Опыт создания толкового словаря

Введение 

Актуальность  исследования: словарь — это историческая повесть о жизни людей, их думах, чаяниях, бедах и радостях; каждое слово, помещенное в словаре, связано с жизнью, деятельностью народа — творца языка.

Словари и справочники  не только вносят в нашу будничность  ясность, но делают нашу жизнь более  легкой и понятной. Сами подумайте, ведь в словаре мы можем найти  множество полезной и новой информации. Словарь – это основная книга, ведь именно здесь можно найти  информацию о других книгах.

Основная функция, которую  исполняют словари — это фиксация и хранение определенных знаний. Ведь человеческий мозг не может хранить  такой объем информации, и со временем некоторые сведения в нашем мозгу  просто-напросто забываются. Поэтому, с помощью словарей человечество накапливает полученные за период существования  знания, передает эти знания следующему поколению. Именно так происходит передача информации от предыдущих поколений  к современному человечеству.

Объектом исследования является толковый словарь.

Предмет исследования — опыт создания толкового словаря произведения М. Горького «Детство».

Цель данной курсовой работы – проанализировав ведущие толковые словари, составить небольшой словарь по одному литературному произведению, а именно повести М. Горького «Детство».

Данная цель предполагает решение следующих конкретных задач:

1. рассмотреть виды толковых словарей;
2. изучить принципы составления толкового словаря;
3. проанализировать  «Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля как отражение истории русского языка;
4. рассмотреть существующие словари языка писателей и отдельных произведений;
5. составить свой словарь  повести М. Горького «Детство».

Предметно – теоретической  базой исследования послужили труды

Гипотеза исследования: использование толковых словарей, а тем более создание своего словаря способствует развитию языковой компетенции.

Теоретическая значимость исследования состоит в исследовании различных видов толковых словарей.

Практическая  ценность работы заключается в возможности использования материалов данной работы в процессе обучения, в спецкурсах и спецсеминарах, посвящённых изучению словарей.

Структура работы. Структура работы определена ее предметом и объектом, целью и задачами исследования. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы.

ГЛАВА I. ВИДЫ ТОЛКОВЫХ СЛОВАРЕЙ И ПРИНЦИПЫ ИХ СОСТАВЛЕНИЯ

1. Виды толковых словарей

Толковые словари —  лингвистические словари, в которых объясняются (толкуются) значения слов и фразеологизмов какого-либо языка средствами самого этого языка. Толковые словари являются, как правило, комплексными: их словарные статьи помимо определения значения слова содержат сведения о его написании, особенностях произношения, о месте ударения, о грамматических, словообразовательных свойствах, о тех стилистических и функциональных сферах, к к-рым принадлежит слово, о типичных сочетаниях и фразеологических оборотах, в которых оно может употребляться, о его синтагматических и парадигматических связях и т. д. В толковых словарях могут приводиться также исторические, этимологические, энциклопедические и некоторые другие сведения. В практике лексикографии выработаны специальные приёмы для показа всех таких видов информации, например, сам способ расположения слов (алфавитный, гнездовой, частичного гнездования), разные типы толкований (семантические, синонимические, грамматические) и их отдельные элементы (специальные вводы и пояснения), различного рода пометы (стилистические, морфологические, синтаксические), языковые иллюстрации, специальные условные знаки, иногда рисунки и т. д. Помимо корпуса словарных статей в толковых словарях обычно включаются сведения о правилах пользования словарём, иногда также краткие очерки по орфоэпии, морфологии, словообразованию. Словник, структура словарной статьи, способы иллюстрирования и т. д. определяются задачами и назначением конкретного словаря.

Толковые словари отражают словарный состав языка на определённом этапе его развития. Они могут  давать относительно полное описание лексики общенационального языка (см., например, Тезаурус) либо только определённой её части (словари литературного языка, областные словари, словари иностранных слов и др.). По характеру отношения к литературной норме различают нормативные (предписывающие) толковые словари,  последовательно отграничивающие те языковые факты, которые реально существуют в общелитературном языке и соответствуют действующим языковым нормам, и те, что только спорадически проникают в него из диалектов, терминологической сферы и т. д., и ненормативные толковые словари (регистрирующие, включающие в себя всю лексику, которую можно зарегистрировать по определённым источникам, вне зависимости от её происхождения, употребительности и сферы распространения). Нормативные толковые словари служат справочными пособиями по культуре речи, содействуют нормализации словарного состава языка; ненормативные - описывают с возможной полнотой лексический состав языка определённого периода. Толковые словари являются важными источниками для изучения русского  языка в его истории и современном состоянии.

Важнейшие словари русского языка: «Словарь Академии Российской» - первый большой толковый словарь русского языка, появление которого в конце 18 в. было подготовлено предшествующим ходом развития словарного дела в России (например, словарные труды                 П. Берынды, Ф. Поликарпова, различные двуязычные словари); в 1-м изд. (ч. 1-6, 1789-94, св. 40 тыс. слов) словарные статьи располагаются по алфавиту основного (производящего) слова и включают производные от него; во 2-м переработанном и дополненном изд. (ч. 1—6, 1806-22, св. 50 тыс. слов), вышедшем под названием «Словарь Академии Российской по азбучному порядку расположенный», вся лексика упорядочена по алфавитному принципу. В словаре впервые дано нормативно-стилистическое описание русской лексики 2-й пол. 18 - нач. 19 вв.

«Общий церковно-славяно-российский словарь» П. И. Соколова (ч. 1-2, 1834, св. 80 тыс. слов) — словарь справочного типа, снабжённый грамматическими таблицами, более доступный по изложению, чем  академические словари, и предназначенный  для учащихся; словарь сыграл заметную роль в развитии русской речевой культуры.

«Словарь церковнославянского  и русского языка» (т. 1-4, 1847, св. 100 тыс. слов; 2 изд., 1867-68) - по своему характеру  приближающийся к тезаурусу, включающий как лексику др.-рус. и церк.-слав. памятников, так и многие слова, закрепившиеся в рус. языке к сер. 19 в., в т. ч. и заимствованные (прежде всего терминологические); будучи в целом ориентирован на старинную лексику, словарь шире, чем предыдущие академические словари, отражает живой литературный язык.

«Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля (т. 1-4, 1863-66, св. 200 тыс. слов; 2 изд., 1880-82, переиздававшееся в 1935, 1955, 1978-80, 1981-82 и 1989-90; 3 изд. исправленное и дополненное, под ред. И. А. Бодуэна де Куртенэ, 1903-09; 4 изд., стереотипное с 3 изд., 1911-12; последнее изд. вышло в 1995) - памятник русской лексикографии, словарь-тезаурус, в основу которого впервые был положен живой народный язык с его областными видоизменениями; словарь охватывает лексику письменной и устной литературной речи 19 в., а также терминологию и фразеологию различных ремёсел, профессий; принцип расположения слов - гнездовой.

Академический «Словарь русского языка», начатый под ред. Я. К. Грота  как нормативный, включающий общеупотребительную  лит. лексику со времён М. В. Ломоносова до конца 19  в. [т.  1 (в. 1-3), буквы А-Д,  1891-95, св.  20  тыс. слов], затем под ред. А. А. Шахматова, издававшийся уже как словарь-тезаурус рус. языка [т. 2 (в. 1-9), буквы Е-3, 1897-1907; т. 4 (в. 1-10), буква К, 1906-26], позднее под редакцией В. И. Чернышёва и Л. В. Щербы - как смешанный толково-исторический словарь (отдельные выпуски на буквы А, Д, И, Л, М, Н, О, 1932-37).

«Толковый словарь русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова (г 1-4, 1935-40, св. 85 тыс. слов; стереотипное изд., 1947-48) -первый лексикографический труд, в к-ром достаточно полно отражён словарный состав современного русского литературного языка (до 30-х гг. 20 в. включительно), т. е. лексика классической литературы от А. С. Пушкина до М. Горького, а также получившая широкое распространение в кон. 19 - нач. 20 вв. научная и общественно-политическая лексика; в словаре по-новому решены сложные лексикографические задачи стилистической и грамматической характеристики слова, объяснения его значений и их оттенков и др.; словарь имел нормативный характер. Он оказал большое теоретическое влияние на словарную работу применительно ко многим языкам народов СССР.

Большой академический «Словарь современного русского литературного  языка» (т. 1-17, 1948-65, св. 120 тыс. слов; вт. 1-3 слова располагаются по гнездовому принципу, в остальных — по алфавиту; с 1990 начало выходить 2-е исправленное и дополненное изд.) -самый полный толково-исторический и нормативный словарь, отражающий лексическое богатство рус. лит. языка, начиная с эпохи Пушкина до 50-х гг. 20 в. (Ленинская пр.,  1970).

Малый академический «Словарь русского языка» под ред. А. П. Евгеньевой (т. 1-4, 1957-61, св. 80 тыс. слов; 2 изд. исправленное и дополненное, 1981-84, св. 90 тыс. слов; 3 стереотипное изд., 1987) - нормативный  словарь, близкий по структуре и  объёму к словарю под ред. Д. Н. Ушакова; в 1-м изд. фиксируется состояние словарного состава рус. лит. языка 40 50-х гг. 20 в.; во 2-м изд. отражены те изменения, которые произошли в нём к кон. 70-х гг. 20 в.

«Словарь русского языка» СИ. Ожегова (1949, около 50 тыс. слов) - однотомный Т. с, нормативное справочное издание, назначение которого -содействовать повышению культуры речи самых широких кругов читателей; в 1952 вышло 2-е исправленное и дополненное изд. (св. 51 тыс. слов), в 1960 - 4-е исправленное и дополненное издание (около 53 тыс. слов), в 1972 - 9-е исправленное и дополненное изд., посмертное, под ред. Н. Ю. Шведовой (св. 57 тыс. слов); в 1989 -21-е изд., значительно дополненное и исправленное (около 70 тыс. слов); в 1990 - стереотипные 22-е и 23-е изд.); словарь включает в себя основную   общеупотребительную   лексику   современного русского литературного языка. Словарь Ожегова сыграл большую роль в развитии теории и практики отечественной   лексикографии   (Премия   АН    СССР им. А. С. Пушкина, 1989).

«Толковый словарь русского языка» С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой (1992, св. 75 тыс. слов и фразеологических выражений; в 1994 вышло 2-е исправленное и дополненное изд.) - однотомный Т.е., сохраняющий теоретические  основы и лексикографические принципы «Словаря русского языка» С. И. Ожегова  и отражающий те живые процессы, которые имели место в русском языке в последние десятилетия 20 в.

«Малый толковый словарь  русского языка» В. В. Лопатина и Л. Е. Лопатиной (1990, около 35 тыс. слов) - однотомный Т.е., составленный на основе 9-16-го изд. «Словаря русского языка» С. И. Ожегова и включающий наиболее употребительную лексику современного русского языка.

1.2. Принципы составления толкового словаря

Толковый словарь по своему строению состоит из расположенных  в алфавитном порядке словарных  статей, в которых помещается основное слово и под ним, с целью  сокращения объёма словаря, фиксируются  его наиболее употребительные производные слова.

Словарная статья – краткая  лингвистическая энциклопедия о  слове, его лексикографическое описание. По своей структуре она состоит из компонентов:

1)заглавное слово;

2)толкование слова: а)  система грамматических, стилевых  и стилистических помет; б)  дефиниция лексического значения  в словаре; в) иллюстративный  материал как средство семантизации слова;

3)фразеологизмы по опорному  для них компоненту – заглавному слову статьи;

4)производные слова. [Лекант С.75-76]

Например:

КОЛОКОЛЬНЯ, –и, род. мн. –лен, ж. Башня с колоколами на здании церкви или у церкви. Со своей колокольни смотреть на что–н. (перен.: со своей узкой, ограниченной точки зрения; разг.).

уменьш. колоколенка, –и, ж.

прил. колокольный, –ая, –ое.

ДЕФИНИЦИЯ, –и, ж. (книжн.).

Определение, истолкование понятия. Словарные дефиниции.

[Здесь и далее использованы примеры из «Толкового словаря русского языка» С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой]

Разные типы толковых словарей используют различные по характеру  и объёму дефиниции, которые характеризуют  узуальное значение слова. Узуальным  называется общеупотребительное и  регулярное значение слова, обработанное и закреплённое в социолингвическом общении.

Л.В. Щерба выдвинул важное для лексикографии положение, что  словарь является «собранием сгруппированных  под отдельными словами общих  понятий, под которые подводятся в данном языке единичные явления действительности». [Щерба, с.125]

П. Н. Денисов в книге  «Лексика русского языка и принципы её описания» называет составление  дефиниций вершиной лексикографического  искусства. «В дефиниции надо резюмировать содержание слова, а это предполагает тонкий семантический анализ, или  описать предмет, что требует  знания реалий и умения их рассматривать  с позиции семиотической релевантности  дифференциальных и интегральных признаков». [Денисов, с.191]. Но специфика дефиниции заключается ещё и в том, какая часть речи и какой её лексико-грамматический разряд фиксируется.

Например, конкретные имена  существительные в словаре регистрируют названия объектов, лиц по профессии, национальной принадлежности, имена  представителей флоры и фауны  и прочее и включают в свою семантику  денотатный компонент значения и типичные для данного класса свойства объектов.

Например:

ШКАФ, –а, в (на) шкафу, мн. –ы, –ов, м.

1. Предмет мебели —  род большого стоячего ящика  с дверцами для хранения вещей,  одежды. Книжный ш. Зеркальный ш. (с зеркалом, вставленным в дверцу). Встроенный ш. (вделанный в стену). Несгораемый ш. (сейф).

2. Специальное устройство  в виде закрывающейся коробки  для сушки, готовки и других  целей, духовка. Духовой ш. Жарочный ш. Сушильный ш.

уменьш. шкафчик, –а, м. и шкафик, –а, м.

прил. шкафной, –ая, –ое и шкафный, –ая, –ое.

Абстрактные же имена существительные, обозначающие состояния, чувства, свойства, признаки и другое, не поддаются  обычно точному определению и  толкуются как общее указание на состояние, его различные стадии и функции.

Например:

КРАСОТА, –ы, мн. –оты, –от, –отам, ж.

1. ед. Всё красивое, прекрасное, всё то, что доставляет эстетическое  и нравственное наслаждение. К.  русской природы. К. поэтической  речи. Отличаться красотой. Для красоты (чтобы было красиво; разг.).

2. мн. Красивые, прекрасные  места (в природе, в художественных  произведениях). Красоты юга. Красоты стиля.

3. красота! в знач. сказ. О чём–н. очень хорошем, впечатляющем, блеск (в 3 знач.) (разг.). Погуляли, искупались. К.!

увел. красотища, –и, ж. (к 1 и 3 знач.; прост.).

При лингвистическом описании лексики П. Н. Денисов предлагает учитывать ряд принципов. (Д., с.214 – 215) Во-первых, это принцип «относительности», или «ориентированности на адресата». «…каждый словарь… предполагает в читателе … определенный исходный минимум знаний, на котором надстраивается новое знание, извлекаемое непосредственно из данной книги». Принцип относительности лингвистических описаний подразумевает как следствие принцип «множественности описаний» одного и того же круга явлений языка или речи. «Теоретическая грамматика и теоретический словарь как абстрактные объекты лингвистической теории имеют право на существование лишь в той мере, в какой они дают общее решение для построения лингвистических описаний конкретной ориентации.» Кроме принципа относительности лексикографических описаний и вытекающих из него принципов ориентированности и множественности лексикографических описаний, а также принципа «традиционности» и «лексикографического историзма» учёный выделяет еще несколько принципов описания.

Это принципы «стандартности», «экономности», «простоты», «полноты», «эффективности» и «семантической ступенчатости описания».

Согласно принципу «стандартности», «лексикографическое описание одинаковых явлений должно быть одинаково на всем протяжении словаря. Синтаксис  и слова, применяемые для толкований, помет, пояснений и т. д., должны по возможности не варьироваться, хотя полностью избежать синонимии в  лексикографическом метаязыке, по-видимому, нельзя».

«Экономность» описания означает предпочтение краткого описания более  длинному.

«Простота» описания связана  с принципом ориентированности  описания, но имеет особый «оттенок предпочтительного использования  предельно ясных синтаксических конструкций и слов, в лексическом  значении которых нет излишней расплывчатости».

«Полнота» описания означает стремление исчерпать все существенные признаки значения и правила употребления слова в словарной статье.

«Эффективность описания связана со стремлением к построению словарной статьи в алгоритмической  форме с тем, чтобы в словаре  активного типа… прочтение словарной  статьи приводило к правильному  употреблению описываемого слова в  речи, в высказывании, а в словаре  пассивного типа… давало возможность  точного понимания слова в  контексте на фоне всех его парадигматических, синтагматических, деривационных и иных свойств».

Принцип «семантической ступенчатости» описания означает, что «слова, выполняющие  метаязыковую функцию в словарной  статье, могут быть всего лишь на один - два семантических признака проще описываемого слова. Иначе говоря, «описание некоторого слова цепочкой предельно простых в семантическом отношении слов («элементарных смыслов») или слов «лексической аксиоматики» не является насущной необходимостью, поскольку приводит к длиннотам, тогда как описание словами, которые проще описываемого слова на один – два семантических признака, будет гораздо короче, обозримее и доступнее.

 Если словарь замкнут в себе, то есть семантически автономен, то все слова левой и правой частей толкуются и, следовательно, семантически самые простые слова будут использоваться для толкования ближайших по сложности слов и так, со ступеньки на ступеньку, будет реализоваться принцип семантической ступенчатости словарного описания».

1.3.«Толковый словарь  живого великорусского языка»                              В. И. Даля как отражение истории русского языка

В истории отечественной  культуры и лингвистики «Толковый  словарь живого великорусского языка» В. И. Даля занимает особое место, по праву став золотой страницей русской лексикографии. Эта своеобразная энциклопедия жизни русского народа первой половины XIX в., бесценное свидетельство его духовной и материальной культуры, давно уже является настольной книгой не только филолога, но и всякого образованного человека, интересующегося русским языком. 22 ноября 2011 г. исполняется 210 лет со дня рождения В.И. Даля, знатока и преданного хранителя красоты русского слова.

В многочисленных трудах, посвященных «Толковому словарю живого велико-русского языка», как правило, отмечаются лексикографические заслуги его автора, в то время как материалы словаря свидетельствуют и о пристальном внимании В. И. Даля к вопросам еще не установив-шейся тогда орфографической нормы, к теории и практике русского правописания. Однако эта сторона его лингвистической деятельности известна уже в меньшей степени.

XIX век вошел в историю русского правописания как время «мучительных орфографических шатаний» и всеобщего внимания к орфографии [Виноградов 1946, 74]. Хаотичность и неупорядоченность правописания на протяжении всего столетия оставалась одним из самых серьезных недостатков орфографии. Современники, начиная с А. С. Пушкина, оценивали орфографическую ситуацию XIX в. как критическую: «орфография, сия геральдика языка, изменяется по произволу всех и каждого» [Виноградов 1946, 69].; «У нас столько же орфографий, сколько книг, сколько журналов, сколько литераторов,  и потому нет никакой орфографии» [Шанский, 1955, 232-233].

Отсутствие единой системы орфографических правил, неупорядоченность регламентаций руководств и грамматик побуждали многие издания принимать свое «индивидуальное» правописание. В XIX в. вышло около 50 изданий, которые придерживались особых орфографий [Обзор предложений... 1965]. Поэтому создание В. И. Далем для «Толкового словаря живого великорусского языка» собственной системы правописания было вовсе не прихотью автора, а вынужденной необходимостью, продиктованной состоянием орфографического вопроса этого периода: «Надо также сказать несколько слов о правописи, принятой в словаре. Это дело у нас задача трудная; покуда пишешь сплеча (вот и спотычка: иной пишет с плеча...), так сходит с рук на всякий лад, а как только приходится отдать отчет себе и людям в каждой букве, да и постановить общие и частные правила, то, нисколько не желая быть ни новщиком, ни отщепенцем, вынужден однако же решиться, в со-мнительных случаях, на то, либо на другое. .. и, может быть, иногда невольно спадаешь в крайности» [Даль 1880, XXV].

Основные положения орфографической теории В. И. Даля были сформулированы им в «Напутном слове», представленном Обществу любителей российской словесности 21 апреля 1862 г. в Москве.

Теоретические взгляды В. И. Даля в области правописания представлены так в целой серии материалов орфографической дискуссии под общим название «Грамота», развернувшейся на страницах газеты «Русский», с ее редактором издателем М. Погодиным.

Практическую реализацию орфографические воззрения В. И. Даля получили в первом издании его «Толкового словаря живого великорусского языка». Орфографические новшества словаря в большинстве случаев получили у современников отрицательную оценку: «Словарь Даля узаконяет чересчур своеобразное и до него никем не принятое правописание» [Валгина, 2002, 24], «Очень многие слова пишет он решительно наперекор употреблению и узаконенным правилам языка» [Баженов 1862: 601]. Я. К. Грот считал, что автор Словаря как лексикограф «не должен бы и в отношении к правописанию позволять себе слишком резких нововведений; в противном случае при употреблении Словаря будут возникать неизбежные затруднения и недоумения» [Валгина, 2002, 74]. Единодушно неприемлемыми и слабо аргументированными критики посчитали написание ряда групп слов. Ср.:

1) опредЬленый, дЬланый, своевремен-ный. Я. К. Грот справедливо указал, что между этими написаниями и предлагае-мыми тут же в Словаре написаниями дан-ный, бездыханный, деревянный, совершен-ный и т.д., в большинстве случаев просто «невозможно провести ясной границы» [Там же, 44];

2) вобще, вображение, воружать, со- meimcmeoeamb. Подобные написания Я. К. Грот посчитал «слишком большими уступками» «в пользу выговора» [Там же]. Следует отметить, что в Словаре встреча-ются и написания со(о)бщитъ, со(о)бра- жете, соотечественникъ, где второе о тоже оказывается безударным, однако приведенные слова пишутся с удвоенной гласной о;

3) расстричь, рассрочить, расстояние, расставлять, бессрочный. Такое отражение ассимиляции конечного звука приставки и начального корня характеризовалось как безосновательное и «в высшей степени» неправильное [Баженов 1862: 601];

4) небесчего, непосеб, неначто, нескраю. Рецензенты отмечали, что излишнее увлечение В. И. Даля слитными написаниями привело к появлению в Словаре таких форм, «в существовании которых как слов самостоятельных нельзя не усомниться» [Николич 1874, 24]. Они расшатывают «основные правила грамматики», противоречат «филологическим соображениям», затрудняют процесс работы со Словарем: «Вдруг и не сразу догадаешься, что бы оно могло означать. При ближайшем рассмотрении оказывается, однако, что непонятность этого выражения проистекает единственно от своеобразного правописания» [Николич 1875, 10].

Характеристика в Словаре  В. И. Далем буквы i как «отжившей свой век» получила горячую поддержку «ратников против яти» (так современники называли сторонников исключения буквы i): «в нынешнем языке давно уже буква t во многих случаях вытеснена произвольно (например, в словах предъ, время, песокъ), нельзя, кажется, жалеть о том, что к числу этих слов г. Даль присоединил и сущ. napenie, так как в других отраслях того же корня (в глаголе реку и в сущ. речение) всегда писалось е» [Грот 1870, 47]. Пожалуй, больше ни одна из «лишних» букв не удостаивалась таких нелестных определений: «непотребная», «дряхлая старушенция», «византийская приживалка», «уродливое существо с буйным нравом и неуживчивым характером» (см. [Науменко 2003]).

Неоднозначную оценку критиков получила ставшая своеобразной визитной карточкой орфографии В. И. Даля такая особенность его письма, как принципиальный отказ от удвоенных согласных в иноязычных словах.

И. Николич в отказе В. И. Даля от двойных согласных видит скорее служение «прихотливому отрицанию бесполезности употреблять двойные согласные буквы, чем научным выводам и историческому укладу нашей письменной речи» [Николич 1875, 10]. В. И. Чернышев, наоборот, не видит в этом «ничего очень одиозного», тем более что «позднейшее правописание несколько продвинулось в сторону предложений Даля, и у нас многие пишут теперь акула (старое аккула), апетит, балотироваться» [Чернышев 1970, 420].

Отказавшись от удвоенных согласных, B. И. Даль пытался устранить существовавшую тогда крайнюю непоследовательность в оформлении иноязычных слов на спорных написаний в русской орфографии» В. Разыграева (1887) зафиксированы четыре встречающихся в разных источниках варианта написаний: асессоръ, асесоръ, ассессоръ и ассесоръ. Эту неупорядоченность орфографии заимствованных слов отмечает и Я. К. Грот: «В некоторых иноязычных словах согласные давно уже не сдваиваются у нас; мы пишем адресъ (вм. адрессъ), интересъ (вм. интерессъ), офицеръ, камергеръ, команда, комендантъ, рекомендовать; в других же словах того же корня двойные буквы сохраняются, например оффищальный... Поэтому естественно, что Даль желал выйти из этих затруднений» [Грот 1870, 45-46].

Еще одной особенностью Словаря  В. И. Даля является обширный корпус орфографических вариантов, включающий более 500 единиц. Как правило, орфографическая вариантность в Словаре В. И. Даля является результатом компромисса между фонетическим и морфологическим началом и в целом иллюстрирует ситуацию неупорядоченности, царившей тогда в правописании из-за отсутствия единого орфографического кодекса. Ср.: зара(о)стать; ла(о)пухъ; торма(о)зить; ко- пе(э)йка; акомпани(е)менть; впи(е)- хнуть; мач(и)еха; газ(с)ъ, тормаз(с)ъ; щико- лод(т)ка; галл(л)ерея; масс(с)а, Пал(л)ада; же(о)рдка; изжо(е)га; изразце(о)вый; вож(з)жа; дож(з)жикъ; (д)щанъ; (т)щедушный; песч(щ)аный; весел(ь)е, ден(ь)щикь; сед(ь)- мой; тюр(ь)ма; взы(и)мать; цы(и)ркуль; впервыхъ, въ первых; надоконный, надъ- оконный; серебре(я)ный; я(е)ралашъ; е(э)ки- пажъ, е(э)пидепя, е(э)пизодъ; кизилъ(ь), ковылъ(ь).

Несмотря на достаточно критическую  оценку современниками правописания В. И. Даля и утверждение А. Соболевского о том, что «Толковый словарь живого великорусского языка» никогда «не пользовался каким бы то ни было авторитетом в орфографических вопросах», именно он, наряду с «Русским правописанием» Я. К. Грота, указывается в качестве источника целого ряда орфографических справочников конца XIX - начала XX в. [Соболевский 1886, 362]. На сегодняшний день удалось обнаружить 11 таких изданий, датирующихся 1879-1915 гг. Как правило, вслед за В. И. Далем, такие издания отдавали предпочтение правописанию иноязычных слов без удвоенных согласных и последовательной замене £ на е. Одним из веских доказательств того, что «Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля был в определен-ной степени орфографическим ориентиром, является «Справочный указатель спорных написаний в русской орфографии» В. Разыграева (1887). В результате анализа орфографического материала этого справочника было установлено, что более чем в 470 случаях, приводя то или иное написание, автор отмечает его наличие в том числе и у В. И. Даля.