За пфальцграфом Рейнским был закреплён викариат в землях франконского права, а за герцогом Саксонии был закреплён викариат в землях саксонского права.

Однако реформационная эпоха наложила свой отпечаток на работу коллегии курфюрстов. Открытая конфронтация между католиками и протестантами подавлялась, прежде всего, путём постоянных консультаций между курфюрстами. Аугсбургский религиозный мир 1555 года был достигнут во многом благодаря усилиям коллегии выборщиков, именно поэтому вопреки религиозным противоречиям позиции самой коллегии только укреплялись. Это укрепление выразилось в практике курфюршеских объединений. В 1558 году выборщики выступили с совместным заявлением, в котором подчёркивали незыблемость своих сословных прав. В начале же XVII века, когда способность Рейхстага погасить религиозные разногласия стала очевидной, император перенёс обсуждение важнейших вопросов, касавшихся управления Империей и разрешения религиозных конфликтов в Курфюршескую коллегию.19

Отдельно стоит отметить возрастание роли эрцканцлера Империи архиепископа Майнца в годы религиозного раскола. Реальные возможности эрцканцлера получили в это время особенно важное значение, так как от его позиции зависела очень многое в судьбе короны. В его функции входило предложение кандидатур на пост вице-канцлера, который руководил Имперской канцелярией, также эрцканцлер вёл работу всех курфюршеских съездов и рейхстагов. Его активная позиция позволяла во многих случаях сглаживать углы религиозного противостояния путём достижения компромисса между сословиями и короной, что было крайне важно в эпоху противостояния религиозных лагерей.20

Что касается викариатного права, то в рассматриваемый период его значение не меняется, равно как и количество викариев. Эти изменения произойдут уже после Тридцатилетней войны.

Таким образом, в рассматриваемый период мы видим постепенное усиление позиций курфюрстов в частности и их коллегии вообще. Прямые и тесные контакты с короной позволяли эффективно отстаивать свои интересы, а главенство в имперских судебных округах, где находились их наследственные земли, вкупе с особым положением руководителя данного округа, позволяло укреплять свои позиции в них, что делало их несравнимо более могущественными ленниками Империи, нежели остальные князья и в перспективе курфюрсты становились лидерами отдельных частей Империи. 

2.2 Рейхстаг

Рейхстаг – высший сословно-представительный орган Священной Римской империи германской нации. Классические функции и состав рейхстаг приобрёл в эпоху Максимилиана I, когда в рамках “имперской реформы” было достигнуто соглашение между короной и чинами Империи об учреждении Рейхстага как высшего представительного органа имперских сословий с законодательными и судебными функциями. Имперский рейхстаг превратился в центральный элемент системы управления и главный орган представительства имперских сословий, которому были переданы законодательные функции.21 Отныне император был обязан следовать решениям, принятым рейхстагом, и не мог начинать войну или заключать мир без согласия сословий. Рейхстаги конца XV — начала XVI века совместно с императором осуществили целый комплекс мероприятий, трансформировавших средневековую империю в соответствии с требованиями нового времени и обеспечили действенный контроль над ситуацией внутри страны.

Ситуация в середине XVI – начале XVII веков не внесла новых акцентов в саму систему представительства. Рейхстаг по-прежнему выступал в качестве органа представляющего элиту Империи. Его даже тяжело было назвать политическим институтом в классическом представлении о государстве, так как он основывался на сословно-корпоративном фундаменте. По сути, Рейхстаг представлял Империю как совокупность имперских чинов и ленников. На Рейхстагах решали династические вопросы, заключали помолвки, обзаводились протекцией со стороны более могущественных династов  и так далее.22

Ядро ассамблеи формировали две курии: курфюрстов и имперских духовных и светских князей. Правда к середине XVI века существовала и городская курия, однако она была весьма слабой, и её мнение учитывалось в последнюю очередь. К эпохе Реформации Рейхстаг подошёл с явно доминирующим княжеским ядром. Во главе курфюршеской курии стоял архиепископ Майнца, а работу княжеской курии возглавлял эрцгерцог Австрийский и архиепископ Зальцбурга. Помимо председательства в коллегии курфюрстов архиепископ Майнца контролировал работу всего Рейхстага в качестве эрцканцлера Империи. Император выступал на Рейхстаге в качестве стороны формулирующей вопросы, которые должны были быть обсуждены ассамблеей. Предложенные вопросы сначала разбирались отдельно каждой курией. При голосовании каждый князь имел столько голосов, сколько имперских ленов представлял, а прелат – сколькими имперскими духовными княжествами владел. Помимо этого у каждого члена курии был дополнительный голос как чина княжеской скамьи. Стоит заметить, что в середине XVI века в составе княжеской курии сформировалось представительство имперских графов, которые образовали две скамьи: графов Швабии и графов Веттерау. Имперские графы обладали такими же голосами как имперские князья, но в дополнение каждая скамья имела коллективный “голос курии”.  После внутрикуриальных переговоров начинались межкуриальные дебаты между курфюрстами и князьями, причём князья могли даже не приглашать к дебатам городскую курию, а лишь ознакомить её с проектом, выработанным в ходе межкуриальных дебатов. Итоговый вариант проекта отправлялся императору или его уполномоченному. Если корона не находила решение удовлетворительным, то санкционировались новые дебаты. Все решения Рейхстага должны были быть утверждены короной, дабы они могли вступить в силу.23