Влияние тревожности на успешность обучения

ВВЕДЕНИЕ.

        В  современной школе успешность  обучения определяется многими  факторами: мотивация, личностная направленность, особенности взаимоотношений ученика  с педагогом. Но при всем этом, успешность определяется и такими  личностными особенностями, устойчивыми качествами как самостоятельность, активность, тревожность, ригидность, астеничность. В нашем исследовании мы остановимся на такой устойчивой психологической особенности личности как тревожность.

        Проблема изучения тревожности весьма актуальна, о чем говорят исследования З.Фрейда, К.Э.Изарда, Ю.М.Ханина, А.Аболина, М.Д.Левитова, Б.И.Кочубей, А.М.Прихожан, Е.В.Новиковой и др.

        З.Фрейд  определил  тревожность как неприятное  переживание, выступающее сигналом  предвосхищающей опасности. К.Э.Изард определил тревожность как склонность индивида к переживанию тревоги, характеризующееся низким порогом возникновения реакции тревоги. Б.И.Кочубей определяет тревожность как ощущение непредвиденной угрозы, чувство опасности, сопровождающееся ожиданиями и чувством неуверенности, волнения.

        В  последнее десятилетие в связи  с резкими изменениями в жизни  существенно усилился интерес  психологов к изучению тревожности. Неопределенность и непредсказуемость  будущего вызывает у большого  числа людей состояние эмоциональной напряженности.

        Изучение  состояния психического здоровья  современной молодежи очень актуально  ввиду быстрых изменений социально-экономической  ситуации. Одним из наиболее частых  проявлений переживания человеком  эмоционального дискомфорта, связанного с предчувствием грозящей опасности, является тревожность.

        Значительная  часть современных зарубежных  и отечественных исследований  посвящена установлению коррелятивных  зависимостей между тревожностью  и личностными, интеллектуальными особенностями.

        Различаются  ситуативная тревожность, характеризующая  состояние человека в конкретный  момент, и личностная тревожность  – как относительно устойчивое  личностное образование. Ситуативная  тревожность характеризуется субъективно  переживаемыми эмоциями: напряжением, беспокойством, озабоченностью, нервозностью. Личностная тревожность активизируется при восприятии определенных стимулов, расцениваемых человеком как опасные, связанные со специфическими ситуациями угрозы его престижу, самооценке, самоуважению.

        Ранний  юношеский возраст приходится  на школьный период, поэтому проблемы  старшеклассников касаются преимущественно  страхов и тревог, связанных с  самоутверждением в среде сверстников  и окружающем социуме, с проблемой  выбора направления предстоящей взрослой жизни, а также с учебной деятельностью.

        Целью  нашего исследования явилось  изучение влияния уровня тревожности  на успешность реализации способностей  мыслить математическими аналогиями.

        Объектом  исследования стала тревожность как личностное образование.

        Предметом исследования является высокая тревожность, препятствующая успешности реализации математических способностей.

        Гипотезой  послужило предположение о том, что высокий уровень тревожности  не позволяет реализовать достаточно высокие способности математического мышления.

        Исходя  из цели и гипотезы исследования, вытекают следующие задачи:

1. Изучить литературу по проблеме тревожности, по проблеме математических способностей.
2. Провести диагностику уровня тревожности по методике «Шкала тревожности Ч.Д.Спилберга – Ю.Л.Ханина».
3. Провести диагностику уровня способностей мыслить математическими аналогиями по методике А.Г.Гайштута.
4. Проанализировать полученные результаты и сделать выводы.

        Наше исследование проводилось на базе МОУ №3, №6.

ГЛАВА I. ТРЕВОЖНОСТЬ КАК СВОЙСТВО ЛИЧНОСТИ.

§1.1 Понятие тревожности как эмоционального состояния.

     Тревога — это эмоциональное переживание, а тревожность — психологическая особенность, устойчивое свойство человека, характерная для него черта. Склонность человека к переживанию тревоги является одним из основных параметров индивидуальных различий.

     Вместе с тем термин тревожность часто используется в более широком смысле для обозначения и переживания, и устойчивой черты. Так, например, в психодиагностической методике Ч. Спилберга (в России известной в модификации Ю.Л. Ханина) различаются ситуативная тревожность, характеризующая состояние человека в конкретный момент, и личностная тревожность — как относительно устойчивое личностное образование.

     Когда речь заходит о тревожности и страхе, то разные авторы указывают на разные критерии их различения. Можно выделить, пожалуй, пять наиболее известных и описанных в психологической литературе критериев, позволяющих размежевать эти понятия.

     Первый критерий — степень конкретности угрозы, опасности, на которую реагирует человек. Страх при этом рассматривается как реакция на реальную, предметно-определенную опасность, а тревожность считается переживанием неопределенной, диффузной, смутной угрозы, не имеющей четко осознаваемого объекта и очень часто попросту воображаемой.

      Второй критерий — направленность угрозы. Страх возникает тогда, когда нечто грозит самому существованию человека, целостности его организма, то есть в случае «витальной угрозы», а тревожность — когда, опасность связана с разрушением ценностей человека, его отношений с другими людьми, его потребностей, иначе говоря, когда угроза является личностной. Как отмечает Ф. Перлз (цит. по А.М.Прихожан): «Я склонен считать, что всякая тревога есть боязнь перед публикой. Если это не боязнь перед публикой (т.е. связанная с исполнением), тогда рассматриваемое явление есть страх. Или тревога является попыткой преодолеть страх «ничто», часто представляемое в форме «ничто = смерть» [30].

       Третий критерий — способ реагирования человека. От страха человек ведет себя либо астенически, либо астенически. В первом случае он проявляет невероятную активность или вступает в схватку с предметом страха, демонстрируя неожиданную силу. Во втором случае человек просто цепенеет, теряя вообще способность к активности. Тревожность обычно порождает другой способ реагирования — недифференцированную поисковую активность.

     Четвертый критерий — сложность организации переживания. Страх, будучи базовой, фундаментальной эмоцией, устроен проще, чем тревожность, которая рассматривается как некая «надстройка», формирующаяся на основе страха в комбинации с другими базовыми эмоциями, а потому имеющая более сложную организацию.

      Пятый критерий — интенсивность переживания. Так, иногда полагают, что можно выстроить следующий ряд переживаний по степени их возрастания: тревога, опасение, боязнь, испуг, ужас. Последние четыре состояния характеризуют разные оттенки страха. Однако большую популярность приобрела концепция явлений тревожного ряда Ф.В. Березина, в которой выделены эмоциональные состояния, закономерно сменяющие друг друга по мере нарастания состояния тревоги: ощущение внутренней напряженности, раздражительность, собственно тревога, страх, ощущение неотвратимости надвигающейся катастрофы, тревожно-боязливое возбуждение.

      Разделение страха и тревожности по способу реагирования довольно условно, так же как и рассмотрение тревожности в качестве комбинации разных базовых эмоций.

      Тревога, так же как и страх и надежда, - особая, предвосхищающая эмоция. Это описал основатель гештальт-терапии Ф. Перлз: «…Формула тревоги очень проста: тревога – это брешь между сейчас и тогда»[43] .

       Тревожность – это одна из наиболее сложных проблем современной психологической науки.

       Но одновременно это одна из наиболее используемых в диагностической практике категорий – как диагностических, так и объяснительных, интерпретационных. Когда речь идет о влиянии тревожности на поведение и развитие личности, о саморегуляции состояния тревоги, о тревожном типе личности, о «работе с тревогой», способах преодоления устойчивой тревожности и т.д. – сравнительно легко достигается взаимопонимание между специалистами, вне зависимости от их теоретических взглядов.

       Сложность применения известных точек зрения к анализу тревожности связана, по крайней мере, с двумя обстоятельствами. Во-первых, разграничение внешней и внутренней, определенной и неопределенной угрозы возникает в онтогенезе довольно поздно. Во-вторых, разграничение «витальной» и «социальной» угрозы часто достаточно искусственно, во всяком случае, для детей.

       Продуктивен подход к пониманию тревожности и проблеме различения тревоги и страха с позиции введенного известным отечественным психиатром Ф.Б. Березиным понятия «явления тревожного ряда» [36]. Этот подход позволяет провести различия между конкретным страхом как реакцией на объективную, однозначно понимаемую угрозу, и иррациональным страхом, возникающим при нарастании тревоги и проявляющимся в опредмечивании, конкретизации неопределенной опасности. При этом объекты, с которыми связывается последний, не обязательно отражают реальную причину тревоги, действительную угрозу. В этом плане тревога и страх представляют собой разные уровни явлений тревожного ряда, причем тревога в собственном смысле слова предшествует иррациональному страху.

        Выделяют разные виды тревожности: устойчивая тревожность в какой-либо сфере – ее принято обозначать как специфическую, частную, парциальную – и общая, генерализованная тревожность, свободно меняющая объекты в зависимости от изменения их значимости для человека.

        Однако частные виды тревожности – школьная, арифметическая, межличностная, тестовая, компьютерная и.д. могут представлять собой лишь способ выражения обшей тревожности, зафиксировавшейся на данной сфере как на наиболее значимой в тот или иной период.  Согласно  точке зрения Л.И.Божович [36] критерием подлинной тревожности выступает ее неадекватность реальной успешности, реальному положению индивида в той или иной области. Только в таком случае она может рассматриваться как проявление общеличностной тревожности, «зафиксировавшейся» на определенной сфере.

       Однако этот показатель не подвергался специальной экспериментальной проверке. Кроме того, при его использовании возникает ряд существенных проблем, связанных с определением адекватности того или иного вида частной, специфической тревожности, особенно когда речь идет о сопоставлении нескольких ее видов. Остается открытым вопрос о том, насколько распространение тревожности на разные сферы действительно свидетельствует о генерализованной  тревожности.      

        Этот вопрос тесно связан с проблемой диагностики тревожности, соотношением ее различных эмпирических показателей.

        В настоящее время тревожность диагностируется преимущественно по методикам двух типов.

       В одном из них тревожность, определяемая по прямой или проективной когнитивной оценке ситуации или области, подразумевает наличие конкретного объекта и оценивается  как показатель частных, парциальных видов тревожности, а суммарная оценка – как показатель некоторого общего уровня тревожности.

       Во втором тревожность диагностируется по подтверждению  испытуемым наличия у него определенных симптомов. Такая тревожность исходно рассматривается как безобъектная, или, точнее, «внеобъектная».

       Известно, что общая тревожность в силу своего глубинного характера значительно труднее поддается перестройке и тем самым реже спонтанно меняется на эмоциональное благополучие. Изменения в общей тревожности следует искать внутри этого образования: она может «прикрепляться» к конкретным ситуациям, колебаться в определенных пределах по степени интенсивности и т.п.

       Количество случаев, когда показатели тревожности чередуются, заменяя или дополняя друг друга, превышает число тех, при которых они сменяются эмоциональным благополучием, более чем в два раза. В целом тревожность, диагностируемая и по симптоматическому, и по ситуационному показателю, является в значительной части случаев формой выражения общей тревожности [30].

       Тревожность, определяемая только по ситуационному показателю, может являться формой проявления общей (в этом случае ситуационный и симптоматический показатели могут чередоваться) либо представлять собой собственно форму частной тревожности. Смена разных показателей тревожности является убедительным доказательством наличия общей тревожности, которая может приобретать разные формы [26].

       Форма тревожности – особое сочетание характера переживания, осознания, вербального и невербального его выражения в характеристиках поведения, общения и деятельности. Форма тревожности проявляется в стихийно складывающихся способах ее преодоления и компенсации, а также в отношении ребенка, подростка к этому переживанию.

       Проведенная А.Прихожан [30] исследовательская работа подтвердила наличие двух основных категорий тревожности: (1) открытая – сознательно переживаемая и проявляемая в поведении и деятельности в виде состояния тревоги;  (2) скрытая – в разной степени неосознаваемая, проявляющаяся либо в чрезмерном спокойствии, нечувствительности к реальному неблагополучию и даже в отрицании его, либо косвенным путем – через специфические формы поведения.

        Внутри этих категорий были выявлены и подверглись специальному анализу различные формы тревожности.

     Выделены  три формы «открытой» тревожности.

1. Острая, нерегулируемая или слабо регулируемая тревожность – сильная, осознаваемая, проявляемая внешне через симптомы тревоги, самостоятельно справиться с которой индивид не может. Эта форма была представлена примерно одинаково во всех возрастах.
2. Регулируемая и компенсируемая тревожность, при которой дети самостоятельно вырабатывают достаточно эффективные способы, позволяющие справляться с ней.

      По характеристикам используемых  для этих целей способов внутри этой формы выделились две субформы: (а) снижение уровня тревожности и (б) использование ее для стимуляции собственной деятельности, повышения активности. Регулируемая и компенсируемая тревожность встречалась преимущественно в двух возрастах – младшем школьном и раннем юношеском, то есть в периодах, характеризуемых как стабильные.

      Важной характеристикой обеих форм является то, что тревожность оценивается детьми как неприятное, тяжелое переживание, от которого они хотели бы избавиться.

3. «Культивируемая» тревожность – в этом случае, в отличие от изложенных выше, тревожность осознается и переживается как ценное для личности качество, позволяющее добиваться желаемого.

«Культивируемая» тревожность выступает в нескольких вариантах. Во-первых, она может признаваться индивидом как основной регулятор его активности, обеспечивающий его организованность, ответственность. Во-вторых, она может выступать как некоторая мировоззренческая и ценностная установка. В-третьих, она нередко проявляется в поиске определенной «условной выгоды» и выражается через усиление симптомов. В некоторых случаях у одного испытуемого встречалось одновременно два или даже все три варианта.

        Как  разновидность «культивируемой» тревожности может быть рассмотрена форма, которую Прихожан условно назвала «магической». В этом случае ребенок, подросток как бы «заклинает злые силы» с помощью постоянного проигрывания в уме наиболее тревожащих его событий, постоянных разговоров о них, не освобождаясь, однако, от страха перед ними, а еще более усиливая его по механизму «заколдованного психологического круга».

       «Культивируемая» тревожность встречается преимущественно в старшем подростковом – раннем юношеском возрасте, хотя отдельные случаи (прежде всего «магической» тревожности) отмечаются и на более ранних этапах.

       Формы скрытой тревожности встречаются примерно в равной степени во все возрастах. Скрытая тревожность встречается существенно реже, чем открытая. Одна из ее форм условно названа «неадекватное спокойствие». В этих случаях индивид, скрывая тревогу как  от окружающих, так и от самого себя, вырабатывает жесткие, сильные способы защиты от нее, препятствующие осознанию как определенных угроз в окружающем мире, так и собственных переживаний.

       У таких детей не наблюдается внешних признаков тревожности, напротив, они характеризуются повышенным, чрезмерным спокойствием. Данные исследований свидетельствуют, что эта форма очень нестойкая, она достаточно быстро переходит в открытые формы тревожности (в основном -  острую, нерегулируемую). Обращает на себя внимание то, что у некоторых детей  открытая форма тревожности и неадекватное спокойствие чередуются. Создается впечатление, что «неадекватное спокойствие» в этом случае выступает как некоторый временный «отдых» от тревоги в тех случаях, когда ее действие приобретает реально угрожающий психическому здоровью индивида характер.

       Особым вариантом «неадекватного спокойствия» можно считать форму, обозначенную как «субъективно скрытая тревожность». В последней выраженность всех внешних признаков тревоги сочетается с «абсолютным спокойствием», но одновременно сопровождается смутным, диффузным переживанием, в вербализации которого школьник испытывает существенные затруднения.

        Вторая форма скрытой тревожности – «уход от ситуации» - встречается достаточно редко и присутствует примерно в равной степени во всех возрастах.     .

        Формой «замаскированной тревожности в юношеском и пожилом возрасте является открытая враждебность к окружающим, а в другие периоды – повышенная, хотя обычно и малоэффективная, трудовая активность, суетливость и т.п.

        Именно в этом смысле представление о «масках», или «личинах», было использовано применительно к описанию поведения, особенностей деятельности тревожных детей. Б.И.Кочубей, Е.В.Новикова [36] описывают «маски» тревожности как формы поведения, которые, имея вид ярко выраженных проявлений личностных особенностей, порождаемых тревожностью, позволяют человеку вместе с тем переживать ее в смягченном виде и не проявлять вовне. В качестве таких «масок» чаще всего описываются агрессивность, зависимость, апатия, чрезмерная мечтательность и др.

       Выделяют следующие типы тревожности с разной степенью осознания тревоги:

- Агрессивно-тревожный  тип. Наиболее часто встречается  в дошкольном и подростковом  возрасте (и при открытых, и при  скрытых формах тревожности) как  в виде прямого выражения агрессивных  форм поведения, так и только по тестовым показателям (данным теста Розенцвейга и Хэнд-теста Вагнера). В последнем случае открытые формы агрессии наблюдались в  основном у девочек, и лишь в форме так называемой «реляционной агрессии», то есть в распространении порочащих другого слухов, постоянном выяснении отношений с подругой с выраженным стремлением доказать виновность подруги.

      Спецификой агрессивно-тревожного типа, в отличие от других вариантов агрессивности, является ярко выраженное чувство опасности, своеобразная смесь агрессии и тревоги: совершая агрессивный поступок, проявляя вербальную агрессию или давая соответствующий ответ на тестовый материал, индивид одновременно как бы извиняется, сам боится своей «смелости». У некоторых детей проявления агрессии актуализировали чувство вины, которое, однако, не тормозило дальнейшие проявления агрессии, а как бы стимулировало их.

- Тревожно-зависимый тип. Наиболее часто встречается при  открытых формах тревожности, особенно  при острой, нерегулируемой и  «культивируемой» формах. Отмечаются как позитивные, так и негативные формы зависимости, начиная от чрезмерного послушания или, напротив, неповиновения и кончая, в раннем юношеском возрасте, повышенной заботливостью, вниманием к другим людям, вплоть до самоотречения.

- Тревожно-зависимый тип. Характеризуется повышенной чувствительностью к эмоциональному самочувствию другого человека, причем нередко выделяется какая-либо одна значимая фигура, отношение которой в наибольшей степени влияет на эмоциональное самочувствие, особенности поведения индивида. В подростковом и юношеском возрасте школьники могут осознать подобную зависимость, тяготиться ею, но не могут от нее избавиться, поскольку она как бы заменяет большинство других форм удовлетворения эмоциональных потребностей.

      По всей видимости, зависимость наиболее тесно связана с тревожностью, поскольку актуализируемое в этом случае чувство беспомощности, невозможности справиться с ситуацией, незащищенности порождает у человека потребность в помощи, поддержке со стороны других людей, чувство зависимости от них. Видимо, с этим связана и то, что такая «маска тревожности» наиболее часто встречается в переходные, критические периоды – у детей 6-7, 13-14 лет, а также у выпускников школы  [39].   

        «Маска»  не избавляет ребенка, подростка от субъективных переживаний тревоги, но, во-первых, позволяет более или менее успешно скрыть ее от окружающих, и, во-вторых, обеспечивает возможность регуляции возникновения и уровня переживаемой тревоги, что указывает на определенное родство этой формы с регулируемой и компенсированной формами тревожности.

        «Уход в болезнь» нередко встречается у детей дошкольного и младшего школьного возрастов, физически ослабленных, имевших в анамнезе родовые травмы, перенесших в раннем возрасте тяжелые заболевания. В этих случаях устойчивые переживания тревоги способствовали реальному ухудшению их физического состояния, чему мог способствовать астенизирующий характер тревоги, т.е. болезнь могла являться не средством защиты от тревоги, а просто следствием ее деятельности.

        Исчезновение тревожности при заболевании могло быть обусловлено щадящим режимом, в котором оказывался больной   [37].   

       Поведение тревожных детей и подростков, их высказывания показывают, что они нередко испытывают определенную потребность в этом переживании, поскольку оно отражает привычное представление о себе, привычную самооценку, привычное самочувствие [31].   

      Известно, что потребность в устойчивости «Я-концепции» имеет две стороны: одна из них связана с достижением определенного уровня целей, что обеспечивает удовлетворяющий уровень отношения к себе, а другая – с сохранением привычного отношения к себе, вне зависимости от его характеристик. С этим связан, например, известный феномен «дискомфорта успеха» (Дж. Аронфильд).

      Для тревожных детей и подростков оказывается значимой именно вторая сторона, поскольку с ее помощью обеспечивается стабильная и предсказуемая картина мира и своего места в нем. Для тревожных людей это особенно важно, поскольку, как уже указывалось, ситуации неопределенности, неустойчивости для них являются очень  сложными: даже малейшая неопределенность может резко усилить это  переживание.

§1.2. Исследование тревожности в трудах отечественных и зарубежных психологов.     

      Принято считать, что проблема тревожности как проблема собственно психологическая была впервые поставлена и подверглась специальному рассмотрению в трудах 3. Фрейда. При этом необходимо отметить, что взгляды Фрейда во многом близки к философской традиции, берущей свое начало от С. Кьеркегора (эту близость подчеркивают многие исследователи, в частности известный отечественный знаток фрейдизма В.М. Лейбин, хотя сам Фрейд избегал указаний на философские источники своих идей и вообще старался дистанцироваться от философствования).

        Эта близость особенно интересна в понимании тревоги и страха. И Кьеркегор, и Фрейд [43]   признавали необходимость разграничения страха и тревоги, считая, что страх — реакция на конкретную опасность, тогда как тревожность — реакция на опасность, не известную и не определяемую.

     Считая, что понимание тревожности имеет чрезвычайно большое значение для объяснения психической жизни человека, Фрейд очень скрупулезно подходил к анализу данного явления, неоднократно пересматривал и уточнял свою концепцию — главным образом в тех ее частях, которые касаются причин и функций тревожности. Классической работой Фрейда по этой проблеме является его книга «Торможение. Симптом. Тревожность» (1926).

        Фрейд определял тревожность как неприятное переживание, выступающее сигналом предвосхищаемой опасности. Содержание тревожности — чувства неопределенности и беспомощности. Тревожность характеризуется тремя основными признаками — специфическим чувством неприятного; соответствующими соматическими реакциями (прежде всего усилением сердцебиения); осознанием этого переживания. Первоначально Фрейд допускал и существование бессознательной тревожности, однако затем пришел к заключению, что это состояние переживается сознательно и сопровождается возрастанием умения справляться с опасностью (с помощью борьбы или бегства). Тревожность помещается им в Эго. Что касается бессознательной тревожности, то в дальнейшем она стала рассматриваться в русле исследований психологической защиты [37].

      По мнению Фрейда[37], тревожность выступает повторением в наших фантазиях ситуаций, связанных с испытанными в прошлом опыте переживаниями беспомощности. Прообразом таких ситуаций является травма рождения. Эта идея в дальнейшем, вплоть до наших дней, активно разрабатывалась, причем порой в неожиданных формах. О.Ранк довел ее до логического завершения, предложив рассматривать акт рождения как главную травму в жизни человека и анализируя всякое вновь возникающее переживание тревожности как попытку «все полнее отреагировать эту травму».

     Возвращаясь к позиции Фрейда, необходимо упомянуть и его представление о видах и формах тревожности.

     Фрейд выделял три ее основных вида: 1) объективную, вызванную реальной внешней опасностью; 2) невротическую, вызванную опасностью не известной и не определенной; 3) моральную, определяемую им как «тревожность совести».

     Анализ невротической тревожности позволил Фрейду выделить два ее основных отличия от объективной, то есть от реального страха. Невротическая тревожность отличается от объективной «в том, что опасность является внутренней, а не внешней, и в том, что она сознательно не признается». Основной источник невротической тревожности — боязнь потенциального вреда, который может причинить освобождение влечений.

     Невротическая тревожность, по Фрейду, может существовать в трех основных формах. Во-первых, это «свободно плавающая», «свободно витающая» тревожность, или «готовность в виде тревоги», которую, как образно замечает Фрейд, тревожный человек носит повсюду с собой и которая всегда готова прикрепиться к любому более или менее подходящему объекту (как внешнему, так и внутреннему). Например, она может воплотиться в страх ожидания.

     Во-вторых, это фобические реакции, которые характеризуются несоразмерностью вызвавшей их ситуации, — боязнь высоты, змей, толпы, грома и т.п.