Содержание 

Введение

       Гражданско-правовая активность человека при обычном течении времени и ходе событий на закате его жизни объективно уменьшается или субъективно сдерживается. Ожидая приближения смерти, он расплачивается с долгами, чтобы «в мир иной» войти без бремени земной жизни

       Исторически установилось, что социальный институт наследования непосредственно связан с семейными связями, а правовой институт наследования — с семейно-правовыми нормами. Переход имущества из поколения в поколение получил название наследования, или наследственного правопреемства.

       Со  смертью лица возникает вопрос о судьбе его имущества и вообще его юридических отношений – требований, долгов и т. д. согласно нашим нынешним представлениям, в случае смерти имущество покойного не распадается на свои составные части, а сохраняя свое прежнее единство, переходит к известным лицам – наследникам, которые и вступают во все правоотношения покойного, делаются собственниками его вещей, кредиторами и должниками по его обязательствам. Такой переход имущества в целом, такое преемство во всей совокупности правоотношений, мы и называем наследованием.

       Изложенное  представление о наследовании, проникающее  все наше современное право, в  значительной степени обязано своей  выработкой римскому праву, которое  впервые формулировало и последовательно  провело мысль об универсальном характере наследственного преемства. «Hereditas nihil aliud est, quam successio in universum jus quod defunctus habuerit»¹, говорят совершенно определенно источники.

       Однако, идея наследования, как универсального преемства, отнюдь не является врожденной человечеству; она вырабатывалась в долгом процессе исторического развития и в самом римском праве она установилась, хотя и рано, но все же, по-видимому, не сразу.

       Актуальность  вопроса о наследовании по завещанию  связано с тем, что на сегодняшний день в России законодатель повернулся лицом к частному праву, и на первое место вышла забота о человеке, о предоставлении ему свободы в изложении его воли и предоставлении максимальных полномочий и возможностей распоряжаться как своим имуществом, так и своими умом, физическим и духовным потенциалом.

       Приоритет государственных интересов над  частными в сфере гражданских  правоотношений канул в прошлое. Но гражданское право превратилось бы в естественное, будь оно правом, изложенным в нормах закона, и не содержи оно запретов и ограничений. Еще Вольтер говорил, что быть свободным означает зависеть только от законов.

       Эта очевидная истина должна быть ясна и понятна любому порядочному  человеку, который не пытается стяжать  лавры за счет чужих трудов или  увеличить свое материальное благосостояние, поправ чужие права и законные интересы. В этом ракурсе любой закон должен быть направлен, прежде всего, на защиту интересов именно добросовестных граждан и ограждение их прав от попыток нарушения со стороны недобросовестных лиц.

       Именно  поэтому в Кодексе изложен  ряд требований к завещанию, которые  законодатель предъявляет к участникам гражданских правоотношений с целью  не допустить нарушения прав и  интересов других лиц и с целью  предоставить возможность участникам воспользоваться своими правами добросовестно и в рамках закона.

       Цель  данного исследования – изучение гражданско-правового регулирования  наследования по завещанию.

       Объектом  исследования являются правоотношения, возникающие в результате наследования по завещанию, т.е. составления завещания, изменения, отмены завещания, принятия и исполнения завещания.

       Предметом исследования является российское законодательство, регулирующее правоотношения в области  наследования по завещанию.

       В задачи, поставленные перед автором  включено:

       - изучение истории развития наследственного  права в российском гражданском  законодательстве;

       - определение правового регулирования  порядка и формы совершения  завещания;

       - изучение порядка отмены и  изменения завещания;

       - гражданско-правовая характеристика наследования отдельных видов имущества, в частности наследования недвижимых объектов, наследование бизнеса;

       - в работе рассматриваются вопросы  изменения законодательства в  области налогообложения имущества,  переходящего в порядке наследования.

       При написании работы было изучено гражданское законодательство, законодательные акты земельного, нотариального права, регулирование правового положения имущества юридических лиц. Таким образом, можно говорить, что рассмотрение представленной темы происходило разносторонне.

       Так, например, в работе затрагиваются  вопросы противоречия норм жилищного  и гражданского законодательства в  области наследования жилых помещений.

       В качестве источников в работе были использованы работы следующих авторов: Алексеев С. С., Барщевский М.Ю., Гришаев В. И., Давидович А., Маслович А., Соловьев И., Фоков А.П. и другие.

       Для иллюстрации отдельных положений  законодательства в работе приводятся примеры из судебной практики.

Глава 1. Гражданско-правовое регулирование наследования по завещанию

§ 1. Развитие института  наследования в российском гражданском праве

       В период первобытно-общинного строя, особенно на ранних этапах его развития, когда потребности людей и  средства их удовлетворения были более чем скудными, наследования в современном понимании еще не существовало просто потому, что наследовать было нечего. Конечно, и в тот период от отца к сыну переходили орудия охоты и рыбной ловли, во владении и пользовании рода и племени, а впоследствии у семьи оставались средства поддержания домашнего очага, шкуры диких животных, запасы топлива и продовольствия, украшения, знаки принадлежности к роду (племени), кроме тех, которые подлежали захоронению вместе с умершим. Однако возникавшие при этом отношения регулировались не нормами права, которых еще не было, а многовековыми традициями и обычаями. Их соблюдение освящалось и обеспечивалось не мерами государственного принуждения, а общественным мнением, в первую очередь авторитетом наиболее влиятельных членов рода (племени). Отступнику грозило изгнание из рода (племени), что зачастую обрекало его на голодную смерть. К тому же он навлекал на себя гнев богов, что воспринималось в древности как самое страшное наказание².

       По  мере того как хозяйство из присваивающего становится производящим, что сопровождается ростом имущественной обособленности отдельных семей и ослаблением родоплеменных связей, вопрос о том, кому достанется имущество умершего, все настойчивее стучится в двери. В сущности, зарождение и развитие наследования идут рука об руку с имущественным и социальным расслоением общества, утверждением частной собственности на средства производства, появлением особых институтов, призванных оградить существующий порядок, который устраивает тех, в чьих руках находятся рычаги власти, от возможных посягательств. Система этих институтов образует государство, которое всегда выполняло и выполняет по отношению к частной собственности и ее необходимому атрибуту — наследованию роль сторожевого пса³.

       Расцвет частной собственности, освобождение ее от сословно-корпоративных пут приводят к тому, что предметом наследования постепенно становится все, что способно приносить прибыль, обеспечивать удовлетворение самых различных потребностей людей, за исключением, пожалуй, самой личности, которая объектом наследственного преемства ныне быть не может. Однако для утверждения этих незыблемых устоев современной цивилизации человечеству потребовалось не одно тысячелетие.

       Понятие завещания пришло к нам из Древнего Рима. Именно этот способ распределения  всех материальных благ, нажитых человеком в течение своей жизни, особенно культивировался древнеримским обществом. Так, в кодификацию Юстиниана (Corpus juris civilis) входили, кроме Институций (работы Гая, Ульпиана, Флорентина и Марциана) и собственно Кодекса Юстиниана (собрание императорских конституций), также Дигесты или Пандекты (собрание отрывков из сочинений 38 римских юристов от I века до нашей эры до IV века нашей эры). При составлении Дигест (Пандект) Трибониан (юрист VI века нашей эры) назвал пятую часть Дигест "De testamentis" - "О завещаниях", чем подчеркнул важность этого института права в общественной жизни и необходимость его законодательного урегулирования для всего государства в целом.

       Считалось обязанностью гражданина изложить свою последнюю волю (testamentum - последняя воля, завещание) перед тем как уйти в мир иной. Римляне воспитывались с той мыслью, что достойный член общества должен содержать все свои дела (материальные и духовные) в порядке. Любой человек должен был готов уйти из этой жизни в любое время, но уйти таким образом, чтобы после его смерти у его близких и друзей не возникло сомнений в действительной воле наследодателя в отношении распределения имущества, которое он оставлял живущим. Грамотно составленное завещание (testatio mentis - свидетельство состояния ума, завещание, последняя воля) свидетельствовало о состоянии ума человека, о ясности его мыслей, о способности отдавать отчет своим действиям и предвидеть последствия своей последней воли.

       Factio testamenti (способность составить завещание)  подтверждало не только здравомыслие и дееспособность человека, но и говорило о его общественном статусе. Тот гражданин, кто становился testatus (завещателем), пользовался уважением других граждан, ибо этот факт доказывал не только наличие у него имущества в собственности, но и характеризовал его как образованного, умного и ответственного человека.

       Естественно, возможности и границы завещательных  распоряжений со временем изменялись. Этот процесс не зависит от воли человека, а зависит только от состояния  и развития общества, от общественных интересов, взглядов и потребностей. Римляне утверждали, что tempora mutantur et leges mutantur in illis - времена меняются, и законы меняются вместе с ними...

       Однако  всегда в законах либо существовало понятие завещания в той или иной форме, либо подразумевалась возможность человека изложить свою последнюю волю в письменном виде или передать ее устно лицу, наделенному полномочиями от Бога (священнослужитель, духовник и пр.) или от общества (нотариус и пр.).

       Что касается развития института наследования на Руси, то история застает славян в период переходный от родового быта к государственному. Отсюда неустойчивость наследственных начал, неопределенность характера наследования, колебание и борьба между исконным славянским порядком и византийскими положениями. Источники римского права, несомненно, оказывали свое влияние ввиду того, что дела о наследовании по тесной связи их с семьей, подлежали ведению духовенства. Для древнейшего периода относительно наследования мы имеем указания Русской Правды⁴. Более ранние указания договоров с греками, отражая в себе иноземные взгляды, не могут служить выразителем чисто русского порядка наследования.

       Наследство  в Русской Правде носит название «статка» или «задницы», т.е. того, что  оставляет позади себя отправляющийся в другой мир. Памятник, перечисляя вещи, переходящие к наследникам, упоминает только движимости, дом, двор⁵, товар, рабов, скот. О землях не говорится ни слова, потому что, не составляя в то время еще объекта права частной собственности, они не могли переходить по наследованию. Наследование по завещанию не различается от наследования по закону или по обычаю. В завещании допускалось назначение наследниками только тех лиц, которые и без того вступили бы в обладание имуществом. Завещание «ряд», имеет своей целью не изменение обычного порядка, а лишь распределение имущества между законными наследниками и наказ об управлении. Согласно тому завещания выражаются в словесной форме - «ежели без языка умрет»⁶.

       Если  кто умрет без ряду, то ему наследуют члены семьи и только они. Русская Правда говорит лишь о наследовании после родителей. После отца наследуют дети от жены, но не от рабыни. Из детей сыновья исключают дочерей, которые вступают в наследство только за отсутствием первых. В объяснение этого явления приводят характер первобытной семьи, ее непрерывность, а с другой стороны непостоянство, непрочность связи женщины с семьей, в которой она родилась. Дочери до замужества остаются в доме, а братья обязаны снабдить их приданым «како си могут». Наследство разделяется между детьми поровну без преимуществ старшинства. Напротив, младший пользовался той привилегией, что в его долю всегда входил дом со двором. Эта привилегия объясняется, вероятно, тем, что старшие братья ко времени открытия наследства успели уже обзавестись собственным хозяйством. Явление это не исключительно русское⁷.

       «Этот обычай наследования представляется разумным для поселенцев в новой стране, где есть еще  достаточно земли, которую стоит  только занять, и где сыновья, вырастая и женясь, выселяются и основывают свои собственных усадьбы. Но самый младший остается дома и несет заботы о старых отце и матери. Он есть хранитель очага, как говорят монголы, и по смерти стариков является естественным наследником семейного дома»⁸.

       Из  наследственной массы часть выделялась на церковь, «по душе», а часть выдавалась жене, если в семье происходил раздел. Муж не имел права наследования после жены. В случае если у умершего не оставалось ни сыновей, ни дочерей, имущество шло к князю, а после смерти лиц низшего класса, смердов, князь имел право на имущество даже при существовании дочерей, если не было сыновей. После матери наследуют те дети, у которых она проживала. Это объясняется тем, что оставляемая ей часть из имущества мужа была слишком незначительна, чтобы обеспечить ее существование, а потому сын или дочь, взявшие на себя содержание матери, в виде вознаграждения, получали оставшееся после нее имущество⁹.

       Таким образом, наследование ограничивается тесным кругом семьи, - боковые родственники не имеют никаких прав на наследство. Этот принцип постепенно изменяется в противоположную сторону и в расширении круга родственников, призываемых к наследованию, состоит сущность исторического развития русского наследственного права. Этот процесс происходит параллельно с ростом индивидуализма и постепенным ослаблением связи между членами родственного союза.

       Псковская Судная Грамота различает наследство, оставленное по завещанию, «приказное», и наследство, переходящее без  завещания, «отморщина». Прежнее отношение  между обоими основаниями нарушается, каждое получает самостоятельное значение. Существует некоторая разница в правах и ответственности тех и других наследников. Завещание, называемое «рукописанием» или «порядной», составляется в письменной форме. Круг лиц, призываемых к наследованию по закону, расширяется включением в него боковых родственников, а именно братьев и сестер и «ближнее племя», под которыми следует понимать, по мнению проф. Буданова, племянников. Наследственные права признаются не только за женою после мужа, но и обратно, притом не на часть только, а на пользование всем имуществом. Грамота призывает к наследованию и восходящих родственников, отца и мать¹⁰.

       В Московский период недвижимости приобретают  главное значение. Соответственно тому внимание законодателя в вопросе о наследовании сосредоточивается именно на этом предмете. С новым влиянием византийских преданий в XV столетии проникают римские начала наследования, которые переплетаются с потомственными отношениями. Различные виды вотчин обусловливали и различный порядок наследования в них, так, например, по закону 1627 года определено относительно жены: «а до вотчины им дела нет, опричь купленных вотчин». Поместья оставались под условием службы, а потому переход их стоял в зависимости от способности к военной службе. Однако судьба оставшихся без средств жены и дочерей умершего помещика не могла не интересовать законодателя. Сначала обязанность содержания семьи возлагалась на того, к кому переходило поместье. Неудобство такого порядка привело к мысли о необходимости выделить жене и дочерям часть поместья «на прожиток», т.е. обеспечить их пенсией. В XVI столетии размер этой части определялся в каждом отдельном случае, но в XVII столетии устанавливается общая норма. Эта доля равнялась 10, 15 или 20 четвертям со ста, смотря по тому, умер ли муж просто на службе, или в походе, или в бою. Впоследствии (указ 17 марта 1731 года) принята была, в виде общего правила, средняя цифра 15/100, которая составила приблизительно 1/7 часть. Эта доля распространилась и на вотчины по мере слияния их с поместьями. Относительно движимости в XVII веке установлена была, на основании византийских источников, 1/4 доля в пользу жены. Дочерям предоставлена была в движимости и недвижимости часть вдвое меньше, «против матерей в полы», т.е. 1/8 и 1/14¹¹.

       Круг  лиц, призываемых к наследованию по закону, в начале этого периода  продолжал оставаться в прежнем  объеме. Судебники не изменяют прежних  постановлений. Но в 1650 году издается указ, в силу которого «а будет ближе  того рода никто не будет, отдавать и дальним того рода родственникам». Такое постепенное расширение круга лиц, призываемых к наследованию, находится в противоречии с развитием индивидуализма. Сужение семьи должно бы было все более отстранять дальних родственников от участия в наследстве. Если же замечается как у нас, так и на Западе обратное, то это объясняется действием новых причин. Дело в том, что вопрос о наследовании и определение круга наследующих лиц разрешались не с точки зрения частноправовой, а со стороны политической. Государство было заинтересовано в том, чтобы наследство, в виде лена или поместья, связанное со службою, находило себе по возможности скорее преемника. Расширение круга наследников на почве родственного союза обеспечивало этот интерес государства. С течением времени утратилась политическая основа наследственного преемства, и сохранились только частные права там, где некогда были общественные обязанности.

       В самом начале императорского периода  мы видим попытку совершенно перестроить  весь наследственный порядок. Прельщенный примером Запада, особенно Англии, Петр I указом о единонаследии 1714 года установил переход всего имущества к одному сыну. Раздел наследства представлялся в глазах императора чрезвычайно вредным: раздробление имений уменьшает их экономическую ценность и отягощает крестьян, а вследствие того страдает правильное поступление податей, знатные фамилии беднеют и теряют свое значение, а наследники уклоняются от государственной службы. Слив вотчины и поместья в одно понятие недвижимых имуществ, Петр I установил необходимое единонаследие. Если наследодатель не назначал сам наследника из своих сыновей, то имущество переходило к старшему из них. Таким образом, завещательное право, успевшее значительно развиться, возвратилось к исходному пункту, - свобода завещателя состояла только в выборе члена семьи; завещания в пользу посторонних лиц не допускались. Однако закон о единонаследии встретил сильное противодействие в обществе, потому что затронул и стремился изменить самые близкие ему интересы. «Родители, по равной любви ко всем своим детям, употребляя все средства для того, чтобы разделить между ними свое имение по равным частям, прибегали для того к подложным продажам и закладам, обязывали детей великими клятвами, чтобы получивший после них свое имение передал часть его своим братьям; из-за наследства рождались между детьми и родственниками ссоры, ненависть, смертоубийства». Таковы официальные мотивы, по которым Анна Иоановна в 1731 году отменила закон о единонаследии. Насколько они соответствовали действительности, трудно сказать¹².

       Накопившиеся  в течение продолжительного периода  правила о наследовании были подвергнуты  в Своде Законов систематизации. С того времени постановления  по этому предмету весьма мало изменились. Завещательное право, оставшееся в  совершенно неопределенном состоянии вследствие недостатка законов, подвергалось нормированию со стороны закона 1831 года.

       Развитие  гражданского права в советский  период обозначено было тем, что вопрос о применении старого права решался  только отношении судебных органов. Некоторые ученые считают, что в 1917-1918 гг. наряду с законами советского государства временно действовали нормы старого права, которые по мере развития нового законодательства постепенно теряли силу.

       Декрет  ВЦИК «Об отмене права наследования» от 27 апреля 1918 г. отменил наследование, как по закону, так и по духовному завещанию. После смерти владельца имущество, ему принадлежащее, как движимое, так и недвижимое, становилось государственным достоянием РСФСР. Однако нуждавшиеся и нетрудоспособные родственники умершего могли получить имущество умершего впредь до издания декрета о всеобщем социальном обеспечении. Имущество, не превышавшее 10 тысяч рублей, переходило пережившему супругу или ближайшим родственникам независимо от их трудоспособности и нуждаемости. В инструкциях НКЮ по поводу данного декрета отмечалось, что не следует придавать особого значения лимиту в 10 тысяч рублей. Главное — источник приобретения наследуемого имущества, к тому же и деньги обесценивались. В те годы этот декрет оценивался как важный шаг к ликвидации частной собственности, но в дальнейшем исследователи пришли к выводу, что декрет отменил наследование лишь буржуазной собственности, но не трудовой¹³.

       Таким образом, можно говорить о том, что  идею полного отказа от наследования даже в этом Декрете не удалось провести. Несомненно, однако, что Декрет резко ограничил возможность перехода имущества по наследству и свел функции наследования к социально-обеспечительным¹⁴. Впрочем, практическое значение Декрета было невелико, поскольку так называемые эксплуататорские элементы были экспроприированы, т. е. лишены собственности и без отмены наследования, а трудящиеся и после смерти одного из членов семьи продолжали владеть и пользоваться имуществом, которое составляло основу их домашнего хозяйства.

       Все же последующее развитие наследственного  права, как в советский, так и в постсоветский период свидетельствует о постепенном отказе от тех ограничений в области наследования, которые имели место в первые годы Советской власти. Происходит расширение круга наследников по закону, закрепление принципа свободы завещания, расширение круга переходящих по наследству имуществ. История наследственного права в послеоктябрьский период доказывает, что нельзя вводить правовые нормы, противоречащие природе человека, — в конечном счете, они все равно будут сметены. Вот уж поистине, гони природу в дверь, она влетит в окно.

       В ходе последней по счету кодификации  наследственного права, получившей воплощение в части третьей ГК, законодательство о наследовании окончательно очищено от родимых пятен законодательных актов первых лет Советской власти. Ныне законодательство о наследовании строится по образцам, воспринятым из правовых систем государств с развитой рыночной экономикой, хотя в результате этого и произошло в известной мере ослабление социально-обеспечительной функции, которую наследование призвано выполнять (в частности, при формулировании правил об обязательной доле в наследстве — ст. 1149 ГК). В данном разделе стоит сказать отдельно несколько слов о таком понятии наследственного права, как отказ от наследства. В истории развития института наследования от права наследования, как и от всякого другого имущественного права, можно было отказаться. Такой отказ назывался отречением. Отречение было возможно только до осуществления права наследования, так как с принятием наследства право отречения прекращается. В случае безмолвного, подразумеваемого принятия наследства, то есть когда законный наследник совершил действия, подтверждающие фактическое принятие им наследства, не объявляя при этом формально судебному органу о принятии наследства, отречение от наследства признавалось невозможным. Отречение считалось свершенным, если наследник обращался в суд с формальным заявлением о нежелании вступить в наследство или совершал какой-либо другой акт, трактующий его действия только как отказ от наследства.

       Наследник мог обойтись и без формального  факта подачи заявления об отречении  от наследства. Право наследования прекращалось для наследника, если он в течение 10 лет не разыскивал наследство, и в данном случае право наследования прекращалось не по отречению, а по давности. Доля отказавшегося наследника вместе с лежащими на ней обязательствами присоединялась к другим сонаследникам, имеющим право на наследство. Если таковых наследников не имелось, доля отрекшегося наследника переходила к дальнейшим наследникам, получавшим право наследования только в связи с отречением предыдущего наследника. Данный вид отречения встречался достаточно редко, чаще всего в практике применялось квалифицированное отречение, то есть в пользу конкретного лица. Но квалифицированное отречение больше было похоже на отчуждение и, как правило, совершалось на возмездной основе.

§ 2. Правовое регулирование  формы и порядка  совершения завещания

       С развитием институтов частной собственности  на недвижимое имущество значительно  повысилась роль предоставления законодательной  возможности наследодателю в  определении конкретного лица или  конкретных лиц, которым он передает право владения своим имуществом посредством оформления соответствующего завещания в соответствии с нормой статьи 1111 ГК РФ.

       Таким образом, завещание - это личное распоряжение гражданина на случай смерти по поводу принадлежащего ему имущества с  назначением наследников, сделанное в предусмотренной законом форме.

       Гражданским законодательством предусматривается  предоставление каждому гражданину права оставить по завещанию все  свое имущество или его часть  одному или нескольким наследникам, как входящим, так и не входящим в круг наследников по закону, а также государству или отдельным государственным, кооперативным и другим общественным организациям, а также лишить права наследования одного, нескольких или всех наследников по закону, посредством специальной записи в завещании.

       Если завещание составляется завещателем в пользу нескольких лиц, он вправе уточнить в тексте завещания, в какой доле каждому из указанных им наследников завещается имущество. Части наследуемого имущества могут быть выражены в арифметических долях либо в процентах. Также допускается применение в завещании таких формулировок, как "все принадлежащее мне имущество", "другое имущество, ценные бумаги" и т.д. В таких случаях наследник будет иметь право на наследство по завещанию на все имущество, принадлежность которого наследодателю будет доказана документально. Если в завещании указано не все имущество, принадлежавшее наследодателю, то часть имущества, оставшаяся незавещанной, должна быть разделена между наследниками по закону, которые призваны к наследованию в соответствии с нормами наследственного права, регламентирующими наследование по закону. При этом в случае, когда в завещании не оговорены дополнительные условия наследования незавещанной части имущества наследодателя, в число указанных наследников должны быть включены и те наследники по закону, которым другая часть имущества была завещана наследодателем по завещанию. Общие правила определения долей наследников в завещанном имуществе установлены нормами статьи 1122 ГК РФ, в соответствии с которой имущество, завещанное двум или нескольким наследникам без указания их персональных долей в наследстве и без указания того, какие входящие в состав наследства вещи или права кому из наследников предназначаются, считается завещанным наследникам в равных долях.¹⁵