Ответственность за преступления против семьи

 

 

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ

 ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ 

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ –

УЧЕБНО-НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ КОМПЛЕКС»

Факультет Дистанционного обучения

 

Допустить к защите  «___»________ 20__ г.

 

                                                            Руководитель              __________________

Курсовая работа

 

по дисциплине «Уголовное право»

тема: «Ответственность за преступления против семьи (ст. 153, 154 УК)»

 

Работу выполнил(а) студент(ка) группа г. Орел	Замечания по работе
Работу проверил(а)

 

 

Курсовая работа защищена с оценкой _________  «___»__________ 20__ г.

 

Подпись преподавателя  ________________

 

г. Орел, 2013г.

СОДЕРЖАНИЕ

 

ВВЕДЕНИЕ………………………………………………………………………..3

ГЛАВА 1 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА И КЛАССИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СЕМЬИ

1.1 История развития  законодательства о посягательствах  на интересы семьи ……………………………………………………….8

1.2 Место преступлений  против семьи в системе преступлений  против семьи и несовершеннолетних ……………………............................18

1.3 Общая характеристика  преступлений против семьи……………..25

ГЛАВА 2 УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СЕМЬИ

2.1 Подмена ребенка …………………………………………………....30

2.2 Незаконное усыновление (удочерение)……………………………31

ГЛАВА 3 ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ И ЗАЩИТА СЕМЕЙНЫХ ПРАВ

3.1 Осуществление семейных прав…………………………………….34

3.2  Защита семейных  прав……………………………………………..39

ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….50

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ……………………………52

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

Актуальность работы. Статья 16 (ч. 3) Всеобщей Декларации прав человека гласит, что семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства. Главная функция, выполняемая семьей, - это функция воспроизводства и нравственно-психологического воспитания детей. Именно в семье закладываются первичные навыки общественной жизни, появляется первоначальный опыт, а также формируется фундамент дальнейшего развития личности. И от того, каким он будет, во многом зависит будущее человека и гражданина, а, в конечном счете, и общества. Значение семьи в жизни общества трудно переоценить. И поэтому перед государством стоит задача всемерного укрепления семьи, создания благоприятных условий для ее функционирования и выполнения ею своего назначения. Не менее важной по значению и взаимосвязанной с предыдущей является задача обеспечения нормального развития и воспитания детей. Декларация о правах ребенка 1959 г. содержит принцип: ребенку законом и другими средствами должна быть обеспечена социальная защита и предоставлены возможности и благоприятные условия, которые позволили бы ему развиваться физически, умственно, нравственно, духовно и в социальном отношении здоровым и нормальным путем и в условиях свободы и достоинства. Статья 6 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» устанавливает, что ребенку в Российской Федерации от рождения принадлежат и гарантируются государством права и свободы человека и гражданина в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Семейным кодексом Российской Федерации и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Конституция РФ (ч. 1 ст. 38) декларирует, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Одним из многообразных средств обеспечения государственной защиты семьи и ребенка является установление уголовной ответственности за ряд посягательств на нормальное существование семьи и развитие несовершеннолетних. Нормы, предусматривающие ответственность за эти преступные деяния, объединены в гл. 20 УК «Преступления против семьи и несовершеннолетних ». С учетом видового объекта названные преступления можно подразделить на две группы:

1) преступления против  несовершеннолетних, к которым относятся  вовлечение несовершеннолетнего  в совершение преступления - ст. 150 УК; вовлечение несовершеннолетнего  в совершение антиобщественных действий - ст. 151 УК; неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего - ст. 156 УК; злостное уклонение от уплаты средств по решению суда на содержание детей - ч. 1 ст.157 УК;

2) преступления против  семьи - подмена ребенка - ст. 153 УК; незаконное усыновление (удочерение) - ст. 154 УК; разглашение тайны усыновления (удочерения) - ст. 155 УК; злостное уклонение от уплаты средств на содержание нетрудоспособных родителей (ч. 2 ст. 157 УК). Следует отметить, что подобное подразделение во многих случаях является условным, так как ряд преступлений посягают как на интересы семьи, так и на интересы детей (например, разглашение тайны усыновления), поскольку эти интересы взаимосвязаны, взаимообусловлены, и разделить их можно только на теоретическом уровне с целью облегчения процесса изучения.

Степень исследованности проблемы. Вопросы, касающиеся проблемы преступлений в сфере семьи нашли отражение в работах С.В. Познышева, В.В. Есипова, А. Лохвицкого, С.В. Бородина, Е.В. Виноградовой, В.Н. Зырянова, П.Н. Панченко и многих других авторов. Значительное число научных работ посвящено раскрытию различных аспектов данной проблемы.

Объект исследования данной работы - общественные отношения, складывающиеся в сфере регулирования преступлений против семьи.

Предмет исследования - комплекс нормативно - правовых актов, научной литературы и судебной практики, устанавливающий уголовную ответственность за преступления против семьи.

Цель исследования - изучение и анализ законодательства и уголовно-правовой характеристики преступлений против семьи.

Задачи работы:

- изучить история развития законодательства о посягательствах на интересы семьи;

- охарактеризовать место преступлений против семьи в системе преступлений против семьи и несовершеннолетних;

- дать уголовно-правовую характеристику преступлений против семьи;

- проанализировать основные  проблема осуществления и защиты семейных прав.

Методологической базой работы являются фундаментальные теоретические исследования в области изучения проблем преступлений против семьи таких отечественных авторов как А.А. Магомедов, А.Г. Кибальник,  И.Г. Соломоненко, Г.П. Новоселов, А.Е. Якубов, И.Н. Туктарова и др.

Основные положения данной работы, выносимые на защиту:

1) Уголовное законодательство выступает одним из важнейших средств защиты семьи и ребенка от преступных посягательств на общественные отношения, обеспечивающие нормальное физическое, интеллектуальное, нравственное развитие и воспитание несовершеннолетних, а также правильное, отвечающее потребностям личности и общества функционирование семьи. Под преступлениями против семьи и несовершеннолетних понимаются общественно опасные посягательства, непосредственно нарушающие (или создающие угрозу нарушения) общественные отношения, обеспечивающие нормальное физическое, интеллектуальное и нравственное воспитание несовершеннолетних, надлежащее функционирование семьи, существование несовершеннолетних детей и нетрудоспособных родителей. 

2) По непосредственному объекту эти преступления можно дифференцировать на две группы: 1) преступления против семьи: подмена ребенка (ст. 153 УК); незаконное усыновление (удочерение) (ст. 154 УК); разглашение тайны усыновления (удочерения) (ст. 155 УК); злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей, или  нетрудоспособных родителей (ст. 157 УК); 2) преступления против несовершеннолетних: вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК); вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК); неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего (ст. 156 УК).

3) Подмена ребенка - это замена одного новорожденного ребенка другим в родильном доме, доме ребенка либо в ситуации, когда мать младенца либо его родственники или законные представители не имеют возможности идентифицировать своего ребенка и обнаружить подмену (например, до первого кормления его матерью, при передаче его отцу или другим законным представителям в случае смерти матери и т.п.).

4) Общественная опасность подмены ребенка (ст. 153 УК РФ) заключается в лишении родителей права воспитывать своего ребенка.  Объектом являются семейные отношения в области получения несовершеннолетним воспитания, общения со своими единокровными родителями, а также интересы родителей в воспитании своего ребенка. По смыслу данной статьи, что признается большинством специалистов, потерпевшим является новорожденный ребенок, индивидуальные признаки и особенности которого по тем или иным причинам еще в полной мере не осознаются его родителями или законными представителями.

5) Незаконное усыновление (удочерение) (ст. 154 УК РФ). Общественная опасность преступления состоит в том, что в результате такой деятельности может быть причинен ущерб жизни, здоровью, нормальному нравственному и физическому развитию несовершеннолетнего. Кроме того, если факт усыновления (удочерения), передачи под опеку (попечительство) или на воспитание в приемную семью будет признан недействительным, это может нанести серьезную психологическую травму, как несовершеннолетнему, так и лицам, которым он был передан на воспитание, если последние не преследовали корыстных или иных низменных побуждений. Непосредственным объектом преступления являются семейные отношения, интересы, возникающие между усыновленным (удочеренной) и усыновителем (удочерителем), опекуном (попечителем) и подопечным, воспитанником и членами приемной семьи в части их нормального становления и развития.

Структура работы. Курсовая работа состоит из введения, трех глав, 7 параграфов, заключения, 13 использованных источников, 52 страниц.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ГЛАВА 1 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА И КЛАССИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СЕМЬИ

1.1 История развития законодательства  о посягательствах на интересы  семьи

 

Ответственность за нарушение интересов семьи в Древней Руси регулировалась в основном церковным законодательством. Согласно ст. 9 Устава князя Владимира (980-1015гг.) церковным судам подлежали виновные в кровосмешении («в племени или в сватьстве поимуться»). Однако уже Устав князя Ярослава (1015-1054гг.) предусматривал ответственность не только церковно-правовую, но и уголовную и гражданскую. Так, направленная против языческого брачного обычая умыкания невесты ст. 2 Устава князя Ярослава предусматривала за «умычку» чьей-либо дочери материальную ответственность перед церковной властью и перед князем. Наряду с уголовной ответственностью перед высшими авторитетами - церковью и государством - в статье устанавливалась и гражданско-правовая ответственность перед потерпевшей. Кроме того, Устав Ярослава предусматривал ответственность за двоеженство, кровосмешение, невыдачу замуж и насильственную выдачу замуж девки или насильственную женитьбу отрока, рождение внебрачного ребенка, т.е. ребенка, рожденного не в церковном браке, за связь русской девушки с лицами, исповедовавшими религии Востока.

В дальнейшем Русская Правда как документ, имеющий непосредственное отношение к судебной практике Великого князя, не содержал каких-либо норм, охраняющих общественные отношения, субъектом которых выступал несовершеннолетний. Ее внимание было сосредоточено в основном на защите имущественных отношений детей нормами семейного и наследственного права. Это в частности, положения о назначении опекунов над детьми и принадлежащем им имуществе в случае смерти отца (ст. 99 Пространной редакции), о защите интересов младшего сына в случае отсутствия завещания после смерти отца (ст. 100), об ответственности матери, «растерявшей» имущество детей от первого брака (ст. 101) и т.д.

Таким образом, на начальном этапе существования Русского государства и права обнаруживается лишь зарождение некоторого интереса властей к проблеме ответственности за преступления против семьи. В силу логики развития уголовного права такой интерес появлялся в большей степени в виде создания правовых запретов на отдельные формы поведения, объективно причинявшие вред семье. Значительная часть интересов семьи оставалась за рамками уголовно-правовой охраны.

Дальнейшее развитие норм об ответственности за преступления против семьи связано с изданием Уложения царя Алексея Михаиловича - (Соборного Уложения) 1649 г. и с Новоуказными статьями о татебных, разбойных и убийственных делах 1669 г. Уголовное уложение 1649 г. менее подробно регулировало семейные отношения. Однако в ряде статей о преступлениях против ближайших родственников (ст. 1-7) имелась норма, предусматривавшая ответственность детей за отказ кормить и ссужать родителей при старости (ст. 5).

Эпоха Петра I, характеризовавшаяся ломкой традиций московского государства и зарождением новой европеизированной российской культуры, ознаменовалась определенным позитивным поворотом в отношении к детям, прежде всего, поворотом со стороны государства.

Сохранение социального статуса ребенка не требовало специального пересмотра уголовно-правовых положений относительно их защиты. Источником уголовного права оставалось Уложение Алексея Михайловича. В то же время законотворческая деятельность Петра I привела к появлению некоторых уголовно-правовых норм, закрепленных в Воинском (1716) и Морском (1720) артикулах, среди которых были нормы и о семьи. Артикул 176 предусматривал ответственность холостого человека за рождение внебрачного ребенка, возлагая на него обязанность дать денег на содержание матери и ребенка, «и сверх того тюрмою и церковным покаянием имеет быть наказан, разве что он потом на ней женитца».

Номенклатура преступлений против несовершеннолетних на протяжении XVIII столетия постепенно пополнялось, причем как за счет формулирования составов правонарушений законодателем, так и большей частью посредством создания судебных прецедентов.

Анализ отечественного законодательства X-первой трети XIX в. свидетельствует о достаточно устойчивой тенденции расширения сферы применения уголовного закона для охраны интересов семьи, что нашло выражение в увеличении количества нормативно-правовых актов и коренном изменении их содержания под воздействием идей гуманизма и просвещения.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных во всех своих редакциях сохранило заложенную в т. XV Свода законов 1832 г. издания структуру Особенной части, которая охраняла интересы несовершеннолетних как в специально выделенных главах о преступлениях против семьи и против воспитания юношества, так и в иных нормах, предусматривавших ответственность за преступления против детей.

Группа норм, защищавшая интересы семьи в России второй половины XIX в., содержалась в Разделе XI «О преступлениях против прав семейных». Он включал в себя четыре главы: первую - о посягательствах на охраняемые законом «условия прочности и чистоты супружеского союза»; вторую - о нарушениях прав и обязанностей родителей в отношении детей или наоборот; третью - о преступлениях против «союза родственного» и четвертую - о злоупотреблении властью опекунов и попечителей. Подобное строение раздела элементарно объяснялось составом семьи, в которую входили союз супружеский и союз родителей и детей.

Большой интерес представляют нормы о нарушении власти родителей, которые непосредственно затрагивали интересы семьи, подмене младенцев с целью скрыть их происхождение или состояние либо без таковой (ст. 1856-1858), а также об оставлении у себя неизвестного либо известного младенца (ст. 1859).

Большое внимание ответственности за преступления против семьи и несовершеннолетних уделило Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Нормами отделения 1 гл. 1 разд. 11 регулировалась ответственность за противозаконное вступление в брак. Наказуемы были различные виды похищения женщины для вступления в брак: против ее воли - ч. 1 ст. 1549, с ее согласия - ч. 2 ст. 1549, с насилием - ст. 1550, посредством напитков - ст. 1551, участие в том священника - ст. 1552. Ответственности подлежали также присутствовавшие при похищении свидетели - ст. 1553. 
Преступлением для лиц православного исповедания являлось вступление в четвертый брак и вступление в брак без дозволения начальства (ст. 1565) или против решительного запрещения родителей или без испрошения их согласия (ст. 1566). Для состоящего в браке преступлением было прелюбодеяние (ст. 1585). Оставались уголовно наказуемыми вступление в брак с родственником или свойственником (ст. 1559) и кровосмешение (ст. 1593, 1594, 1596). Отделение 1 гл. 2 указанного раздела предусматривало ответственность за злоупотребление родительской властью. В частности, за принуждение детей к браку (ст. 1586), вовлечение детей в преступление (ст. 1587), развращение несовершеннолетних (1588). В гл. 4 этого раздела была предусмотрена ответственность за принуждение к вступлению в брак (ст. 1599) и ответственность опекунов и попечителей за вовлечение в преступление. В отделении 1 гл. 4 разд. 8 «О соблазнительном и развратном поведении и о противоестественных пороках» предусматривалась ответственность за склонение лицами, имеющими надзор за малолетними и несовершеннолетними, к непотребству и другим порокам (ст. 993)1.

Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, 1864 г. также содержал небольшую гл. 12 «О проступках против прав семейственных», в которой предусматривалась ответственность детей, имеющих достаточные средства, за отказ в доставлении нуждающимся родителям необходимых для жизни пособий (ст. 143) и ответственность родителей и лиц, обязанных иметь попечение о ребенке, «за подкинутие или оставление ребенка, однако не в таких местах, где нельзя ожидать, что он будет найден другими» (ст. 144).

Большинство исследователей рассматривали указанные преступления в качестве самостоятельных деликтов. Однако В.В. Есипов полагал, что похищение, подмена и самовольное удержание представляют собой три формы одного деяния - похищения детей в широком смысле слова. Сами преступления также трактовались не однозначно. К примеру С.В. Познышев под похищением понимал «противозаконное взятие ребенка от его родителей или лиц и учреждений, заступающих место родителей, с намерением навсегда изъять его из-под охраны и власти означенных лиц или учреждений и навсегда лишить последних этого ребенка», полагая, что взятие с иными целями не является похищением. Аналогичные цели могла преследователь и подмена ребенка. Именно тождественность намерений позволила В.В. Есипову приравнять подмену к похищению. Под подменой, так же, как и в современном законодательстве, понималась замена ребенка одной матери ребенком другой. При этом так же остро, как и сейчас, стояла проблема определения возраста потерпевшего. С.В. Познышев писал, что подмена может иметь место «лишь в отношении детей самого нежного возраста», не указывая его при этом. В.В. Есипов указывал, что «только лишь младенец или дитя могут не иметь представления о своем происхождении или о своих родителях.. Ввиду сего преступления эти могут быть учинены только над детьми в самом раннем их возрасте, примерно не более 7 лет, в зависимости от большей или меньшей развитости ребенка». Аналогичного мнения придерживался и А. Лохвицкий, который утверждал, что подмена и похищение возможны по общему правилу лишь в отношении новорожденных или грудных младенцев либо в порядке исключения и в отношении детей более старшего возраста, если «дитя со дня рождения было отдано матерью на кормление вне дома..., пока мать не ознакомилась с ребенком или ребенок не освоится со своим настоящим положением». Что касается похищения детей старше 7 или 10 лет, то автор справедливо полагал, что оно возможно только в форме насильственного задержания, что образует совершенно иной состав преступления. Практически аналогично решался вопрос относительности возраста потерпевшего при оставлении ребенка, с той лишь разницей, что его минимальный порог повышался до того момента, с которого ребенок мог самостоятельно ходить.

Норма, предусматривавшая ответственность за оставление ребенка, имела достаточно сложную юридическую конструкцию. В первой, второй и третьей частях ее говорилось об оставлении у себя неизвестного ребенка на различный срок, соответственно: до одной недели, более одной недели и в течение месяца.

Субъектом рассматриваемых преступлений могло быть любое лицо, за исключением родителей и опекунов ребенка. Статистика того времени свидетельствует, что среди осужденных за похищение или подмену младенцев 66% составляли женщины.

Уголовное уложение 1903 г. объединило в одну главу преступления против брачного союза и преступления против детей - гл. 19 «О преступных деяниях против прав семейственных». Особенно подробно Уложением 1903 г. регламентировались преступления против семьи, к которым следует отнести понуждение к вступлению в брак (ст. 408), вступление в брак с лицом, которое заведомо не могло понимать значения им совершаемого, вследствие расстройства душевной деятельности (ст. 409), «сокрытие обстоятельств ко вступлению в брак» (ст. 410), брак с родственниками или свойственниками (ст. 411), двоеженство (ст. 412), брак с лицом, не достигшим брачного возраста (ст. 412), с нехристианином (ст. 415), без согласия родителей (ст. 417), прелюбодеяние состоящего в браке или состоящей в браке (ст. 418), отказ доставить пропитание и содержание своим, заведомо в том нуждающимся, матери или отцу, если виновный имел к тому достаточные средства (ч. 1 ст. 419), упорное неповиновение родительской власти или грубое обращение с матерью или законным отцом (ч. 2 ст. 419), вступление в брак вопреки родительскому воспрещению матери или отца, если виновный не достиг 21 года (ч. 3 ст. 419). Преступлениям против несовершеннолетних в Уголовном уложении 1903 г. было посвящено лишь две статьи. Статья 120 предусматривала ответственность родителя, опекуна, попечителя или имеющего надзор за несовершеннолетним, виновного: 1) в жестоком обращении с не достигшим 17 лет, 2) в обращении до 17 лет к нищенству или иному безнравственному занятию, 3) в принуждении (до 21 года) ко вступлению в брак. Статья 423 предусматривала ответственность лица, обязанного иметь ответственный надзор за малолетним или иным, отданным ему в установленном порядке, лицом, виновного в оставлении такого лица без надлежащего надзора, если вследствие этого поднадзорным учинено тяжкое преступление или преступление. В гл. 13 «О нарушении постановлений о надзоре за общественной нравственностью» содержалась ст. 283, предусматривавшая ответственность за обращение лица моложе 17 лет в нищенство или иное безнравственное занятие.

Октябрьские события 1917 г. не только прервали процесс поступательного развития российского общества, но и направили его в принципиально новое русло, провозгласив в качестве идеалов социального устройства государственную собственность, равенство сословий и полов, секуляризацию власти и быта. После Октябрьской революции наряду с декретами, направленными на борьбу с детской беспризорностью и безнадзорностью, на ограничение уголовной ответственности несовершеннолетних, были приняты меры, предусматривающие уголовную ответственность за преступления против несовершеннолетних. Так, 4 марта 1920 г. СНК принял декрет «О делах несовершеннолетних, обвиняемых в общественно опасных действиях», на основании которого в том же году была издана Инструкция комиссиям по делам несовершеннолетних, обязывающая комиссии привлекать к судебной ответственности взрослых за вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность и соучастие с ними, за сводничество, склонение к проституции и половым извращениям, за эксплуатацию труда несовершеннолетних и жестокое с ними обращение.

Первые уголовные кодексы РСФСР отказались от подробного регламентирования ответственности за преступления против семьи и несовершеннолетних. Уголовный кодекс РСФСР, принятый в 1922 г. согласно ст. 5 имел своей задачей «правовую защиту государства трудящихся от преступлений и от общественно опасных элементов» и осуществлял эту защиту «путем применения к нарушителям революционного правопорядка наказания и других мер социальной защиты». Следует отметить, что Особенная часть УК РСФСР характеризовалась незначительной проработкой проблем охраны интересов семьи.

Таким образом, законодатель отказался от вычленения в структуре УК самостоятельной главы о преступлениях против семьи, которое сохранялось вплоть до 1996 г. Тем не менее, говорить о том, что Особенная часть УК была совсем равнодушна к обеспечению интересов семьи нельзя.

В самостоятельной статье (ст. 165-а) законодатель установил ответственность родителей за нарушение обязанностей по содержанию детей. Наказание в виде принудительных работ или лишение свободы сроком до 6 месяцев со штрафом до 500 рублей грозило тем из них, кто не уплачивал алименты (средства на содержание детей) и вообще оставлял несовершеннолетних детей без надлежащей поддержки.

Существенной гарантией охраны несовершеннолетних от посягательств внутри семьи была и ст. 46, которая причисляла к числу возможных мер социальной защиты лишение родительских прав, которое, могло иметь место при «неправомерном их осуществлении» (ст. 153 Кодекса законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве).

Рассмотренная система уголовно-правовых норм просуществовала неизменной до 1926 г. когда был принят второй УК РСФСР. Вместе с тем принципиальных изменений в нее новый Кодекс не внес. Перечень преступлений, нарушающих интересы формирования личности несовершеннолетних, был в первоначальной редакции УК 1926 г практически идентичным перечню УК 1922 г. Так, ст. 88 предусматривала ответственность за сокрытие обстоятельств, препятствующих вступлению в брак, а равно сообщение ложных сведений органам, ведущим регистрацию актов гражданского состояния. Впервые была введена уголовная ответственность за похищение, сокрытие или подмену чужого ребенка с корыстной целью, из мести или иных личных побуждений (ст. 149). Сохранялась ответственность за неплатеж алиментов на содержание детей (ст. 158). В 1935 г. была введена уголовная ответственность за подстрекательство несовершеннолетних или привлечение их к участию в различных преступлениях, а также за понуждение несовершеннолетних к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и т.п. (ст. 732) и за использование опеки в корыстных целях и оставление опекаемых детей без надзора и необходимой материальной помощи (ст. 1581). В 1928 г. Уголовный кодекс был дополнен гл. 10 «Преступления, составляющие пережитки родового быта». Нормы главы регулировали ответственность за такие преступления, как уплата выкупа за невесту (калыма) (ст. 196), принуждение женщины ко вступлению в брак или к продолжению брачного сожительства, а равно похищение ее для вступления в брак (ст. 197), вступление в брак с лицом, не достигшим половой зрелости, или понуждение к заключению такого брака (ст. 198), двоеженство или многоженство (ст. 199). Действие этой главы распространялось лишь на те автономные республики, где указанные действия являлись пережитками родового быта.

27 октября 1960 г Верховный Совет РСФСР утвердил новый уголовный кодекс РСФСР, в котором получили дальнейшее развитие многие законодательные решения, оформившиеся к середине XX столетия.

УК РСФСР 1960 г не знал самостоятельной главы о преступлениях против семьи нормы, защищавшие ее, были рассредоточены по нескольким павам, причем традиционно несовершеннолетие потерпевшего учитывалось в них либо в качестве квалифицирующего признака, либо в качестве условия криминализации деяний. Однако наиболее значимыми в деле охраны интересов подрастающего поколения необходимо считать следующие нормы.

Статья 122 устанавливала ответственность за злостное уклонение родителей от уплаты по решению суда (а в дальнейшем и по постановлению народного судьи) средств на содержание несовершеннолетних детей или от содержания состоящих на их иждивении совершеннолетних, но нетрудоспособных детей.

Интересы лиц, находившихся под опекой, защищала ст. 124 допускавшая наказание за использование опеки в корыстных целях, иными словами, за причинение имущественного вреда подопечному или оставление подопечных без надзора и необходимой помощи, под которым понималось более-менее длительное, продолжительное, систематическое невыполнение опекуном своих обязанностей.

Охрана лиц, оставшихся без попечения родителей, была усилена в 1970 г, когда УК РСФСР был дополнен ст. 124, установившей ответственность за разглашение тайны усыновления против воли усыновителя, а также в 1993 г., когда в УК была включена ст. 162, установившая ответственность за незаконную деятельность по усыновлению детей, совершенною в течение года после наложения административного вытекания за такое же нарушение2.

Другая норма УК РСФСР о преступлениях против детей предусматривала ответственность за посягательства на их свободу. Так. Ст. 125 карала лишением свободы сроком до 7 лет похищение или подмен ребенка, совершенный из корыстных или иных низменных побуждений, отсутствие этих мотивов влекло наказание до 1 года лишения свободы.

Подменом ребенка следует считать случаи, когда родителям подменяют их ребенка других. Такое преступление может быть совершено вскоре после родов ребенка, когда матери вручается ребенок, рожденный не ею, а другой женщиной. Разумеется, что подмен может иметь место и при других обстоятельствах».

Под корыстными низменными побуждениями, о которых говорилось в ч. 1 ст. 125 УК РСФСР, подразумевалось похищение ребенка с целью незаконного обогащения, извлечения личной выгоды, получения выкупа, совершения преступления из чувства мести и т.д.

Позднее, в 1993 г. редакция статьи была изменена. На ее основе возникли две нормы: ст. 125 - подмен ребенка с санкцией до 5 лет лишения свободы и ст. 125 - похищение человека, ч. 2 которой устанавливала наказание до 10 лет лишения свободы, если похищенный был несовершеннолетним.

Таким образом, несмотря на отсутствие особой главы о преступлениях против несовершеннолетних, УК РСФСР содержал немалое количество норм, ориентированных на защиту их личных, семейных, имущественных и иных интересов. На базе опыта прежних уголовных кодексов законодательство об ответственности за преступления против семьи и несовершеннолетних получило дальнейшее развитие в Уголовном кодексе 1996 г. В частности, основные составы преступлений этой категории были предусмотрены в отдельной главе (20-й), впервые была введена ответственность за неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего (ст. 156).

 

 

1.2 Место преступлений против  семьи в системе преступлений  против семьи и несовершеннолетних

 

Уголовный кодекс РФ, обособив преступления против семьи и несовершеннолетних в самостоятельную главу, тем не менее, не дал нормативного определения их понятия. Преступление, в котором потерпевшим выступает несовершеннолетний, может быть охарактеризовано с криминологической точки зрения как любое реально совершенное общественно опасное деяние, в результате которого несовершеннолетнему причинен физический, имущественный или моральный вред, а также с позиций уголовного права как деяние, законодательно определенный состав, которого предусматривает несовершеннолетие потерпевшего в качестве одного из признаков, при этом оно может быть указано в качестве признака основного либо квалифицированного составов преступления.

Определение понятия преступлений против семьи и несовершеннолетних можно начать с краткой характеристики их объективной и субъективной сторон. Большая часть преступлений Главы 20 имеет формальный состав, что накладывает отпечаток на момент окончания преступления считаются совершенными со времени выполнения субъектом описанного в диспозиции статьи действия или бездействия последствия преступления находятся за рамками большей части составов, однако их определение и установление является необходимым. В качестве последствий анализируемых посягательств следует признать угрозу физической, интеллектуальной, нравственной деградации и социальной дезориентации несовершеннолетнего.

Следует отметить, что в результате совершения преступления вред причиняется не только объекту как некоторой группе общественных отношений, но и непосредственно жертве преступления - несовершеннолетнему.

Уголовному праву известно три вида вреда имущественный, физический и моральный Очевидно, что в рассматриваемых случаях преступлением являются два последних вида. Физический вред состоит в причинении физической боли, телесных повреждений, расстройства здоровья. Моральный вред заключается в «нарушении нормального психологического состояния человека, вызванного преступным посягательством», в нарушении психологического благополучия, душевного равновесия личности потерпевшего. Моральный вред сопровождает каждый случай совершения преступления против несовершеннолетнего, даже при отсутствии вреда физического. Все же на практике разграничение понятий морального и физического вреда не является существенным, поскольку причинение вреда в любой из этих норм есть достаточное основание для признания лица потерпевшим.